Здоровье и общество
© Коллектив авторов,2019 УДК 614.2
Мингазова Э. Н.12 3, Щепин В. 0.Железова П. В.4, Садыкова Р. Н.5
СОВРЕМЕННЫЕ ОСОБЕННОСТИ РОЖДАЕМОСТИ И СМЕРТНОСТИ НАСЕЛЕНИЯ
ЦЕНТРАЛЬНОЙ РОССИИ
'ФГБНУ «Национальный научно-исследовательский институт общественного здоровья имени Н. А. Семашко» Минобрнауки России, 105064,
г. Москва;
2ФГБОУ ВО «Казанский государственный медицинский университет» Минздрава России, 420012, г. Казань; 3ФГБОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н. И. Пирогова Минздрава России, 117997, г. Москва;
4ОГБУЗ «Центр медицинской профилактики Костромской области»,156007, г. Кострома; 5ФГАОУ ВО Первый Московский медицинский университет им. И. М. Сеченова» Минздрава России (Сеченовский Университет), 119901, г. Москва
В статье проанализированы показатели воспроизводства населения на примере Костромской области, представлена динамика основных медико-демографических показателей региона: возрастная структура населения, смертность, рождаемость, уровень миграции, уровень брачности и разводимости, а также определены отправные позиции по преодолению репродуктивно-демографического неблагополучия.
Ключевые слова: медико-демографические показатели; рождаемость; смертность; возрастная структура населения.
Для цитирования: Мингазова Э. Н., Щепин В. О., Железова П. В., Садыкова Р. Н. Современные особенности рождаемости и смертности населения центральной России. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2019;27(5):858—864. DOI: http://dx.doi.org/10.32687/0869-866X-2019-27-5-858-864
Для корреспонденции: Мингазова Эльмира Нурисламовна, член-корр. Академии наук Республики Татарстан, д-р мед. наук, профессор Казанского государственного медицинского университета, главный научный сотрудник ФГБНУ «Национальный научно-исследовательский институт общественного здоровья им. Н. А. Семашко», e-mail: elmira_mingazova@mail.ru
Mingazova E. N.1-2 3, Schepin V. О.1, Zhelezova P. V.4, Sadykova R. N.5 CURRENT INDICATORS OF FERTILITY AND MORTALITY OF POPULATION IN THE REGION OF
CENTRAL RUSSIA
1N. A. Semashko National Research Institute of Public Health, 105064, Moscow, Russia;
2Kazan State Medical University, 420012, Kazan, Russia;
3Russian National Research Medical University, 117997, Moscow, Russia;
4Center for Medical Prevention of the Kostroma Region, 156007, Kostroma Region, Kostroma, Russia;
5I. M. Sechenov First Moscow State Medical University (Sechenov University), 119901, Moscow, Russia
The article analyzes the indicators of population reproduction on the example of the Kostroma region, presents the dynamics of the main medical and demographic indicators of the region: age structure of the population, mortality, fertility, migration, marriage and divorce rates, as well as the starting positions for overcoming reproductive and demographic disadvantages.
Keywords: medical and demographic indicators; fertility; mortality; age structure of the population.
For citation: Mingazova E. N., Schepin V.O., Zhelezova P. V., Sadykova R. N. Current indicators of fertility and mortality of population in the region of central Russia. Problemi socialnoigigieni, zdravookhranenia i istorii meditsini. 2019;27(5):858—864 (In Russ.). DOI: http://dx.doi.org/10.32687/0869-866X-2019-27-5-858-864
For correspondence: Mingazova Elmira Nurislamovna, doctor of medical sciences, professor of the FGBU VO Kazan State
Medical University, e-mail: elmira_mingazova@mail.ru
Conflict of interests. The authors declare absence of conflict of interests.
Acknowledgment. The study had no sponsor support
Received 10.08.2019 Accepted 04.09.2019
Введение
В период 2005—2015 гг. в Российской Федерации в целом отмечалась устойчивая положительная динамика рождаемости населения. Однако во многих субъектах страны все отчетливее появляются тенденции не только снижения рождаемости, постарения населения, но и его депопуляции [1—4]. Эти показатели являются, на наш взгляд, важными индикаторами медико-демографического неблагополучия , и их целесообразно использовать при разработке региональных стратегических программ развития и национальных проектов по демографии и здравоохранению. Рассмотрению этих вопросов и посвящено исследование, проведенное на примере Костромской области.
