75-летию Победы в Великой Отечественной войне посвящается
Сведения для цитирования: Павленко, Г. К. Трудовые резервы — резервы тыла в годы Великой Отечественной войны [Текст] / Г. К. Павленко // Инновационное развитие профессионального образования. — 2019. — № 2 (22). — С. 125-131.
УДК 94(47)+377 ББК 63.3(2)62
ТРУДОВЫЕ РЕЗЕРВЫ — РЕЗЕРВЫ ТЫЛА В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
Г. К. Павленко
Словосочетание «система государственных трудовых резервов» для современного поколения утратило тот смысл, который оно имело в 40-е годы ХХ века, так же, как и аббревиатуры «ФЗО», «ФЗУ», «РУ», «ЖУ». И это не случайно. Название системы менялось не один раз: в 70-е годы — на «профессионально-техническое образование», а в начале XXI века — на «профессиональное образование».
Среди многих сложных проблем военного времени советскому государству пришлось решать задачу подготовки и переподготовки рабочих как квалифицированных, так и массовых профессий. Частично она была облегчена созданием в октябре 1940 г. системы государственных трудовых резервов СССР Ведомственная разобщенность [школы фабрично-заводского ученичества (ФЗУ) и училища принадлежали ранее предприятиям] затрудняла централизованную подготовку рабочих. К тому же предприятия готовили для себя рабочих по небольшому кругу массовых профессий.
Для совершения индустриального рывка государству были необходимы квалифицированные рабочие. Для их подготовки у предприятий не было ни средств, ни кадров. Эту обязанность государство взяло на себя.
На основе Указа Президиума Верховного Совета СССР от 1940 г. училища из ведения предприятий были переданы в распоряжение Совета народных комиссаров (СНК) СССР По стране открыли 1,5 тыс. ремесленных (РУ), железнодорожных (ЖУ) училищ и школ фабрично-заводского обучения (ФЗО) с количеством учащихся 602 тыс. человек. Из них на базе бывших ФЗУ было создано 900 учебных заведений, или 60 %; в Чкаловской области эта цифра достигла 85 %.
В ремесленные и железнодорожные училища принимались подростки 14-15 лет, в школы фабрично-заводского обучения — 16-17 лет. В Свердловской области предстояло набрать более 15 тыс. человек.
На Урале в государственную систему трудовых резервов вошло 140 учебных заведений, в том числе 47 РУ, 11 ЖУ и 82 школы ФЗО. Количество обучающихся в ней увеличилось с 22,7 до 55,5 тыс. человек, или 2,4 раза. На Южном Урале начали занятия 67 училищ и школ ФЗО с контингентом в 23,5 тыс. человек, в том числе в Челябинской области 37 с 14 990 учащимися. Призыв в училища и школы ФЗО превратился в добровольный набор. В стране и на Урале на каждое место подали по два заявления, в Чкаловской
области — 4 заявления, в Туймазинском районе Башкирии — 14, в Нагайбакском и Полтавском районах Челябинской области — соответственно 30 и 10. Булат Ханнанов писал в заявлении: «Мой отец с 1930 г работает на железнодорожном транспорте. Работает по-стахановски. Я хочу работать там же. Обязуюсь работать так же, как мой отец. Прошу принять меня в железнодорожное училище». Заявления подростков свидетельствовали о желании получить профессию. В Свердловской области набор в училища и школы ФЗО закончили досрочно. На 15,1 тыс. мест было подано 23 тыс. заявлений. В учебные заведения трудовых резервов Урала в итоге приняли на 13 тыс. подростков больше, чем предполагалось планом.
Благодаря этой реформе во вновь организованных учебных заведениях материально-техническая база создавалась, а в уже существующих— укреплялась. Однако в то же время не хватало строителей, оборудования, материалов, чтобы полностью обеспечить учебные заведения всем необходимым. К тому же сметы системы Главного управления трудовых резервов (ГУТР) были подготовлены только концу декабря 1940 г.
