La
Я I- I! . Ц PB
МИНАКИР Павел Александрович
Академик, профессор, доктор экономических наук, директор
Институт экономических исследований ДВО РАН, ул. Тихоокеанская, 153, Хабаровск, Россия, 680042
MINAKIR Pavel
Aleksandrovich
Academician, professor, doctor of economics, director
Economic Research Institute FEB RAS, 153, Tikhookeanskaya Street, Khabarovsk, Russia, 680042
minakir@ecrin.ru
ПРИГЛАШЕНИЕ К ДИСКУССИИ *
УДК 35
РАЗВИТИЕ НАУКИ И ОБРАЗОВАНИЯ В ПРОЕКТЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «ОБ ОСОБЫХ УСЛОВИЯХ УСКОРЕННОГО РАЗВИТИЯ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА И БАЙКАЛЬСКОГО РЕГИОНА»: ВЗГЛЯД ЭКСПЕРТОВ
В статье анализируется содержание законопроекта в разрезе положений, регламентирующих поддержку и развитие науки и образования на Дальнем Востоке. Авторы высказывают критические замечания по отдельным положениям законопроекта и обосновывают необходимость внесения изменений, сформулированных с учётом специфических особенностей макрорегиона.
Условия развития, наука, образование, Дальний Восток, Байкальский регион, законопроект
SCIENCE AND EDUCATION DEVELOPMENT IN THE DRAFT FEDERAL LAW «ON THE SPECIAL PROVISIONS FOR THE ACCELERATED DEVELOPMENT OF THE FAR EAST AND BAIKAL REGION»: EXPERT OPINION
The article analyses the contents of the draft law in regard to its provisions regulating the support and development of science and education in the Far East. The authors critically review certain provisions of the draft law and propose changes which account for the macroregion's specifics.
Development conditions, science, education, Far East, Baikal region, draft law
© Минакир П.А., Найден С.Н., 2016
НАЙДЕН Светлана Н иколаевна
Доктор экономических наук, профессор, главный научный сотрудник
Институт экономических исследований ДВО РАН, ул. Тихоокеанская, 153, Хабаровск, Россия, 680042
NAIDEN
Svetlana
Nikolaevna
Doctor of economics, professor, chief researcher
Economic Research Institute FEB RAS, 153, Tikhookeanskaya Street, Khabarovsk, Russia, 680042
С недавних пор Дальний Восток1 оказался необычайно востребованным в среде законодателей: принимаются федеральные законы, появляются всё новые и новые законодательные инициативы как на федеральном, так и на региональном уровнях. Среди законодательных новаций и территории опережающего социально-экономического развития (ТОСЭРы), и особые экономические зоны, и «дальневосточный гектар», и прочее. Иначе говоря, идёт бурное строительство институтов экономического развития Дальнего Востока , и особое место в этом процессе занимает законопроект «Об особых условиях ускоренного развития Дальнего Востока и Байкальского региона» (далее - проект ФЗ) . Следует отметить, что, несмотря на довольно длительную историю разработки особого закона, авторов интересует не столько постановка вопроса о целесообразности введения специального федерального закона для отдельно взятого региона4, сколько то, как законодатель формулирует институциональные основы для развития науки и образования в регионе.
Научно-образовательная деятельность на Дальнем Востоке, функционирующая в общенациональной институциональной среде, но обладающая специфическими особенностями, требует закрепления в нормативно-правовом поле специальных мер по реализации государственной политики, направленной на создание благоприятных условий для ускоренного развития науки и образования в регионе [5, с. 211221]. Поэтому вполне закономерно, что в вышеупомянутом проекте ФЗ присутствуют положения (а именно - статьи 74 и 75), которые регламентируют развитие науки и образования в регионе.
Однако внимательное ознакомление с проектом ФЗ в целом и отдельными его статьями в частности показывает, что вынесенный на обсуждение текст требует существенной переработки как с точки зрения общего содержания и на-
nayden@ecrin.ru
1 Несмотря на то, что в заглавии законопроекта упоминается также и Байкальский регион, в силу понятных причин авторов интересует в большей мере Дальний Восток.
2 Правда, речь идёт исключительно об институтах, а не о реальном развитии экономики Дальнего Востока, с которым не всё так благополучно.
