Научная статья на тему 'Сакральные аспекты буддийских монастырей Тувы'

Сакральные аспекты буддийских монастырей Тувы Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
175
33
Поделиться
Ключевые слова
ТУВА / БУДДИЗМ / БУДДИЙСКИЕ МОНАСТЫРИ / ХүРЭЭ / ЛАМЫ / САКРАЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ / TUVA / BUDDHISM / BUDDHIST MONASTERIES / KHUREE / LAMY / SACRAL KNOWLEDGE

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Адыгбай Чечек Ондаровна, Конгу Аржаана Алексеевна

Статья посвящена исследованию некоторых сакральных аспектов буддийских монастырей Тувы, строительство которых началось в XVIII веке, когда буддизм был признан официальной религией. Под сакральными аспектами понимается комплекс религиозных знаний, правил, ритуалов и обрядов, совершаемых духовными лицами в процессе строительства буддийских монастырей. Авторы рассматривают не все монастыри хүрээ, а только самые крупные на территории Тувы Эрзинский (Кыргызский), построенный в 1772 году, и Самагалтайский (Оюннарский) в 1773 году, часто в ретроспективном анализе, бывшими не только религиозными, но и культурными, образовательными и политическими центрами. Авторами отмечается, что монастыри первоначально представляли собой небольшие войлочные юрты, которые легко переносились из одного места в другое. Так, судя по источникам, еще в 1662 году в Самагалтае был такой монастырь. С течением времени за счет пожертвований населения такие монастыри заменялись деревянными зданиями. Отмечается огромная роль хүрээ как центров просвещения, накопления и развития буддийских знаний в дореволюционной Туве, построенных по инициативе местных правителей амбын-нойонов. В них служило немалое число монахов лам, получивших среднее и высшее религиозное образование в Монголии и Тибете. Они были знатоками монгольской и тибетской письменности, владели математическими, философскими, астрономическими и другими видами знаний. Перед началом и в процессе строительства монастырей ламы соблюдали строгие канонические правила, использовали сакральные знания, проводили специальные ритуальнообрядовые действа, призванные воспрепятствовать негативной энергии и в будущем благоприятствовать развитию хүрээ. Ведь любой монастырь хүрээ с точки зрения буддийской культуры считается олицетворением Чистой земли. Поэтому особое внимание уделялось всем этапам строительства монастырей, начиная с выбора места, согласно астрологическим указаниям и благоприятным признакам. Планировка и архитектура тувинских хүрээ была сходна с планировкой таких же комплексов Китая, Монголии, тем более что проекты их зачастую привозились оттуда. Однако в целом хүрээ нового стиля все же нельзя назвать точной копией китайского или тибетского буддийских храмов. Наряду с анализом попутно рассматривается история буддизма и буддийских монастырей в Туве. Статья написана на основе богатого полевого материала.

SACRAL ASPECTS OF BUDDHIST MONASTERIES OF TUVA

The article is devoted to the study of some sacral aspects of Buddhist monasteries of Tuva. Their construction began in the XVIII century when Buddhism was considered an official religion. The sacral aspects refer to a set of religious knowledge, rules, and rituals performed by clerics in the process of building Buddhist monasteries. The authors examined not all monasteries khuree, but the largest ones on the territory of Tuva like Erzin (Kyrgyz), Samagaltai (Oyunnar). The examination was made with the help of a retrospective analysis as monasteries were not only religious but also cultural, educational and political centers. It is known that at the beginning the monasteries were located in small felt yurts, which were easily moved from one place to another. According to some sources there were these kinds of monasteries in Samagaltay in 1662. Thanks to the donation done by native people these kinds of monasteries were replaced by wooden buildings. The authors acknowledge a big role of khurees which were built upon the initiative of local rulersambyn-noyans and became the centers of accumulation and development of scientific knowledge in Tuva in the prerevolutionary time. There was a considerable number of monks lamas, who acquired secondary and higher religious education in Mongolia and Tibet. Monks had high abilities in Mongolian and Tibetan calligraphy and had profound knowledge in philosophy, mathematics, astronomy and other subjects. When the foundations of a monastery were laid a lama followed strict canonical rules, used sacred knowledge and performed a special ritual-ceremonial action (which helps to prevent negative energy and to favor the development of khuree). Indeed any monastery khuree is regarded as a pure land from the standpoint of Buddhist philosophy. This view requires paying particular attention to all stages of the construction of monasteries, beginning from the choice of their location. The layout and architecture of Tuvan khuree was similar to the pattern of the same sets of China and Mongolia and sometimes projects were brought from these countries. However, in general, khuree of a new style could not be described as a replica of Chinese or Tibetan Buddhist temples. The authors performed the analysis and described the history of Buddhism and Buddhist monasteries. The article was written on the basis of findings made in monasteries.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Сакральные аспекты буддийских монастырей Тувы»

