gative activities carried out by operational units of the penal system] // Vestnik Nizhego-rodskogo universiteta im. N. I. Lobachevskogo [Bulletin of Nizhny Novgorod University N. L. Lobachevsky], 2015, no. 5-6, p. 160-164.
2. Godunov I. V. Organizovannaja prestupnost' ot rascveta do zakata [Organized crime from its heyday to sunset] : textbook for universities. Moscow, Akad. Project, 2008. 344 p.
3. Kachalov, S. Kriminal'nye avtoritety sovremennoj Rossii: tendencii i problemy [Criminal authorities of modern Russia: trends and problems] // Scientific portal of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2010, no. 2 (6), p. 56-63.
4. Mishina, E. A. Hronika gruzinskih reform [Chronicle of Georgian reforms] // Lex russica, 2014, no. 5, p. 535-542.
5. Ozhegov, S. I., Shvedova, N. Yu. Tolkovyj slovar' russkogo jazyka: 80000 slov i frazeo-logicheskih vyrazhenij [Explanatory dictionary of the Russian language: 80,000 words and phraseological expressions] / Russian Academy of Sciences. Institute of Russian language. V. V. Vinogradov. 4th ed., supplemented. Moscow, Azbukovnik, 1999. 944 p.
6. Ragulin, A. V., Fefelov, V. V. O ponjatii lica, zanimajushhego vysshee polozhenie v prestupnoj ierarhii [On the concept of a person occupying the highest position in the criminal hierarchy] // Ugolovnoe pravo [Criminal law], 2010, no. 5, p. 67-70.
7. Topilskaya, E. V. Organizovannaja prestupnost' [Organized crime]. St. Petersburg, The Law Press Center, 1999. 233 p.
8. Ugolovnoe pravo. Obshhaja i Osobennaja chasti [Criminal law. General and Special part] / under the ed. of V. Y. Malakhova. Moscow, 2011.
9. Shesler, A. V. Pochemu nakazanie dolzhno byt' karoj [Why the punishment should be a punishment] // Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2019, no. 1 (38), p. 84-92.
Сведения об авторе
Сенатов Александр Викторович: Владимирский юридический институт ФСИН России (г. Владимир, Российская Федерация), заместитель начальника кафедры оперативно-розыскной деятельности, кандидат юридических наук, доцент. E-mail: senatov76@mail.ru
Information about the author
Senatov Aleksandr Viktorovich: Vladimir Law Institute of the FPS of Russia (Vladimir, Russia), deputy chief of the Chair of Operatively-Search Activity, candidate of law, associate professor. E-mail: senatov76@mail.ru
УДК 343.85
В. И. Терехин, В. В. Чернышов, О. В. Имамбаева
ПРОГНОЗИРОВАНИЕ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ПОСТПЕНИТЕНЦИАРНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
Факторы рецидивных преступлений. Оценка вероятности рецидивов по стадиям жизненного цикла преступности. Проблема взаимосвязи факторов. Адаптация осужденных после освобождения. Классификация осужденных по вероятности постпенитенциарных рецидивов. Латентность преступлений как ограничение достоверности прогнозов преступности. Моделирование индивидуальных постпенитенциарных преступлений. В статье обоснована классификация осужденных на момент их освобождения из учреждений УИС по вероятности совершения ими постпенитенциарного ре-
© Терехин В. И., Чернышов В. В., Имамбаева О. В., 2020 © Terekhin V. I., Chernyshov V. V., Imambayeva O. V., 2020
цидива. Приведен пример моделирования сроков совершения постпенитенциарных преступлений. В работе выделена совокупность индивидуальных характеристик осужденного, которые отражают его нацеленность на совершение латентных преступлений и способности их совершения.
Ключевые слова: постпенитенциарные преступления; факторы; вероятность рецидивов; латентность преступлений; моделирование индивидуальных преступлений.
