ИНФОРМАЦИЯ И СООБЩЕНИЯ
Воздушно-космическая сфера и вооруженная борьба в ней
Полковник в отставке И.В. ЕРОХИН, доктор военных наук, Заслуженный деятель науки РФ
ЕРОХИН Иван Васильевич родился 9 октября 1923 года в станице Екатериновской Крыловского района Краснодарского края в семье сапожника. 22 июня 1941 года добровольцем вступил в ряды РККА. По окончании экстерном Краснодарского училища зенитной артиллерии (1942) участвовал в военных действиях на Крымском, Северо-Кавказском, Закавказском и 1-ом Дальневосточном фронтах. Окончил с отличием Военную академию имени Ф.Э. Дзержинского (1952). В период с 1954 по 1987 год, являясь сотрудником 2-го ЦНИИ МО РФ, прошел путь от старшего научного сотрудника до начальника ведущего научного управления. Успешно защитил кандидатскую (1960) и докторскую (1983) диссертации. Создал и возглавил новое научное направление комплексного оперативно-стратегического и военно-экономического обоснования перспектив развития состава вооружения и построения противовоздушной (воздушно-космической) обороны Советского Союза. Автор более 300 научных работ.
В настоящее время Иван Васильевич — профессор кафедры оперативного искусства, заслуженный деятель науки РФ, академик и лауреат премии имени А.В. Суворова 1-й степени Академии военных наук, почетный профессор Военной академии воздушно-космической обороны имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова и по совместительству — старший научный сотрудник 2-го ЦНИИ МО.
ПОСЛЕ распада Советского Союза (1992) руководство России в течение полутора десятков лет «реформировало» то, что досталось ей от Вооруженных Сил СССР. Из хорошо сбалансированных по функциям и согласованных с предназначением и задачами пяти структур (видов ВС) появились восемь структур (три вида ВС, четыре отдельных рода войск центрального подчинения на правах видов ВС и один межвидовой конгломерат такого же подчинения — род Вооруженных Сил). Причем эти восемь структур полностью разбалансированы с точки зрения будущих военных конфликтов и предназначены для «совместного» решения очень разных задач в разных сферах применения и в разных условиях.
К указанному следует добавить, что в этом не сокращенном, а, наоборот, разбухшем структурном «образовании» нет двух самых главных компонентов в организационно самостоятельных структурах, способных обеспечить военную безопасность России пресечением агрессий единственно возможным надежным путем решения двуединой главной задачи — сохранения своей и разгрома вражеской государственной инфраструктуры.
Вместо простой и соответствующей реальным условиям обстановки структуры ВС мы имеем набор нелепых, случайных ударно-оборонительных смесей родов войск (сил) из разных сфер вооруженной борьбы, предназначенных для «совместного» решения очень разных задач в разных местах и условиях.
Кроме того, в период отсутствия общей военной идеологии обороны государства и военно-экономической идеологии строительства ВС Генштаб спешит переработать руководящие документы по оперативным вопросам.
Спонтанный характер и непоследовательность «реорганизаторских» мероприятий побудили высказать свое личное мнение, положив в основу этой работы попытку ответить на три самых актуальных вопроса.
Первый: какие проблемы существуют в области военной безопасности России сегодня и куда все-таки дальше развивать ее ВС?
Второй: что такое воздушно-космическая сфера и как в ней организуется и ведется вооруженная борьба?
Третий: возможны ли вообще военные операции и оперативное искусство в этой сфере вооруженной борьбы при отсутствии в составе ВС, по выражению Г.К. Жукова, «оперативных войск для глубоких операций»?
Такие вопросы мы поднимаем на всем протяжении своей научной деятельности во многих печатных изданиях и в нескольких книгах. Последнее намерение возникло после ознакомления с рядом предложений разных организаций по созданию воздушно-космической обороны России в соответствии с «Концепцией ВКО РФ», утвержденной Президентом 5 апреля 2006 года.
Процесс вооруженной борьбы носит либо контактный (не отделяя предмет борьбы от себя), либо бесконтактный (метание поражающего предмета борьбы) характер. Предметы борьбы, применяемые для поражения противника, получили название «оружие», а применяющие его воины образовали вооруженные силы.