Цель исследования — проанализировать современные медико-демографические показатели Костромской области, в том числе показатели рождаемости и смертности населения, показать динамику половозрастной структуры населения, определить реперные точки по преодолению демографического неблагополучия.
Материалы и методы
Исследование проведено на основе анализа данных статистической отчетности, нормативных правовых документов и современных литературных источников, определяющих общую тенденцию по демографической ситуации в регионе и стране. В ходе исследования использовали методы изучения и обобщения опыта, аналитический, статистический.
Результаты исследования
В последние годы во всех муниципальных образованиях Костромской области наблюдается есте-
Таблица 1
Коэффициент естественной убыли по муниципальным образованиям Костромской области в 2012—2017 гг. (на 1 тыс. населения)
Муниципальное образование 2012 г. 2013 г. 2014 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г.
Район:
Антроповский -8,9 -4,6 -7,5 -7,3 -7,6 -9,4
Буйский -3,5 -2,4 -7 -8,4 -10,8 -12,1
Вохомский -6,9 -11,1 -7,6 -11,4 -10,2 -13
Галичский -4,1 -7,6 -8,9 -11,7 -10,3 -12,1
Кадыйский -6,8 -10,8 -7,7 -10,5 -12,7 -8,4
Кологривский -11,1 -12 -15,1 -20,2 -13,1 -16,3
Костромской 0,7 -1 -1,3 -3,1 -3 -4,1
Красносельский 0,3 0,8 -0,6 -1,6 -3,4 -1,7
Макарьевский -11,2 -15,1 -11,8 -14,2 -14,2 -14,3
Мантуровский -13,1 -12,2 -17,9 -21 -17,5 -15
Межевской -8,4 -1,8 -6,4 -13,6 -8,3 -6,3
г. Нея и Нейский район -8,6 -7,5 -8,7 -10,1 -8,2 -9,7
г. Нерехта и Нерехт-
ский район -6,3 -5,7 -4,6 -7,9 -9,1 -8,4
Октябрьский -2,6 -6 -4,1 -7,9 -10 -5,2
Островский -8,7 -2,7 -6,7 -5,7 -3,7 -8,6
Павинский -1,8 -9,3 -10,2 -3,7 -4,8 -10,4
Парфеньевский -4,2 -2,8 -3,9 -10 -1,7 -8,8
Поназыревский -5,9 -7,2 -4,3 -7 -4,4 -6,8
Пыщугский -2,4 -4,1 -5,2 -4,1 -3,5 -8,6
Солигаличский -9,2 -3,1 -7,3 -4,8 -9,8 -6,6
Судиславский -1,3 -3 0,6 -2,8 -2,4 -4,2
Сусанинский -8,5 -9,7 -10,2 -15,3 -9,8 -13,6
Чухломский -6,6 -8 -4,5 -5,2 -4,6 -8,4
Шарьинский
Городской округ: -2,6 -6,6 -5,7 -6,6 -6,7 -7,5
г. Кострома -1,2 -1,7 -1,4 0,6 -0,1 -0,6
г. Буй -4,4 -5,9 -4,3 -5,3 -3,4 -6,2
г. Волгореченск -4,3 -3,1 -2,6 -2,5 -5,6 -4,7
г. Галич -4,4 -1,9 -2,4 -6 -3,7 -2,7
г. Мантурово -7,6 -4,8 -5,3 -6,7 -5,4 -8,2
г. Шарья -0,7 0,4 -0,1 -2,9 -2,9 -2
Health and Society
ственная убыль населения. Даже город Кострома демонстрирует естественную убыль, где лишь в 2015 г. был зафиксирован небольшой естественный прирост (табл. 1).
В ходе исследования выявлено, что по итогам 2017 г. наихудшая ситуация зафиксирована в Коло-гривском, Мантуровском, Макарьевском муниципальных районах (МР), общий коэффициент естественной убыли которых составлял 14,3—16,3%. В данных районах отмечен наиболее высокий коэффициент смертности: 23,7; 22,4 и 22 на 1 тыс. населения соответственно (рис. 1 и 2).
Значительное воздействие на возрастную структуру населения оказывает смена поколений. Вступление в трудоспособный возраст поколения низкой рождаемости 1990-х годов явилось причиной сокращения численности населения данной возрастной группы [2, 3]. Численность трудоспособного населения области демонстрирует тенденцию к снижению, составив на конец 2017 г. 53,4% в общей численности населения (на конец 2000 г. — 57,9%, на конец 2010 г. — около 60%).
