Научная статья
DOI: 10.15593/2224-9354/2022.4.2 УДК 159.9.072.533; 316.422.44
О.В. Медяник, Н.И. Легостаева
ТРАНСФОРМАЦИЯ ФИНАНСОВОГО ПОВЕДЕНИЯ РОССИЯН В УСЛОВИЯХ ЦИФРОВИЗАЦИИ РЫНКА ФИНАНСОВЫХ УСЛУГ
Возникновение пандемии, вызванной вирусом SARS-CoV-2 (COVID-19), ускорило внедрение цифровых технологий в повседневную жизнь людей и актуализировало проблему разработки теории и методологии исследования отношения населения к новым цифровым технологиям. В статье авторы описывают ключевые факторы влияния российских FinTech на финансовое поведение российских граждан. С целью изучения финансовых поведенческих установок российских граждан в условиях цифровой трансформации, а также отношения населения к новым цифровым технологиям была разработана методика исследования влияния цифровых FinTech на финансовое поведение пользователей. Апробация методики была произведена на выборке российских граждан, которая составила 1043 чел. (465 мужчин, 578 женщин, большинство респондентов (62,78 %) - граждане в возрасте 26-45 лет). Опрос проводился с 26-27 мая 2021 г. в период относительной стабильности после прохождения двух волн пандемии COVID-19 в России. Для обработки результатов опроса использовался уровневый, факторный, корреляционный анализы данных, анализ различий в зависимости от таких демографических переменных, как пол, возраст, занятость, уровень дохода, экономическое образование. В результате исследования были выявлены установки, связанные с успешным использованием цифровых технологий: предпочтение оплачивать обязательные платежи (ЖКХ, налоги, кредит, страховка и пр.) и совершать покупки повседневных товаров в онлайн-магазинах, управления личными финансами посредством использования онлайн-банка и приложений для контроля расходов, использования личного кабинета на сайтах Федеральной налоговой службы и Госуслуги. Результаты исследования позволили выделить новый вид цифрового финансового поведения (Digital Financial Behavior) и новый вид цифрового финансового пользователя (Digital Financial Consumer), а также выявить и описать профили финансового цифрового пользователя.
Ключевые слова: FinTech, цифровая социализация, цифровое финансовое поведение, цифровой финансовый потребитель.
Введение. 25 сентября 2015 г. 193 страны приняли «Повестку дня в области устойчивого развития до 2030 года», которая включает 17 глобальных целей устойчивого развития (ЦУР) [1]. ЦУР носят комплексный характер и обеспечивают сбалансированность всех трех компонентов устойчивого развития: экономического, социального и экологического. Данная повестка актуальна и для России, так как предполагается, что расширение возможностей по развитию цифровых технологий будет способствовать эффективности функционирования социальной и экономической политики государства.
© Медяник О.В., Легостаева Н.И., 2022 Медяник Ольга Викторовна - канд. психол. наук, научный сотрудник лаборатории изучения социально-экономических и политических процессов современного общества, ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет», е-таУ; medyanikov@list.ru.
Легостаева Наталья Игоревна - канд. социол. наук, старший научный сотрудник лаборатории изучения социально-экономических и политических процессов современного общества, ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет», е-таУ; n.legostaeva@spbu.ru.
Одной из фундаментальных научных проблем в настоящее время является разработка теории и методологии изучения исследования отношения населения к новым цифровым технологиям в социальной и экономической политике. Теория и методология отношения базируется на исследовании общественного мнения граждан к развитию рынка современных финансовых технологий (FinTech), выявлении особенностей психологических эффектов воздействия на индивидуальное и массовое финансовое поведение современных цифровых технологий, платежных систем (P2P, MY2ME, С2В, B2C), сервисов P2P кредитования, краудфандинга, современных технологий в страховании (InsurTech) и т.п. В целом рынок финансовых технологий в России разнообразен. Если обратиться к карте Fintech рынка, можно выделить 11 основных направлений финтеха: инвестиции, лояльность, маркетплейсы, необанкинг, онлайн-бухгал-терия, управление личными финансами, страхование, крауд-технологии, платежи, онлайн-кредитование, инфраструктурные решения.
Пандемия COVID-19 не только усилила экономическую и политическую ситуацию неопределенности во всем мире, но и спровоцировала ускорение темпов внедрения цифровых технологий во все сферы жизни людей [2]. При этом последствия пандемии оказали существенное влияние на изменение образа жизни людей, их способы потребления, финансовое поведение, а также на социально-психологическое самочувствие населения, связанное с финансовой тревогой и неопределенностью [3]. Наряду с позитивными изменениями, связанными с вовлечением интернета в хозяйственные процессы и цифровую экономику, например, развитие инновационных решений в отношения между производителями, продавцами и покупателями [4], расширение прав и возможностей у транснациональных корпораций [5], развитие цифровых форм бизнеса [6], программного обеспечения и музыкальной индустрии [7, 8], исследователи рассматривают и проблемы цифрового неравенства территорий [9], рост рисков, связанных с кибербезопасностью [10], стандартизация и рутинизация труда [11], углубление экономического неравенства развитых и отстающих стран, массовая безработица, нарастание криминогенных факторов [12].
