ОБЩАЯ ПСИХОЛОГИЯ
УДК 159.9.07
Соотношение показателей антивитальности и жизнестойкости у подростков
The ratio of indicators of anti-vitality and resilience at adolescents
Истомина С.В., Шадринский государственный педагогический университет, istomina-sv@mail.ru
Быкова Е.А., Шадринский государственный педагогический университет, elbykova80@mail.ru
Istomina S., Shadrinsk State Pedagogical University, istomina-sv@mail.ru
Bykova E., Shadrinsk State Pedagogical University, elbykova80@mail.ru
DOI: 10.51379/KPJ.2022.156.6.025
Исследование выполнено при финансовой поддержке научно-исследовательских работ по приоритетным направлениям деятельности вузов-партнеров ЮУрГГПУ и ШГПУ в 2022 году по теме: «Психологические особенности антивитального поведения в подростковой среде: выявление и предупреждение» №16-449 от 23.06.2022 г.
Ключевые слова: жизнестойкость, антивитальность, витальность, подростки, стрессоустойчивость.
Keywords: resilience, anti-vitality, vitality, adolescents, stress resistance.
Аннотация. Актуальность статьи обусловлена необходимость поиска ресурсов у подростов для совладания с антивитальными поведенческими тенденциями. В статье рассматривается проблема связи жизнестойкости и антивитального поведения обучающихся. Показана необходимость изучения взаимосвязи антивитальности и жизнестойкости с целью разработки стратегии предупреждения нарушений психологического здоровья детей и подростков, развития качеств, позволяющих справляться со сложными жизненными ситуациями. Приведены результаты констатирующего эксперимента, проведенного на выборке 451обучающегося 6-9 классов Курганской и Свердловской областей с использованием следующего диагностического инструментария: Тест жизнестойкости С.Мадди (адаптированный Д.А. Леонтьевым опросник Hardiness Survey); Опросник «Антивитальность и жизнестойкость» (О.А. Сагалакова, Д.В. Труевцев); Тест витальности Г.В. Резапкиной.
Анализ данных показал, что треть подростков входят в «группу риска» по склонности к антивитальному поведению. Результаты корреляционного и факторного анализа показали взаимосвязь между показателями антивитальности, витальности и жизнестойкости обучающихся подросткового возраста. Отрицательная корреляционная связь обнаружена между антивитальными мыслями, действиями и удовлетворенностью жизнью, а также функциональностью семьи. Страх негативного оценивания прямо связан с появлением вредных привычек, асоциальным поведением. Общий уровень витальности связан с целеустремленностью, жизненным тонусом, стрессоустойчивостью, независимостью, принятием риска. Жизнестойкость положительно связана с такими характеристиками как принятие решений, контроль, вовлеченность и независимость, жизненный тонус, позитивный образ будущего. Полученные результаты станут основой программы психолого-педагогического сопровождения обучающихся «группы риска».
Abstract. The relevance of the article is due to the need to find resources among adolescents to cope with anti-vital behavioral tendencies. The article deals with the problem of the relationship between resilience and anti-vital behavior of students. It is shown that it is necessary to study the relationship between anti-vitality and resilience in order to develop a strategy for preventing violations of the psychological health of children and adolescents, the development of qualities that allow coping with difficult life situations. The results of a ascertaining experiment conducted on a sample of 451 students of grades 6-9 of the Kurgan and Sverdlovsk regions using the following diagnostic tools are presented:
S. Maddi's Resilience Test (adapted by D.A. Leontiev, the Hardiness Survey questionnaire); the questionnaire "Anti-vitality and Resilience" (O.A. Sagalakova, D.V. Truevtsev); G.V. Rezapkina's vitality test.
Analysis of the data showed that a third of adolescents are in the "risk group" for their propensity to anti-vitality behavior. The results of correlation and factor analysis showed the relationship between the indicators of anti-vitality, vitality and resilience of adolescent students. A negative correlation was found between anti-vital thoughts, actions and life satisfaction, as well as family functionality. The fear of negative evaluation is directly related to the emergence of bad habits, antisocial behavior. The general level of vitality is associated with purposefulness, vitality, stress resistance, independence, risk-taking. Resilience is positively associated with such characteristics as decision-making, control, involvement and independence, vitality, a positive image of the future. The obtained results will become the basis of the program ofpsychological and pedagogical support of students of the "risk group".
