Научная статья на тему 'Психологический анализ мотивации преступных действий несовершеннолетних правонарушителей при совершении групповых и индивидуальных деликтов'

Психологический анализ мотивации преступных действий несовершеннолетних правонарушителей при совершении групповых и индивидуальных деликтов Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
1327
102
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Область наук
Ключевые слова
МОТИВАЦИЯ / МОТИВ / ГРУППОВЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ / ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ДЕЛИКТЫ / ПРОТИВОПРАВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ / НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИЙ ПРАВОНАРУШИТЕЛЬ / MOTIVATION / MOTIVE / THE CRIME GROUP / INDIVIDUAL TORTS / WRONGFUL CONDUCT / THE JUVENILE OFFENDER

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Сафуанов Ф. С., Васкэ Е. В.

в статье рассматриваются вопросы, связанные с соотношением понятий «юридический мотив» и «психологическая мотивация» при выявлении детерминант противоправного поведения несовершеннолетних в уголовном процессе. Приводятся результаты эмпирического исследования; анализируются виды мотивации преступных действий несовершеннолетних при совершении групповых и индивидуальных деликтов корыстного, корыстнонасильственного, насильственного и сексуального типов.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

this article discusses issues related to the ratio of the terms «legal reason» and «psychological motivation» in identifying the determinants of the wrongful conduct of minors in criminal proceedings. The results of empirical research, examines types of motivation criminal acts of juveniles in the commission of torts group and individual self-ser-ving, selfish and violent, violent and sexual types.

Текст научной работы на тему «Психологический анализ мотивации преступных действий несовершеннолетних правонарушителей при совершении групповых и индивидуальных деликтов»

сти, вели контрреволюционную работу в условиях заключения. Исходя из этой градации под прикрытием политико-воспитательного воздействия пытались наладить углубленное агентурное наблюдение за ними в целях разработки отрицательных и вредных для работы лиц и фактов и их своевременной нейтрализации.

К лицам, находившимся в местах лишения свободы, в качестве общественно-воспитательного воздействия применялись следующие дисциплинарные меры: замечание; замечание с предупреждением; выговор, заносимый в личное дело; возмещение причиненного ущерба; лишение на срок до одного месяца свиданий, права получения передач или распоряжения числящимися на счету деньгами. Такие меры могли налагаться только письменными постановлениями и лишь после проведения соответствующей проверки. Однако есть немало оснований предполагать, что декларируемые правила часто были далеки от реализуемой практики. ГУЛАГ

изображался как место гуманного «исправления преступников». Как отмечалось исследователями, в 30-е годы «хорошее поведение» граждан легко можно было истолковать иначе. Оно не могло никого защитить ни от ГУЛАГа, ни от расстрела. Даже самые честные руководители автоматически превращались в нарушителей закона.

Таким образом, из всех многообразных форм культурно-массовой и политико-воспитательной работы в 20-е—начале 30-х гг. только мероприятия по ликвидации безграмотности дали массовый и повсеместный положительный эффект. Большинство остальных форм просветительного воздействия на заключенных лишь в отдельных учреждениях достигали ожидаемого результата. Чаще всего такого рода деятельность руководства лагерей, изоляторов и колоний имела своей целью поставить в очередном отчете очередную «галочку».

Псикологическии анализ мотивации преступных действий несовершеннолетних правонарушителей при совершении групповых и индивидуальных деликтов

Ф.С. Сафуанов, Е.В. Васкэ

Аннотация: в статье рассматриваются вопросы, связанные с соотношением понятий «юридический мотив» и «психологическая мотивация» при выявлении детерминант противоправного поведения несовершеннолетних в уголовном процессе. Приводятся результаты

эмпирического исследования; анализируются виды мотивации преступных действий несовершеннолетних при совершении групповых и индивидуальных деликтов корыстного, корыстно-насильственного, насильственного и сексуального типов.

Ключевые слова: мотивация, мотив, групповые преступления, индивидуальные деликты, противоправное поведение, несовершеннолетний правонарушитель.

Summary: this article discusses issues related to the ratio of the terms «legal reason» and «psychological motivation» in identifying the determinants of the wrongful conduct of minors in criminal proceedings. The results of empirical research, examines types of motivation criminal acts of juveniles in the commission of torts group and individual self-serving, selfish and violent, violent and sexual types.

