DOI 10.24412/2227-7315-2024-2-61-66 УДК 340.114.3
О. В. Пискунова
РЕГУЛЯТИВНАЯ ФУНКЦИЯ
КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩАЯ ФУНКЦИЯ ПРАВОВЫХ НОРМ
Введение: в статье рассмотрены теоретико-правовые и практические аспекты регулятивной функции как системообразующей функции правовых норм, раскрыта ее природа и виды. Анализируются общетеоретические подходы относительно градации специальных функций правовых норм на регулятивные и охранительные. Цель — теоретически обосновать системообразующую природу регулятивной функции правовых норм. Методологическая основа: общенаучные и специально-юридические методы познания: системный, функциональный, анализ, синтез, формально-юридический, позволившие рассмотреть содержание и виды регулятивной функции как системообразующей функции правовых норм. Результаты: аргументирована позиция автора об аккумулирующей роли регулятивной функции в системе функций правовых норм. Выводы: установлено, что регулятивная функция — внутренне присущее любой правовой норме свойство, выполняющее правоста-билизирующую роль в социальных отношениях, служащее их организованности.
Ключевые слова: функции, норма права, правовое регулирование, охрана, стимулы, ограничения.
O. V. Piskunova
THE REGULATORY FUNCTION
AS A SYSTEM-FORMING FUNCTION OF LEGAL NORM
Background: the article examines the theoretical, legal and practical aspects of the regulatory function as a system-forming function of legal norms, reveals its nature and types. On the basis of general theoretical approaches, different points of view are analyzed regarding the gradation of special functions of legal norms into regulatory and protective ones. Objective — theoretically substantiate the system-forming nature of the regulatory function of legal norms. Methodology: the study used general scientific and special legal methods of cognition: systemic, functional, analysis, synthesis, formal legal, which allowed the author to consider the content and types of regulatory function as a system-forming function of legal norms. Results: the author's position on the accumulating role of the regulatory function in the system of functions of legal norms is argued. Conclusions: it is established that the regulatory function is an intrinsic property of any legal norm that performs a rightstabilizing role in social relations, serving their organization.
Keywords: functions, rule of law, legal regulation, protection, incentives, restrictions.
Динамика общественных отношений, являющаяся следствием внешнеполитических, социально-экономических преобразований, увеличение числа
© Пискунова Ольга Владимировна, 2024
Кандидат юридических наук, доцент кафедры теории государства и права (Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: opickunova@mail.ru © Piskunova Olga Vladimirovna, 2024
Candidate of Law, Associate Professor of the Department of Theory of State and Law (Saratov State Law Academy) 61
социальных взаимосвязей и социальной активности, предъявляет все более повышенные требования к средствам упорядочения социальных процессов, правовым регуляторам. Правовые нормы — действенный управленческий инструмент, способный реализовывать множество социальных миссий. Воздействие норм на общественные отношения проявляется в функциях, в которых наиболее зримо выражается их сущность, содержание, назначение. Системообразующей функцией, прямо следующей из социального назначения нормы, признается регулятивная функция, обеспечивающая упорядоченность общественных отношений, их стабильность. Ее природа в организующей способности нормы быть центральным звеном всей системы права, отражать внутренние связи норм и обеспечивать ее единство и сбалансированность [1, с. 57-58]. Без ее осуществления, которое возможно как посредством активного, так и пассивного поведения участников правоотношений, правовые нормы теряют свой смысл и назначение, становятся бесполезным инструментом, не способным решать стоящие перед ним задачи и достигать поставленные цели.
Некоторые вопросы функциональной характеристики правовых норм были предметом изучения и нашли отражение в работах таких ученых-правоведов и практиков, как А. И. Абрамов, С. С. Алексеев, М. И. Байтин, Д. А. Керимов, Ю. В. Кудрявцев, В. В. Лазарев, Т. Н. Радько, И. Н. Сенякин, Ю. А. Тихомиров, А. Ф. Черданцев и др. Анализ данных трудов, позволил сформулировать ряд теоретических выводов и предложений относительно природы регулятивной функции правовых норм.
Функциональная специфика, раскрывающая динамическую природу право° вых норм, их социальное назначение и качественные характеристики, непосред-й ственно выражает их сущность. Познание функциональных аспектов государ™ ственно-правовых явлений не обходит стороной ни один теоретик. Функции ? правовых норм — основные, обусловленные задачами и целями направления | воздействия, устойчивые взаимосвязи норм, в которых раскрывается их юри-| дическая природа.
