В. А. Мединцев
Редукция как методологический инструмент интеграции в психологии
Сведения об авторе
Аннотация. Редукционизм как течение мысли в философии науки конкретизирован в ряде теоретических дискурсов и методологических инструментах исследований, в том числе, в психологии. Исходные положения редукционизма во многом совпадают с аргументацией интеграции в психологии, а инструменты теоретической редукции в неотрефлекси-рованном виде широко используют авторы интегративных психологических подходов. В статье показано использование психологами эпистемологической и онтологической редукции, а также их сочетания, которое оценено как логически сомнительное и как источник методологических недоразумений. Показано, что дескриптивные подходы построены на сочетании эпистемологической и онтологической редукции, тогда как прескриптивне интегративные подходы заключают в себе исключительно процедуры эпистемологической редукции, поэтому теоретические модели прескриптивной интеграции в большей степени обладают внутренним совершенством. Отмечено, что современные актуализации теории операционализма содержательно близки целям и методологии как интеграции, так и редукции, что является предпосылкой возможного в будущем их концептуального слияния.
Ключевые слова: интеграция, редукционизм, эпистемологическая и онтологическая редукция, операционализм.
Цитирование: Мединцев В. А. Редукция как методологический инструмент интеграции в психологии. Теоретичш дотдження у психологи: монографiчна серя. Сост. В.О. Медшцев. Том 16. 2022. С. 54-67. аок 10.24412/2616-6860-2022-2-54-67.
Теоретическая редукция и редукционизм
Начну с типичного энциклопедического определения: «РЕДУКЦИЯ 1) (от лат. reducere - приводить обратно, возвращать) - исследовательский приём, обеспечивающий сведение (преобразование) данных, сущностей, задач, понятий, предложений, методов рассуждения и доказательства и т.д. к чему-то более простому и легче поддающемуся точному анализу» [15]. Далее обычно описывают основные модели теоретической редукции, разработанные логическими эмпириками (Р. Карнап, О. Нейрат, Э. Нагель, К. Гем-пель, Дж. Кемени, П. Оппенгейм), и уже на этом этапе появляются расхождения в трактовках одного и того же философского материала. В частности, одни рассматривают два вида редукции - гомогенную и гетерогенную [15]. Другие - три вида: трансляционную, выведения законов и объясняющую [12]. Причём, как указывает автор, последние модели редукции являются не конкурирующими, а комплементарными - они служат объединению и унификации научного знания, указывают на достаточность и полноту одной теории.
Представляет особый интерес современные концепции теоретической редукции, в которых она пред-
ставлена наиболее полно и логически чётко классифицирована. В частности, Д.П. Суровягин [14] приводит формализованную трактовку редукции, которую рассматривают в научной и философской литературе. По его мнению, выражение «X редуцируется к Y» может означать:
(a) «X определяется через Y», где X - дескриптивный термин языка, а Y - некоторый предикат того же языка;
(b) «Х объясняется через (выводится из) Y», где X и Y - некоторые научные гипотезы или теории;
(c) «X детерминируется (каузально зависит от) Y», где X и Y - некоторые наблюдаемые процессы или события;
является условием существования (онтологически первично по отношению к) X», где X и Y - любые сущности;
(е) «X является составной частью (подмножеством) Y», где X и Y - некоторые множества уникальных элементов;
(1) «X является упрощением (аппроксимацией) Y», где X и Y могут быть математическими моделями или компьютерными системами.
