Л.М. Светлорусова
ПРОБЛЕМА НАЦИОНАЛИЗМА В БОЛГАРИИ В ХХ1 ВЕКЕ
(Обзор)
Для болгар национальная проблема всегда была актуальной. Борьба за государственную независимость на протяжении веков и достаточно позднее оформление государственности сыграли в этом решающую роль. Сегодня к исторической памяти болгар примешиваются демографические проблемы. Болгария не является моноэтнической страной, в ней кроме болгар живет значительная масса турецкого и цыганского населения. Пропорции, соотношение этих этнических составляющих болгарских граждан служат предметом постоянного внимания и анализа государственных учреждений и общественных организаций. Секретарь по безопасности при президенте Болгарии Н. Слатински приводит данные о том, что в стране за одно десятилетие (1992-2001) численность этнических болгар сократилась на 8,5%, а турецкого населения - на 6,7%, тогда как численность цыган выросла как минимум на 18,4% (14, с. 33). По прогнозам, в 2050 г. в Болгарии будут жить 6,5 млн. человек, из них этнические болгары будут составлять 3 млн. человек (т.е. их число сократится на 45-47%), турки - 1 млн. человек, цыгане -2 млн., остальные этнические группы - 0,5 млн. человек (там же).
Актуальность национальной темы в Болгарии сегодня подпи-тывается остротой политических и социальных проблем. Последние 17 лет в Болгарии идут сложные процессы преобразования экономики и социальных устоев, затрагивающие все слои общества и вызывающие неоднозначное отношение болгар, материальное положение многих из которых серьезно ухудшилось.
В январе 2006 г. на Консультативном совете по национальной безопасности Болгарии было признано, что Болгария находится в
демографическом кризисе и преодоление его должно стать первостепенным национальным приоритетом (14, с. 29). Превратится ли этот кризис в демографическую катастрофу, будет зависеть от эффективности принимаемых мер (там же, с. 54). По мнению Н. Слатински, «...наша страна не будет той же самой, если в ней проживают 80% или 20% болгар... Для нас важно сохранить нашу демографическую стратегию в отношении всех граждан, независимо от их этнической принадлежности, расы, религии, пола, но важно также сохранить идентичность Болгарии именно как болгарского государства» (там же, с. 39). Болгарский политик выделяет роль болгарского этноса, подчеркивая его особую роль по сравнению с другими этносами: «Болгарский этнос вбирает в себя историческую память и культуру, именно он определяет идентичность государства, спаивает разные этносы и религии в одно целое - с общими ценностями, целями, идеалами» (там же, с. 40).
Н. Слатински считает, что сегодня для Болгарии необходима «радикальная демографическая политика». По его мнению, пришло время создать консультативную группу при президенте Болгарии и парламентскую комиссию по демографическим проблемам, а также надведомственный орган - Национальный совет по демографическим проблемам (14, с. 52-53). Демографические процессы весьма значимы для Болгарии, они влияют «если не на политическую стабильность, то на структуру общества: образовательную, этническую и социальную, на правовой порядок и безопасность граждан» (там же, с. 37). В частности, увеличение цыганского населения в стране привело к росту преступности в Болгарии. Кражи в болгарских селах и небольших городах достигли такого размаха, что заставляют болгар превращать свои дома в крепости, используя все средства защиты. Цыгане не уважают закон, преступность в их среде возросла настолько, что «из проблемы внутреннего порядка превратилась в проблему национальной безопасности» (там же, с. 40).
В переходный период положение цыган сильно ухудшилось. «Цыгане создали среду, в которой они стали жить как жертвы, снимая с себя всякую ответственность... обвиняя государство, общество, весь народ, что им не дают работу, деньги и хлеб, что о них не заботятся, поэтому они и крадут» (14, с. 41). Н. Слатински считает, что сегодня, когда цыганская преступность приняла угрожающие размеры, по сути, подрывающие устои государства, в этих условиях государство должно не проявлять пассивность и апатию, а применять как мягкие, так и жесткие меры. Мягкие меры могут
выражаться в оказании социальной поддержки, в помощи по образованию и воспитанию детей, в предоставлении работы «сознательным цыганам». Жесткие меры предполагают работу правоохранительных органов. Результатом предпринимаемых усилий должно стать вовлечение цыган в жизнь страны. Раздающиеся порой призывы к размещению цыган в специальных гетто, интернатах, резервациях Н. Слатински называет безответственными и фашистскими (14, с. 42). Цыгане являются гражданами Болгарии с равными правами и обязанностями. Однако, по мнению ряда экспертов, «процесс создания гетто для цыган является отчасти объективным процессом: цыгане выпадают из общества, обосабливаются и скучиваются для того, чтобы через количество компенсировать отсутствие "качества" - способности преуспевать в жизни» (там же, с. 42).