0 Все правовые нормы в механизме правового регулирования осуществляют | регулятивную функцию в той или иной мере, в частности и принятые в целях
1 охраны общественных отношений. Фактическое регулирование вне механиз->1 мов охраны невозможно — это две стороны одной медали. Если государство | обращает внимание на определенную сферу социальных отношений, придавая I им правовой окрас, то вместе с этим оно и охраняет их. Правовое регулирование | будет лишено эффективности, если не будет иметь подкрепления механизмами >§ охраны.
| Регламентация общественных отношений и установление мер принуждения
Л в случае нарушения нормы способствует выработке законопослушного поведе-! ния. Неразумно отрицать регулятивное значение, например, норм администра-§ тивного или уголовного права. Анализ положений уголовного законодательства демонстрирует, что большинство из них одновременно и регулирует, и охраняет. Соответственно, следование уголовно-правовым установлениям свидетельствует об осуществлении регулятивной функции, а нарушение норм — охранительной. Так, ст. 117 Уголовного кодекса РФ регламентирует ответственность за «причинение физических или психических страданий путем систематического 62 нанесения побоев либо иными насильственными действиями». Далее в санкции
этой же статьи устанавливается наказание в виде ограничения свободы на срок до трех лет либо принудительных работ на срок до трех лет или лишения свободы на тот же срок1. Таким образом, субъект, воздержавшись от совершения подобных действий, к ответственности привлекаться не будет.
Подобный подход не является новаторским. В юридической литературе советского периода отмечалось, что «правосознание, правовые нормы и правоотношения служат лишь неким внешним проявлением права, сущность которого состоит в охраняемом государственной властью порядке общественных отношений» [2, с. 52]. В таком контексте можно утверждать, что регулирование общественной жизни неотделимо от ее охраны.
Вопросы самостоятельности охранительной функции правовых норм несколько десятилетий являются предметом научных дискуссий. Не все исследователи причисляют ее к таковым. Так, С. С. Алексеев рассматривает ее как дополнение к статической и динамической, отмечая, что «она проявляется постольку — поскольку нарушается право. Иными словами, она выступает в качестве функции, подкрепляющей и дополняющей действие основных» [3, с. 66].
Ф. Н. Фаткуллин охранительную функцию относит к подвиду регулятивной [4, с. 206]. Схожей точки зрения, придерживался М.И.Байтин, обозначающий ее чаще «регулятивно-охранительной», относя тем самым к подвиду регулятивной функции [5, с. 13].
Л. С. Явич считал, что регулирование при помощи правовых норм «заключается не только в известном направлении развития общественных отношений, но и в охране существующих общественных отношений, в создании условий для возникновения новых отношений, которые соответствуют потребностям существующего способа производства, в установлении преград общественным отношениям, противоречащим экономическому и политическому господству правящего класса народа» [6, с. 27-28].
Т. Н. Радько полагает, что «не стоит смущаться наличием охранительных свойств в регулятивной функции и регулятивных в охранительной (их никто не отрицает, как нельзя отрицать двуединое назначение права в обществе — это регулировать и охранять общественные отношения), а нужно выяснить эти свойства, объяснять их значение, взаимосвязь, отличие, искать пути совершенствования и повышения эффективности» [7, с. 52].
Подобные утверждения о способности нормы регулировать охраняя и охранять регулируя все чаще приводят к встречающейся в общей теории права концепции об условности деления специальных функций правовых норм на регулятивные и охранительные с вычленением главной, системообразующей функции — регулятивной, «срезами» которой является статика, динамика и охрана.
Установив, что каждая правовая норма вне целевой направленности осуществляет регулятивную функцию, следует остановиться на рассмотрении двух ее взаимосвязанных сторон — статической и динамической.
Наличие статической составляющей регулятивной функции норм права обусловлено не только внешними факторами, но и внутренними ресурсами государства. Это свидетельство успешного предшествующего развития. Она
1 См.: Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3 (в ред. от 6 апреля 2024 г.) // СЗ РФ. 1996. № 25, ст. 2954; 2024. № 15, ст. 1972.
направлена на закрепление в соответствующих нормах того, что реально достигнуто и отвечает политическому, экономическому, нравственно-культурному фундаменту общества и государства. В частности, содержанием данной функции охватывается закрепление основ конституционного строя, народовластия, форм собственности, правового статуса граждан, форм правления, государственного устройства и политического режима [5, с. 13]. Ярко данный срез регулятивной функции правовых норм проявляется в конституционном праве. Постепенно накапливающиеся в социуме изменения в итоге приводят к необходимости внесения корректив в действующие акты, изменения вектора развития действующего законодательства.
Динамическая составляющая регулятивной функции отражает развитие, изменение, совершенствование существующих социальных отношений и появление новых. Сложно определить отрасль права, структурные элементы которой не были бы подвержены изменениям и не отражали динамику правового регулирования. Норма только тогда будет действенной, ориентирующей субъекта на должный вариант поведения и воздерживающей от нежелательных поступков, когда будет отвечать реально сложившимся в социуме отношениям, связям, будет отражением принципов и ценностей.
Процесс движения демонстрирует совершенствование правовых норм, сознательное стремление законодателя наиболее целесообразно преобразить их, приспособить к разрешению проблемных ситуаций динамично развивающегося общества. В этом основное назначение правовых норм, их социальная и инструментальная ценность. По справедливому утверждению И. Л. Петрухина, «ценность нормы есть ее соответствие действительным потребностям общества, способность отражать и развивать прогрессивные общественные тенденции» [8, с. 170]. И. Н. Сенякин отмечал, что «суть социальной ценности любого нормативного предписания проявляется в его способности объективно отражать процессы общественного развития, его классовую направленность» [9, с. 79].