Решалась и проблема с кадрами. Так, на базе ФЗУ Челябинского тракторного завода (ЧТЗ) было организовано РУ-2. На 1 января его контингент составлял 1390 человек. С ЧТЗ были направлены квалифицированные мастера Г. Т. Герасимов, К. К. Топталин, Н. И. Трусов и др. Директором назначили А. Г. Бледнева, его замом по учебно-производственному обучению — К. Ф. Погнаева, старшим мастером — В. И. Игнатова. В Свердловской области в учебные заведения было направлено 540 мастеров производственного обучения, выделено около 7 тыс. рабочих для проведения производственной практики, оборудовано 35 новых производственных мастерских.
В г. Магнитогорске Челябинской области училища и школы ФЗО были полностью подготовлены к учебному году; во всех учебных заведениях Башкирии была создана учебно-производственная база, подготовлены общежития и столовые. Учащиеся железнодорожного училища г. Уфы писали в республиканскую газету: «Бедный чеховский Ванька! Если бы он видел, как у нас чисто, уютно в комнатах общежития, какие у нас светлые классные комнаты, хорошие производственные мастерские. Для него это была бы сказка».
Наркоматы передали учебным заведениям трудовых резервов развитых промышленных
центров Урала основные средства и материальные ценности на миллионы рублей; только в Челябинской области эта сумма составила около 26 млн руб. Однако не везде дело обстояло таким образом. Например, в Оренбургской области наркоматы связи, нефти, черной металлургии, земледелия устранились от решения вопросов, и комсомольские организации вынуждены были выявлять и собирать по предприятиям излишки, чтобы передать их училищам. Трудновыполнимой задачей для Оренбургского управления трудовых резервов оказался и подбор кадров на должности директоров и старших мастеров: 50 % из них имели низшее образование.
Созданная система требовала оперативного и четкого руководства. Первого апреля 1941 г. было утверждено Положение о Главном управлении трудовых резервов при СНК СССР, которое определяло структуру управления и направления его деятельности.
Первый выпуск из школ ФЗО страны в количестве 250 тыс. рабочих состоялся в мае 1941 г. В Свердловской области производству передали более 8 тыс. выпускников, одна треть из которых сдала экзамены на У-УП разряды. За время обучения учащиеся школ ФЗО области построили 34 здания, произвели 10 тыс. т проката, 682 тыс. м труб, 1000 т проволоки, 282 т гвоздей, дали 40 тыс. т руды и угля; ученики школы ФЗО-1 г. Уфы выпустили продукции на 40 тыс. рублей, а всех школ республики — на 300 тыс. рублей. Чистый доход школ Челябинской области составил 1775,6 тыс. рублей. В Оренбургской области школа ФЗО-1 построила 24 кирпичных и деревянных здания, ФЗО-1 стации депо «Оренбург» выпустило из ремонта 3 паровоза и 226 вагонов. На «хорошо» и «отлично» квалификационные экзамены сдали более 79 % выпускников челябинских школ ФЗО, 74 % — оренбургских. С повышенными разрядами челябинские школы окончили 39,7 % подростков, в ряде школ эта цифра составила от 60 до 90 %, в том числе в ФЗО-8 Челябинска, ФЗО-19 Аши, ФЗО-2 Карабаша, ФЗО-16 Минь-яра, ФЗО-21 Златоуста, ФЗО-5 Каменск-Уральска. Учебные заведения Пермской области выпустили 6108 молодых рабочих.
В короткие сроки проявились преимущества этих учебных заведений, чьи выпускники составляли государственный резерв квалифицированной рабочей силы. Система государственных резервов обеспечивала возможность территориального перераспределения выпускников в зависимости от изменения географии размещения новых промышленных объектов.
