U
Л <
W
X <
£ м о; s
£ (-4
w н I S
о; <
х
g
i
<
X
W
УДК 339.97
РОССИЯ В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ: ПРЕИМУЩЕСТВА И РИСКИ
Янковская Елизавета Сергеевна
Санкт-Петербургский имени В.Б. Бобкова филиал Российской таможенной академии, доцент кафедры управления, к.э.н., e-mail: Liza30ys@gmail.com
В статье обобщена информация о теоретических основах и современной практике международной экономической интеграции. Показаны механизмы интеграции и дезинтеграции в мировой экономике и влияние факторов риска на их эффективность. Особое внимание уделено тенденциям и проблемам участия России в мировых интеграционных процессах. Дан краткий аналитический обзор результатов деятельности ЕАЭС
Ключевые слова: экономическая интеграция; дезинтеграция; риски; теория интеграции; экономические интеграционные союзы; Евроазиатский экономический союз
RUSSIA IN THE SYSTEM OF INTERNATIONAL ECONOMIC INTEGRATION: ADVANTAGES AND RISKS
Iankovskaia Elizaveta S.
Russian Customs Academy, St. Petersburg branch named after Vladimir Bobkov, Department of management, Associate Professor, PhD, e-mail: Liza30ys@gmail.com
The article summarizes information on the theoretical foundations and modern practice of international economic integration. The mechanismsof integration and disintegration in the world economy are revealed. The influence of risk factors on the efficiency of integration processes is shown. Particular attention in the article is paid to the tendencies and problems of Russia's participation in world integration processes. A brief analytical review of the results of the work of the EAEC is given
Keywords: economic integration; disintegration; risks, integration theory; economic integration unions; Euro-Asian economic union
Для цитирования: Янковская Е.С. Россия в системе международной экономической интеграции: преимущества и риски // Ученые записки Санкт-Петербургского имени В.Б. Бобкова филиала Российской таможенной академии. 2016. № 4 (60). С. 20-26.
Оценивая позицию России в системе международной экономической интеграции, необходимо исходить из основных положений научной теории интеграции и общих закономерностей интеграционных процессов в мировом пространстве. Существуют три взаимосвязанные научные категории, с помощью которых в настоящее время интерпретируются мировые процессы: интернационализация, глобализация, интеграция. Если глобализация -новое качество интернационализации на стадии предельно возможного ее развития вширь, то интеграция — это наивысшая ступень развития ее вглубь [1, с. 46]. Современная модель всеобщей глобализации реализуется в различных формах, из которых важнейшей является международная экономическая интеграция. Основными предпосылками экономической интеграции являются международное разделение труда и международная производственная кооперация, позволяющие повышать эффективность хозяйственной деятельности. Простейшие формы интеграции представлены созданием единого рыночного пространства с унифицированными условиями для стран-участниц.
Прежде всего, важно различать виды экономической интеграции по степени унификации экономической политики и глубине
взаимодействия стран между собой. По данным критериям принято, как известно, разграничивать семь видов (этапов) экономической интеграции:
1) льготная торговая зона;
2) зона свободной торговли;
3) таможенный союз;
4) общий рынок;
5) экономический союз;
6) экономический и валютный союз;
7) полная экономическая интеграция.
Создание теории экономической интеграции
стало предметом исследований в мировой науке в середине ХХ века. Сложность и противоречивость мировых интеграционных процессов определяет множественность научных подходов к формированию теории экономической интеграции. Как отмечают специалисты, исследование феномена международной экономической интеграции находится на стыке ряда гуманитарных дисциплин — экономики, политологии, социологии, общественной психологии [2, с. 11]. Тем самым создаются, с одной стороны, позитивный кумулятивный эффект междисциплинарных исследований, а с другой — есть потенциальный риск фрагментарности и ограниченного одностороннего подхода к анализу. Междисциплинарный аспект анализа международной интеграции наиболее актуален в плане совместных исследований, проводимых экономистами
и политологами. Специфика международной экономической интеграции, в отличие от национальных интеграционных процессов, состоит в неизбежной опосредованности экономических взаимосвязей стран действиями политических институтов. При этом могут возникать противоречия между экономическими и политическими интересами стран - участниц интеграционных процессов.