В динамическом аспекте регулирования целесообразно выделить две подфункции — ограничительную и стимулирующую.
Ограничительная подфункция правовых норм проявляется в установке обязанности, адресованной субъектам правоотношений, совершить определенные действия или запрета их совершения в целях недопущения ущемления интересов иных лиц, социальных групп, общества в целом. Это своеобразное сужение объема возможностей субъекта до «предельного» состояния.
Конституция Российской Федерации, гарантируя права и свободы человека и гражданина в соответствии с принципами и нормами международного права, вместе с тем регламентирует и обязанность их реализации без нарушения прав и свобод других лиц, то есть определяет соответствующие ограничения (ст. 17)1.
Схожая норма содержится и в ст. 13 Основного Закона, согласно которой разрешается «идеологическое, политическое многообразие, многопартийность», одновременно запрещается «создание общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв
1 См.: Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. (с изм. от 1 июля 2020 г.) // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: 64 http://www.pravo.gov.ru (дата обращения: 14.04.2024).
безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни»1.
Таким образом, исследуемая подфункция, несмотря на классически предписываемую ей негативную природу, в результате приводит к положительным последствиям, выступая средством обеспечения стабильности и правопорядка в обществе.
Стимулирующая подфункция правовых норм выражается в воздействии на волю и сознание людей в целях формирования установки правомерного поведения, исключающего всякое нарушение правопорядка. Содержание ее консолидирует в себе как нормы, сдерживающие субъектов от совершения запрещенных деяний, так и нормы, побуждающие к определенной правовой активности посредством предоставления прав на совершение социально полезных действий. Так, налоговым законодательством регламентируются налоговые вычеты с суммы, уплаченной за приобретение недвижимости, за обучение в образовательных учреждениях, за лечение в медицинских учреждениях и т.д., что стимулирует граждан к получению образования, улучшению жилищных условий и т.д.
Регулятивная функция правовых норм — внутренне присущее любой норме свойство. Это стержень, фундамент всех функций, это та основа, вне которой остальные функции норм права лишаются своих качественных черт. С ее помощью происходит упорядочение общественных отношений, укрепление основ теории прав человека, свободы и равенства. По справедливому утверждению А. С. Палазяна, именно регулятивная (упорядочивающая) функция является системообразующей, отражающей главное предназначение правовых норм, независимо от формы, исторической ситуации, культурного своеобразия [10, с. 52].
Библиографический список
1. Абрамов А. И. Теоретические и практические проблемы реализации функций права. Самара: Офорт, 2008. 318 с.
2. МиколенкоЯ. Ф. Право и формы его проявления // Советское государство и право. 1965. № 7. С. 47-54.
3. Алексеев С. С. Общая теория социалистического права. Вып. 1. Свердловск, 1963. 370 с.
4. Фаткуллин Ф. Н. Проблемы теории права и государства. Казань, 1987. 336 с.
5. Байтин М.И. О принципах и функциях права: новые моменты // Правоведение. 2000. № 3. С. 4-16.
6. Явич Л. С. Проблемы правового регулирования советских общественных отношений. М., 1961. 172 с.
7. Радько Т. Н., Толстик В. А. Функции права. Н. Новгород: Нижегор. высшая школа МВД России, 1995. 106 с.
8. Петрухин И. Л., Батуров Г. П., Моршакова Т. Г. Теоретические основы эффективности правосудия. М., 1979. 392 с.
9. Сенякин И. Н. Ценностная характеристика специальных норм советского права // XXVI съезд КПСС и актуальные проблемы советской юридической науки и практики. Саратов, 1982. 175 с.
10. Палазян А. С. Принципы систематизации функций права // Юридический мир. 2009. № 2. С. 51-55.
1 См.: Конституция Российской Федерации.
65
References
1. Abramov A. I. Theoretical and Practical Problems of the Implementation of the Functions of Law. Samara: Ofort, 2008. 318 p.
2. Mikolenko Ya. F. Law and Forms of Its Manifestation // The Soviet State and Law. 1965. No. 7. P. 47-54.
3. AlekseevS. S. General Theory of Socialist Law. Issue 1. Sverdlovsk, 1963. 370 p.
4. Fatkullin F.N. Problems of the Theory of Law and the State. Kazan, 1987. 336 p.
5. Baitin M. I. On the Principles and Functions of Law: New Moments // Law Studies. 2000. No. 3. P. 4-16.
6. Yavich L. S. Problems of Legal Regulation of Soviet Public Relations. M., 1961. 172 p.
7. Radko T.N., TolstikV.A. Functions of Law. Nizhny Novgorod: Nizhny Novgorod Higher School of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation, 1995. 106 p.
8. Petrukhin I. L., Baturov G. P., Morshakova T. G. Theoretical Foundations of the Effectiveness of Justice. M., 1979. 392 p.
9. Senyakin I. N. Value Characteristics of Special Norms of Soviet Law // XXVI Congress of the CPSU and Actual Problems of Soviet Legal Science and Practice. Saratov. 1982. 175 p.
10. Palazyan A. S. Principles of Systematization of the Functions of Law // Legal World. 2009. No. 2. P. 51-55.