Научная статья на тему 'Ценностно-семантический аспект категории «Часть-целое» в текстах лирических песен'

Ценностно-семантический аспект категории «Часть-целое» в текстах лирических песен Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

CC BY
127
58
Поделиться
Область наук
Ключевые слова
ТЕКСТ ЛИРИЧЕСКОЙ ПЕСНИ / ВЕРБАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ / СОБЫТИЙНО-ТЕМАТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ / КОНЦЕПТУАЛЬНО-МЕНТАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ / ЧАСТЬ / ЦЕЛОЕ

Аннотация научной статьи по языкознанию, автор научной работы — Седова Наталья Александровна

В статье рассматриваются тексты лирических песен, которые репрезентируют представления о части и целом и которые имплицитно содержат аксиологическую информацию. Устанавливается связь между вербальным, событийно-тематическим и концептуально-ментальным уровнями текстов лирических песен, содержащих лексемы, в значении которых присутствует семантический признак «часть» или «целое».

Value-semantic aspect of the category «part-whole» in the texts of lyrical songs

The article examines the texts of lyrical songs that represent the views of a part and a whole and that implicitly contain axiological information. The connection is established between the verbal, event and thematic, conceptual and mental levels of the texts of lyrical songs that contain the lexemes with the semantic feature ‘part' or ‘whole' in their meaning.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Ценностно-семантический аспект категории «Часть-целое» в текстах лирических песен»

16. Арутюнова Н. Д. Предисловие / Н. Д. Арутюнова // Логический анализ языка: культурные концепты. — М. : Наука, 1991. - С. 3-4.

17. Кобозева, И. М. Лингвистическая семантика / И. М. Кобозева. — М. : Эдиториал УРСС, 2000. — 352 с.

18. Ожегов, С. И. Словарь русского языка / С. И. Ожегов. — М. : Оникс, Мир и образование. — 1200 с.

19. Актуальные проблемы современной лингвистики : учеб. пособие / сост. Л. Н. Чурилина. — 3-е изд. — М. : Флинта : Наука, 2008. — 416 с.

ПОПОВА Лариса Владимировна, кандидат филологических наук, доцент (Россия), доцент кафедры иностранных языков второй специальности.

Адрес для переписки: la-09@mail.ru.

Статья поступила в редакцию 03.07.2013 г.

© Л. В. Попова

УДК 81'42 Н. А. СЕДОВА

Омский государственный институт сервиса

ЦЕННОСТНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ КАТЕГОРИИ «ЧАСТЬ-ЦЕЛОЕ»

В ТЕКСТАХ ЛИРИЧЕСКИХ ПЕСЕН

В статье рассматриваются тексты лирических песен, которые репрезентируют представления о части и целом и которые имплицитно содержат аксиологическую информацию. Устанавливается связь между вербальным, событийно-тематическим и концептуально-ментальным уровнями текстов лирических песен, содержащих лексемы, в значении которых присутствует семантический признак «часть» или «целое».

Ключевые слова: текст лирической песни, вербальный уровень, событийно-тематический уровень, концептуально-ментальный уровень, часть, целое.

Песня — форма словесно-музыкального искусства [1, с. 277], предназначенная для пения; совокупность вербальных и музыкальных знаков, оказывающих на адресата-слушателя эмоциональное воздействие. Объектом исследования в данной статье является песенный текст., под которым мы понимаем вербально-стихотворный компонент песни.

В последнее десятилетие песенные тексты неоднократно становились объектом лингвистических исследований, в которых изучались различные особенности их содержания, структуры и функционирования: экспрессивно-семантическая структура

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

русской лирической песни (Е. А. Карапетян, 2001); содержательные и языковые особенности текстов современной эстрадной песни (Е. В. Нагибина, 2002); стереотипность шлягера как текста массовой культуры (Т. А. Григорьева, 2003); когнитивные, коммуникативные, стилистические аспекты современной популярной лирической песни (О. С. Кострюкова, 2007); лингвоэкологический аспект современного песенного текста (А. Н. Полежаева, 2011).