Введение. В связи с ростом напряжённости в современном обществе, нестабильной экономической и политической ситуацией в стране и мире особую актуальность приобретает способность личности выдерживать стрессовые ситуации, сохраняя при этом внутреннюю сбалансированность и способность к эффективному выполнению деятельности. Данная способность определяется в современной науке, как ^айпеээ (С. Кобейса, С.Мадди) или жизнестойкость (Д.А. Леонтьев). Чаще всего феномен жизнестойкости исследуется в контексте стрессоустойчивости личности в экстремальных ситуациях (А.А. Кузнецова, А.А. Земскова, Л.Г. Магурдумова, К.А. Миняхина, Е.С. Письменюк, Е.Ю. Соколов), в профессиональной деятельности (Ю.А. Игумнова, С.В. Книжникова, А.А. Нестерова, А.Г. Продовикова, М.А. Фризен, А.А. Чупракова, М.В. Шамардина и др.). Авторами показано, что высокий уровень жизнестойкости обеспечивает способность противостоять стрессовым ситуациям в профессиональной деятельности, эффективность, эмоциональную стабильность в экстремальных ситуациях.
Феномен жизнестойкости достаточно активно исследуется не только в профессиональной деятельности специалистов, но и на выборках студенческой молодёжи (М.И. Аликин, С.Б. Пашкин, Е.А. Шерешкова и др.). В исследовании С.Б. Пашкина и др. показана взаимосвязь жизнестойкости с такими личностными характеристиками студентов как общительность, эмоциональная стабильность, любопытство, сдержанность, ответственность [4, с.387]. По данным М.И. Аликина, Н.В. Лукьянченко жизнестойкость юношей и девушек тесно связана с характером субъективного образа семьи в период детства: чем негативней этот образ, тем ниже жизнестойкость [1, с.73]. Изучение взаимосвязи личностных свойств и жизнестойкости у студентов педагогического ВУЗа, проведённое Е.А. Шерешковой, показало положительную корреляцию жизнестойкости с общительностью, экспрессивностью,
доминантностью, радикализмом, высоким
самомнением, экстраверсиеи, и отрицательно - с тревожностью, конформностью [10, с. 116]. При этом возрастные аспекты формирования и развития жизнестоИкости у детей и подростков остаются не менее значимой проблемой исследования, поскольку способность ребёнка противостоять сложным жизненным ситуациям позволяет сохранять как психическое, так и психологическое здоровье обеспечивает успешность социализации взрослеющей личности.
Данные, полученные Ю.С. Савенко, показывают, что подростки, обладающие высоким показателем жизнестойкости, эффективно преодолевают стрессовые ситуации внутри образовательной среды, быстро справляются с негативным эмоциональным фоном и стабилизируют свое эмоциональное состояние [6, с.18]. Согласно исследованию В.П. Ивановой, Д.В. Толмачевой, более высокому уровню жизнестойкости соответствует более высокий уровень учебной мотивации [2, с.137]. При этом анализ современных исследований показывает, что отсутствие эффективных стратегий совладания со стрессовыми ситуациями у детей и подростков приводит к возникновению девиаций и антивитальному поведению [7, с.4].
Жизнестойкость, понимаемая А.Н. Фоминовой как «система содержательных (ценностных) и практических (ресурсы, навыки) составляющих используемых для решения задач, диктуемых средой, является своего рода защитой от суицидального поведения» [9, с.112]. В исследовании Maddi, Wadhwa, Haier выявлена корреляция показателей жизнестойкости и употребления алкоголя и наркотиков подростками [3, с.8]. Как указывает О.А. Сагалакова, неудовлетворенность актуальных мотивов подростка, несформированность стратегий самореализации и преодоления неуспеха обуславливают потерю смысла жизни и антивитальному вектору поведения подростка с последующим риском суицидального поведения. Антивитальность понимается авторами как развивающаяся система адаптивных убеждений о
собственных способностях к преодолению препятствий, навыков конструктивного противостояния стрессовым влияниям и обобщения адаптивного опыта совладания и ресурсов функциональной социальной ситуации развития [7, с.4].
Таким образом, анализ различных исследований показывает, что жизнестойкость может выступать в качестве фактора, сдерживающего антивитальное поведение. Компоненты жизнестойкости, как указывает Д.А. Леонтьев, развиваются в детстве [3, с.4]. Следовательно, актуальной психолого-педагогической задачей является поиск ресурсов развития жизнестойкости подрастающего поколения, психологической устойчивости к стрессу. Изучение феномена жизнестойкости позволит найти ресурсы предупреждения антивитального поведения подростков, сохранению и укреплению психологического здоровья.
Целью нашего исследования было выявить взаимосвязь показателей жизнестойкости и антивитальности у подростков. В качестве гипотезы выступило предположение о том, что низкий уровень жизнестойкости, отсутствие ресурсов справляться со сложными жизненными ситуациями связаны со склонностью к антивитальному поведению у подростков.
Таблица 1. - Распределение обучающихся жизнестойкость», в %
Материалы и методы исследования. В нашем исследовании приняли участие 451 учащихся 6 -9 классов Курганской и Свердловской областей. В качестве диагностического инструментария в исследовании были использованы следующие методики: «Тест жизнестойкости Мадди» (адаптированный Д.А. Леонтьевым опросник Hardiness Survey) [3], опросник «Антивитальность и жизнестойкость» (О.А. Сагалакова, Д.В. Труевцев) [8], «Тест витальности» Г.В. Резапкиной [5]. При обработке эмпирических данных применялся пакет прикладных компьютерных программ SPSS 17,0.