Отмечается негативный тренд снижения доли населения в возрасте 15—29 лет в структуре населения области с 19,8% на конец 2012 г. до 16,1% на конец 2017 г. Смена поколений и рост продолжительности жизни определили соответствующее изменение численности населения старшей возрастной группы, доля которой на конец 2017 г. составила 28,2% против 23,8% на конец 2000 г. Отмеченная динамика является неблагоприятной, так как данный прирост обусловлен преимущественно за счет снижения доли населения трудоспособного возраста.
Трансформация возрастной структуры населения приводит к негативному изменению демографиче-
Рис. 1. Общие коэффициенты рождаемости по муниципальным образованиям Костромской области в 2017 г.
(на 1 тыс. населения).
Здоровье и общество
Рис. 2. Общие коэффициенты смертности по муниципальным образованиям Костромской области в 2017 г.
(на 1 тыс. населения).
ской нагрузки, т. е. соотношения иждивенцев и трудоспособного населения, что может способствовать росту расходов, необходимых для социального обеспечения нетрудоспособной части населения [5—7]. В Костромской области наблюдается рост коэффициента демографической нагрузки: на 1 тыс. населения трудоспособного возраста на конец 2017 г. приходилось 873 человека нетрудоспособных возрастов (на конец 2010 г. — 673 человека).
В то же время необходимо отметить увеличение численности населения моложе трудоспособного возраста — с 15,7% в общей численности населения на конец 2010 г. до 18,4% на конец 2017 г. При этом доля детей в возрасте 0—4 лет превышает удельный вес подростков в возрасте 10—14 лет. Данное положение можно охарактеризовать как положительное, так как молодое поколение будет переходить в возрастную группу трудоспособного населения.
Анализ описательной статистики числа родившихся и умерших в динамике 2000—2017 гг. в городской и сельской местности показал значительное различие. Наибольший размах вариации был характерен для умерших в городской местности, который составил 3667 человек (для родившихся значение данного показателя составило 2134 человека). В сельской местности также диапазон вариации по числу умерших существенно превышал таковой по числу родившихся (2648 против 1058 человек соответственно). Представленные выводы также подтверждаются значением среднеквадратического отклонения, который был максимальным для умерших в городской местности (п=1206). Вместе с тем обращает на себя внимание факт, что по относительным показателям (в сравнении со средним значением) наибольшая вариативность признака наблюдалась
по числу умерших в сельской местности, о чем свидетельствуют значения коэффициента осцилляции (отношение размаха к среднему значению) и коэффициента вариации (отношение среднеквадратиче-ского отклонения к средней) — 59 и 20,8%, соответственно (табл. 2).
За анализируемый период показатели смертности по Костромской области были выше, чем в целом по РФ. Максимальный разброс между ними отмечался в 2003—2005 гг., когда значение показателя по Костромской области было больше аналогичного показателя по РФ в среднем на 5,3 на 1 тыс. населения. В 2017 г. соотношение между показателями составило 14,9 на 1 тыс. населения по Костромской области против 12,4 на 1 тыс. населения по РФ в целом.
Данные динамики умерших, в отличие от рождаемости, также характеризуются линейным трендом с высоким качеством полученной прогностической
Таблица 2
Дескриптивные статистики естественного движения городского и сельского населения Костромской области
Показатель Городское население Сельское население
число родившихся число умерших число родившихся число умерших
Среднее значение 5304 8055 2223 4490
Минимум 4158 6419 1582 3182
Максимум 6292 10 086 2640 5830
Размах 2134 3667 1058 2648
Дисперсия 306 080 1 456 729 101 159 871 792
Среднеквадратическое отклонение 553 1207 318 934
Коэффициент асимметрии -0,23 0,39 -0,29 0,14
Коэффициент эксцесса -0,32 -1,40 -0,98 -1,54
Коэффициент вариации, % 10,4 15,0 14,3 20,8
Коэффициент осцилляции, % 40 46 48 59
Health and Society
Российская Федерация Костромская область---Линейная (Костромская область)
Рис. 3. Общий коэффициент естественного прироста/убыли населения (2010—2017).
модели, в которой коэффициент детерминации составил 0,80. Оценка адекватности модели по критерию Фишера показала ее статистическую значимость: F-критерий составил 64,0 при р=0,00000055. Стандартная ошибка модели составила 1,02. Коэффициенты эластичности также значимы на уровне 5%.