УДК 294.3 (571.52)+947.1/9 ББК 63.3. (2 Рос.Тув.)+86.39

Ч.О. Адыгбай, А.А. Конгу САКРАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ БУДДИЙСКИХ МОНАСТЫРЕЙ ТУВЫ

Статья посвящена исследованию некоторых сакральных аспектов буддийских монастырей Тувы, строительство которых началось в XVIII веке, когда буддизм был признан официальной религией. Под сакральными аспектами понимается комплекс религиозных знаний, правил, ритуалов и обрядов, совершаемых духовными лицами в процессе строительства буддийских монастырей. Авторы рассматривают не все монастыри - хYрээ, а только самые крупные на территории Тувы - Эрзинский (Кыргызский), построенный в 1772 году, и Самагалтайский (Оюннарский) - в 1773 году, часто в ретроспективном анализе, бывшими не только религиозными, но и культурными, образовательными и политическими центрами.

Авторами отмечается, что монастыри первоначально представляли собой небольшие войлочные юрты, которые легко переносились из одного места в другое. Так, судя по источникам, еще в 1662 году в Самагалтае был такой монастырь. С течением времени за счет пожертвований населения такие монастыри заменялись деревянными зданиями. Отмечается огромная роль хYрээ как центров просвещения, накопления и развития буддийских знаний в дореволюционной Туве, построенных по инициативе местных правителей - амбын-нойонов. В них служило немалое число монахов - лам, получивших среднее и высшее религиозное образование в Монголии и Тибете. Они были знатоками монгольской и тибетской письменности, владели математическими, философскими, астрономическими и другими видами знаний. Перед началом и в процессе строительства монастырей ламы соблюдали строгие канонические правила, использовали сакральные знания, проводили специальные ритуально-обрядовые действа, призванные воспрепятствовать негативной энергии и в будущем благо -приятствоватьразвитию хYрээ. Ведь любой монастырь - хYрээ с точки зрения буддийской культуры считается олицетворением Чистой земли. Поэтому особое внимание уделялось всем этапам строительства монастырей, начиная с выбора места, согласно астрологическим указаниям и благоприятным признакам. Планировка и архитектура тувинских хYрээ была сходна с планировкой таких же комплексов Китая, Монголии, тем более что проекты их зачастую привозились оттуда. Однако в целом хYрээ нового стиля все же нельзя назвать точной копией китайского или тибетского буддийских храмов.

Наряду с анализом попутно рассматривается история буддизма и буддийских монастырей в Туве. Статья написана на основе богатого полевого материала.

Ch.O. Adygbay, A.A. Kongu SACRAL ASPECTS OF BUDDHIST MONASTERIES OF TUVA

The article is devoted to the study of some sacral aspects of Buddhist monasteries of Tuva. Their construction began in the XVIII century when Buddhism was considered an official religion. The sacral aspects refer to a set of religious knowledge, rules, and rituals performed by clerics in the process of building Buddhist monasteries. The authors examined not all monasteries - khuree, but the largest ones on the territory of Tuva like Erzin (Kyrgyz), Samagaltai (Oyunnar). The examination was made with the help of a retrospective analysis as monasteries were not only religious but also cultural, educational and political centers.