Результаты исследования. Анализ эмпирических данных по опроснику «Антивитальность и жизнестойкость», см. таблицу 1, показал, что половина обучающихся (50,5%) имеют высокие показатели по шкале «Антивитальные мысли и действия», включающей демонстративность,
импульсивность поведения, а также, собственно антивитальные мысли и действия; 33,5% -средний уровень и лишь 16% - низкий. Полученные данные показывают наличие высокого антивитального риска, суицидальных тенденций, включая самоповреждающие, аутоагрессивные действия.
по результатам методики «Антивитальность и
Уровень Шкалы блока «Антивитальность»
АМиД АП СНО МК ОН ВП ТР САП
низкий 16 12 16 18,4 10,6 26,3 13 16,9
средний 33,5 51,6 52,3 47,6 54,9 45,7 78,4 50,3
высокий 50,5 36,4 31,7 34 34,5 28 8,6 32,8
Шкалы блока «Жизнестойкость»
СПП ФС УЖ СкУ С/П ПОБ
низкий 1,5 23,5 4,2 5,7 4,4 2,4
средний 74,2 47,7 56,6 60 54,6 53
высокий 24,3 28,8 39,2 34,3 41 44,6
Условные обозначения: АМиД - антивитальные мысли и действия; АП - антивитальные переживания; СНО - страх негативной оценки; МК - микросоциальный конфликт; ОН - одиночество, недоверчивость; ВП -вредные привычки; ТР - тревожные руминации; САП - склонность к асоциальному поведению; СПП -социально-психологическая поддержка; ФК - функциональная семья; УЖ - удовлетворенность жизнью, СкУ -стремление к успеху; С/П - саморегуляция/планирование; ПОБ - позитивный образ будущего.
Авторы опросника отмечают вероятность готовности у подростков к причинению вреда своему здоровью в связи с различными жизненными обстоятельствами, а возможно и наличие опыта саморазрушающего поведения. С точки зрения реализации мероприятий психолого-педагогического сопровождения в
образовательной организации необходимо сделать акцент на формировании у обучающихся конструктивных стратегий совладания с трудными ситуациями, вызывающими тревогу и напряжение.
По шкале «Антивитальные переживания» у более трети респондентов (36,4%) выявлен
высокий уровень показателей, что свидетельствует об ощущении потери смысла жизни, своей ненужности близким людям, обесценивании значимости собственной личности, неспособности самостоятельно справляться с возникающими жизненными трудностями. Данная группа подростков имеет достаточно высокие показатели и по шкале «Микросоциальный конфликт», что говорит о неблагополучии взаимоотношений с ближайшим окружением. 51,6% подростков имеют средние нормативные показатели, 12% - низкие: для них будущее выступает в достаточно позитивном свете, отсутствует ощущение психологической незащищенности, беспомощности и напряжения.
31,7% подростков имеют высокий страх негативной оценки со стороны окружающих людей, что выражается в боязни критических замечаний, непринятия их внешности, стиля одежды, в общей неудовлетворенности собой. У 16% школьников отмечаются низкие показатели страха, у 52,3% - средние. В связи с полученными данными следует обратить внимание педагогов на учет возрастных особенностей при работе с подростками, пресечении грубых критических замечаний со стороны сверстников по отношению к одноклассникам в ходе учебно-воспитательного процесса, проведении систематической работы по профилактике школьной травли, отвержения кого-либо из обучающихся в группе сверстников, коррекции социальной тревоги.
Как отмечалось выше, третья часть испытуемых (34%) находится в ситуации микросоциального конфликта со значимыми людьми (сверстниками, семьей либо с педагогами), что в итоге может стать катализатором антивитальных действий. В связи с полученными результатами актуальна деятельность специалистов психолого-педагогической службы по гармонизации детско-родительских отношений в семьях обучающихся, психологического климата в ученическом и педагогическом коллективах, профилактика буллинга. По данной школе низкие показатели выявлены лишь у 18,4% подростков, средние - у 47,6%.
156 подростков (34,5%) ощущают одиночество и испытывают недоверие к окружающему миру, что выражается в искажении представлений о других людях, общении с ними, в невозможности попросить помощи в трудной ситуации. В итоге антивитальные тенденции могут стать «выходом» в обстоятельствах, когда человек не сможет справиться в одиночку. Лишь 10,6% обучающихся имеют низкие показатели по
данной шкале, 54,9% - средний уровень. Выявленная тенденция может объясняться спецификой подросткового возраста: в представлении уникальности своих проблем, собственной исключительности.
Антивитальные действия зачастую выражаются в наличии вредных привычек как результат неконструктивных копинг-стратегий, употребление «за компанию», снижение возникшего напряжения. 28% респондентов имеют высокие показатели по данной шкале, 45,7% - средние, 26,3% - низкие. Формирование социально одобряемых моделей совладающего поведения позволит снизить риск антивитальности за счет отказа от употребления психоактивных веществ.
