Научная статья на тему 'Раскол в руководстве российских мусульман: 1994-2004 годы'

Раскол в руководстве российских мусульман: 1994-2004 годы Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

CC BY
277
43
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по философии, этике, религиоведению, автор научной работы — Тульский Михаил

"Центральная Азия и Кавказ", Лулео (Швеция), 2004 г., № 5, с.119-130.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Раскол в руководстве российских мусульман: 1994-2004 годы»

сов на прорыв к постиндустриализму, или вперед — к демократии и современному обществу инновационного типа.

«Полис», М., 2004г., № 6, С. 125-135.

Михаил Тульский, политический обозреватель РАСКОЛ В РУКОВОДСТВЕ РОССИЙСКИХ МУСУЛЬМАН:

1994-2004 ГОДЫ

Во время наиболее крупного раскола у российских мусульман в 1992 г. московский муфтий Равиль Гайнутдин был на стороне Талгата Таджуддина, который в то время возглавлял Духовное управление мусульман европейской части СНГ и Сибири. Однако уже тогда Гайнутдин общался и с «раскольниками», которые пытались перетянуть его на свою сторону: по воспоминаниям Нафигуллы Аширова, Ра-виль-хазрат был готов стать лидером «раскола», но отнюдь не его рядовым участником. Вскоре намерения московского муфтия вылились в конкретные действия. 29 января 1994 г. собрание московских мусульман, организованное Р.Гайнутдином, постановило: «Учитывая высокий моральный и политический авторитет Исламского центра Москвы и Московской области... признавая, что благодаря усилиям руководства Исламского центра столица России стала важным духовным центром мусульман РФ, создано Духовное управление мусульман Центральноевропейского региона России (ДУМЦЕР)... Духовное управление остается неразрывной частью исламской уммы России и мыслит свою деятельность не иначе, как в строгом каноническом согласии и единении с Духовным управлением мусульман европейской части СНГ и Сибири (ДУМЕС), другими духовными управлениями России и зарубежными религиозными организациями». (Информация пресс-службы ДУМЦЕР.)

Несмотря на слова о «строгом каноническом согласии и единении с ДУМЕС», регистрация нового управления в Минюсте (23 февраля 1994 г.) открыла путь к ее выходу (эту организацию возглавил Гайнутдин) из ДУМЕС Таджуддина. 22 марта Гайнутдин провел презентацию ДУМЦЕР, в которой приняли участие Таджуддин, министры РФ А.Козырев и С.Шахрай, митрополит Питирим и главный раввин А.Шаевич. Кроме того, в адрес Гайнутдина поступили приветст-

венные телеграммы от тогдашнего председателя Госдумы РФ Рыбкина и глав ДУМ Украины, Дагестана и Ингушетии.

Отделение ряда региональных управлений от Таджуддина вызвало резкое недовольство участников состоявшегося 15 сентября расширенного пленума Центрального духовного управления мусульман (ЦДУМ) России и европейских стран СНГ (так после перерегистрации в Минюсте 4 апреля 1994 г. стал именоваться ДУМЕС). На пленуме было принято постановление «освободить З.Шакирзянова от обязанностей имам-мухтасиба мусульман Омской области и Сибири... исключить З.Шакирзянова из состава Президиума ЦДУМ». Впрочем, столь жесткие меры Шакирзянову не навредили (5 октября 1995 г. он зарегистрировал в Минюсте РФ независимое ДУМ Сибири — Омский муфтият), но произвели впечатление на других региональных подчиненных Таджуддина. Буквально на следующий день, 16 сентября, МВД Башкортостана передало в президиум ЦДУМ информацию о подготовке сторонников ДУМ республики к захвату резиденции Центрального духовного управления в республике, в связи с чем Таджуддин разослал всем свои муфтиям и мухтасибам телеграммы с «призывом защитить комплекс зданий ЦДУМ от угрозы захвата» (18 сентября подобную телеграмму Таджуддин отправил даже Патриарху Алексию II). Почти все они откликнулись на этот призыв и прислали в Уфу своих представителей (не отреагировали только московский и самарский муфтии). «За неоднократное неучастие в работе пленумов ЦДУМ, а также игнорирование приглашения Президиума для защиты комплекса ЦДУМ, освободить от всех занимаемых должностей: члена президиума ЦДУМ, председателя ДУМЦЕР, второго имам-хатыба Московской соборной мечети муфтия Равиля Гайнутдинова. Утвердить вторым имам-хатыбом Московской соборной мечети Юнеева Шамиля. За игнорирование призыва президиума ЦДУМ к защите комплекса ЦДУМ от угрозы захвата вывести из состава президиума ЦДУМ председателя ДУМ Самарской области муфтия Яруллина Вагиза» — таково было решение чрезвычайного пленума ЦДУМ 21 сентября 1994 г.

