В. А. Мединцев
Современный операционализм в интеграционной перспективе
Сведения об авторе
Аннотация. В комментарии к статье Э. Бессонен «Уважительный операционализм», опубликованной в этом томе, я показываю сходство главных целей родоначальников философии и методологии операционализма с одной стороны, и сторонников идеи интеграции психологического знания - с другой. Утверждаю, что несмотря на методологические различия интегративных подходов, в своих основных положениях они сохраняют сходство между собой и с исходными установками операционалистов, и что статья Э. Бессонен предоставляет необходимый материал для такой демонстрации. Хотя методологию уважительного операционализма, предложенную автором статьи, я счёл непродуктивной, но её вдумчивый подход к проблематике оставляет впечатление возможного в будущем создания ею более совершенного научного продукта.
Ключевые слова: уважительный операционализм, теория и методология интеграции в психологии.
Цитирование: Мединцев В. А. Современный операционализм в интеграционной перспективе. Теоретичш дотдження у психологи: монографiчна серя. Сост. В.О. Медшцев. Том 16. 2022. С. 99-104. аок 10.24412/2616-6860-2022-2-99-104.
В этом томе «Теоретических исследований в психологии» опубликован перевод статьи Э. Вессонен «Уважительный операционализм», которая, полагаю, заслуживает отдельного комментария. Дело в том, что в своей публикации (в этом же томе) я отметил сходство задач, которые ставят перед собой сторонники интеграции в психологии и приверженцы операционалистской философии. Примечательно то, что идея операциона-лизма и её методологические конкретизации, по утверждениям многих её адептов, применимы ко всем научным дисциплинам, однако острота дебатов и основной массив публикаций затрагивают человековедение, тогда как в естественных науках эта тема давно вытеснена из круга обсуждаемых. И это при том что зарождение операционализма происходило именно в области естественных наук и применительно к ним.
Как я уже отметил в своей статье в этом томе, родоначальники операционализма аргументировали свою позицию вполне рациональными посылками. В частности, Бриджмен писал о стремлении сделать науку «безопасной», проводил сравнение с состоянием концептуальной путаницы в физике, возникшей в результате нерефлексивного распространения старых понятий на новые области исследований, а операционализм как рази и защитит от таких нерефлексивных расширений,
тем самым сделав учёных менее уязвимыми для концептуальной путаницы. Кроме того, естественники и психологи, видевшие прогресс своих наук в операцио-налистской перспективе, надеялись, что операциона-лизм обеспечит межсубъективное согласие и повторяемость выводов - острую в этом необходимость видели и те, и другие. Для психологов особенно важна была надежда на то, что определение понятий в терминах операций могло привести к устранению ошибок и разногласий, которые обычно сопровождают выводы относительно неоперациональных понятий, которыми столь богата психология.
Как и все другие импликации естественнонаучных инструментов, в психологии теория и методология опе-рационализма породила ожесточённые дискуссии и в целом неприятие. Автор статьи различает две истории научного прогресса. В одной - история отвергнутой после тщательного анализа философской теории операци-онализма, в другой - историю экспериментальной деятельности (операционализации), которая сохраняется, потому что выдержала испытание временем и научную проверку. Таким образом, хотя и нет единого мнения о том, как следует проводить операционализацию в психологии, эта деятельность пронизывает все психологические исследования. К примеру, учебники регулярно
подчёркивают необходимость операционализации целевых понятий, чтобы сделать их измеримыми.
Ещё в 1970-х Г. А. Балл писал об особой значимости совершенствования понятийного аппарата в области исследований интеллекта, которой он тогда занимался, обращая внимание на междисциплинарный характер проблематики, относящейся к исследованиям интеллекта (и предложил свой вариант системы понятий для описания объектов приложения интеллекта) [4]. А позднее он аргументировал необходимость поиска как можно более чётких описаний предметов исследований в человековедении (в первую очередь, в психологии), в связи с чем затем были проведены исследования по использованию системных представлений в психологии и других науках, а также разработки методов универсализации представления знаний и формализованных описаний в человековедении [1; 2].
В своих публикациях В. Н. Панфёров пишет о необходимости разработки целостного конструкта психической организации человека и о новом поиске объектных оснований межпредметного и междисциплинарного синтеза знаний разных наук о человеке [5]. Проблема целостного воспроизводства психологии человека как психологической реальности в научно-исследовательской деятельности и синтезе знаний о человеке, по его
мнению, является ключевой проблемой психологического познания.
Детализируя ситуацию фрагментированности, А. В. Юревич уточняет, что интегративные настроения отражают не личные ощущения и намерения психологов, а внутреннюю потребность современной психологической науки и неудовлетворительность её многолетнего развития по конфронтационному пути [1]. В результате в структуре психологического знания образовались три фундаментальных «разрыва». «Горизонтальный» - между основными психологическими теориями и соответствующими психологическими направлениями (бихевиоризм, когнитивизм, психоанализ и др.). «Вертикальный»: между различными уровнями объяснения психического (внутрипсихическим, физиологическим, социальным и др.). «Диагональный» - между академической и практической психологией. Эти три «разрыва» породили общую дезинтегрирован-ность психологии - их преодоление или сокращение выглядят как основные направления её интеграции.
В дополнение к анализу А. В. Юревича В. А. Мазилов выделяет и рассматривает проблему парадигмального статуса психологии, проблему предмета психологии (множественность подходов), проблему классификации методов психологии [3]. Он приходит к выводу, что
главная трудность на пути интеграции состоит в отсутствии специального аппарата, позволяющего её осуществлять. Соответственно, на повестке дня стоит вопрос о разработке методологии, теории и конкретной технологии интеграции.
