Научная статья на тему 'Советское партизанское движение и крымско-татарское население в годы нацистской оккупации (1941-1944)'

Советское партизанское движение и крымско-татарское население в годы нацистской оккупации (1941-1944) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
3124
510
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
КОЛЛАБОРАЦИОНИЗМ / ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА / НАЦИСТСКАЯ ГЕРМАНИЯ / КРЫМСКИЕ ТАТАРЫ / КРЫМ / ПАРТИЗАНЫ

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Романько Олег Валентинович

В годы Второй мировой войны в период оккупации Крыма Германия на его территории действовало советское партизанское движение. В статье анализируется отношение крымских татар к партизанскому движению, участию в нем и противодействие ему.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Романько Олег Валентинович

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Советское партизанское движение и крымско-татарское население в годы нацистской оккупации (1941-1944)»

СТАТЬИ

УДК 94(470.41) "1941/1944" ББК 63.3

Олег Романько

СОВЕТСКОЕ ПАРТИЗАНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ И КРЫМСКОТАТАРСКОЕ НАСЕЛЕНИЕ В ГОДЫ НАЦИСТСКОЙ ОККУПАЦИИ

(1941-1944)

Аннотация: В годы Второй мировой войны в период оккупации Крыма Германия на его территории действовало советское партизанское движение. В статье анализируется отношение крымских татар к партизанскому движению, участию в нем и противодействие ему.

Ключевые слова: коллаборационизм, Вторая мировая война, нацистская Германия, крымские татары, Крым, партизаны

В предыдущих номерах журнала «Мусульманский мир» (№3 за 2014 и №№ 1 и 2 за 2016 год) была опубликована серия статей доктора исторических наук Олега Романько, посвященная крымско-татарскому военному коллаборационизму в годы Великой Отечественной войны. Представленный ниже материал является логическим завершением данной серии.

***

Советская пропаганда в период войны и советские историки в послевоенное время говорили народу, что подавляющее большинство населения на оккупированных территориях полностью поддерживало партизан и ждало возвращения «родной народной власти». Однако, как это не покажется многим крамольным, при рассмотрении истории партизанского движения, позиция населения представляется наиболее неоднозначным фактором. Теперь не секрет, что не везде это население относилось к советским партизанам лояльно или даже нейтрально. Были и случаи откровенной вражды. Например, такая ситуация сложилась на вновь присоединенных территориях (Прибалтика, Западная Украина или Западная Белоруссия) или на территориях, где нерусское население было либо преобладающим, либо несильно уступало по численности русскому (Крым). Именно здесь коллаборационизм принял свои наиболее крайние формы, а совет-

ское партизанское движение насчитывало несколько тысяч человек (и местных среди них было ничтожно мало).

Немецкий историк Б. Бонвеч писал, что «вопрос о поддержке партизан населением по сути дела является оборотной стороной вопроса о готовности к коллаборационизму» . С ним трудно не согласиться. В случае же с взаимоотношениями партизан и крымско-татарского населения на территории Крыма этот тезис как нельзя лучше иллюстрирует сложившуюся ситуацию. Крымские татары не были количественно преобладающими в этом регионе. Более того, они даже не были равными по численности славянскому населению полуострова. Тем не менее, крымско-татарский фактор явился причиной того, что до середины 1943 года партизанское движение на территории Крыма было, фактически, парализовано.

1 Бонвеч Б. За кулисами «рельсовой войны». Со-

ветские партизаны в 1941-1944 // «Родина». -

2003. - №7. - С. 74.

Это был неединственный фактор, но не брать его в расчет также не стоит.

В целом, проблему взаимоотношений советских партизан и крымскотатарского населения следует рассматривать с трех взаимосвязанных сторон:

1. Отношение крымскотатарского населения к советским партизанам в условиях нацистского оккупационного режима и эволюция этого отношения;

2. Отношение партизан к крымско-татарскому населению в условиях кризиса лояльности последнего к советской власти и эволюция этого отношения;

3. Роль крымских татар в партизанском движении на территории полу-острова2.

***

Что же представляли собой крымско-татарско-партизанские взаимоотношения в начальный период оккупации Крыма, и как они складывались в дальнейшем? 23 октября 1941 года Бюро обкома ВКП(б) утвердило высший руководящий состав партизанского движения на территории полуострова. Его командиром назначался А.В. Мокроусов, партизанивший здесь еще в Гражданскую войну, а комиссаром - С.В. Мартынов - первый секретарь Симферопольского горкома партии. Уже 31 октября они издали свой первый приказ, согласно которому Крым разбивался на пять партизанских районов, в подчинении каждого из которых находилось от 2 до 11 отрядов общей

с 3

численностью около 5 тыс. человек .

