Научная статья на тему 'Прозвища как микроантропонимы: дифференциальные признаки'

Прозвища как микроантропонимы: дифференциальные признаки Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

CC BY
53
6
Поделиться
Ключевые слова
АНТРОПОНИМ / ANTHROPONYM / ПРОЗВИЩЕ / NICKNAME / ПРОЗВИЩНАЯ НОМИНАЦИЯ / NICKNAME NOMINATION / ДИАЛЕКТИЧЕСКАЯ КАРТИНА МИРА / DIALECTICAL VIEW OF THE WORLD / ОНИМ / ОНОМАСТИКА / ONOMASTICS / АПЕЛЛЯТИВ / APPELLATIVE / МИКРОАНТРОПОНИМ / АССОЦИАЦИЯ / ASSOCIATION / МОТИВАЦИЯ / MOTIVATION / ОНИМИЧЕСКОЕ ПРОСТРАНСТВО / OWEN SPACE / ДЕРИВАТ / DERIVATIVE / СЕМАНТИКА / SEMANTICS / OWEN / MICRO ANTHROPONYM

Аннотация научной статьи по языкознанию, автор научной работы — Гузнова Алёна Вячеславовна

Прозвища традиционно определяются как дополнительные неофициальные имена, хотя к определению их статуса существуют разные подходы: прозвища определяются как имена нарицательные; прозвища занимают пограничное положение между онимами и апеллятивами; прозвища являются видом антропонимов. Прозвища выполняют онимические функции, дополняемые характеризующей, конкретизирующей функцией; обладают эмоциональностью, экспрессивностью, оценочностью, мотивированностью; не входят в официальную структуру именования человека, не закреплены юридически и не зафиксированы на письме; являются вторичными единицами на фоне других онимов. Прозвище уместно квалифицировать как микроантропоним: данный вид антропонимов является индивидуальным именованием, относящимся к одному лицу и ни к кому больше, функционирующим лишь в узком кругу носителей говора; при возникновении прозвищ частично отсутствует системность. Прозвища обладают набором дифференциальных признаков: локальность, своеобразная корпоративность; специфическая семантика, складывающаяся из номинации, мотивации, деривации, коннотации и возникающих ассоциаций; связь с понятием о реалии, которая дала прозвище; близость к апеллятивам или к проприальной лексике по фонетической оформленности и ассоциативному ряду; неслучайность; подвижность; заочное употребление; недолговечность; структурно-грамматическое разнообразие; юридическая незакреплённость. Прозвища возникают и функционируют в узкой среде в пределах одного языкового коллектива, одного говора, являясь показателем отношений между его членами. В прозвищах комплекс сем реализуется через функционирование в речевой сиуации, через возникающие ассоциации, дополняется коннотативной и (иногда) имплицитной семами. Семная структура микроантропонима имеет следующий вид: классема, лексограммемы, гиперсема, гипосемы и гипосемные комплексы, ассоциативная сема, потенциальная сема, имплицитная сема, коннотативные семы. Подобная семная структура реализуется во всех мотивированных микроантропонимах, в немотивированных же прозвищах семная структура неполная.

NICKNAMES AS MICRO ANTHROPONYMES: DIFFERENCIATIVE INDEX

Nicknames are traditionally defined as additional informal names, although the determination of their status, there are different approaches: nicknames are defined as the common names; nicknames are always in the marginal position between Owen and appellative; nicknames are kind of anthroponyms. Nicknames perform Owen functions, supplemented by describing, specifying function; and have the emotionality, expressiveness, evaluation, motivation; not included in the official naming of a person not legally required and not recorded in writing; are secondary units on the other of names. The nickname is appropriate to qualify as micro arthropods: this anthroponym is an individual naming specific to one person and none else, functioning only in a narrow circle of native dialect; in the case of nicknames partially missing consistency. Nicknames have a set of distinctive features: the locality, a kind of corporatism; specific semantics, emerging from the nomination, motivation, derivation, connotations and emerging associations; the relationship with the concept of reality, which gave the nickname; the proximity to the appellative or proprieties the lexicon on phonetic forms and the associative series; randomness; mobility; postal use; fragility; structural and grammatical diversity; legal desacralizes. Nicknames emerge and operate in narrow environment within a single linguistic community, one dialect as an indicator of relations between its members. Nicknames in complex SEM is implemented through the functioning in the speech of his situation, arising through the Association, supplemented by the connotative and (sometimes) implicit by sema. Sema structure of micro anthroponym is as follows: classema, lexogramme, hypersema, hyposema and hyposema complexes, associative SEMA, SEMA potential, implicit sema, connotative sema. Such sema structure is implemented in all micro anthroponym motivated, unmotivated the same nicknames sema structure is incomplete.