Наше исследование песенных текстов вписывается в уже существующую традицию изучения последних с позиции лингвокультурологии [2], что позволяет проследить процесс взаимодействия языка, культуры и человека как носителя данного языка и данной культуры, и базируется на следующих теоретических положениях [2; 3]:

1) песня и песенный текст как её составляющая являются единицами национально-культурного пространства;

2) «языковые знаки способны выполнять функцию «языка» культуры, что выражается в способ-

ности языка отображать культурно-национальную ментальность его носителей» [3, с. 30], следовательно, песенный текст может рассматриваться как источник культурной национально маркированной информации;

3) современная песня генетически восходит к народной песне, отражающей традиционную народную культуру, описывающей все сферы как личной, так и общественной жизни человека и регламентирующей весь жизненный уклад народа через зафиксированные в песне представления о системе ценностей и стереотипах поведения; следовательно, лингвокультурологический анализ песенных текстов позволит реконструировать представления о национальных ценностных приоритетах.

Новизна нашего исследования заключается в том, что песенный текст, как носитель национально-культурной аксиологической информации, будет рассмотрен сквозь призму онтологической категории «часть — целое». Таким образом, предмет исследования — имплицитное аксиологическое содержание текстов лирических песен, репрезентирующих представления о части и целом. Для анализа нами выбраны лирические песни — это «песни, выражающие личные чувства и настроения поющих» [4].

Исследователи, изучающие песню как жанр массовой культуры и песенный текст как её компонент, отмечают такую их особенность, как стереотипность: «Песенный текст не несет в себе «нового знания», как это понимается в случае с литературным текстом. Напротив, он предсказуем, стереотипен, схематичен (даже если в его основе — шедевр мировой литературы: в этом случае в литературном

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 4 (121) 2013 ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 4 (121) 2013

эквиваленте выходит на первый план его стереотипность, а все нюансы отходят на второй). Песенный текст апеллирует к уже известному, к традиционным смыслам и представлениям, к реалиям, типичным. для исторически данной культуре, к стереотипным ситуациям и стереотипным их разрешениям» [2]. С точки зрения культурологии, стереотипы фиксируют коллективный социально-духовный опыт народа. «Существование подобных стабилизаторов (стереотипов) связано с регулярной повторяемостью сходных (типовых) ситуаций и сходных потребностей; они являются традиционными способами «решения» типовых ситуаций» [5, с. 109]. Следовательно, основными элементами дефиниции понятия стереотип являются такие, как устойчивость, повторяемость, воспроизводимость, предсказуемость, ассоциативность.

В текстах лирических песен стереотипность «проявляется на различных уровнях: 1) сюжетнособытийном (темы, мотивы, ситуации, герои, их функции); 2) вербально-образном (стандартные языковые средства оформления стандартных тем и ситуаций текста — ключевые слова, устойчивые образы, постоянные эпитеты, формулы, клише, штампы, loci communes и др.); 3) концептуально-ментальном («самодовлеющие инвариантные структуры сознания», стереотипы сознания, функционирующие на уровне когнитивной базы лингвокультурного сообщества)» [6, с. 95 — 96]. Мы намерены объективировать коррелятивные отношения между единицами данных уровней, выстроив траекторию исследования следующим образом: вербальный уровень (тексты лирических песен, содержащие лексемы с партитивно-холической семантикой, которые репрезентируют представления о части и целом) — событийно-тематический уровень (тематика и событийный ряд лирических песен, содержащих лексемы с партитивно-холической семантикой) — концептуально-ментальный уровень (имплицированная в текстах лирических песен, содержащих лексемы с партитивно-холической семантикой, национально-культурная аксиологическая информация).

Отношения по типу «часть-целое» являются одним из видов многообразных отношений, в которых находятся друг с другом все предметы реального мира. Они считаются универсальными, так как характеризуют и пронизывают все формы бытия. Онтологические категории часть и целое определяются посредством друг друга: «часть — это элемент некоторого целого; целое — то, что состоит из частей» [7, с. 343].

Анализ вербального уровня является первичным, поскольку основным способом репрезентации представления о части и целом является вербализация. В качестве языкового материала выступают лексические и грамматические вербализаторы, в значении которых имеются непосредственно или опосредовано присутствующие семантические признаки отношения «часть-целое», а именно партитивные или холические семы.