Партийное руководство очень рассчитывало на крымских татар. Значительное количество из них были включены в партизанские отряды - около 1000 человек, что составило более 20% от общей численности партизан на тот период. Так, исключительно из них сформирова-

2 О роли крымских татар в советском партизанском движении на территории Крыма более подробно см.: Мальгин А.В. Партизанское движение Крыма и «татарский вопрос». 1941-1944. - Симферополь, 2008.

3 Кондранов И.П. Крым. 1941-1945. Хроника. -Симферополь, 2000. - С. 80-81.

ли Куйбышевский и Албатский отряды. В Балаклавском, Ленинском и Алуштинском отрядах их было подавляющее большинство (например, в последнем, до 100 человек). В других частях процент крымских татар также являлся весьма высоким. Естественно, что командирами и комиссарами в этих партизанских отрядах были также представители этого этноса. Имелись они и в высшем руководстве движением. Например, комиссарами, соответственно, 1-го и 4-го районов были назначены А. Османов и М. Сели-мов, занимавшие до войны высокие посты в партийной номенклатуре Крыма4. Кроме того, крымско-татарское население горных и предгорных районов привлекалось для закладки партизанских баз, и обустройства будущих мест дислокации отрядов5.

Как известно, с приходом немцев значительная часть крымско-татарского населения испытала «кризис лояльности» по отношению к советской власти. На партизанском же движении это сказалось следующим образом: крымские татары начали покидать его и отдельно и целыми отрядами. Например, по домам разошелся весь Куйбышевский партизанский отряд: 115 человек во главе со своим командиром Ибрагимовым (кстати, позже этот дезертир был повешен немцами, так как выяснилось, что он указал не все места, где находились запасы продовольствия). Такие же случаи произошли в Ал-батском и других партизанских отрядах. Более того, эти бывшие партизаны часто возвращались, иногда с немцами, иногда со своими односельчанами, и грабили партизанские продовольственные базы6.

Например, 18 декабря 1941 года разведка Феодосийского партизанского

4 Государственный архив Республики Крым (далее - ГАРК). - Ф. П - 151. - Оп. 1. - Д. 21. - Л. 69, 104-119.

5 Крым в период Великой Отечественной войны 1941-1945. - Симферополь, 1973. - С. 210.

6 Кримсьш татари: шлях до повернення. Кримсь-котатарський нацюнальний рух (друга половина 1940-х - початок 1990-х рошв) очима радянських спецслужб. Зб1рник докуменпв та матер1ал1в: У 2 ч. - Ки!в, 2004. - Ч. 1. - С. 368.

отряда обнаружила в лесу 40 подвод с вооруженными крымскими татарами, которые, как выяснилось, приехали за продовольствием партизан. Этой группой руководил дезертир из Судакского отряда, бывший лейтенант Красной армии и член ВКП(б) Меметов7.

Еще один пример подобных действий. Командиры партизанских отрядов в Зуйских лесах докладывали на «большую землю», что из их продовольственных баз было разграблено более 10 т муки, 6,5 т пшеницы, 1,85 т кукурузы, 9,6 т овса, 1 т фасоли и 6,5 т солонины. Как видим, цифры весьма значительные8.

Грабежом партизанских баз также занимались жители крымско-татарских деревень Баксан, Тау-Кипчак, Мечеть-Эли, Вейрат, Конрат, Еуртлук, Ени-Сала, Молбай, Камышлык, Аргин, Ени-Сарай, Улу-Узень, Казанлы, Корбек, Коуш, Би-юк-Узенбаш, Кучук-Узенбаш, Ускут. Вместе с оккупантами они разграбили запасы продовольствия и снаряжения, рассчитанные на снабжение 5-6 тыс. партизан в течение года. В результате, из 28 партизанских отрядов, действовавших зимой 1941 года в Крыму 25 полностью лишились баз снабжения9.

Все это привело к тому, что зимой 1941-1942 годов подавляющее большинство «народных мстителей» оказались попросту без средств существования, и были вынуждены добывать их в близлежащих селах. Как правило, такие походы заканчивались реквизициями продовольствия, а в ряде случаев, и бессудными расправами над действительными или мнимыми коллаборационистами. Подобные события, например, имели место в деревне Маркур. Ее жители всячески помогали Севастопольскому партизанскому отряду. Однако зимой 1942 года, по приказу одного из руководителей партизанским движением, этот отряд совершил налет на «свою» деревню. Неизвестно, чем там занимались партизаны. Тем не

7 ГАРК. - Ф. П-151. - Оп. 1. - Д. 26. - Л. 57.

8 Бугай М.Ф. Депортацш кримських татар у 1944

р. // «Укратський iсторичний журнал». - 1992. -№1. - С. 33.

9 Кримсьш татари... - Ч. 1. - С. 369.

менее, уже на следующий день немцы смогли сформировать в деревне отряд самообороны, и направить его против «народных мстителей». Необходимо отметить, что вскоре отряд был полностью разгромлен, и роль самооборонцев из деревни Маркур в этих событиях далеко не

последняя10.