Проблема изменения менталитета цыган крайне сложна. Так, болгарский писатель Хр. Калчев отмечает, что интеграция этой этнической группы в современное общество, даже при условии реализации всех благих намерений, займет как минимум век и коснется только цыганской молодежи. Кроме того, в стране существуют подкупленные цыганами чиновничество и милиция. К тому же пока в мировой практике отсутствуют примеры интеграции цыган в какой-либо народ мира. Однако после вступления Болгарии в ЕС (январь 2007 г.) болгарские цыгане начнут перебираться в европейские страны, так что не стоит драматизировать ситуацию, считает болгарский писатель (9).
Цв. Кынчев, лидер партии «Евророма», полагает, что в последнее время в стране «раздувается демографическая истерия», которая может перерасти в конфликты на этнической почве. Он настаивает на выделении цыганским семьям разнообразных государственных пособий. Часто случается так, сетует Цв. Кынчев, что если цыганские дети получают стипендии по линии Министерства образования, то прекращаются выплаты субсидий их родителям (10).
В последние годы, признает Н. Слатински, когда в Болгарии обострилась этническая ситуация, «оказался нарушен... хороший тон терпимости, уважения к существованию несхожести и отличий среди людей, вне зависимости от их этнической принадлежности и веры, присущий нашему народу. Есть такие политики, которые ненавидят другого человека только потому, что он турок, цыган, еврей. Это опасно, так как радикальный лидер одного этноса и религии подтолкнет появление радикальных лидеров других этносов и религий» (14, с. 38). В обществе могут существовать различ-
ные проблемы, но нельзя, подчеркивает Н. Слатински, чтобы политические или межпартийные несогласия «...автоматически превращались в выступления против болгар из турецкого и цыганского этноса и подпитывали антитурецкие и антицыганские настроения» (14, с. 38).
Выступая против национализма в традиционном понимании как социально опасного явления, которое несет в себе ненависть и разъединяет общество, Н. Слатински предлагает подумать о другом типе национализма, который он называет «современным национализмом» (14, с. 38). В основу этого типа национализма болгарский политик закладывает признание «особой роли болгарского этноса по сохранению и процветанию болгарского государства. Болгарский этнос - это не просто некая этническая группа, он является организующим фактором, а также тем звеном, которое определяет идентичность нашего этноса. Он является носителем нашей европеизации и модернизации. У нас нет другого этноса, способного реализовать эту миссию. Болгарский этнос имеет особую ответственность перед Болгарией, и он является гарантом того, что мы представляем собой часть европейского пространства. Огромная часть других этносов - евреи, армяне, турки, цыгане - признают эту миссию болгарского этноса: в этом знак их сопричастности с Болгарией» (14, с. 38). Н. Слатински считает, что необходимо сплочение всех этносов в стране вокруг болгарского этноса и культуры. По его замечанию, «любой человек у нас может развиваться как цыган, турок, мусульманин, но при этом он должен оставаться болгарским цыганом, болгарским турком, болгарским мусульманином». В свою очередь, отказ от болгарской культуры ведет к тому, что такой человек «рискует остаться лишь этническим маргиналом» (14, с. 39). Обособление болгарских граждан в этнических и религиозных группах Н. Слатински расценивает как шаг назад в развитии болгарского общества, так как это затрудняет европеизацию данных групп, «а государство потом будет вынуждено платить за падение уровня их жизни, культуры и за адаптацию этих групп» (там же).