В связи с этим возникает необходимость определения социально-психологических факторов трансформации финансового поведения потребителей' товаров и услуг под воздействием таких глобальных изменений. Данное исследование включало разработку и проведение авторского онлайн-опроса «Влияние цифровых технологий на финансовое поведение россиян (Digital Financial Behavior)» в период относительной экономической стабильности после двух волн заболеваемости вирусом COVID-19. В исследовании основное внимание было уделено не только экономическому фактору финансовой грамотности и цифровой компетентности, но и поведенческому (психологическому) фактору финансового поведения пользователей.
Постановка проблемы. Финансовые технологии (FinTech) за последние 10 лет совершили революцию в индустрии финансовых услуг [13]. Мнения экспертов расходятся относительно вероятного воздействия FinTech на личное финансовое планирование и благополучие потребителя. Многие авторы признают, что разработки FinTech не только повлияли на финансовое планирование и финансовое поведение, но и усилили экономическое неравенство среди потребителей [14]. Hundtofte и Gladstone приводят доказательства того, что цифровые пользователи с большей вероятностью будут проявлять импульсивное покупательское поведение и брать кратковременные потребительские кредиты [15]. Negroponte, напротив, рассуждая с позиции технологического оптимизма, подчеркивает, что цифровизация обеспечит в современном обществе децентрализацию, глобализацию, гармонизацию, расширение прав и возможностей [16]. Исследования Kehal, Singh [4] показывают, как технологии интернета могут привносить инновационные решения в отношения между производителями, продавцами и покупателями. Вопросы маркетинга, ценообразования на цифровой продукт, обслуживания при помощи инструментов интернета приобретают, по мнению авторов, новую силу, а главное - масштаб.
На заседании Президиума Совета при Президенте России по стратегическому развитию и национальным проектам 24 декабря 2018 г. была утверждена национальная программа «Цифровая экономика Российской Федерации»», в рамках которой разработаны 7 федеральных проектов. Один из федеральных проектов - «Цифровые технологии», к его целям относятся создание и развитие сквозных цифровых технологий на основе отечественных разработок, а также разработка высокотехнологичных продуктов и услуг. Среди ключевых проблем в сфере финансовых технологий можно выделить следующие: потеря банками статуса монополистов в части оказания традиционных (платежных и иных) услуг, снижение маржинальности банковских услуг, появление на финансовом рынке нефинансовых организаций, рост объема и сложность обрабатываемых финансовых операций. По этим причинам в настоящее время банки стремятся сотрудничать с технологическими компаниями и стартапами (например, Rubbles в аналитике данных, «Поток» в кредитовании малого и среднего бизнеса и др.).
Метод исследования. С целью изучения влияния цифровых технологий на финансовое поведение российских граждан был разработан авторский опросник, в который были заложены утверждения для оценки установок респондентов, связанных с успешным использованием цифровых технологий, управлением личными финансами, проявлением ответственного финансового поведения. Сформированные утверждения базировались на детерминантах, влияющих на отношение потребителя к финансовой сфере, которые были исследованы ранее: физиологические проявления тревожности на финансовые стимулы, восприятие страховых рисков, переживание дефицита денег и финансовой' неопределенности, финансовая уверенность (оптимизм) [17]. Выявленные установки стали новыми маркерами в оценке влияния FinTech на финансовое поведение.
Структура авторского многофакторного опросника «Digital Financial Behavior» состоит из трех основных элементов: 1) «опросник экономических ат-титюдов» [18]; 2) «опросник финансовой тревожности» [19]; 3) «авторский опросник предпочтения цифровых технологий» [20]. Респонденты должны были выразить степень согласия с утверждениями, вошедшими в структуру опросника, по шкале Лайкерта, где 7 - «полностью согласен», а 1 - «абсолютно не согласен». Опросник был размещен на интернет-платформе SurveyMonkey. Обработка результатов проходила с использованием программы SPSS (версия 26.0) и программы StatTech v. 1.2.0 (разработчик - ООО «Статтех», Россия). Надежность опросника проверялась коэффициентом альфа Кронбаха, который был равен 0,930.
Количественные показатели оценивались на предмет соответствия нормальному распределению с помощью критерия Шапиро-Уилка (при числе исследуемых менее 50) или критерия Колмогорова-Смирнова (при числе исследуемых более 50). В случае отсутствия нормального распределения количественные данные описывались с помощью медианы (Me) и нижнего и верхнего квартилей (Q1-Q3). Сравнение трех и более групп по количественному показателю, распределение которого отличалось от нормального, выполнялось с помощью критерия Краскела-Уоллиса, апостериорные сравнения - с помощью критерия Данна с поправкой Холма. Категориальные данные описывались с указанием абсолютных значений и процентных долей.
Онлайн-опрос был проведен с 26-27 мая 2021 г. В нем приняли участие 1043 чел. вне зависимости от пола, возраста, занятости и места проживания (465 мужчин, 578 женщин). Для анализа полученных результатов были проведены уровневый, факторный, корреляционный анализы данных, анализ различий в зависимости от таких демографических переменных, как пол, возраст, занятость, уровень дохода, финансовое образование.