Анализ длительной динамики демографических показателей Костромской области с 2000 г. показал наличие негативных тенденций, которые характеризуются затяжной динамикой естественной убыли населения, особенно в период 2000—2010 гг., когда общий коэффициент естественной убыли населения был больше -5 на 1 тыс. населения. В Российской Федерации в период с 2013—2015 гг. наблюдался естественный прирост населения, в Костромской области данные тренды не отмечались. По итогам 2017 г. коэффициент естественной убыли населения составил -4,2 против -0,9 в РФ (рис. 3).
Сопоставление прогнозной динамики коэффициентов рождаемости и смертности, а также полученное уравнение регрессии для естественного прироста (убыли) на 1 тыс. человек населения позволили определить изменение данного показателя в среднесрочной перспективе. Коэффициент детерминации составил 0,86, что свидетельствует о высоком качестве прогностической модели. Оценка адекватности модели по критерию Фишера показала ее статистическую значимость: F-критерий составил 101,3 при
Таблица 3
Динамика и прогноз естественного движения населения в Костромской области (на 1 тыс. населения)
Год Родившиеся Умершие Естественный прирост (убыль)
2010 2011 2012
2013
2014
2015
2016 2017 2019* 2020* 2021*
12,1
12.3 12,9 12,7 12,6 12,5 12,0 10,7 11,7
11.4 11,1
17.7 16,6 16,1 16,1
15.8 16,0 15,6
14.9 14,6 14,2 13,8
-5,6 -4,3 -3,2 -3,4 -3,2 -3,5 -3,6 -4,2 -2,9 -2,8 -2,7
р=0,00000002. Стандартная ошибка модели составила 1,3. Коэффициенты эластичности также значимы на уровне 5%.
Прогноз демографических показателей естественного движения населения в Костромской области представлен в табл. 3 (по среднесрочному варианту прогноза).
По оперативным данным 2018 г., Костромская область по показателю «общий коэффициент естественного прироста» заняла 68-е место среди 85 субъектов РФ, что позволяет отнести регион к группе наиболее неблагоприятных по естественному движению населения. Костромская область по общему коэффициенту рождаемости в 2018 г. была на 60-м месте в РФ (по мере снижения значения показателя), по общему коэффициенту смертности — на 71-м месте (по мере возрастания значения показателя). Более 73 населения старше трудоспособного возраста зафиксировано в 15 муниципальных образованиях. Наибольшая доля населения старше трудоспособного возраста при минимальной доле населения моложе трудоспособного возраста отмечены в Кологривском МР (39,3 и 16,7% соответственно, в общей численности населения района на 1 января 2018 г.), Мантуровском (37,9 и 14,4%), Макарьевском (36,7 и 15,8%).
Наибольшая поляризация в распределении численности населения Костромской области по муниципальным образованиям отмечалась в возрастной группе старше трудоспособного возраста, где зафиксировано наибольшее значение коэффициента осцилляции и коэффициента вариации (44,5 и 12% соответственно; табл. 4).
Таблица 4
Показатели разброса распределения численности населения Костромской области по муниципальным образованиям (в %)
Примечание. ^Прогнозные значения, полученные на основе прогностических регрессионных моделей (средний вариант прогноза).
Показатель Моложе трудоспособного возраста В трудоспособном возрасте Старше трудоспособного возраста
Среднее значение 18,1 50 31,9
Минимум 14,4 44 25,1
Максимум 20,7 56,2 39,3
Размах 6,3 12,2 14,2
Среднеквадратическое отклонение 1,5 3,3 3,8
Коэффициент осцилляции 34,9 24,4 44,5
Коэффициент вариации 8,5 6,7 12
Здоровье и общество
Таблица 5
Число женщин на 1 тыс. мужчин соответствующей возрастной группы в Костромской области (на 1 января 2018 г.)
Возрастная группа, лет 2000 г. 2001 г. 2005 г. 2006 г. 2011 г. 2016 г. 2017 г. 2018 г.
