Научная статья на тему 'Проблема ответственности в творчестве А. Де Сент-Экзюпери'

Проблема ответственности в творчестве А. Де Сент-Экзюпери Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
6913
228
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Проблема ответственности в творчестве А. Де Сент-Экзюпери»

ПРОБЛЕМА ОТВЕТСТВЕННОСТИ В ТВОРЧЕСТВЕ А. де СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ (К столетию со дня рождения писателя)

М.А, Гололобов

«Быть человеком как

раз и м-лчит быть ответственным ж

(А. де Сент-Экзюпери)

Антуан Мари-Роже де Сент-Экзюпери был человеком. Ответственным человеком. Несмотря на обыденность этих слов, для него они не были пустым звуком. Формула ответственности, созданная Сент-Эксом, перекликается с основами гуманистического учения. Быть верным себе, своему долгу, быть ответственным за свои поступки, за свои слова, быть ответственным перед своими близкими, друзьями и, наконец, перед всем человечеством - вот основа этой формулы.

Ответственность ггисателя-летчика перед самим собой и своим долгом с особой силой проявится во время Второй мировой войны: соотношение сил в воздушных боях было чудовищным, подчас против одного французского самолета выходило крыло из десяти «мессеров».

Об ответственности перед близкими и друзьями парадоксально, но точно сказано в книге Сент-Экзюпери «Планета людей». Потерпев катастрофу и очутившись в безводной пустыне, герой мысленно обращается к родным, с тревогой ожидающим его возвращения: «Мы выживем, мы вас спасем» (курсив мой. - М Г.). Осознание любви как долга перед теми, кто без нас жить не сможет, перед теми, кого мы «приручили», в высшей степени свойственно Экзюпери. Его герой («Планета людей») думает не о своем спасении, а о спасении тех самых родных и близких, которые надеются на его возвращение и нуждаются в нем.

В своей книге «Ночной полет» писатель-летчик с глубокой нежностью пишет обо всей огромной Земле, кажущейся сверху такой маленькой и беззащитной: он чувствует за нее ответственность.

Философскую сказку «Маленький принц» Экзюпери посвящает другу, оставшемуся на родине, где хозяйничают враги. Боль за друга сливается с болью за родную землю и претворяется в стремление утешить, обогреть душевным теплом -спасти. И это - тоже проявление ответственности.

Образ Фонарщика в «Маленьком Принце» соответствует этой идее: он зажигает и тушит фонарь прежде всего потому, что «таков уговор», потому что Фонарщик дал слово делать эту работу . Конечно же, автор хотел показать не бездумного исполнителя, готового выполнять любое, ^аже самое абсурдное распоряжение. Фонарщик -■:е:>овек, верный долгу, ответственный за свое .:е;.о. И не вина, а беда «фонарщиков» в том, что '■■игом часто правит неразумие. В нем совсем не-V г-:с: о уч дрых правителей. Таких, как Король, ' ■. всего озабоченный тем, чтобы издавать

указы, которые его подданные способны выполнить.

Сент-Экзюпери очень любил людей. Своим творчеством он выполнял задачу, которую считал главной - помогать людям хранить в себе человечность, данную изначально каждому. Автор учил их противостоять злу, прежде всего - в своей душе. Астероид Маленького Принца — это человеческая душа. Страшные, огромные деревья -это зло. Маленький Принц вынужден был каждое утро очищать свою планету от ростков баобабов, то есть свою душу - от зла. Очень важно замечание Принца: «...если баобаб не распознать вовремя, потом от него не избавишься. Он завладеет всей планетой. Он пронижет ее насквозь своими корнями. И если планета очень маленькая, а баобабов много, они разорвут ее на клочки...». Тем самым нас предупреждают: чем меньше «планета», тем легче «баобабам» ее уничтожить. Чем меньше добра в человеческой душе, тем огромнее опасность для человечества.

В «Маленьком Принце» несколько раз повторяется: «Зорко одно лишь сердце!» Значит ли это, что автор игнорирует доводы разума? По-видимому, нет. Они необходимы для постижения материальной стороны жизни. Но есть ведь еще и жизнь духовная. Есть сфера непреложных, главных ценностей. Их можно постичь лишь сердцем, то есть интуитивно. На самом деле, разве можно рационально объяснить, почему целый сад прекрасных роз не способен заменить Маленькому Принцу одну-единственную - Розу, которую он оставил на родной планете? Можно лишь сердцем почувствовать: эта Роза прекраснее для него уже потому, что стала предметом его забот, породила в нем чувство ответственности. И тем самым «приручила» его к себе.

«Быть человеком, как раз и значит быть ответственным» . Эта короткая фраза вобрала в себя смысл всех произведений Сент-Экса. Доверять сердцу, быть нужным любимым людям, любить самому, быть на своем месте, быть в движении -таков жизненный принцип писателя-гуманиста. Даже перед смертью он остается верен себе: один, измученный высотой, без оружия, он бесследно исчезает в водах Средиземного моря, выполнив до конца свой долг летчика.