V. I. Terekhin, V. V. Chernyshov, O. V. Imambayeva PREDICTING INDIVIDUAL POST-PENITENTIARY CRIMES
Factors of recidivism. Assessment of the probability of recidivism by stages of the life cycle of crime. The problem of interrelation offactors. Adaptation of prisoners after release. Classification of prisoners according to the likelihood of post-penitentiary relapse. Crime latency as a limitation on the reliability of crime forecasts. Modeling of individual post-penitentiary crimes. The article substantiates the classification of convicts at the time of their release from penal institutions by the probability of their post-penitentiary recidivism. An example of modeling the timing of post-penitentiary crimes is given. The paper highlights a set of individual characteristics of the convict, which reflect his focus on the Commission of latent crimes and the ability to commit them.
Keywords: postpenal crimes; factors; probability of recurrence; the latency of crime; the modeling of individual crimes.
Индивидуальная преступность в работе исследуется только относительно постпенитенциарных преступлений. Цель индивидуального прогнозирования преступности состоит в определении вероятности и времени ожидаемого преступления. Каждое преступление рассматривается как индивидуальное явление, но имеющее своей основой проблемы социально-экономического развития общества, включая качество правоохранительной деятельности.
Отличительные особенности рецидивистов — это их криминальная нравственно-правовая характеристика, устойчивые связи и авторитет в криминальной среде, высокий криминальный потенциал преступника. Постпенитенциарная преступность представляет в настоящее время наибольшую опасность для общества [1, 2 и др.]:
причиняет обществу максимальные социально-экономические потери, инициируя рост потерь и увеличение доли тяжких преступлений;
выступает одним из факторов формирования и дальнейшего развития первичной преступности и одновременно зависит от ее уровня;
характеризуется высокой степенью организованности и профессионализма;
доля лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, имеющих вторую и последующие судимости, растет.
Вследствие этого снижение постпенитенциарных рецидивов рассматривается авторами как ключевая задача всех правоохранительных органов, включая УИС.
Индивидуальные прогнозы будущего поведения лиц, совершивших преступления, являются обязательным условием для правоохранительных органов при принятии следующих управленческих решений:
при избрании меры пресечения или освобождения виновных от уголовной ответственности и наказания;
при применении отсрочки приговора, представления права на снижение тяжести приговора или представления УДО и др.
Рецидив преступлений формируют три группы факторов [3]:
социально-экономическая ситуация в стране (прошлая, настоящая и ожидаемая), влияющая на формирование первого и последующих преступлений через экономические стимулы преступности и
их ожидаемые социально-экономические последствия;
низкая результативность правоохранительной деятельности государства, способствующая укреплению криминальной направленности значительной части осужденных. Накопленный в учреждениях УИС криминальный потенциал влияет на уровень текущей преступности в течение длительного периода;
личностные характеристики рецидивистов (генные и сформировавшиеся в условиях определенной внешней среды, включая семью), в определенной степени вызванные действием первых двух.
Эти группы факторов многочисленны, а их влияние системно взаимосвязано индивидуально для каждого осужденного. Поэтому индивидуальные оценки вероятности совершения преступления после отбытия наказания не могут основываться на общих заключениях о приоритетности той или иной группы факторов. Только их персонифицированное определение позволяет дать обоснованный прогноз вероятности последующих преступлений.
Анализ показал [3, 4, 5,], что наибольшее влияние на изменения факторов постпенитенциарных преступлений оказывают:
адаптация осужденных к условиям жизнедеятельности после освобождения;
снижение правовых детерминантов определения состава деяния, относимого к преступлению и изменения норм уголовного и уголовно-исполнительного права, снижающие результативность приговора как кары за совершенные преступления. Эта причина способствует росту доли рецидивных преступлений и их омоложение, снижает результативность процессов исправления осужденных.