Начальник действовавшей в Крыму оперативной группы «Д» СС-штандартенфюрер Отто Олендорф отмечал, что крымские татары были намного сдержаннее в отношении сотрудничества с оккупантами в тех районах, где поблизости находились партизанские отряды11. Хотя, одновременно, если возникала какая-нибудь опасность (например, нападение партизан), они немедленно брались за оружие. Да и немецкая пропаганда очень умело использовала такие факты, представляя крымских партизан в невыгодном свете и сравнивая их действия с обыкновенным бандитизмом. Эта политика в совокупности с так называемыми «хитрыми приемами» оккупационных властей действительно способствовала, и в немалой степени, росту коллаборационистских настроений среди крымских татар. В свою очередь, командование партизанским движением и большинство рядовых партизан начинали верить в то, что крымско-татарское население целиком враждебно советской власти. Более того, вскоре они начали информировать об этом и «большую землю». Так, уже в марте 1942 года Мокроусов и Мартынов докладывали следующее: «В подавляющей своей массе татарское население в предгорных и горных селениях настроено профашистски, из числа жителей которых гестапо создало отряды добровольцев, используемые в настоящее время для борьбы с партизанами... Деятельность партизанских отрядов осложняется необходимостью вооруженной борьбы на два

10 Ефимов А. Некоторые аспекты германской оккупационной политики в отношении крымских татар в 1941 - 1944 гг. // «Профи». - М., 1999. -№6-7. - С. 19.

11 Bundesarchiv-Militärarchiv, Freiburg, Deutschland (далее - BArch). - RH 20. Armeeoberkommandos. -Bd. 5: AOK 11. - RH 20-11/433. - Bl. 28-29.

фронта: против фашистских оккупантов, с одной стороны, и против вооруженных банд горнолесных татарских селений»12.

Надо сказать, что находившееся в Краснодаре руководство Крымской АССР сначала отказывалось верить в поголовный коллаборационизм крымских татар. Особенно в этом сомневался нарком внутренних дел республики Г.Т. Ка-ранадзе, который даже направил специальную докладную записку на имя Л.П. Берии. Записка была датирована мартом 1942 года, и являлась, фактически, ответом на предыдущий документ. «По данным, которыми мы владеем, - писал Ка-ранадзе в этой записке, - можно судить, что хоть и небольшая, но все-таки определенная часть татарского населения Крыма остается на стороне советской власти... с чем нельзя не считаться, проводя те или иные мероприятия в Крыму. По данным агентуры установлено, что большинство татарского населения степной части Крыма не проявляют враждебности к советской власти, наоборот, есть обратные факты, когда они с сочувствием относятся к ней. Известно, что значительная часть населенных пунктов степных татар отказалась брать оружие «для самообороны и охраны от партизан», как это предлагали немцы. В результате в этих селах «охрану населения от партизан» осуществляют вооруженные горные татары. Более того, и среди населенных пунктов Южного берега есть такие села, которые оказывали партизанским отрядам большую помощь, вследствие чего с их населением расправлялись как немцы, так и вооруженные татары. Например, татары сел Айлянма, Чермалык и др. оказывали большую помощь партизанам продовольствием, в тяжелые дни, когда партизаны испытывали затруднения со снабжением. Вышеуказанные (татары) организованно пригоняли партизанам отары овец по 50-100 голов. Кроме того, всегда гостеприимно принимали партизан, оказывая им посильную помощь. За всю эту помощь, которая оказывалась партизанам, немцами и добровольчески-

ми отрядами были разгромлены и сожжены такие села как Айлянма, Черма-лык, Бешуй (в Карасубазарском районе), Чаир и Тарнаир. Население этих сел в большинстве своем было расстреляно, а те, кто остался, - выселены с южного берега. Кроме того, из этих сел. немало семей, которые не пожелали вооружаться и служить немцам, были выселены. Необходимо отметить, что отношение немецких захватчиков к татарам, которые отказываются брать оружие, такое же как к русским, украинцам и грекам. Этих татар также, как и другое население, вывозят в Германию. В результате сказанного указанная часть (татар) враждебно настроена как против вооруженных татар, так и против немцев»13.