Вступление в Евросоюз ставит Болгарию в новые условия, когда для сохранения национальной идентичности болгарского государства потребуется специальная иммиграционная политика, которая позволит управлять иммиграционным процессом. Среди критериев въезда в Болгарию Н. Слатински называет уровень квалификации, образования, а также признание европейских цен-
ностей. Помимо прочего, акцент, по его мнению, должен быть сделан на этнической принадлежности въезжающих в страну людей. Приоритет необходимо отдать этническим болгарам, именно этих людей Н. Слатински называет «резервом Болгарии» (14, с. 49). Часть болгарского населения заинтересована в притоке иммигрантов, так как рассчитывает на помощь с их стороны, на вливание крупных средств в болгарскую экономику. Приобретение болгарского гражданства этническими болгарами должно быть облегчено, считает Н. Слатински. «Надо, наконец, завершить создание национальной стратегии для поддержания устойчивого процесса возвращения и заселения страны болгарами, живущими вне ее» (там же). При этом этот автор понимает, что часто болгары из бывшего СССР и Югославии возвращаются лишь для того, чтобы получить бесплатное образование. Пока в Болгарии не сложилась культура отношения к болгарам, живущим в других странах, Н. Слатински призывает болгарские СМИ пропагандировать позитивные и успешные примеры, а не специализироваться на черной хронике о своих согражданах.
Переходный период в Болгарии привел к возникновению в 90-е годы, становлению, а затем и к участию в управлении страной партии болгарских турок «Движение за права и свободы» - ДПС. Эту партию возглавляет ее создатель Ахмед Доган. Сама партия расценивается болгарским обществом как этническая партия, как партия «в этническом футляре» (2). А. Доган со своей стороны утверждает свой образ на болгарской политической сцене как политика, выступающего против исламского фундаментализма, как гаранта этнического мира в стране (3).
ДПС является одной из ведущих партий в Болгарии в последние годы и наряду с двумя другими партиями - БСП и НДСВ -составляет правящую коалицию. Это обстоятельство вызывает сложные чувства у болгарских граждан, многие из которых еще помнят иной подход в недавнем прошлом к болгарским туркам. Этот подход был реализован в период так называемого «возроди-тельного процесса» 1984-1985 гг. В те годы болгарские турки были подвергнуты серьезному ущемлению гражданских прав: им запрещалось использовать турецкий язык и турецкие имена, было закрыто много мечетей. В результате этой политики сотни тысяч болгарских турок уехали из Болгарии.
Критическое отношение к ДПС в Болгарии в настоящее время связано с тем, что эта партия «монополизировала голосование бол-
гарских турок, используя авторитарный, централизованный, репрессивный контроль над ними» (1). В болгарской прессе отмечается, что подобные методы не являются демократическими, ведь понятно, что для нормально функционирующей демократической политической системы было бы оптимально, чтобы «турецкое меньшинство в стране голосовало бы за различные партии» (там же).
Для общества, в котором проживают разные этнические группы, вполне естественно, если они представлены во властных структурах. По мнению руководителя левой партии «Нова зора» М. Минчева, проблема состоит в ином - в том, что ДПС «вывела целые регионы Болгарии из сферы публичной демократии, политики, гражданского контроля. В этом смысле ДПС является очень опасным феноменом... Членство Болгарии в ЕС станет вызовом как для ДПС, так и для Болгарии. И чем больше будет развиваться этот спрут этнокорпоративного политического контроля над большими секторами болгарской территории, чем дольше будет откладываться принятие решительных мер, тем больше возникнет проблем, связанных не только с членством в ЕС, но и с поддержанием целостности Болгарии» (1).
М. Минчев высказывает опасение, что если представители ДПС войдут в управленческие структуры Министерства социальных дел, которое выплачивает ежемесячные пособия цыганам, то тогда, помимо турецкого населения, «под их полный контроль будет поставлено и цыганское меньшинство в Болгарии, и тогда удвоится сила блока этнической корпоративной власти» (там же). Другое опасение, высказываемое в болгарской прессе, состоит в том, что при выборе депутатов от Болгарии в Европарламент ДПС сможет получить два-три места (3). Неприятие этой партии многими болгарами вызвано предположениями, что ДПС поддерживается «покровителями из Анкары» (1), а у самых истоков создания этой партии стоят болгарские спецслужбы. В 90-е годы они ставили задачу посредством создания подобной партии затормозить развитие демократического процесса в Болгарии, чтобы этот процесс «протекал медленно и неэффективно, для того, чтобы номенклатура БСП получила время на адаптацию к новым условиям» (2).
Некоторые болгарские аналитики считают, что как партия ДПС сегодня «является не инструментом для интеграции болгарских турок в болгарское общество, а лишь средством для извлечения политических выгод путем противопоставления себя другой части болгарской нации. ДПС не является способом отстаивания
прав граждан, так как единственное право, которого болгарские турки добиваются посредством существования данной партии, -право голосовать за А. Догана и приближенных к нему людей» (2).
