Научная статья на тему 'Ценовая дефляция: с чего всё начиналось?'

Ценовая дефляция: с чего всё начиналось? Текст научной статьи по специальности «Экономика и экономические науки»

CC BY
203
41
Поделиться
Ключевые слова
ДЕФЛЯЦИЯ / ЦЕНОВАЯ ДЕФЛЯЦИЯ / УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ / ИНФЛЯЦИЯ / КОЛИЧЕСТВО ДЕНЕГ В ОБРАЩЕНИИ / УРОВЕНЬ МОНЕТИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ / DEFLATION / PRICE DEFLATION / SUSTAINABLE DEVELOPMENT / INFLATION / VOLUME OF MONEY IN CIRCULATION / LEVEL OF ECONOMIC MONETIZATION

Аннотация научной статьи по экономике и экономическим наукам, автор научной работы — Соколов Борис Иванович, Валеров А.В.

Статья посвящена ценовой дефляции. Показано, что дефляция и инфляция не связаны с бумажно-денежным обращением, могут проявляться в условиях господства полноценного металлического стандарта. Иллюстрацией для развиваемой концепции послужили исторические сведения, включающие временной интервал с конца III в. до н. э., когда Рим вступил на путь военной экспансии в Западном Средиземноморье, и до начала 60-х гг. I в. н. э

Price deflation: where has this all started? (Russia, St. Petersburg)

The article focuses on the price inflation, showing that deflation and inflation are not related through the paper money circulation, but can emerge in the context of the full-value metal coin standard. To support their argument, the authors address historical data since the III c. BC, when Rome started the military expansion in Western Mediterranean, to the 60s of the I c. AD

Текст научной работы на тему «Ценовая дефляция: с чего всё начиналось?»

ФИНАНСОВО-КРЕДИТНАЯ СИСТЕМА. БЮДЖЕТНОЕ, ВАЛЮТНОЕ И КРЕДИТНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ЭКОНОМИКИ, ИНВЕСТИЦИОННЫЕ РЕСУРСЫ

ЦЕНОВАЯ ДЕФЛЯЦИЯ: С ЧЕГО ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ?*

Б.И. Соколов,

профессор кафедры теории кредита и финансового менеджмента экономического факультета

Санкт-Петербургского государственного университета, доктор экономических наук b.i.sokolov@spbu.ru

А.В. Валеров,

доцент кафедры теории кредита и финансового менеджмента экономического факультета

Санкт-Петербургского государственного университета, кандидат исторических наук, a.v.valerov@spbu.ru

Статья посвящена ценовой дефляции. Показано, что дефляция и инфляция не связаны с бумажно-денежным обращением, могут проявляться в условиях господства полноценного металлического стандарта. Иллюстрацией для развиваемой концепции послужили исторические сведения, включающие временной интервал с конца III в. до н. э., когда Рим вступил на путь военной экспансии в Западном Средиземноморье, и до начала 60-х гг. I в. н. э.

Ключевые слова: дефляция, ценовая дефляция, устойчивое развитие, инфляция, количество денег в обращении, уровень монетизации экономики

УДК 336.748.14 ББК 65.013.1

Вводные замечания. Наиболее частым предметом обсуждения корректировки реализуемой ныне политики российских монетарных властей является создание предпосылок экономического роста в условиях инфляции, в частности, за счет повышения доступности кредитов путем понижения ссудного процента по опыту западных стран. Однако на пресс-конференции 17 декабря 2015 года В.В. Путин справедливо заметил: «... я часто слышу: а вот там, где-то за бугром, там другие ставки, они более низкие. Конечно, там более низкие ставки. Так они специально это делают. Но там проблемы другие, и структура экономики совсем другая. У нас угроза инфляции, а там проблемы, возможно, дефляции, когда производитель производит, а продать не может» [1].

Приступая к исследованию, отметим, что термин «дефляция» (от лат. deflatio — сдувание) не является специфически экономическим. Им пользуются геологи, когда говорят о выдувании, обтачивании и шлифовании горных пород минеральными частицами, переносимыми ветром, экологи — при выявлении эффекта деградации и опустынивания земель. В экономической теории термин дефляция характеризует явление противоположное ценовой инфляции, проявляющееся в снижении уровня товарных цен и повышении покупательной способности денег [5, с. 116]. Вследствие этого наиболее корректным в экономической теории является употребление выражения «дефляция цен» или «ценовая дефляция». Такой подход объединяет объект и предмет научного финансово-экономического исследования.