Текст научной работы на тему «Прозвища как микроантропонимы: дифференциальные признаки»

Гузнова Алёна Вячеславовна

ПРОЗВИЩА КАК МИКРОАНТРОПОНИМЫ: ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНЫЕ ..

УДК 81'282

ПРОЗВИЩА КАК МИКРОАНТРОПОНИМЫ: ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНЫЕ ПРИЗНАКИ

© 2016

Гузнова Алёна Вячеславовна, кандидат филологических наук, старший преподаватель кафедры

«Гуманитарные науки»

Нижегородский государственный инженерно-экономический университет, Княгинино (Россия)

Аннотация. Прозвища традиционно определяются как дополнительные неофициальные имена, хотя к определению их статуса существуют разные подходы: прозвища определяются как имена нарицательные; прозвища занимают пограничное положение между онимами и апеллятивами; прозвища являются видом антропонимов. Прозвища выполняют онимические функции, дополняемые характеризующей, конкретизирующей функцией; обладают эмоциональностью, экспрессивностью, оценочностью, мотивированностью; не входят в официальную структуру именования человека, не закреплены юридически и не зафиксированы на письме; являются вторичными единицами на фоне других онимов. Прозвище уместно квалифицировать как микроантропоним: данный вид антропонимов является индивидуальным именованием, относящимся к одному лицу и ни к кому больше, функционирующим лишь в узком кругу носителей говора; при возникновении прозвищ частично отсутствует системность. Прозвища обладают набором дифференциальных признаков: локальность, своеобразная корпоративность; специфическая семантика, складывающаяся из номинации, мотивации, деривации, коннотации и возникающих ассоциаций; связь с понятием о реалии, которая дала прозвище; близость к апеллятивам или к проприальной лексике по фонетической оформленности и ассоциативному ряду; неслучайность; подвижность; заочное употребление; недолговечность; структурно-грамматическое разнообразие; юридическая незакреплённость. Прозвища возникают и функционируют в узкой среде - в пределах одного языкового коллектива, одного говора, являясь показателем отношений между его членами. В прозвищах комплекс сем реализуется через функционирование в речевой сиуации, через возникающие ассоциации, дополняется коннотативной и (иногда) имплицитной семами. Семная структура микроантропонима имеет следующий вид: классема, лексограммемы, гиперсема, гипосемы и гипосемные комплексы, ассоциативная сема, потенциальная сема, имплицитная сема, коннотативные семы. Подобная семная структура реализуется во всех мотивированных микроантропонимах, в немотивированных же прозвищах семная структура неполная.

Ключевые слова: антропоним, прозвище, прозвищная номинация, диалектическая картина мира, оним, ономастика, апеллятив, микроантропоним, ассоциация, мотивация, онимическое пространство, дериват, семантика,

NICKNAMES AS MICRO ANTHROPONYMES: DIFFERENCIATIVE INDEX

© 2016

Guznova Alyona Vyacheslavovna, candidate of philological sciences, the senior teacher of the chair «Humanities» Nizhniy Novgorod state engineering-economic university, Knyaginino (Russia)

Abstract. Nicknames are traditionally defined as additional informal names, although the determination of their status, there are different approaches: nicknames are defined as the common names; nicknames are always in the marginal position between Owen and appellative; nicknames are kind of anthroponyms. Nicknames perform Owen functions, supplemented by describing, specifying function; and have the emotionality, expressiveness, evaluation, motivation; not included in the official naming of a person not legally required and not recorded in writing; are secondary units on the other of names. The nickname is appropriate to qualify as micro arthropods: this anthroponym is an individual naming specific to one person and none else, functioning only in a narrow circle of native dialect; in the case of nicknames partially missing consistency. Nicknames have a set of distinctive features: the locality, a kind of corporatism; specific semantics, emerging from the nomination, motivation, derivation, connotations and emerging associations; the relationship with the concept of reality, which gave the nickname; the proximity to the appellative or proprieties the lexicon on phonetic forms and the associative series; randomness; mobility; postal use; fragility; structural and grammatical diversity; legal desacralizes. Nicknames emerge and operate in narrow environment within a single linguistic community, one dialect as an indicator of relations between its members. Nicknames in complex SEM is implemented through the functioning in the speech of his situation, arising through the Association, supplemented by the connotative and (sometimes) implicit by sema. Sema structure of micro anthroponym is as follows: classema, lexogramme, hypersema, hyposema and hyposema complexes, associative SEMA, SEMA potential, implicit sema, connotative sema. Such sema structure is implemented in all micro anthroponym motivated, unmotivated the same nicknames sema structure is incomplete.