У 8,6% подростков, показавших высокие результаты по шкале «Тревожные руминации», отмечается фиксирование на отрицательных аспектах ситуаций тревоги, неуспеха, а также постоянное воспроизведение в мыслях прошлых неудач, что в итоге может привезти к накоплению напряжения и саморазрушающему поступку. Для 13% обучающихся такая тревога не характерна, средние показатели выявлены у 78,4% школьников.
Ярко выраженная склонность к асоциальному поведению выявлена у 32,8% испытуемых, что характеризует их стремление нарушать правила и запреты, манипулировать другими, использовать агрессию для получения желаемого. Средний уровень обнаружен у половины подростков (50,3%), низкий - у 16,9%. В рамках выявленных аспектов наиболее актуальны мероприятия по профилактике отклоняющегося поведения, формировании ответственности за других (волонтерство, участие в социальных акциях различной направленности и пр.).
Второй блок опросника выявляет аспекты жизнестойкости респондентов. Так, по шкале «Социально-психологическая поддержка»
высокие показатели отмечены лишь у 24,3% подростков, что показывает наличие ресурса жизнестойкости, который обеспечивает, в первую очередь, семья. Для остальных школьников (1,5% - низкий уровень, 74,2% - средний) необходимо усиление дружеских и товарищеских связей, снижение дисфункциональности семейных отношений, если это возможно. Высокий уровень функциональности семьи отметили 28,8% подростков, средний - 47,7%, низкий - 23,5%. Показательно, что именно этот фактор является основным сдерживающим возникновение самоповреждающих тенденций. Семья дает человеку уверенность в своих силах и возможностях, ресурс для выхода из трудных
ситуаций, чувство безопасности и психологической защищенности. Работа с семьями обучающихся является важнейшим направлением деятельности службы психолого-педагогического сопровождения, однако родители из дисфункциональных семей обычно не принимают участия в подобного рода мероприятиях.
Следует отметить, что 39,2% подростков удовлетворены жизнью, что свидетельствует о психологическом комфорте, реализации потребностей и желаний, наличии мотивов, благополучных отношениях со значимым окружением. У 4,2% респондентов, наоборот, выявлены низкие показатели удовлетворенности жизнью, а значит и повышенный риск антивитальных действий.
При этом у 5,7% школьников отсутствует стремление к успеху, что характеризует их как неинициативных, малоактивных, испытывающих отрицательные эмоции по ходу выполнения какой-либо деятельности. 34,3% подростков стремятся к успеху и самосовершенствованию, готовы отстаивать свою точку зрения, предлагать новые идеи, что компенсирует некоторые эпизодические неудачи. 60% обучающихся имеют средние показатели по данной шкале.
Высокие показатели саморегуляции и планирования отметили у себя 41% школьников, что свидетельствует о стремлении к планированию событий своей жизни, анализу последствий своих поступков. Эмпирические данные показывают отсутствие импульсивных действий в ситуации тревоги или напряжения, однако результаты по другим шкалам опросника (блок «Антивитальность») не подтверждают данные выводы. Исходя из этого, мы предполагаем, что подростки считают возможным контроль своего настроения, мыслей и действий, но в действительности не всегда могут регулировать эти процессы в трудных
жизненных ситуациях. Лишь 4,4% респондентов считают, что имеют низкие показатели саморегуляции, не могут рационально планировать собственные действия,
контролировать эмоции и логически мыслить при принятии различных решений.
Показатели по шкале «Позитивный образ будущего» дают возможность сделать вывод о том, что практически половина обучающихся 6 -9 классов (44,6%) надеется на успех и достаточно высокие достижения в будущем, имеют положительные представления о том, что их ждет впереди. Именно этот фактор может стать значимым ресурсом предупреждения
антивитальных действий у подростков. Особое внимание необходимо уделить тем 2,4% школьников, которые показали низкие результаты по данному блоку вопросов, включить их в систему третичной профилактики; 53% обучающихся имеют средние показатели по данной шкале.
Таким образом, анализ результатов опросника «Антивитальность и жизнестойкость» показал, что треть подростков можно отнести к категории «группы риска», так как они имеют выраженные антивитальные мысли, действия и переживания, страх негативного оценивания со стороны окружающих, вредные привычки, чувство одиночества, находятся в ситуации микросоциального конфликта, склонны к асоциальному поведению. При этом не все обладают такими ресурсами как социально-психологическая поддержка, функциональная семья, удовлетворенность жизнью и стремление к успеху.
«Тест витальности» Г.В. Резапкиной позволил изучить такие показатели как
целеустремленность, стрессоустойчивость,
независимость, жизненный тонус и общий уровень витальности у экспериментальной выборки, см. таблицу 2.