В этой классификации проведено различение эпистемологической Ь) и онтологической редукции (^ ф, а типы (е, $) представляют собой формой математического преобразования. При эпистемологической редукции изучение вопросов определимости терминов или переводимости теорий не требует онтологических убеждений, поскольку речь идёт только о синтаксисе и семантике языка - поэтому эпистемологическую редукцию можно исследовать методами формально-логического и философского анализа. Примечательно, что автор классификации видит главный потенциал методологии эпистемологической редукции в интеграции знаний: «Сведение термина посредством цепочки определений к некоторым предикатам базового (для выбранной лингвистической системы) уровня является той исходной возможностью, которая вдохновляет редукционистов на величественные проекты генерализации научного знания» [14, с. 132]. Как известно, главный редукционистский тезис Р. Рорти заключается в том, что возможно сконструировать язык, который послужит матрицей для фиксации всех возможных результатов эмпирического исследования [19]. В наиболее популярной среди исследователей, в различных научных дисциплинах, трактовке редукция - это сведение сложного к
простому. Критики этой версии редукционизма опираются на утверждение о том, что «целое больше суммы его частей» (логическую уязвимость этого утверждения, на мой взгляд убедительно, показал, И.В. Блауберг [6]). Современные критики редукции подразумевают то же самое, рассуждая об эмерджентности свойств системы. Но более тщательный анализ идеи эмерджентности показывает, что за ней стоит скорее философская, чем теоретическая проблема [14]. То есть идея эмерджентности возникает вследствие запутанности языка и может быть устранена путём прояснения значения составляющих её терминов. В частности, эмерджентность - это не абсолютная, а относительная характеристика свойства предмета, возникающая при пропуске одного или нескольких уровней в последовательной цепочке объяснений (подробнее см. там же). Проще говоря, если части получены путём их выделения на основе чёткого критерия, то в теоретическом дискурсе целое будет представлено структурой его компонентов. В системных подходах, которые в явной или неявной форме остаются методологической основой научного знания, исходят именно из такой трактовки целого. Другое дело, что теоретическая модель некого феномена всегда несовершенна, но она может быть улучшена или заменена более подходящей. Что и происходит в науке и основанных на
её результатах практиках. То есть речь идёт о своего рода системологической редукции. Добавлю, что все математические модели, описывающие различные феномены мира, являются редукционными, что не мешает их успешно использовать почти во всех науках и практиках.
Помимо философской программы редукционизма редукция как эпистемологическая операция давно и широко используют в науке вообще и в психологии, в частности. Таким образом, при всех существующих разночтениях редукции и редукционизма, я поддерживаю позицию, согласно которой накопленный опыт и мате-
Редукция в дескриптивных
В «коммуникативной методологии» В.А. Мазил ова смоделированы этапы формирования и проверки теории, но не показаны методологические инструменты, которые использует теоретик. В комментариях сказано, что, как предполагает автор подхода, все психологические теории по содержанию не противоречат друг другу, и что путём методологического анализа можно установить связи между ними и таким образом выстроить единую теорию психики. Тогда по результатам ме-
риал по изучению особенностей форм и применения редукции, концепции редукционизма недостаточно используются философами науки и эпистемологами, несмотря на то что сами процедуры редукции-деривации по-прежнему широко применяются - чаще всего в неотрефлексированном виде (см. соотв. статью в [13]).
В подходах, явно или неявно ориентированных на интеграцию психологического знания, использованы различные методологические инструменты редукции. Далее я покажу, какие виды редукции используют разработчики интегративных подходов, а для анализа воспользуюсь приведённой выше формализованной систематизацией типов редукции.
интегративных подходах
тодологического анализа существующих психологических теорий станет возможным провести их теоретическую интеграцию путём (по [8]):
1. Формулирования общей теории того же уровня, обобщающей результаты других исследований.
2. Формулирования теории более высокого уровня.
3. Использования комплексного подхода.
4. Использования системного подхода.
5. Использования новых подходов (например, си-нергетического).
То есть предложено провести методологический анализ высказываний, составляющих психологические теории, и по его результатам осуществить интеграцию на том или ином масштабном уровне описание предмета психологического исследования.
Путь (1) мне представляется реализацией эпистемологической редукции через упрощение (редукция типа Г). То есть единичное множество (X) новой теории может быть получено редукцией неединичного множества результатов других исследований (У) через обобщение и сокращение дублирующих компонентов. При варианте (2) множество теорий одного уровня (X) редуцируется в единичное множество теории более высокого уровня (У), становясь его подмножествами. То есть происходит редукция типа (Г).