Результаты исследования. Почти две трети респондентов (62,8 %) -граждане в возрасте 26-45 лет. Из них чуть более половины (58,1 %) определяют свой доход как средний. Чуть более трети респондентов отметили, что работают в коммерческом секторе (34,4 %), в бюджетной' сфере - 13,8 %, студенты - 10,5 %, пенсионеры - 6,3 %, временно не работающие из-за пандемии C0VID-2019 - 6,9 % и временно не работающие не по причине, связанной с пандемией C0VID-2019 - 13,5 %. Чуть менее половины опрошенных (49,0 %) имеют высшее образование (диплом специалиста, бакалавра, магистра и т.п.), чуть более четверти принявших участие в исследовании респондентов (27,4 %) имеют среднее и профессиональное образование. Большинство респондентов проживают в городах, не являющихся крупными мегаполисами (74,6 %), в крупных мегаполисах (Москва, Санкт-Петербург) проживают 13,1 % участников он-лайн-опроса, в сельской местности проживают 9,6 % респондентов. Большинство опрошенных не имеют экономического образования (колледж, вуз, курсы) и специально полученных экономических знаний (77,3 %). Двое из пяти респондентов
используют цифровые приложения для покупки одежды, техники, парфюмерии и т.д. (41,8 %), пятая часть опрошенных используют в оплате товаров и услуг систему быстрых платежей в том числе по QR-коду (20,2 %). Менее 5,0 % респондентов используют такие новые цифровые технологии, как онлайн-кредитование, краудфандинг, онлайн-бухгалтерия, онлайн-страхование и др.
Для обоснования конструктной валидности опросника был выполнен экс-плораторный факторный анализ методом главных компонент с варимакс-вращением. В результате факторного анализа данных опросника было выявлено одиннадцать факторов, представленных по тексту в последовательности от наиболее к наименее весомым.
Первый по весу фактор «финансовой тревожности» (вес 7,7) объединил показатели проявлений тревожности, которые выражались в степени согласия с утверждениями о психофизиологических реакциях на финансовые стимулы.
Основными признаками второго по весу фактора «финансового беспокойства» (вес 4,6) стали финансовые затруднения, которые вызывают у респондента чувство беспокойства и неопределенности. Фактор объединил в себе утверждения о том, что нехватка денег является причиной стресса, раздражения, внутренней скованности и отсутствия уверенности в завтрашнем дне.
Содержание третьего фактора «финансового оптимизма» (вес 4,3) свидетельствует о чувстве материальной защищенности тех респондентов, которые согласны с утверждениями о том, что они удовлетворены своей текущей финансовой ситуацией, испытывают уверенность в завтрашнем дне, могут позволить купить себе все желаемое и считают, что окружающие воспринимают их как финансово грамотных людей.
Четвертый фактор «восприятия страховых рисков» (вес 3,8) объединил характеристики, отражающие показатели доверия страховым институтам, например, что страхование автомобиля - необходимая процедура, дающая ощущение спокойствия.
Пятый по весу фактор «успешного использования БтТесЬ» (вес 3,4) объединил показатели, свидетельствующие о предпочтении граждан пользоваться цифровыми технологиями в повседневной жизни. Признаками фактора стали утверждения о том, что онлайн-сервисы оплаты, онлайн-банки и интернет-магазины существенно упрощают повседневную жизнь и часто используются респондентами.
Шестой по весу фактор «рационального финансового поведения» (вес 2,9) сформирован убеждением респондентов в том, что к покупкам нужно подходить осознанно и следить за текущим экономическим положением в стране и мире. Фактор объединил в себе характеристики, отражающие активность и рациональность при приобретении банковских услуг, проявлении поисковой активности и рациональности при выборе продукта потребления.
Седьмой фактор «ответственного финансового поведения» (вес 2,6) сформирован установками на осознанное и ответственное поведение в отно-
шении уплаты налогов и планирования трат, ориентацией на заработную плату в ущерб призванию.
Восьмой фактор «инвестиционного поведения» (вес 2,6) объединил показатели, свидетельствующие о готовности граждан инвестировать денежные средства, а также согласие респондентов с тем, что современные технологии повысили доступность возможностей для инвестирования и каждый желающий заработать должен этим воспользоваться, при этом они согласны с утверждением, что инвестиционная деятельность сопряжена с риском.
Девятый по весу фактор «деструктивных финансовых установок» (вес 2,3) был сопряжен с убеждениями респондентов в том, что иметь собственность больше, чем у других людей, это неправильно, страховые и финансовые институты в России не заслуживают доверия, а успешность в бизнесе связана с личной непорядочностью.
Содержание десятого фактора «управления личными финансами в цифровых приложениях» (вес 1,9) свидетельствует о возрастающей роли цифровых технологий в повседневной жизни граждан. Фактор объединил согласие респондентов с утверждениями о предпочтении контроля личных расходов и сбережений в специальном приложении, удобстве покупки товаров, необходимых для повседневной жизни в онлайн-магазинах.
