Научная статья на тему 'Семантическое поле как метод сопоставительного исследования лексики (на материале английского и русского языков)'

Семантическое поле как метод сопоставительного исследования лексики (на материале английского и русского языков) Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
767
95
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Денисенко Владимир Никифорович

В статье разрабатывается методология семантического поля в аспекте сопоставительного изучения лексики и доказывается положение о том, что метод семантического поля открывает новые возможности для сопоставления национальных языковых картин мира.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Semantic field as a means of the comparative study of the English and Russian lexicon

The article presents the set of methods of the semantic field in terms of the comparative study of lexicon. The work contends that the methodology of the semantic field reveals new prospects for the comparison of the national language cultures of the world.

Текст научной работы на тему «Семантическое поле как метод сопоставительного исследования лексики (на материале английского и русского языков)»

АКТУАЛЬНЫЕ ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

СЕМАНТИЧЕСКОЕ ПОЛЕ КАК МЕТОД СОПОСТАВИТЕЛЬНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ЛЕКСИКИ (на материале английского и русского языков)

В.Н. Денисенко

Кафедра общего и русского языкознания Российский университет дружбы народов Ул. Миклухо-Маклая, 6, 117198 Москва, Россия

В статье разрабатывается методология семантического поля в аспекте сопоставительного изучения лексики и доказывается положение о том, что метод семантического поля открывает новые возможности для сопоставления национальных языковых картин мира.

Повышенный интерес к системному изучению языка, особенно лексики, появился в первые десятилетия XX века в различных направлениях лингвистики. В России это были, прежде всего, сопоставительные семасиологические исследования М.М. Покровского, который еще в XIX веке на материале классических и современных европейских языков установил закономерные диахронно-системные связи единиц внутри различных языковых подсистем (например потта асйотъ), принципиально обосновав полевой подход к исследованию языков. М.М. Покровский писал: «Слова и их значения не живут отдельной друг от друга жизнью, но соединяются... независимо от нашего сознания, в различные группы, причем основанием для группировки служит сходство или прямая противоположность по основному значению» [9, с. 82], обозначая тем самым существование внутренних отношений между словами.

Системное изучение лексики особенно активно велось в первой половине XX века в Германии. Это, прежде всего, ставшие уже классическими исследования И. Трира, результаты которых отражены в его фундаментальной работе «Бег (1еи1$сЬе \Vortschatz т 8тпЬег1гк ёе8 УетапсЬв» [1, 1931], явившейся самым крупным и теоретически значимым идеографическим описанием лексики на материале немецкого языка. Так появилось понятие идеографического поля и — шире — парадигматического семантического поля (или поля Трира).

Таким образом, в лингвистике XX века был разработан метод семантического поля, использующийся в дальнейшем в качестве способа системного описания лексики конкретного языка. Можно, следовательно, говорить о методе поля, с помощью которого словарный состав языка представляется не как простой перечень лексических единиц, но как целостная система.

Однако, по нашему мнению, перспективы использования метода семантического поля не ограничиваются рамками описательной лексикологии. Данный метод обладает

значительным и пока еще не раскрытым потенциалом в области сопоставительнотипологического исследования языков и выявления лексических универсалий.

Возможности полевого подхода как метода рассмотрим на материале семантического поля ‘изменение’.

Не проводя специального исследования, можно предположить, что концепт ‘изменение’ относится к универсальной языковой картине мира (ЯКМ), т.е. это понятие инвариантно. Вариативными частями тезауруса являются социальные, социолингвистические характеристики общности, к которой принадлежит рассматриваемая языковая личность (ЯЛ) и которая определяет отношение основных понятий в ЯКМ. Отношения между единицами тезауруса задают иерархически-координативные семантические поля, поэтому, используя такую категорию, как семантическое поле, следует исходить из того, что оно, само по себе являясь системным образованием, одновременно представляет собой сущность, относящуюся к ЯКМ, которая, в свою очередь, входит в более абстрактную структуру — ЯЛ (о соотношении инвариантной и вариативных частей в структуре ЯЛ см. [5, 1987]).