Все населе-
ние 1170 1174 1193 1195 1195 1183 1181 1180
В том числе
в возрасте 0—4 960 955 955 958 961 942 952 948
5—9 933 949 966 962 960 963 949 944
10—14 963 951 932 947 963 956 963 971
15—19 1000 1003 977 942 957 961 965 962
20—24 1001 1000 995 988 917 909 907 905
25—29 1011 1009 1013 1007 971 921 915 919
30—34 1011 1033 1052 1047 1019 970 962 950
35—39 1005 1017 1059 1074 1071 1029 1018 1008
40—44 1020 1025 1060 1069 1098 1084 1082 1088
45—49 1035 1049 1099 1103 1119 1128 1121 1102
50—54 1072 1080 1153 1169 1183 1167 1169 1180
55—59 1266 1263 1212 1227 1286 1268 1262 1241
60—64 1382 1407 1515 1497 1381 1424 1424 1427
65—69 1677 1647 1686 1731 1764 1588 1603 1631
70 и более 2931 2842 2772 2757 2699 2867 2803 2740
Таблица 6
Возрастная структура женщин в Костромской области (2000— 2018 гг.; на начало года, в % к итогу)
Год 0—14 лет 15—49 лет 50—59 лет 60—69 лет 70 лет и ста'
2000 15,7 48,0 9,3 13,2 13,8
2001 15,1 48,3 9,5 13,1 14,1
2002 14,4 48,7 9,6 13,0 14,2
2003 13,6 49,2 10,4 12,4 14,3
2004 13,1 49,5 11,6 11,5 14,3
2005 12,8 49,3 12,9 10,8 14,3
2006 12,5 48,9 14,1 10,1 14,4
2007 12,4 48,3 14,9 9,9 14,5
2008 12,6 47,6 15,6 9,6 14,8
2009 12,8 46,7 16,2 9,2 15,0
2010 13,0 45,9 16,5 9,2 15,4
2011 13,3 44,9 16,8 9,4 15,6
2012 13,7 43,9 17,0 9,6 15,7
2013 14,1 43,1 17,1 10,5 15,3
2014 14,5 42,4 17,1 11,6 14,5
2015 14,9 41,7 16,7 12,8 13,9
2016 15,2 41,3 16,3 13,9 13,3
2017 15,6 40,8 15,9 14,5 13,2
2018 15,7 40,5 15,3 15,2 13,3
Различия в воспроизводстве городского и сельского населения Костромской области обусловлены возрастной структурой. Средний возраст горожан к началу 2017 г. составлял 39,9 года, сельчан — 43,5 года. Средний возраст женщин на 1 января 2017 г. — 43,7 года, мужчин — 37,7 года. Женское население области превышает мужское (54,1 и 45,9% соответственно). На 1 января 2018 г. на 1 тыс. мужчин приходилось 1180 женщин (табл. 5).
Численность женщин в области сократилась с 387,4 тыс. на 1 января 2005 г. до 348,2 тыс. на 1 января 2018 г. (10,1%), в то же время численность мужчин уменьшилась с 324,6 тыс. до 295,1 тыс. человек (9,1%). В отдельных группах, особенно в молодых (до 35 лет) возрастах, соотношение полов не в пользу женщин (на 1 января 2018 г. в возрасте 25—29 лет на 1 тыс. мужчин приходилось 919 женщин, 30— 34 лет — 950, при этом в отмеченных возрастных группах зафиксирована тенденция к снижению значений показателя). Наиболее заметно (на 22,9%) сократилась численность женщин в сельской местности, тогда как в городской местности отмечено снижение на 4,3% (табл. 6).
В Костромской области увеличивается доля женщин старшей возрастной группы (свыше 60 лет — 25,3% на начало 2012 г., 28,5% на начало 2018 г.), что связано с ростом продолжительности жизни.
Обсуждение
При наличии объективных факторов снижения рождаемости важным условием сохранения естественного прироста населения является сокращение смертности. В Костромской области максимальное значение общего коэффициента смертности зафиксировано в 2003 г. (21,7%о). С 2006 г. отмечалось снижение уровня смертности, за исключением 2010 г., в котором в связи с аномально высокой температурой летних месяцев число умерших увеличилось.
В 2018 г. число умерших в области сократилось по сравнению с 2017 г. на 122 человека и составило
9473 человека. Общий коэффициент смертности незначительно снизился, составив 14,8%. Наибольший уровень смертности отмечен в сельской местности (в 2017 г. — 17,6 на 1 тыс. населения против 13,8 в городской местности). Несмотря на положительную динамику, в Костромской области коэффициент смертности ежегодно превышает среднероссийский уровень (в 2000 г. — 18,9 против 15,3 на 1 тыс. населения, в 2017 г. — 14,9 и 12,4 соответственно). В 2017 г. по сравнению с предыдущими годами уровень смертности снизился во всех возрастных группах населения. Коэффициент смертности населения младше трудоспособного возраста в 2017 г. составил 0,6% (в 2005 г. — 1,3), населения в трудоспособном возрасте — 5,1% (10,6), старше трудоспособного возраста — 43,1% (63,3). Демографическое старение является основной причиной высокой смертности населения (табл. 7).