Первоначально было «холодное оружие» контактного и метательного (бесконтактного) применения. В Средние века с созданием взрывчатых веществ мускульное и механическое метание сменилось управляемым взрывным. Появилось огнестрельное оружие, предметы поражения которого воплощены в пули, ядра, снаряды, ракеты и другие устройства.
На результаты и последствия применения оружия больше всего влияло действие двух факторов: его поражающая сила (мощь) и дальность действия. Однако с ролью и влиянием этих факторов многие специалисты не разобрались и до сих пор. Решение многих вопросов затруднилось и даже зашло в тупик. Это требует уточнений. С них и начнем.
По мере развития огнестрельного оружия показатели обоих факторов постоянно росли и предела роста в общем-то не было. Оба они имели сильное прогрессивное влияние на развитие не только вооружения как совокупности оружия и военной техники, но и группировок, а также форм и способов его применения, а в конечном счете характера и даже самих возможностей войн и военных конфликтов. В чем, где, когда и как это проявлялось?
До конца XX века войны и вооруженная борьба велись только в двух из трех существующих в природе средах (пространствах): земной, где человечество постоянно обитает, и морской, которую оно все разнообразнее и масштабнее осваивает в различных, в том числе и в военных целях и периодически размещает некоторые виды объектов, за которые или против которых могут вестись и ведутся войны и вооруженная борьба.
Вооружение, организация борьбы и способы ее ведения привязываются к тем средам, в которых находятся главные объекты борьбы и ведется основная борьба. Таковым является наземное и морское оружие, применяемое специальными — сухопутными войсками и морскими силами.
В третьей, воздушно-космической физической среде, лишь условно разделенной людьми (а не самой природой) на две ее части (воздух и космос), до второй половины XX века никто никаких ни постоянных, ни временных объектов не создавал и поэтому ни войн, ни вооруженной борьбы там не велось. Не за что и не с кем их было вести. И только с началом освоения космического пространства на многовитковых орбитах стали появляться временные искусственные объекты, а значит стали появляться предмет борьбы и основа для военных конфликтов и войн.
Вместе с тем, с момента появления не только первого огнестрельного, но и вообще первого метательного оружия воздушная среда (пространство) непременно использовалась для перемещения к объектам поражения метательного оружия или его поражающих элементов. Только так, в отличие от первых двух сред, и применяется в этой среде, а именно, «летает», все метательное: камни, палки, копья, стрелы, пули стрелкового оружия, артиллерийские снаряды, мины, все виды беспилотных и пилотируемых летательных аппаратов (воздушные шары, дирижабли, самолеты, вертолеты и др.), ракеты и даже излучения всех частей электромагнитного спектра.
Но самое главное заключается в том, что все это лишь перемещается для действий только по наземным или морским объектам в первых двух средах, где объекты борьбы практически всегда были, есть и будут.
К сожалению, эту всеобщую особенность использования воздушного (воздушно-космического) пространства очень многие не понимают, а пере-
мещения вооружения или его поражающих элементов по воздушной сфере для последующего применения по объектам в наземной или морской сферах отождествляют с ведением им вооруженной борьбы в самой воздушной сфере. Перепутывание этих понятий является главным источником многих заблуждений и в распределении задач войны, и в предназначении родов войск и видов ВС, и даже в выборе главных в этой сфере оружия и вида ВС.
Профессионалы ВВС указывают на роль воздушного оружия как главного в третьей сфере вооруженной борьбы. Это не правильно. А заблуждением в том, что Военно-воздушные силы, ведя вооруженную борьбу в третьей сфере, запутывают решение всех оргструктурных вопросов оборонного строительства, и себя, и всех ВС.
Это главная исходная посылка, без глубокого и правильного понимания которой браться за решение проблемы ВКО бесполезно.
Запутывание проблемы ПВО (ВКО) усугубляется и другими неточными или неправильными исходными тезисами.
Рассмотрим влияние названных выше двух главных факторов, определяющих действие и результаты применения оружия.
Первый фактор — поражающая сила (мощь) оружия. Ее рост позволяет расширять виды (перечень) поражаемых объектов и повышать вероятность и надежность их поражения или защиты. В истории его развития различаются три этапа.