***

Каранадзе был за дифференцированный подход к крымско-татарскому населению, так как считал, что своей политикой Мокроусов и Мартынов могут только оттолкнуть последних сторонников советской власти на полуострове, или, что даже хуже, заставят нейтральных до этого крымских татар, встать на сторону нацистов. Его докладная записка не осталась незамеченной в высшем военно-политическом руководстве страны. Сначала, в июне 1942 года, были сняты со своих постов Мокроусов и Мартынов. А уже через пять месяцев - 18 ноября -было принято ставшее теперь таким известным постановление Крымского обкома ВКП(б), озаглавленное «Об ошибках, допущенных в оценке отношения крымских татар к партизанам, про меры для ликвидации этих ошибок и усиления работы среди татарского населения». В этом, весьма примечательном документе были впервые проанализированы причины коллаборационизма среди крымских татар. И, надо сказать, что, к чести партийных работников, причины эти не объяснялись «проявлениями буржуазного национализма» или «кознями немецких оккупантов». Так, командованию партизанским движением указывалось на то,

12 ГАРК. - Ф. П - 151. - Оп. 1. - Д. 21. - Л. 31.

13 Кримсьштатари... - Ч. 2. - С. 265-266.

что не все отряды вели себя достойным образом. Были и нападения на крымскотатарские селения, и бессудные расправы и «пьяные погромы», которые «крайне обострили взаимоотношения партизан с населением». Кроме того, признавалось, что партийное руководство допустило серьезные ошибки при комплектовании партизанских отрядов, так как ни один крымский татарин - член обкома не был оставлен «в лесу». Не был «обойден вниманием» и местный НКВД. Его руководство, например, обвинялось в том, что «своевременно не очистило от татарской буржуазии села, особенно в южной части Крыма, от остатков националистических, кулацких и других контрреволюционных

14

элементов, которые притаились там» .

В целом, признавая все ошибки, партийное руководство Крыма делало следующий вывод: «Анализ фактов, доклады командиров и комиссаров партизанских отрядов, проверка, проведенная на месте, свидетельствуют о том, что утверждения о враждебном отношении большинства татар Крыма к партизанам, а также то, что большинство татар перешло на службу к врагу, являются неправильными,

необоснованными и политически вредными утверждениями»15.

А чтобы ошибки эти были исправлены как можно скорее, необходимо было провести следующие мероприятия:

1. Осудить как неправильное и политически вредное утверждение руководства партизан о враждебном отношении крымских татар и разъяснить всем партизанам, что они в основной своей массе также враждебно настроены к немецко-румынским оккупантам, как и все трудящиеся Крыма;

2. Просить Военный Совет Закавказского фронта и Черноморского флота отобрать и передать в распоряжение Крымского обкома ВКП(б) группу коммунистов из крымских татар,

проверенных в боях за Родину, для отправки их в партизанские отряды и на роботу в тылу;

3. Обязать редакторов газет «Красный Крым» и «Кызыл Кырым» (приложение к первой газете на крымскотатарском языке) основное содержание печатной пропаганды направлять на разоблачение «фашистской демагогии» относительно крымско-татарского населения, их заигрывания на национально-религиозных чувствах, показать, что гитлеризм несет крымско-татарскому народу тяжелые несчастья;

4. Сделать обязанностью командования партизанским движением в Крыму систематическое уничтожение «фашистских наемников, предателей татарского народа», мобилизовать для этого само население. Установить регулярную связь с крымско-татарскими селами, разъяснять населению смысл происходящих событий, привлекать его к активной

борьбе против гитлеровских оккупан-

16

тов .

В заключение постановления говорилось: «Бюро областного комитета ВКП(б) считает, что, если наши командиры и политработники партизанских отрядов, а также все бойцы-партизаны сделают правильные выводы из настоящего решения, есть все основания полагать, что мы не только исправим допущенные ошибки, но и поможем большинству наших товарищей из татарской части населения стать в ряды борцов за

общее дело против фашистских гадов»17. ***

Советское военно-политическое руководство верно проанализировало причины коллаборационизма среди крымских татар, в целом правильно указало на ошибки и наметило действительно конструктивные пути их исправления. Так, уже в ноябре 1942 года «в лес» был послан третий секретарь Крымского обкома Р. Мустафаев, который возглавил здесь подпольный партийный центр. В том же месяце он

Российский государственный архив социально-политической истории (далее - РГАСПИ). - Ф. 625. - Оп. 1. - Д. 12. - Л. 251. 15 РГАСПИ. - Ф. 625. - Оп. 1. - Д. 12. - Л. 251.

РГАСПИ. - Ф. 625. - Оп. 1. - Д. 12. - Л. 251-

252.

17

РГАСПИ. - Ф. 625. - Оп. 1. - Д. 12. - Л. 252.

16

подготовил ряд писем на крымскотатарском языке. Эти письма были распространены среди населения горных деревень и призывали к прекращению сотрудничества с оккупантами. Параллельно с этим были значительно усилены радио- и печатная пропаганда, как с «большой земли», так и в самом Крыму. Однако, как показали дальнейшие события, советское военно-политическое руководство опоздало как минимум на полгода: именно этот период явился пиком крымско-татарского коллаборационизма и его консолидации с оккупационным режимом. Более того, дезертирство крымских татар из партизанских отрядов продолжалось. В результате, на 1 июня

1943 года среди 262 крымских партизан

18

было только шесть (!) крымских татар .

