«Флогистон» в 1990-хгг.; в творчестве академика-живописца старшего поколения Афанасия Осипова, а именно в цикле горных пейзажей Тибета, Гималай, Альпийских гор и верхоянских хребтов- Кисилях(2005-2010гг.); в постановке А.Бориса «Илиир Хоруол»(Король Лир), олонхо «Кыыс Дебилийэ» и др.
Все эти обозначенные тенденции обстоятельно не исследованы, но подводят нас к проблеме гибридизации культурной идентичности современной молодежи. На уровне менталитетов диалог культур субъективен, тенденциозен и направлен на самопознание, а глобалитеты же обращены к всеобщему, общечеловеческому и потому диалогичны - как по отношению к миру в целом, так и друг к другу. Важным механизмом диалога культур и цивилизаций в современном мире является соревнование глобалитетов культур. Ведь за каждым глобалитетом встает особая версия «всемирности», свой образ мира как целого. Эти тенденции можно увидеть в постановках современных молодых режиссеров саха-театра: «Сон щамана» по мотивам произведений А.Кулаковского и П.Ойунского ( 2013г., режиссер - Р.Тараховский); «Чич-чик» по мотивам Э. Гоффмана ( 2013г., режиссер - Л.Иванова-Гримм) и в творчестве последних десятилетий живописца Исая Капитонова как проявление культурного универсума и процесса универсализации. Возможно, поэтому диалог культурных глобалитетов в современном искусстве в наибольшей степени способствует сближению и единству народов, как глобального «всеединства» ( по В. Соловьеву).
Вместе с тем, соотношение центростремительных и центробежных потоков в якутской художественной культуре конца ХХ-нач. XXI вв. определяет характер движения внутренних и внешних процессов в искусстве. По сути в этноцентрических тенденциях современного искусства
происходит процесс обособления, автономизации, выявляются этнические, регионально-типические особенности культуры. Они осознаются субъектами как важный источник энергии этноса. Наряду с поисками этнической, национальной и региональной идентичности людей (в 1990-х гг.) через обособление, перегруппировку пошел уже (в нач. 2010х гг.) процесс новый - становление интегрированных и центробежных потоков - цивилизационные универсалии и формируется философия диалога культурных глобалитетов. В результате поиски динамического равновесия двух тенденций - этноцентризма и центробежных сил, в которых проявляются имманентные свойства культуры - дифференциация и интеграция, существуют взаи-модополнительно.
Список использованной литературы
1. Арто А. Театр и его двойник.- СПб.; М., 2000
2. Маркарян Э.С. Наука о культуре и императивы культуры. - М., 2000. - С., 20-24
3. Каган М.С. Философия культуры. - СПб.: Петрополис, 1996; Каган М.С. Эстетика как философская наука. - СПб.: Петрополис, 1997;
4. Кондаков И.В., Соколов К.Б., Хренов Н.А. Цивили-зационная идентичность в переходкую эпоху: культурологический, социологический и искусствоведческий аспекты. - М.: Прогресс-Традиция, 2011. -1024с.;
5. Покатилова И.В. Пластический фольклор в художественной культуре Якутии. - Новосибирск: Наука, 2013. - 184с.;
6. Флиер А.Я. Культурология для культурологов. -М.: Согласие, 2010.- с.377-378;
7. Червонная С.М. Живопись автономных республик РСФСР (1917-1977). - М., 1978, с.32.
ТЕЛО В ДИСКУРСЕ ИДЕНТИЧНОСТИ
Черёмушникова Ирина Кабдрахимовна
Доктор филос. наук, доцент кафедры истории и культурологии, г. Волгоград
Медведева Лариса Михайловна Канд. филос. наук, доцент кафедры истории и культурологии, г. Волгоград
Чернышёва Ирина Валерьевна
Канд. филос. наук, доцент кафедры истории и культурологии, г.Волгоград, Волгоградский государственный
медицинский университет
АННОТАЦИЯ
Статья нацелена на выявление особенности нового дискурса тела, который рождается в современной социокультурной ситуации под воздействием информационных технологий. Авторы приходят к выводу о том, что виртуальная реальность рождает новый тип связи человека с собственным телом, при котором тело перестает существовать как биологическая и социокультурная основа его идентичности. ABSTRACT
Article is aimed at the research of the special feature of the new discourse of the body, which is being formed in the contemporary cultural situation under the influence of information technologies. The authors come to the conclusion that the virtual reality creates the new type of the connection between man and his body, when the body does not exist as the biological and cultural basis of his identity.