«Движение за права и свободы» в болгарской демократической прессе обвиняют том, что оно «объелось властью» (13) и при этом отбросило болгарских турок в их развитии во времена до модерна, «когда ходжи и партийные секретари командовали ими как бессловесными существами» (2). Болгарские исследователи отмечают, что А. Доган сумел проделать то, что до него уже проделала Болгарская компартия (БКП), а именно - трансформировать политическую власть в экономическую, причем он сам стал долларовым миллионером (3). Впрочем, среди болгарских политиков есть и более спокойный взгляд на ДПС. Так, первый секретарь Компартии Болгарии (КПБ) А. Паунов считает, что нельзя объяснять все сегодняшние проблемы Болгарии только тем, что существует такая партия, как ДПС. «Плохи дела у того государства, которое все свои ошибки и проблемы объясняет тем, что существуют национальные меньшинства. Я считаю, что в ошибках виноваты мы - болгары» (19, с. 29). Более активная позиция болгарских избирателей на выборах может, по мнению А. Паунова, улучшить ситуацию в стране. «Если 80-90% болгар станут голосовать на выборах, то ДСП не сможет играть роль политического балансира» (там же).
Все вышесказанное можно рассматривать как преамбулу для анализа нового явления в болгарской политической жизни. Его имя -«Атака». Как считают многие в Болгарии, поведение А. Догана во время предвыборной кампании в марте 2006 г. «спровоцировало появление новой партии "Атака" и начало противостояния этносов» (13). Именно тогда А. Доган заявил, что без его благословения никто не сможет ничего достичь ни в политике, ни в бизнесе. Это заявление вызвало негативную реакцию в болгарском обществе (там же).
Партия «Атака» в 2005 г. получила такую поддержку болгарских избирателей, что стала парламентской партией. Особое внимание к себе эта партия привлекла в 2006 г., когда 19 февраля вывела тысячу своих сторонников на митинг в Софии. Демонстранты выкрикивали в адрес президента Болгарии Г. Пырванова и премьер-министра страны С. Станишева: «Предатели, уходите к болгарским туркам» (5, с. 26). Лидер «Атаки» Волен Сидеров произнес
речь у памятника В. Левскому1, были зажжены факелы и сожжены картонные фесы. В тот же день стало известно и о других акциях: в стране был объявлен сбор подписей за автономию турецкого меньшинства, а 7 тыс. граждан Болгарии потребовали введения турецкого языка в качестве второго официального языка в стране (5, с. 26-27). «Движение за права и свободы» отмежевалось от этих требований, и тогда подозрения пали на Турецкую демократическую партию во главе с Адемом Кенаном (там же).
Все эти события произошли накануне болгарского национального праздника 3 марта - Дня памяти В. Левского. Мэр Софии -Бойко Борисов, политик с очень высоким рейтингом, разрешил проведение еще одной акции «Атаки» - шествия ее сторонников 3 марта в Софии. Во время этой демонстрации звучала музыка Р. Вагнера, что вызвало в болгарском обществе ассоциации с фашистским движением (21). Сторонники «Атаки» заявляют, что национализм «Атаки» отражает ситуацию в Болгарии, «учитывает то, что необходимо народу» (21). Болгарские политологи и публицисты признают, что эта партия разыгрывает националистическую карту сознательно и весьма успешно. После 1989 г. в Болгарии, в отличие от Польши, Венгрии, Чехии, как заметил историк Г. Марков, правые партии не провозглашали умеренно националистических лозунгов, сознательно избегая их (5, с. 27). Именно это стало одним из обстоятельств, которое способствовало появлению такой партии, как «Атака».
Успех «Атаки» на выборах в болгарский парламент привлекает внимание аналитиков к нынешнему состоянию политической системы Болгарии. Ж. Георгиев, научный директор болгарского отделения «Гэллоп интернешнел», считает, что система политического представительства в Болгарии находится в кризисе с 2001 г.2, что ведущие политические партии все больше утрачивают доверие болгарских граждан (8, с. 26). Формирование правящей коалиции из трех основных болгарских партий - БСП, НДСВ, ДПС -Ж. Георгиев расценивает как признак слабости политической системы (там же).
1 Васил Левский - почитаемый в Болгарии революционер, прославившийся в период национально-освободительной борьбы болгар против турецкого ига в 1870-е годы. Был казнен турецкими властями в феврале 1873 г.