3 Проект этого федерального закона, подготовленный Советом Федерации Федерального Собрания РФ, был обнародован весной 2014 г.
4 Не входя в детали этого вопроса, отметим, что в свете принятия и реализации закона РФ от 28 июня 2014 г. № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации» появление рассматриваемого законопроекта выглядит не совсем оправданным.
ж
ШЩШ;:^
й а
кегианалмстика
¡З^ТЕ
ШнШшж
^ ж
DOI: 10.14530/reg.2016.3
__Л
правленности, так и в отношении конкретных положений и норм.
Во-первых, представленный текст крайне многословен. С одной стороны, он содержит многочисленные перечисления общеизвестных и многократно изложенных в самых различных законодательных актах положений1. С другой стороны, проект ФЗ включает чисто декларативные частные положения, не связанные с конкретными нормами, механизмами, правилами и формами реализации. В ряде случаев авторами проекта приводятся предельно общие пожелания, которые верны именно в силу своей абстрактной общности, но не имеют шансов оказать какое-либо реальное влияние на конкретную ситуацию в области развития науки и образования, тем более в столь специфическом регионе, как Дальний Восток.
Во-вторых, текст фактически не позволяет соотнести содержащиеся в нём положения собственно с Дальним Востоком или Байкальским регионом, так как в подавляющем большинстве случаев ориентированность статей именно на данный макрорегион может быть определена только по наличию вербальных географических указаний.
И это несмотря на то, что, исходя из логических принципов, в тексте статей должны присутствовать положения, разработанные с учётом особенностей данного макрорегиона. И они должны не просто повторять общеизвестные нормы, а отражать те стороны и особенности науки и образования, которые характерны и принципиально важны именно для рассматриваемого макрорегиона и предполагают особые решения, специальные и специфические способы, инструменты и механизмы для их реализации.
1 Конституция РФ, закон РФ от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», закон РФ от 23 августа 1996 г. № 127-ФЗ «О науке и государственной научно-технической политике».
^ьтШШёШША
Теперь остановимся более подробно на отдельных положениях упомянутых выше статей проекта ФЗ в контексте современного состояния научно-образовательной деятельности на Дальнем Востоке, сосредоточив внимание на наиболее значимых для макрорегиона моментах.
Начнём с того, что в законопроекте декларируется «... обеспечение интеграции системы науки и образования» (пп. 1. п. 1. ст. 74). Тезис не новый, проблема не имеет территориальной локализации, содержание самого тезиса может трактоваться кем угодно и как угодно. Но в самом общем виде вряд ли кто-то выступит против «интеграции». Интеграция - это всегда хорошо. Такова аксиома. Но фактически аксиомой это утверждение не является, и в каждом конкретном случае и на каждой конкретной территории должна быть доказана соответствующая теорема. В том числе и на Дальнем Востоке, и в Байкальском регионе. Доказательство включает в себя несколько лемм.
Лемма первая: на Дальнем Востоке есть мощная вузовская наука, которую нужно соединить с академической и прикладной. Однако без специального закона этого сделать нельзя, потому что есть принципиальная особенность, которой нет в других регионах. Здесь самое время сказать, в чём именно состоит эта особенность. Но в проекте ФЗ про это ничего не говорится. Понятно почему, ведь никакого «дальневосточного» секрета здесь нет -нет мощной вузовской науки самой по себе. Та, что есть, существует благодаря «подпорке» со стороны академической науки. А прикладной науки практически не осталось (за малым исключением), но это - проблема общая, а тоже не «дальневосточная».
Лемма вторая: на Дальнем Востоке есть особо мощная академическая наука, которая может в разы увеличить потенциал образовательной системы в целом и её научной оставляющей в частности в случае соединения с зачатками вузовской
Я
РО!: 10.14530/гед.2016.3
науки. Это - спорное утверждение, но именно эта спорность и могла бы стать основой «особости» законодательного предложения. Основа есть, при соответствующей законодательной подпорке академическая наука могла бы получить развитие и нарастить потенциал интеграции. Как минимум, можно было бы остановить происходящий развал академической науки на Дальнем Востоке в результате «перманентной реформы РАН». Но это в законопроекте не рассматривается.