Keywords: motivation, motive, the crime group, individual torts, wrongful conduct, the juvenile offender.

Преступность несовершеннолетних в современной России с конца 90-х годов прошлого столетия продолжает изменяться в худшую сторону. Увеличилось количество особо тяжких преступлений и число подростков, совершающих противоправные действия в одиночку; сохранилась тенденция к росту рецидивной преступности несовершеннолетних, ее феминизации и увеличению доли учащихся и студентов в социальном составе подростков-правонарушителей. Несмотря на некоторое снижение уровня подростковой преступности на фоне сокращения общего числа преступлений в стране за последние два года, качественное ее изменение в виде повышения криминальной самостоятельности и инициативности несовершеннолетних, расширения социально-демографических характеристик подростков-правонарушителей, изменения мотивов противоправных действий и механизмов совершения право-

нарушений, выглядит все более угрожающе, выступая одной из серьезнейших социально-правовых проблем государства и общества.

В то же время подход законодателя к ответственности несовершеннолетних в настоящее время носит гуманистический характер, отражая принятые Россией Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (Эр-Риядские руководящие принципы) и Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила). В соответствии с гуманистическими принципами правосудия, несовершеннолетний правонарушитель выступает как субъект реабилитации при преимущественном применении к нему принудительных мер воспитательного воздействия, а при назначении наказания — мер уголовной ответственности, не связанных с лишением свободы (ст. 88-90, 92 УК РФ).

Действенность воспитательного эффекта при применении к несовершеннолетнему правонарушителю процессуальных мер воздействия соизмерима с тяжестью содеянного и обстоятельствами правонарушения и обусловлена факторами, детерминирующими противоправное поведение подростка. В связи с этим судебно-следственные органы призваны исследовать не только формальную, юридическую, но и социальную сторону совершения преступления подростком, в каждом конкретном случае выявляя истинные причины совершения преступления, исходя в первую очередь из особенностей личности несовершеннолетнего.

Оценка судебно-следственными органами особенностей личности несовер-

шеннолетнего правонарушителя в соответствии со ст. 88, ч.1 ст. 89 УК РФ и ч. 1 ст. 421 УПК РФ производится посредством изучения условий его жизни, воспитания, влияния на него старших по возрасту лиц, что не раскрывает в полной мере индивидуальных характеристик подростка. В центре внимания внутренней картины преступления, совершенного несовершеннолетним, находятся его личность и детерминанты антиобщественного поведения, которые в соответствии с действующим законодательством выявляются посредством определения мотивов совершения преступления как побуждений, направляющих и придающих личностный смысл криминальной деятельности. При этом мотивы как уголовно-правовая категория (месть, корысть, хулиганские побуждения, низменные побуждения, ревность, неприязненные отношения и др.) также не выявляют в полной мере индивидуальных характеристик несовершеннолетнего, а следовательно, их определение не дает полного представления о детерминантах противоправного поведения подростка.

Например, при совершении несовершеннолетним кражи (ч. 1 ст. 158 УК РФ) мотивом, определяющим его противоправное поведение в уголовно-правовом смысле, выступает корысть. Однако противоправное поведение несовершеннолетнего при совершении кражи чужого имущества может быть детерминировано разными мотивами (удовлетворения витальных потребностей в обеспечении элементарной жизнедеятельности, гедонических потребностей, потребностей в самоутверждении и т. д.) в зависимости от внешних, ситуационных и личностных факторов. Кроме того, противоправное

поведение несовершеннолетних носит, как правило, полимотивированный характер, обусловленный совокупностью как осознанных, так и неосознаваемых мотивов.

Понятие мотива в уголовном праве и в юридической психологии не совпадает, но и мотив как психологическая категория в полной мере не определяет индивидуальных характеристик личности — один и тот же мотив как внутреннее побуждение может реализовывать-ся в разных видах деятельности [11]. Многомерная и строго иерархизирован-ная система мотивов, имеющая «тесную связь с психическими свойствами и состояниями личности, образует ее мотивационную сферу (мотивацию) как высшую психическую, социально детерминированную функцию, находящуюся в постоянном развитии под воздействием внешней среды и сознания человека» [15, с. 220]. В психологическом смысле понятие мотивации значительно шире понятия мотива, поэтому определение мотивации действий несовершеннолетних в юридически значимых ситуациях позволяет наиболее полно раскрыть индивидуальность подростка как комплекс «индивидных» [1] свойств конкретного субъекта, характеризующихся психофизиологическими свойствами личности, особенностями мотивационной сферы, связанных с нею потребностей и субъективно-личностными отношениями [12].

