УДК 343.265
М. А. Сережкина
ПРИНУДИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ КАК ЭЛЕМЕНТ ИНСТИТУТА ПРОБАЦИИ В РФ
Рассмотрен вопрос о принудительных мерах воспитательного воздействия в отношении несовершеннолетних в Российской Федерации. Выявлены недостатки в законодательстве, устанавливающем процедуру исполнения указанных мер, объем прав и обязанностей субъектов, их исполняющих. Вынесено предложение о признании принудительных мер воспитательного воздействия элементом института пробации, законодательного установления перечня субъектов, исполняющих принудительные меры воспитательного воздействия, и порядка их исполнения в Федеральном законе «О пробации в РФ».
Ключевые слова: пробация; принудительные меры воспитательного воздействия; несовершеннолетние.
Для цитирования: Сережкина М. А. Принудительные меры воспитательного воздействия как элемент института пробации в РФ // Теория и практика со-циогуманитарных наук. 2022. № 2 (18). С. 122-127.
M. A. Serezhkina
COERCIVE MEASURES OF EDUCATIONAL INFLUENCE AS PART OF THE INSTITUTION OF PROBATION IN THE RUSSIAN FEDERATION
Considered the issue of coercive measures of educational influence on minors in the Russian Federation is investigated. Deficiencies in the legislation establishing the procedure for the execution of these measures, the scope of rights and obligations of the subjects of their execution were revealed. A proposal to recognize coercive measures of educational influence as an element of the institute of probation, legislative establishment of a list of subjects executing coercive measures of educational influence and the procedure for their execution in the Federal Law "On Probation in the Russian Federation " was made.
Keywords: probation; compulsory measures of educational influence; minors.
For citation: Serezhkina M. A. Coercive measures of educational influence as part of the institution of probation in the Russian Federation. Teoriya i praktika soci-
© Сережкина М. А., 2022 © Serezhkina M. A., 2022
ogumanitarnyh nauk [Theory and practice of socio-humanitarian studies], 2022, no. 2 (18), p. 122-127.
В настоящее время в Российской Федерации ведется разработка Федерального закона «О пробации». В проекте данного федерального закона, представленном Министерством юстиции РФ, к целям пробации отнесены: коррекция социального поведения, ресоциализация, социальная адаптация и социальная реабилитация лиц, в отношении которых применяется пробация, предупреждение совершения ими новых преступлений. Среди лиц, к которым применяются меры пробации, названы не только совершеннолетние преступники, но и несовершеннолетние лица, совершившие преступление.
Уголовное законодательство содержит нормы об освобождении несовершеннолетних от уголовной ответственности и уголовного наказания с применением к ним принудительных мер воспитательного воздействия (далее — ПМВВ). Институт ПМВВ имеет двойственную юридическую природу, что подтверждается мнением ученых. Одни ученые рассматривают ПМВВ в качестве иных мер уголовно-правового характера, поскольку кроме воспитательного свойства для них характерно свойство принуждения. Другие полагают, что они являются воспитательными либо административными мерами [2, с. 20].
Не вдаваясь в полемику относительно юридической природы ПМВВ, необходимо отметить, что ПМВВ присущи специфические признаки:
1. данные меры применяются лишь к несовершеннолетним лицам, вступившим
в конфликт с уголовным законодательством РФ;
2. это меры, принимаемые в отношении несовершеннолетнего принудительно, но не являющиеся уголовным наказанием;
3. целью применения ПМВВ является исправление несовершеннолетнего нарушителя уголовного закона.
Указанные признаки позволяют утверждать, что ПМВВ близки по своему содержанию к институту пробации. С учетом разработки Федерального закона «О пробации» целесообразно рассмотреть вопрос признания ПМВВ элементом института пробации как способа решения некоторых проблем эффективности ПМВВ.
Кроме уголовного наказания в целях исправления несовершеннолетнего преступника уголовным законом предусмотрено применение к нему ПМВВ. К таковым отнесены:
предупреждение;
передача под надзор родителей или лиц, их замещающих, либо специализированного государственного органа;
возложение обязанности загладить причиненный вред;
ограничение досуга и установление особых требований к поведению несовершеннолетнего;
помещение в специализированное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа (далее — СУВУЗТ).