Сразу же после этого московские сторонники Таджуддина Р.Валеев и братья Юнеевы предприняли попытку отстранить Гайнут-дина от руководства Московской соборной мечетью (единственная мечеть, в то время подконтрольная Гайнутдину в Москве) непосредственно в ходе проповеди московского муфтия. В ответ на эту попытку уже 23 сентября 1994 г. президиум ДУМЦЕР принял «единоглас-

ное решение о каноническом выходе ДУМЦЕР из состава ЦДУМ». Желая сохранить под контролем «свою» мечеть, Гайнутдин уволил из нее управляющего делами А.Бедретдинова, имам-хатыбов Р.Аляутдинова и X.Фехретдинова, которые даже... подали иск в суд «о восстановлении на работе». Гайнутдин установил контакты с Высшим координационным центром ДУМ России (ВКЦ), но не вошел в его состав. 31 августа 1995 г. председатель ВКЦ Галиуллин и председатель ДУМЦЕР Гайнутдин подписали совместное заявление о том, что «в соответствии с законом РФ «О свободе совести» приняли решение не участвовать в предвыборной кампании 1995 г. в Госдуму». Но вскоре сами его и нарушили: 24 ноября состоялась встреча Гай-нутдина с лидерами блока «Межнациональный союз» А.Микитаевым и А.Чуевым, на которой муфтий заявил, что мусульмане России разделяют позицию «Межнационального союза»; 6 декабря зампреды ВКЦ Аширов и Исхаков (вместе с А.В.Ниязовым и В.Якуповым) от имени «Союза мусульман России» (не сумевшего собрать подписи для участия в выборах) призвали отдать голоса «самому умеренному, самому проверенному» (слова Аширова) избирательному объединению «Наш дом — Россия». После этого Ниязов стал советником главы фракции НДР в Госдуме С.Беляева и летал по стране на авиалайнере дочерней фирмы «Газпрома».

1 июля 1996 г. Первый меджлис (съезд) руководителей Духовных управлений мусульман России принял решение об образовании Совета муфтиев России (СМР), в который вошли ДУМЦЕР, ДУМ Татарстана Галиуллина, ДУМ Башкортостана Н.Нигматуллина, ДУМ Поволжья М.Бибарсова, Бугурусланский и Ульяновский муфтияты братьев Исмагила и Тагира Шангареевых, а также «карликовое» ДУМ Чувашии М.Архипова (к 2000 г. прекратившее свое существование). Председателем СМР был избран Р.Гайнутдин — главный организатор мероприятия. Тут же, в ходе работы, меджлис переименовали в международную конференцию «Демократия и судьбы Ислама в России», на которой Гайнутдин заявил: «Мы выступаем за продолжение курса реформ, сохранение мира и согласия. Ведь понятия «Ислам» и «демократия» полностью совместимы». За два дня до второго тура выборов Президента РФ эти слова были истолкованы как поддержка Ельцина. Однако тогда же, 1 июля, Равиль-хазрат встретился с Г.Зюгановым, которого он также заверил в своей поддержке и попросил в качестве ответного жеста от имени Госдумы поддержать идею создания СМР как единого исламского органа России. Вхождение в СМР большин-

ства коллективных членов ВКЦ, руководство которым Г.Галиуллин в начале 1996 г. передал Н.Аширову, знаменовало собой начало постепенного забвения ВКЦ. В СМР не перешли только московский имам М.Велитов (контролировавший тогда в столице Историческую мечеть), ДУМ Тюменской области Г.Бикмуллина, несколько приходов Сибири и Дальнего Востока, а также республики Марий Эл. Формально в ВКЦ входили и северокавказские ДУМ, но они всегда жили своей жизнью и не участвовали в конфликтах между татарскими муфтиями. К тому времени Н.Аширов завязал дружеские контакты с А.-В.Ниязовым, президентом Исламского культурного центра и организатором Союза мусульман России. У них было много общего: они выходцы из Сибири (из Тобольска и Омска), принадлежали к одной этнической группе сибирских бухарцев — потомков переселенцев из Бухарского эмирата в Сибирское ханство в XV—XVI вв. 8-10 августа 1997 г. Аширов организовал на своей родине (в Тобольске) Первую конференцию мусульман Сибири и Дальнего Востока, на которой было создано Межрегиональное духовное управление мусульман Сибири и Дальнего Востока. Его председателем был избран Н.Аширов («Верховный муфтий Сибири»), заместителями — А.-В.Ниязов и Г.Бикмуллин.

Основным местом пребывания Аширова и Ниязова остается Москва, где они, принимая участие в совместных мероприятиях, постепенно сближаются с Гайнутдином. 28 января 1998 г. по приглашению Союза мусульман (Ниязова, Аширова и Хачилаева) в Москву приехал лидер афро-американской организации «Нации ислама» Л.Фаррахан. На следующий день он вместе с Р. Гайнутдином участвовал в праздновании Уразы-байрам в Московской соборной мечети. А 7-9 августа того же года делегации лидеров СМР и ВКЦ вместе участвовали в работе Второй международной конференции исламского единства, почетным председателем которой был избран А.Масхадов. Через месяц, 6 сентября, они же по приглашению Масхадова приехали в Грозный на празднование 7-летия независимости Ичкерии и 238-летия шейха имама Мансура. В итоге Гайнутдин и Аширов заключили неофициальное соглашение о разделе сфер влияния: Гай-нутдин руководит мусульманскими приходами европейской России (за исключением автономных республик), Аширов — азиатской (Урал, Сибирь, Дальний Восток). В ноябре — декабре ДУМ Аширова переименовывали в ДУМ азиатской части России (ДУМАЧР), а ДУМЦЕР Гайнутдина — в ДУМ европейской части России (ДУМЕР).