Проблеме изучения мотивации как детерминирующего фактора в поведении личности посвящено множество исследований в области как общей, педагогической, юридической психологии, так и юриспруденции. Так, по мнению В.Д. Шад-рикова [21], мотивация обусловлена

рядом факторов (потребностями и целями, уровнем ее притязаний и идеалами, условиями деятельности и мировоззрением, убеждениями и направленностью личности), под действием которых и происходит процесс формирования намерения, а затем — принятия решения. Е.П. Ильин [7] рассматривает мотивацию как динамический процесс формирования мотива. В.Г. Леонтьев [10] выделяет два типа мотивации: первичную, проявляющуюся в форме потребности, влечения, инстинкта, и вторичную — в форме мотива. И.А. Джидарьян [5] видит в мотивации процесс действия мотива — механизма, определяющего возникновение, направление и способы осуществления конкретных форм деятельности. К.Е. Игошев [6] утверждает, что мотивация—это метод самоуправляемости личности через систему устойчивых побуждений (через мотивы). Ю.В. Чуфаровский [20] под мотивацией понимает систему побуждений человека, направленных на достижение конкретных целей. В.В. Романов [15], считая мотивацию синонимом понятия «мотива-ционная сфера», обозначает ее как процесс формирования мотива, приведения его в действие, процесс непрерывного взаимного влияния субъекта действия и ситуации. В.Д. Филимонов [18] определяет мотивацию как процесс формирования мотива поведения, Н.Ф. Кузнецова [9] — как сложную, противоречивую и изменчивую систему, Г.Г. Шиханцов [22] отождествляет понятия «мотив» и «мотивация», понимая под мотивом внутреннее побуждение человека к тому или иному действию.

Поскольку поведенческий акт и включенные в него психические процессы представляют единую систему [12], по-

ведение целесообразно рассматривать «как поток активности со сменой мотивации в постоянно изменяющихся сре-довых условиях», а мотивацию — «как непрерывное взаимодействие личностных и ситуационных факторов» [16, с. 236-238]. На базе одних мотивов, носящих как осознанный, так и неосознаваемый характер, формируются другие, возникает их взаимное усиление или ослабление, изменяется соотношение доминирующих и второстепенных мотивов. В связи с этим психологической мотивацией противоправного поведения несовершеннолетних мы считаем совокупность мотивов как динамичного образования, формирующегося, изменяющегося и реализуемого в преступной деятельности под воздействием как внешних (средовых), так и внутренних (личностных) факторов. При этом под воздействием со стороны средовых факторов, носящих устойчивый или ситуационный характер, мы понимаем влияние, исходящее как от социума в целом, так и от микросоциального окружения несовершеннолетнего в частности, а под личностными—изменяющуюся под действием внешних факторов ценностную сферу взрослеющей личности подростка, систему ее взглядов и установок.

Как правило, исследователи подростковой преступности причиной насильственных и корыстных преступлений считают мотивы самоутверждения, попытки завоевания подростком авторитета, личного статуса в группе сверстников (утверждение через насилие и потребление). Так, В.Л. Васильев выделяет несколько категорий мотивов преступного поведения: неосознаваемые мотивы, которые свойственны определенному типу личности, характеризую-

щиеся переоценкой значимости своей личности, агрессивным отношением к окружающей среде, неустойчивостью настроения (лица, ведущие бездомный, паразитический образ жизни); компенсаторные или гиперкомпенсаторные мотивы, связанные с развитием комплекса неполноценности, неадекватностью, ущемленностью личности; мотивы, связанные с отсроченным во времени действием закрепившегося в детстве по механизму импринтинга травматического опыта; мотивы, присущие личности с психической патологией, не исключающей вменяемости, «когда у субъекта возникает сильнейшее стремление совершить поступок, который сам он расценивает как совершенно недопустимый» [2, с. 403].