До XX века вооружение не выходило за возможности борьбы в основном вооруженных сил между собой его применением и достижения целей борьбы борющихся сторон только победой вооруженных сил одной стороны, вынуждающей другую сторону применением вооружения признавать свое поражение или уничтожающей ее.
Специальная борьба оружия с оружием между собой и непосредственно с объектами борьбы другой стороны длительное время имела вспомогательное и необязательное значение. Это обусловливало в основном оперативно-тактическую направленность войн, а борьба между вооруженными силами сторон оперативно-тактическим оружием — главную и обязательную составную часть любой войны.
С созданием в XX веке ядерного оружия, а затем и в процессе текущего совершенствования неядерного оружия (например, высокоточного), вооружение вышло на возможности борьбы не только вооруженных сил между собой, но и оружия между собой, а затем даже и непосредственного сокрушения стратегическим оружием сначала отдельных объектов, а потом и всей инфраструктуры борющихся сторон прямыми ударами по органам руководства и управления, военно-экономическому потенциалу и населению. В некоторых условиях при применении стратегического оружия достижение победы в войне становится возможным даже без воздействий по группировкам вооруженных сил, без борьбы между самими ВС.
Реально сложившиеся геополитические условия, в которых на такие возможности вооружения вышло несколько потенциальных противников, позволяют придать современным войнам более значительную стратегическую направленность, а борьбу между вооруженными силами сторон оперативно-тактическим оружием считать уже не главной, а то и не обязательной составной частью крупномасштабных войн.
Применение стратегического оружия коренным образом меняет само предназначение и роль ВС неагрессивной стороны. Если с применением только оперативно-тактического оружия агрессию можно лишь отразить обязательной борьбой вооруженных сил между собой, то с применением стратегического оружия ее можно предотвратить и угрозой ответного поражения всей инфраструктуры нападающей стороны.
Поражающая мощь оружия позволяет ориентировать политику не на победу в неизбежной (непредотвращаемой) крупномасштабной войне, а на ее предотвращение. Такое сдерживание агрессора от нападения вполне возможно. В 1941—1945 годах мы отразили агрессию Германии оперативно-тактическим оружием за четыре года с огромными людскими жертвами армии и населения, а также материальными потерями. А возникшую через столько же лет угрозу новой агрессии мы сдерживаем, хотя и ценой огромных затрат, но без человеческих жертв и разрушений вот уже 63 года. И это не предел.
Однако ориентация только на один первый фактор мощь оружия не гарантирует обороняющуюся сторону от собственных просчетов и авантюризма агрессора. Для гарантированного предотвращения агрессий необходимо соблюдение двух условий:
во-первых, чтобы силы сдерживания обладали способностью быть гарантированными силами возмездия потенциальному агрессору;
во-вторых, чтобы силы отражения непредотвращаемых агрессий обладали способностью надежно не допустить нанесения инфраструктуре обороняющейся стороны неприемлемых потерь (ущерба).
Так проявляется влияние развития первого рассматриваемого фактора — поражающей силы (мощи) оружия. Оно не одинаково проявляется для нападающей и обороняющейся сторон. Для совершения агрессий требуется иметь только наступательное сухопутное или морское оружие разных дальностей, а для их сдерживания (и возмездия) кроме дальнобойного оружия еще и средства обнаружения (предупреждения), информации и управления. В этой связи защищаться от агрессии всегда сложнее, затратнее и дольше по времени, чем совершать ее. На этом существует и фактор внезапности начала нападения.
Второй фактор — дальность действия оружия. Ее рост позволяет увеличивать зону поражения, а в ней и количество объектов, поражаемых одной боевой единицей оружия. Это понятно и воспринимается. Но гораздо значительнее влияние этого фактора проявляется через время сближения оружия с объектом поражения.
Увеличение времени пребывания оружия в полете к объекту открывает совершенно новые возможности борьбы с таким оружием воздействием по нему не единожды, а дважды — не только в районах его базирования (по боевым позициям и другим наземным и морским элементам), таким же оружием, но и в полете (на маршрутах, траекториях, орбитах) только другим оружием — специальным противооружием.