Такое количество крымских татар среди партизан в этот период не означает, что все остальные служили в коллаборационистских формированиях. Известно, что многие из них участвовали в крымском подполье. Так, в сентябре 1942 года присланный из Ялтинского партизанского отряда коммунист А. Дагджи (кличка «дядя Володя») создал в Симферополе патриотическую организацию, объединившую около 80 человек. 2/3 ее состава были татары, в том числе мать и сестра руководителя организации. Остальные -люди других национальностей. Подпольщики занимались распространением газет и листовок, получаемых от партизан, организовывали побеги военнопленных из концлагеря, проводили диверсии экономического характера. В июне 1943 года из-за плохой конспирации организация была раскрыта. Большинство ее членов (в том числе и руководителя) схватили и казнили19.

Но, и это самое главное, советская власть проиграла бой немцам за ту, большую часть крымско-татарского населения, которая при любом режиме остается политически пассивной. Нет, это население не начало поддерживать оккупантов, но и помогать партизанам оно не собиралось. Коренной перелом в на-

18 Кондранов И.П. Указ. соч. - С. 98.

19 ГАРК. - Ф. П - 151. - Оп. 1. - Д. 477. - Л. 74.

строениях этих людей произошел только летом 1943 года. Начался обратный процесс: только теперь крымские татары стали испытывать «кризис лояльности» по отношению к немецким оккупантам. Каковы же причины такой смены ориентиров? У каждой из групп крымскотатарского населения они были свои. Например, интеллигенция выражала недовольство тем, что немцы так и не дали ее народу никаких политических прав и свобод. Крестьянство начало испытывать пресс постоянных реквизиций: во главе оккупационной администрации стояли уже другие люди, которые не желали работать в «белых перчатках». Главной же причиной неприязни к немцам городских жителей было то, что любой из них мог в любой момент отправиться в Германию, где его ожидала печальная участь «ос-тарбайтера». Кроме того, в конце 1942 года в Крым просочились слухи о переселенческих планах нацистов. И естественно, многие крымские татары сразу же поняли, что в будущем «Готенланде» места для них не предусмотрено20. Наконец, если до середины 1942 года немцы применяли репрессии выборочно, то теперь они вполне могли расправиться и с крымским татарином, и сжечь крымскотатарскую деревню. Эти настроения оформились в первой половине 1943 года. Безусловно, они были важными. Однако, следует признать, что без общего фона - побед Красной армии на фронте -они бы не получили такого развития. Общее недовольство населения оккупационным режимом начало проявляться во второй половине 1943 года: все больше и больше крымских татар начали желать возвращения прежней власти. И выражалось это недовольство, прежде всего, в том, что они стали поддерживать ее

20 Более подробно о переселенческих планах нацистов см.: Романько О.В. Статус Крымского полуострова в планах нацистского военно-политического руководства // Ялта 1945: прошлое, настоящее, будущее. Материалы международной конференции / Сост. Е.А. Бондарева. - М., 2015. - С. 67-74.

«длинную руку» на полуострове - парти-

21

зан .

***

По мере приближения советских войск к полуострову удары партизан по оккупантам начали усиливаться. Все более ощутимую помощь им стало оказывать советское командование. Наладилась постоянная связь с населением. Жители многих сел укрылись в лесу, сотни из них вступили в отряды. Поэтому, к январю 1944 года численность крымских партизан выросла до 3973 человек. Это привело к реорганизации движения. В январе-феврале 1944 года было сформировано семь партизанских бригад, объединенных позже в три соединения - Северное (командир П.Р. Ямпольский), Южное (командир М.А. Македонский) и Восточное (командир В.С. Кузнецов). Общее руководство осуществлял Крымский штаб партизанского движения (КШПД) во главе с В.С. Булатовым, который одновременно являлся секретарем Крымского обкома ВКП(б). Сам КШПД

был создан в октябре 1943 года и нахо-

22

дился за пределами Крыма22.

Участники крымско-татарских коллаборационистских формирований были частью своего народа, и такая военно-политическая ситуация также оказывала на них серьезное влияние. Поэтому, начиная с лета 1943 года, и советские, и немецкие источники отмечают ослабление дисциплины и падение боевого духа в батальонах «8екита». Под влиянием указанных причин, во многих из них были созданы подпольные организации, целью которых, зачастую, являлся переход на сторону партизан. Так, по донесениям советской агентуры, командир 154-го батальона А. Керимов был арестован СД как «неблагонадежный», а в 147-м батальоне немцы расстреляли сразу 76 полицейских, посчитав их «просоветским элементом». Тем не менее, к зиме 1943 года этот процесс принял необратимый

21 Kirimal E. Der nationale Kampf der Krimtürken mit besonderer Berücksichtung der Jahre 1917-1918. - Emsdetten, 1952. - S. 315-316.