Приходы ВКЦ в европейской части передают ДУМЕР, а обращающихся к Гайнутдину мусульман азиатской части направляют к Аширову. В результате объединения Аширова с Гайнутдином первый потерял часть своих союзников. Сначала откололся Велитов (он перешел в ДУМ Сибири Баязитова, который построил для него мечеть в московском районе Отрадное), а 15 октября 1999 г. — тюменский ДУМ Бикмуллина. Ни Велитов, ни Бикмуллин до сих пор в СМР не вошли. 23-25 ноября 1998 г. в Москве состоялось совместное заседание СМР и ВКЦ, где было принято решение о вхождении ВКЦ в СМР (юридически ВКЦ ликвидирован Минюстом РФ летом 2002 г.) и совместное заявление «по поводу необоснованных претензий Талгата Таджуддина... чей сан «Верховный муфтий России» является самозванным и незаконно присвоенным». Это заявление подписали Гайнутдин, Аширов, Нигматуллин, Бибарсов, Архипов, братья Шан-гареевы, новый муфтий Татарстана Г.Исхаков, муфтии Адыгеи Э.Шумафов, Ингушетии М.Албогачиев, Кабардино-Балкарии Ш.Пшихачев, Карачаево-Черкессии И.Бердиев, Северной Осетии Д.Хекелаев, заммуфтия Дагестана X.Бацаров, а также муфтии входящих в ДУМЕР Пензенского, Нижегородского и Ростовского ДУМ. 24 ноября участники этого заседания организовали встречу с лидером Народно-патриотического союза России и Компартии Г. Зюгановым и председателем исполкома НПСР В.Зоркальцевым. Кстати, она состоялась в то время, когда либеральные СМИ резко осуждали КПРФ за антисемитские высказывания Макашова, а Б.Березовский и Е.Гайдар требовали запрета КПРФ.

После образования независимого ДУМ Татарстана Президент республики М.Шаймиев поддерживал дружеские отношения с Тад-жуддином, но в то же время не мог не радоваться образованию в независимом Татарстане независимого ДУМ и «перенесению» столицы российского ислама из Уфы в Казань с образованием ВКЦ во главе с муфтием Татарстана. Муфтий Г.Галиуллин зарекомендовал себя энергичным, активным и даже агрессивным человеком, а «таджудди-новцы» — казанский мухтасиб Г.Саматов и муфтий ДУМ Татарстана (в составе ЦДУМ) Г.Зиннатуллин слывут его полной противоположностью. Сменивший Зиннатуллина (19 ноября 1997 г.) на посту муфтия республики «таджуддиновец» Ф.Салман (Хайдаров) прямо называет предшественника «человеком бездеятельным и инфантильным», хотя он «читает хорошо и у него красивый голос». Стоит ли удивляться, что в 1993-1994 гг. число приходов, находящихся в подчинении

Галиуллина, более чем удвоилось, а в подчинении Таджуддина осталось неизменным.

Не найдя нового лидера за пределами Татарстана, администрация М. Шаймиева обратила внимание на первого заместителя Г.Галиуллина, более мягкого и умеренного Г.Исхакова, мать которого хорошо знакома с X.Низамовым (в 1991-1997 гг. он был главой Аппарата Президента республики М.Шаймиева). Нового лидера логично было искать в структуре ДУМ РТ, так как, согласно данным Совета по делам религий, на декабрь 1997 г. из 769 мусульманских приходов Татарстана 599 принадлежали ДУМ РТ, 60 — ЦДУМ, 110 — числились независимыми, однако часть из последних на самом деле входили в ЦДУМ. (Видимо, эти данные включают и приходы, к тому времени еще не прошедшие регистрацию, так как на конец 1997 г. в республике насчитывалось 695 зарегистрированных приходов.)

По инициативе М.Шаймиева 14 февраля 1998 г. в Казани состоялся Объединительный съезд мусульман Татарстана (М.Шаймиев его и открывал). Предварительно руководители местных администраций провели соответствующую разъяснительную работу с делегатами съезда (их доставляли в Казань на государственных автобусах), подавляющее большинство которых проголосовало за Г.Исхакова. Он получил 430 голосов (всего прибыло на съезд 718 делегатов, а должны были приехать не менее 762). Г.Галиуллин — 111, Ф.Салман — 53, М.Залялетдинов (мухтасиб Казани, ДУМ РТ) — 35, К.Бикчентаев (ЦДУМ) — 34, Г.Зиннатуллин — 27. В соответствии с новым законом «О свободе совести и религиозных объединениях РФ» Минюст Татарстана зарегистрировал (4 марта 1998 г.) ДУМ республики во главе с Исхаковым, юридически лишив Галиуллина статуса муфтия и главы ДУМ республики. На первом пленуме нового ДУМ (он состоялся 18 марта) муфтии Ф.Салман и Г.Галиуллин объявили о передаче всех имущественных и неимущественных прав своих духовных управлений Объединенному управлению Исхакова: Габдулла-хазрат избран председателем Совета улемов, а Фарид-хазрат возглавил Комиссию по изданию религиозной литературы объединенного ДУМ РТ. «Они признали меня муфтием, сдали печати, уставы, а через год вышли из ДУМ РТ, но уже без печатей и без уставов», — с иронией вспоминает Гусман-хазрат. Сразу после выхода Галиуллина и Салмана был разработан новый Закон РТ «О свободе совести и о религиозных объединениях», подписанный М.Шаймиевым 21 июля 1999 г. Пункт 5-й статьи 10-й данного документа гласит: «Мусульманские религиозные