Ключевые слова: идентичность, дискурс тела, информационные технологии, виртуальная реальность.
Key words: identity, discourse of the body, information technologies, virtual reality.
Каждый этап развития человеческого общества, создает свой «антропологический код», который отражает связь человека со своим телом [7, с. 31-35]. Согласно П. Бурдье, вся человеческая жизнь есть совокупность определенных социокультурных практик. Самыми ранними из
них являются практики, связанные с осознанием собственного тела, дающие человеку сведения о пределах самого себя и становящиеся инструментом познания окружающего мира. В практике осмысления телесности все время возникают новые дискурсы тела, образы тела, концепции тела. Они рождаются под воздействием новых вызовов и
реалий. Очевидно, что самым мощными факторами последних десятилетий, рождающими качественно новое отношение к телу и влияющими на деформации телесных практик, являются уже не столько новые биотехнологии, позволяющие создавать и конструировать какое угодно тело, сколько информационные технологии, позволяющие обходиться вообще без него. Тело перестает быть последним бастионом человеческой идентичности.
В культуре общества потребления тело превращается в абсолютную ценность, главный объект собственности. Доминирующими становятся представления: о здоровом и красивом теле, необходимости здорового образа жизни, правильного питания, что позволяет констатировать повышение рейтинга здоровья в системе ценностей общества. Современный человек начинает существовать в условиях медикализации культуры, которую чаще всего понимают как «рационализацию поведения» человека по отношению к собственному телу» [5, с. 112-113]. И все-таки этот период еще можно рассматривать как продолжение восприятия тела в рамках «наук о природе», когда манипуляции с телом, также как и на протяжении предыдущих столетий, велись в области медицины и оздоровительных технологий. Под давлением мировой системы «культурного империализма» ключевая роль стала принадлежать фитнесу, веллнесу, косметологии, пластической хирургии, превращающими тело в искусственный конструкт, с четко заданными параметрами «глянцево-гламурных» стандартов физической красоты. Уже тогда тело все больше превращалось в симулякр, объект, стремящийся отказаться от своей природной уникальности и не обладающий идентичностью.
В человеке и в его телесности очень трудно разделить биологическую и социокультурную составляющие. С одной стороны, человек - есть тело, с другой стороны -человек имеет тело, «вписан» в свое тело, и тело-габитус является необходимым инструментом, позволяющим человеку стать участником сложных социально -культурных практик. Тело весьма изменчивая субстанция, которая постоянно трансформируется и как инструмент для выражения смыслов имеет неограниченные выразительные возможности. У тела есть форма, пропорции и объем, силуэт, цвет, у тела есть пластика, звук, наконец, запах, и все это имеет возможность постоянно изменяться, сочетаться, взаимодополняться, видоизменяясь с каждой новой конфигурацией. С помощью тела человек может выразить абсолютно все, и познать все может тоже только с помощью тела.
На протяжении всей человеческой истории ситуация «лицом-к-лицу», в которой человек «предъявлял» свое тело другому, являлась одним из наиболее важных моментов в его жизни. Эта реальность всегда была самой важной и самой большой по объему частью его бытия. В ситуации «лицом-к-лицу» человек совершенно реален для другого человека. Это именно та среда и та ситуация, в которой социальность человека воплощается наиболее полно. Вот как описывают ее П. Бергер и Т. Лукман в работе «Социальное конструирование»: «В ситуации «ли-цом-к-лицу» другой предстает передо мной в живом настоящем, которое мы оба переживаем. Мое и его «здесь-и-сейчас» постоянно сталкиваются друг с другом, пока длится ситуация лицом-к-лицу. В результате происходит постоянный взаимообмен моей и его экспрессивности. Каждое мое выражение направлено на него и наоборот; и эта непрерывная взаимность актов самовыражения одновременно доступна нам обоим. Можно сказать, что в ситуации лицом-к-лицу другой гораздо более реален для
меня, чем я сам [1, с. 53]. Таким образом, субъект был интересен субъекту своей предметностью, своим телом, но при этом его телесный субстрат играл роль носителя ценностных смыслов, пристрастий, установок, предпочтений. В само широком смысле тело обеспечивало «аксиологический контакт» с помощью некоего языка (знаков, жестов, символов), понятного обоим субъектам.