Занятия у учащихся второго набора должны были начаться 1 июля 1941 г., молодежь училищ готовилась уйти на каникулы. Но отдых оказался непродолжительным. В связи с начавшейся войной ГУТР обратилось ко всем учащимся и работникам учебных заведений с призывом соблюдать дисциплину, порядок и организованность. Были отменены отпуска. Учащиеся вернулись на учебу
Мобилизации рабочих на фронт вызвали растерянность среди руководителей предприятий, и они ухватились за учащихся трудовых резервов как за соломинку; забыв, что имеют дело с детьми, они давали им нормы взрослых рабочих, использовали труд учащихся на заготовке дров и в шахтах по 8-10 часов в день.
С востока страны стали прибывать эвакуированные учебные заведения. На Урал было эвакуировано 40 тыс. воспитанников трудовых резервов и 2,5 тыс. сотрудников из 239 ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО. В Свердловскую область в 1941 г. эвакуировали 24 школы и 79 училищ, в которых обучалось около 13,9 тыс. человек; 114 человек разместили в Кургане, 420 — в Уфе. На станциях областных центров Урала дежурили работники ГУТР, которые следили за передвижением эшелонов с учащимися. Через Свердловск проследовало 15 тыс. учащихся, через Челябинск — 12 290. Попытки организовать питание в пути, санобработку на станциях не всегда удавались из-за большого скопления эвакуированных эшелонов с людьми и техникой. Поезда на восток продвигались медленно, пропуская военную технику и мобилизованных солдат. Эвакуировавшись в спешке летом, люди прибывали на Урал, когда уже выпал снег. Теплой одежды ни у кого не было. Так, ремесленное училище № 31 в составе 194 учащихся прибыло из Ленинграда на станцию Челябинск 19 февраля 1942 г. Подростки ехали в товарных вагонах без оконных рам, без нар, без отопления. По заявлению директора училища Иовле-ва, в пути умерли 42 человека, госпитализированы с обморожением и дизентерией, и то не сразу, 65 больных. Трое суток учащиеся провели в составе, который стоял без топлива и без санобработки, и, хотя детей кормили горячим питанием два раза в сутки, сухим пайком их не обеспечили. А в это время директор училища и заместитель начальника областного управления трудовых резервов обивали пороги, чтобы изменить ситуацию. За трое суток скончались еще 7 человек. Наконец, вечером 22 февраля вагоны снабдили углем и отремонтировали,
а 23 февраля состав отправился по пути следования в Каменск-Уральский.
В период приема эвакуированных областные управления трудовых резервов столкнулись с непредвиденными трудностями, ведь на Урал прибыло более 700 предприятий. Население городов увеличилось вдвое. Так как в первую очередь изыскивались производственные площади для прибывающих заводов и помещения для госпиталей, не все эвакуированные училища и школы ФЗО смогли продолжить занятия. Часть из них была направлена на оборонные заводы, часть — на предприятия местной промышленности и в сельские районы. Тех, кто продолжил учебу, разместили в клубах, кинотеатрах, спортивных залах, железнодорожных вагонах, в бараках и зданиях школ. Учителя и учащиеся школы № 18 Челябинска за сутки перевезли оборудование и наглядные пособия в другое помещение, чтобы освободить здание для прибывающего эвакуированного ремесленного училища. В 1942-1943 гг. учащиеся и сотрудники РУ-2 Челябинска приняли эвакуированные училища из Москвы, Ленинграда, Сталинграда, Харькова, Киева, а также из городов Латвии, Литвы и Эстонии. Контингент училища увеличился до 4909 человек. Мальчиков разместили в доме напротив монтажного техникума; в одном из подъездов этого дома жили сотрудники училища. Кроме этого, юношам предоставили трехъярусные кровати в здании училища: на третьем этаже, в актовом зале, в общежитии. В общежитии были поселены и девочки, для которых родными стали воспитатели Г. И. Митрошина, М. Е. Коваль, Р. К. Рацеп и другие. Старший комендант общежития М. Н. Жуков соблюдал строгий режим военного времени с подъемом и отбоем, с докладами воспитателей о состоянии дел в группах.