Keywords: anthroponym, nickname, nickname nomination, dialectical view of the world, Owen, onomastics, and appellative, micro anthroponym, association, motivation, Owen space derivative, semantics

Изучением имён собственных в языке занимается особый раздел лингвистики - ономастика. В переводе с греческого языка onomastike дословно означает «искусство давать имена» [1, с. 346]. Изучением именований человека занимается раздел ономастики - антропонимика. Прозвища, являясь компонентами неофициального именования личности, входят в антропонимическое пространство и обладают рядом характерных признаков. Прозвище - «дополнительное неофициальное имя, данное человеку окружающими людьми в соответствии с его характерной чертой, сопутствующим его жизни обстоятельством, по какой-либо аналогии, по происхождению и другим мотивам» [2, с. 111]. Однако существуют разные подходы к определению статуса прозвищ:

- прозвища являются именами нарицательными (А.А. Пашкевич);

- прозвища занимают пограничное положение между онимами и апеллятивами (О.В. Махниборода);

- прозвища - это вид антропонима (В.К. Чичагов, А.В. Суперанская).

А.А. Пашкевич отмечает, что прозвища - «дополни-

тельные, неофициальные именования человека, использующиеся для наиболее точной, личностной, оценочной характеристики называемого и выделяющие его в коллективе [3, с. 3]. Однако в результате их структурно-семантического анализа лингвист приходит к выводу, что прозвища входят в состав апеллятивной лексики, так как они «даются определенному классу людей, закрепляются за классом объектов, описывая тем самым обозначаемый объект посредством указания в нем тех или иных признаков. Прозвища не только репрезентируют тот или иной объект, но и обладают характеризующей функцией, а это свойственно нарицательным именам [3, с. 7]. Не согласимся с данными выводами постольку, поскольку прозвища, помимо указанной А.А. Пашкевичем характеризующей функции как главного довода в пользу отнесения к нарицательным именам, выполняют ещё целый ряд функций, типичных для имён собственных. Прозвища обладают функциональной (онимической) вторичностью, причём второго уровня: прозвище - вторичное, более конкретное наименование лица, которое уже имеет оним или онимы, в свою очередь вторичные

Гузнова Алёна Вячеславовна ПРОЗВИЩА КАК МИКРОАНТРОПОНИМЫ: ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНЫЕ ...

знаки на фоне апеллятивов. При упоминании прозвища каждому члену языкового коллектива становится понятным, о ком именно идёт речь. При значительности характеризующей функции прозвища выполняют индивидуализирующую, дифференцирующую, идентифицирующую функции, призваны служить для дополнительного именования, прозывания людей за глаза (чаще) или в глаза (реже), а также для разграничения лиц с одинаковыми именами или фамилиями в пределах одного населённого пункта.

О.В. Махниборода говорит о пограничном положении прозвищ, между онимами и апеллятивами, что особенно заметно в прозвищной номинации отдельных лиц, коллективов, представителей разных народностей или жителей отдельных местностей: такие именования достаточно подвижны и непредсказуемы, приближены к нарицательной лексике с оценочным значением [см.: 4, с. 10].

В.К. Чичагов определяет прозвища как «слова, даваемые людям в разные периоды их жизни по тому или иному свойству или качеству этих людей и под которыми они известны обычно в определённом, часто довольно замкнутом кругу общества» [5, с. 5]. Лингвист отмечает, что в языке по отношению к данному виду антропонима слово «кличка» может использоваться как абсолютный синоним [о кличках как виде антропонимов см. выше].

В отличие от апеллятивов прозвища ассоциативны, отражают «свойства именуемого объекта, заменяются на более яркие, лишь только их «нарицательный смысл» утрачивается; они выполняют функцию «социальной легализации личности, включающую в ряде случаев информацию о родственных отношениях, происхождении и положении в обществе» [6, с. 274].

Итак, прозвища выполняют онимические функции, дополняемые характеризующей, конкретизирующей функцией; обладают эмоциональностью, экспрессивностью, оценочностью, мотивированностью; не входят в официальную структуру именования человека, не закреплены юридически и не зафиксированы на письме. Прозвища являются вторичными единицами на фоне других онимов (они обладают «вторичной вторично-стью»).