Лемма третья: на Дальнем Востоке есть особо благоприятные условия для обеспечения максимального вовлечения научных работников, а в отдельных случаях и представителей бизнеса в образовательный процесс, чтобы ликвидировать ограниченность контингента квалифицированных профессорско-преподавательских кадров в высших и средних специальных учебных заведениях.
Увы, ничего подобного нет. Регионов Дальнего Востока в полной мере касается «оптимизация образовательной сферы» в соответствии с действующими нормативно-правовыми актами и пожеланиями бюрократической системы (эти самые «нормативно-правовые акты» и штампующей). В результате образовательные учреждения макрорегиона вынуждены были свести к минимуму либо вообще отказаться от услуг преподавателей-совместителей, значительная часть которых являлась представителями институтов, научных центров и лабораторий Дальневосточного отделения РАН. Из образовательного пространства были изъяты высококвалифицированные кадры, способные передавать не только теоретические, но и, что более важно, практические навыки и знания, необходимые для подготовки специалистов-профессионалов с учётом специфики и потребности рынков труда дальневосточного макрорегиона.
Лемма четвертая: образование на Дальнем Востоке находится в прекрасном состоянии, и нужно только «добавить ин-
теграции с наукой», чтобы образование стало мощнейшим локомотивом экономического и социального развития макрорегиона. Однако доказательство и этой леммы не входит в планы законодателя, точнее, он прямо опровергает этот тезис, декларируя необходимость обеспечения «единства образовательного пространства на территории макрорегиона» (пп. 2. п. 1. ст. 74). Это «единство», вообще-то, обеспечивает федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации», его обеспечение является непосредственной функцией Министерства образования и науки РФ. Остаётся предположить, что на территории Дальнего Востока и Байкальского региона упомянутый федеральный закон не действует или же Минобрнауки РФ именно в этом макрорегионе ничего обеспечить не может. Но тогда следовало бы установить некие особые нормы для обеспечения такого единства именно для восточных регионов. Если же их нет, то, следовательно, ни о каком «единстве образовательного пространства» в макрорегионе не может быть и речи. То есть само образование находится в хаотичном состоянии?!
Так что же собирается интегрировать законодатель? Тайна приоткрывается в п. 2 статьи 74, который предписывает создать «Национальный Дальневосточный научно-образовательный центр, формируемый в порядке, установленном Правительством Российской Федерации». Возникает вполне резонный вопрос: для чего? Неужели мало эпопеи с созданием двух федеральных университетов (в Якутске и во Владивостоке), на которые были затрачены колоссальные средства федерального бюджета, и пока питаются только надежды на будущую эффективность? Чем обоснован и сколько будет стоить очередной бюрократический проект?
При этом реальным результатом станет не интеграция, а разделение образования и науки. В условиях существенной оторванности от центральных регионов
ж
ШЩШ;:^
й а
кегианалмстика
¡З^ТЕ
•ШШмШвш
РО!: 10.14530/гед.2016.3
__Л
^ ' п. ь. ]-
страны на Дальнем Востоке следует формировать единый научно-образовательный пул под эгидой Дальневосточного отделения Российской академии наук и региональных научно-образовательных комплексов южной зоны Дальнего Востока -Дальневосточный Исследовательский Университет. Задача ближайшего времени состоит в том, чтобы превратить стандартные образовательные учреждения региона в ядро системы генерирования и продвижения новых знаний в ответ на меняющийся спрос экономики России, интегрированной в экономику стран Азиатско-Тихоокеанского региона и СевероВосточной Азии1.
Впрочем, «единое образовательное пространство» - вовсе не единственная «новация», предложенная в качестве панацеи в области образования. Краткий обзор показывает удивительную схоластичность и надуманность проекта ФЗ, который, как и многие другие, преследует цель не отразить и не поддержать рациональные, выявленные практикой и историей проблемы и механизмы, но «откликнуться на призыв». В самом деле, кто же будет опровергать тезис о том, что в системе образования в РФ накопилось множество проблем? Кто же станет отрицать, что унитарность законодательной сферы обеспечивает унификацию этих проблем в разных регионах страны? Идея принятия особого закона для особой территории разрушает столь лелеемое законодателем «единство образовательного пространства» и единство институционального пространства вообще.