Для учебных заведений трудовых резервов, которым не хватало помещений, строили землянки, времянки под мастерские. Одновременно учащиеся помогали восстанавливать базовые предприятия. Так, в Оренбургской области РУ-3 построило маленький завод, Ново-Сергеевское железнодорожное училище — слесарное отделение и два горна.
Огромные потери Красной армии в первый период Великой Отечественной войны диктовали необходимость поиска путей решения проблемы убытия рабочей силы с производств. Пришлось пойти на сокращение сроков обучения в учебных заведениях системы трудовых резервов. Если в мирное время в РУ
и ЖУ срок обучения составлял два года, при этом теоретическое обучение занимало до 40-50 % учебного времени, то с началом войны срок сократился до одного года, а теоретическое обучение было отменено. В школах ФЗО в довоенное время обучались 6 месяцев с теоретическим обучением, занимавшим до 20 % учебного времени; в военных условиях обучение происходило в течение 2-3 месяцев непосредственно на производственном участке завода. Второй путь, который был избран для решения проблемы — расширение сети учебных заведений. Контингент по стране вырос в 1,3 раза, по Уралу — в 1,5-2 раза, в том числе по Южному Уралу — в 2,7 раза, по Челябинской области — в 2 раза. Если первые военные призывы прошли организованно, то в последующие годы набирать становилось все сложнее, ведь в течение 1941-1942 гг. доля Урала в общесоюзной подготовке трудовых резервов увеличилась с 8,6 до 21,8 %. Не случайно за годы войны треть учащихся была набрана вне Урала. Будущих рабочих из других регионов страны обучали Свердловская (44 621 человека), Челябинская (42 415) и Пермская (2009) области. Значительно возрос призыв молодежи из сельской местности (с 78,7 до 85,4 %) и девушек (с 43 до 46,7 %). Начиная с 1942/43 уч. г. осуществлять наборы становилось все сложнее. Челябинской и Курганской областями план был выполнен чуть более чем на 70 %, Башкирией — на 91 % по той причине, что она отправила свою молодежь в металлургические училища Челябинской области. Чтобы выполнить планы набора, в учебные заведения стали направлять беспризорников, подростков из детских домов и колоний. В Челябинской области было создано специальное училище для таких подростков на 400 мест и школа ФЗО на 300 мест. С освобождением советских территорий из-под оккупации возникла потребность в кадрах строителей, и на Урале начали расширять сеть строительных школ ФЗО. Толь -ко в Челябинской области было организовано 13 новых учебных заведений с контингентом 7300 человек. С набором помогло ГУТР, направив в Челябинскую и Свердловскую области 11 750 юношей и девушек 1927 года рождения из 15 областей и республик.
Война потребовала смены профиля подготовки будущих рабочих. На Южном Урале ведущей стала металлургическая отрасль: в Челябинской области — 63 %, в Башкирии — 39 %; второе место заняла машиностроительная — по 25 %; на третьем месте в Челябин-
ской области была подготовка рабочих для Наркомата танковой промышленности, боеприпасов и угольной отрасли, в Башкирии — для нефтяной отрасли. В 1943 г. в черной металлургии Среднего Урала доля выпускников трудовых резервов составила 8,2 %, в январе на Уралмаше — 6,7 %, на Синарском трубном заводе — 12 %.
Основную долю рабочих для черной металлургии готовили школы ФЗО (81,9 %), остальных — ремесленные училища. Исключение составил 1944 г., когда в связи с восстановлением юга страны потребовалось больше металлургов. Училища обеспечивали подготовку 27 % рабочих для металлургической отрасли.