В структуре ЯЛ ЯКМ занимает промежуточный и, вместе с тем, — центральный уровень, соотносимый, с одной стороны, с вербальным, лексико-грамматическим, уровнем ЯЛ, а с другой — с ее прагматиконом. Это знания человека о мире, формируемые теми или иными когнитивными структурами и единицами. Именно в этой системе знаний, в иерархии семантических полей семантика размывается и на первое место выходит образ, вследствие чего единицами когнитивного уровня становятся различные способы образного восприятия человеком окружающего мира. Вообще, образ может выражаться фразеологическими единицами, сравнениями, метафорами, фреймами и другими единицами, связанными со структурой представления знаний. Из этого положения вытекает, что, исследуя положение концепта ‘изменение’ в русской ЯКМ, следует, посредством использования метода семантического поля, определить, с какими образами, «картинками» он связан, есть ли в русском языке единицы, например фразеологические сочетания, в которые входит глагол изменяться/измениться, являющийся ядром семантического поля ‘изменение’, и, наконец, в чем специфика русской ЯКМ в сопоставлении с английской.

Отметим, что ‘изменение’, вне всякого сомнения, является тезаурусообразующим понятием не только для русской ЯКМ. Этот концепт включен в качестве одного из центральных во все идеографические словари. Например, в Минимальном идеографическом словаре (см. [4, с. 284]) показана связь концепта ‘изменение’ с лексемами перемена, поворот, реформа, изменять, изменить, превращать, превратить, становиться, стать, изменяться, измениться, превращаться, превратиться, делаться, сделаться. Кроме того, ‘изменение’ относится к потенциальным ядрам и к именам полей.

Очевидно, что образное представление действительности национально окрашено, т. е. различается в зависимости от принадлежности ЯЛ к той или иной культуре. ЯЛ, таким образом, обладает национально-культурными особенностями и языковыми коннотациями в каждой лингвокультурной традиции. Соответственно, можно также говорить о ЯКМ и о национальной языковой картине мира (НЯКМ), реконструкция которой невозможна без сопоставительного анализа лексики. Несомненно и то, что при использовании семантического поля как метода необходимо учитывать типологию семантических полей.

Типология семантического поля находится в самом начале научной разработки. Тип поля выводится на основании таких признаков, как частеречный характер его ядерной части, способ разрешения поля, характер деривации производных — членов семантического поля — и оказывается органически связанным с синтагматикой его единиц.

Сопоставление лексических систем языков в аспекте соотношения типов полей должно позволить выделить доминирующий тип поля, характерный для данного языка, и тем самым построить межъязыковую типологию семантических полей.

Л.А. Новиков [8, с. 458-459; 7, т. П] намечает основные типологические характеристики семантических полей. Разумеется, предлагаемая схема не охватывает всех типологических разновидностей, но концентрируется на важнейших из них.

Анализ различных типов полей позволяет с полным основанием говорить о процессуальных, признаковых и предметных (конкретных и абстрактных) семантических полях.

В процессуальном поле ядро образует глагольная лексема с общим значением действия. Рассматриваемое поле ‘изменение’ является типичным процессуальным полем: глагол изменять(-ся)/изменить(-ся) — его ведущая доминанта, ядро. Этот глагол и манифестирует семантический инвариант поля, который может быть положен в основу его функционального исследования (о возможностях функционального изучения семантического поля см. [3]). Усложнение семантики, интерпретируемое с помощью дополнительных функций, образует основные семантические классы указанной семантической сферы лексики.

Естественно, что глагольная лексика оказывается в таком поле преобладающей и иерархически доминирующей. Существительные (изменение, перемена и т.п.), прилагательные (изменчивый, переменный и т.п.) и другие части речи отражают структурно и семантически ядерный глагол, расширяя по указанным моделям заданное семантическое пространство:

изменять(-ся)-изменение-изметивый-изменчиво...

Понятно, что анализ, адекватный такому объекту, должен начинаться с доминанты поля, отражающей его иерархический статус, т.е. с основного глагола, распространяющегося далее на доминанты классов и все его элементы и производные, образующие эпидигматическую систему поля. Возможность применения функционального подхода делает эту закономерность более наглядной и доказательной.