тонусом выявлено в конце учебного года, когда физические и психологические ресурсы истощены, а подготовка к экзаменам отнимает много сил и энергии. Но именно в этот период, как мы видим, возможен «всплеск» антивитальных действий как средства снятия напряжения.
Таблица 2. - Распределение обучающихся по результатам методики «Тест витальности», %
Уровень Жизненный тонус Целеустремленность Стрессоустой-чивость Независимость Витальность
низкий 50,8 56,5 56,1 51 54,8
средний 41,9 38,8 35,9 44,6 33,5
высокий 7,3 4,7 8 4,4 11,7
Анализ диагностических данных позволил выделить группу школьников с высокими показателями жизненного тонуса - всего 7,3%. Настораживает тот факт, что половина респондентов (50,8%) имеют низкие показатели, 41,9% - средние. Можно предположить, что такое количество обучающихся с низким жизненным
Аналогичную ситуацию мы наблюдаем и по шкале «Стрессоустойчивость»: низкие показатели выявлены у 56,1% респондентов, средние - у 35,9%, высокие - у 8%. Результаты свидетельствуют о низкой способности большинства подростков противостоять стрессовым ситуациям, недостаточности ресурсов для преодоления жизненных трудностей, высокой тревожности, неуверенности в своих силах. Развитая целеустремленность выявлена лишь у 4,7% обучающихся, которые способны быть инициативными, активными, ответственными в достижении желаемого. Более половины (56,5%) показали низкие результаты, что позволяет сделать выводы о низкой саморегуляции школьников, сниженной способности выстраивать план действий для достижения цели, прилагать необходимые усилия, осуществлять корректировку данного процесса, желании переложить ответственность на других.
Противоречивыми оказались данные по шкале «Независимость»: подростковый возраст подразумевает стремление к независимости и автономии, самостоятельности в принятии решений. При этом высокий уровень данной
характеристик выявлен лишь у 4,4% школьников. 51% подростков ориентированы на мнение окружающих, несамостоятельны, что в целом показывает зависимость от других, потенциальную возможность стать объектом манипулирования, в том числе и в ситуациях отклоняющегося поведения.
Итоговые данные методики позволяют сделать вывод о том, что высокие показатели витальности (жизненная сила, энергия, позитивный настрой, эмоциональная
стабильность) характерны лишь для 11,7% подростков. Средний уровень выявлен у 33,5% школьников; 54,8% обладают низкой витальностью, что свидетельствует о наличии высокого риска антивитальных действий.
«Тест жизнестойкости» С. Мадди в адаптации Д.А. Леонтьева, Е.И. Рассказовой показывает сформированность таких компонентов жизнестойкости как вовлеченность, контроль и принятие риска, см. таблицу 3. Развитая жизнестойкость позволяет человеку совладать со стрессами, препятствует появлению внутреннего напряжения, снижает риск антивитальности.
Таблица 3. - Распределение обучающихся по результатам проведения методики «Тест жизнестойкости», в %
Уровень Вовлеченность Контроль Принятие риска Жизнестойкость
низкий 9,5 11,5 4,9 7,5
средний 70,5 73 35 72,5
высокий 20 15,5 60,1 20
Низкий уровень вовлеченности, выявленный у 9,5% подростков, свидетельствует о не включенности респондента в активную жизнь, наличии у него чувства потерянности, отвергнутости, себя «вне» жизни. Напротив, обучающиеся с высокой вовлеченностью (20%) активны, получают удовольствие от деятельности и жизни в целом. Большая часть подростков (70,5%) имеют средние показатели.
15,5% школьников с высокими показателями контроля уверены в том, что нужно активно действовать, использовать все шансы для достижения успеха, хотя это и не гарантирует стопроцентный результат. В отличие от них, 11,5% подростков, чувствуют собственную беспомощность, неспособность принимать решения, менять и контролировать собственную жизнь. Нормативные показатели присущи 73% обучающихся.
Для обучающихся с высокими показателями принятия риска (60,1%) характерно убеждение, что все события их жизни необходимы для получения опыта, они готовы пойти на риск в ситуации неуверенности и неопределенности,
чтобы в следующий раз сделать еще лучше. 4,9% школьников не готовы рисковать ради успеха, они принимают пассивную позицию, «плывя по течению». 35% подростков показали средние результаты по данному компоненту жизнестойкости.
В целом высокие показатели жизнестойкости выявлены у 20% подростков, которые способы справляться со стрессовыми ситуациями за счет снятия внутреннего напряжения социально одобряемыми способами, не прибегая к антивитальным действиям. 7,5% подростков не имеют такой способности и могут быть включены в «группу риска». При этом, по мнению Д.А. Леонтьева «компоненты жизнестойкости развиваются в детстве и отчасти в подростковом возрасте» [Леонтьев: 4], что необходимо учитывать при реализации программ психолого-педагогического сопровождения
обучающихся среднего звена школы.