Что касается пути (3), то, «системный подход» в широком его толковании может быть рассмотрен как родовое понятие для различных видов представления структур научного знания и описываемой в нём феноменологии. А значит, любая концепция, теория и методология интеграции в психологии в той или иной мере является системной. В любой версии системного подхода осуществляется эпистемологическая редукция
известной феноменологии к теоретической модели для её концептуализации, то есть редукции типов (а, Ь, е, Г).
Путь (4) интеграции представляется в принципе противоречащим теоретической интеграции. Комплексным подходом называют изучение некоторого предмета исследования при помощи различных, теоретически не связанных между собой методов, в том числе из смежных дисциплин. Полагаю, именно так и происходило в психологии на всех этапах развития этой науки, поэтому «комплексный подход» - это по сути и есть методология психологии, как она сложилась на сегодня. И именно теоретико-методологическая несогласованность составляющих такого подхода противоречит идеям интеграции психологического знания и принципиально не приемлема в качестве интегратив-ной методологии;
Под использованием «новых подходов» (5), как можно понять, авторы подразумевают такой вид подхода (2), в котором более общей является теория, разработанная в естественных науках. В качестве примера указан синергетический подход - описание закономерностей процессов самоорганизации нелинейных сред. Опыт использования именно этого подхода в гуманитарных науках довольно богат - есть исследования в психологии, языкознании, педагогике, политологии и
др. Однако среди них трудно найти такие, в которых бы синергетический подход был использован как инструмент внутри- и/или междисциплинарной интеграции, так как в каждой дисциплине его развивают как рядопо-ложенный другим теоретическим моделям. Заметной особенностью применения синергетического подхода гуманитариями является использование ими преимущественно общих положений подхода в их разнообразных метафорических интерпретациях, что приводит к существенным разночтениям и трактовкам как выстраиваемой методологии, так и полученных на её основе результатов. Но в целом в этом направлении интеграции по сути речь идёт о типах эпистемологической редукции (а, Ь, е, 1).
В Методологии интегрального синтеза (МИС, В.Н. Панфёров) предложена интеграция в виде систематизации разноуровневых теорий психики в координатах шести психологических парадигм. Правда в современной психологии, понятием «парадигма» определяют скорее уровень описания того, что называют психологической реальностью, чем определённую теоретико-методологическую модель для её описания. К тому же автор подхода не показывает, предусмотрена ли интеграция теорий в рамках описываемых «парадигм», а также то, какими инструментами должны быть установлены
связи между свойствами, сгруппированными вокруг этих «парадигм». Полагаю, что речь идёт о выстраивании многомерной системы представления данных, используемой в математическом моделировании и в последние десятилетия реализованной в компьютерных программах, т.е. неявно предложена редукция типов (e, f).
Объединённый психологический бихевиоризм (Unified Psychological Behaviorism, A. W. Staats, см. [20; 22] и др.) по содержанию выходит за рамки психологической науки и предмета её исследования, поскольку, по утверждению автора, основан на созданной им философии объединённого позитивизма [21]. Предполагается, что многоуровневая концепция областей психологии и построенная на этой философской основе многоуровневая теория психологического поведения может рассматриваться как объединяющая теория. Эта теория, как сказано, сплетает воедино последовательную, принципиальную теорию, которая является логической и эвристической, хотя она намного сложнее, чем может быть представлена в формальной логике и математике. Автор подчёркивает, что эта теория не является аксиоматизированной, но она следует логической, тщательно аргументированной конструкции. В целом программу
поведенческой психологии предложено рассматривать как программу построения «теории наведения мостов».