В связи с сокращением сроков обучения в августе — сентябре 1941 г. был осуществлен первый досрочный выпуск из училищ (42,4 тыс. человек) и школ ФЗО (20 тыс.). В 1941 г. уральскими учебными заведениями было передано промышленности более 39 тыс. выпускников (62,5 % от общего выпуска по стране), в том числе Башкирской и Удмуртской автономными республиками — более 5 тыс., Свердловской и Пермской областями — около 21 тыс., Челябинской и Оренбургской — 13 тыс. Из них 87 % было выпущено из ремесленных и железнодорожных училищ.
В первом полугодии 1942 г. из ремесленных училищ и школ ФЗО Свердловской области в промышленность поступило 27 532 молодых рабочих различных профессий, из них досрочно выпущено 4442 подростка. Училища Пермской области по решению обкома партии в марте 1942 г. провели внеплановый выпуск 270 воспитанников, достигших 16-летнего возраста, для работы на электростанциях и электросетях «Пермьэнерго». Карпинская школа ФЗО-14 в июле досрочно осуществила выпуск 272 человек: помощников машинистов паровозов и экскаваторов, электриков, кузнецов. При внеплановых выпусках окончившим ремесленные училища и школы ФЗО присваивали разряды не выше третьего вместо пятого или шестого, как полагалось после прохождения полного курса.
С печатного листа на нас смотрят цифры, которые ничего не говорят о том, какими усилиями они достигались. Кто и как готовил учащихся? Количество рабочих и служащих в стране уменьшилось до 18,4 млн человек в 1942 г. по сравнению с 31,2 млн в 1940-м. Текучесть кадров в училищах и школах ФЗО была постоянной из-за мобилизации работников на фронт, выдвижения
на руководящие посты. В Оренбургской области почти каждый второй работник трудовых резервов ушел на фронт. Аппарат управления в Челябинской области сменился на 80 %, в училищах и школах ФЗО — на 25 %. В 1943 г. из 588 работников училищ и школ ФЗО призваны в Красную армию 146 человек (25 %), откомандированы в освобожденные районы 116 (20 %), уволились по болезни 52 (8,8 %) и перешли работать в промышленность 125 человек (21 %). В Башкирии сменилось 50 % директоров.
30 сентября 1941 г. немецкие войска начали наступление на Москву. Красная армия продолжала нести огромные военные, материальные и людские потери. В октябре 1941 г. партийные органы и областные управления трудовых резервов получили закрытое письмо ГУТР о перестройке производственного обучения. В нем говорилось: производственное обучение в цехах завода осуществлять в соответствии с режимом предприятия; при необходимости учащиеся, достигшие 16 лет, остаются работать сверхурочно наравне со взрослыми.
В Челябинской области шесть учебных заведений переключились на изготовление боеприпасов. Удельный вес выполнения заданий в училищах был разным. Так, наибольший объем заказов выполнялся в РУ-1 Магнитогорска (56 %); за ним следовало РУ-4 Златоуста (19 %), РУ-2 Челябинска (13 %), РУ-5 Челябинска (7 %), РУ-3 Копейска и РУ-10 Миасса (2-3 %). За первые полгода войны ремесленные училища Башкирии выполнили спецзаказов на сумму более 271 млн руб., что составило 382 % от плана. В Перми на предприятиях города выполнением военных заказов было занято 14 тыс. учащихся РУ и школ ФЗО. Чтобы выполнить задания Государственного комитета обороны (ГКО), училища строили у себя подсобные производства. В Оренбургской области было построено 19 горнов, в Магнитогорске — мастерские, не уступающие средним производствам. «Не уйдем, пока не выполним норм», «Все для фронта, все для Победы!» — таковы были лозунги учащихся.
Как в таких сложных условиях обеспечить учебные заведения кадрами? Как выработать у подростков дисциплину и понимание необходимости трудиться из всех сил, учитывая, что детский организм еще не сформировался, что ребятам очень тяжело физически, хочется есть и спать?