Соотношение показателей антивитальности (витальности) и жизнестойкости подростков изучалось посредством корреляционного и факторного анализа. Эмпирические значения
коэффициента корреляции Пирсона показали наличие следующих связей:
— антивитальные мысли и действия связаны с удовлетворенностью жизнью (г=—0,137 при р=0,01) и функциональностью семьи (г= —0,115 при р=0,031): чем выше удовлетворенность жизнью подростка и функционирования семейных отношений, тем ниже риск появления антивитальных мыслей и действий;
— чем выше страх негативного оценивания (г=0,167 при р=0,002) и микросоциального конфликта (г=0,129 при р=0,016), тем выше переживания обучающихся, при этом степень переживаний снижают социально-психологическая поддержка (г=—0,121 при р=0,022) и удовлетворенность жизнью (г= —0,206 при р=0,000);
— страх негативного оценивания прямо связан с появлением вредных привычек (г=0,243 при р=0,000), асоциальным поведением (г=0,246 при р=0,000), при этом повышение стремления к успеху приводит к снижению страха (г= —0,178 при р=0,001);
— положительная связь между микросоциальным конфликтом и чувством одиночества (г=0,115 при р=0,03), отрицательная — с целеустремленностью (г= —0,105 при р=0,048) и функциональностью семьи (г= —0,169 при р=0,001);
— чувство одиночество и позитивный образ будущего имеют обратную корреляционную связь (|= —0,105 при р=0,048);
— вредные привычки связаны с появлением (усилением) тревожности (г= 0,106 при р=0,046) и склонности к асоциальному поведению (г=0, 15
Таблица 4. - Факторная матрица
при р=0,05), в то время как социально-психологическая поддержка снижает риск их появления (r= -0,156 при р=0,003);
- общий уровень витальности связан с целеустремленностью (r=0,605 при р=0,000), жизненным тонусом (r=0,477 при р=0,000), стрессоустойчивостью (r=0,509 при р=0,000), независимостью (r=0,565 при р=0,000), принятием риска (r=0,113 при р=0,034);
- жизнестойкость имеет положительные значимые связи с такими характеристиками как принятие решений (r=0,604 при р=0,000), контроль (r=0,761 при р=0,000), вовлеченность (r=0,736 при р=0,000), независимость (r=0,112 при р=0,035), жизненным тонусом (r=0,151 при р=0,004), позитивным образом будущего (r=0,109 при р=0,041).
Для уточнения полученных связей нами был проведен факторный анализ по методу главных компонент (Principal Component Analysis). Полученные результаты позволили выделить пять факторов, следовательно, оптимальным является пятифакторное решение. Первый фактор объясняет 31,812% суммарной дисперсии, второй фактор - 18,419%, третий фактор - 11,878%, четвертый - 9,542%, пятый - 6,462%. Представленные факторы объясняют 78,113% кумулятивной дисперсии. В результате варимакс-вращения с нормализацией Kaiser после 5 итераций был уточнен характер взаимосвязей изучаемых характеристик. В таблице представлены показатели, у которых коэффициенты факторных весов превышают 0,5, см. таблицу 4.
Показатели Факторы после вращения
жизнестойкость 0,991
вовлеченность 0,777
контроль 0,759
принятие риска 0,609
жизненный тонус 0,765
витальность 0,801
целеустременность 0,761
стрссоустойчивость 0,558
независимимость 0,708
позит. образ будущего 0,516
соц.-психол. поддержка 0,751
страх негат. оценивания 0,712
асоц. поведение 0,600
вредные привычки 0,549
функцион. семья 0,541
переживания -0,529
антивит. мысли и действия -0,519
Первый фактор образован жизнестойкостью, вовлеченностью, контролем, принятием риска и позитивным образом будущего. Эти пять компонентов взаимно коррелируют, образуя связный граф, то есть увеличение (уменьшение) значений одного компонентов может привести к увеличению (уменьшению) значений другого. Ядром данного фактора является «жизнестойкость», так как она имеет максимальную нагрузку (0,991). Полученные данные позволяют утверждать, что вовлеченность в активную жизнь, способность рисковать (действовать даже в ситуациях вероятности минимального успеха), контроль собственных действий и позитивный оптимистичный прогноз будущего способствуют жизнестойкости. В то время как она связывает показатели и является основой для их формирования.
В состав второго фактора вошли витальность, жизненный тонус и целеустремленность. Ядром фактора является «витальность» (0,801), которая положительно связана с другими показателями, следовательно, их повышение приведет к увеличению витальных тенденций. Данный вывод целесообразно использовать к ходе психолого-педагогической деятельности с подростками по повышению их целеустремленности, формированию умений постановки цели, определения задач и их достижения. При этом необходимо поддерживать жизненный тонус посредством развития интереса к жизни, активной позиции, получения от деятельности не только удовлетворения, но и новой энергии и положительных эмоций.