Г.Г. Шиханцов считает преступное поведение несовершеннолетних преимущественно полимотивированным, состоящим из мотивов вымещения своей агрессии, озлобленности на посторонних лицах, мотива замещения (снятие напряжения) и мотива ложного самоутверждения путем унижения, подавления личности других, насилия над ними, гиперкомпенсации [22, с. 133]. Л.Б. Филонов полагает, что «в структуре побуждений насильственной мотивации преобладает потребность в самоутверждении подростка» [19, с. 346].

К мотивации корыстных преступлений, совершенных трудными подростками с устойчивым противоправным поведением, И.А. Горьковая относит «инфантильные, «общегуманные» мотивы: стремление к подражанию отрицательным шаблонам референтной группы; обеспечение жизнедеятельности; стремление к материальному обогащению; воровство, к которому принуждают

взрослые» [4, с. 18]. По мнению К.Е. Иго-шева, в основе многих корыстных преступлений, совершаемых подростками, лежат осознанные мотивы ложной престижности, реализуемые через потребительство; месть, озлобление; жадность, желание приобрести материальные блага; стремление завоевать авторитет у товарищей; подражание другим лицам; принуждение к совершению преступления; желание скрыть другое преступление [6, с. 22-64].

Проведенные нами исследования расширили спектр мотиваций преступного действия несовершеннолетних, совершающих как групповые, так и индивидуальные деликты. Предметом исследования стало поведенческое реагирование подростков до, во время и после совершения деликта, детерминируемое его ведущими психологическими мотивациями. Эмпирический материал исследования составили 317 однородных судебно-психологических экспертиз, проведенных за период с 2001 по 2008 год в рамках расследования по уголовным делам, возбужденным в отношении несовершеннолетних, обвиняемых в преступлениях, предусмотренных ст. 105, 111, 131, 132 158, 161, 162 УК РФ (корыстные, корыстно-насильственные, насильственные и сексуальные деликты).

Объектом исследования стали 343 несовершеннолетних обвиняемых из г. Нижнего Новгорода и Нижегородской области в возрасте от 14 до 18 лет (из них 42 девушки), совершившие уголовно наказуемые деяния как в группе, так и индивидуально (некоторые подростки были субъектами одного и того же уголовного процесса, обвиняясь в совершении группового деликта). Все несо-

вершеннолетние обвиняемые, по заключениям экспертов-психиатров в рамках проведения судебно-психиатрических экспертиз по данным уголовным делам, были признаны психически здоровыми, способными осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По заключениям эксперта-психолога ни у одного из несовершеннолетних обвиняемых не было выявлено отставания в психическом развитии. Общая характеристика личности несовершеннолетних преступников основывалась на социально-демографических, криминологических данных и диагностике индивидуально-психологических особенностей подростков.

Психологическое исследование личности несовершеннолетних обвиняемых включало в себя использование экспертом-психологом многих методов в рамках проведения судебно-

психологического исследования: анализ материалов уголовного дела, метод обобщения независимых характеристик, биографический метод, метод наблюдения и беседы, психодиагностический метод (набор методик для определения уровня развития познавательной деятельности, метод MMPI, патохарактеро-логический опросник Личко, тест фру-страционной толерантности Розенцвей-га, метод портретных выборов Сцонди, тест цветовых отношений, тематический апперцептивный тест, личностный опросник Кеттелла, цветовой тест Люшера, тест Айзенка) [3].

Проведенные исследования показали, что большее число преступлений совершается психически здоровыми подростками в группе с применением насилия, в то время как в общей доле преступности несовершеннолетних значительный удельный вес занимают корыстные преступления, совершаемые

Рис. 1. Количественное соотношение групповых и индивидуальных деликтов, совершенных психически здоровыми подростками

несовершеннолетними с какой-либо психической патологией (различная степень умственной отсталости, нарушения поведения и т. д.).

На приведенной диаграмме (рис. 1) видно, что среди правонарушений, совершенных подростками, не имеющими какой-либо психической патологии, больше всего насильственных или корыстно-насильственных деликтов, совершенных в группе (80 против 20 %),

что вполне понятно: как сплоченная, так и ситуационно возникшая подростковая общность «Мы» облегчает формирование мотивации преступного действия, субъективно снижая степень ответственности каждого отдельно взятого члена группы. Под воздействием группового мнения правовые, нравственные взгляды подростков, их правосознание значительно легче подвергаются деформации, делая приемлемыми противо-