Если с точки зрения сущности представление о дефляции в экономике и финансах не является сложным, то трактовки её социально-экономических форм, причины возникновения, прогнозируемые последствия, возможности монетарных властей при реализации денежно-кредитной и ценовой политики неоднозначны.

В научной литературе высказывается мнение о том, что дефляция стала предметом изучения с середины XVIII века. Так ли всё это? Правильно ли ценовую дефляцию рассматривать как явление капиталистических экономических систем, разделять типы инфляции на «хорошие» и «плохие» [6, с.102]? Напомним, в СССР после денежной реформы 1947 года ежегодно, в течение семи последующих лет, постепенно снижались цены в госторговле, стимулируя тем самым аналогичные процессы в коопторгах и на колхозном рынке. При этом ценовая дефляция трактовалась как явление социалистической, а инфляция — капиталистической экономики.

В настоящее время дефляция рассматривается в качестве болезни современных развитых стран, угрозы для устойчивого развития, которое теоретически предстает как»управляемый процесс коэволюционного развития природы и общества (при массовом и осознанном участии населения), цель которого обеспечить здоровую, производительную жизнь в гармонии с природой ныне живущим и будущим поколениям на основе сбалансированного развития экономических систем, с учетом охраны (обогащения) культурного и природного наследия» [8, с. 4]. Поскольку управлять можно только тем процессом, который в достаточной степени изучен, постольку ценовая дефляция должна стать предметом систематических научных исследований.

Метод исследования. В научной литературе прочно утвердилось мнение о том, что современные методы исследования должны стать не междисциплинарными, а мульти- и полидисциплинарными, включающими наработки различных наук. Наиболее близкой к экономике наукой, обобщающей конкретные факты, которыми оперирует экономическая теория и практика, является наука историческая, выполняющая функцию социальной памяти, а именно, накопления, сохранения и воспроизведения знаний и навыков прошлых поколений.

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта РГНФ 15-22-01006 «Кредитно-финансовые институты и механизмы обеспечения устойчивого развития национальной экономики».

© ПСЭ, 2016

89

ФИНАНСОВО-КРЕДИТНАЯ СИСТЕМА. БЮДЖЕТНОЕ, ВАЛЮТНОЕ И КРЕДИТНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ЭКОНОМИКИ

Я

постепенно перешли в собственность императорской казны. Это обеспечило присвоение не только рудничных доходов, но и контроль над ценой денежного металла. Регулируя добычу и объемы резервов золота и особенно серебра, первые римские принцепсы добивались устойчивого спроса на монеты, в результате чего цены на драгоценные металлы постоянно росли, а на товары, напротив, снижались. Таким образом, монетарная политика, направленная на стимулирование дефляции, пополняла казну и вместе с тем до некоторого времени поддерживала биметаллическую денежную систему в равновесном состоянии.

Немалые преимущества дефляция предоставляла многочисленной группе иждивенцев, находившихся на содержании у государства: римским легионерам и преторианцам, солдатам вспомогательных частей и гражданским служащим, малоимущей части городского плебса. Армия, преторианская гвардия и военно-бюрократический аппарат снабжались всем необходимым, поэтому, например, расходы на продукты питания, одежду для солдат и чиновников были вовсе необязательными. Служба в армии в те времена неплохо оплачивалась. Финансирование армейских постов производилось в соответствии с иерархическим принципом комплектования. Командиры легионов принадлежали к наиболее привилегированной категории военнослужащих, норма их денежного довольствия в 60-67 раз превышала плату рядового легионера [15]. Содержание центуриона, чья должность была основной среди низшего командного состава, в I в. н. э. составляло 13 500 сестерциев в год, что соответствовало пятнадцати окладам легионера. Преторианцам из числа императорской гвардии государство выплачивало по 3000 сестерциев в год [23], не считая многочисленных подарков и иного имущества, что в несколько раз превышало оплату в легионных частях. После того как Цезарь удвоил жалованье легионерам [4, с. 13.], регулярные выплаты каждому из них в период между 49 г. до н. э. и 83 г. н. э. (когда император Домициан увеличил норму довольствия до 300 денариев в год) составляли 10 ассов в день [7, кн. I, гл. 17, с. 17] или 225 денариев (3600 ассов или 900 сестерциев) в год [23, р. 92-93, table 3; 11]*. К этому добавлялся ежегодный платеж натурой в размере 50 модиев пшеницы стоимостью в 110 сестерциев [20]. При средней цене модия пшеницы в 2,2 сестерция жалованье рядового легионера в сумме с продовольственными пайками составляло 1010 сестерциев в год в денежном выражении или 2984 кг зерновых, что было значительно больше среднегодовой величины древнеримского прожиточного минимума (потребление на жизненно необходимом уровне), оценки которого варьируются от 170-250 кг [16; 24;18; 17, р. 266] до 335 кг [22, р. 73] в зерновом и около 180 сестерциев в денежном эквиваленте [20, р. 459, table 4]. Несколько ниже оплачивалась служба во вспомогательных армейских частях, комплектовавшихся рекрутами из провинциального населения, не имевшего прав римского гражданства. Официальное вознаграждение солдат этих войск составляло от 1/3 до 5/6 денежной нормы легионера [10]. В условиях долговременного снижения цен, фиксированные выплаты и продуктовые припасы, которые получали преторианцы, легионеры, солдаты дополнительных подразделений, приносили им своего рода дефляционную премию. Поэтому свое денежное жалованье они обычно тратили на приобретение предметов роскоши, либо использовали как средство продвижения по службе, или просто накапливали, сколачивая некоторое состояние в виде серебряных и золотых монет.