Оставим в стороне вопрос о том, насколько это хорошо или плохо. Более важно то, действительно ли законодатель понимает реальные проблемы (общие и региональные). И, что ещё более важно, имеет ли он представление о том, как эти проблемы можно решить. Проиллюстрируем сомнительность реальности представлений
ЬЧ
Л Д
1 Подробно это рассмотрено в [4, с. 21-22; 5, с. 608606].
' шш^ш^ш
законодателя на нескольких примерах.
Пример первый. Законодатель хочет гарантировать «доступность качественного образования, обеспечение воспитания, способствующего становлению нравственных идеалов и ценностей, направленность на развитие интеллектуального потенциала человека» (пп. 3. п. 1. ст. 74).
Возможно, законодатель полагает, что на территории одного государства действительно могут существовать отдельные и особые «региональные» методы воспитания, стандарты качества, нравственные идеалы и ценности. Возможно, предполагается, что проект ФЗ более важен, чем Конституция РФ, в которой предусмотрена норма доступности образования, распространяющаяся на всю территорию страны, то есть единая для всех регионов. Другое дело, что на Дальнем Востоке есть много территорий, для которых эту норму трудно реализовать без специальных средств и методик. Но они-то вовсе не волнуют законодателя, об этом в рассматриваемом законопроекте не сказано ни слова.
Правда, в проекте ФЗ оговаривается «... увеличение количества (бюджетных) мест...» в учреждениях высшего и среднего специального образования. За это, скорее всего, отдельное «спасибо» скажут выпускники других регионов. А реальная проблема - создание условий для получения образования жителями макрорегиона на его территории путём установления фиксированного количества бюджетных мест для выпускников школ, расположенных в субъектах РФ, относящихся к Дальнему Востоку и Байкальскому региону.
Пример второй. Известна проблема сохранения малокомплектных школ и/или создание комфортных условий для образования в укрупненных школах. Законодатель считает достаточным бегло упомянуть про «.сохранение малокомплектных школ...». Но это - общее место. Как это сделать на Дальнем Востоке при отсутствии средств в региональных бюджетах и
наличии того самого «единства образовательного и институционального пространства»? В действительности нужно законодательно обеспечить доступность среднего образования в каждом населённом пункте, где проживает определённое количество жителей, причём это количество должно быть дифференцированным для северных и отдалённых территорий.
Пример третий касается роста заработной платы и льгот для учителей. В проекте ФЗ декларируется «повышение заработной платы педагогическим работникам образовательных организаций макрорегиона; возмещение части затрат в связи с предоставлением им ипотечного кредита» (пп. 5 п. 1. ст. 74). Замечательно!
Правда, есть сразу две «ложки дегтя». Во-первых, такое повышение (и даже с конкретными размерами) уже предусмотрено Указами Президента РФ для всех учителей и во всех регионах. Возможно, эти Указы не выполняются именно в субъектах Федерации Дальнего Востока и Байкальского региона? Тогда следует законодательно предусмотреть финансовый механизм, гарантирующий исправление такой ситуации. Декларациями тут не поможешь.
Во-вторых, повышение заработной платы, и не только учителям, является в условиях инфляционной экономики объективным законом, имеющим свое четкое количественное выражение. И особый статус Дальнего Востока или Байкальского региона к этому отношение не имеет.
Но существует помимо проблемы заработной платы еще одна не менее важная проблема, имеющая специфику именно для восточных регионов страны. Речь о возможности постоянно повышать уровень своей квалификации. Если бы Законодатель действительно хотел системно помочь в решении проблем качества кадрового состава педагогов во всех звеньях образовательной системы, то он предусмотрел бы, например, создание условий для прохож-
ШшШшШШШ
DOI: 10.14530^.2016.3
// ^^щшшщшшшщт
дения педагогами и преподавателями каждые 3 года научно-исследовательских, методических и образовательных стажировок с целью повышения квалификации за счет средств федерального бюджета сроком до 1 года.
Если Законодатель всерьез озабочен повышением качественного уровня учителей и преподавателей вузов, понимая, что обеспечить массовые «десанты» из научных и образовательных центров страны невозможно, то он гарантировал бы преподавателям, обучающимся в аспирантуре или работающим над диссертационным исследованием в форме соискательства, ежегодно получать финансовую поддержку из федерального бюджета для компенсации расходов1, связанных:
а) с представлением и апробацией своих научных и методических результатов на международных и всероссийских конференциях;
б) с процедурами предварительного обсуждения и последующей защиты диссертаций в соответствующих диссертационных советах.