Сравнительный анализ мотиваций совершения групповых и индивидуальных деликтов

Деликты

групповые одиночные

Корыстные Мотивация удовлетворения витальных потребностей для обеспечения жизнедеятельности Мотивация удовлетворения витальных потребностей для обеспечения жизнедеятельности

Ситуационно возникающие мотивации обогащения

Мотивация девиантной идентичности Мотивация удовлетворения гедонических потребностей

Мотивация удовлетворения гедонических потребностей посредством применения одурманивающих веществ

Корыстно насильственные Первичная корыстная Первичная корыстная

Первичная насильственная

Сексуальные Мотивация удовлетворения гедонических потребностей, связанных с первичными сексуальными влечениями Мотивация удовлетворения первичных физиологических потребностей

Сексуально-корыстная мотивация

Мотивация наказания Мотивация отмщения

Насильственные Мотивация замещения Аффективная мотивация

Религиозная, оккультная или националистическая мотивация

Мотивация вымещения Мотивация вымещения

правные формы поведения. Совершен- группу, мотивация совершения противо-но очевидно, что если подросток попа- правных действий становится устойчи-дает в уже организованную преступную вой в очень короткий промежуток време-

ни. При этом конформное поведение несовершеннолетних правонарушителей в группе может быть детерминировано и психологическим заражением агрессией отдельных ее членов.

Механизмы совершения деликтов подростками в группе и единолично существенно разнятся, что обусловлено, в первую очередь, мотивацией преступного действия. Как видно из приведенной таблицы, из 19 выявленных в ходе исследования психологических мотиваций преступного действия при совершении подростками групповых и индивидуальных деликтов, совпадение составили лишь три из них—при корыстном, корыстно-насильственном и насильственном типах преступлений.

Процентное соотношение деликтов, совершенных подростками с мотивациями преступного действия, характерными как для индивидуальных, так и для групповых преступлений, продемонстрировало существенное преобладание правонарушений с применением насилия. Так, мотивация удовлетворения витальных потребностей для обеспечения жизнедеятельности при совершении подростками корыстных преступлений составила лишь 3,2 % от общего числа деликтов (2,3 % при групповых и 0,9 % при одиночных); первичная корыстная» мотивация, характерная для корыстно-насильственных деликтов,—25,8 % от общего количества совершенных правонарушений (24 % при групповых и 1,8 % соответственно); мотивация «вымещения» при насильственном типе преступлений — 13,2 % (8,6 % и 4,6 % соответственно).

Анализ преступного поведения подростков показал, что в большинстве случаев оно носит характер полимотивиро-

ванного при наличии ведущего, доминирующего мотива. Например, мотивация девиантной идентичности, характерная для групповых деликтов, представляет собой совокупность гиперкомпенсаторных мотивов, мотивов самоутверждения и мотивов соответствия установкам группы; мотивация вымещения при совершении групповых преступлений—со-вокупность неосознаваемых мотивов, связанных с потребностью в реализации накопленного потенциала агрессии, а та же мотивация при совершении индивидуального преступного действия—ком-плекс неосознаваемых и гиперкомпенсаторных мотивов.

Взаимосвязь и взаимозависимость индивидуальных характеристик подростка, механизма и способа совершения деликтов подростками в группе или единолично отчетливо видна из анализа мотиваций преступных действий несовершеннолетних при совершении сексуальных преступлений. Например, схожие по названию мотивация удовлетворения гедонических потребностей, связанных с первичными сексуальными влечениями, при совершении групповых «сексуальных» преступлений и мотивация удовлетворения первичных физиологических потребностей, характерная для одиночных деликтов, несут совершенно разную смысловую нагрузку. Так, при совершении групповых сексуальных преступлений указанная мотивация включает в себя мотивы удовлетворения физиологических потребностей, связанных с первичными сексуальными влечениями, обусловленные возрастом пубертата, сопряженные с сопутствующими им мотивами развлечения. В таких случаях подростки получают наслаждение не столько от собственно сексуальных

действий, сколько от глумления над беззащитной жертвой, самоутверждаясь в глазах друг друга.

Преступления подобного рода однотипны по механизму совершения, независимо от того, кто является потерпевшим — малолетний мальчик или несовершеннолетняя девочка, вынужденная выполнять требования насильников. Нередки случаи, когда несовершеннолетние преступники выбирают себе постоянных жертв из числа малолетних или несовершеннолетних субъектов, не способных постоять за себя. Жертвами подобных преступлений могут быть и подростки среднего пубертатного возраста мужского пола—изгои в среде сверстников, подвергающиеся на протяжении определенного промежутка времени сначала физическому насилию, а затем и сопряженному с ним сексуальному.