Третий фактор образует стрессоустойчивость, независимость и социально-психологическая поддержка. Они взаимно положительно коррелируют, образуя связной граф. Ядром данного фактора является «социально-психологическая поддержка», которая позволяет подростку иметь ресурсы для борьбы со стрессами и трудными ситуациями, а также принимать самостоятельные решения. В связи с этим необходима работа с ближайшим значимым окружением обучающихся (семья, педагоги) в контексте психологического просвещения.
Четвертый фактор показывает взаимосвязи таких показателей, как страх негативного оценивания со стороны окружающих (ядро данного фактора), склонности к асоциальному поведению и вредным привычкам, вследствие чего актуальным становится проведение тренингов резистентности и ассертивности с подростками для формирования устойчивости к негативному социальному влиянию,
манипулированию ими.
Пятый фактор образован такими показателями как «функциональная семья», «антивитальные переживания» и «антивитальные мысли и действия». Функциональная семья, как ядро фактора, определяет возможность появления, а также силу проявления других показателей, следовательно подростки из благополучных семей, реализующих все функции, имеют меньший риск формирования антивитальных переживаний, мыслей и действий. Это, в очередной раз, подтверждает необходимость психолого-педагогической работы с семьями обучающихся в рамках деятельности образовательной организации.
Таким образом, с помощью факторного анализа мы показали взаимосвязи между изучаемыми показателями антивитальности, витальности и жизнестойкости обучающихся подросткового возраста. Гипотеза нашего исследования подтвердилась.
Заключение.
1. Полученные результаты свидетельствуют о низкой способности большинства подростков противостоять стрессовым ситуациям; наличие у части испытуемых высокого антивитального риска, суицидальных тенденций, включая самоповреждающие, аутоагрессивные действия. У более трети респондентов выявлен высокий уровень антивитальных переживаний, ощущение потери смысла жизни, обесценивание значимости собственной личности, неблагополучие во взаимоотношениях с ближайшим окружением.
2. Треть подростков имеют высокий страх негативной оценки со стороны окружающих людей и находятся в ситуации микросоциального конфликта со значимыми людьми (сверстниками, семьей либо с педагогами). Подростки ощущают одиночество, испытывают недоверие к окружающему миру, что выражается в искажении представлений о других людях, общении с ними, в невозможности попросить помощи в трудной ситуации. Фактор социально-психологической поддержки не является для таких подростков значимым ресурсом борьбы со сложными ситуациями.
3. Отрицательная корреляционная связь обнаружена между антивитальными мыслями, действиями и удовлетворенностью жизнью, а также функциональностью семьи. Страх негативного оценивания прямо связан с появлением вредных привычек, асоциальным поведением. Общий уровень витальности связан с целеустремленностью, жизненным тонусом, стрессоустойчивостью, независимостью, принятием риска. Жизнестойкость положительно связана с такими характеристиками как принятие
решений, контроль, вовлеченность
независимость, жизненным тонусом, позитивным образом будущего.
4. В целом данные исследования показывают, что треть подростков входят в «группу риска» по склонности к антивитальному поведению. Это свидетельствует о необходимости специальной работы,
направленной на развитие показателей жизнестойкости, стрессоустойчивости,
независимости, целеустремлённости, жизненного тонуса и способности принимать социальную поддержку от значимых близких. При выборе средств и способов психолого-педагогического сопровождения следует учитывать результаты корреляционного и факторного анализа.
Таким образом, теоретический анализ психолого-педагогической литературы и результатов проведенного авторами
диагностического обследования убедительно демонстрирует актуальность проблемы изучения антивитальных тенденций у обучающихся подросткового возраста. Посредством применения статистических методов авторами впервые выявлены связи между проявлениями антивитальности и показателями жизнестойкости у школьников 6-9 классов. В качестве перспектив дальнейшего исследования авторами рассматривается необходимость проведения мероприятий по развитию показателей жизнестойкости у респондентов данной выборки с целью снижения антивитальных реакций. Полученные результаты могут быть полезны для педагогов-психологов образовательных
организаций при вторичной профилактике саморазрушающего поведения обучающихся «группы риска».
Литература:
1. Аликин И.А. Связь отношений с родительской семьёй и жизнестойкости юношей и девушек студенческого возраста / И.А. Аликин, Н. В. Лукьянченко // Социальная педагогика. - 2020. - № 4. -С. 70-75.
2. Иванова В.П. Взаимосвязь учебной деятельности с жизнестойкостью школьников [Электронный ресурс] / В.П. Иванова, Д.В. Толмачева // Вестник Кыргызско-Российского Славянского университета. - 2019. - Т. 19. - № 2. - С. 136-141. -Режим доступа: http://vestnik.krsu.edu.kg/archive/70
3. Леонтьев Д.А. Тест жизнестойкости / Д.А. Леонтьев, Е.И. Рассказова. - М.: Смысл, 2006. - 63 с.