2 Имеется в виду успех в 2001 г. на выборах в болгарский парламент новой партии НДСВ - Национального движения «Симеон Второй», возглавленной вернувшимся в Болгарию царем в эмиграции Симеоном Сакскобургготским.
Политолог М. Пиргова также считает, что появление на болгарской политической сцене Симеона Сакскобургготского нанесло удар по болгарской политической системе, как по ее левым, так и по ее правым силам. Помимо этого, правые политические силы Болгарии оказались «разрушены из-за отсутствия социальных основ. У них все еще нет социального носителя и предложений для проведения правой политики» (20, с. 28). Левые политические силы сегодня уже не представляет БСП, эта партия «утрачивает свой потенциал в качестве левой силы» (там же). В свою очередь, НДСВ представляет собой «современный вид движения, скорее американского типа, идеологически несвязанное, с заигрыванием как влево, так и вправо» (там же). Сложившаяся сегодня система управления из трех партий - это новое явление для Болгарии, которое воспринимается в болгарском обществе как «странный гибрид», как «кентавр с правой головой и левым телом» (19, с. 30). Особенно сложно приходится сторонникам БСП - левой партии, которая в нынешнем правительстве имеет восемь министров. Однако эти высокопоставленные представители БСП вынуждены проводить правую политику и принимать правый бюджет (там же).
Успех В. Сидерова в обществе многие болгарские комментаторы связывают с долго копившимся, но сдерживавшимся болгарами недовольством в связи с результатами посткоммунистической трансформации. Поддержка болгарскими избирателями «Атаки» стала протестным голосованием против сложившейся политической системы в стране, считают ряд аналитиков (8, с. 27). По мнению В. Енчева, «огромная часть сторонников В. Сидерова не имеет прямого отношения к цыганской проблеме», «мало интересуется этническими проблемами в районах со смешанным населением» (4, с. 28). Только одна треть людей, поддерживающих В. Сидерова, живет в районах со смешанным населением. Болгарский национализм, громко заявивший о себе в 2006 г., «является материализованным выражением народного гнева в связи с массовым и отнюдь не символическим обеднением населения» (там же). Среди сторонников В. Сидерова есть люди крайне левых взглядов, люди разочарованные в трансформации, но есть и люди правых убеждений, сторонники СДС. «В целом - это некая смесь из крайне недовольных людей, которые не сумели в переходе найти свое место» (19, с. 29). Таким образом, лидер «Атаки» воспринимается многими в болгарском обществе как выразитель недовольства болгарских граждан результатами реформ, который оспаривает сложившуюся систему
распределения политических ресурсов и выступает как бескомпромиссный борец с преступностью и коррумпированными политиками (18, с. 24-25).
Недовольство болгар многообразно. Оно относится к результатам проведенной в стране приватизации, к низкому уровню доходов большинства граждан, к изменению социального статуса многих людей и др. В сложившейся ситуации болгарские политические партии, по словам А. Тодорова, «не успевают адекватно улавливать это недовольство, чтобы превратить его в политические программы и представить в политической жизни страны... отсутствует серьезное представительство различных видов социального недовольства» (17, с. 27). И именно при таких обстоятельствах появляется В. Сидеров, который претендует стать выразителем гнева всех недовольных болгар и с помощью демонстративных акций своей партии «представить недовольство всех». А. Тодоров называет данный феномен «авторитарным популизмом и неприкрытым расизмом» (там же). Политическая программа такого рода популизма сводится к обещанию счастья всем, причем под всеми подразумеваются «коренные истинные болгары, православные по вере» (там же). Все современные политики объявляются обманщиками и ворами, выявляются и самые виновные среди всех; по словам В. Сидерова, это инородцы - «евреи, турки, цыгане, которые находятся в сговоре против болгар» (там же).
«Атака», замечает Ж. Георгиев, сделала радикализм своей специализацией, причем все равно какой - правый или левый (8, с. 26). Среди сторонников В. Сидерова много представителей левых сил. Это не случайно, полагает А. Паунов, так как левое пространство в последнее время оказалось оголено в процессе политических комбинаций, проделываемых БСП (19, с. 28). Воспользовавшись сложившейся в обществе ситуацией, «Атака» «отсасывает голоса БСП в левом секторе» (15, с. 26). Таким же образом В. Сидеров сумел использовать «гигантскую протестную волну, возникшую из-за слабости правых сил и вступления НДСВ в коалицию с БСП» (6, с. 30).