22 Мальгин А.В. Указ. соч. - С. 125-126.

характер. Именно в этот период начался массовый приток крымских татар в партизанские отряды. Известно, например, что к декабрю их пришло туда 406 человек, причем 219 из них служили до этого в различных частях полиции. В результате, по данным отдела кадров КШПД в партизанских отрядах на территории Крыма находилось 3453 человека, 598 из

23

которых являлись крымскими татарами .

Процесс разложения затронул даже, казалось, самые надежные добровольческие части. Осенью 1943 года на сторону партизан перешла очень преданная немцам и самая боеспособная рота самообороны из д. Коуш во главе с майором А. Раимовым. По словам одного из партизанских командиров И.З. Вергасова, который имел непосредственное отношение к этой истории, Раимов являлся крайним коллаборационистом и, одновременно, хорошим профессионалом. За его плечами была специальная полицейская школа в Германии, два «Знака отличия для восточных народов» на мундире и личное покровительство шефа СС Г. Гиммлера. Руководитель немецкой полиции на полуострове очень ценил его, так как Раимов хорошо знал крымские леса24.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Тем не менее, в ноябре 1943 года он и его люди (около 60 чел.) перешли на сторону партизан Южного соединения. Интересно, что его командир М.А. Македонский не стал «распылять» добровольцев по подразделениям, а разрешил создать им свой отдельный отряд. Некоторое время «раимовцы» во главе со своим командиром вполне успешно действовали под Бахчисараем. Однако вскоре он и его ближайшее окружение были тайно арестованы и доставлены самолетом в Москву. Там Раимова расстреляли. Оставшихся же в лесах рядовых бойцов роты, распределили по отрядам Южного соединения. Вергасов объясняет причины

23 ГАРК. - Ф. Р - 652. - Оп. 24. - Д. 9. - Л. 37; Для сравнения: в годы Великой Отчественной войны через крымско-татарские коллаборационистские формирования, находившиеся в составе германских силовых структур, прошли службу от 15 до 20 тыс. человек.

24 Вергасов И. З. Крымские тетради. Роман-

хроника. - М., 1978. - С. 433-436.

этого инцидента в духе советской пропаганды. По его словам, Раимов планировал выведать все секреты и места дислокации партизан и неожиданно нанести смертельный удар всему движению. Вряд ли это было правдой. Сам автор несколькими страницами выше пишет, что Раи-мов был трус и искал способ искупить вину в преддверии краха своих хозяев25.

Вероятно, имела место обычная перестраховка. Перестраховка, из-за которой многие новоиспеченные партизаны предпочитали возвращаться в свои добровольческие части, чем терпеть постоянные проверки и косые взгляды новых соратников (к слову, были и такие обратные «переходы»). В тех условиях, это, наверное, являлось оправданной мерой. Однако, зачастую, этот и подобные ему случаи приводили к тому, что уже готовые к переходу коллаборационистские формирования, начинали тянуть с ним, упуская драгоценное время. Приведем только один, характерный пример. В январе 1944 года командир Северного соединения крымских партизан П.Р. Ям-польский установил связь с начальником штаба 147-го батальона «8еИита» Кемаловым. Казалось, все должно было быть нормально. Тем не менее, посланный на встречу разведчик С. Усеинов принес несколько неожиданную информацию:

«Ваше письмо, - докладывал он Ямпольскому, - начальнику штаба 147-го добровольческого батальона Кемалову мною лично вручено. Он на ваше предложение согласился, но боится, что, мол, "если даже весь отряд выполнит это задание, все равно после занятия города (Симферополя), нас поодиночке всех накажут". Я с моим агентом Комурджаевым его убедил. Однако подписку он отказался дать, говоря, что, мол, бумажка - это простая формальность. Так как сейчас всем добровольцам негласно объявлено недоверие, ведется за ними слежка и установлен строгий казарменный режим, нами намечен план действий в

25 ГАРК. - Ф. П - 151. - Оп. 1. - Д. 611. - Л. 11.

следующем виде. Отряд остается в городе и при бегстве из города врага занимает все посты у важных объектов: радио, банка, почты, мостов, здания областного комитета партии, театра, а также организует уничтожение факельщиков. Отрядом же организуется террористическая группа, которая уничтожает и арестовывает врагов в самом батальоне, а также контролирует немцев и агентов СД. В случае если враг заранее потребует выхода из города, Кемалов обязуется повернуть отряд в горы. Настроение солдат

антифашистское. Кемалову даже приходится брать отдельных ребят под защиту перед командованием. Он также взялся индивидуально обработать отдельных командиров и унтер-офицер рот, чтобы создать единое мнение. В батальоне 240 человек, то есть четыре роты, бойцы вооружены русскими и

немецкими винтовками, имеется 20

26

автоматов» .