В нашей экспертной практике неоднократно встречались случаи, когда неустойчивая, ситуационно возникшая и быстро сплотившаяся группа подростков систематически совершала насильственные действия сексуального характера в отношении выбранной жертвы из своего микросоциального окружения. Подобные преступления совершаются как в колониях для несовершеннолетних, местах их временного содержания, коллективах различных технических училищ, школах и даже в больницах, где подростки проходят курс лечения. При этом мотивация удовлетворения гедонических потребностей, связанных с первичным сексуальным влечением, может возникать у подростков и спонтанно при осознании слабости и беззащитности жертвы. Потерпевшим может стать не только несовершенно-

летний субъект, но и взрослый человек, в силу тех или иных причин находящийся в беспомощном состоянии. Преступления с указанной мотивацией совершаются группами подростков, членами которых могут быть как трудные подростки, так и несовершеннолетние из социально-благополучных семей, которые, ощутив безнаказанность от впервые содеянного, сплоченные общностью «Мы», с готовностью идут на аналогичные преступления.

Одиночные сексуальные деликты с мотивацией удовлетворения первичных физиологических потребностей совершаются, как правило, социально-педагогически запущенными подростками старшего пубертатного возраста в отношении знакомых им девочек с асоциальными формами поведения в ходе совместного отдыха, сопряженного с распитием спиртных напитков. При этом поведение потерпевшей не носит характера провоцирующего или псев-допровоцирующего [13] — несовершеннолетний преступник субъективно воспринимает потерпевшую как доступную мишень для реализации своих низменных потребностей. Устойчивыми индивидуально-психологическими особенностями несовершеннолетних правонарушителей данной категории являются следующие: самодостаточность, агрессивность, импульсивность, лидерские черты, низкое чувство вины.

Противоположными характерологическими особенностями обладают несовершеннолетние преступники, тоже совершающие сексуальные преступления единолично, но с мотивацией отмщения. Это жертвы нераскрытых сексуальных преступлений, то есть несовершеннолетние, которые в тот или иной промежу-

ток времени были объектами подобных надругательств. Подобных подростков, в отличие от описанной выше категории, отличают ведомость, зависимость, трусость, неспособность постоять за себя, несформированность волевых качеств и мужских черт характера при наличии в личностной структуре такой устойчивой характерологической особенности, как скрытая агрессивность. Эти подрост-ки—всегда изгои в среде сверстников, с периода младшего пубертатного возраста подвергающиеся насмешкам и издевательствам со стороны ровесников. Единственной формой противодействия для личности таких безвольных, трусливых и унижаемых сверстниками подростков может стать гиперкомпенсация, когда фрустрированные на протяжении определенного промежутка времени потребности в самоуважении и самоутверждении оказываются неудовлетворенными. Именно поэтому несовершеннолетние преступники данной категории совершают сексуальные преступления в отношении малолетних детей, которые не могут оказать им сопротивления.

Результаты проведенного исследования подтвердили тот факт, что в настоящее время преступные деяния осуществляются психически здоровыми несовершеннолетними с различными социально-демографическими данными — и трудными, депривированными подростками из социально неблагополучных семей, и несовершеннолетними из семей, имеющих социально позитивный статус. Например, религиозная, оккультная или националистическая направленность мотивации при совершении групповых насильственных преступлений характерна именно для подростков, выросших в социально

благополучных семьях. Несовершеннолетними данной категории являются и члены деструктивных культов (например, сатанисты), и члены националистических организаций агрессивного толка (скинхеды), и несовершеннолетние, вовлеченные в террористические организации взрослых преступников под знаменем «чистого ислама». Данные преступные образования отличают устойчивость, большая или средняя численность, сплоченность, прочность общности «Мы», сформированной на упорно внедряемых в сознание подростков идеологических установках.

Так, члены группировок скинхедов— это почти всегда подростки из социально благополучных семей, в их поведении не бывает признаков социально-педагогической запущенности, у них не возникает серьезных конфликтов с учителями и даже с родителями. Со сверстниками, не принадлежащими к их группировке, но и не вызывающими у них эмоций идеологической неприязни, такие подростки общаются хотя и формально, но бесконфликтно. Обычно они хорошо учатся, уровень развития их познавательной деятельности, как правило, достаточно высок, что легко объяснимо—принадлежность к подобной группировке предполагает полное погружение в ее идеологию с изучением соответствующей литературы.