Дефляция цен и сельское хозяйство как основная отрасль древнеримской экономики. Для тех, чье хозяйство и профессиональная деятельность были ориентированы на рынок, дефляция играла противоречивую роль. Вне зависимости от функционального разделения труда и степени интенсификации хозяйства, на первый план выходила связь с денежным обращением. Там, где владельцы сальтусов и рабовладельческих вилл получали фиксированную денежную ренту, падение рыночных цен становилось фактором, создававшим

* Возможно, некоторая денежная сумма удерживалась из величины ежегодного платежа и депонировалась в специальном банке легионеров в качестве оплаты стандартных лагерных расходов [10, р. 117-118].

эффект получения дополнительной прибыли. Растущая ценность их состояний, выраженных в металлических деньгах и драгоценных металлах, становилась основой процветания, определяя уровень зажиточности и социальный статус в древнеримском обществе. Напротив, арендаторы и иные юридически свободные земледельцы различных категорий, вынужденные уплачивать ренту и налоги деньгами, должны были реализо-вывать часть собираемого урожая на рынке. Организация их хозяйства подчинялась законам развития простого товарного производства и, следовательно, связь с товарно-денежным обменом и обращением здесь не преследовала цель ускорить оборот капитала за счет вложения дополнительных денежных средств. Поэтому монеты и другие металлические деньги не составляли заметной части бюджета таких рыночно ориентированных сельских товаропроизводителей. Снижение цен на их продукцию, как правило, оборачивалось уменьшением доходов и ростом задолженности, что, в свою очередь, служило предпосылкой для возникновения отношений личной зависимости и перехода от денежной формы ренты к отработочной. С другой стороны, широкое распространение получила практика долгосрочной, пожизненной и наследственной разновидностей земельной аренды, при которых рентная плата устанавливалась в неизменной сумме денег. По мере роста производительности общественного труда абсолютная величина ренты уменьшалась, что создавало благоприятные условия для повышения стандартов жизненного уровня сельского населения и увеличения количества благ, которым оно обеспечивалось. Это же побуждало владельцев крупных имений, представленных экзи-мированными сальтусами, где преобладал труд мелких свободных держателей, переходить от денежной ренты к продуктовой, а позднее, к отработочной. Такой путь эволюции земельной ренты не только соответствовал главным этапам развития производительных сил в римском сельском хозяйстве, но и указывал на известную ограниченность, исчерпаемость потенциала дефляционной экономики, неспособной в рамках плантаторской системы увеличивать долю прибавочного труда без существенного удорожания стоимости рабочей силы. Вероятно, данное обстоятельство сдерживало развитие и масштабы применения наёмного труда, несмотря на известные преимущества отношений найма в сравнении с эффективностью внеэкономических форм принуждения к труду. Оплата труда свободных наемных работников производилась наличными деньгами и определялась общей конъюнктурой рынка. При наличии конкуренции со стороны общественных работ, устанавливаемых государством минимальных закупочных цен на свободных зерновых рынках, продуктовых раздач и алиментарных выплат малоимущим гражданам рыночные ставки заработной платы не могли быть слишком низкими. Поэтому постепенное удешевление стоимости жизни в целом сокращало долю необходимого труда наемного работника, повышая его реальные доходы. Разрыв между динамикой рыночных, прежде всего, зерновых цен и процессом увеличения реальной заработной платы не был связан с соответствующими изменениями в темпах роста производительности труда, что не осталось без внимания современников. Отмечая упадок искусства изготовления ценных сплавов и качества художественных изделий, Плиний Старший писал, что вместе с тем непомерно возросли цены на труд [2].