Тенденция снижения роли отбытия наказания в постпенитенциарной реабилитации подтверждается результатом, выявленным авторами в процессе их опроса значительного количества руководителей и специалистов органов и учреждений УИС [3]. Развитие этой тенденции в определенной степени усиливается вследствие сложившейся ситуации в
управлении учреждениями. Во-первых, требования правоохранительных органов к деятельности УИС не направлены на борьбу с постпенитенциарными рецидивами. Во-вторых, реабилитационные функции учреждений УИС снижаются недостаточностью стимулов осужденных к оплачиваемому труду в учреждениях, к росту их профессионального уровня. Это определяет низкую результативность использования полученных в учреждениях трудовых навыков после освобождения. В-третьих, возрастают требования осужденных к условиям их жизнедеятельности после освобождения (престижность работы, ее оплата, условия проживания и др.). Рост требований освободившихся осужденных представляется обоснованным в силу роста качества жизни населения страны и улучшения содержания осужденных. Но его несоответствие возможностям законного обеспечения роста качества жизни после освобождения увеличивает стимулы преступной деятельности. В-четвертых, государственные ресурсы и стимулы участия бизнеса в ресо-циализации осужденных, отбывших наказание в виде лишения свободы, недостаточны.
В ранее выполненных работах [3, 5 и др.] авторами был предложен метод оценки вероятности постпенитенциарных преступлений, основанный на экспертном анализе криминогенных факторов по стадиям жизнедеятельности осужденных. Экспертная оценка склонности (вероятности) выполнена по характеристикам более 150 осужденных, содержащихся в учреждениях УИС Кемеровской, Рязанской и Тамбовской областей и Приморского края в 2013-2015 гг. В качестве экспертов выступали руководители и специалисты соответствующих учреждения и авторы настоящей работы.
Вероятность рецидива освобождаемым осужденным определялась по формуле: P=£i ai XiPij • Sij , (1)
где:
ai — степень влияния i-ой группы факторов на вероятность рецидива;
Ру — степень влияния ]-го фактора 1-ой группы факторов на вероятность рецидива;
— экспертные оценки уровня тяжести совершенных преступлений.
В таблице 1 приведен фрагмент результатов использования доработанного метода. Доработка состояла:
во включении в анализ и прогнозирование дополнительной группы факторов риска постпенитенциарных преступлений, сформировавшихся до поступления в учреждение УИС;
в некоторой актуализации состава и значимости отдельных факторов.
Средние значения вероятности отдельных стадий жизненного цикла постВероятность постпенитенциарны
пенитенциарной преступности в таблицах условны, поскольку целью описания метода прогнозирования является не практическое применение результатов прогнозирования, а методика его проведения.
Приведенные в таблице экспертные соотношения состава и уровня факторов имеют приемлемый уровень вероятности постпенитенциарных рецидивов. Использование приведенных методов и инструментария формируют возможности прогнозирования как индивидуальных преступлений, так и постпенитенциарной преступности в регионах. Метод прост и легко реализуем, но включает два вида ограничений.
Таблица 1 рецидивов осужденных, фрагмент
Группы и факторы риска (вероятности) постпенитенциарных преступлений Значимость показателей группы, а1, I а1=1 Диапазоны оценки вероятности отдельных характеристик постпенитенциарных рецидивов, %
1-я стадия. Факторы риска постпенитенциарных преступлений, сформировавшиеся до поступления в учреждение УИС. Значимость стадии — (0,4)
1.1. Характеристика семьи 0,15 Полная благополучная семья, отсутствие судимостей, алкоголиков и наркозависимых близких родственников — (до минус 30). Сложные отношения в семье, неполная семья — (10-30). Сложные отношения в семье, наличие судимостей алкоголиков и наркозависимых среди близких родственников — (25-50).
1.2. Отношение к работе(учебе) 0,1 Заинтересованность в работе (учебе), понимание ее перспективности — (до минус 20). Неустойчивая работа, случайные заработки — (10-30). Отказ от работы (учебы) — (30-50).
<...> <...> <...>
1.8. Систематическое потребление алкоголя и психотропных веществ 0,05 В зависимости от частоты использования: алкоголь — (10-60); наркотики — (30-80).