В структуре общей смертности населения Костромской области, как и в среднем по Российской Федерации, основными причинами смертности являются болезни органов кровообращения и новообразования. В последние годы наблюдается сокращение числа умерших от болезней органов кровообращения и рост числа умерших от новообразований . В области снизилось число умерших от болезней органов дыхания и от внешних причин, в том числе от случайных отравлений алкоголем, сократилось число самоубийств. В 2018 г. возросла смертность от болезней органов пищеварения, по причине транспортных несчастных случаев (табл. 8).
По отдельным причинам смерти данные по Костромской области выше, чем в целом по Российской Федерации и Центральному федеральному округу. Наиболее тревожная ситуация складывается в отношении смертности от болезней системы кровообращения и злокачественных новообразований. Данные показатели в области превышают общероссийские по оперативным данным за 2018 г. в первом случае
Health and Society Таблица 7
Возрастные коэффициенты смертности в Костромской области в 2000—2017 гг. (число умерших на 1 тыс. населения соответствующей
возрастной группы)
Возрастная группа, лет 2000 г. 2005 г. 2010 г. 2011 г. 2012 г. 2013 г. 2014 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г.
Всего умерших 18,9 21,3 17,7 16,6 16,1 16,1 15,8 16,0 15,6 14,9
Из них в возрасте:
1—4 1,1 0,7 0,5 0,8 0,7 0,4 0,3 0,4 0,4 0,3
5—9 0,5 0,3 0,2 0,4 0,2 0,3 0,3 0,4 0,2 0,1
10—14 0,3 0,6 0,3 1,0 0,8 0,7 0,7 0,2 0,3 0,2
15—19 1,5 1,3 1,2 1,7 1,6 1,3 1,1 0,7 0,6 0,5
20—24 3,0 2,6 1,5 2,9 2,5 2,1 2,4 1,4 0,7 1,3
25—29 3,6 4,6 3,3 4,2 3,1 4,1 3,7 2,3 2,0 1,2
30—34 5,2 5,8 4,5 4,8 4,3 3,9 4,0 3,1 3,1 2,8
35—39 6,6 7,6 4, 9 5,9 5,9 5,4 5,7 4,2 3,9 3,9
40—44 9,3 11, 8 6,3 9,2 8,1 7,2 7,1 5,0 5,2 4,4
45—49 13,6 15,2 10,6 11,4 11,2 10,4 11,3 7,6 7,3 6,3
50—54 17,8 20,5 13, 9 16,7 15,6 15,9 15,1 9,8 9,9 8,8
55—59 23,6 28,6 18,8 0,4 0,3 0,2 0,1 15,8 14,5 12,9
60—64 32,3 37,0 26,5 24,9 22,4 23,2 22,5 22,0 21,8 20,0
65—69 43,7 44,4 38,0 34,2 32,4 27,7 30,8 30,1 29,8 29,7
70—74 57,4 61, 8 52,1 46,9 46,2 46,2 46,5 43,4 41,7 41,0
75—79 82,8 87,7 75,7 74,7 71,3 71,5 66,5 62,2 65,5 64,0
80—84 122,2 132,3 119,5 111,9 111,4 115,7 107,8 120,4 106,4 101,3
85 и более 246,1 240,5 211,4 192,5 194,2 196,6 190,1 203,9 197,7 187,3
на 29,3 и 25,3%, во втором — на 26,4 и 18,5% соответственно (табл. 9).
Смертность трудоспособного населения в Костромской области в 2017 г. (508,4 на 100 тыс. населения соответствующего возраста) была выше, чем в целом по РФ (484,5) и Центральному федеральному округу (446,4). При этом коэффициент смертности трудоспособного населения области имеет тенденцию к снижению (табл. 10).
Высокий уровень смертности трудоспособного населения свидетельствует о состоянии здоровья данной категории населения, которое во многом зависит от уровня развития системы здравоохранения региона.