Одиннадцатый фактор «отношения к расходованию денежных средств» (вес 1,7) объединил в себе утверждения о том, что товары всегда лучше приобретать в кредит, отсутствие смысла в экономии денежных средств, а также опасения граждан не получить кредит из-за плохой кредитной истории.
Анализ различий российских «цифровых финансовых потребителей»
Гендерные различия
По фактору финансовой тревожности: у женщин чаще бывает бессонница, ощущение головокружения и слабости, тошнота, дрожь в руках, сложность с концентрацией внимания из-за финансовых проблем [19].
По фактору финансового беспокойства: женщинам чаще не хватает финансовой уверенности в будущем, они чаще мужчин испытывают беспокойство из-за неспособности вернуть долг и чувство раздражения и внутренней скованности при нехватке денежных средств.
По фактору финансового оптимизма: женщины в большей степени, чем мужчины, согласны с утверждением, что каждый человек независимо от своего уровня дохода должен регулярно делать сбережения на будущее.
По фактору восприятия страховых рисков: женщины в большей степени, чем мужчины, испытывают тревогу за незастрахованный автомобиль.
По фактору успешного использования ПпТесЬ: женщины чаще мужчин соглашаются с тем, что оплачивать товары и услуги, управлять банковскими вкладами и сравнивать цены на товары в различных интернет-магазинах перед покупкой удобнее в онлайн-сервисах.
По фактору рационального финансового поведения: женщины чаще мужчин склонны к анализу рынка перед покупкой товаров и размещения вклада в банках.
По фактору ответственного финансового поведения: женщины чаще мужчин согласны с тем, что каждый гражданин должен быть зарегистрирован на сайте Госуслуг, чаще имеют личный кабинет налогоплательщика и советуются с семьей о планируемых тратах.
По фактору деструктивных финансовых установок: мужчины чаще женщин не доверяют страховым компаниям и чаще, чем женщины, считают, что успешным предпринимателем может стать только человек, способный лгать и изворачиваться.
По фактору управления личными финансами: женщины чаще мужчин заказывают необходимые для повседневной жизни товары в интернет-приложениях и опасаются держать денежные средства дома.
Возрастные различия
По фактору финансовой тревожности: меньше всего к психосоматическим проявлениям из-за финансовых проблем склонны респонденты в возрасте от 36-65 лет.
По фактору финансового беспокойства: раздражение из-за нехватки денег в большей степени испытывают участники опроса в возрасте 26-45 лет, меньше всего беспокоятся о финансовом будущем респонденты старше 65 лет.
По фактору финансового оптимизма: наименьшее чувство безопасности относительно текущей финансовой ситуации испытывают граждане в возрасте 36-65 лет.
По фактору успешного использования БтТесЬ: чаще услугами сервисов для онлайн-оплаты пользуются респонденты в возрасте 26-65 лет. Ниже всех свою финансовую грамотность оценивают граждане старше 65 лет, они же в меньшей степени склонны управлять своими сбережениями через онлайн-приложения.
По фактору рационального финансового поведения: участники исследования в возрасте от 26 до 65 лет перед открытием вклада в банке чаще сравнивают и выбирают наиболее выгодные условия по сравнению с людьми в возрасте от 18 до 25 лет и старше 65 лет.
По фактору ответственного финансового поведения: выше остальных хорошо оплачиваемую работу ценят граждане в возрасте от 46 до 65 лет. Больше всех советуются с семьей о тратах люди в возрасте 46-65 лет, меньше всех -в возрасте 18-25 лет. Личный кабинет налогоплательщика чаще всего есть у людей в возрасте от 26 до 65 лет.
По фактору инвестиционного поведения: граждане в возрасте от 18 до 25 лет выше всех остальных возрастных категорий оценивают эффективность вложения средств в криптовалюты, граждане старше 65 лет менее всего склонны согласиться с этим утверждением.
По фактору управления личными финансами: чаще других контролируют свои расходы через онлайн-приложения респонденты в возрасте от 18 до 25 лет.
Различия по типу занятости
По фактору финансовой тревожности: больше всех испытывают чувство паники при нехватке денег безработные граждане, меньше всего - пенсионеры, учащиеся, студенты и работники коммерческого сектора.
По фактору финансового беспокойства: больше всего не уверены в завтрашнем дне учащиеся, студенты. Наибольшее раздражение от нехватки денежных средств испытывают люди, занятые домашних хозяйством и уходом за детьми. Больше других не способны расслабиться при неоплате долговых обязательств пенсионеры, люди, занятые домашних хозяйством и уходом за детьми и работники коммерческого сектора.
По фактору финансового оптимизма: наименьшее чувство безопасности в текущей финансовой ситуации испытывают безработные и пенсионеры.
По фактору восприятия страховых рисков: необходимость страховки машины больше всех осознают люди, занятые домашним хозяйством и уходом за детьми, работники коммерческой сферы, пенсионеры и безработные (в связи с СОУГО-19).
По фактору успешного использования ИпТееЬ: удобство онлайн-сервисов оплаты услуг и управления вкладами в банках выше всего ценят люди, занятые домашним хозяйством и уходом за детьми, а также работники коммерческой сферы. Ниже всех свой уровень цифровой грамотности оценивают пенсионеры.