организации в РТ представляются и управляются одной централизованной религиозной организацией — ДУМ РТ». Ф.Салман обращался сначала в местные суды, а затем и в Конституционный суд России, который в июле 2001 г. отменил этот и другие пункты данного закона, как не соответствующие Конституции РФ. Однако это не помогло зарегистрировать в Татарстане филиал ЦДУМ: его противостояние с ДУМ РТ закончилось тем, что 19 октября 2001 г. Ф.Салмана отстранили от мечети «Булгар». Он был вынужден уехать в Москву, а в сентябре 2002 г. получил от Таджуддина назначение в Ямало-Ненецкий округ. В соответствии с упомянутым законом все мечети республики перерегистрированы в составе ДУМ РТ Исхакова: обычно глава района просто брал документы у местного муллы и передавал их в Казань на перерегистрацию. Если прежде депутат Госсовета РТ Ф.Шаймарданов смог зарегистрировать свой ДУМ-ханафитов с четырьмя приходами в Набережных Челнах, то после утверждения этого закона ни один мусульманский приход не был зарегистрирован вне ДУМ РТ. Сейчас все мусульманские приходы республики (кроме этих четырех) входят в ДУМ Исхакова.

Другой оппонент Г.Исхакова — Г.Галиуллин (женат на родной сестре Исхакова) — помирился с Гусман-хазратом в начале 2002 г., а уже на Втором съезде мусульман РТ (2 февраля 2002 г.) сидел в президиуме и голосовал за Исхакова. Вообще голосование на этом съезде проходило довольно примечательно: в отличие от 1998 г., оно не было тайным и весь зал (из 625 избранных делегатов присутствовали 578) дружно поднял руки «за» Исхакова, т. е. после вопросов «кто против» и «кто воздержался» не было обнаружено ни одной поднятой руки, в связи с чем альтернативные кандидатуры X.Салихжана и К.Бикчентаева на голосование даже не поставили. Однако 7 февраля, при повторном просмотре видеозаписи съезда, обнаружили, что один делегат проголосовал «против»... К тому же и делегатов на съезд выбирали весьма своеобразно: по два представителя от трех приходов. В.Якупов (первый заместитель Исхакова) объяснил это тем, что в Татарском драматическом театре (где проходил съезд) только 744 места. Но возможно и другое объяснение: не послать делегатов могли как раз от той трети приходов, которые в 1998 г. проголосовали «не так».

После того как Б.Ельцин (9 августа 1999 г.) назвал фамилию человека, которого он хотел бы видеть своим преемником на посту главы государства, муфтии начали борьбу за будущего президента. Первым, уже 21 августа, с В.Путиным сумел встретиться Гайнутдин,

чтобы обсудить «пути достижения мира и согласия на Северном Кавказе». «Исламское духовенство России будет поддерживать мусульман Дагестана, ведущих борьбу с агрессорами. Люди, которые вошли в республику с оружием, не имеют никакого отношения к защите принципов ислама», — заявил журналистам Гайнутдин. С 27 августа в Чувашии Таджуддин сказал: «...несмотря на усиление влияния ряда зарубежных мусульманских и арабских стран на Северном Кавказе, где сейчас идет финансирование и насаждение религиозного экстре -мизма, правоверные мусульмане России абсолютно не воспринимают религиозный экстремизм, тем более такую его опасную разновидность, как ваххабизм. Более чем четырехвековой опыт совместного добрососедского проживания в России с представителями других традиционных конфессий помог нам найти тот золотой стержень взаимоуважения, который сдерживает проявления ваххабизма». Смысловая разница очевидна: Таджуддин не просто «поддерживает и одобряет» (как Гайнутдин), но и указывает на «корень зла». 9 сентября в резиденции Гайнутдина состоялось расширенное заседание СМР совместно с муфтиями Чечни, Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии, Адыгеи и Дагестана. Выяснилось, что по ряду параметров позиции гайнутдиновцев и северокавказцев не совпадают: «Мы призывали сесть за стол переговоров, чтобы попытаться прекратить кровопролитие, но, к сожалению, некоторые муфтии Северного Кавказа выступали резко против этого, они считают, что надо вести войну до конца» — так описал эти противоречия сопредседатель СМР Г.Исхаков, добавив в отношении молодых чеченских боевиков: «Когда эти 15-16-летние мальчики успели стать бандитами? Их не надо называть бандитами, их просто надо наставить на истинный путь». Однако на прошедшей в этот же день встрече муфтиев СМР и Северного Кавказа с В.Путиным на эти разногласия внимания не обратили. К тому же гайнутдиновцы сумели первыми поддержать выдвижение В.Путина в президенты страны. Так, 26 января 2000 г. «Рефах» А.-В. Ниязова подготовило заявление, призывавшее мусульман, буддистов, представителей других традиционных конфессий России проголосовать 26 марта за В.Путина. В заявлении, в частности, отмечалось, что он сумеет защитить право всех народов России жить в соответствии со своими духовными ценностями и национальными традициями, сумеет добиться прочного и долговременного мира на Кавказе. 15 марта состоялась третья встреча Гайнутдина с В.Путиным, в начале которой муфтий подарил ему кинжал, а кандидат в президенты отме-