Национальные проблемы в Болгарии в последнее время поднимают на щит популисты всех мастей - левые, правые, центристы. По мнению А. Райчева, директора ББСС «Гэллоп интернешнл», это стало возможным «из-за глубокого кризиса политического проекта в Болгарии, что позволило национализму оформиться в качестве его альтернативы» (6, с. 31). В болгарской периодике высказыва-
ются и иные, порой прямо противоположные мнения. Так, М. Пир-гова считает, что опасения некоторых кругов Болгарии, незаинтересованных в сильной власти и предполагающих, что правящая коалиция трех партий «окажет стабилизирующее воздействие на болгарское государство», выразились в поддержке «Атаки» (20, с. 29). Таким образом, данная партия трактуется как финансируемая некими олигархами структура, ведущая к дестабилизации болгарского общества.
Рост национализма и популизма в обществе ставит Болгарию перед серьезным испытанием, отмечает И. Инджов, так как из них может возникнуть взрывоопасная смесь (5, с. 28). Сторонники В. Сиде-рова стремятся к социальному реваншу, считает В. Енчев. Их привлекают требования «Атаки» осуществить «национализацию проведенной после 1989 г. приватизации» (4, с. 26). Аргументация подобных умонастроений следующая: «При отсутствии социальной альтернативы, при полном отсутствии жизненных перспектив по европейскому образцу, при наличии устойчивой бедности - выход для пострадавших только один: национализация ограбленного и повторение упражнения под названием "переход". Если это национализм, то, по крайней мере, 5 млн. болгар являются националистами» (там же, с. 28). В глазах этих людей В. Сидеров выглядит как некий «экзекутор сложившейся системы», как «болгарский Робеспьер» (там же, с. 28, 26).
Для новой болгарской олигархии феномен «Атаки» несет угрозу, вызывает желание покинуть страну. В болгарской демократической среде, среди так называемых «синих» - сторонников СДС волна национализма, поднимаемая «Атакой», была названа «низкопробным популизмом», «воздушным шаром, который скоро лопнет» (4, с. 26). Социалисты же, так называемые «красные», квалифицировали национализм В. Сидерова как национал-социализм.
Волен Сидеров активно использует левые политические лозунги. По мнению лидера фракции БСП «Открытый форум» К. Премякова, «несмотря на псевдопатриотизм популистского толка, существует реальная опасность, что "Атака" перетянет электорат от других партий на свою сторону» (11). А. Паунов считает, что как бы В. Сидеров ни стремился изобразить себя левым политиком, по сути, «он является правым неофашистом, и его маска спадет». Поведение В. Сидерова на митингах - использование жестикуляции, имитирующей Гитлера и дуче, включение музыки Р. Вагнера - «все это не имеет ничего общего с психологией болгар», - замечает А. Паунов (19, с. 28).
Тем не менее активная поддержка болгарами такой структуры, как «Атака», являющейся парламентской партией, требует от политических сил Болгарии учета умонастроений ее сторонников. Так, накануне проведения предвыборной президентской кампании в 2006 г. болгарские политологи прогнозировали востребованность темы патриотизма для привлечения на свою сторону электората «Атаки» (7). Мэр Софии Б. Борисов не раз заявлял публично о своих симпатиях к «Атаке», что расценивается болгарскими аналитиками как признание им серьезности данного феномена (6, с. 30). Впрочем, сам Б. Борисов вызывает неоднозначное отношение к себе в болгарском обществе. Признаются его качества как хорошего управленца и растущего политика (5, с. 28). В марте 2006 г. он был признан самым популярным политиком месяца (16). В то же время Б. Борисова обвиняют в популизме и заигрывании с электоратом «Атаки». Высказываются предположения, что, возможно, он стремится завоевать сторонников В. Сидерова. Однако ему не чужд и правый электорат, сам он был членом НДСВ. И. Инджов считает, что Б. Борисов «является харизматическим политиком, который в своей популистской активности использует уже вспаханную почву» (5, с. 28). В болгарской прессе отмечается, что популизм можно увидеть и в создании Б. Борисовым движения ГЕРБ («Граждане за европейское развитие Болгарии») накануне вступления Болгарии в ЕС (16). По замечанию М. Пирговой, популизм привлекал людей во все времена. Но сегодня почвой для популизма в Болгарии, кроме спада уровня образования, является «разочарование болгар в демократии и во всех партиях» (20, с. 28).