В современной культуре наблюдается усталость человека от осознания того, что он постоянно проигрывает в соревновании, что его собственное тело не отвечает «телу-канону», поскольку канон изменяется быстрее, чем тело успевает к нему примериться. Все вместе это ведет кризису самоидентичности, к разочарованию, уходу из зоны культуры, где надо «предъявлять» реальное тело. И возможность такого ухода из вещно-материального пространства культуры предоставляет новая виртуальная реальность и информационное пространство.
В культурном пространстве информационного общества появляются ситуации, когда человек, активно использующий информационные технологии, как будто вовсе перестает нуждаться в теле, как инструменте передачи информации. Тело, всегда являвшееся бастионом идентичности человеческой личности, перестает быть активным участником коммуникации. Современная диффузная коммуникация, опосредованная компьютером превращается из диалогичной в однонаправленную и больше не нуждается в ситуации «лицом к лицу». И если раньше для человека был важен именно обмен информацией, то теперь автор сообщения не нуждается в обратной связи и редко рассчитывает на нее.
Ситуация «лицом-к-лицу» - это именно та ситуация, в которой индивид конструировал свой образ для другого и нес ответственность за него. Информационные технологии позволяют формировать виртуальные личности, в которых социокультурная идентичность создается как некая заданная модель, не имеющая телесно-биологической основы. В однонаправленной виртуальной коммуникации человек лишается своего визави, «другого» как своего «зеркала» в коммуникации. Следовательно, не существует никакой культурной ответственности за создаваемый в виртуальном пространстве образ, поскольку он даже не может быть соотнесен с конкретным носителем и является симулякром.
В отличие от человека традиционной культуры, который ориентировался на привилегированные смыслы и ощущал на себе давление культурных доминант, человек информационного общества имеет возможность реализовать себя самым невероятным образом. И уже не существует никакой культурной ответственности за акт создания фантомного имиджа, он не проходит никакого отбора, а сразу через Интернет становится достоянием огромного круга потребителей. Бытие современного человека превращается в калейдоскоп образов, в набор ролей, позволяет ему виртуально встраиваться в различные социокультурные идентичности. Он может мгновенно менять свой виртуальный образ, сообразуясь с возникающей ситуацией, не меняя при этом ничего в своем материальном образе. Даже привязка к расово-биологическому компоненту, этно-национальному облику перестает быть жесткой и теряет свое значение в виртуальном мире. Исследователи называют такую ситуацию «играми в идентичность» и «вживлением в образы» [6]. Возникают целые потоки и «дискурсы идентичности», утверждающие свой смысл на фоне немаркированного пространства всех иных возможностей [4, с. 72].
Превращение окружающей среды из вещно-предметной в информационно-знаковую привело к «тотальной
сверхсемиотизации бытия», распространившейся и на телесную оболочку человека [2]. Современные «синтезированные образы вводят нас в область имитации, где эффект реальности господствует над самой реальностью» [8, с. 23]. Однако, каким бы странным и пугающим это ни казалось, нужно признать, что продолжается процесс включения каждого отдельного индивида в процесс создания и освоения культуры. В век информационных технологий появляются новые способы связи между человеком и культурой, релевантные для ее носителей и, по-видимому, адекватные для своего времени.
Литература
1. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности.- М.: "Медиум", 1995. - 323 с.
2. Бодрийяр Ж. Система вещей - М., 1995.-224 с.
3. Быховская И.М. Homo somaticus: аксиология человеческого тела. М.: Эдиториал УРСС, 2000. - 204 с.
4. Луман Н. Самоописания. - М.: Логос, 2009.- 320 с.
5. Медведева Л. М., Черёмушникова И. К. Болезнь: анализ культурного феномена в гуманитарном кон-тексте//Философия социальных коммуникаций. Науч. теоретический журнал ВИЭСП - Волгоград, 2013. - № 3 (24).- С. 110-119.
6. Скородумова О.Б. Информационная революция трансформации национально-культурной идентичности// Национально-культурная идентичность в информационную эпоху». [Электронный ресурс]. -URL http://www.intelros.ru/readroom/vestnik-rossiis-kogo-filosofskogo obshhestva/vestnik-1-57-2011/ 11637-nacionalno-kulturnaya-identichnost-v-informacionnuyu-yepoxu.html (дата обращения: 02.02.2015)
7. Черёмушникова И.К. Имидж в смысловом пространстве культуры: автореф. дис. ... канд. филос. наук - Волгоград, 2011.- 48 с.
8. Юнан С. Девальвация образа//Курьер ЮНЕСКО. Что такое современность.- М.:,1993.- № 11.- С. 2126.