тил, что культура России «многоукладна, как и экономика», добавив, что специально пригласил на встречу министра-мусульманина Ф. Газизуллина — главу Минимущества РФ.

Перед выборами В. Путина поддержали и Гайнутдин, и Таджуд-дин, и Исхаков, и Аширов, хотя двое последних неохотно вспоминают об этом, а Таджуддин успел первым из них поздравить В.Путина с победой: 27 марта на ленте ИТАР-ТАСС (в 10 часов 42 минуты) появилось сообщение: «Верховный муфтий России от имени миллионов российских мусульман поздравил Владимира Путина с победой на президентских выборах». Далее шел текст поздравления: «С верой и надеждой отдали свои голоса за Вас, ибо дела больше, чем слова, доказывают Вашу решительность и любовь к Отечеству».

16 сентября 1999 г. Народное собрание (парламент) Дагестана принял Закон «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории РД», а председатель Госсовета республики М.Магомедов подписал его 22 сентября. В статьях 2-3 этого документа зафиксировано: «Обучение граждан РД в религиозных учебных заведениях за пределами РД и РФ допускается только по направлению органа управления республиканской религиозной организации, согласованному с государственным органом по делам религий РД» и только «по учебным программам, утвержденным органом управления республиканской религиозной организации. Лица, преподающие религиозные дисциплины в религиозных образовательных учреждениях или в частном порядке, должны иметь религиозное образование и осуществлять свою деятельность с разрешения органа управления республиканской религиозной организации». Кроме того, статья 5 предусматривает: «Лица, виновные в нарушении требований статей 1-4 настоящего Закона, если их действия не влекут предусмотренную законодательством уголовную ответственность, привлекаются к административной ответственности в виде административного ареста на 15 суток или штрафа в размере от 100 до 500 минимальных размеров оплаты труда». 2 октября в Уфе прошел пленум (совет муфтиев) ЦДУМ, по итогам которого принято заявление, вызвавшее широкий резонанс: «При поддержке Духовных управлений мусульман европейской части России, азиатской части, так называемого Бугуруслан-ского муфтията, ДУМ Республики Татарстан зарубежные проповедники противостоят традиционно умеренному и просвещенному Исламу, проповедуя и внедряя нетрадиционные формы и течения, которые вызывают конфликты и столкновения между их последователя-

ми... От того, каким станет результат противостояния духовенства и приходов ЦДУМ с новоявленными псевдорелигиозными структурами, зависят долгосрочные социально-политические перспективы взаимоотношений мусульманского сообщества с государством». Это заявление подписали Т.Таджуддин, муфтии (ЦДУМ) Чувашии, Удмуртии, Татарстана, Марий Эл, Ульяновской, Челябинской и Курганской, Свердловской, Астраханской, Самарской, Пермской, Волгоградской, Оренбургской, Пензенской, Ростовской, Московской, Кировской областей, Петербурга, Ханты-Мансийского автономного округа, Беларуси, Эстонии, Латвии, Литвы и даже независимого от ЦДУМ Духовного управления мусульман Сибири. Небезынтересно также, что один из подписавших заявление, глава мусульман Эстонии

А.Харрасов, в 1992-1994 гг. был активным членом ВКЦ. Лишь после такой атаки на него Гайнутдин, в августе говоривший о необходимости «исключительно мирного решения этого острого конфликта», а 1 октября выступавший «против нанесения авиаударов по Чечне», заявил (16 октября в Волгограде) о поддержке военных действий России в Дагестане: «Мы будем бороться с проникновением в глубь России «ислама» радикального толка и призываем верующих мусульман исповедовать традиционный ислам, главные постулаты которого осуждают войны, братоубийство, насилие.

20 октября, перед началом заседания Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при Ппрезиденте РФ, Таджуд-дин отметил: «Под видом благотворительных мусульманских фондов в Россию проникают религиозные экстремисты, которые распространяют здесь идеи нетерпимости... Некоторые зарубежные студенты, обучающиеся в исламских институтах нашей страны, принимают участие в подобных движениях».