Президент Болгарии Георги Пырванов в одном из своих интервью по болгарскому радио отметил, что в болгарском обществе «"Атака" провоцирует крайне болезненные настроения». Президент Болгарии признал, что в последнее время в стране наметилось «стремление этнизировать политику и политические дебаты. Это вредно не только в отношении ДПС. Раздающиеся в Болгарии радикальные высказывания в отношении турецкого и цыганского этносов, а также евреев являются опасной тенденцией. Наиболее вредным для нашей страны было бы, если бы на 16-м году перехода мы бы капсулировались в отдельные этносы. Напротив, мы должны интегрировать эти этносы в болгарское общество. И не только потому, что европейская политика такова, а потому, что это наша традиция» (12).
Список литературы
1. Георгиев К. Българските турци са под тотален контрол // Демокрация. - С., 2006. - 4 март. - Бр. 11. - С. 5.
2. Даскалов Г. Вирус в системата // Демокрация. - С., 2006. - 4 март. - Бр. 11. -С. 4.
3. Екип на «Демокрация днес»: Доган се оттегля // Демокрация. - С., 2006. -4 март. - Бр. 11. - С. 4.
4. Енчев В. Кой се плаши от национализма // Лидер. - С., 2006. - 13-19 март. -Бр. 10. - С. 26, 28.
5. Инджов И. «Атака» разчиства пътя за Бойко Борисов // Лидер. - 6-12 март. -Бр. 9. - С. 26, 28.
6. Инджов И. Андрей Райчев, директор ББСС «Галъп интернешънъл»: «Прези-дентските избори - под знака на национализма» // Лидер. - 6-12 март. - Бр. 9. -С. 29-31.
7. Инджов И. Играта на Първанов // Лидер. - С., 2006. - 13-19 февр. - Бр. 6 -С. 25-26.
8. Инджов И. Интервю на Живко Георгиев: През 2005 г. българите показаха жълт картон на партиите // Лидер. - 2005. - 23-29 дек. - Бр. 36 - С. 26-28.
9. Калчев Хр. Трябва им поне един век, за да се интегрират // Лидер. - С., 2005. -23-29 дек. - Бр. 36. - С. 23.
10. Кънчев Ц. Няма от кого да вземат пример // Лидер. - С., 2005. - 23-29 дек. -Бр. 36. - С. 22.
11. Премяков К. Демагогски рецепти // Лидер. - С., 2006. - 20-26 март. - Бр. 11. -С. 6.
12. Първанов Г. Президенты трябва да е социален коректив // Дума. - С., 2006. -15 април. - С. 1, 2, 10.
13. Свраков К. Бройте месеци до изчезване на ДПС // Демокрация. - С., 2006. -4 март. - Бр. 11. - С. 5.
14. Слатински Н. Националната сигурност и демографските проблеми в България // Международни проблеми. - С., 2006. - Г. 35. - Бр. 1. - С. 29-34.
15. Станкушев Б. Георги Марков, председател на партия «Ред, законост и спра-ведливост»: Преход не е свършил. Той не се е състоял // Лидер. - С., 2006. -20-26 март. - Бр. 11 - С. 24-26.
16. Столичният кмет се цели в централната власт // Лидер. - С., 2006. - 3-9 април. -Бр. 13. - С. 9.
17. Тодоров А. Национализъм като бягство от отговорност // Лидер. - С., 2006. -13-19 март. - Бр. 10. - С. 27-28.
18. Тодоров А. Президентският залог // Лидер. - С., 2006. - 3-9 април. - Бр. 13. -С. 24-25.
19. Токин Т. Интервю на А. Паунов, първи секретар на комунистическата партия на България: «Ще пратим "Атака" в кафявия сектор» // Лидер. - С., 2006. -3-9 април. - Бр. 13. - С. 28-30.
20. Токин Т. М. Пиргова, доцент, преподавател политология в СУ «Св. Кл. Охрид-ски»: «"Атака" не е българско явление» // Лидер. - С., 2006. - 20-26 март. -Бр. 11. - С. 28-29.
21. Шопов П. От «Атака» се страхуват мафиотите // Лидер. - С., 2006. - 20-26 март. -Бр. 11. - С. 6.