Для объективации представления о части в текстах лирических песен используются лексемы с партитивной семантикой, в значении которых в разной степени (по шкале эксплицитность / имплицит-ность) присутствует партитивная сема, а именно:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1) лексема часть, которую мы рассматриваем как инвариантную, так как именно она даёт представление о части в наиболее простом и объективном виде: Я и ты / Мы разбили наше хрупкое сча-

стье / Вдруг на части (исп. группа «Челси»); Мир / В котором я живу / Не делится на части / Пока в нём есть любовь (исп. В. Брежнева);

2) лексико-семантические эквиваленты инвариантной лексемы «часть», отстоящие от неё на расстоянии одного шага в родо-видовой цепочке: вдребезги, дно, кусочек, остаток, половина, сложные слова с первой частью пол- (полнеба, полмира), пополам, например: Пополам, небеса, пополам, земля / Пополам, я сама не случайно (исп. Л. Долина); Заберу кусочек / Улыбки и взгляда / Половину только / А больше не надо (исп. Л. Агутин);

3) лексемы, в значении которых семантический признак «часть» присутствует имплицитно и указание на него осуществляется опосредованно, через ссылку на один из лексико-семантических эквивалентов инвариантной лексемы «часть» (лексемы этой группы отстоят от инвариантной лексемы на расстоянии двух и более шагов в родо-видовой цепочке): капля, (капля ^ частица ^ часть), клеточка (клеточка ^ единица ^ часть), клочья (клок ^ обрывок ^ кусок ^ часть), обломок (обломок ^ кусок ^ часть), осколок (осколок ^ кусок ^ часть), развалины. (развалины ^ остаток^часть), угли, (угли ^ кусок ^ часть), например: Где-то там за чертой / Я оставлю осколки обид / И тревожные сны / И до боли холодные ночи (исп. Н. Басков); Я не держу тебя, поверь / Ты не увидишь моих слез / И на развалинах любви / Ты не посадишь новых роз (исп. Т. Повалий);

4) глаголы с партитивной семантикой: состоять (состоящий), например: Свет уходящего солнца / Свет я увидел в глазах твоих / Мир, состоящий из двух половин / И никакого нет смысла в жизни, кроме любви (исп. В. Меладзе), в том числе глаголы с деструктивной партитивной семантикой (имеют обобщённое значение «выведение из состава целого, разрушение целого»): делить (поделить, разделить), колоть, разбить, разлететься, разорвать, расколоть, например: Колется сердечко на кусочки, на осколочки / Где мое колечко? У тебя лежит на полочке (исп. Глюкоза); Бог тебя выдумал для двоих, видимо / Разделил пополам, словно реку берегам (исп. дуэт «Не пара»).

Для репрезентации представления о целом в текстах лирических песен используются лексические единицы, в значении которых в разной степени (по шкале непосредственность/опосредованность) присутствует холическая сема:

1) инвариантная лексема целое — «нечто единое, нераздельное» [8, с. 1459], которая может выступать как в качестве субстантива, так и в качестве адъек-тива, а также её синонимы: весь (и его грамматические формы всё, вся, все) [9, с. 546], один, без остатка, до дна, до конца, всегда, везде, всюду, например: И когда, прильнув к твоим губам / Я всего себя тебе отдам (исп. Е. Анегин); Мы друг в друге растворялись без остатка (исп. Д. Маликов); Я помолюсь за тебя / И сердце бьется любя / Друг другу стали с тобой одной судьбой (исп. Т. Повалий);

2) лексико-семантические эквиваленты инвариантной лексемы и её синонимов (лексемы этой группы отстоят от инвариантной лексемы или её синонима на расстоянии одного шага в родо-видовой цепочке): круглосуточно, навсегда, пара, например: Знаю я, что ты меня найдёшь / Знаю я, что ты меня поймёшь / Что под этой вечною луной / Лучшей парой станем мы с тобой (исп. Е. Анегин); Круглосуточно красивая женщина / Ты круглосуточно красивая женщина, а я / Круглосуточно влюбленный мужчина (исп. С. Слепаков);