Обострение борьбы между СМР и ЦДУМ повлияло на поведение «попутчиков» Гайнутдина и Аширова. Так, 15 октября ДУМ Тюменской области Г.Бикмуллина вышел из ДУМАЧР и из СМР, 11 ноября он заключил с муфтием Ханты-Мансийска Т.Саматовым (ЦДУМ) договор о сотрудничестве (позже Бикмуллин заключил подобное соглашение и с ДУМАЧР). А к весне же 2002 г., по словам Са-матова, Бикмуллин наиболее дружественные отношения поддерживал с Казанским муфтиятом Исхакова. 14 ноября Таджуддин принял участие в телепрограмме «Итоги» (НТВ), где заявил о пособничестве ваххабизму со стороны СМР. Однако наиболее ярким и содержательным было его выступление на научно-практической конференции

«Войны будущего и пути их предотвращения» в конце ноября: поведав об истории проникновения ваххабизма в страну, он перешел к современности: «В России немало пособников ваххабитов. Это Московский муфтият, Духовное управление мусульман азиатской части России, Бугурусланский муфтият, Духовное управление мусульман Татарстана. Московский муфтият недавно получил гуманитарную помощь из-за рубежа на 1 млн. долл. — а это и летние ваххабитские лагеря, и ваххабитское духовенство».

30 июня 2000 г. состоялось заседание СМР, посвященное возможному законодательному запрету ваххабизма в РФ. В принятом по его итогам обращении Таджуддин назван раскольником, первым распахнувшим двери для псевдоисламских миссионеров после того, как в январе 1992 г. заключил договор с Исламским банком развития на 1,5 млн. долл. (Фактически на 1,4 млн. долл., из которых «ведомство» Таджуддина получило лишь 0,4 млн., причем в первой половине 1992 г., когда все нынешние противники Таджуддина работали под его руководством.) В том же заявлении прозвучал протест против законодательного запрета ваххабизма. Вскоре Гайнутдин передал в СМИ заявление, косвенно оправдывающее ваххабизм. «Ваххабизм — это официальная идеология Саудовской Аравии, где нет ни терроризма, ни экстремизма, которые основывались бы на ваххабизме. Ваххабизм основан на учении Корана и Сунны Пророка. Принятие в России какого-либо закона о запрете ваххабизма будет означать ущемление прав и конституционных свобод наших граждан-мусульман. В начале 1990-х годов несколько сот наших молодых людей поехали в институты и университеты Королевства Саудовской Аравии. Потому что Королевство Саудовской Аравии оплачивало все расходы пребывания наших студентов и подготовило наших студентов». «Ваххабизму приписывается сплошной негатив, но на самом деле ситуация сложнее. Ваххабизм — это учение, основанное на Коране и Сунне. В нем нет ни намека на экстремизм, терроризм. Более того, они осуждаются».

На митинге, организованном «Единой Россией» 3 апреля 2003 г. в Уфе в знак протеста против войны в Ираке, Т.Таджуддин сказал: «Вы знаете, что такое “буш”? Буш — это “пустой” (с арабского. — М. Т.), пустой, пустой Буш! А пустышки надолго не остаются! Их сметет Бог, их сметет история, вовеки веков пусть не будет таких пустых правителей в этом мире!.. Народ Ирака стоял и будет стоять!.. У нас Бог есть, единый, мы его Богом, Аллахом зовем, ему мы будем поклоняться. Надоел нам этот зеленый доллар, то сюда менять, то туда ме-

нять — на хрен пошел этот доллар вместе с Бушем! Я не ругаюсь, это Бог взывает через мои уста!.. Американцы в этой полосатой робе, как их флаг, — заключенные со всего мира уже 200 с лишним лет в Америке находятся. И сегодня эти разбойники вырвались на свободу, в клетку их, в клетку американцев! Мы рады, что президент наш, выбранный, избранный Богом и народом, прекрасно понимает и все по уму делает, ибо с 19 марта сего года третий Рим — это Москва! Четвертому Риму не бывать! Потому что неправильно было бы присоединиться к этим казематчикам в полосатых штанах со звездочками на заднице, вы знаете, они же и плавки такие одевают, куда звездочка придется, не знаю, сзади или спереди, такие люди не могут быть гарантами мира никогда! Один правитель, Александр II, продал за 7 миллионов золотом Аляску, вот они сейчас аппетит большой имеют. Через Ирак, оттуда они хотят проверять потом Иран, потом Азербайджан, Армению, потом к своей проститутке Шеварднадзе заглянуть. Оттуда захотят результаты референдума в Чечне проверить и потом посмотреть, а где у нас сколько нефти, сколько золота, сколько лесов, и заодно помочь разрезать все наши ракеты. Еще извиняюсь, но скажу: хрен — им! Центральное духовное управление сегодня ночью объявило священную войну за свободу Ирака и мира. Вы поддерживаете? Все, кто хочет там воевать за Бога, за Ирак, за мир и свободу, пусть записывается в эти отряды. Кто там в нейтралитете, можем организовать здесь отряды, у себя, любого американца, любого англичанина и всех их прихвостней будем хватать, отводить в милицию как шпиона и продавать Америке по 1,5 млн. долл. каждого. Из этих денег можно повысить стипендию студентам, построить больше спортплощадок и обучать восточным единоборствам».