Пример четвертый: привлечь и закрепить в регионе «.научные и педагогические кадры, выпускников образовательных организаций, трудоустраивающихся на территории макрорегиона по приоритетным и остродефицитным специальностям» (пп. 8 п. 1 ст. 74) - это очень похоже на шаблон («привлечь и закрепить»), который кочует из одного бюрократического документа, касающегося Дальнего Востока, в другой. Хорошо, что речь идёт не о населении вообще, а о конкретных категориях занятых и для конкретных учебных заведений. Если мы имеем дело с благо-пожеланием, то возражений нет. Но ведь речь о проекте закона, а не о политической программе. Как привлекать и как закреплять?
1 Вместо механического насаждения диссертационных советов в вузах макрорегиона, чем занимается сейчас Минобрнауки РФ.
шьвщ г
шшС?1
►егмоналмсвжа
Может быть, законодатель вводит особые, не используемые в других регионах формы трудовых контрактов? Нет, об этом речь не идёт. А между тем специфические контракты как форма специального найма (когда по конкурсу приглашается профессор центрального (или зарубежного) вуза преподавать на определённый срок с гарантией высокой оплаты и соответствующих условий проживания) применяются в мире широко и успешно. Естественно, что это требует значительных финансовых средств, которые должны быть предусмотрены в бюджете вуза за счёт средств федерального бюджета. Тем самым обеспечивается не только привлечение специалистов высокого класса, но и осуществляется то самое взаимодействие с ведущими вузами страны (мира), включая обмен опытом, расширение научных и образовательных контактов, использование потенциала высококвалифицированных специалистов, в том числе для подготовки аспирантов и докторантов «на месте».
Пример пятый. Всё-таки понимая, очевидно, что нужно предложить какие-то организационные механизмы, законодатель предлагает «создать условия» для организации в вузах региона кафедр федеральных университетов России (пп. 9 п. 1 ст. 74). Это «новшество», по нашему мнению, представляется, как минимум, спорным. Для эффективного взаимодействия вовсе нет необходимости создавать кафедры ведущих российских университетов в дальневосточных вузах. Взаимодействие обеспечивается в первую очередь на уровне общения с коллегами в формате конференций, стажировок, в том числе в рамках переподготовки и повышения квалификации в ведущих вузах страны и зарубежья. В противном случае высока вероятность того, что создание таких кафедр фактически превратится в возрождение тех самых филиалов центральных вузов, которые были открыты в дальневосточных регионах, пользовались атрибутами центральной альма-матер, но реально функционировали
РО!: 10.14530/гед.2016.3
за счёт скромного преподавательского контингента региона. Не случайно, что они были признаны неэффективными и почти полностью ликвидированы по решению Минобрнауки РФ в последние годы.
Наконец, шестой пример, последний. Законодатель всё-таки настаивает на том, что усилий Минобрнауки РФ по разрушению системы высшего образования недостаточно и хочет внести свой вклад в это «благое» дело на Дальнем Востоке. Он предлагает «формирование образовательных округов с определением образовательных организаций высшего образования, имеющих статус методических центров» (п. 2 ст. 74), при этом указывается, какие именно округа необходимо создать, и какие вузы назначить центрами. Совершенно не понятно, как была определена эта конфигурация, кем и как производилась оценка тех, кто является центром, а кто - периферией. Возникает масса вопросов при отсутствии потенциальной пользы. Например, для жителей Камчатского края, Магаданской области и Чукотского автономного округа одинаково затратно посещение что Якутска, что Владивостока, что Москвы. Разница в транспортных и командировочных расходах не столь большая, а эффект может быть совершенно непредсказуемым и противоположным декларируемому - замыкание и так отдалённых территорий на такие же отдалённые (формирование клубов отсталости).