Количественные смягчения. Одна из причин дефляционного процесса — низкий уровень монетизации ведущей отрасли по сравнению с динамикой общественной потребности в товарном продовольствии. Поэтому по мере усиления рыночного давления на продовольственные ресурсы правительство республиканского Рима предпринимало меры, направленные на увеличение совокупного объема денежной массы в обращении. Другой причиной, вынуждавшей правящие круги наращивать темпы монетного производства, был стремительный рост военных расходов. После периода больших завоеваний Рим превратился в ведущую Средиземноморскую державу с первоклассной армией и множеством иностранных гарнизонов, содержание которых требовало постоянного притока новых денег в обращение. Накопленные за счет присваиваемого в завоеванных странах богатства запасы драгоценных металлов

9 1

[J

ФИНАНСОВО-КРЕДИТНАЯ СИСТЕМА. БЮДЖЕТНОЕ, ВАЛЮТНОЕ И КРЕДИТНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ЭКОНОМИКИ

стали систематически использоваться для расширения выпус- в годы Югуртинской войны (111-105 гг. до н. э.), когда римская

ка республиканских монет. С 157 г. до н. э. римские власти поч- армия вела тяжелые бои в Африке, а также во время Союзни-

ти непрерывно осуществляли чеканку серебряных денариев, ческой войны (91-88 гг. до н. э.), когда ряд италийских общин

выпуск которых продолжался вплоть до падения Республики выступил против власти Рима, вынужденного увеличить коли-

[13, vol. II, pp. 699-707]. Известно, что в 156 г. до н. э., незадолго чество армейских легионов с шести в 91 г. до тридцати двух

до начала Третьей Пунической войны, в римском государс- в 89 г. до н. э.[13, p. 700, 702-703; 18, р.108-110, fig.2-3]. В это

твенном казначействе хранилось 17410 фунтов золота, 22070 время в обращении находилось свыше 300 млн денариев, а

фунтов серебра, в наличных деньгах 6135400 сестерциев [3, средние объемы ежегодного производства достигали 14 млн

с. 293], а совокупный объем предложения серебряных денег, серебряных монет, для чего требовалось свыше 50 т сырья.

предположительно, составлял 35 млн денариев [18, p. 108]. При Это сопоставимо с половиной всего серебра, вывезенного из

характерной для античной эпохи средней норме потерь сереб- Америки в Европу в течение XVI в.

ра 2% в год данная денежная масса должна была сократиться В итоге были созданы условия для монетно-денежной ин-

вдвое через тридцать пять лет* Вместо этого на протяжении фляции.

нескольких последующих десятилетий происходил устойчивый Общие выводы. Дефляция цен, равно как и инфляция

рост находившихся в обращении монет, количество которых цен, были известны еще в древности. Они не связаны исклю-

около 120 г. до н. э. в четыре раза превышало первоначальное чительно с бумажно-денежным обращением, промышленными

предложение [18, p. 109, fig. 2]. Это позволяет заключить, что во циклами и кризисами перепроизводства. Развитый подход к

времена поздней Республики средние темпы монетной чекан- влиянию денежно-кредитной массы на цены позволяет прово-

ки были стабильно высокими, а минимальный разовый объем дить более взвешенный историко-экономический анализ, не

выпуска включал не менее 30 тыс. денариев. Одновременно завышающий роль монетарных властей, прежде всего цент-

резко увеличились военные расходы государства, что было рального банка, в обеспечении стабильности цен и, в конечном

связано с экспансионистскими устремлениями Рима и пере- счете, устойчивого экономического развития. ходом к имперской внешней политике. Основываясь на данных Основные причины ценовой дефляции вызваны не ошибоч-

М. Кроуфорда, К. Хопкинс протестировал зависимость между ными действиями монетарных властей, они предопределяются

совокупной стоимостью выпущенных в обращение серебряных естественными процессами развития, протекающими в рыноч-

монет и суммарными военными расходами в период с 157 по ной экономике всех ее типов, видов и форм. 97 гг. до н. э. и выявил чрезвычайно высокое корреляционное Дефляцию цен нельзя трактовать как однозначно положи-

отношение с положительной величиной 0,88. Причем количест- тельное или отрицательное социально-экономическое явление.