Общее влияние факторов вероятности 1-й стадии ^1) Среднее по 1-й стадии значение риска рецидива контингента осужденных 22,5. Вероятность постпенитенциарного рецидива осужденным «Х» : 12,3 * 0,45 = 5,5 %
2-я стадия. Факторы вероятности постпенитенциарных рецидивов, определяющиеся поведением осужденных в учреждениях УИС (факторы влияния приговора и исправительной деятельности). Значимость стадии — 0,25
2.1. Отношение к труду в учреждении 0,2 Добросовестное отношение к работе — (до минус 35). Негативное отношение к трудовой деятельности — (25-60)*. Отказ от трудовой деятельности — (90-100)**.
2.2. Образ жизни в учреждении. Отношение к правилам отбывания наказания 0,2 Нарушений правил поведения в учреждении не было — (до минус 20). Отдельные не тяжкие нарушения — (0-20). Систематические нарушения, в том числе — тяжкие — (70-100).
<...> <...>
2.6. Твердые намерения и жизненные планы после освобождения 0,25 Устойчивое стремление к социальной адаптации — (до минус 40). Устойчивое стремление к социальной адаптации отсутствует (20-70). Неприятие законопослушного поведения, будущее — криминальная деятельность — (90-100)***.
Общее влияние факторов по 2-й стадии (^2) вреднее по 2-й стадии значение риска рецидива осужденных — 14,5 % Пример: оценка вероятности рецидива осужденным «Х» равна минус 2,9 %, что соответствует эффективной деятельности учреждения
3-я группа. Факторы риска рецидива, инициируемые внешней средой. Значимость стадии 0,35
3.1. Варианты трудоустройства 0,25 Получение устойчивой работы с приемлемым уровнем заработной платы — (до минус 50). Неустойчивая низкооплачиваемая работа — (20-50). Отказ осужденного от предлагаемой легальной работы —(80-100)***.
3.2. Условия проживания 0,25 Нормальные жилищные условия — (до минус 20). Проживание в общежитии или наемное жилье — (0-20). Отсутствие определенного места жительства — (50-90)*.
<...> <...> <...>
3.5. Социальное окружение и социальные контакты 0,15 Устойчивые связи в социуме, являющиеся защитным фактором от рецидивов — (до минус 20). Социальные связи не являются фактором защиты от рецидивов, и криминогенные связи не устойчивы (21-40). Социальное окружение — криминальная среда — (70-95)**.
Общее влияние факторов 3-й стадии (^3) Среднее по 3-й стадии значение риска рецидива контингента осужденных — 21,2 %. Вероятности постпенитенциарного рецидива осужденным «Х»: 16 %.
Итоговое значение вероятности постпенитенциарного рецидива Ж1 + Ж2+Ж3 = 58,2 %. Вероятность совершения постпенитенциарного рецидива осужденным «Х» 5,5 - 2,9 + 16 = 18, 6 %
Первое ограничение определяется уровнем обоснованности состава факторов и их экспертных оценок. Устранение (снижение) этого ограничения и повышение значимости его практического использования видится, прежде всего, в повышении объективности экспертиз, в том числе их адаптации к условиям отдельных регионов. Снижение остроты этой проблемы может быть достигнуто каче-
ством организации региональных экспертиз и регулярным (например, каждые 3 года) их проведением.
Второе ограничение состоит в определенной условности предпосылок аддитивности значимости факторов по отдельным этапам оценки. Авторы ввели это условие в предположении, что эксперты могут формировать свои оценки в условиях неизменности субъекта
преступлений на начало каждого периода. На выполнение этого условия была ориентирована работа экспертов, в результате которой получены показатели таблицы. Но такая ориентация всегда будет условной. Можно допустить низкий уровень зависимости вероятности рецидива по факторам второй и третьей подгрупп осужденных от их характеристик на первой стадии его жизнедеятельности. Это условие можно считать выполнимым для осужденных, имеющих длительный срок (или несколько сроков) лишения свободы. Но оно невыполнимо для лиц, осужденных впервые на относительно низкие сроки лишения свободы.