Как видно, в данном случае все закончилось благополучно.

Немаловажную роль сыграло то, что Кемалов действительно хотел заслужить снисхождение у советской власти. Однако донесение партизанского разведчика интересно не только этим. Из него мы узнаем, что всем добровольцам объявлено «негласное недоверие». Что ж, это была вполне объективная реакция немцев на нелояльность крымских татар. Только, если с крымско-татарским гражданским населением оккупанты боролись уничтожением деревень, поддерживающих партизан, то с деморализованными добровольческими частями они поступали по-иному. Обычно их расформировывали, а личный состав, в лучшем случае, отправляли во вспомогательные формирования Вермахта. В худшем, бывших полицейских либо расстреливали, либо

27

помещали в концлагерь .

В результате, по данным отчета начальника оперативного отдела штаба 17-й немецкой армии, на 5 марта 1944

26 ГАРК. - Ф. П - 151. - Оп. 1. - Д. 505. - Л. 210в.

27 Ктта1 Е. Ор. сИ. - 8. 316-317.

года в подчинении начальника полиции на территории Крыма оставалось всего пять (из восьми) крымско-татарских батальонов «Зекита»: 147, 154, 150, 149 и 148-й. Причем, только три последних из них имели полный состав. В двух первых не было и половины персонала (в скобках заметим, что Кемалову, вероятно, частично удался план перехода: его 147-й

батальон указан, как часть «неполной си-лы»)28.

Эти оставшиеся батальоны, а равно и другие подразделения полиции, в которых, по оценкам советского руководства, служили «настоящие добровольцы, бывшие недовольные советской властью элементы», продолжали воевать с партизанами: кто-то более, кто-то менее рьяно. В апреле-мае 1944 года все они принимали участие в боях против освобождавших Крым частей Красной армии. Например, по воспоминаниям комиссара 5-го отряда Южного соединения крымских партизан И.И. Купреева, добровольцы из бахчисарайского батальона «Зекита» очень упорно сражались за город. А после окончания боев многие крымские татары прятали у себя в домах уцелевших нем-

29

цев .

***

Взаимоотношения населения оккупированных территорий и советских партизан относятся к наиболее неоднозначным и трагическим эпизодам истории Великой Отечественной войны. И лучшая иллюстрация этому тезису - все сказанное выше. Ведь именно обвинение во враждебном отношении к «народным мстителям» и поголовном сотрудничестве с нацистами послужили веской причиной для депортации крымско-татарского народа. Мы убедились, что не все было так просто. Понимала ли это советская власть? Вероятно, да, и подтверждение тому - знаменитое ноябрьское постановление 1942 года. Но и утверждать, что все обвинения в коллаборационизме яв-

28 BArch. - RH 20. Armeeoberkommandos. - Bd. 7: AOK 16 bis AOK 17. - RH 20-17/257. - Bl. 180.

29 ГАРК. - Ф. П - 156. - Оп. 1. - Д. 57. - Л. 31об.-

32.

ляются голословными, также «грешить» против фактов, которыми полны документы той поры. К сожалению, следует констатировать: на оккупированных советских территориях шла не просто борьба с захватчиками. В большинстве случаев она принимала характер гражданской войны, со всеми присущими этой войне элементами. Смена настроений населения под воздействием тех или иных факторов, как раз и является одним из таких элементов. И отрицать этот объективный факт, значит намеренно скрывать, пусть и неприглядную, но, тем не менее, очень важную страницу истории нашего прошлого.

Источники и литература: Источники:

1. Государственный архив Республики Крым. - Ф. П-151. - Оп. 1. - Д. 21.

2. Государственный архив Республики Крым. - Ф. П-151. - Оп. 1. - Д. 505.

3. Государственный архив Республики Крым. - Ф. П-151. - Оп. 1. - Д. 26.

4. Государственный архив Республики Крым. - Ф. П-151. - Оп. 1. - Д. 477.

5. Государственный архив Республики Крым. - Ф. П-151. - Оп. 1. - Д. 611.

6. Государственный архив Республики Крым. - Ф. П-156. - Оп. 1. - Д. 57.

7. Государственный архив Республики Крым. - Ф. Р-652. - Оп. 24. - Д. 9.

8. Кримсью татари: шлях до повернення. Кримськотатарський нащональний рух (друга половина 1940-х - початок 1990-х роюв) очима радянських спецслужб. 36i-рник докуменпв та матерiалiв: У 2 ч. -Кшв, 2004. - Ч. 1-2.

9. Российский государственный архив социально-политической истории. - Ф. 625. - Оп. 1. - Д. 12.

10. Bundesarchiv-Militärarchiv, Freiburg, Deutschland. - RH 20. Armeeoberkommandos. - Bd. 5: AOK 11. -RH 20-11/433.

11. Bundesarchiv-Militärarchiv, Freiburg, Deutschland. - RH 20. Armeeoberkommandos. - Bd. 7: AOK 16 bis AOK 17. - RH 20-17/257.