It is known that at the beginning the monasteries were located in small felt yurts, which were easily moved from one place to another. According to some sources there were these kinds of monasteries in Samagaltay in 1662. Thanks to the donation done by native people these kinds of monasteries were replaced by wooden buildings. The authors acknowledge a big role of khurees

which were built upon the initiative of local rulers- ambyn-noyans and became the centers of accumulation and development of scientific knowledge in Tuva in the prerevolutionary time. There was a considerable number of monks - lamas, who acquired secondary and higher religious education in Mongolia and Tibet. Monks had high abilities in Mongolian and Tibetan calligraphy and had profound knowledge in philosophy, mathematics, astronomy and other subjects. When the foundations of a monastery were laid a lama followed strict canonical rules, used sacred knowledge and performed a special ritual-ceremonial action (which helps to prevent negative energy and to favor the development of khuree). Indeed any monastery - khuree is regarded as a pure land from the standpoint of Buddhist philosophy. This view requires paying particular attention to all stages of the construction of monasteries, beginning from the choice of their location. The layout and architecture of Tuvan khuree was similar to the pattern of the same sets of China and Mongolia and sometimes projects were brought from these countries. However, in general, khuree of a new style could not be described as a replica of Chinese or Tibetan Buddhist temples.

The authors performed the analysis and described the history of Buddhism and Buddhist monasteries. The article was written on the basis of findings made in monasteries.

Ключевые слова: Тува, буддизм, буддийские монастыри, хYрээ, ламы, сакральные знания.

Key words: Tuva, Buddhism, Buddhist monasteries, khuree, lamy, sacral knowledge.

Введение

На территории Центральной Азии в разные исторические периоды формировались и развивались различные религиозные системы. При этом важной составляющей духовности входящих в данный регион стран является то, что они испытали значительное влияние буддизма.

Процесс проникновения и распространения буддизма в Туву был долгим и сложным. Многие историки, буддологи, среди которых и ученые-тувиноведы - М.В. Монгуш, О.М. Хомушку и др., выделяют несколько волн: ранние формы, существовавшие во времена Тюркского каганата, возникшего во второй половине VI века на обширной территории Центральной Азии [7, с.13], в период уйгуров - тюркоязычного народа, завоевавшего в VIII веке северных тюрков и правившего на территории Монголии, Алтая и Тувы. Уйгуры испытали некоторое влияние буддизма из Согдианы и Китая и приняли согдийскую письменность, которая легла в основу монгольской. Они начали широко переводить буддийские тексты с согдийского и китайского языков [7, с.13-14].

Вторая, более крупная волна распространения буддизма в Центральной Азии относится к XIII веку, которая совпала с процессом образования раннефеодального монгольского государства [6, 1992, с. 10; 7, с.15; 15,1998].

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Однако, как пишут ученые, позднее буддизм не прижился среди тувинских племен, и новая, третья волна его распространения относится к концу XVI - началу XVII века, «когда в монгольском государстве Алтын-ханов, возникшем в конце XVI века в результате дробления и междоусобиц, охвативших Монголию после Юаньской династии, буддизм становится официальной религией» [7, с. 28].

Своеобразие тувинского буддизма сложилось в период XVIII-XIX вв., когда он был признан государственной религией. Свидетельством принятия и распространения буддизма на территории Тувы стало строительство буддийских монастырей - хурээ. При этом первые крупные монастыри появляются на территории южной части Тувы -это Кыргызский (Эрзинский) и Самагалтайский (Оюннарский) хурээ, которые граничат с территорией Северной Монголии.

То, что буддизм проник в Туву непосредственно через Монголию, как мы считаем, было во многом обусловлено тем, что монголы и тувинцы обитали на смежных территориях, находились в составе одних и тех же государственных образований, имели общие черты материальной и духовной культуры.

Целью данной статьи является исследование некоторых сакральных аспектов буддийских монастырей - хYрээ Тувы.

Под сакральными аспектами мы понимаем комплекс религиозных знаний, правил, ритуалов и обрядов, совершаемых духовными лицами в процессе строительства буддийских монастырей.

Основным материалом для написания статьи послужили некоторые материалы, опубликованные в научных и периодических изданиях; данные, собранные в ходе командировок и встреч, бесед с ламами - буддийскими монахами и пожилыми информантами. Отметим, что мы будем рассматривать не все монастыри Тувы - хYрээ, а только самые крупные на территории Тувы, в частности, Эрзинский (Кыргызский), Самагалтайский (Оюннарский), часто в ретроспективном анализе, и использовать термин хYрээ в значении буддийского монастыря.