Характерно, что существующие теории международной экономической интеграции основаны либо исключительно на экономическом подходе, либо учитывается политический компонент данного процесса. Основными вопросами данных теоретических концепций являются: сущность и природа международной экономической интеграции; ее характерные особенности, цели и механизмы развития; методологические и гносеологические проблемы интеграции; оценка интеграционных эффектов (последствий).
К числу наиболее известных теорий международной экономической интеграции [1, с. 6-23; 2, с. 29-34] относятся:
- теории экономической интеграции в рамках раннего и позднего неолиберализма, неокейн-сианского подхода;
- теория дирижизма;
- теории федерализма, функционализма, неофункционализма, институционализма, структурализма;
- коммуникационная теория «сообществ безопасности», теория корпорационализма;
- теория межправительственного подхода, теория многоуровневого управления и политических сетей.
Существенное внимание развитию теории международной экономической интеграции уделяется в отечественной науке. Так, в изданной УрО РАН монографии [3] развиты методологические основы исследования новых форм международного экономического партнерства. В трудах Т.В. Ворониной [4] разработана модель трансформации международных интеграционных процессов: «интеграция - дезинтеграция - реинтеграция - интеграция на новом уровне». Классификация теоретических концепций взаимоотношений стран с разным уровнем развития в условиях экономической интеграции предложена в монографии под редакцией А.И. Татаркина [5].
Теории международной интеграции помогают осмыслить природу реальных мировых процессов, чтобы более эффективно управлять ими и адекватно реагировать на конкретную ситуацию. В контексте логики мировых эволюционных процессов экономическая интеграция является, бесспорно, прогрессивным явлением. Обращаясь к анализу последствий международной экономической интеграции для каждого отдельного государства, получаем неоднозначные оценки. Чем выше уровень экономического потенциала страны, тем выше эффект интеграции.
В условиях нарастающей сложности и турбулентности эволюционных процессов все труднее
становится объяснять реальные мировые тренды на базе универсальных научных парадигм и концепций, так как в ускоренном режиме идет нарастание многообразия форм и механизмов интеграционных процессов.
Проблема усугубляется также сложностью взаимодействий между странами - субъектами разных по своей сущности интеграционных потоков событий. Более того, в силу всеобщей глобализации одни и те же страны вовлечены одновременно в несколько трудно совместимых интеграционных процессов, что создает крайне противоречивую ситуацию. Партнерские отношения и конфликт интересов образуют сложное переплетение отношений, в котором требуются исключительно взвешенные и компромиссные решения, во избежание вооруженных конфликтов или катастрофических для страны последствий в социально-экономической и политической сферах. Сказанное можно проиллюстрировать на ряде примеров из современной системы экономических отношений в мире.
Так, например, особого внимания заслуживает выдвигаемая М.О. Лихачевым идея о том, что в обозримой исторической перспективе в глобальном масштабе может произойти дезинтеграция (выделено автором), «.. .которая способна полностью изменить структуру современной мировой экономики и сложившуюся систему международных экономических отношений» [6]. В своих выводах автор опирается на ряд зарубежных исследований, раскрывающих опасные последствия современной модели международной экономической интеграции. Развитые страны все более специализируются на «экономике знаний», генерируя поток инноваций, становясь при этом импортерами товаров, услуг, капиталов из развивающихся стран. Но в перспективе наиболее передовые развивающиеся страны станут создавать собственную экономику знаний, генерировать новые технологические идеи, формировать стратегию импортозамещения. Импортозаме-щение актуально также для современной России как один из механизмов обеспечения экономической безопасности [7]. Тем самым будут подорваны основы глобального доминирования развитых стран, и, вероятнее всего, будет снижаться динамизм их экономик. Подобный сценарий развития мирохозяйственных отношений означает, что международная экономическая интеграция будет сама себя отрицать, то есть результатом дальнейшего ее углубления может стать дезинтеграция.
Распространенные суждения о соотношении интеграции и дезинтеграции в мировой экономике основаны на попытках рассматривать их как сосуществующие тенденции. Дезинтеграция, по мнению сторонников данной позиции, порождается обычно диспаритетом взаимодействующих субъектов, что свидетельствует, по представлению автора, о крайне одностороннем и суженном видении реальных процессов. При этом дезинтеграция расценивается сторонниками данной позиции
в качестве потенциального фактора, подталкивающего к поиску новых форм более эффективной интеграции [8] и, следовательно, несущего определенный позитивный импульс развития экономических отношений.