Типичными для трудных подростков являются групповые преступления, совершаемые с иными мотивациями: корыстные деликты с мотивацией удовлетворения витальных потребностей для обеспечения жизнедеятельности при немедленном использовании полученных средств и с мотивацией де-виантной идентичности; с мотивацией замещения или вымещения при совер-

шении насильственных преступлений; с первичной насильственной мотивацией при осуществлении деликтов корыстно-насильственного типа. К индивидуальным деликтам, совершаемым исключительно трудными подростками, можно отнести корыстные преступления с мотивацией удовлетворения витальных потребностей для обеспечения жизнедеятельности при немедленном использовании полученных средств; с первичной корыстной мотивацией при осуществлении преступных действий корыстно-насильственного типа и с мотивацией удовлетворения первичных физиологических потребностей — при сексуальных преступлениях.

Преступления, совершаемые подростками единолично, по степени проявления жестокости достаточно часто не уступают групповым деликтам. Весьма показательны в этом плане преступления, совершаемые несовершеннолетними с мотивацией вымещения, характерной как для групповых, так и для индивидуальных деликтов. В основе подобного рода преступлений лежат не осознаваемые подростками механизмы реализации накопленного в течение жизни потенциала агрессии. Озлобленность несовершеннолетних и жестокость по отношению к окружающим представляет собой результат импринтинга травматического опыта, пережитого подростками в раннем детстве или переживаемого до исследуемого периода. Причем негативно окрашенные эмоциональные переживания могут быть связаны как с психотравмами в семье подростка, так и с его взаимоотношениями в среде сверстников (отвергаемый, унижаемый или не получающий того признания в референтной группе, к которому он стремится).

Подростки с подобной мотивацией преступного поведения в группе всегда выявляют признаки социально-педагогической запущенности и асоциальную направленность поведения. По мере взросления асоциальная направленность поведения закономерно трансформируется в антисоциальную, и подростки реализуют свою агрессивность в насильственных преступлениях. Достаточно часто незначительная конфликтная ситуация с потерпевшим приводит к возникновению, на первый взгляд, спонтанной мотивации совершения особо тяжкого преступления. Подобные преступления могут производить впечатление безмотивных, но, как известно, любая деятельность, в том числе и преступная, детерминирована внешними и внутренними факторами. Особенности осознания мотивов зависят как от личностного фактора, так и от специфики той конкретной ситуации, в которой выступает индивид, а сдерживающими факторами, препятствующими немедленной реализации возникших у субъекта побуждений становятся его взгляды и установки, отражающие социальные нормы.

В исследуемых нами случаях совершения преступлений группой деви-антных подростков социальные нормы отвергались, а установки как группы в целом, так и каждого ее члена носили ярко выраженный антисоциальный характер, поэтому мотивация совершения деликта под воздействием общности «Мы» возникала насколько быстро, настолько и легко, без участия каких-либо «внутренних тормозов». При этом говорить об отсутствии у таких подростков-правонарушителей прогноза своих действий вследствие инфантилизма не при-

ходится, на что указывают (в подавляющем большинстве случаев) логичность и последовательность групповых действий преступников, а также их поведение во время проведения следственных действий. Мотивация вымещения, являясь глубинной и носящей не всегда осознанный характер, ни в коей мере не исключает наличия осознанно принятого, пусть даже спонтанно возникшего, решения у подростков на совершение группового преступления.

Более того, как показывает практика, действия членов преступных подростковых групп при совершении подобных преступлений характеризуются слаженностью и согласованностью, что свидетельствует о достаточно хорошем самоконтроле поведения у большинства членов группы. При отсутствии у подростков внутренней системы социального контроля, основанной на усвоении общественных, просоциальных ценностей, они контролируют, корригируют и координируют совместную преступную деятельность в соответствии с принятыми ими групповыми нормами, осознавая противоправность своих действий, прогнозируя возможность наказания за содеянное и пытаясь, в случае раскрытия преступления, избежать уголовной ответственности или смягчить ее.