Центральные аппараты всех уровней придавали первостепенное значение вопросу отбора кадров на посты руководителей областных
и республиканских управлений системы трудовых резервов. Им удалось в сложное военное время направить туда грамотных специалистов. Во главе областных и республиканских управлений трудовых резервов встали талантливые организаторы: в Башкирии — А. Г. Аб-дуллин, в Оренбургской области — И. А. Митрофанов (награжден орденом «Знак Почета»), в Челябинской — П. С. Бережной, которого по решению ЦК ВКП(б) от 7 мая 1943 г. сменил Н. В. Нассонов, удостоенный в июле 1942 г. ордена «Знак Почета» за успешное выполнение правительственных заданий по подготовке квалифицированных кадров для промышленности и транспорта.
В феврале 1943 г. Челябинская область была разукрупнена. Из ее состава выделилась Кур -ганская область. Областной аппарат управления трудовых резервов был укомплектован не сразу. К августу в нем работало только половина управленцев, но уже к середине 1944 г. не хватало только 5 человек. Начальника управления Афанасьева в 1944 г. сменил его заместитель Г. М. Синичкин. Учебно-производственный отдел управления возглавил А. М. Финялев. Области было передано по два ремесленных, железнодорожных училища и две школы ФЗО. Курганское управление успешно справилось с укомплектованием кадров шести учебных заведений. Они имели полный штат старших мастеров, почти полный — завучей по учебно-производственной работе, а из 118 мастеров по штату не хватало только 14.
С целью улучшения воспитательной работы в учебных заведениях трудовых резервов по решению ЦК ВКП(б) в мае 1942 г. была утверждена должность заместителя начальника ГУТР по политико-воспитательной работе. В местных управлениях были образованы соответствующие отделы. Но так как дойти до каждого воспитанника немногочисленной группе инструкторов было невозможно, то в соответствии с постановлением СНК СССР от 27 июля 1942 г. начался подбор воспитателей в училища и школы ФЗО. В Челябинской области в течение месяца штат был укомплектован на 75 %.
Кто-нибудь из читателей может подумать: «Что же тут особенного?» Однако не следует забывать, что постановления партии принимались сразу же после освобождения Московской области, а правительства — в период наступления фашистов на Сталинград. Первый военный год был очень напряженным. Правительство наградило лучших директоров учебных заведений,
в том числе из Челябинской области: П. Д. Коз -лова (РУ-1), И. А. Корюкова (ФЗО-4), К. И. Ми-тякова (РУ-2), М. П. Мужикова (ФЗО-19), П. П. Руденко (ЖУ-6), А. А. Якимову (РУ-7). В 1942 г. по всем областным управлениям трудовых управлений наградили многих мастеров училищ и школ ФЗО. В архивах не сохранились списки награжденных, не было даже статистики. Газета «Правда» от 19 мая 1942 г. перечислила фамилии 363 работников; почти каждый третий награжденный был с Урала. Местная пресса ряда областей и республик опубликовала списки работников училищ и школ ФЗО, отмеченных правительственными наградами. Так, старшего мастера РУ-4 из Златоуста М. М. Ершова наградили медалью «За трудовую доблесть», мастеров В. С. Аникеева и П. М. Оревкова — медалями «За трудовое отличие», той же медалью был отмечен Х. И. Булгаков из ЖУ-1 г. Уфы.
Не все лучшие мастера оставались работать в училищах и школах ФЗО, часть из них уходили на производство на более высокую заработную плату. В Челябинске на зарплату мастера училища можно было купить на рынке 20 кг картофеля либо 2-3 булки хлеба. Чтобы восполнить недостаток мастеров, в 1942 г. ГУТР ввел институт помощников мастеров из числа учащихся. А первыми с этой инициативой осенью 1941 г. выступили горкомы и райкомы партии Челябинской области. Уже в октябре этого же года в РУ-7 Пласта мастерами вместо ушедших на фронт стали их помощники М. Горовенко, М. Зайцева, Ф. Самарин, Н. Сергеева, С. Судо-лова, Р. Шакиров. Некоторая стабилизация кадров наметилась в 1943 г. В училища и школы ФЗО партийные органы направили бывших раненых фронтовиков. У ребят они вызывали благоговейное отношение, что привносило в работу организованность. В РУ-7 Пласта пришел в качестве мастера фронтовик Романов, сильно обгоревший в бою. Ребята берегли его и слушались. Во главе групп встали бывшие фронтовики В. Арбузов, П. Каменев, С. Подгорный, А. Сочнев, готовившие кузнецов свободной ков -ки, Гондурин обучал слесарей; в ЖУ-1 Башкирии старший мастер-фронтовик К. Ф. Коврац-кий в конце войны был награжден медалью «За трудовое отличие».