При изучении публикаций с изложением этого подхода, я пришёл к выводу, что эта теория действительно не только не аксиоматизирована - выявить манифестируемую логическую, тщательно аргументированную конструкцию мне так и не удалось. Ссылка A. W. Staats на то, что его теория намного сложнее, чем может быть представлена в формальной логике и математике, не оправдывает крайне путанного изложения подхода. Думаю, оно и стало по крайней мере одной из причин неприятия психологами этого большого труда. Тем не менее, элементы редукции в этом подходе, конечно, есть - как в любой систематизации, в нём использована редукция типов (e, f). Но есть и остальные типы редукции, причём как эпистемологической (a, b), так и онтологической (c, d). Однако объяснения той или иной феноменологии, которые приводит автор, явно сочетают в себе эпистемологическую и онтологическую редукцию, что является типичной ошибкой, в частности, в психологических дискурсах (напомню, я разделяю логику рассуждений, в которой сочетание этих типов редукции является методологической ошибкой [14]).
Новая единая теория психологии (A New Unified Theory of Psychology), по утверждению её автора
G. Henriques, объединяет разрозненные человеческие знания в одну теорию и показывает, как и почему психология связана с естественными, социальными и гуманитарными науками (см. [18] и др.). Эта теория, утверждает автор, состоит из взаимосвязанных идей, что позволяет увидеть, как можно чётко определить психологию по отношению к биологии снизу и социальным наукам сверху. Этот подход состоит из трёх теорий.
Теория поведенческих инвестиций (Behavioral Investment Theory) заключается в шести принципах, в них утвердившиеся в мейнстримах биологии, физиологии и психологии положения трактованы с терминах бихевиоризма. То есть реализована эпистемологическая редукция типов (a, b) - одних высказываний к другим.
В Матрице влияния (The Influence Matrix) принципы теории поведенческих инвестиций применены к предметной области человеческой социальной мотивации и эмоций и представлены в декартовой системе координат (которую действительно можно рассматривать как трёхмерную матрицу). На первый взгляд в данном случае использована эпистемологическая редукция -элементы понятийных систем биологии, физиологии и психологии посредством утверждений представлены в
их взаимосвязи путём расположения в математической системе координат. Однако в аргументации этих операций смешаны типы эпистемологической и онтологической редукции, что, как уже было отмечено, является методологической некорректностью. То есть можно констатировать использование всех шести видов редукции (см. выше).
Сходная методология использована и для аргументации Гипотезы оправдания (The Justification Hypothesis), в основу которой положена идея об отношениях между языком, человеческим самосознанием и эволюцией культуры, при этом человеческое самосознание и культура интерпретированы как системы оправдания. Системы оправдания - это взаимосвязанные сети основанных на языке убеждений и ценностей, функционирующих для легитимации определённой версии реальности или мировоззрения. По утверждению автора, гипотеза (1) предлагает чёткую формулировку эволюционных изменений в сознании, которые породили человеческую культуру; (2) предлагает теорию человеческого самосознания, которая связывает человеческий психологический с социологическим уровнями анализа; (3) объединяет широкий спектр различных
теоретических точек зрения (например, психодинамическую теорию, социальную когнитивную теорию, социологию повседневной жизни) в единое целое; (4) организует и объясняет обширные области эмпирических данных; и (5) предлагает основу объяснения, которая согласуется с рамками социальных наук. В обосновании всех положений этой гипотезы использовано сочетание эпистемологической и онтологической редукции, причём понятия системы и сети в данном дискурсе метафоричны - они не наполнены системологическим содержанием.
В Системе Дерево знаний (The Tree of Knowledge System) та же методологическая картина произвольного сочетания эпистемологической и онтологической редукции. В частности, есть элементы перевода гуманитарных понятий на язык системного представления в некотором n-мерном пространстве (эпистемологическая редукция) и аргументация такого представления через онтологическое редуцирование феноменов.
Таким образом, и в этом интегративном подходе неявно использована теоретическая редукция, причём в её наименее продуктивном варианте.