Еще один вывод по вопросу о соотношении тенденций интеграции и дезинтеграции в мировой экономике состоит в признании того, что нарастание интеграционных рисков и противоречий в мировой экономике порождают альтернативные научные гипотезы, как например: наличие тренда в направлении новой фазы хозяйственной эволюции, представленной как гипотеза деглобализации; или современные вызовы ведут к построению новых межстрановых институциональных конструкций по типу «интеграция интеграций» или «мега-интеграция» [9, с. 133-134].
Особое место среди немногочисленных исследований теоретической направленности, посвященных проблеме соотношений интеграции и дезинтеграции экономических пространств, занимает работа авторов А.М. Либмана и Б.А. Хей-феца [10]. Эти авторы, наряду с обстоятельным анализом текущих процессов в исследуемой области, затронули и теоретический аспект, представив классификацию моделей дезинтеграции и развернутую характеристику механизмов процесса в каждой модели. В основе предложенной классификации моделей интеграции лежит их разграничение по двум признакам - доминирующий канал дезинтеграции и скорость процесса. По первому признаку выделяются два типа - «сверху» и «снизу». Каждый из этих типов подразделяется на два подтипа по скорости - «высокая» и «низкая». Исходя из этого, получены четыре модели дезинтеграции:
- конфликтная дезинтеграция (сверху, высокая скорость), которая может быть обусловлена тремя видами движущих сил: пробуждение «спящих институтов», саморазрушение и форс-мажорные факторы;
- шоковая дезинтеграция (снизу, высокая скорость);
- стагнирующая дезинтеграция (сверху, низкая скорость);
- дивергентная дезинтеграция (снизу, низкая скорость), особенность которой в том, что она поддается управлению.
Как отмечают А.М. Либман и Б.А. Хей-фец, данные модели обычно не встречаются в чистом виде, а существуют в некоторых сочетаниях. Существенный интерес представляет вопрос о механизмах и типах соотношений экономической интеграции и дезинтеграции. Однако проводимые исследования, как правило, ограничиваются автономным рассмотрением либо проблем интеграции, либо дезинтеграции, а вопросы их взаимодействия пока остаются слабо разработанными. Современные закономерности мировой экономической интеграции открывают большие возможности для обобщения информации и дальнейшего
продвижения в вопросах развития теории экономической интеграции.
Трудность познания типичных тенденций экономической интеграции в современном мире обусловлена многообразием конкретных форм данного процесса, а также его нарастающим динамизмом. При всем различии авторских суждений в данной области по ряду позиций достигнуто определенное единодушие мнений исследователей. Так, распространенным является представление о двух доминирующих моделях международной экономической интеграции: первая - на глобальном уровне, где основой институционализации процесса выступают ВТО, МВФ, МБРР и вторая -это множественные региональные межстрановые объединения с разной глубиной взаимодействия самих стран-участниц. В рамках этих двух моделей экономической интеграции страны-участницы получают значительные преимущества для своего экономического развития, но и одновременно, на почве конфликта интересов и обостряющейся конкуренции, возникает множество противоречий, противостояний, рисковых ситуаций.
Международная экономическая интеграция наибольшие риски несет для развивающихся и экономически отсталых стран. Для этих групп стран экономическая интеграция является, с одной стороны, жизненно важным фактором развития, но, с другой - несет им ряд разрушительных последствий - это утрата национальных ценностей и культуры, вывоз спекулятивного капитала, риск утраты политического суверенитета, снижение уровня национальной безопасности. Подобные риски и угрозы порождают стремление к поиску новых форм экономической интеграции и создают почву для дезинтеграционных процессов. Для понимания механизмов дезинтеграционных рисков важно ориентироваться на базовые положения теории рисков, основы которых раскрыты, например, в статье И.В. Бородушко [11].
Закономерности международной экономической интеграции усложняются тем, что она явно или в скрытой форме сопряжена с политическими и даже военно-политическими целями взаимодействующих стран и групп стран. При этом объективные исторически обусловленные закономерности развития мирового хозяйства и влияние субъективных факторов, взаимно пересекаясь, создают трудно предсказуемые варианты интеграционных отношений и их ускоренную нелинейную трансформацию из одной формы в другую.