Таким образом, в исследованиях проблем теории и методологии психологической науки находим и доказательства их дезинтегрированности, и указания направления работ для преодоления сложившейся кризисной ситуации через совершенствование понятийного аппарата психологии, разработки методов универсализации представления знаний и формализованных описаний.
В зарубежной литературе по интеграции даны практически такие же оценки ситуации в психологической науке. К примеру, G. Henriques [7] очерчивает 5 проблем психологии: (1) нет общепринятых определений; (2) нет согласованного предмета изучения; (3) происходит распространение дублирующих друг друга и избыточных понятий; (4) существует большое количество парадигм с принципиально разными эпистемологическими посылками; (5) акцент на специализацию делается в ущерб генерализации. В обосновании своего многосоставного интегративного подхода A. W. Staats указывает на то, что переименование понятий, методов, принципов, явлений и других научных продуктов является
общепринятой практикой, которая не вызывает возражений, хотя эта практика противоречит приверженности, экономии и неизбыточности науки (курсив В. М.) [20]. Говоря о том, что единство языка является важной частью экономии знаний, признанной целью науки, он связывает это единство с возможностью и перспективой иметь только один теоретический язык вместо многих. Таким образом автор неявно переводит операцио-налистские цели на уровень построения теорий.
В своей статье Э. Вессонен после анализа истории и нынешнего состояния операционализма в философии науки и психологии обосновывает и излагает свою версию уважительного операционализма. Её целью было реализовать основной посыл методологии операцио-нализма так, чтобы новый теоретический конструкт был лишён недостатков, которые были выявлены в ходе критических дебатов по поводу «сильных» и «слабых» версий операционалистских подходов в психологии. Получился своего рода медиационный подход, в котором действительно ликвидированы многие точки для критических атак. Однако при этом произошло существенное обеднение методологической идеи опера-ционализма, поэтому методологическая ценность этого продукта вызывает у меня сомнения. Её высказывания о том, что уважительный операционалист не
знает, какие атрибуты или сущности отслеживает его измерение, его операциональное понятие является одним из множества концептов, правомерно обозначаемых одним и тем же термином и другие подобного рода тезисы свидетельствуют о забвении принципиальной цели операционализма, которая роднит его с идеей интеграции психологического знания. Возможно, локальные, для узких методологических направлений психологических измерений, выгоды этого подхода и существуют (по крайней мере, его автор приводит некоторые примеры того, что похоже на унификацию компонентов эмпирических исследова-
ний). Однако это выглядит отнюдь не как новое методологическое решение, а скорее похоже на те эвристические рационализации, которые давно освоили и широко используют психологи.
Тем не менее, я выражаю свою поддержку стремлению Э. Бессонен к совершенствованию методологии психологической науки. Учитывая её глубокий и вдумчивый подход к изучаемым проблемам и своим исследованиям, я надеюсь, что её последующие изыскания принесут ощутимую пользу в деле создания инструментов интеграции психологического знания.
Литература
1. Балл Г.А. Проблемы взаимодействия психологии с формализованными научными дисциплинами // Психологический журнал.
1989. №10 (6). С. 34-39.
2. Балл Г.А., Мединцев В.А. Медиаторы межпарадигмального взаимодействия в исследованиях культуры // «Психология третьего тысячелетия»: I Международная научно-практическая конференция: сборник материалов. Дубна: Международный университет природы, общества и человека «Дубна», 2014. С. 22-26.
3. Мазилов В.А. Коммуникативная методология и интеграция психологического знания // Ярославский педагогический вестник. 2016. №3. С. 181-191.
4. Мединцев В.А. Основные системологические идеи Г.А. Балла в психологии и человековедении // Перспективы психологической науки и практики: сборник статей Международной научно-практической конференции. РГУ им. А. Н. Косыгина, 16 июня 2017 г. / под ред. В.С. Белгородского, О.В. Кащеева, И.В. Антоненко, И.Н. Карицкого. М.: ФГБОУ ВО «РГУ им. А.Н. Косыгина», 2017. С. 91-94.
5. Панферов В.Н., Безгодова С.А. Методология интегрального синтеза в психологической науке // Психологический журнал. 2015. Том 36. № 1. С. 20-33.
6. Юревич А. В. Методы интеграции психологического знания // Труды Ярославского методологического семинара. Т.3. Метод психологии. Ярославль, 2005, с. 377-397.
7. Henriques G. (2011) A New Unified Theory of Psychology. Springer, New York, NY. https://doi.org/10.1007/978-1-4614-0058-5
8. Staats, A. W. (2005). A road to, and a philosophy of, unification. In R. J. Sternberg (Ed.), Unity in psychology: Possibility or pipedream? Washington, DC: APA. p. 159-177.
V. A. Medintsev Modern operationalism in the integration perspective
Annotation. In the commentary on the article "Respectful Operationalism" by E. Vessonen, published in this volume, I show the similarity of the main goals of the founders of the philosophy and methodology of operationalism, on the one hand, and the supporters of the idea of integrating psychological knowledge, on the other. I affirm that despite the methodological differences of integrative approaches, in their main provisions they retain similarities between themselves and with the initial attitudes of the operationalists, and E. Vessonen's article provides the necessary material for such a demonstration. Although I considered the methodology of respectful operationalism proposed by the author of the article to be unproductive, her thoughtful approach to the problem leaves the impression of a possible creation a more fruitful scientific product in the future.
Keywords: respectful operationalism, theory and methodology of integration in psychology.