Буддийские монастыри Тувы: история и планировка

Для Тувы, в отличие от Монголии, был характерен только один вид религиозных строений, называвшихся хYрээ (монастырь) [13, с. 478]. В то же время, как отмечает В.П. Дьяконова [3, с. 152], в Халхе имелось три типа монастырей, каждый из которых имел определенное название: хYрээ - изначально монастырь, при котором постоянно жило духовенство (например, Их-хурэ - резиденция Богдо-гэгэна, была крупнейшим кочующим монастырем Халхи, впоследствии осевшим и выросшим до размеров города); сYмэ (монг. сум) - изначально храм, ламство которого не жило при нем постоянно, собираясь лишь по дням крупных праздников, либо отдельный храм в крупном монастыре1, и хиты (монг. хийд) - небольшой монастырь, предназначенный для проведения затворов. В настоящее время хийдом в Монголии, напротив, именуется любой монастырь. Тувинцы также произносят хYрээ-хиит, подразумевая монастырь.

Наиболее подробно описание данных видов религиозных построек дал русский ученый А.М. Позднеев после своего путешествия по Монголии в 1876-1879 гг. Он писал: «Ламайские монастыри известны в Халхе обыкновенно под тремя названиями. «Хурээ» обозначает на монгольском языке понятие о каком-либо стане, жилые здания которого располагаются кругом. По обычаям буддизма, кельи лам или буддийских монахов должны располагаться вокруг здания кумирни и на этом основании монголы дают название «хурээ» только тем из своих монастырей, при которых постоянно живут ламы и которые потому представляют собой не одни только здания кумирен, но заключают в своих стенах и кельи монахов» [11, 1887].

Сейчас трудно выяснить, почему в Туве распространились только строения типа хYрээ. Само слово «курень» отмечено в летописи Рашид-ад - дина (XIII в.): «Значение курень - кольцо. В давние времена, когда какое-нибудь племя останавливалось в какой-либо местности, оно располагалось наподобие кольца, а его старейшина находился в центре этого круга, подобно центральной точке; это и называли курень» [12, с. 86].

Но, конечно, планировка монастырских строений по кругу не может быть объяснена только традицией. Она диктовалась еще и предписаниями религиозного характера. В частности, в хYрээ одним из канонических праздников считался ритуальный праздник, посвященный круговращению божества Майдара: «Для этого праздника был обязателен такой ритуал: изображение бога Майдара на колеснице, запряженной лошадью, ламы обносили вокруг храмового комплекса. Круговращение символизировало

1 В настоящее время словом «сум» именуются храмы любых религий.

объезд богом Майдаром земли, и в данном случае само хYрээ понималось как земля, которую объезжает бог Майдар и распространяет свою благодать на собравшихся сюда верующих» [3, с. 153; 7, с. 58].

На своей картине «Самагалтайское хYрээ» первый профессиональный художник Тувы С.К. Ланзы, в детстве видевший и посещавший хYрээ, изобразил именно этот праздник. Эта картина на сегодняшний день является, к сожалению, одним из немногих источников, по которому мы можем понять, каким был самый крупный буддийский монастырь в Туве.

Также в основе храмовой планировки, как отмечает М.В. Монгуш, «лежала схема мандалы - диаграммы, символически означающей метафизическую структуру Вселенной, какой она представлялась в мифологии и религиозных системах разных народов Азии» [6, с. 24; 7, с. 58].

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Строение по кругу также объяснялось национальной традицией. Способ расположения жилища по кругу был характерен для многих кочевых народов Центральной Азии, в том числе и тувинцев. Например, монгольский ученый М. Майдар отмечал: «...у монголов с древних времен существовал обычай располагать жилище в виде большого круга, обнесенного невысоким забором, внутри которого ставилась юрта, сооружалась хашаа - кошара, где держали скот в ночное время» [4, с. 66]. Такой способ, как отмечалось выше, назывался «куренным способом».

Мы также полагаем, что строение по кругу может быть объяснено традиционной космологией народов Центральной Азии, их ранними верованиями. Например, Вселенную тувинцы, алтайцы, хакасы, буряты, монголы представляли как круг, причем не только в пространственных измерениях, но и во времени. Все в мире находится в циклическом движении. В качестве примеров можно привести ежедневный путь Солнца, смену времен года, а также цикл существования всех живых существ, раз за разом возвращающихся на Землю для новой жизни.