Сопоставление семантических полей может опираться на целую систему различных параметров, важное место в которой занимает лексическая синтагматика.

Отдельно остановимся на одном из аспектов сочетаемости глагола изменять(-ся)/изменить(-ся), а именно на возможностях его использования в устойчивых выражениях. В словарях русского языка зафиксировано только одно сочетание с этим глаголом, которое можно отнести к фразеологическим, — изменяться по падежам. Причем следует отметить, что это сочетание нельзя отнести к фразеологическим оборотам: в Словаре сочетаемости оно стоит под светлым ромбом, т. е. относится к словосочетаниям, «которые отражают нерегулярную сочетаемость заголовочного слова или демонстрируют его «свернутые» значения» [10, с. 14]. К устойчивым сочетаниям с известной долей условности можно отнести измениться в лице. Естественно, что и существительное изменение тоже не входит в состав устойчивых сочетаний, что отчасти определяется его принадлежностью к книжному стилю речи.

Несколько устойчивых выражений зафиксировано с глаголом переменить (сменить) и существительным перемена: переменить (сменить) пластинку — ‘изменить тему разговора, заговорить о чем-л. другом’, переменить свое слово —устар. ‘отказаться от сказанного, обещанного’, перемена декораций —устар. ‘обстановки, положения дел и т.п.’ [12, с. 373]. Фразеологическое сочетание измениться в лице в современном русском языке можно квалифицировать как коллокацию (в широком смысле — любое устойчивое сочетание, фразеологическое сочетание [2]). К колло-кациям можно отнести также такие сочетания, как произошли (существенные, значительные, серьезные) изменения, внести/вносить изменения, измениться/изменяться до неузнаваемости, изменять(-ся)/изменить(-ся) коренным образом, ни капли не измениться, ситуация в корне изменилась, претерпеть изменения. Вообще, фразы типа За последние годы, за последнее время, за отчетный период и т.д. в нашей стране произошли существенные (значительные) изменения можно рассматривать как языковые штампы, которые вошли в наше сознание с советских времен (это стиль отчетов партийных руководителей). Близки к коллокациям и сочетания изменять!изменить взгляды, (свое) мнение, (свое) отношение. Человек (кроме измениться в лице) «исключен» из этих устойчивых сочетаний. Любые изменения в них отражаются как внешние по отношению к человеку, происходящие сами по себе.

Несколько по-иному обстоит дело в английском языке. С существительным а change зафиксированы такие фразеологические сочетания, как a change of air [букв. изменение (перемена) воздуха] — ‘перемена обстановки’, (one's) change of base — амер. разг. ‘уход, отступление, внезапная перемена местожительства’ [этим, спорт, смена базы (бейсбол)], change of front — ‘коренные изменения, полная перемена’ [букв. воен. «перемена фронта»/, a change of heart [букв, изменение (перемена) сердца] — ‘изменение намерений, взглядов’ и т.п., a change of scene — ‘перемена обстановки, смена декораций; перемена местожительства’, changes and chances [букв, изменения (перемены) и возможности] — ‘превратности судьбы’, the last great change — эвф. ‘вечный сон, смерть’, ring the changes — ‘вносить мелкие изменения, не затрагивать главного; повторять на все лады’ [букв, вызванивать на колоколах], small change — 1) ‘банальности, общие места’; 2) ‘мелочи (жизни), пустяки’; 3) ‘мелкота, мелюзга, мелкие людишки, мелкая сошка’ [6, с. 139-140].

Приведем некоторые примеры использования данных фразеологических сочетаний и их перевод на русский язык: / gradually became aware that Mr. Cox had made a complete change (Aldington) — До меня постепенно дошло, что мистер Кокс совершенно переменился (изменился); They took his refusal as final...when he experienced a change of heart (London) — Они приняли его отказ за окончательный... но тут его настроение изменилось; But what is more important is that there has been a change of heart among us, owing to changes in civilization (Maugham) — Гораздо важнее то, что со сменой цивилизации мы сами изменились внутренне; Solon himself sensed in some new strange way that he was close to the last great change (Dreiser), — И сам Солон испытывал какое-то странное ощущение близости «последней великой перемены» [6, с. 139-140]. В словаре американских идиом [11, с. 53] зафиксированы следующие фразеологические сочетания: change horses in midstream = ‘to make major changes in an activity which has already begun; to choose someone or something else after it is too late’. Выражение, в русском переводе ставшее известным как коней на