По фактору рационального финансового поведения: чаще других интересуются ценами на недвижимость люди, занятые домашним хозяйством и уходом за детьми, а также работники бюджетной и коммерческой сфер.
По фактору ответственного финансового поведения: наибольшее количество людей, имеющих личный кабинет налогоплательщика, отмечается среди людей, занятых домашним хозяйством и уходом за детьми, пенсионеров и работников бюджетной и коммерческой сфер.
По фактору управления личными финансами: чаще других используют онлайн-приложения для откладывания денежных средств на долгосрочные цели пенсионеры, работники бюджетной и коммерческой сфер и студенты.
Различия в зависимости от уровня дохода
По фактору финансовой тревожности: чаще всего бессонница из-за финансовых трудностей бывает у людей, оценивающих свое материальное положение как высокое. Больше всего физиологических проявлений из-за забот, связанных с деньгами, испытывают респонденты, оценившие свое материальное положение как высокое и очень высокое.
По фактору финансового беспокойства: чаще всего нехватка денег является причиной стресса для граждан, оценивших свое материальное положение
как очень низкое, низкое, среднее и «затрудняюсь ответить». Чаще других внутреннюю скованность от нехватки средств испытывают люди, оценившие свое материальное положение как очень низкое, среднее и высокое.
По фактору финансового оптимизма: наибольшее чувство безопасности относительно текущего и будущего финансового положения испытывают люди с высоким и очень высоким уровнем дохода. Напротив, наименее спокойны и уверены в завтрашнем дне те люди, которые оценили свой уровень дохода как очень низкий.
По фактору восприятия страховых рисков: опасение и тревогу за незастрахованный автомобиль чаще испытывают люди со средним и высоким уровнем дохода. Необходимость страховки новой машины выше других оценивают люди с низким, средним и высоким уровнем дохода. Полис страхования машины дает наибольшее ощущение покоя людям с высоким и очень высоким уровнем дохода.
По фактору успешного использования ПпТееЬ: чаще других совершают регулярные онлайн-платежи респонденты, оценивающие свой уровень дохода как низкий, средний и высокий. Управлять банковским вкладом через приложение предпочитают граждане, оценивающие свой уровень дохода как средний и очень высокий.
По фактору рационального финансового поведения: чаще других любят экспериментировать с разными интернет-магазинами, сравнивать условия вкладов в разных банках респонденты, оценивающие свой уровень дохода как средний и высокий.
По фактору ответственного финансового поведения: чаще других необходимость регистрации на сайте Госуслуг оценивают участники опроса с высоким уровнем дохода. Регистрация в личном кабинете налогоплательщика отмечена больше всего среди тех респондентов, кто оценил свой уровень дохода как средний и высокий. Интересным представляется результат исследования среди опрошенных, которые оценили свой уровень дохода как очень низкий и очень высокий, обе группы респондентов отметили, что не смотрят телевизор, чтобы быть в курсе экономических новостей и реже советуются со своими семьями о предстоящих тратах.
По фактору инвестиционного поведения: граждане, затрудняющиеся определить свой уровень дохода, а также с высоким и очень высоким уровнями дохода чаще других считают, что желающие заработать должны открыть индивидуальный инвестиционный счет (ИИС).
По фактору управления личными финансами: чаще других специальными приложениями для откладывания денежных средств на долгосрочные цели и ведения контроля расходов денежных средств пользуются граждане, оценивающие свой уровень дохода как очень высокий.
Различия, связанные с местом проживания
Жители небольших городов России, принявшие участие в опросе, чаще, чем жители крупных мегаполисов, откладывают часть ежемесячного дохода на долгосрочные цели («подушка безопасности», жилье, образование, машина и др.). Участники опроса из крупных городов по сравнению с жителями небольших городов чаще соглашались с тем, что управлять банковским вкладом через приложение удобнее, чем ходить в банк. Респонденты из крупных мегаполисов чаще, чем сельские жители и жители небольших городов, заказывают необходимые для повседневной жизни товары (продукты, хозяйственные товары, одежду, мелкую бытовую технику и прочее) в интернет-магазинах. Сельские жители чаще, чем жители крупных мегаполисов, принявшие участие в исследовании, ощущают себя в безопасности в текущей финансовой ситуации и обсуждают вместе с членами семьи финансовые траты.
Корреляционный анализ данных влияния финансовых технологий на финансовое поведение. В результате корреляционного анализа между методиками используемого нами опросника на уровне значимости р < 0,01 были выявлены корреляционные связи. Анализ данных опросника показал, что российские граждане стали активно использовать онлайн-приложения банков и он-лайн-кошельки для повседневных платежей. Большинство участников исследования отметили, что перешли на покупку еды, одежды, техники, парфюмерии через интернет-магазины. Они подчеркнули удобство работы при сравнении цен на различные товары в онлайн-магазинах перед покупкой.