Круг делится на четыре части осями четырех направлений, или сторон света, а ось, проходящая через его центр, направляется через Отца-Небо в Верхний мир и через Мать-Землю в Нижний Мир. На эту схему накладывается образ Вселенной. В этом выражается и поклонение народов Центральной Азии Солнцу, Небу и Земле.

У тувинцев это выразилось в выражениях, наподобие: «Дээр - Адам, Чер - Ием»/ «Небо - Отец Мой, Земля - Мать Моя», «Алдын ХYHYм, Ак-квк Дээрим»/ «Золотое Солнце Мое, Голубое Небо Мое».

Первый монастырь на территории Тувы - Эрзинский (Кыргызский) был построен в 1772 г. [14, 1997], другой, самый крупный в этом кожууне, Самагалтайский (Оюн-нарский) - в 1773 году [2,1997], хотя годом основания первого хYрээ в Самагалтае можно считать, по нашим данным, 1662 год. По словам Гомбо башкы - нашего информанта, который был ламой при Самагалтайском хурээ «Сандакочур», в 1773 г. был построен именно крупный стационарный монастырь. Но ранее были на территории современного Тес-Хемского района монастыри, в том числе и в Самагалтае, «кочующие» - специально обустроенные юрты, кочевавшие вместе с родами их владельцев-лам или ставками нойонов. На левом берегу реки Дыттыг-Хем, по его словам, в 1662 г. и был такой монастырь (ПМА).

Интересно то, что его данные соотносятся с научными описаниями. Если мы будем проводить исторические параллели, то 1662 г. - это вторая половина XVII в., когда на территории Центральной Азии правили Алтын-ханы: «В период господства Алтын-ханов на территории Тувы были войлочно-разборные молельни. Для более прочного утверждения своего господства над покоренными племенами Алтын-ханы

использовали религию. В 1578 году верховный лама Тибета посетил ставку Алтын-хана, который обычно находился на берегу озера Убсу-Нур или в долине реки Тес. Он помог решить многие религиозные вопросы, за что был признан главой не только тибетской, но и монгольской церкви» [6, с. 24].

Распространению буддизма и строению монастырей весьма активно содействовали также и сами амбын-нояны [7, с. 55]. Так, Самагалтайский хYрээ был построен по инициативе Оюна Дажы - первого тувинского амбын-нояна, который был страстным поборником буддизма. Отметим, что институт амбын-ноянов был введен цинскими властями: «Для облегчения управления тувинским населением в 1762 году было учреждено объединенное управление кожуунами Тувы во главе с амбын-нояном - владельцем Оюннарского кожууна. Амбын-ноян выступал в качестве всеобщего старосты тувинских кожуунов и находился в прямом подчинении улясутайского цзянь-цзюня. Ставка его находилась в Самагалтае (административный центр современного Тес-Хемского района - А.К.), недалеко от Улясутая» [7, с. 39].

Во время правления амбын-нояна Комбужапа на территории Тувы были построены первые буддийские монастыри. Строительство монастырей на территории Тувы в конце ХУШ в. стало важнейшим свидетельством распространения буддизма в стране. Местом расположения первых буддийских монастырей была территория Оюннарского кожууна, примыкающая к Северной Монголии.

Теперь непосредственно рассмотрим некоторые моменты, связанные с выбором места строительства будущего монастыря, особые обряды и ритуалы, совершаемые духовными лицами.

Сакральные аспекты

Место для строительства монастыря в Туве выбиралось ламами, которые совершали особые ритуально-обрядовые действа. В ходе исследований мы выяснили, что многие монастыри изначально строились на священных территориях, на которых иногда сначала сооружались культовые объекты, например, «оваа» (монг. «обо»). Как средство фиксации священной территории оваа могло быть выполнено из различных материалов или вообще быть созданным самой природой: шалаш или причудливой формы дерево в таежной зоне, куча камней в степных широтах.

Как наиболее архаичное культовое сооружение, оваа являлось носителем самых глубинных этнорелигиозных представлений кочевников, своеобразным маркером пространства. Несмотря на решительный тон кодекса Алтын-хана, объявившего буддизм единственной религией монголов, полностью изжить культ обо так и не удалось, поскольку его истоки лежат в самой сути кочевничества; но как культовое сооружение обо постепенно приобрело пространственную форму ансамбля, моделирующего буддийский космос.