В современном мире крупнейшим интеграционным блоком является Европейский союз (ЕС), устойчивость которого объективно обусловлена рядом благоприятных факторов: близость экономического уклада и социально-политического устройства, достаточно высокий уровень экономического развития, исторический опыт последовательного развития взаимодействия стран с переходом к более высокому типу интеграционной модели. В процессе
формирования ЕС имели место следующие основные этапы:
— зона свободной торговли с участием шести стран Западной Европы (60-70-е годы ХХ века);
— создание таможенного союза с расширением круга стран-участниц (70-90-е годы ХХ века);
— создание общего рынка с расширением круга стран-участниц (1990—2000-е годы);
— создание экономического союза с расширением круга стран-участниц на основе глубоких институциональных и инфраструктурных связей (с 1993 года по настоящее время).
Текущая ситуация в зоне ЕС, несмотря на умеренный экономический рост, характеризуется серьезными проблемами. Так называемый евро-скептицизм порожден определенными факторами: миграционный кризис; высокий уровень безработицы в ряде стран, особенно среди молодежи; низкий уровень прироста ВВП; значительная неравномерность по территории ЕС уровня экономических показателей и социальных условий; макроэкономические дисбалансы между государствами — членами ЕС и внутристрановые противоречия. Принятая в 2010 году стратегия «Европа 2020» направлена на обеспечение устойчивого роста путем решения основных проблем в сферах занятости, научных исследований и развития экономики, изменения климата, энергетики, образования, социального развития. По данным доклада Европейской комиссии, к настоящему времени только проблемы в области изменения климата и энергетики, а также образования решаются успешно. Но «...кризис пустил под откос прогресс в достижении других целей» [12]. Указанные проблемы Евросоюза порождают риски дезинтеграции, наиболее резко выраженные в Великобритании. На будущее ЕС могут повлиять результаты выборов 2017 года в Голландии, Франции, Германии.
Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЕС) является крупнейшим интеграционным союзом, объединяющим 21 страну (Россия, Япония, США, Китай и другие), на долю которых приходится 55 % мирового ВВП и 54 % мировой торговли. Основные особенности данного союза заключаются в том, что он имеет статус совещательного консультативного объединения, крайнюю разнородность состава стран-участниц и то, что вырабатываемые на ежегодных саммитах предложения слабо реализуются на практике. В ноябре 2017 года состоится юбилейный 25-й саммит АТЕС во Вьетнаме.
Россия является участницей ряда крупнейших международных интеграционных союзов. Кроме АТЕС, Россия — член «двадцатки», международного форума по проблемам глобальной экономики и финансов, саммит которой состоится в июле 2017 года в Гамбурге. Россия также является членом БРИКС, его саммит пройдет в сентябре 2017 года в Китае, и членом Шанхайской
организации сотрудничества (ШОС), которая проведет саммит в июне 2017 года в Казахстане.
Большое влияние на результаты интеграции России в мировое экономическое пространство имеет ее членство во Всемирной торговой организации (ВТО) и двусторонние соглашения Российской Федерации с целым рядом государств, предметом которых являются конкретные вопросы экономического взаимодействия.
Содружество независимых государств (СНГ) явилось первой интеграционной организацией на постсоветском экономическом пространстве, которая должна была обеспечивать институционно-правовую основу для организации межгосударственных отношений и некоторую нейтрализацию катастрофических последствий, вызванных распадом СССР и дезинтеграционны-ми проявлениями в экономике этих, теперь уже независимых, государств. Действующие в рамках СНГ интеграционные механизмы к настоящему времени оказались недостаточными для эффективного экономического взаимодействия государств-участников в силу определенных расхождений позиций членов СНГ и усилившегося экономического и политического давления западных стран на государства постсоветской зоны евразийского региона.
Экономическая интеграция на постсоветском пространстве представлена такими объединениями, как СНГ, Организация договора о коллективной безопасности (ОДКБ), Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС), Евразийский экономический союз (ЕАЭС), Союзное государство России и Белоруссии (СРБ), Таможенный союз (ТС).