Присутствовавшие на митинге студенты многократно прерывали это выступление эмоциональными возгласами одобрения. После столь темпераментной «речи предыдущего оратора» зампред ДУМ Башкортостана Аюп Бибарсов даже не стал выступать, хотя до того и собирался. Под крики восторженной молодежи «Муфтий, мы тебя любим!» спустившегося с трибуны Таджуддина окружили журналисты, которым он сказал: «Исламское Центральное духовное управление мусульман России, мусульман Святой Руси сегодня ночью единогласно приняло фетву об объявлении священной войны за свободу Ирака и всего мира».

Слово «джихад» Таджуддин не произнес, это «сенсационное» слово вложили в его уста журналисты. «ЦДУМ приняло постановле-

ние об объявлении джихада (священной войны) США. Он отметил, что фатх (постановление) об объявлении джихада какой-либо стране принято в истории России КК—КК! вв. второй раз. В первый раз джихад был объявлен российскими мусульманами Германии в 1941 г., сказал Таджуддин. «У мусульман России есть действенные рычаги воздействия на США. В частности, мы будем образовывать фонд из пожертвований и на эти деньги закупать оружие для борьбы против Америки и продовольствие для народа Ирака», — сказал муфтий. Он подчеркнул, что результаты священной войны мусульман можно ожидать уже в течение 2-3 дней. Объявленный ЦДУМ джихад США поддержали участники прошедшего в Уфе митинга, — сообщил в 15 часов 3 апреля «Интерфакс». В сообщении «Интерфакса» эти слова, произнесенные на митинге, перемешаны с ответами на вопросы журналистов, к ним добавлены и слова об оружии, которых нет в аудио- и видеозаписях. А в материале ИТАР-ТАСС, переданном в тот же день в 16 час. 52 мин., повторено сообщение «Интерфакса», но есть и дополнение: «В Исламском духовном управлении в Уфе, которым руководит Талгат Таджуддин, сообщили, что «никаких официальных заявлений от имени Исламского духовного управления по этому поводу не было».

После предупреждения Генпрокуратуры (4 апреля) от заявлений муфтия начали открещиваться накануне аплодировавшие ему лидеры Башкирского отделения «Единой России» и ДУМ республики (входящее в СМР Гайнутдина). Все муфтии СМР осудили «джихад Таджуддина», называя Верховного муфтия чуть ли не сумасшедшим, но джихад, объявленный С.Хусейном, они считали нормальным и поддерживали «борьбу иракского народа». В этом плане показательно поведение А.Бибарсова, который процитировал В.Путина: «Америка — наш стратегический партнер». Но когда автор этих строк спросил заммуфтия, а хотел бы он видеть Америку партнером России, Аюп-хазрат ответил: «Конечно, лично я хотел бы видеть партнером России не США, а Францию и Германию». Муфтий Исхаков тогда же сказал с долей цинизма: «Чего сейчас джихад Америке объявлять — дня через два-три война закончится поражением Ирака». А хуже всех относящийся к Таджуддину Н.Аширов отметил: «Плохой человек испортил хорошую идею». 4 апреля Гайнутдин подписал официальное заявление СМР: «Озвученный муфтием Талгатом Таджуддином план закупки мусульманами России оружия для войны с США является первым ярким доказательством своевременности федерального зако-

на «О противодействии экстремизму». Если раньше проявления экстремизма на религиозной почве в нашей стране имели частный характер, то теперь целое духовное управление мусульман объявило неподчинение российскому законодательству. Совет муфтиев России целиком и полностью поддерживает усилия Президента России В.В.Путина». Ни до, ни после того Гайнутдин не демонстрировал восторга по поводу вступления в силу Закона об экстремизме... В тот же насыщенный событиями день, 4 апреля, заместитель Таджуддина М.Хузин встречался с митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом и с главой Администрации президента А.Волошиным (Таджуддин в то время «заболел» гриппом и отключил все телефоны). После этого Хузин сказал: «Таджуддин объявил духовный джихад, который состоит из четырех аспектов: осуждение агрессии США против суверенного государства; поддержка действий президента РФ по мирному урегулированию иракского кризиса; сбор средств для оказания гуманитарной помощи Ираку; отключение телевизоров, когда идет демонстрация американских, английских, канадских фильмов».

14 апреля в резиденции СМР состоялось расширенное заседание, на котором была принята фетва, осуждающая Таджуддина. В работе заседания приняли участие Р.Гайнутдин, Н.Аширов, М.Бибарсов, И.Шангареев, муфтии Ульяновской области

Ф.Алиуллов и Мордовии Р.Халиков, заместители муфтиев Татарстана, Башкортостана и Нижегородской области В.Якупов, А.Бибарсов и Д.Мухетдинов. Независимые от СМР муфтияты представляли лишь председатель ДУМ Коми В.Гаязов и муфтий Чечни А.Шамаев. Остальные шесть муфтиев Северного Кавказа не поддержали Р.Гайнутдина. В этой фетве Таджуддина объявили «лжепророком», так как «сделанное Таджуддином предсказание, что в ближайшие два-три дня один из американских авианосцев потонет, а Америки не станет, так как она распадется на 50 штатов, является лжепророчест-вом... Требовали объявить, что отныне никто из мусульман не вправе совершать с Талгатом Таджуддином совместно намаз и следовать каким-либо указаниям и советам с его стороны». Таджуддин прокомментировал принятое решение следующим образом: «Это все равно, что один дворник снимает другого», и даже послал в газеты факс с кукишем на фоне фетвы СМР.