Редукция в прескриптивных интегративных подходах
Из анализа развития естествознания, как я отметил в другой работе [10], можно сделать вывод о переходе не только к унификации, но и к использованию универсальных методологических инструментов, а именно си-стемологии, формальной и математической логики, других отраслей математического знания. Некоторые теоретики психологии также используют эти инструменты, правда авторы не называют свои подходы интеграционными, однако в них предложены универсальные методологические инструменты для концептуализации изучаемых в психологии объектов и предметов исследования практически любого масштабного уровня. Эти подходы рассчитаны прежде всего на разработку и проведение новых исследований, однако их интегративный потенциал для объединения существующих подходов тоже нельзя исключать.
Теория учебнъхзадач (Г. А. Балл, см. [1; 2;3] и др.) построена на трактовке системы как множества предметов, рассматриваемое исследователем вместе с интересующими его отношениями между этими предметами (ЭР а, Ь других системных подходов). Выделены структурные, функциональные и субстратные свойства си-
стемы, а также введены понятия модель и задача как системы особого рода (ЭР типов е, /). И уже на этой концептуальной основе разработана классификация учебных задач. Причём в замысле подхода было использование его инструментария для описания любых изучаемых в психологии предметов на языке этой системы понятий (то есть трактовка любых форм психической активности как решение задач), однако автору пришлось ограничиться концептуализацией учебных задач.
В Теоретической модели психологического исследования В.Н. Дружинин также использовал аппарат систе-мологии и все типы ЭР [7]. Им выделены виды отношений между компонентами рассматриваемой системы (наблюдаемые, конструируемые, мнимые), классы отношений детерминационного и недетерминацион-ного характера, предложены каузальная и телеологическая модели отношений. В этом подходе для описания поведения использован также аппарат логики действий (Г.Х. фон Врихт) - прямое использование ЭР типа (Ь). Существенной особенностью этого
подхода является его ориентация на описание психологических исследований, в том числе на разработку процедур проведения измерений.
Несмотря на своё непсихологическое название Теория интеграции информации (Information Integration Theory, N.H. Anderson, см. [16; 17] и др.) является психологическим подходом, который основан на идее о том, что информация и способы её обработки являются объединяющими принципами психологии - подход фокусируется на «фундаментальной проблеме интеграции множества детерминант». Он также стал основой для создания общей когнитивной алгебры. Автор утверждает, что алгебраические правила усреднения, умножения, сложения были обнаружены практически во всех областях психологии и что догадки об алгебраических правилах давно обсуждаются в психологии, но установление этих правил было невозможно без теории измерения психологических величин на «истинных метрических шкалах».
При более детальном ознакомлении с теорией интеграции информации становится очевидно, что в нём явно и последовательно использованы принципы си-стемологии и системной инженерии, таким образом реализована ЭР типов (a, b, e, f).
Теоретико-множественный метод описания процессов (Г.А. Балл, В.А. Мединцев, см. [4; 5; 9; 11] и др.) задуман как интегративный подход для концептуализации широкого спектра исследований в человековедении, однако его приложения были нами рассмотрены в предметной области психологических дисциплин. Стремление повысить логическое совершенство научно-психологических дискурсов и вместе с тем как можно более полно охватить современную проблематику психологической науки в её связи с другими науками было реализовано в методологическом инструменте, основанном на использовании сочетания наиболее общего гуманитарного понятия «культура» и наиболее общего математического понятия «множество». В нашем подходе все возможные взаимодействия в пределах предмета исследования и его взаимодействия со средой представлены как алгебраические структуры, т.е. и здесь концептуализация проведена на принципах ЭР типов (а, Ь, е, $) - теоретическая модель предмета психологического исследования должна быть получена математическими преобразованиями.