Евразийское экономическое сообщество было учреждено в 2001 году, его членами стали Россия, Белоруссия, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан. ЕврАзЭС было создано с целью развития экономического взаимодействия, торговли, эффективного продвижения процесса формирования Таможенного союза и Единого экономического пространства, координации действий государств Сообщества при интеграции в мировую экономику и международную торговую систему. Главный вектор деятельности Сообщества — обеспечение динамичного развития его членов путем согласования социально-экономических преобразований при эффективном использовании их экономических потенциалов в интересах повышения уровня жизни народов.
Договор о создании Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС вступил в силу в июле 2010 года и действует по настоящее время. Его основные задачи — беспошлинная торговля между странами — участницами Таможенного союза (Россия, Казахстан, Белоруссия) и общая таможенная политика при торговле с третьими странами. Более детально данный вопрос раскрыт в статье Ю.А. Максимова [13].
Соглашение о формировании Евразийского экономического союза — преемника ЕврАзЭС — вступило в силу с 1 января 2015 года. Его
учредителями были Россия, Казахстан и Белоруссия, позже присоединились Армения и Кыргызстан. Созданием ЕАЭС обозначился переход на новый уровень экономической интеграции: обеспечивалось свободное перемещение между странами не только товаров, но и услуг, рабочей силы, капитала. Была обеспечена правосубъектность Союза путем учреждения его статуса в качестве юридического лица, что технически облегчило взаимодействие ЕАЭС с другими международными организациями.
Но, вместе с тем, текст Договора о ЕАЭС содержит некоторые положения, допускающие возникновение дезинтеграционных тенденций внутри Союза. Причина кроется в недостаточном объеме полномочий у рабочих органов ЕАЭС и в отсутствии в Договоре положения о приоритетном праве Союза по отношению к национальному законодательству его членов. Например, решения Высшего Евразийского экономического совета и евразийского межправительственного совета не имеют прямого действия на территории членов Союза (п. 1 ст. 6 Договора о ЕАЭС). Для вступления в силу такие решения должны быть имплемен-тированы в национальные законодательства членов ЕАЭС, но в Договоре о ЕАЭС не установлены сроки, в течение которых страны должны это осуществить (в праве Европейского союза такие сроки предусмотрены).
Еще одним примером того, что члены ЕАЭС могут отдавать приоритет своим интересам, вопреки общим целям Союза, может служить текст п. 13 и п. 30 приложения № 1 к Договору о ЕАЭС. В соответствии с данными положениями, если один из членов ЕАЭС не согласен с решением комиссии ЕАЭС, то он имеет официальное право не исполнять его и приостановить действие такого акта для остальных членов Союза.
Таким образом, правовая база ЕАЭС не обеспечивает создание наднациональных органов с их четко обозначенными компетенциями (как это имеет место в ЕС), что обусловлено спецификой позиции некоторых стран при заключении Договора о ЕАЭС.
Для современной России участие в процессах международной экономической интеграции является важной предпосылкой решения стратегических задач в области национальной экономики и оптимизации внешнеэкономических отношений. Вместе с тем, участие России в международной экономической интеграции сопряжено с рядом социально-экономических и геополитических проблем и рисков внешней и внутренней природы, требующих взвешенных решений, разумных компромиссов и эффективных превентивных мер.
Безусловно, позитивную роль в развитии интеграционных процессов в зоне ЕАЭС имеет либерализация норм российского социально-трудового законодательства в отношении мигрантов из стран - членов ЕАЭС. Так, для данной категории мигрантов существенно упрощены правила
пребывания и трудоустройства в России, они практически приравнены к гражданам РФ в праве на труд, в признании документов об образовании, в получении услуг в сфере образования, медицины, социального обеспечения.
Особое значение для России имеет ее членство и лидерство в ЕАЭС, призванном обеспечить экономическую интеграцию государств-участников через углубленное экономико-технологическое сотрудничество, расширение общего рынка, согласованную политику в области противостояния внешним экономико-политическим вызовам и внутренним социально-экономическим рискам, модернизацию экономики и создание конкурентных преимуществ на мировых рынках. Площадь государств ЕАЭС равна 20,3 млн кв. км, что составляет 13,6 % площади всех стран мира. На территории ЕАЭС проживает 182 млн человек - это 2,6 % от численности населения планеты. Евразийский экономический союз формирует порядка 4 % мирового ВВП, что составляет 1 587 млрд долларов США. Доля России в общем объеме ВВП ЕАЭС составила за первое полугодие 2015 года - 84 %, а в первом полугодии 2016 года - 87 % [14].