Создание и развитие с 1971 г. Дальневосточного отделения РАН являлось практически национальным научным проектом, предназначенным как раз для содействия освоению природных ресурсов, увеличения человеческого капитала и развития экономики Дальнего Востока. То есть для решения именно тех задач, которые провозглашены приоритетными авторами рассматриваемого законопроекта. Что даёт прекрасную возможность законодателю сформулировать специфические механизмы и нормы для продолжения начатого 45 лет назад и находящегося ныне
ж
ШЩШ;:^
1
►егмоналмсвжа
DOI: 10.14530/reg.2016.3
под угрозой ликвидации проекта.
Однако посвящённая развитию науки статья 75 законопроекта содержит стандартные и совершенно обезличенные положения и пожелания, излагает общие функции, которые возложены на научные учреждения, но не содержит конкретных обязательств государства по поддержке и развитию науки в регионе.
Для начала зафиксируем принципиальное положение: наука (особенно её фундаментальная составляющая) по своей природе относится к тем сферам, которые не могут существовать без максимальной и полноценной поддержки государства. История России и Российской академии наук, в частности, свидетельствует о том, что только целенаправленное внимание государства к дальневосточным окраинам и тихоокеанским рубежам, явно сформулированное и провозглашённое в конкретных документах, подкреплённое значительными финансовыми, материальными и кадровыми ресурсами, давало соответствующие политические, социально-экономические, научные и образовательные результаты1.
В условиях неоднозначных реформенных преобразований российской науки, несущих разрушительные последствия для научного сообщества Дальнего Востока, важнейшей задачей является законодательное закрепление конкретной нормы, акцентирующей интерес государства к развитию научной мысли и воспроизводству научных кадров и научных исследований в макрорегионе [5, с. 559-567].
Поэтому в законопроект следует
1 О роли государства в становлении и развитии науки на Дальнем Востоке см. [1]. Здесь же мы считаем уместным напомнить: в настоящее время большинство научных и педагогических кадров высшей квалификации в научных организациях ДВО РАН и высших учебных заведениях Дальнего Востока - это выпускники столичных, центральных или сибирских вузов, то есть внутрироссийские мигранты, что является результатом государственной научно-технической и образовательной политики.
включить очень чёткие и конкретные пункты, которые содержат нормы, гарантирующие не просто финансовую поддержку научных исследований, направленных на развитие макрорегиона, а обеспечивающие приоритетное право дальневосточных учёных и научных учреждений на получение такой поддержки со стороны федерального бюджета.
Например, учитывая имеющийся у научных учреждений Дальнего Востока опыт участия в конкурсах на разработку прогнозов (стратегий, концепций), следует фиксировать не вообще «.привлечение научных организаций», а внести конкретную норму следующего содержания: «Научные учреждения Дальневосточного отделения РАН, которые входят в реестр государственных экспертных организаций, в рамках ежегодно формируемого для них государственного задания за счёт средств федерального бюджета выполняют экс-пертно-аналитические функции и готовят экспертные заключения по нормативно-правовым и проектным документам, направленным на социально-экономическое развитие макрорегиона».
Особо необходимо отметить создание условий мирового уровня для работы учёных в макрорегионе, включая обеспечение высокой мобильности при проведении исследований, апробации и распространении результатов, повышении своей квалификации, публикации статей и монографий.
И уж совсем не дело науки и научных учреждений формировать «.рынки потребителей научных услуг» и стимулировать «.платёжеспособный спрос на научные услуги». Это НЕ является ни функцией, ни задачей науки. Закреплять такую норму в законе - по меньшей мере, неграмотно.
В условиях пространственной удалённости и высокой стоимости жизни на Дальнем Востоке нельзя уравнивать дальневосточную науку с наукой в централь-
ж
ШЩШ;:^
й Ft-
кегианалмстика
¡¡tTE
ШШщШж
^ Ж
DOI: 10.14530/reg.2016.3
• D.I:. I,
ЬЧ
Л.
ной части страны, иначе первая заведомо проиграет второй в конкурентной борьбе.
Таким образом, существующая институциональная среда развития науки и образования на Дальнем Востоке нуждается в структурной перестройке и встраивании специальных норм и правил, способствующих укреплению и поддержке научных и образовательных коллективов макрорегиона.