3) лексемы, в значении которых холическая сема присутствует имплицитно и указание на неё осуществляется опосредованно, через ссылку на один из лексико-семантических эквивалентов инвариантной лексемы или синонимов (лексемы данной группы отстоят от инвариантной лексемы или её синонима на расстоянии двух и более шагов в родовидовой цепочке): вместе (вместе ^ соединение ^ целое), например: Мы будем вместе, я знаю / Таких, как я, не бывает / Таких, как ты, не теряют / Мы будем вместе, я знаю (исп. И. Билык);

4) глаголы с холической семантикой (имеют обобщённое значение «соединение, объединение, включение в состав целого»): слепить, сложить, собрать, раствориться, например: Я его слепила из того, что было (исп. А. Апина); Я растворюсь в тебе / Солёною слезой (исп. Т. Повалий).

Статистическая обработка лексем с партитивной и холической семантикой позволила получить следующие выводы: в текстах лирических песен наиболее частотны лексемы с партитивной семантикой, их количественное соотношение с лексемами с холической семантикой составляет 2:1 (67 % и 33 % соответственно). Среди лексем, объективирующих представление о части, наиболее частотны осколки — встречаются в 30 % проанализированных песенных текстов, разбить — в 18 % текстов, половина (половинка, пополам) — в 16 % текстов, употребление других указанных выше лексем с партитивной семантикой отмечается в 2 — 4 % песенных текстов. Среди лексем с холической семантикой наиболее частотными являются инвариантная лексема весь и группа её синонимов всегда, везде, всюду, в совокупности они встречаются в 31 % песенных текстов, репрезентирующих представление о целом, и в 10 % проанализированных песенных текстах.

Стереотипные лексемы текстов лирических песен являются не только частотными, но и тематически значимыми, так как активно участвуют в развёртывании сюжета лирической песни, следовательно, коррелируют с событийно-тематическим, уровнем текстов лирических песен.

Для наименования основной единицы событийно-тематического уровня песенных текстов считаем целесообразным использовать термин «тема» (для наименования инвариантного явления) и «микротема» (для наименования вариантов темы). По нашим наблюдениям, для сюжетно-событийного уровня текстов лирических песен, содержащих партитивные и холические лексемы, стереотипными являются две основные темы, которые можно обозначить как «Счастливая любовь» и «Несчастная любовь». Каждая, в свою очередь, реализуется совокупностью нескольких вариантов, микротем, рассмотрим их последовательно.

Тема «Счастливая любовь». В рамках микротемы «Единение с любимым, человеком» можно выделить два вида сюжетно-событийных явлений, связанных с разной степенью единения, а именно: а) полное единение, эмоциональное слияние, имеющее место при очень сильном чувстве, когда одно целое становится частью другого целого, например: Я помолюсь за тебя / И сердце бьется любя / Друг другу стали с тобой одной судьбой (исп. Т. Повалий); И когда, прильнув к твоим губам / Я всего себя, тебе отдам / И никто не будет в этот час / На земле уже счастливей нас (исп. Евгений Анегин); и б) частичное единение, при котором любящий отдаёт другому человеку лишь какую-то часть себя, что возможно, например, в состоянии влюблённости, напри-

мер: Если я уеду / Я с тобой оставлю половину / Половину всего / Половину сердца / Оставлю с тобою / Половину неба / Закрою рукою (исп. Л. Агутин); Звезды в лужах делить с тобой / Теплый ужин делить с тобой / Оставаться нужным и быть с тобой (исп. группа «30.02»).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Микротема «Счастливое прошлое или. будущее с любимым, человеком» концептуализируется в песенных текстах рядом холических лексем, например: Мы будем вместе, я знаю / Таких, как я, не бывает / Таких, как ты, не теряют / Мы будем вместе, я знаю (исп. И. Билык); Какой бы мы красивой были парой / Мой милый, если б не было войны (исп. В. Толкунова).