Быстро меняющаяся геополитическая и геоэкономическая обстановка в разных регионах мира существенно влияет на международную интеграционную динамику и на развитие стран ЕАЭС. Интеграционные процессы на экономическом пространстве ЕАЭС за истекший двухлетний период действия Договора о ЕАЭС (2015-2016) определялись как внутренними факторами и условиями социально-экономического развития, так и особенностями состояния мировой экономики, шоковыми потрясениями системы и вызовами, формируемыми геополитической средой.
В связи с кризисом и ростом напряженности глобальные тенденции на мировом экономическом пространстве в течение 2015 и 2016 годов были далеко не самыми благоприятными для развития экономики: сокращались доходы населения, предприятий, государственных бюджетов, снижалась инвестиционная активность, замедлялся спрос на внутренних и внешних рынках, падали мировые цены на сырьевые товары. Для бизнеса повышались риски неопределенности - снижалась устойчивость национальных валют и нарастали кризисные явления на финансовых рынках.
Экономики стран ЕАЭС отличаются повышенной уязвимостью к указанным глобальным риск-факторам в силу преимущественно сырьевой ориентации производственного сектора и незавершенности процесса становления рыночных отношений. По оценке ЕЭК, основными глобальными рисками для экономического развития государств - членов ЕАЭС на среднесрочную перспективу являются [15, с. 7]:
- замедление роста мировой экономики и мировой торговли;
- укрепление доллара США;
— ужесточение условий финансирования на мировых рынках капитала;
— повышение валютных и кредитных рисков в банковской системе и снижение финансовой устойчивости;
— усиление оттока капитала из стран ЕАЭС;
— сохранение низких цен на сырьевые товары;
— нарастание региональной геополитической напряженности;
— ухудшение ситуации в реальном секторе, рост безработицы, повышение социальной напряженности;
— снижение потенциального роста экономик государств — членов ЕАЭС в связи с существующими структурными ограничениями возможностей роста.
Органами ЕАЭС определены ключевые направления противодействия указанным глобальным рискам:
1) повышение гибкости обменного курса национальных валют и эффективности денежно-кредитной политики;
2) улучшение механизмов управления государственным долгом и обеспечения финансовой устойчивости;
3) улучшение инвестиционного климата;
4) активизация проведения структурных реформ;
5) активизация взаимной торговли и расширение использования национальных валют в расчетах;
6) углубление координации макроэкономической политики, поддержка приоритетных отраслей экономики и диверсификации рынков сбыта.
Основным инструментом для оценки реальных трендов экономической интеграции в пределах как всего ЕАЭС, так и каждой из участвующих стран, является база статистических данных
[13; 15], формируемая Евразийской экономической комиссией (ЕЭК).
В таблице представлены данные мониторинга динамики основных макроэкономических показателей ЕАЭС за 2015 год и первое полугодие 2016 года. Из этих данных следуют два главных вывода: первый — негативная динамика процессов в мировой экономике и политике имела отрицательные последствия также и для стран ЕАЭС и второй — несмотря на сохранение неблагоприятного воздействия внешних политико-экономических факторов, уже в 2016 году по всем макроэкономическим показателям, по сравнению с предыдущим годом, наметились позитивные тенденции.
Важнейшим компонентом интеграционных процессов в ЕАЭС и, одновременно, индикатором их результативности выступают отношения в сфере взаимной торговли. Статистические данные свидетельствуют о позитивной направленности процессов в данной сфере. В первом полугодии
2015 года удельный вес взаимной торговли в общем объеме внешней торговли по ЕАЭС составил 13,6 %, в 2016 году за аналогичный период данный показатель увеличился до 14 %. В первом полугодии
2016 года величина этого показателя (в %) составила: по Республике Армения — 27,9, по Республике Беларусь — 52,0, по Казахстану — 21,1, по Российской Федерации — 8,5, по Республике Кыргызстан — 33,4.