переправе не меняют. Change someone's mind = ‘to cause to think differently’. Это выражение можно перевести на русский как заставить кого-л. изменить свое мнение (точку зрения). Change someone’s tune - ‘to change the manner of a person, usually from bad to good, or from rood to pleasant’. Можно перевести как ‘заставить кого-л. изменить тон В словаре американского сленга зафиксирована одно идиоматическое выражение с глаголом to change — change the channel = ‘to switch to some other topic of conversation’ (переключиться с одной темы разговора на другую) [11, с. 65].

Можно высказать предположение о том, что широкая возможность образования устойчивых сочетаний с глаголом to change и существительным a change в английском языке связана с его аналитизмом. В английском языке нет такого большого числа приставочных образований с глаголом to change, как в русском — с глаголом изменять(-ся)/изменить(-ся), что компенсируется их большей свободой в сочетаемости с различными лексическими группами и, таким образом, большей свободой образования устойчивых выражений, в том числе идиоматических. Существует также и возможность того, что английский язык — в данном случае через семантическое поле ‘изменение’ — своеобразным способом отражает место человека по отношению к окружающему его миру с точки зрения соответствующей лингвокультуры.

Как видно, одним из центральных условий адекватного анализа поля является всесторонний учет его типологических характеристик. Сказанное выше подводит к определению категориального свойства поля. Если поле способно отразить принципиально все категориальные отношения в лексике (неполнота такого отражения может быть вызвана только онтологической спецификой объекта, ср., например, ограничение или отсутствие антонимии у конкретных слов), то его можно считать лексической категорией высшего порядка. Это в каком-то смысле исходная суперкатегория, в которой, в зависимости от характера обозначаемых объектов, отражаются все категориальные отношения или их часть.

Другой вывод касается поля как инструмента сопоставительного исследования лексики в системных связях ее единиц. Являясь в таксономическом аспекте категорией высшего порядка, поле выступает в ином плане как метод системно-функционального анализа языка. Интерпретация того или иного фрагмента действительности в виде иерархически организованного в языке семантического пространства представляется наиболее полным и адекватным методом сопоставления не только лексических систем языков, но и национальных языковых картин мира.

ЛИТЕРАТУРА

1. Trier J. Der deutsche Wortschatz im Sinnbezirk des Verstandes Heidelberg: Winter, 1931.

2. Англо-русский словарь по лингвистике и семиотике / Под ред. А.Н. Баранова и Д.О. Добровольского. — М., 2001.

3.Денисенко В.Н. Концепт ‘изменение’ в русской языковой картине мира. — М., 2004.

4. Караулов Ю.Н. Общая и русская идеография. — М., 1976.

5. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. — М., 1987.

6. Кунин А.В. Англо-русский фразеологический словарь. — М., 1984.

7. Новиков Л.А. Избранные труды. Т. I—II. — М., 2001.

8. Новиков Л.А. Семантическое поле // Русский язык. Энциклопедия. — М., 1997.

9. Покровский М.М. Избранные работы по языкознанию. — М., 1959.

10. Словарь сочетаемости слов русского языка / Под. ред. П.Н. Денисова, В.В. Морковина. — М., 1983.

11. Спиерс Р.А. Словарь американских идиом. — М., 1991.

12. Фразеологический словарь русского литературного языка конца XVIII-XX вв. / Под. ред. А.И. Федорова. — М., 1995.

SEMANTIC FIELD AS A MEANS OF THE COMPARATIVE STUDY OF THE ENGLISH AND RUSSIAN LEXICON

V.N. Denisenko

The Department of General and Russian Linguistics Peoples’ Friendship University of Russia Miklukho-Maklaya St., 6, 117198 Moscow, Russia

The article presents the set of methods of the semantic field in terms of the comparative study of lexicon. The work contends that the methodology of the semantic field reveals new prospects for the comparison of the national language cultures of the world.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.