Микротема «Любовь — чувство, создающее ощущение гармонии». В песенных текстах данной микротемы сообщается о несовместимости такого чувства, как любовь, с дискретностью окружающего мира. Данная мысль выражается эксплицитно в форме отрицательных или усилительно-отрицательных конструкций, например: Мир, в котором я живу / Не делится, на части / Пока в нём есть любовь (исп. В. Брежнева); Мы выпили любовь, не расплескав ни капли, (исп. группа «Город 312»).

В песенных текстах микротемы «Создание образа любимого человека» используются глаголы, имеющие обобщённое значение «соединение, объединение, включение в состав целого»: Я его слепила из того, что было (исп. А. Апина); Я тебя сложила из снов в этом новолунии / Слито столько ласковых слов в тихом звуке имени (исп. Т. Повалий).

При реализации микротемы «Глубина и. сила чувства» могут употребляться как лексемы с партитивной семантикой для того, чтобы показать глубину чувства: Я знаю ты будешь со мной / Я каждою клеточкой чувствую МОЙ (исп. группа «Тутси»), так и лексемы с холической семантикой для того, чтобы показать силу чувства: Весь мир и всю нежность свою / В любовь превращу и тебе подарю (исп. группа «Тутси»); Сквозь расстояния и холода / Я твоя навсегда, навсегда (исп. Т. Повалий).

Тема ««Несчастная любовь». В песенных текстах микротемы «Безответная, любовь» часто присутствует образ-символ разбитого сердца, который эксплицируется глаголами с деструктивной, партитивной семантикой, например: Раскололось моё сердце без любви твоей (исп. Лолита); Колется, сердечко, на кусочки, на осколочки / Где мое колечко? У тебя лежит на полочке (исп. Глюкоза).

В песенных текстах микротемы «Утраченная любовь вследствие расставания» используются глаголы с деструктивной партитивной семантикой, например: Ты уходишь, мое сердце разбивая (исп. Д. Маликов); Было так жестоко сердце мне разбито / Помнишь, как сказал ты: «Чао, бамбино, сеньорита» (исп. группа «Блестящие»), а также лексемы, называющие части, отделившиеся от целого механическим путём, некоторые из них имеют дополнительное обобщённое значение «то, что осталось, остаток»: обрывок, обломок, осколок, например: И в новостях покажут лишь обломки чувств / Что раньше связывали нас (исп. Таня); Мелочи жизни — с кем не бывает / Угли большой любви остывают (исп. П. Гагарина). Данная семантика поддерживается такими лексико-грамматическими средствами, как лексемы раньше, остались, в память, контекстуальные антонимы когда-то — теперь, глаголы в форме прошедшего времени были, связывали.

Для концептуализации микротемы «Любовь — чувство, приносящее душевные страдания, и. боль» используются лексемы, именующие части, отделив-

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 4 (121) 2013 ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 4 (121) 2013

шиеся от целого механическим путём, что усиливает «болезненность» описываемых в рамках данной микротемы ситуаций, например: Они нам дуло к виску / Они нам вдребезги сердца / А мы за ними во тьму / А мы за ними в небеса (исп. П. Гагарина, И. Дубцова); Женская любовь, нет тебя короче / Сердце ты моё разрываешь в клочья (исп. Н. Трубач).

Микротема «Пребывание в одиночестве» конкретизируется в сюжетном действии «поиск любимого человека», которое в большинстве текстов лирических песен актуализирует миф о двух половинках, следовательно, типичными для данных песенных текстов являются партитивные лексемы половина (половинка, пополам), например, сюжет мифа положен в основу текста песни в исполнении Л. Долиной «Половинка моя» (Пополам, небеса, пополам земля / Пополам я сама не случайно / Половинка моя, половинка моя / Как я по тебе скучаю). В некоторых песенных текстах микротема «Пребывание в одиночестве» актуализируется использованием образа парного предмета, а состояние одиночества ассоциируется с нарушением парности, например: Без меня тебе, любимый мой / Лететь с одним, крылом. (исп. А. Пугачёва).

Проанализированные вербальный и событийно-тематический уровни текстов лирических песен с партитивно-холическими лексемами позволяют сделать выводы о концептуально-ментальной аксиологической информации, имплицированной в них.