Во всех рассмотренных прескриптивных подходах есть этап аргументации применимости тех или иных теоретических моделей для трактовки психологической
феноменологии, однако, полагаю, эти трактовки не являются приёмами онтологической редукции. Скорее происходит соотнесение системы формализованных высказываний (которые составляют теоретическую мо-
Теоретическая редукция была и остаётся инструментом психологических исследований, несмотря на то что и в философии науки, и в психологии критика редукции/редукционизма продолжается. Выделение видов эпистемологической и онтологической редукции открывает возможность в какой-то мере различать разработку и совершенствование методологического инструментария от философски обусловленных дискурсов, в значительной мере обусловленных мировоззрением исследователя, а соблюдение принципов эпистемологической редукции способствует реализации требований внутреннего совершенства для теорий. Высказанная её родоначальниками идея редукционной методологии по сути совпадает с целями сторонников интеграции в психологии, и, как показано в статье, они широко используют принципы редукции (наиболее последовательно - авторы прескриптивных интегративных подходов). Особенно плодотворным
дель подхода) с неформализованными высказываниями относительно фрагментов того, что в последнее время стали именовать психологической реальностью. То есть происходит перевод с одного языка на другой, что соответствует норме ЭР.
представляется чёткое разграничение эпистемологической и онтологической редукции в философии науки и учёта этого разграничения психологами-теоретиками.
Что касается эмпирических исследований в психологи, интеграции которых в литературе уделено существенно меньше внимания, чем теоретическим разработкам, то близкие к интегративным вопросы обсуждают и сторонники операционализма. Периодически актуализируемая в психологических дискурсах методология операционализма (см., например, [23]) также может быть рассмотрена как форма редукции. Вспомним, что в философии науки основная цель течения, названного позднее редукционизмом, была вполне рациональной - обеспечить межсубъективное согласие и повторяемость выводов в психологических теориях и в эмпирических исследованиях. В рамках операциона-листской методологи определение понятий в терминах
операций необходимо для устранения ошибок и разногласий, которые обычно сопровождают выводы относительно неоперациональных понятий. Эта программа многими была прочитана как радикально редукционистская теория значения и подверглась (и до сих пор подвергается) критике, однако тема не закрыта и исследования продолжаются.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что философские и методологические течения интеграции, редукционизма и операционализма очень близки по своим целям, и остаётся надеяться, что объединение усилий исследователей этих направлений возможно и что оно будет плодотворным для совершенствования теории и методологии психологических исследований.
Литература
1. Балл Г.А., Костюк Г.С. Категория задачи и ее значение для психолого-педагогических исследований // Вопросы психологии. 1977.
2. Балл Г.А. Об основных положениях и некоторых применениях теории познавательных задач // Вопросы психологии. 1984. №3. С.
3. Балл Г.А. Теория учебных задач: Психолого-педагогический аспект. М.: Педагогика, 1990.
4. Балл Г. А., Мединцев В.А. Формализованное описание процессов как теоретический ресурс изучения развития // Мир психологии. 2016. № 1. С. 53-66.
5. Балл Г.О., Медшцев В.О. Основи системного опису культурних процесш / Культуротшрна функщя психолопчно! науки: монограф1я / Г. О. Балл, Н. А. Бастун, О. В. Губенко, В. В. Депутат, О. В. Завгородня, Ю. М. Крилова-Грек, В. Ф. Литовський, В. О. Медшцев, С. О. Мусатов, I. С. Разделенко; за ред. Г. О. Балла. К.-Юровоград : 1мекс-ЛТД, 2014. С. 82-106.
6. Блауберг И.В. Проблема целостности и системный подход (Философы России XX века). М.: Эдиториал УРСС, 1997. 448 с.
7. Дружинин В.Н. Структура и логика психологического исследования. Москва : ИПРАН. 1994. 163 с.
8. Мазилов В.А., Слепко Ю.Н. Интеграция в психологии // Социальный психолог. 2017. выпуск №1 (33). С. 67-75.
9. Мединцев В.А. Вопросы интеграции психологического знания в контексте системного описания культуры // Системная психология и социология. 2018. № 4 (28). С. 14-25.