Корреляционный анализ данных опросника позволил выявить новый вид финансового поведения - цифрового, которое связано с появлением цифровых технологий и соответственно новых финансовых потребителей - цифровых (Digital Financial Consumer). Это потребители, которые чаще используют цифровые технологии (любят сравнивать цены на различных платформах перед покупкой, оплачивают регулярные платежи (ЖКХ, телефон, штрафы и т.д.) только онлайн и считают свой уровень финансовой грамотности относительно высоким). Цифровых финансовых потребителей можно разделить на несколько профилей:
1) профиль «уверенного цифрового потребителя» (Confident Digital Consumer). Эти пользователи уверенно используют цифровые технологии, благодаря специальному онлайн-приложению откладывают часть ежемесячного дохода на долгосрочные цели и ведут контроль своих доходов и расходов, открывают инвестиционные счета и спокойны относительно своего финансового будущего, так как регулярно делают сбережения;
2) профиль «инвестиционного цифрового потребителя» (Investment Digital Consumer). Используя приложение для работы на фондовом рынке, они считают, что цифровые технологии открыли доступ простым людям к инвестиционным проектам и каждый человек, желающий заработать, должен открыть ИИС. Эти потребители активно следят за новостной повесткой, чувствуют се-
бя в безопасности в текущей финансовой ситуации, активно используют приложения для сбережений и контроля расходов, благодаря чему уверены в своем будущем благосостоянии, считают эффективным вложение средств в крип-товалюты или в рискованные инвестиционные проекты;
3) профиль «ответственного цифрового потребителя» (Responsible Digital Consumer). Эти потребителя имеют личные кабинеты на сайтах государственных услуг для отслеживания своих текущих финансовых показателей (например, https://lkfl2.nalog.ru или https://www.gosuslugi.ru/);
4) профиль «благополучного цифрового потребителя» (Prosperous Digital Consumer). Эти потребители считают себя финансово благополучными и чувствуют уверенность в финансовом будущем. Они откладывают через специальное приложение часть ежемесячного дохода, открывают инвестиционные счета через цифровые приложения, стремятся быть в курсе событий финансовой жизни в стране и в мире.
Выводы. Активность российских граждан на современных финансовых рынках в последние годы устойчиво растет, хотя по степени вовлеченности все еще значительно уступает западным странам. Отношение граждан к развитию рынка современных финансовых технологий (FinTech) необходимо рассматривать как стратегический ресурс обеспечения национальной безопасности. Психологические и социальные аспекты отношения российских граждан к новым цифровым технологиям характеризуются достаточно высоким прогностическим потенциалом, что позволяет не только разрабатывать диагностические процедуры и инструменты для выявления структурных и динамических характеристик восприятия и готовности к использованию современных технологий, но и формировать рекомендации для его конструирования.
Результаты проведенного исследования позволили увидеть связи между финансовой тревожностью и реакциями на финансовые стимулы, но авторы не обнаружили зависимость между финансовой тревожностью и использованием цифровых технологий. Таким образом, мы можем сделать вывод, что успешное использование цифровых технологий не связано с психологическими признаками финансового поведения. В большей степени успешное использование цифровых технологий связано с финансовой и цифровой грамотностью, что доказывает гипотезу исследования.
Исследование показало, что под влиянием цифровой трансформации меняется не только структура, но и сам характер цифрового финансового потребления в России. Финансовые установки, цифровые навыки, предпочтения и привычки российских потребителей формируются в период их активной цифровой социализации и во многом зависят от уровня образования, наличия цифровой и финансовой грамотности. Эта трансформация новых «цифровых» навыков и привычек позволяет формировать «успешного цифрового финансового потребителя».
Несмотря на то, что исследование носит инновационный характер в части разработки многофакторного опросника «Digital Financial Behavior», выявлении и описании факторов, влияющих на финансовое поведение потребителей, выявлении новых видов финансового потребителя и его поведения - цифрового, а также его профилей, за рамками исследования остались некоторые аспекты, связанные с описанием и проработкой отдельных «факторов-инфлюенсеров», например, фактора отношения к расходованию денежных средств, фактора деструктивных финансовых установок и фактора инвестиционного финансового поведения, что в дальнейшем может стать предметом исследований в данной области. Мы считаем, что результаты нашего исследования будут полезны как научному сообществу в области экономической психологии и социологии, так и отраслевым практикам. Данная работа открывает путь для будущих исследователей в сфере анализа и развития цифровой грамотности потребителей финансовых услуг и изучения их отношения к новым FinTech.
Список литературы
1. Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года [Электронный ресурс]. - URL: https://www.unssc.org/sites/default/files/2030_ agenda_for_sustainable_development_-_primer_russian.pdf (дата обращения: 12.05.2022).
2. Beeching N.J., Fletcher T.E., Fowler R. Coronavirus disease 2019 (COVID-19). -London: BMJ Best Practices; BMJ Publishing Group, 2020. - 128 p.
3. Samarathunga W., Weerathunga P. Advent of 'Economic Paradigm Shift' and 5G during the Post-COVID19. - URL: https://ssrn.com/abstract=3601484 or http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.3601484 (accessed 12 May 2022).