Прозвище, как и личное имя, выполняет номинативную функцию, то есть и то, и другое является именованием человека, однако личное имя связано с глаголом «называть»: именем называют, а прозвище - с «прозывать»: им прозывают при определённых обстоятельствах, за определённые «заслуги», тем самым в отличие от личного имени прозвище является вторичной антро-понимической единицей и как таковая обладает экспрессивностью, эмоциональностью, оценочностью, а также мотивированностью. Индивидуализирующая и дифференцирующая функции прозвищ выражены значительно ярче, чем у персонимов и других типов официальных имён: прозвище используется определённым кругом людей (жителями села, носителями говора) по отношению к одному «прозываемому» человеку, тогда когда личные имена, фамилии и отчества могут быть одинаковыми у разных людей. Прозвища различаются по ряду признаков: по принципам номинации, мотивировочным признакам, по характеру мотивированности, по коннотации, по способам деривации и другим.

На наш взгляд, прозвище уместно квалифицировать как микроантропоним, как это делает А.В. Суперанская. Во-первых, данный вид антропонимов является индивидуальным именованием, относящимся к одному лицу и ни к кому больше, функционирующим лишь в узком кругу носителей говора. Во-вторых, при возникновении прозвищ частично отсутствует системность [см.: 6, с. 169]: ту или иную номинацию человек получает от своего окружения за какую-либо отличительную черту внешности, характера или поступок, причём, именование может образоваться как от апеллятива, содержащего характеристику, так и от онима путём его различных

трансформаций. Суть же номинации вскрывается в деривате путём ассоциации и мотивации, при отсутствии которой утрачивается истинная причина возникновения прозвища, а с уходом носителей говора - и само прозвище. Например, прозвище Лохматый может иметь лысый человек, причиной возникновения такого именования является насмешка над его носителем; со временем же мотивированность насмешки может быть утеряна, а людям останется только догадываться, почему человек имеет подобное прозвище: то ли раньше носил длинные волосы, а потом сбрил, то ли в детстве не любил причёсываться, то ли прозвали по контрасту. Отсутствие системности в образовании прозвищ, использование их как индивидуальных именований в узком кругу соответствует процессу становления имён по линии «микро» - «макро»: «на стадии микроимени как бы происходит перелом в нарицательном употреблении слова и закреплении его за одним, определённым в данной ситуации, объектом» [6, с. 169]. Исходя из данного положения, уместно провести аналогию микроантропонима с микротопонимом, так как они являются единицами одного уровня в становлении имени.

Л.А. Климкова вслед за рядом лингвистов (Ю.А. Карпенко [7, 8], В.А. Никоновым [9, 10], А.В. Суперанской [6, 11]) выделяет специфичные черты, присущие микротопонимии:

- близость к нарицательным именам;

- меньшая устойчивость по сравнению с топонимами;

- отсутствие письменной, официальной фиксации;

- большая изменчивость микротопонимов;

- специфика в источниках, строении, судьбе, характере объектов;

- размеры, сущность объектов;

- роль микротопонимии в жизни человека, непосредственная данность, неслучайность мотивировки, подвижность, локальность (малоизвестность), бытовая понятийность, несистематичность;

- менее высокая частотность и меньшая стандартность моделей [12, с. 76].

Прозвища как микроантропонимы обладают подобным набором дифференциальных признаков:

локальность, своеобразная корпоративность - функционирование в пределах одного говора, использование на территории одного населённого пункта по отношению к одному конкретному лицу;

- специфическая семантика, складывающаяся из номинации, мотивации, деривации, коннотации (эмоционально-экспрессивной окрашенности) и возникающих ассоциаций; связь с понятием о реалии, которая дала прозвище;

- близость к апеллятивам или к проприальной лексике по фонетической оформленности и ассоциативному ряду; отграничить прозвища от апеллятивов оказывается возможным при частотном использовании в речи носителей говора в качестве номинации одного конкретного человека;

- неслучайность - роль характеристики-бирки как отличительного знака прозываемого;

- подвижность - прозвище человека может стать базой для образования прозвищ членов его семьи; прозвище может дать жизнь уличной фамилии; оно может уйти и замениться другим;

- заочное («заглазное») употребление - называние человека прозвищем за глаза (как правило), очное употребление для положительных прозвищ или для оскорбления отрицательным прозвищем в экстремальных коммуникативных ситуациях (например, при ссоре);

- недолговечность - с уходом прозвищеобладателя исчезает его номинация, равно как и с уходом носителей говора старшего поколения утрачивается мотивация возникновения прозвища, а потом и сама единица;

- структурно-грамматическое разнообразие - прозвища могут представлять собой одно слово, словосоче-

Гузнова Алёна Вячеславовна филологические

ПРОЗВИЩА КАК МИКРОАНТРОПОНИМЫ: ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНЫЕ ... науки

тание, синтагму;

- юридическая незакреплённость: прозвища не входят в официальную структуру именования, не имеют письменной фиксации (фиксация с исследовательскими целями здесь не в счёт).