А по многоразовым, в основном пока пилотируемым СВН, такие возможности появляются и на обратном пути их полета от объектов.
Создание и применение противооружия, направленного против летящего наступательного (ударного) оружия нападающей стороны, позволяет обороняющейся стороне рассматривать такое летящее оружие как воздушные (воздушно-космические) объекты борьбы. В этой связи воздушно-космическое пространство тоже становится сферой воздушной (воздушно-космической) вооруженной борьбы.
Противооружие обороняющейся стороны при этом является инициативной стороной. Оно ведет борьбу с избегающим поражения летящим на «свои объекты поражения» оружием нападающей стороны. Именно противооружие обороняющейся стороны оказывается оружием третьей (воздушной) сферы вооруженной борьбы, а применяющие его войска и силы являются не воздушными, а противовоздушными войсками и силами.
Наступательное же авиационное, воздухоплавательное и ракетное ударное оружие является просто самым дальнобойным из всех вида наземного (сухопутного) и морского оружия, выделенным из других их видов и причисленным к воздушно-космической сфере вооруженной борьбы лишь по недоразумению, а не по научным аргументам.
Его главное, коренное отличие не в том, что оно летает, как думают многие, летает все, и не в том, что летает дальше других, а в том, что летает дольше других и именно это обуславливает диалектический переход «количества в качество», давая время для воздействий по нему не единожды в одном месте, а дважды в двух местах — по базам и в полете, а по многоразовым СВН — еще и в обе стороны.
Непонимание этого, прежде всего «авиаторами», мешает планомерному развитию не только ВВС, но и всех ВС в целом. Устранить такое непонимание можно лишь глубоко осмыслив принципиальные особенности и коренные отличия третьей сферы вооруженной борьбы.
Без глубокого понимания сущности изложенных исходных посылок браться за решение проблемы ВКО страны, повторю, бесполезно.
Опыт многолетнего ведущего участия в разработке проблемы ВКО Советского Союза, дополненный многочисленными инициативными исследованиями, подсказывает нам ошибочность и нереальность предлагаемых и намечаемых пу-
ВОЗДУШНО КОСМИЧЕСКАЯ СФЕРА И ВООРУЖЁННАЯ БОРЬБА В НЕЙ
тей создания ВКО России и, прежде всего, немыслимую грандиозность ее масштабов. Постановка работы должна быть иной, а основные исходные посылки — предварительно уяснены и существенно уточнены. Это отражено в новой книге «Воздушно-космическая сфера и вооруженная борьба в ней». В ней изложен цельный комплекс авторских предложений вначале по приведению оргструктуры ВС России в соответствие с их предназначением и современной обстановкой, а затем по самой Системе ВКО Страны, ее созданию и построению в обоснованной структуре Вооруженных Сил.
От редакции:
Книга И.В. Ерохина «Воздушно-космическая сфера и вооруженная борьба в ней» распространяется лично автором бесплатно путем целевого дарения конкретным должностным лицам, ветеранам, коллективам и библиотекам военных, военно-промышленных, научно-исследовательских организаций, учебных заведений, штабов и войск.
Адрес автора: 170005, г. Тверь, 5 , ул. Горького, 62/1, кв. 84,
тел.(4822) 52-24-35
Учредитель: Министерство обороны Российской Федерации Регистрационный № 01974 от 30.12.1992 г.
В подготовке номера принимали участие: Научные редакторы: Ю.Н. Голубев, В.Н. Каранкевич, Д.В. Козин, Ю.М. Корольков,В.М. Прилуцкий, И.П. Русанов, В.Н. Щетников, В.В. Юдин Литературные редакторы: Н.В. Ефремова, С.Г. Коденко, О.Н. Чупшева (зам. отв. секретаря)
Компьютерная верстка: Н.В. Гаврилова
Перепечатка материалов допускается только с письменного разрешения редакции
Сдано в набор 04.09.08 Подписано к печати 25.09.08
Формат 70х108 1/16 Бумага офсетная 5 п.л.
Печать офсетная Тираж 2450 экз. Заказ №
Допечатная подготовка — Редакционно-издательский центр МО РФ
Отпечатано в типографии ООО «Красногорская типография»