При наличии оснований полагать, что несовершеннолетний преступник может исправиться без применения наказания, суд может освободить его от уго-
ловнои ответственности и назначить ему ПМВВ, предусмотренные ст. 90 Уголовного кодекса РФ (далее — УК РФ), либо освободить его от уголовного наказания и применить к нему ПМВВ, предусмотренные ст. 90 и ч. 2 ст. 92 УК РФ.
Вопрос эффективности применения ПМВВ в настоящее время является спорным. Сравнительный анализ судебной статистики за 2017-2021 гг. показывает следующее [5]:
Таблица 1
Сравнительный анализ судебной статистики, связанной с осуждением несовершеннолетних, за 2017-2021 гг.
2017 2021
всего осуждено несовершеннолетних 20631 14855
из них лиц, не судимых, ранее подвергавшимся ПМВВ 480 (2,3 %) 378 (2,5 %)
из них состояли на учете в специализированном государственном органе 3541 (17 %) 3460(23 %)
из них ранее содержались в СУВУЗТ 315 (1,5 %) 206 (1,3 %)
на момент совершения преступления имели неснятую/непогашенную судимость 4039 (19,5 %) 2737 (18 %)
Данные показатели демонстрируют, что эффективность применяемых мер воспитательного воздействия низкая.
Одной из причин низкой эффективности ПМВВ является отсутствие указания на конкретный орган, их исполняющий, его полномочия и порядок исполнения ПМВВ.
Так, нормы уголовного законодательства РФ содержат указание на то, что исполнение принудительных мер воспитательного воздействия возлагается на «специализированные государственные органы». На наш взгляд, таким органом должны быть уголовно-исполнительные инспекции или подразделения по делам несовершеннолетних МВД России. Однако нормы уголовного и уголовно-исполнительного законодательства не содержат указания на то, что принудительные меры воспитательного воздействия подлежат исполнению каким-либо
из вышеуказанных государственных органов.
Решение этого вопроса, казалось бы, содержится в п. 38 постановления Пленума Верховного суда РФ от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних». В нем указано, что осуществлять надзор за несовершеннолетним при назначении ему принудительных мер воспитательного воздействия может специализированный государственный орган — комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав (далее — КДН и ЗП). Однако данное положение вызывает сомнения у ученых-юристов.
Т. Г. Понятовская вполне логично утверждает, что признавать КДН и ЗП специализированным государственным органом не совсем верно [4, с. 73]. Под
указанной комиссией автор понимает коллегиальный профилактический орган, где ее члены не являются государственными служащими и действуют на общественных началах.
Интерес представляет исследование В. И. Качалова, который, изучив судебную практику применения ПМВВ, обратил внимание на то, что контроль за исполнением ПМВВ суды возлагают на КДН и ЗП, подразделения по делам несовершеннолетних МВД России (далее — ПДН), родителей несовершеннолетних, а иногда и вовсе ограничиваются формулировкой «специализированный государственный орган системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» [3, с. 218].
Стоит согласиться с О. А. Беларевой и Е. А. Писаревской, утверждающими, что родители, воспитавшие несовершеннолетнего преступника, не являются субъектами, способными в полной мере реализовать потенциал принудительных мер воспитательного воздействия [2, с. 24]. Действительно, возлагать на таких родителей дополнительные обязанности по реализации принудительных мер воспитательного воздействия нецелесообразно и парадоксально.
Одним из государственных органов, на который суды возлагают контроль за исполнением ПМВВ , является подразделение по делам несовершеннолетних МВД России. На ПДН возложено осуществление профилактики правонарушений несовершеннолетних (см.: Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних: Федеральный закон от 24.06.1999 № 120-ФЗ). Однако среди задач данного
специализированного государственного органа исполнение принудительных мер воспитательного воздействия не поименовано.
Отсутствие законодательной нормы, определяющей конкретный государственный орган как орган, исполняющий ПМВВ, является фактором, снижающим эффективность этих мер.
Указанные обстоятельства позволяют прийти к выводу, что в российском законодательстве имеется проблема: нормами уголовного права установлены принудительные меры воспитательного воздействия, которые могут быть применены в отношении несовершеннолетних, совершивших преступление, а система органов, их исполняющих, не конкретизирована. Это лишает несовершеннолетних, к которым применяются указанные меры, возможности защиты своих законных прав и интересов.