Перечисленные признаки являются конкретизирующими, определяющими и микроантропоним как самостоятельную единицу в онимическом пространстве.

К микроантропонимам А.В. Суперанская относит «прозвищные именования людей с яркой характеристикой: Косолапый, Пучеглазый, Долговязый и т.п.. К макроантропонимам, очевидно, следует отнести «групповые именования определённых коллективов: имена семей, родов, династий» [6, с. 169]. Согласно этому утверждению уличные фамилии, коллективные прозвища стоит рассматривать как макроантропонимы. Однако перечисленные именования функционируют на ограниченной территории, не выходя за её пределы, следовательно, их положение ближе к уровню микроантропонимов по линии «микро» - «макро».

Приставка микро- акцентирует внимание на диапазоне использования имени в речи - в пределах одного говора. Однако не стоит умалять роль микроантропонимов в жизни человека: они являются показателями социальных отношений, вскрывают деривационный механизм языка, отражают культуру и быт носителей говора, поэтому их изучение значимо для постижения жизни народа.

Прозвища возникают и функционируют в узкой среде - в пределах одного языкового коллектива, одного говора, являясь показателем отношений между его членами. Так, например, прозвище Жадина, образованное от апеллятива с соответствующим значением, отражает черту характера своего обладателя - жадность, скупость, что было подмечено жителями села. Прозвище Клоп является ассоциативным, наталкивает на мысль о пословице: «Мал клоп, да вонюч», - это иллюстрирует негативное отношение носителей говора к прозываемому, который демонстрирует противный, вредный характер, в связи с чем с именуемым предпочитают не связываться и не иметь никаких дел. Стоит обратить внимание на то, что приведённые прозвища носят отрицательный характер и отражают негативное отношение говорящих (прозывающих) к именуемому (прозываемому). Для диалектной картины мира данный факт является закономерностью - прозвище выполняет функцию показателя «ненормы»: любое отклонение от привычного, общепринятого носителями говора подмечается и наделяется номинацией-ярлыком, потому что отрицательное, плохое мешает жить, оказывая нежелательное воздействие на окружающих. Однако не все прозвища являются отрицательными, есть фамильярные и положительные, хотя их меньше, чем негативных.

Среди носителей говора прозвища прочно укореняются, активно используются в речи: закон экономии языковых средств приводит к тому, что проще, быстрее назвать человека по прозвищу, например Кудряш вместо фамилии Кудряшов, Абрам вместо Абрамов. Прозвище - это активно используемый в речи языковой знак прозываемого, его «визитная карточка», отличающая от других, выделяющая человека из общей массы и в то же время указывающая на принадлежность к конкретному языковому коллективу.

С точки зрения семной структуры [о семантике имён собственных см.: 13, с. 11; 14, с. 209; 15, с. 20-23; 16, с. 6; 17, с. 232; 18, с. 55; 19, с. 92], на наш взгляд, в прозвищах комплекс сем реализуется через функционирование в речевой ситуации (через потенциальную сему), через возникающие ассоциации, дополняется коннотативной и (иногда) имплицитной (вероятностной) семами. Семная структура микроантропонима имеет следующий вид:

- классема - 'предметность';

- лексограммемы - 'проприальность', 'прозвищ-

ность', 'единичность', 'одушевлённость';_

- гиперсема - 'человек';

- гипосемы (например, 'мужчина', 'женщина', 'девочка', 'мальчик', 'сильный', 'лысый', 'худой') и гипо-семные комплексы, отражающие конкретные характерные черты прозываемого (например, 'большого роста', 'крупного телосложения');

- ассоциативная сема;

- потенциальная сема;

- имплицитная сема;

- коннотативные семы: эмоциональная; оценочная (оценка прозываемого); экспрессивная (выражение степени качества) [ср.: 20, с. 197-198].