До 2016 г. в числе умерших детей до 1 года преобладали мальчики, в 2016—2017 гг. доминировали девочки. В сельской местности число умерших детей до 1 года (на 1 тыс. родившихся живыми) превышает аналогичный показатель в городской местности. Уровни материнской и младенческой смертности являются наиболее чувствительными показателями в оценке качества оказания медицинских услуг и социально-экономического уровня развития региона.
Таблица 8
Смертность по основным классам причин смерти в Костромской области в 2000—2018 гг. (на 100 тыс. населения)
Причина смерти 2000 г. 2001 г. 2002 г. 2003 г. 2004 г. 2005 г.
Все причины 1886,8 1991,8 2111,6 2173,2 2128,0 2125,6
Некоторые инфекционные
и паразитарные болезни 14,6 16,7 13,5 15,4 11,0 13,5
Новообразования 225,9 211,2 225,4 219,5 232,6 232,9
Болезни системы кровооб-
ращения 1055,2 1119,1 1220,4 1251,0 1238,2 1235,9
Болезни органов дыхания 79,0 83,3 80,4 84,4 76,2 77,4
от болезней органов пище-
варения 40,2 46,6 62,8 59,8 76,4 81,5
Внешние причины смерти 265,8 303,5 302,2 318,2 286,8 276,0
Из них:
случайные отравления
алкоголем 53,2 65,6 61,0 72,3 66,1 68,6
самоубийства 53,7 57,1 53,8 48,9 43,5 39,2
убийства 22,6 29,1 28,4 26,7 23,8 18,2
Показатель, характеризующий младенческую смертность, был включен в перечень майских указов 2012 г., 2018 г. по совершенствованию системы здравоохранения (национальным проектом предусмотрено снижение уровня младенческой смертности до 4,5 случая на 1 тыс. родившихся детей). Для уменьшения репродуктивных потерь важное значение имеет разработка эффективных мер по их снижению.
Таблица 9
Сведения о числе умерших по основным классам причин смерти за январь — декабрь 2018 г.* (на 100 тыс. населения)
Класс Период Российская Федерация Центральный федеральный округ Костромская область
От всех причин 2018 г. 1238,5 1287,4 1476,2
2018 г. в % к 2017 г. 99,6 99,6 99,5
Новообразования 2018 г. 196,7 209,8 248,7
2018 г. в % к 2017 г. 99,9 101,3 102,1
Болезни системы 2018 г. 573,6 591,7 741,8
кровообращения 2018 г. в % к 2017 г. 98,1 95,4 97,3
Болезни органов 2018 г. 40,7 41,1 35,2
дыхания 2018 г. в % к 2017 г. 98,5 96,7 89,6
Болезни органов 2018 г. 63,4 64,7 71,4
пищеварения 2018 г. в % к 2017 г. 101,6 100,8 103,5
Внешние причи- 2018 г. 89,4 79,7 87,9
ны смерти 2018 г. в % к 2017 г. 94,5 92,5 86,2
Примечание. "Сведения за октябрь—декабрь 2018 г. получены из Единого государственного реестра записей актов гражданского состояния (ЕГР ЗАГС).
Таблица 10
Смертность населения трудоспособного возраста в 2011—2017 гг. (на 100 тыс. населения соответствующего возраста)
Территория 2011 г. 2012 г. 2013 г. 2014 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г.
Российская Феде-
рация 600,9 575,7 560,9 565,6 546,7 525,3 484,5
Центральный фе-
деральный округ 554,6 538,5 521,9 528,2 496,8 479,5 446,4
Костромская об-
ласть 674,5 631,4 608,6 623,1 592,4 569 508,4
Здоровье и общество
Анализ младенческой смертности в области показал, что в структуре причин первые ранговые места на протяжении многих лет занимают отдельные состояния, возникающие в перинатальном периоде, и врожденные аномалии.
Заключение
Результаты исследования позволяют выделить основные тенденции в характеристике демографической ситуации в Костромской области:
— во всех муниципальных образованиях Костромской области наблюдается естественная убыль населения — превышение смертности над рождаемостью;
— вступление в детородный возраст поколения низкой рождаемости 1990-х годов является причиной сокращения численности населения;
— сокращается численность женщин в области, в большей степени в сельской местности;
— в последние годы снизился суммарный коэффициент рождаемости;
— несмотря на снижение коэффициента смертности, показатели превышают среднероссийский уровень;
— остается высоким коэффициент младенческой смертности;
— причинами высокой смертности являются болезни системы кровообращения, новообразования, внешние причины (необходимо отметить, что смертность от болезней системы кровообращения в области имеет тенденцию к снижению, смертность новообразований имеет динамику роста).