10. Мединцев В. А. Методологические инструменты интеграции психологического знания. Теоретичш дослщження у психологи: монограф1чна сер1я. Сост. В.О. Медшцев. Том 15. 2022. С. 2-39. ао1: 10.24412/2616-6860-2022-1-2-39.
№ 3. С. 12-23.
34-41.
11. Мединцев В.А. Основные системологические идеи Г.А. Балла в психологии и человековедении // Перспективы психологической науки и практики: сборник статей Международной научно-практической конференции. РГУ им. А. Н. Косыгина, 16 июня 2017 г. / под ред. В.С. Белгородского, О.В. Кащеева, И.В. Антоненко, И.Н. Карицкого. М.: ФГБОУ ВО «РГУ им. А.Н. Косыгина», 2017. С. 91-94.
12. Микешина Л. А. Редукционизм как проблема философии науки и эпистемологии // Epistemology & Philosophy of Science. 2013. №3. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/reduktsionizm-kak-problema-fLlosofLi-nauki-i-epistemologii (дата обращения: 02.06.2022).
13. Редукционизм. Энциклопедия эпистемологии и философии науки. М.: «Канон+», РООИ «Реабилитация». И.Т. Касавин. 2009. https://iphras.ru/page21070618.htm
14. Суровягин Д.П. Объяснительная модель редукции: эпистемологический и онтологический аспекты // Философская мысль. 2018. № 12. С. 128-142. doi: 10.25136/2409-8728.2018.12.28447.
15. Философия: Энциклопедический словарь / Под редакцией А.А. Ивина. М.: Гардарики, 2004.
16. Anderson, N.H. (1991). Contributions To Information Integration Theory: Volume 1: Cognition (N.H. Anderson, & N.H. Anderson, Eds.) (1st ed.). Psychology Press. https://doi.org/10.4324/9781315807331
17. Anderson, N. H. (1981). Foundation of information integration theory. New York: Academic Press.
18. Henriques G. (2011) A New Unified Theory of Psychology. Springer, New York, NY. https://doi.org/10.1007/978-1-4614-0058-5
19. Rorty R. Empiricism, Extensionalism and Reductionism // Mind. 1963. Vol. 72, № 286. P. 176-186.
20. Staats, A. W. (2005). A road to, and a philosophy of, unification. In R. J. Sternberg (Ed.), Unity in psychology: Possibility or pipedream? Washington, DC: APA. p. 159-177.
21. Staats, A. W. (1996). Behavior and personality : Psychological behaviorism. New York: Springer.
22. Staats, A. W. (1987). Unified Positivism: Philosophy for the Revolution to Unity. In A.W. Staats & L. P. Mos (Eds.), Annals of theoretical psychology, Volume 5. New York: Plenum. pp. 11-54.
23. Vessonen, E. Respectful Operationalism (2021). Theory & Psychology 31, no. 1 (February 2021): 84-105. https://doi.org/10.1177/0959354320945036.
V. A. Medintsev
Reduction as a methodological tool for integration in psychology
Annotation. Reductionism as a trend of thought in the philosophy of science is concretized in a number of theoretical discourses and methodological research tools, including in psychology. The initial provisions of reductionism largely coincide with the argumentation of integration in psychology, and the tools of theoretical reduction in an unreflexed form are widely used by authors of integrative psychological approaches. The article shows the use by psychologists of epistemological and ontological reduction, as well as their combination, which is rated as logically dubious and as a source of methodological misunderstandings. It is shown that descriptive approaches are based on a combination of epistemological and ontological reduction, while prescriptive inte-grative approaches include only epistemological reduction procedures, so the theoretical models of prescriptive integration are more internally perfect. It is noted that modern actualizations of the theory of operationalism are meaningfully close to the goals and methodology of both integration and reduction, which is a prerequisite for their possible future conceptual merging.
Keywords: integration, reductionism, epistemological and ontological reduction, operationalism.