Если оценки экспертов учитывают влияние вероятности предыдущих этапов на последующие ^1, W2, W3), то можно предположить, что теоретически более обоснованными будут следующие значения вероятности постпенитенциарных рецидивов по стадиям жизненного цикла: W1I= W1
W2I= W2 (1 - Ы.2) (2)
W3I= W3 - (Ы.3 * W1 + k2.3 * W2)
Коэффициенты (k) отражают влияние предыдущих стадий жизнедеятельности преступника на вероятность последующей стадии. Тем самым устраняется многократный учет влияния отдельных факторов. Исследование этого ныне открытого вопроса позволит более адекватно учитывать влияние отдельных факторов на вероятность совершаемых постпенитенциарных рецидивов.
Устойчивым ограничением достоверности прогнозирования преступности является «вечная» проблема латентных преступлений. В настоящее время отсутствуют достаточно достоверные исследования и количественные оценки латент-ности преступлений. Можно лишь утверждать снижение латентности преступлений за счет повышения качества регистрации и расследования преступлений с одной стороны и их роста вследствие повышения изощренности преступлений и роста коррупции. Экспертный анализ, выполненный авторами и специалистами учреждений УИС, пока-
зал возможность выделения некоторой совокупности индивидуальных характеристик осужденного, которые отражают его нацеленность на совершение латентных преступлений и способности их совершения. В число таких характеристик включены [6]:
уклонение осужденного от трудовой деятельности, отказ от приобретения профессии или специальности;
ослабление или полный разрыв по инициативе осужденного прежних социально полезных связей в социуме;
криминогенная среда как основное место пребывания осужденного после освобождения;
высокий профессиональный уровень преступника, его криминальный авторитет и др.
В таблице значимость факторов ла-тентности выделена символами (*).
Результаты анализа и прогнозирования постпенитенциарных рецидивов позволяют классифицировать рецидивистов по вероятности их жизнедеятельности после освобождения на следующие группы:
осужденные, которые с определенной вероятностью могут считаться исправившимися, если вероятность совершения ими постпенитенциарных рецидивов в течение определенного периода времени, например, ниже 20-25 %;
осужденные, постпенитенциарное преступление которых возможно, например, с вероятностью 25-60 %. Их исправление, как показано в таблице 2, прежде всего, зависит от условий жизнедеятельности после освобождения ^3);
осужденные, которые продолжат криминальную деятельность путем латентных преступлений. Эти осужденные могут обнаружиться во всех группах, но преимущественно в составе второй и последней групп;
осужденные, которые не ставят своей целью исправление и ресоциализацию, твердо вероятность (80-100%) убеждены в продолжении своей криминальной деятельности.
Дополнительным видом индивидуального прогнозирования, позволяющим повысить результативность программ исправления и ресоциализации осужденных, является прогнозирование сроков совершения постпенитенциарных рецидивов. В [5] авторами на основе информации по данным по 438 преступников, совершивших на территории одного из субъектов РФ за 2014 г. и половину 2015 г. 1038 преступлений, получена модель вероятности совершения ими постпенитенциарных рецидивов. Характеристика совершенных действий в исходной информации еще не имела судебной определенности по всем преступлениям, по ряду преступных деяний она представляла ее предварительную оценку специалистами УМВД региона, определивших ее как преступление.
Статистический и экспертный анализ авторами имеющейся информации показал целесообразность включения в состав корреляционно-регрессионной модели следующих факторов:
Х1 — возраст субъекта на момент совершения предыдущего и зарегистрированного криминального действия;
Х2 — количество ранее совершенных преступлений;
Х3 — фактический срок лишения свободы по предыдущему преступлению и (или) суммарный срок лишения свободы по всем преступлениям;
Х4 — тяжесть последнего совершенного преступления, измеряемая рангами тяжести преступности (1 — низкая тяжесть, ..., 4 — особо тяжкая);
Х5 — условия освобождения (два вида: по отбытии приговора или УДО).