4. Пашкин С.Б. Взаимосвязь личностных особенностей и жизнестойкости у студентов педагогического вуза / С.Б. Пашкин, Е.П. Кораблина, Н.Б. Лисовская, Е.И. Бражник, Г.Ю. Иконникова // Перспективы науки и образования. - 2021. - № 6 (54). -С. 374-388.
5. Резапкина Г. Выявление старшеклассников группы риска / Г. Резапкина // Школьный психолог. -2017. - № 7-8. - С. 15.
6. Савенко Ю.С. Жизнестойкость как ресурс эмоционального благополучия подростка в образовательной среде [Электронный ресурс] / Ю.С.
Савенко // Молодежная наука: тенденции развития. -2021. - № 2. - Режим доступа: https://molnaukaelsu.ru/issue/2021-2/1644234971/
7. Сагалакова О.А. Нарушения социальной ситуации развития в подростковом возрасте в контексте антивитального поведения и социальной тревоги [Электронный ресурс] / О.А. Сагалакова, Д.В. Труевцев, И.Я. Стоянова, Н.С. Смирнова // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. - 2017. - № 1(94). -С. 25-32. - Режим доступа: http://www.mental-health.ru/files/journal/2017/1/n-1-2017.pdf
8. Сагалакова О.А. Опросник Антивитальность и Жизнестойкость [Электронный ресурс] / О.А. Сагалакова, Д.В. Труевцев // Медицинская психология в России. - 2017. - Т. 9. - № 2(43). - С. 4. - Режим доступа:
http://mprj.ru/archiv_global/2017_2_43/nomer05.pdf
9. Фоминова А.Н. Жизнестойкость личности: монография / А.Н. Фоминова. - М.: МПГУ, 2012. - 152 с.
10. Шерешкова Е.А. Взаимосвязь личностных свойств и жизнестойкости будущих педагогов / Е.А. Шерешкова // Вестник Шадринского государственного педагогического университета. - 2019. - № 1 (41). - С. 116-124.
References:
1. Alikin I.A. The relationship between relationships with the parent family and the resilience of young men and girls of student age / I.A. Alikin, N. V. Luk'yanchenko // Social pedagogy. - 2020. - № 4. - P. 70-75.
2. Ivanova V.P. The relationship of educational activity with the resilience of school-children [Electronic resource] / V.P. Ivanova, D.V. Tolmacheva // Bulletin of the Kyrgyz-Russian Slavic University. - 2019. - T. 19. - № 2. - P. 136-141. - Access mode: http://vestnik.krsu.edu.kg/archive/70
3. Leonfev D.A. Resilience test / D.A. Leonfev, E.I. Rasskazova. - Moscow: Smy sl, 2006. - 63 p.
4. Pashkin S.B., The relationship of personal characteristics and resilience among students of a pedagogical university / S.B. Pashkin, E.P. Korablina, N.B. Lisovskaya, E.I. Brazhnik, G.Yu. Ikonnikova // Prospects of science and education. - 2021. - № 6 (54). - P. 374-388.
5. Rezapkina G. Identification of high school students at risk group / G. Rezapkina // School psychologist. - 2017. - № 7-8. - P. 15.
6. Savenko Yu.S. Resilience as a resource of emotional well-being of a teenager in an educational environment [Electronic resource] / Yu.S. Savenko // Youth science: development trends. - 2021. - № 2. — Access mode: https://molnaukaelsu.ru/issue/2021-2/1644234971/
7. Sagalakova O.A. Violations of the social situation of development in adolescence in the context of anti-vital behavior and social anxiety [Electronic resource] / O.A. Sagalakova, D.V. Truevcev, I.Ya. Stoyanova, N.S. Smirnova // Siberian Bulletin of Psychiatry and Narcology. - 2017. - № 1(94). - P. 25-32. - Access mode: http://www.mental-health.ru/files/journal/2017/1/n-1-2017.pdf
8. Sagalakova O.A. Questionnaire of Anti-vitality and Resilience [Electronic resource] / O.A. Sagalakova, D.V. Truevcev // Medical psychology in Russia. - 2017. - T. 9. -№ 2(43). - P. 4. - - Access mode: http://mprj.ru/archiv_global/2017_2_43/nomer05.pdf
9. Fominova A.N. Resilience of personality: monograph / A.N. Fominova. - Moscow: MPGU, 2012. -152 p.
10. Shereshkova E.A. Interrelation of personal properties and resilience of future teachers / E.A. Shereshkova // Bulletin of Shadrinsky State Pedagogical University. - 2019. - № 1 (41). - P. 116-124.
5.3.1. Общая психология, психология личности, история психологии
Сведения об авторах:
Истомина Светлана Владимировна (г. Шадринск, Россия), кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии развития и педагогической психологии Шадринского государственного педагогического университета, е-шай: istomina-sv@mail.ru
Быкова Елена Анатольевна (г. Шадринск, Россия), кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии развития и педагогической психологии Шадринского государственного педагогического университета, е-шай: elbykova80@mail.ru