Негативная динамика снижения рождаемости, роста естественной убыли населения, существенное сокращение числа потенциальных матерей не способствуют стабилизации демографической ситуации в области, что подтверждают и прогнозные данные. В сложившихся условиях необходима адаптация к новым демографическим и семейным реалиям, учитывая современные семейные ценности, сложившиеся гендерные роли, в том числе весомый вклад женщин в развитие общества, новые требования к качеству воспитания детей.
Исследование не имело спонсорской поддержки.
Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
ЛИТЕРАТУРА
1.Хабриев Р. У, Линденбратен А. Л., Комаров Ю. М. Стратегия охраны здоровья населения как основа социальной политики. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2014;22(3):3—5.
2. Щепин В. О., Кича Д. И., Голощапов-Аксенов Р. С. Профессиональные, жилищные и семейные факторы риска в прогнозировании заболеваемости инфарктом миокарда. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2018; 26(4):196—200.
3. Щепин В. О., Шишкин Е. В. Анализ смертности от внешних причин среди населения трудоспособного возраста на территории Российской Федерации. Проблемы социальной гигиены; здравоохранения и истории медицины. 2019;27(3):222—6.
4. Линденбратен А. Л., Гришина Н. К., Ковалева В. В., Филиппова В. И., Сердюковский С. М., Головина С. М., Загоруйченко А. А., Соловьева Н. Б. Анализ эффективности инновационных процессов в условиях реализации государственной программы «Развитие здравоохранения». Проблемы социальной гигиены; здравоохранения и истории медицины. 2016;24(6):324—9.
5. Гришина Е. Н., Трусова Л. Н. Статистика численности и естественного движения населения России. Современные тенденции в экономике и управлении: новый взгляд. 2016;(38):77—81.
6. Альбицкий В. Ю., Терлецкая Р. Н. Младенческая смертность в Российской Федерации в условиях новых требований и регистрации рождения. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2016;24(6):340—5.
7. Гелигаева Ш. С. Младенческая смертность в Российской Федерации. Новая наука: от идеи к росту. 2016;12(4):51—3.
Поступила 10.08.2019 Принята в печать 04.09.2019
REFERENCES
1. Habriev R. U., Lindenbraten A. L., Komarov Ju.M. Strategija ohrany zdorov'ja naselenija kak osnova social'noj politiki. Problemy soci-al'noj gigieny, zdravoohranenija i istorii mediciny. 2014;22(3):3—5 . (in Russian).
2. Shhepin V. O., Kicha D. I., Goloshapov-Aksenov R. S. Profession-al'nye, zhilishhnye i semejnye faktory riska v prognozirovanii zabole-vaemosti infarktom miokarda. Problemy social'noj gigieny, zdravoohranenija i istorii mediciny. 2018;26(4):196—200 (in Russian).
3. Shhepin V. O., Shishkin E. V. Analiz smertnosti ot vneshnih prichin sredi naselenija trudosposobnogo vozrasta na territorii Rossijskoj Federacii. Problemy social'noj gigieny, zdravoohranenija i istorii mediciny. 2019;27(3):222—6 (in Ruissian).
4. Lindenbraten A. L., Grishina N. K., Kovaleva V. V., Filippova V. I.. Serdjukovskij S. M., Golovina S. M., Zagorujchenko A. A., Solov'e-va N. B. Analiz jeffektivnosti innovacionnyh processov v uslovijah realizacii gosudarstvennoj programmy «Razvitie zdravoohranenija». Problemy social'noj gigieny, zdravoohranenija i istorii mediciny. 2016;24(6):324—9 (in Russian).
5. Grishina E. N., Trusova L. N. Statistika chislennosti i estestvennogo dvizhenija naselenija Rossii. Sovremennye tendencii v jekonomike i upravlenii: novyj vzgljad. 2016;(38):77—81 (in Russian).
6. Al'bickij V.Ju., Terleckaja R. N. Mladencheskaja smertnost' v Rossi-jskoj Federacii v uslovijah novyh trebovanij i registracii rozhdenija. Problemy social'noj gigieny, zdravoohranenija i istorii mediciny. 2016;24(6):340—5 (in Russian).
7. Geligaeva Sh.S. Mladencheskaja smertnost' v Rossijskoj Federacii. Novaja nauka: ot idei k rostu 2016;12(4):51—3 (in Russian).