На ведущих предприятиях Урала нехватку опытных мастеров компенсировали прикреплением лучших производственников к учащимся во время прохождения ими практик. В школе ФЗО-19 Чусовского металлургического завода такими специалистами были В. Василенко, К. Пантелеева, В. Степанова и И. Шумкова.
В мае 1942 г. газета «Правда» назвала лучших мастеров: в Челябинской области ими стали старшие мастера М. И. Горбачев (ФЗО-5), М. М. Ершов (РУ-4), А. А. Мамонт (ФЗО-21), мастера В. С. Аникеев (РУ-4), Я. И. Блакти-онов и Е. А. Горохов (РУ-2), П. И. Мамыкин, П. М. Оревков и Б. В. Шевяков (РУ-1), А. Я. Шер-ман (РУ-5); в Башкирии — А. А. Бержицкий (ФЗО-2), Х. И. Булгаков (ЖУ-1), А. И. Михайлов (ФЗО-3), старший мастер К. Ф. Коврицкий (РУ-3) и многие другие. Все они были удостое -ны правительственных наград.
В Магнитогорске самостоятельному обслуживанию агрегатов учили лучшие сталевары комбината М. Артамонов, Д. Жуков, А. Поздняков, Д. Рожков, Ф. Сильченко, А. Шаталин и другие.
Не одну группу школы ФЗО Копейска обучил на шахте «Красная горнячка» навалоотбойщик Н. Г. Токунов, на шахте № 201 — Н. А. Цихотовских. В 1943 г. на строительстве домны № 6 в Магнитогорске будущим рабочим помогала осваивать мужскую специальность ог-неупорщиков бывшая ученица школы ФЗО мастер Анастасия Кузнецова; 15 ее учениц выполняли по 2,5 нормы за смену. В 1944 г. она была награждена медалью «За трудовую доблесть».
Коренной перелом в войне, произошедший в ходе Курской битвы, и дальнейшие действия Красной армии по освобождению советской территории от врага позволили во второй половине 1943 г. стабилизировать кадровое положение в системе трудовых резервов путем предоставления мастерам брони.
Уровень образования мастеров был невысоким (3-5 классов); большинство этих специалистов были практиками. Введение в училищах с 1943/44 уч. г. теоретического обучения поставило таких мастеров в трудное положение. Учитывая сложившуюся ситуацию, ГУТР разработало несколько вариантов переподготовки мастеров производственного обучения. В Челябинской области к проведению курсов привлекли ученых. В этом же году ГУТР открыло 14 индустриальных и 2 железнодорожных техникума. Один из них был создан в Магнитогорске на базе РУ-16. Первых 150 человек обучали по трем специальностям: промышленное и гражданское строительство, производство стали и доменное производство. В апреле 1944 г. в техникуме обучались 225 студентов по шести специальностям.