Степень серьезности «отлучения Таджуддина» была проверена 12 мая в московском ресторане «Капитан Немо» на праздновании по поводу вступления в должность нового председателя Координацион-

ного совета мусульман Северного Кавказа И.Бердиева. Перед совместной трапезой все присутствовавшие на ней мусульмане помолились — молились и недалеко стоявшие друг от друга Таджуддин и Ху-зин, Аширов, Шамаев и Ниязов. На совещании по религиозному образованию (оно проходило 17 апреля в Кремле) заместитель руководителя Администрации президента В.Сурков пригласил к себе муфтиев Северного Кавказа и СМР, но не пригласил муфтиев ЦДУМ. По словам Аширова, Сурков во всеуслышание объяснил это тем, что после объявления джихада «никаких дел с Таджуддином иметь в принципе невозможно». Эти слова замглавы Администрации президента подтвердили и сотрудники ДУМЕР, уточнившие, что на совещании у Суркова 17 апреля «делились деньги» на религиозное образование, и Сурков (кстати, чеченец по отцу, взявший фамилию матери) полно -стью согласился с резкой критикой Гайнутдина в адрес Таджуддина.

22 апреля Совет улемов ЦДУМ Таджуддина осудил фетву СМР, сделав вывод, что объявление Таджуддина вероотступником — призыв к его убийству: «Известно, что пророк Мухаммад, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: “Того, кто поменяет свою религию (т.е. отступится от Ислама) — убейте его...”, однако лидеры ЦДУМ не боятся угроз: мы уже получали подобные повестки от небезызвестного Шамиля Басаева». В заявлении также подчеркнуто: «Достойна уважения позиция молодого и перспективного имама Мемориальной мечети Москвы Шамиля Аляутдинова, который не только не согласился с “фетвой” Гайнутдина, но и покинул “расширенное” заседание». На пленуме ЦДУМ (30 апреля, Уфа) муфтии выразили полную поддержку Т.Таджуддину: «В связи с распространением “Советом муфтиев России”» документа об объявлении Главы ЦДУМ вероотступником... признать реальную угрозу жизни Шейх-уль-Ислама Талгата Сафа Таджуддина». А Мухаммат Таджуддинов (сын Верховного муфтия, назначенный муфтием Башкортостана в составе ЦДУМ) и Хузин подписали соответствующее обращение к главам МВД и ФСБ России и Башкортостана. В работе пленума участвовали сам Таджуддин, 16 муфтиев ЦДУМ, лидеры региональных отделений ЦДУМ в Тюмени и Латвии, все 14 имамов-мухтасибов ЦДУМ в Башкортостане, члены Общественного совета ЦДУМ и руководство Исламского института. Муфтии Свердловской, Самарской областей и Удмуртии прислали своих заместителей — А.Мухамадиева, Р.Бадрукшина и X.Шакирова. Зампред ЦДУМ ямало-ненецкий муфтий Ф.Салман доверил право представлять свое духовное управление

Хузину. От Астраханской и Оренбургской областей, Литвы, Эстонии и Украины поступили только поздравительные телеграммы (астраханский муфтий — один из двух зампредов ЦДУМ). Глава независимого ДУМ Коми Гаязов, присутствовавший на заседании СМР 14 апреля, прислал на пленум своего заместителя Ф.Максютова, который одобрил все решения ЦДУМ (а его начальник — решения СМР). В работе пленума участвовал и председатель Совета по делам религий Кабинета министров Республики Башкортостан Анвар Муратшин — вместе с ним итоговое заявление подписали 47 человек.

Ситуация, в которой Гайнутдин из «защитника ваххабитов» трансформировался в «борца с экстремизмом», а «борец с ваххабизмом» Таджуддин стал «проповедником джихада», не позволяла продолжать идеологическую борьбу между «гайнутдиновцами» и «тад-жуддиновцами» — любые взаимные обвинения отныне всерьез бы не воспринимались. Вероятно, именно невозможность дальнейшей полемики подтолкнула лидеров российских мусульман к пониманию того, что им необходимо объединяться. К тому же Кремль по-прежнему демонстрировал лояльность к обеим противоборствующим группировкам, пригласив на инаугурацию Путина 7 мая 2004 г. и Таджуддина, и Гайнутдина, призвав их к объединению. В результате усилий Кремля 20 мая 2004 г. Бердиев, Гайнутдин и Таджуддин подписали совместное заявление о создании Объединенного совета духовных управлений мусульман России по противодействию экстре -мизму и терроризму, а также выразили решительную поддержку и всемерное содействие усилиям государства и Президента РФ

В.Путина. Таким образом, впервые за всю историю раскола лидеры трех основных группировок российских мусульман объединились в общий Совет.

«Центральная Азия и Кавказ», Лулео (Швеция), 2004 г., № 5, с.119-130.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.