Одной из проблем во взаимной торговле стран ЕАЭС является диспропорция структуры товарных потоков, обусловленная особенностями отраслевой специализации национальных экономик и сложившимися кооперационными связями. Актуальной задачей оптимизации торгово-экономических отношений в ЕАЭС является выработка
Таблица
Показатели социально-экономического развития ЕАЭС в 2015 и 2016 годах, среднегодовые темпы роста, %
№ п/п Показатели 2015 год январь-декабрь 2016 год январь-сентябрь (в годовом исчислении)
1. Физический объем ВВП 96,9 99,3
2. Физический объем промышленного производства 96,6 100,9
3. Физический объем продукции сельского хозяйства 102,9 104,5
4. Индекс потребительских цен 114,1 112,4
5. Инвестиции в основной капитал 92,7 97,7
6. Экспорт товаров в третьи страны 67,3 82,5*
7. Импорт товаров из третьих стран 64,7 98,0*
8. Взаимная торговля товарами в ЕАЭС 74,7 93,3*
* Данные за весь 2016 год
эффективных механизмов по устранению действующих препятствий во взаимной торговле.
Таким образом, первые итоги развития интеграционных процессов в рамках ЕАЭС показывают, что, несмотря на сохраняющуюся сложность и напряженность глобальных мирохозяйственных отношений, данный союз способен успешно решать намеченные задачи.
Библиографический список:
1. Обуховский В.В. Теории международной экономической интеграции // Экономика XXI века. 2007. № 1. С. 27-46.
2. Ушкалова Д.И., Головнин М.Ю. Теоретические подходы к исследованию международной экономической интеграции. М. Институт экономики РАН. 2011. URL: https://inecon.org/images/stories/nauchnaya-jizn/ konverensii/Ushkalova_Golovnin.pdf (дата обращения: 20.12.2016).
3. Позиционирование региона в системе новых форматов международной экономической интеграции. Монография / под ред. Е.Л. Андреевой, А.Г. Шеломен-цева. Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2016.
4. Воронина Т.В. Международная экономическая интеграция: императивы, противоречия, тенденции: Автореф. дис. ... д.э.н. Ростов-н/Д, 2013. URL: http:// www.ceninauku.ru/page_30810.ht (дата обращения: 20.12.2016).
5. Мировой опыт согласования экономических интересов стран - участниц региональной экономической интеграции. Монография / под ред. А.И. Татарки-на. Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2015.
6. Лихачев М.О. Кризис современной модели глобализации и роста мировой экономики // Интернет-журнал «Науковедение» 2016. Т. 8, № 2. URL: http://naukovedenie.ru/index.php?p=vol8-2-economics-management (дата обращения: 20.12.2016).
7. Гамидуллаев С.Н., Кочергина Т.Е. Импортозамеще-ние в системе обеспечения экономической безопасности // Вестник Российской таможенной академии. 2012. № 2. С. 5-11.
8. Кулик Ю.П. К вопросу о современных процессах интеграции и дезинтеграции мировой экономики // Социально-экономические явления и процессы 2015. № 9. С. 93-97.
9. Бабанов А.Б., Зунде В.В. Региональная экономическая интеграция в системе глобального хозяйства XXI века // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. 2016. № 2. С. 132-138.
10. Либман А.М., Хейфец Б.А. Модели экономической дезинтеграции. Интеграция и дезинтеграция // Евразийская экономическая интеграция. 2011. № 2. С. 4-18.
11. Бородушко И.В. Исследование проблем национальной безопасности с позиций теории рисков // Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета. 2013. № 3. С. 57-64.
12. Ежегодный обзор экономического роста 2016. Доклад Европейской Комиссии. URL: http://www.spbstu.ru/ upload/inter/annual_review_economic_growth_2016. pdf (дата обращения: 20.12.2016).
13. Максимов Ю.А. Правовые и организационные особенности развития таможенного союза // Хозяйство и право. 2011. № 3. С. 86-89.
14. Евразийский экономический союз в цифрах. Статистический ежегодник. Евразийская экономическая комиссия. М., 2016. 412 с.
15. Годовой доклад за 2015 год. Об итогах и перспективах социально-экономического развития государств - членов Евразийского экономического союза и мерах, предпринятых государствами-членами в области макроэкономической политики. М.: ЕЭК, 2016.
16. Евразийская экономическая комиссия. Аналитический обзор. 2016. URL: http://www.eurasiancommission. org/ru/nae/news/Pages/10-08-2016-2.aspx (дата обращения: 20.12.2016).