венные изменения в военных расходах объясняют свыше 75% Монетарные власти, прежде всего центральные банки, должны

всех колебаний в объемах денежной массы [18, p. 111]. Приме- всесторонне осознавать последствия не только инфляционной,

чательно, что своего максимума монетная чеканка достигала но и дефляционной денежно-кредитной политики.

Литература

1. Большая пресс-конференция Владимира Путина. 17 декабря 2015 года. — URL: http://www.kremlin.ru/events/president/ news/50971 (Дата обращения 01.01.2016)

2. Гай Плиний Секунд Старший. Естественная история. K^XXXIV, 3 / Вопросы техники в NaturalisHistoria Плиния Старшего // Вестник древней истории. М.; Л., 1946. № 3 (17). С.294.

3. Гай Плиний Секунд Старший. Естественная история. K^XVII, 55 // Античный способ производства в источниках. — Л.: Изд-во ГАИМК, 1933. — 600 с.

4. Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей. — М.: Наука, 1993. — 368 с.

5. Деньги, кредит, банки. Учебник и практикум для академического бакалавриата / Под ред. В.В. Иванова, Б.И. Соколова. — М.: Юрайт, 2015. — 371 с.

6. Ключников И.К., Молчанова О.А., Ключников О.И. Финансовые центры: теория и механизмы развития. — СПб.: СПбГУ ЭиФ, 2012. — 330 с.

7. Тацит К. Сочинения. В 2 т. Т. 1. Анналы. — Л.: Наука, 1969. — 444 с.

8. Шевченко И.В., Литвинский К.О. Устойчивое развитие: мировой опыт и проблемы России // Региональная экономика: теория и практика. — 2007. — № 13 (52). — С. 3-10.

9. Штаерман Е.М. Древний Рим: проблемы экономического развития. — М.: Наука, 1978. — 222 с.

10. Alston R. Roman Military Pay from Caesar to Diocletian. Journal of Roman Studies 84 (1994). P.120-123.

11. Clark C. The Conditions of Economic Progress. London: McMillan, 1957. P. 676.

12. Corbier M. Dйvaluations et Solution des Prix (I-III siecles) // Revue Numismatique. 1985. 6-e sйrie. T. 27. P.69-106.

13. Crawford M.H. Roman Republican Coinage. London: Cambridge University Press, 1974. Vol.I, II. 753 p.

14. Duncan-Jones R. The Economy of the Roman Empire: Quantitative Studies. Second Edition. Cambridge University Press. 1982. 448 p.

15. Duncan-Jones R. Structure and Scale in the Roman Economy. Cambridge: Cambridge University Press, 1990. P. 116.

16. Garnsey P. Cities, Peasants and Food in Classical Antiquity: Essays in Social and Economic History. Cambridge University Press, 1998. P.193.

17. Goldsmith R.W. An Estimate of the Size and Structure of the National Product of the Early Roman Empire. P.269-273.

18. Hopkins K. Taxes and Trade in the Roman Empire (200 B.C. — A.D. 400). P.118.

19. Jones A.H.M. Inflation under the Roman Empire // The Economic History Review. 1953. Vol.5. №3. Pр. 293-318.

20. Milanovic B. An Estimate of Average Income and Inequality in Byzantium Around Year 1000 // Review of Income and Wealth. 2006. Vol.52. № 3. P.458. Table 3.

21. Patterson C.C. Silver Stocks and Losses in Ancient and Medieval Times // The Economic History Review. 1972. Vol.25. № 2. Pp.207-210, 220.

22. Scheidel W., Friesen S.J. The Size of the Economy and the Distribution of Income in the Roman Empire. Pр.76 (table 6), 80-81.

23. Speidel M.A. Roman Army Pay Scales // The Journal of Roman Studies. 1992. Vol. 82. P. 102. Table 5.

24. Temin P. Estimating GDP in the Early Roman Empire. P. 47.

25. Wassink A. Inflation and Financial Policy under the Roman Empire to the Price Edict of 301 A.D. // Historia: Ze^h^^^e Geschichte. 1991. Bd.40, H.4. Pр.465-493.

* Согласно расчетам К.К. Паттерсона, осуществленным в ходе анализа особенностей обращения американских серебряных монет в период до 1962 г., величина постоянных потерь на уровне 2% в год означает, что запасы серебра не подкреплены соответствующим производством и исчезнут примерно через столетие после прекращения добычи [21].