Решение проблемы видится в признании ПМВВ элементом института про-бации. Принудительные меры воспитательного воздействия по своей сути схожи с пробационными мерами и органично вписываются в институт пробации как его разновидность в отношении несовершеннолетних.
Природа института пробации заключается в предоставлении осужденному возможности исправиться. При этом исправление проходит под контролем и при оказании необходимой помощи специально уполномоченного органа, который обеспечивает соблюдение прав и обязанностей лиц, находящихся под воздействием пробационных мер.
ПМВВ также являются мерами, при назначении и применении которых несо-
вершеннолетнему дается возможность исправиться без применения к нему более суровых мер уголовно-правового реагирования — наказания. Кроме того, процесс исправления при применении ПМВВ должен проходить под контролем специально уполномоченного на то органа, который посредством применения воспитательных мер призван помочь несовершеннолетнему правонарушителю прийти к исправлению.
При применении мер пробации суд вправе наложить на осужденного различного рода ограничения (запрет на посещение определенных мест, ограничение круга общения и т. п.) и обязанности (пройти курс лечения, обучения и т. п.) [6, с. 114]. ПМВВ также предусматривают применение каких-либо ограничений (ограничение досуга) либо возложение обязанностей (загладить причиненный вред) на несовершеннолетнего правонарушителя.
Институт пробации предусматривает оказание социальной помощи подозреваемым, обвиняемым, подсудимым, осужденным, призван анализировать и оценивать риски рецидива конкретного лица, в его рамках организовываются и проводятся примирительные процедуры. Применение аналогичных мероприятий
уместно и логично при реализации ПМВВ.
Институт пробации имеет межотраслевой характер и предназначен для комплексного воздействия на лиц, попавших в конфликтную ситуацию с уголовным законодательством. Именно это обуславливает возможность включения в систему органов пробации как государственных и муниципальных органов, так и негосударственных общественных организаций, юридических и физических лиц.
Вышеизложенное позволяет говорить о необходимости внесения предложений о признании принудительных мер воспитательного воздействия элементом института пробации. Это позволит на законодательном уровне определить круг субъектов ПМВВ, среди которых должны быть КДН и ЗП, ПДН МВД России и, возможно, уголовно-исполнительная инспекция (в части исполнения ПМВВ примененных при освобождении от отбывания несовершеннолетнего преступника от уголовного наказания). Кроме того, в Федеральном законе «О проба-ции» следует закрепить объем их прав, обязанностей, а также правовой статус несовершеннолетних, к которым принудительные меры воспитательного воздействия будут применяться.
Литература
1. Антонян, Е. А. Принудительные меры воспитательного воздействия: проблемы назначения и применения // Lex Russica. — 2018. — № 9. — С. 112-118.
2. Беларева, О. А., Писаревская, Е. А. Освобождение несовершеннолетних от уголовного наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия: правовая природа и перспективы применения // Вестник Кузбасского института. — 2022. —№ 1 (50). — С. 18-29.
3. Качалов, В. И. Отмена принудительных мер воспитательного воздействия в отношении несовершеннолетних: уголовно-процессуальный аспект // Lex russica. — 2017. — № 8. — С. 217-223.
4. Понятовская, Т. Г. Кто исполняет принудительные меры воспитательного воздействия? [Электронный ресурс] // Oeconomia et Jus. — 2021. — № 4. — С. 71-76.
5. Скрипченко, Н. Ю. Меры уголовно-правового характера, применяемые к несовершеннолетним, преступившим закон // Журнал прикладных исследований. — 2021. — № 3. — С. 84-89.
6. Сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 2017 год, за 2021 год // Сайт Судебного Департамента РФ. — http://www.cdep.ru.
Сведения об авторе
Мария Александровна Сережкина: ФКОУ ВО Кузбасский институт ФСИН России (г. Новокузнецк, Российская Федерация), преподаватель кафедры уголовного права. E-mail: domb2@mail.ru
Information about the author
Maria A. Serezhkina: Kuzbass Institute of the FPS of Russia (Novokuznetsk, Russia), lecturer of the Chair of Criminal Law. E-mail: domb2@mail.ru