При продолжении работы над проектом ФЗ:
- следует предельно чётко высказать и облечь в законодательную норму положение о недопустимости огульной «реструктуризации» научных организаций РАН на территории макрорегиона;
- необходимо чётко обозначить норму о необходимости и порядке создания и поддержки в макрорегионе федеральных научных и научно-образовательных центров по важнейшим направлениям научных знаний и научно-технологического развития;
- необходимо законодательно гарантировать сохранение научного потенциала в макрорегионе и способы и инструменты его наращивания, особенно в ключевых отраслях знания.
И последнее. Грамотно выстроенные для Дальнего Востока институты развития науки и образования способны оказать существенное влияние на формирование социальной системы, интегрированной в Азиатско-Тихоокеанский регион и СевероВосточную Азию, что в конечном итоге может превратить макрорегион в один из компонентов субглобальной социально-экономической системы с высоким уровнем развития человеческого потенциала. Пока же обсуждаемый законопроект представляет собой очередной вариант документа, который наполнен декларативными заявлениями и необоснованными ожиданиями. Отсутствие внятного и конкретного содержания норм и правил по важнейшим позициям развития науки и образования,
ш
которые необходимо поддержать на Дальнем Востоке, выхолащивает саму суть документа, направленного на ускоренное развитие стратегически важного макрорегиона. Увы, так уже было [2; 3].
Список литературы
1. Минакир П.А. Экономика регионов: Дальний Восток / отв. ред. А.Г. Гранберг. М.: Экономика, 2006. 848 с.
2. Минакир П.А., Прокапало О.М. Государственная программа РФ «Социально-экономическое развитие Дальнего Востока и Байкальского региона» // Пространственная экономика. 2013. № 1. С. 103-122.
3. Минакир П.А., Прокапало О.М. Программы и стратегии развития российского Дальнего Востока // Проблемы Дальнего Востока. 2011. № 5. С. 93-104.
4. Найден С.Н., Скрипник Е.О. Человеческий капитал и факторы мобильности населения: образ новых возможностей Тихоокеанской России - 2050 // Вестник ДВО РАН. 2012. № 4. С.15-23.
5. Синтез научно-технических и экономических прогнозов: Тихоокеанская Россия - 2050 / под ред. П.А. Минакира, В.И. Сергиенко. Владивосток: Дальнаука, 2011. 912 с.
References
1. Minakir P.A. Regions' Economics. Russian Far East. Ed. by A.G. Granberg. Moscow, 2006. 848 p. (In Russian)
2. Minakir P.A., Prokapalo O.M. The Russian Federation State Program «Socio-Economic Development of the Far East and the Baikal Region». Prostranstvennaya economika [Spatial Economics]. 2013. No. 1. Pp. 103-122. (In Russian)
3. Minakir P.A., Prokapalo O.M. Development Programs and Strategy for the Russian Far East. Problemy Dalnego Vostoka [Far Eastern Affairs]. 2011. No. 5. Pp. 93-104. (In Russian)
4. Naiden S.N., Skripnik E.O. Human Capital and the Factors of People Mobility: The Image of New Possibilities of the Pacific Russia in 2050. Vestnik Dalnevostochnogo otdelenia Rossiiskoy academii nauk [Vestnik of the Far East Branch of the Russian Academy of Sciences]. 2012. No. 4.
Ш
ж
К? 1М£Т Я
■
Fe
ш ■ Ж"- • ШшШ.
Уj
шоналмстика
\ -Д У- //'А,.*.. ' ¿¿-
DOI: 10.14530/reg.2016
.3
• D.I:. I,
V\\гПГ'
Pp. 15-23. (In Russian)
5. The Synthesis of Scientific-Technological and Economic Forecasts: Pacific Russia - 2050. Ed. by P.A. Minakir, V.I. Sergienko. Vladivostok, 2011. 912 p. (In Russian)
Ж
Для цитирования:
Минакир П.А., Найден С.Н. Развитие науки и образования в проекте федерального закона «Об особых условиях ускоренного развития Дальнего Востока и Байкальского региона»: взгляд экспертов // Регионали-стика. 2016. Т. 3. № 3. С. 38-47.
For citing:
Minakir P.A., Naiden S.N. Science and Education Development in the Draft Federal Law «On the Special Provisions for the Accelerated Development of the Far East and Baikal Region»: Expert Opinion. Regionalistica [Regionalistics]. 2016. Vol. 3. No. 3. Pp. 3847. (In Russian)