Основными в эмоционально-личностной сфере человека являются состояния и переживания, вызванные таким чувством, как любовь. Партитивные и холические лексемы используются в песенных текстах для концептуализации как темы «Счастливая любовь», так и темы «Несчастная любовь», при этом в песенных текстах темы «Счастливая любовь» преобладают холические лексемы, а в песенных текстах темы «Несчастная любовь», по нашим наблюдениям, используются только партитивные.

На наш взгляд, большую концептуальную нагрузку имеют лексемы с партитивной семантикой, именно они, по сравнению с холическими лексемами, создают хотя и стереотипные, но более интересные образы. Так, в текстах лирических песен глаголы с партитивной семантикой расколоть, разбить создают метафорический образ любовного чувства, отношений между мужчиной и женщиной как чего-то хрупкого и тонкого, нуждающегося в сохранении и охранении; при использовании партитивной лексемы осколки, актуализируются семы «острый» и «необратимость»; лексемы клочья, обрывки, обломки называют части, отделяемые от целого механическим путём, что позволяет материализовать ощущение душевной боли и придать ей силу физической. Заслуживает внимания партитивная лексема половина. Она употребляется в песенных текстах и темы «Счастливая любовь», и темы «Несчастная любовь», участвуя в создании конверсивных семантико-ак-сиологических отношений: отсутствие, нехватка,

недостаток половины, нужда в ней воспринимается как негативная ситуация, если же половина отдаётся, отделяется, это воспринимается как нормальное и правильное явление. В продолжение темы парности, двукомпенентности в текстах лирических песен можно сказать, что ситуация разъединения парных предметов (два крыла — одно крыло) наделяет участника ситуации такими качествами, как беспомощность, духовная бедность, моральная ущербность.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Таким образом, целостное состояние чего-либо имеет положительный потенциал и стереотипно воспринимается носителями русского языка как более правильное, гармоничное и ценное. Образ разделения чего-либо на части, дискретное состояние препятствует актуализации положительной информации, применительно к личностной сфере человека является повторяемым и устойчивым при передаче таких чувств, эмоций и состояний, как страдание, душевная боль, одиночество и др.

Библиографический список

1. Лазуткин, С. Г. Песня / С. Г. Лазуткин // Литературный энциклопедический словарь / Под общ. ред. В. М. Кожевникова, П. А. Николаева. — М. : Сов. энциклопедия, 1987. — 752 с.

2. Андронаки, Г. Д., Васильева В. В. Опыт лингвокультурологического анализа: песенный текст [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://psujourn.narod.ru/lib/vasilye-va1.htm (дата обращения: 03.02.2013).

3. Маслова, В. А. Лингвокультурология : учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений / В. А. Маслова. — М. : Академия, 2001. - 208 с.

4. Соколов, Ю. Словарь литературных терминов [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://feb-web.ru/feb/slt/ аЬс/Ш/Ш-4141.Ыт (дата обращения: 14.04.2013).

5. Чистов, К. В. Народные традиции и фольклор: очерки теории / К. В. Чистов. — Л. : Наука, 1986. — 304 с.

6. Григорьева, Т. А. Стереотипные модели и стереотипные ситуации в текстах современного шлягера /Т. А. Григорьева // Учёные записки молодых филологов : сб. статей. Вып. 2. / Отв. ред. А. В. Андронов. — СПб. : Филологический факультет СПбГУ, 2004. — С. 94—105.

7. Новая философская энциклопедия. В 4 т. Т. 4 / Под. ред.

B. С. Стёпина. — М. : Мысль, 2001. — 605 с.

8. Большой толковый словарь русского языка / Под ред.

C. А. Кузнецова. — СПб. : Норинт, 2000. — 1536 с.

9. Александрова, З. Е. Словарь синонимов русского языка : практ. справ. / З. Е. Александрова. — М. : Рус. яз., 2001. — 568 с.

СЕДОВА Наталья Александровна, кандидат филологических наук, доцент (Россия), доцент кафедры туризма.

Адрес для переписки: sedova2006@mail.ru

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Статья поступила в редакцию 26.06.2013 г.

© Н. А. Седова