4. Kehal H.S., Singh V.P. Digital Economy: impacts, influences, and challenges. - IGI Global, 2005.
5. Schiller D. Digital Capitalism: Networking the Global Market System. -Cambridge, MA: MIT Press, 1999. - 320 p.
6. Johansson B., Karlsson C., Stough R. The emerging digital economy: entrepre-neurship, clusters, and policy. - Springer Science & Business Media, 2006. - P. 1-19.
7. Illing G., Peitz M. Industrial organization and the digital economy. - Mit Press, 2006. - 306 p.
8. Welfens P., Weske M. Digital economic dynamics: innovations, networks and regulations. - Springer Science & Business Media, 2007. - 211 p.
9. Malecki E.J., Moriset B. The digital economy: Business organization, production processes and regional developments. - New York: Routledge, 2007. - 296 p.
10. Schmidt E., Cohen J. The new digital age: Reshaping the future of people, nations and business. - Hachette UK, 2013. - 336 p.
11. Huws U. Labor in the Global Digital Economy: The Cybertariat Comes of Age. - New York: Monthly Review Press, 2014. - 207 p.
12. Coyle D. The Weightless World: Strategies for Managing the Digital Economy. - MIT Press, 1999. - 274 p.
13. BigTech and the changing structure of financial intermediation / J. Frost, L. Gambacorta, Y. Huang, H.S. Shin, P. Zbinden // Economic Policy. - 2019. -No. 34 (100). - P. 761-799.
14. Technological Change and Financial Innovation in Banking: Some Implications for Fintech (2018-10-01) / W.S. Frame, L.D. Wall, L.J. White, L.J. White // FRB Atlanta Working Paper No. 2018-11. - URL: https://ssrn.com/abstract=3261732. DOI: 10.29338/wp2018-11 (accessed 12 May 2022).
15. Hundtofte S., Gladstone J. Who Uses a Smartphone for Financial Services? Evidence of a Selection for Impulsiveness from the Introduction of a Mobile FinTech App. - Working Paper, 2017.
16. Negroponte N. Being Digital. - New York: Knopf, 1995. - 243 p.
17. Дейнека О.С. Опыт эмпирических исследований политического и экономического сознания // Вестник Санкт-Петербургского университета. -2015. - № 3. - С. 13-26.
18. Дейнека О., Забелина Е. Результаты разработки шкального многофакторного опросника для экспресс-диагностики экономических аттитюдов [Электронный ресурс] // Психологические исследования. - 2018. - Т. 11, № 58. -URL: https://psystudy. ru/index.php/num/article/view/309/586 (дата обращения: 12.05.2022).
19. Медяник О.В. Влияние финансовой тревожности на страховое поведение россиян в условиях пандемии COVID-19 // Вестник Санкт-Петербургского университета. - 2020. - Т. 13, № 4. - C. 354-373.
20. Медяник О.В., Малютина О.Е., Медяник С.И. Влияние цифровых технологий на финансовое поведение россиян // Ананьевские чтения: материалы междунар. науч. конф. - СПб., 2021. - С. 344-345.
References
1. Povestka dnia v oblasti ustoichivogo razvitiia na period do 2030 goda [The 2030 agenda for sustainable development]. Available at: https://www.unssc.org/ sites/default/files/2030_agenda_for_sustainable_development_-_primer_russian.pdf (accessed 12.05.2022).
2. Beeching N.J., Fletcher T.E., Fowler R. Coronavirus disease 2019 (COVID-19). London, BMJ Best Practices, BMJ Publishing Group, 2020, 128 p.
3. Samarathunga W., Weerathunga P. Advent of "economic paradigm shift" and 5G during the post-COVID19. Available at: https://ssrn.com/abstract=3601484 or http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.3601484 (accessed 12.05.2022).
4. Kehal H.S., Singh V.P. Digital economy: Impacts, influences, and challenges. IGI Global, 2005.
О.В. MeflflHUK, H.M. ilerocTaeBa
5. Schiller D. Digital capitalism: Networking the global market system. Cambridge, MA, MIT Press, 1999, 320 p.
6. Johansson B., Karlsson C., Stough R. The emerging digital economy: Entrepre-neurship, clusters, and policy. Springer Science & Business Media, 2006, pp. 1-19.
7. Illing G., Peitz M. Industrial organization and the digital economy. Mit Press, 2006, 306 p.
8. Welfens P., Weske M. Digital economic dynamics: Innovations, networks and regulations. Springer Science & Business Media, 2007, 211 p.
9. Malecki E.J., Moriset B. The digital economy: Business organization, production processes and regional developments. New York, Routledge, 2007, 296 p.
10. Schmidt E., Cohen J. The new digital age: Reshaping the future of people, nations and business. Hachette UK, 2013, 336 p.
11. Huws U. Labor in the global digital economy: The cybertariat comes of age. New York, Monthly Review Press, 2014, 207 p.
12. Coyle D. The weightless world: Strategies for managing the digital economy. MIT Press, 1999, 274 p.
13. Frost J., Gambacorta L., Huang Y., Shin H.S., Zbinden P. BigTech and the changing structure of financial intermediation. Economic Policy, 2019, no. 34 (100), pp. 761-799.