Подобные подростковые преступные группы в большинстве своем бывают неустойчивыми, средней численности, однополыми или смешанными, как с внешней, так и с внутренней конформностью поведения. Подростки данной категории выявляют признаки социально-педагогической запущенности, обладая низким уровнем притязаний и соответствующим низким уровнем достижений. В их поведении с периода средне-

го пубертатного возраста преобладают инфантильно-гедонические хобби, у них отсутствует мотивация к обучению, нет планов на будущее. Совершению преступлений, как правило, предшествует распитие спиртных напитков, поэтому состояние алкогольного опьянения становится дополнительным провоцирующим фактором для возникновения агрессивных побуждений, вызванных мотивацией вымещения.

В основе преступлений с мотивацией вымещения, совершаемых подростком-одиночкой, также лежат неосознаваемые механизмы реализации накопленного в течение жизни потенциала агрессии, являющиеся результатом импринтинга травматического опыта, пережитого им в раннем детстве или переживаемым до исследуемого периода. Причем к психо-травмирующему воздействию на личность подростка со стороны семьи в подобных случаях мы относим не только действия родителей, направленные на унижение или притеснение личности ребенка, но и проявление безучастности к его проблемам, равнодушия к его переживаниям, то есть эмоциональную депривацию.

Если в случае совершения групповых преступлений с мотивацией вымещения подростки выявляют признаки глубокой социальной и педагогической запущенности, то в случае совершения одиночных деликтов с той же мотивацией несовершеннолетние могут быть выходцами из социально благополучных семей в общепринятом понимании. В подобных случаях при наличии эмоциональной де-привации в семье подростка мотивация вымещения носит характер неосознаваемой, формируясь по гиперкомпенсаторному типу, вследствие чего агрессивные действия преступника могут быть

направлены и на случайную жертву при отсутствии даже малейшей конфликтной ситуации. Подобных подростков отличают заниженная самооценка, неразвитость волевого компонента при наличии скрытой агрессивности, озлобленности и жестокости как устойчивых личностных особенностей. Большое количество единоличных преступлений с мотивацией вымещения совершается подростками, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, которое усиливает ситуационное смысловое восприятие создавшейся конфликтной ситуации и «не столько снимает личностный контроль над агрессивностью, сколько обнаруживает уже существующую дефицитарность тормозящих проявление агрессивных побуждений личностных структур» [16, с. 116].

Перечень приведенных нами психологических мотиваций преступных действий несовершеннолетних не является исчерпывающим, хотя определение вида мотивации совершения преступлений подростками остается крайне важным компонентом при комплексной оценке личности несовершеннолетнего правонарушителя. В конечном итоге правильно определенная мотивация

совершения преступления подростком позволяет осуществить дифференцированный подход к избранию мер пресечения, наказания или принудительных мер воспитательного воздействия в отношении несовершеннолетнего правонарушителя как субъекта реабилитации.

Литература

1. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Л., 1968.

2. Васильев В.Г. Юридическая психология: учеб. для вузов. 5-е изд., перераб. и доп. СПб., 2003.

3. Васкэ Е.В. Эволюция преступности несовершеннолетних в России: психолого-правовой анализ. М., 2009.

4. Горьковая И.А. Медико- и социально-психологические корреляты устойчивого противоправного поведения подростков: дис. ...д-ра психол. наук. СПб., 1998.

5. Джидарьян И.А. Эстетическая потребность. М., 1976.

6. Игошев К.Е. Типология личности преступника и мотивация преступного поведения. Горький, 1974.

7. Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. СПб., 2002.

8. Криминология: учеб. пособие/ под ред. В.Е. Эми-нова. М., 1997.

9. Кузнецова Н.Ф. Мотивация преступлений и тенденции ее изменения//Вопросы советской криминологии. Ч. 2. М., 1975.

10. Леонтьев В.Г. Психологические механизмы мотивации учебной деятельности. Новосибирск, 1992.

11. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. М., 1984.

Причины формирования мотивов девиантного поведения у сотрудников правоохранительных органов

А.И. Папкин

Аннотация: в статье раскрываются понятие и виды девиантного поведения, а также основные причины и факторы, оказывающие влияние на его формирование у сотрудников правоохранительных органов.

Ключевые слова: девиантное поведение, сотрудники правоохранительных органов, криминальная мотивация, делинк-вентное поведение, профессиональная идентичность.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.