Место для строительства Самагалтайского хYрээ было выбрано ламами, которые при выборе места проводили религиозные обряды и церемонии. К сожалению, в источниках отсутствуют сведения о том, как долго шло строительство этого первого монастыря, который перестраивался два раза.

Во время вторичного строительства Самагалтайского хурээ, как пишет М.В. Монгуш, «...ургинский (Урга - современный Улан-Батор - А.К.) Богдо-гэгэн Джебцун Дамба хутухта обратился к правителям кожууна с заявлением, в котором он обещал, что отныне ламы Сайн-нойоновского аймака Монголии будут покровительствовать ламам Самагалтайского хурээ. В честь предстоящего открытия хYрээ Богдо-гэгэн передал

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

через своих посыльных в качестве подарка статую Махакалы - божества-хранителя буддийского учения. Впоследствии при Самагалтайском хурээ был построен специальный дуган в честь этого божества» [7, с. 56].

По словам Шерчин эмчи, врача тибетской медицины при буддийском храме Тувы «Цеченлинг», перед строительством любого буддийского монастыря очень важно выбрать правильное место в пространственном измерении: «У многих народов Азии есть специальные знания о том, как достичь гармонии между человеком и природой. У китайцев, например, развит Фэн-шуй или «ветер и вода» - древнее китайское искусство и наука о жизни в гармонии человека с собой и окружающим миром. У тибетцев особым сводом глубинных знаний служит «Са че риг па» - особый гороскоп или специальная наука, призванная служить изучению той или иной местности. Ведь земля - один из четырех элементов1, живая сущность, наполненная энергией [10, с. 20]. Важно не допускать ошибок, особенно на сакральном уровне. Выбирая место строительства важно оценивать воздействие многих факторов, в самом начале - внешних, затем уже переходить к внутреннему обустройству» (ПМА). Ведь любой монастырь, как подчеркнул Далай-лама XIV, является самым подходящим местом для совершенствования ума и психики человека [1, с. 14].

С этой точки зрения мы можем предположить, что такие знания связаны с особой сакрализацией пространства, призванные воспрепятствовать движению отрицательной или деструктивной энергии. По словам Шерчин эмчи, примером неудачного выбора места монастыря может и служить Кыргызский хурээ, построенный изначально у места, где река сужается и образуется стоячий водоем - «хемниц чицгезинге». С сакральной точки зрения, все нечистоты стекались именно в данное место.

Информант также сообщил о важности отсутствия острых углов. Например, местоположение хYрээ «Цеченлинг», с его точки зрения, удачное и благоприятное по многим параметрам: находится у слияния двух рек - Каа-Хем, Бий-Хем, образующих Енисей - Улуг-Хем, нет острых углов. По форме напоминает руки, сложенные в молитве, начиная от локтей и заканчивая кончиками пальцев: два крыла символизируют локти, а центральная часть - ладони. Местоположение YстYY-ХYрээ также очень удачное: вокруг горы и лес, напоминает ладонь, которая бережно держит драгоценность, т.е. защищено со всех сторон. Также он сообщил: «Между Непалом и Тибетом есть монастырь, расположенный посередине двух гор и напоминает дитя, которого мать держит в своих руках, ближе к сердцу, защищая от всех негативов. Такое местоположение является почти идеальным, так как очень благоприятно будет воздействовать на дисциплину и обучение хуураков, их здоровье» (ПМА).

Подытоживая, Шерчин эмчи сообщил, что у каждого хYрээ своя символика и сакральные объекты. Он может быть похож на мандалу или на другой священный символ буддизма. В общем и целом, любой буддийский монастырь в каком-то смысле олицетворяет собой чистую землю.

Таким образом, энергетическое воздействие разных объектов, в том числе и природных (гор, возвышенностей, рек, родников, озер и др.), расположенных поблизости от монастыря, может быть благотворным или вредоносным: «В соответствии с закономерностями космического порядка оранизовывалось не только пространство жилища, поселения, территории хозяйственного освоения, ритуальное пространство.