14. Frame W.S., Wall L.D., White L.J., White L.J. Technological change and financial innovation in banking: Some implications for FinTech (2018-10-01). FRB Atlanta Working Paper, no. 2018-11, available at: https://ssrn.com/abstract= 3261732. DOI: 10.29338/wp2018-11 (accessed 12.05.2022).
15. Hundtofte S., Gladstone J. Who uses a smartphone for financial services? Evidence of a selection for impulsiveness from the introduction of a mobile FinTech App. Working Paper, 2017.
16. Negroponte N. Being digital. New York, Knopf, 1995, 243 p.
17. Deineka O.S. Opyt empiricheskikh issledovanii politicheskogo i ekonomi-cheskogo soznaniia [The experience of the empirical studies of political and economic consciousness]. VestnikSankt-Peterburgskogo universiteta, 2015, no. 3, pp. 13-26.
18. Deineka O., Zabelina E. Rezul'taty razrabotki shkal'nogo mnogofaktornogo oprosnika dlia ekspress-diagnostiki ekonomicheskikh attitiudov [Multiple-factor questionnaire for the express diagnostics of economic attitudes: The results of the development]. Psikhologicheskie issledovaniia, 2018, vol. 11, no. 58, available at: https://psystudy.ru/index.php/num/article/view/309/586 (accessed 12.05.2022).
19. Medianik O.V. Vliianie finansovoi trevozhnosti na strakhovoe povedenie rossiian v usloviiakh pandemii COVID-19 [The effect of financial anxiety on the insurance behavior of Russians in the context of the 2019-nCoV pandemic]. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta, 2020, vol. 13, no. 4, pp. 354-373.
20. Medianik O.V., Maliutina O.E., Medianik S.I. Vliianie tsifrovykh tekhnologii na finansovoe povedenie rossiian [The impact of digital technologies on
the Russians financial behavior]. Anan'evskie chteniia. Proc. of Int. Acad. Conf. St. Petersburg, 2021, pp. 344-345.
Оригинальность 79 %
Получено 13.05.2022 Принято 06.06.2022 Опубликовано 01.12.2022
O.V. Medyanik, N.I. Legostayeva
TRANSFORMATION OF FINANCIAL BEHAVIOR OF RUSSIANS IN THE CONTEXT OF FINANCIAL SERVICES MARKET DIGITALIZATION
The emergence of the pandemic caused by the SARS-CoV-2 virus (COVID-19) has accelerated the introduction of digital technologies into people's daily lives and has raised the problem of developing a theory and methodology to study public attitudes toward new digital technologies. In the article, the authors describe the key factors influencing the financial behavior of Russian FinTech. In order to study the financial behavior of Russian citizens under conditions of digital transformation, as well as people's attitudes toward new digital technologies, a methodology was developed to study the impact of digital FinTech on the financial behavior of users. The methodology was tested on a sample of 1,043 Russian citizens (465 men and 578 women, the majority of respondents (62,78%) ageing 26-45 years). The survey was conducted from 26.05.2021 to 27.05.2021 during the period of relative stability after the passage of the two waves of the Covid-19 pandemic in Russia. The survey draws on level, factor, and correlation analyses of data, and analysis of differences according to such demographic variables as gender, age, employment, income level, and economic education. The study revealed the attitudes associated with the successful use of digital technology: preference to make mandatory payments (utilities, taxes, credit, insurance, etc.) and purchases of everyday goods in online stores, personal finance management through the use of online banking and cost control applications, use of personal account on the sites of the Federal Tax Service and State Service. The results of the study allowed us to identify a new type of Digital Financial Behavior and a new type of Digital Financial Consumer, as well as to identify and describe the profiles of digital financial users.
Keywords: FinTech, digital socialization, digital financial behavior, digital financial consumer.
Olga V. Medyanik - Cand. Sc. (Psychology), Researcher, Research Laboratory for SocioEconomic and Political Processes of Modern Society, St. Petersburg State University, St. Petersburg, e-mail: medyanikov@list.ru.
Natalya I. Legostayeva - Cand. Sc. (Sociology), Senior Researcher, Research Laboratory for Socio-Economic and Political Processes of Modern Society, St. Petersburg State University, St. Petersburg, e-mail: n.legostaeva@spbu.ru.
Received 13.05.2022 Accepted 06.06.2022 Published 01.12.2022
Финансирование. Статья выполнена в рамках проекта «Оптимизация страховой защиты населения в условиях биологической угрозы» (Санкт-Петербургский государственный университет, Pure ID: 92423693).
Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Вклад авторов равноценен.
Просьба ссылаться на эту статью в русскоязычных источниках следующим образом:
Медяник, О.В. Трансформация финансового поведения россиян в условиях цифрови-зации рынка финансовых услуг / О.В. Медяник, Н.И. Легостаева // Вестник ПНИПУ. Социально-экономические науки. - 2022. - № 4. - С. 22-37.
Please cite this article in English as:
Medyanik O.V., Legostayeva N.I. Transformation of financial behavior of Russians in the context of financial services market digitalization. PNRPU Sociology and Economics Bulletin, 2022, no. 4, pp. 22-37 (In Russ).