Подобная семная структура реализуется во всех мотивированных микроантропонимах, в немотивированных же прозвищах семная структура неполная (могут отсутствовать гипосемы, гипосемные комплексы, ассоциативная сема, потенциальная сема, имплицитная сема и коннотативные семы). Так, значение прозвища реализуется в локальной среде: в конкретном говоре, в определённом языковом коллективе, в привязанности к тексту, речи - вне текста, речи семантика прозвища не представлена полностью, так как прозвищная номинан-та вне дефиниции может быть воспринята людьми, не являющимися носителями говора, как апеллятив или оним, не имеющие никакого отношения к прозываемому. Стоит ещё раз подчеркнуть, что в семантике прозвищ осуществляется связь с понятием о реалии, которая дала прозвище.

В диалектной картине мира прозвищная номинанта является естественным языковым знаком, отражающим взаимоотношения людей. Обладая особой экспрессией, мотивированностью и ассоциативностью, прозвища чаще всего носят отрицательный характер, служат насмешливым, обидным именованием, иронически представляющим носителя.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Большой энциклопедический словарь. Языкознание / Гл. ред. В.Н. Ярцева. - М.: Большая Российская энциклопедия, 1998. - 685 с. (БЭС).

2. Подольская Н.В. Словарь русской ономастической терминологии. 2-е изд. М.: Наука, 1988. 192с.

3. Пашкевич А.А. Прозвища и клички в системе номинативных средств английского языка: дисс. ...канд. филол. наук: 10.02.04. С-Пб., 2006. 146 с.

4. Махниборода О.В. Неофициальные (прозвищ-ные) имена различных объектов ономастики: структурно-семантический аспект (на материале русского и английского языков): автореферат дисс. .канд. филол. наук: 10.02.19. Майкоп, 2010. 21 с.

5. Чичагов В.К. Из истории русских имён, отчеств и фамилий (Вопросы русской исторической ономастики XV-XVII вв.). М.: Учпедгиз, 1959. 127 с.

6. Суперанская А.В. Общая теория имени собственного. М.: Наука, 1973. 365 с.

7. Карпенко М.В. Функционирование и образование прозвищ (Вопросы классификации) // Вопросы ономастики. Вып. 2. Самарканд: СамГУ, 1974. С.53-58.

8. Карпенко Ю.А. Ономастика в художественной литературе // Ономастика. Проблемы и методы. М., 1978. С. 169-188.

9. Никонов В.А. Имя и общество. М.: Наука, 1974. 278 с.

10. Никонов В.А. Введение в топонимику. М.: ЛКИ, 2011. 184 с.

11. Суперанская А.В., Сталтмане В.Э., Подольская Н.В., Султанов А. Х. Теория и методика ономастических исследований / Отв. ред. А. П. Непокупный. 2-е изд. М.: Издательство ЛКИ, 2007. 256 с.

12. Климкова Л. А. Нижегородская микротопонимия в языковой картине мира: монография // Науч. ред. И.А. Ширшов; МПГУ. Арзамас: АГПИ, 2007. 394 с.

13. Зубкова Л. И. Русское имя второй половины XX века в лингвокультурологическом аспекте (по произ-

Гузнова Алёна Вячеславовна ПРОЗВИЩА КАК МИКРОАНТРОПОНИМЫ: ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНЫЕ ...

ведениям Ф. Абрамова, В. Астафьева, В. Распутина и В. Шукшина): автореферат дисс. ...докт. филол. наук: 10.02.01. Воронеж, 2009. 40 с.

14. Алефиренко Н. Ф. Спорные проблемы семантики. М.: Гнозис, 2005. 326 с.

15. Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание // Пер. с англ., отв. ред. М. А. Кронгауз. М.: Русские словари, 1996. 416 с.

16. Кисель О. В. Коннотативные аспекты семантики личных имён: автореф. дисс. ...канд. филол. наук: 10.02.19. Челябинск, 2009. 24 с.

17. Руденко Д. И. Имя в парадигмах философии языка. Харьков: Основа, 1990. 299 с.

18. Шмелёв А. Д. Русский язык и внеязыковая действительность. М.: Языки славянской культуры, 2002. 496 с.

19. Шанский Н. М., Тихонов А. Н. Современный русский язык. В 3-х частях. Часть 2. М.: Просвещение, 1987. 256 с.

20. Современный русский язык: Теория. Анализ языковых единиц. В 2 ч. Ч. 1. 2-е изд. испр. и доп. М.: Академия, 2006. 480 с.