1 Огонь, небо (воздух), вода и земля - четыре основных элемента, влажность, ветер, гром и гора - четыре производных от основных элементов, а в целом восемь природных стихий, составляют символическую основу природных сил в мифологии многих культур. Огонь, небо (воздух), вода и земля - основные и наиболее общие свойства, с помощью которых опознается земная материя в подлунном мире, символизируемые этими четырьмя элементами.

Религиозно-мифологическая модель мира определяет характер структур самых разных социальных и политических институтов, вторично воспроизводясь в них. Лишь при условии, что все конкретные установления и институты, имеющие определенное значение в жизни социального организма, воспроизводят универсальный космический порядок, они могут выполнять свою функцию, т.е. служить обеспечению социального порядка и благосостояния коллектива» [9, с. 14].

Сведения Шерчин эмчи дополнил Амир башкы, буддийский лама при Эрзин хYрээ: «Перед выбором места строительства будущего монастыря высокореализован-ные ламы проводят специальное гадание - шо-твлге -испрашивают благословения у божества Лхамо. Данное гадание - сакральное, помогающее понять многие вещи: определить пол хозяев той или иной местности, их отношение к строительству и т.д. Ламы обычно проводят ритуал испрашивания разрешения и благопожелания у хозяев местности - «кежик дилеп алыр», делают подношение - «вргYл кылыр». Далее производят следующие ритуальные действа: особый ритуал освящения девяти драгоценностей хYрээ - «хурээниц тос эртинезин шыгжаар», призывание божеств, восседающих в десяти сторонах света, получение у них благословения и разрешения. Вход монастыря должен быть обращен на юг, так как буддизм проник из этой части света. Интересно и то, что в южных районах Тувы дверь юрты также обращена на юг» (ПМА). Также Амир башкы сообщил следующее: «Самагалтайское хYрээ представлял собой целый архитектурный комплекс. В нем названия дуганам давались в честь конкретных божеств из буддийского пантеона или в честь человека, отличившегося своими заслугами. Так, последний дуган Самагалтайского хYрээ был построен на средства богатого нояна Ажикая, сильного покровителя, вроде местного князя, поэтому и назван его именем» (ПМА).

В обоих монастырях - Кыргызском и Самагалтайском - постоянно жили буддийские ламы, в них обучали хуураков (послушников), которые также там и жили. По словам наших информантов, мы выяснили, что в Самагалтайском хYрээ, кроме дуганов, возводились жилые постройки для лам и учеников, хозяйственные строения, разбивалась специальная площадка для отправления религиозных культов и церемоний: «Весь комплекс построек был обнесен также забором и имел входные ворота. Схожими чертами является и то, что дуганы иногда строились двухэтажными и были снабжены изнутри и снаружи различными аксессуарами буддийской символики. На верхней точке дуганов из позолоченной меди делали ганжир, в него вкладывали отпечатанные на ксилографе тексты ламаистских молитв. На фронтоне дуганов, перед входом в помещение, устанавливали чойж хорал - восьмирадиусное «колесо вероучения», а по сторонам его располагали по фигурке газели. Внутри дуганов находились изображения бурханов (скульптурные, рисованные), наборы культовых предметов, посуды, музыкальные инструменты, библиотека и т.д.» [3, с. 157].

Как отмечают многие исследователи, планировка и архитектура тувинских хYрээ была сходна с планировкой таких же комплексов Китая, Монголии, тем более что проекты их зачастую привозились оттуда.

Архитектурный ансамбль тувинских монастырей состоял из одного или нескольких дуганов, которые возводились из дерева или из сырцового кирпича с оштукатуренными и побеленными наружными стенами (Самагалтайский хYрээ). Дуганом называют особое здание, в котором монахи обычно собираются для совершения богослужений. Кроме дуганов, на территории монастыря возводились жилые постройки, в которых жили основатель монастыря и его ученики. На территории некоторых тувинских хYрээ и у всех монгольских имелись культовые сооружения - субурганы (санскр. - ступа).

Они представляли собой культовые сооружения, имеющие постамент в форме пирамиды, сложенной из плоских каменных плит, а также навершие. Формы субурганов символизируют природу ума и Просветления. Внутри субургана содержится множество священных предметов и реликвий. По представлениям буддистов, субурган излучает энергию, которая оказывает благотворное воздействие на окружающее пространство.