Литература:

12. Бонвеч Б. За кулисами «рельсовой войны». Советские партизаны в 19411944 // «Родина». - 2003. - №7.

13. Бугай М.Ф. Депортащя кримських татар у 1944 р. // «Украгнський Iсторичний журнал». - 1992. - №1..

14. Вергасов И.З. Крымские тетради. Роман-хроника. - М., 1978.

15. Ефимов А. Некоторые аспекты германской оккупационной политики в отношении крымских татар в 1941 - 1944 гг. // «Профи». - М., 1999. - №6-7.

16. Кондранов И.П. Крым. 1941-1945. Хроника. - Симферополь, 2000.

17. Крым в период Великой Отечественной войны 1941-1945. - Симферополь, 1973.

18. Мальгин А.В. Партизанское движение Крыма и «татарский вопрос». 1941-1944. - Симферополь, 2008.

19. Романько О.В. Статус Крымского полуострова в планах нацистского военно-политического руководства // Ялта 1945: прошлое, настоящее, будущее. Материалы международной конференции / Сост. Е.А. Бондарева. - М., 2015.

20. Kirimal E. Der nationale Kampf der Krimtürken mit besonderer Berücksichtung der Jahre 1917-1918. - Emsdetten, 1952.

Oleg Roman'ko

SOVIET GUERRILLA MOVEMENT AND THE CRIMEAN TATAR POPULATION DURING THE NAZI OCCUPATION (1941-1944)

Summary: During the Second World War in Germany during the occupation of the Crimea acted on its territory Soviet partisan movement. The article analyzes the attitude of the Crimean Tatars to the guerrilla movement, participate in it and oppose it.

Keywords: Collaboration, World War II, Nazi Germany, Crimean Tatars, Crimea, guerrillas

Sources and Literature: Sources:

1. The State Archives of the Republic of Crimea. - Found P-151. - Register 1. - Case 21.

1. The State Archives of the Republic of Crimea. - Found P-151. - Register 1. - Case 21.

2. The State Archives of the Republic of Crimea. - Found P-151. - Register 1. - Case 505.

3. The State Archives of the Republic of Crimea. - Found P-151. - Register 1. - Case 26.

4. The State Archives of the Republic of Crimea. - Found P-151. - Register 1. - Case 477.

5. The State Archives of the Republic of Crimea. - Found P-151. - Register 1. - Case 611.

6. The State Archives of the Republic of

Crimea. - O Found P-156. - Register 1. -Case 57.

7. The State Archives of the Republic of Crimea. - Found P-652. - Register 24. -Case 9.

8. Crimean Tatars: a way to return. Crimean Tatar National Movement (late 1940s - early 1990s) through the eyes of Soviet intelligence. Collection of documents and materials: In 2 parts. - Kyiv, 2004. - Part 1-2 (in Ukrain)

9. Russian State Archive of Socio-Political History. - Found 625 - Register 1. - Case 12.

10. Bundesarchiv-Militärarchiv, Freiburg, Deutschland. - RH 20. Armeeoberkommandos. - Bd. 5: AOK 11. - RH 20-11/433.

11. Bundesarchiv-Militärarchiv, Freiburg, Deutschland. - RH 20. Armeeoberkommandos. - Bd. 7: AOK 16 bis AOK 17. - RH 20-17/257.

Literature:

12. Bonvech B. Behind the Scenes "rail war". Soviet partisans in 1941-1944 // "Rodina". - 2003. - №7 (in Russian)

13. Bugay M.F. Krymska deportation of Tatars in 1944 p. // "Ukrainskiy istorichny jurnal". - 1992. - №1 (in Russian)

14. Vergasov I.Z. Crimean notebook. Roman Chronicle. - Moscow, 1978 (in Russian)

15. Efimov A. Some aspects of the German occupation policy in relation to the Crimean

Tatars in 1941 - 1944. // "Profi". - Moscow, 1999. - №6-7 (in Russian)

16. Kondranov I.P. Crimea. 1941-1945. Chronicle. - Simferopol, 2000 (in Russian)

17. Crimea during the 1941-1945 Great Patriotic War. - Simferopol, 1973 (in Russian)

18. Malgin A.V. The guerrilla movement of the Crimea and the "Tatar question". 19411944. - Simferopol, 2008 (in Russian)

19. Roman'ko O. Status of the Crimean peninsula in the plans of the Nazi military and political leadership // Yalta 1945: The past, present and future. Proceedings of International Conference / Ed. E.A. Bondarev. -Moscow, 2015 (in Russian)

20. Kirimal E. Der nationale Kampf der Krimtürken mit besonderer Berücksichtung der Jahre 1917-1918. - Emsdetten, 1952 ((in German)

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.