Естественно, что при наличии возможности расширения информационного обеспечения состав и количество факторов могли быть другими.
В качестве показателя сроков совершения рецидива (назовем его «периодом созревания рецидива») был принят период времени между фактическим освобождением по предыдущему преступлению и обвиняемого по последнему (ДТ, годы), равный времени, в течение кото-
рого преступник находился на свободе. Включение в состав факторов корреляционно-регрессионных модели фактора 5 оказалось нецелесообразным.
Уравнение регрессии: ДТ =
2,05 + 0,01Х1 - 0,45Х2 + 0,75Х3 + 0,09Х4 (3)
Статистические характеристики адекватности модели (Я = 0,52, средняя ошибка прогноза — 1,3 года) определяют целесообразность определения граничных значений рецидива конкретным лицом и группами лиц. Характер влияния отдельных факторов на срок рецидива логичен:
период между двумя смежными преступлениями растет при повышения возраста совершения предыдущего преступления (Х1), т. е. самый малый период созревания рецидивов типичен для несовершеннолетних преступников;
лица, предыдущее преступление которых было особо тяжким и тяжким (более длительный срок лишения свободы), имеют большее время «созревания» для следующего преступления и т. д.
Адекватность и точность модели определяет возможность использования изложенного метода для прогнозирования сроков индивидуальных постпенитенциарных преступлений.
Оценка вероятности постпенитенциарных рецидивов является одним из направлений повышения эффективности использования ресурсов, выделяемых на работу с осужденными, исправление которых возможно. Устойчивым ограничением достоверности прогнозирования преступности является «вечная» проблема латентных преступлений.
Прогнозирование региональной преступности является эффективным инструментом повышения качества управления правоохранительной деятельностью, возможности которого используются ограниченно.
Выявлены следующие ограничения, определяющиеся качеством прогнозирования:
фрагментарность прогнозов, состоящая в отсутствии комплексного прогнозирования региональной индивидуальной преступности, видовой структуры преступности и др.;
несоответствие методов и инструментария прогнозирования его целям. Конечной целью анализа и основой прогнозирования должно стать определение комбинации факторов, оказывающих наибольшее влияние на преступность.
Дальнейшее развитие факторного анализа и прогнозирования региональной преступности должно вестись по следующим трем направлениям.
Первое направление — развитие теории и методики прогнозирования преступности, в том числе:
развитие инструментария учета результативности нормативно-правовых актов правоохранительной деятельности, общественного и корпоративного регулирования криминальной среды;
дальнейшее развитие инструментария верификации прогнозов как условия оценки качества прогнозирования и др.
Второе направление — стимулирование правоохранительными органами исследований процессов прогнозирования преступности, использования их результатов в разработке отраслевых планов и программ, их общественного обсуждения.
Третье направление — совершенствование методики и инструментария моделирования и прогнозирования региональной преступности.
Литература
1. Антонян, Ю.М. [и др.] Комплексный анализ состояния преступности в Российской Федерации и расчетные варианты ее развития / ВБКУ «Всероссийский научно-исследовательский институт МВД Российской Федерации». — М., 2017, 2018.
2. Лунеев, В. В. Юридическая статистика : учебник. — 3-е изд. — М.: Норма, Инфра-М., 2010
3. Терехин, В. И., Чернышов, В. В. Эффективность и результативность уголовно-исполнительной системы России: оценивание и планирование : монография. — Рязань: Академия ФСИН России, 2019. — 212 с.
4. Терехин, В. И., Чернышов, В. В. Статистический анализ и прогнозирование рецидивных преступлений // Человек: преступление и наказание. — 2016. — № 2 (93). — С. 16-21.
5. Терехин, В. И., Чернышов, В. В. Факторный анализ экономической преступности в регионах // Финансовая экономика. — 2019. — № 3. — С. 302-306.
6. Терехин, В. И., Чернышов, В. В. Факторный анализ особо тяжкой преступности // Финансовая экономика. — 2019. — № 5. — С. 389-393.