Самагалтайский хYрээ был разрушен в 1930 году [16,1992]. Несколько дуганов его уничтожались постепенно. В конце концов, от целого комплекса остался всего один дуган, в котором жил, по нашим сведениям, хелиц по имени ДYктYг.

Выводы

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Таким образом, в XVII-XVШ вв. буддизм стал официальной религией в Туве, чему способствовали с самого начала цинские власти для укрепления и поддержания своей власти. Свидетельством утверждения и распространения буддизма стало строительство первых буддийских монастырей - хурээ, выполнявших роль не только религиозных, но и политических, культурно-просветительных центров. Стремление распространять учение и способствование его процветанию связано с увеличением числа монастырей и монахов. В то время они выступали единственным местом просвещения, накопления и развития знаний. Перед началом и в процессе строительства монастырей ламы обязательно проводили особые ритуально-обрядовые действа, призванные на сакральном уровне воспрепятствовать движению деструктивной энергии. Все это производилось путем призывания божеств, испрашивания у них благословения и разрешения, так как любой буддийский монастырь - хYрээ олицетворяет собой чистую землю.

Список литературы

1. Далай-Лама XIV. Буддизм Тибета. Пер. с английского и тибетского /составитель и ответственный редактор А. Терентьев. Москва-Рига: Нартанг-Угунс, 1991. 103 с.

2. Дамба-Хуурак Д. БYЗYрелин шынзыдар дээш...: (Самагалтай хурээзи)// Шын. Июль 15. 1997. С. 3-7.

3. Дьяконова В.П. Ламаизм и его влияние на мировоззрение и религиозные культы тувинцев// Христианство и ламаизм у коренного населения Сибири (вторая половина ХК-начала ХХв.). Сб. статей/Институт этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая АН СССР; отв. ред. И.С. Вдовин. Л.: Наука, 1979. 227 с.

4. Майдар Д. Архитектура и градостроительство Монголии. М.: Стройиздат, 1970. 246 с.

5. Монгал С. ТeeгYЛYг чон, тeeгYЛYг чер: (Эрзин дугайында новелла орнунга) // Шын. Сентябрь 27. 1997. С.23-27.

6. Монгуш М.В. Ламаизм в Туве: Историко-этнографическое исследование. Кызыл: Тувинское книжное издательство, 1992. 144 с.

7. Монгуш, М.В. (2001) История буддизма в Туве (вторая половина VI- конец XX в.). Новосибирск: Наука, 2001. 200 с.

8. Монтлевич В.М. О символике ламаистских субурганов //Центральная Азия и Тибет. История и культура Востока Азии. Новосибирск, Т. I., 1972. С. 124-129.

9. Нанзатов Б.З., Николаева Д.А., Содномпилова М.М., Шагланова О.А. Пространство в традиционной культуре монгольских народов. Ин-т монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН. М.: Вост. лит., 2008. 341 с.

10. Пюрвеев Д.Б. Архитектура Мироздания. М.: Издательство ООО «ПКЦ Альтекс», 2006. 312 с.

11. Позднеев А.М. Очерки быта буддийских монастырей и буддийского духовенства в Монголии в связи с отношением сего последнего к народу/[Соч.] А. Позднеева. СПб.: Тип. Имп. Акад. наук, XVI, 1887. 492 с.

12. Рашид-ад-дин. Сборник летописей /Пер. с персидского О.И. Смирновой, редакция проф. А.А. Семенова. М., Л.: Изд. Академии Наук СССР, 1952. Т.1., кн. 2. С.86.

13. Тувинско-русский словарь. М.: Изд. иностр. и нац. словарей, 1956. 723 с.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

14. Хангай К. Ыдыктыг Мандал: (Эрзиннин Кыргыс хурээзинин дугайында)// Шын. Июль 15. 1997. С. 4-6.

15. Хомушку О.М. Религия в истории культуры тувинцев /Рос. Акад. наук. Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая, М.: Наука, 1998. 177 с.

16. Чинмит О. Хурээни тудуп эгелээн: (Самагалдайда хурээ) // Шын. Март 10. 1992. С.3.