Тем не менее, Экзюпери перед смертью сказал своим друзьям по службе: «Если буду сбит, не пожалею абсолютно ни о чем. Будущее приводит в ужас...» У этого высказывания двойной смысл. Писатель как будто бы доволен прожитой жизнью. Это подтверждают слова: «Не буду жалеть ни о чем». Но, с другой стороны (и, на мой взгляд, это более важно), он страшится будущего,

в котором не останется места доброте и сердечности. Другими словами — не останется места той самой ответственности, о которой Лис так поэтически говорил Маленькому Принцу: «Ты навсегда в ответе за тех, кого приручил», Сент-Экс прекрасно понимал, что для полного осознания и искоренения зла в себе и в мире нужен не один писатель, а целая армия тех, кто способен убеждать словом, примером, собственной жизнью. Не

находя должной поддержки, он просто не верил в будущее.

Но я не буду заканчивать на столь пессимистичной ноте. Попытаюсь опровергнуть свое последнее суждение. Если книги писателя-летчика до сих пор читают и переиздают, если его судьба гуманиста и романтика находит сочувствие и понимание, значит, Антуан де Сент-Экзюпери, его идеи и суждения все еще нужны людям, а будущее, которым он бы гордился, - есть.

НА ПУТИ К ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЕ: ПИСЬМА Ч. ДИККЕНСА 1833-1841 гг.

Н.В. Ткачева

Письма частного характера наряду с художественными произведениями, использующими форму письменного обращения к другому лицу', составляют так называемую «эпистолярную литературу». Основными жанрами художественной эпистолярной литературы, возникшей в результате трансформации бытового письма, являются стихотворное послание, известное со времен Горация, и роман в письмах (м-м де Лафайет). «Праоснова» литературных писем, то есть письмо как таковое, привлекает внимание исследователей чаще всего как вспомогательный материал, облегчающий понимание творчества писателя. Между тем как открытость письма различным жанрам, проявляющаяся и в достаточной тематической и стилистической свободе, и в полифункциональности, и в легкости смены тем, приводит к сближению основных принципов композиции письма и литературы и делает эпистолярное наследие писателя достойным объектом для изучения.

В творчестве известнейшего английского писателя Чарльза Диккенса (1812-1879) выделяют четыре периода, первый из которых - ранний, период становления творческой манеры писателя -приходится на 1833-1841 гг. В это время написаны «Очерки Боза», романы «Посмертные записки Пиквикского клуба», «Приключения Оливера Твиста», «Жизнь и приключения Николаса Никльби», «Лавка древностей».

Как и в течение всей жизни, Диккенс в этот период вел обширную переписку. Среди диккенсовских адресатов того времени, помимо родственников, встречаются имена издателей (Чепмен и Холл, Д. Макроун, Д. Истхоп), иллюстраторов (Д. Крукшенк, Р. Сеймур, Х.Н. Браун, Д. Маклиз), коллег по журналистской работе (Д.П. Кольер, У. Джердан, Д. Марри), известных английских литераторов, современников Диккенса (У.Г. Эйнсворт, Б. Корнуэлл, У.У. Генри, Э. Хейворд, Ли Хант), людей, стремящихся попасть в эту литературную среду (а с ними Диккенс сталкивался бла-

годаря своей редакторской деятельности в журналах) и пр. География писем Диккенса так же широка, как и круг его адресатов [1].

«Обширная переписка ...отнимает у меня много времени, и поэтому в эпистолярном разговоре я вынужден: быть кратким» (С. Харфорду, 14 октября 1840 г. - т, 29. с. 62), -■ часто замечает Диккенс. Несмотря на подобную «заданную» лаконичность и закрепленность писем Диккенса за определенными событиями, обстоятельствами и датами, здесь ярко раскрывается личность автора. Они - богатый материал, свидетельствующий о литературной жизни эпохи, личностной и писательской неповторимости Диккенса.

Остановимся на некоторых аспектах диккенсовской переписки, уделив преимущественное внимание проблемам литературы.

Диккенс, в детстве бывший «страстным читателем и к десяти годам» имевший «порядочное представление о наших романистах, сочинял трагедии...» (доктору Кюнцелю, июль 1838 г. - т. 29, с. 39), замечает: «Голдсмит, Свифт, Филдинг, Смоллетт и британские эссеисты всегда у меня «под рукой» (Д. Кеттермолу, 1839 г. - т. 29, с. 48). О том, что Диккенс постоянно опирается на литературное наследие XVIII в., свидетельствует и его письмо Д.Форстеру от июля 1839 г. Описывая замысел «нового повременного издания» («Часы мистера Хамфри»), Диккенс приводит в пример английские журналы XVII! столетия - «Болтуна», «Спектейтора», «Пчелу». Одним из «новшеств», по предложению Диккенса, является «сатирическая серия под видом перевода летописи какого-нибудь варварского государства», «нечто среднее между «путешествиями Гулливера» и «Гражданином мира» (т. 29, с. 49-50). Как известно, в этих произведениях Д.Свифта и О.Голдсмита, как и в легендарных «Персидских письмах» Ш. Монтескье и философских повестях Вольтера, для создания сатирического эффекта используется взгляд «чужого» государству, но способного быть объ-

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.