References
1. Antonyan, Yu. M. and others. Kompleksnyj analiz sostojanija prestupnosti v Rossijskoj Federacii i raschetnye varianty ee razvitija [Comprehensive analysis of the state of crime in the Russian Federation and estimated options for its development] / All-Russian Research Institute of the Ministry of internal Affairs of the Russian Federation. Moscow, 2017, 2018.
2. Luneev V. V. Juridicheskaja statistika [Legal statistics] : textbook. 3rd ed. Moscow, Norma-Infra-M, 2010.
3. Terekhin, V. I., Chernyshov, V. V. Jeffektivnost' i rezul'tativnost' ugolovno-ispolnitel'noj sistemy Rossii: ocenivanie i planirovanie [The efficiency and effectiveness of the criminal-Executive system of Russia: assessment and planning] : monograph. Ryazan, the Academy of the FPS of Russia, 2019. 212 p.
4. Terekhin V. I., Chernyshov V. V. Statisticheskij analiz i prognozirovanie recidivnyh prestuplenij [Statistical analysis and forecasting of recidivism] // Chelovek: prestuplenie i nakazanie [Human: Crime and Punishment], 2016, no. 2 (93), p. 16-21.
5. Terekhin, V. I., Chernyshov, V. V. Faktornyj analiz jekonomicheskoj prestupnosti v re-gionah [Factor analysis of economic crime in the regions] // Finansovaja jekonomika [Financial Economics], 2019, no. 3, p. 302-306.
6. Terekhin, V. I., Chernyshov, V. V. Faktornyj analiz osobo tjazhkoj prestupnosti [Factor analysis of particularly serious crime] // Finansovaja jekonomika [Financial Economics], 2019, no. 5, p. 389-393.
Сведения об авторах
Терехин Валерий Ильич: Академия ФСИН России (г. Рязань, Российская Федерация), профессор кафедры управления и организации деятельности УИС, доктор экономических наук, профессор, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации. E-mail: vitos-62@mail.ru Чернышов Виктор Валентинович: Академия ФСИН России (г. Рязань, Российская Федерация), доцент кафедры управления и организации деятельности УИС, кандидат юридических наук, доцент. E-mail: vitos-62@mail.ru Имамбаева Ольга Викторовна: Академия ФСИН России (г. Рязань, Российская Федерация), начальник отдела организации межвузовской учебно-методической работы. E-mail: imambaeva_olga@mail.ru
Information about the authors
Terekhin Valery Ilyich: the Academy of the FPS of Russia (Ryazan, Russia), professor of the Chair of Management and Organization of the Penal System, doctor of economics, professor, honored worker of the higher school of the Russian Federation. E-mail: vitos-62@mail.ru
Chernyshov Victor Valentinovich: the Academy of the FPS of Russia (Ryazan, Russia), associate Professor of the Chair of Management and Organization of the Penal System, candidate of law, associate Professor. E-mail: vitos-62@mail.ru Imambayeva Olga Viktorovna: the Academy of the FPS of Russia (Ryazan, Russia), head of the Department for Organizing Interuniversity Educational Work. E-mail: imambae-va_olga@mail.ru
УДК 343.848
Р. В. Ушаков
УЧАСТИЕ ОБЩЕСТВЕННОСТИ В РЕАЛИЗАЦИИ ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ ОСУЖДЕННЫХ К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ: РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ
Целью статьи является рассмотрение отечественного опыта участия общественных формирований в деятельности государственных органов по решению вопросов о реализации законных интересов лиц, осужденных к уголовному наказанию в виде лишения свободы. В настоящее время обсуждается вопрос о включении общественных наблюдательных комиссий в работу по рассмотрению реализации наиболее значимых законных интересов осужденных к лишению свободы. Исторический анализ участия институтов общественности в такой работе позволит обеспечить научное сопровождение данного вопроса, выявить позитивные стороны такого участия и определить
© Ушаков Р. В., 2020 © Ushakov R. V., 2020