Современной молодежи России, выросшей в условиях капитализма и многопартийности, сложно понять, как могли влиять на учебный
и воспитательный процесс коммунисты. А ведь именно на них легла эта ответственная задача. Многие коммунисты учебных заведений ушли на фронт. Сократилось количество партийных организаций, и только с прибытием эвакуированных оно вновь стало расти. В Челябинской области в 38 учебных заведениях насчитывалось 34 таких организации. В системе трудовых резервов расширение партийных рядов достигло наивысшей точки в 1943 г. Каждый третий работник системы был коммунистом, в Челябинской области — 59 %, среди замполитов Урала — 100 %. Чтобы помогать им и контролировать их работу, в аппаратах обкомов и горкомов была введена должность ответственного за работу училищ и школ ФЗО. В июне 1942 г. ЦК ВЛКСМ создал отдел по работе среди учащихся ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО. Такие же отделы были созданы в областях. В крупных училищах вводилась
платная должность комсорга ЦК ВЛКСМ, а с января 1944 г. разрешалось назначать заместителя комсорга ЦК там, где насчитывалось более тысячи комсомольцев. В специализированных училищах и школах ФЗО, готовящих шахтеров, металлургов, электромонтеров, транспортных рабочих, вводилась та же должность независимо от количества комсомольцев. В Челябинской области к концу войны было около 63 % комсоргов с незаконченным высшим и средним образованием. Высшее и среднее образование в Челябинской области имели 75 % заместителей директоров по политической части, в Оренбургской — 72 %, в Башкирии — 70 %.
В сложнейших условиях противостояния двух идеологий советское государство, потеряв огромные пространства, сумело мобилизовать население страны, в том числе подростков, на трудовой подвиг. Повествование об этом мы продолжим в дальнейшем.
Библиографический список
1. Павленко, Г. К. Юные гвардейцы тыла : Трудовые резервы Урала — фронту : 1941-1945 [Текст] / Г. К. Павленко. — Челябинск : ЧПО «Книга», 2004. — 168 с.
2. Павленко, В. Д. Огненный рубеж фронта и тыла : Челябинская область в 1941-1945 гг. [Текст] / В. Д. Павленко, Г. К. Павленко. — Челябинск : Абрис-принт, 2005. — 312 с.
3. Павленко, В. Д. Южный Урал : Великая Отечественная война : к 70-летию со Дня Победы [Текст] / В. Д. Павленко, Г. К. Павленко ; науч. ред. Н. А. Антипин ; ОГБУК Челяб. гос. краевед. музей. — Челябинск : ООО «ИнвестПро», 2014. — 120 с.
For citation: Pavlenko, G. K. Labor reserves — reserves of the rearward during the years of the Great Patriotic war [Text] / G. K. Pavlenko-// Innovative development of vocational education. — 2019. — № 2 (22). — P. 125-131.
LABOR RESERVES — RESERVES OF THE REARWARD DURING THE YEARS OF THE GREAT PATRIOTIC WAR
G. K. Pavlenko
References
1. Pavlenko G. K. Junye gvardejcy tyla : Trudovye rezervy Urala — frontu : 1941-1945 (Young guardsmen of the rearward: Labor reserves of the Urals — to the front: 1941-1945), Chelyabinsk, Private Enterprise "Book", 2004, 168 p. (In Russian)
2. Pavlenko V. D., Pavlenko G. K. Ognennyjrubezh fronta i tyla : Cheljabinskaja oblast' v 19411945 gg. (The fiery frontier of the front and rear: Chelyabinsk region in 1941-1945), Chelyabinsk, Abris-print, 2005, 372 p. (In Russian)
3. Pavlenko V. D., Pavlenko G. K., N. A. Antipin (ed) Juzhnyj Ural: Velikaja Otechestvennaja vojna : k 70-letiju so Dnja Pobedy (South Ural: The Great Patriotic War: to the 70th anniversary of Victory Day), Chelyabinsk, OOO «InvestPro», 2014, 120 p. (In Russian)
Павленко Галина Константиновна, кан- Pavlenko Galina Konstantinovna, candidate of дидат исторических наук, доцент, г. Челябинск, historical sciences, assistant professor, Chelyabinsk, e-mail: pavlenkov77@mail.ru e-mail: pavlenkov77@mail.ru