Государственная служба и кадры. 2021. № 4. С. 112—121. State service and personnel. 2021;(4):112—121. Научная статья
УДК 347 NIION: 2012-0061-04/21-024
https://doi.org/10.24411/2312-0444-2021-4-112-121 MOSURED: 77/27-008-2021-04-224
Правовое регулирование защиты гражданских прав в странах континентальной правовой семьи
Денис Наилевич Латыпов
Пермский государственный национальный исследовательский университет, Пермский край, Пермь, Россия, dennich@mail.ru
Аннотация. Статья посвящена системе способов защиты гражданских прав, применяемых в странах континентального права, на примере ФРГ, Франции и Нидерландов. Предметом исследования являются конкретные способы защиты гражданских прав, применяемые в этих странах. Проведен анализ законодательства и научных взглядов относительно применения основных способов защиты гражданских прав. По итогам анализа сделан вывод об исключительной роли германского правового регулирования для всех стран континентальной правовой системы.
Ключевые слова: защита прав, способы защиты гражданских прав, континентальное право, самозащита прав, судебная защита прав.
Для цитирования: Латыпов Д.Н. Правовое регулирование защиты гражданских прав в странах континентальной правовой семьи // Государственная служба и кадры. 2021. № 4. С. 112—121. https://doi.org/10.24411/2312-0444-2021-4-112—121.
Original article
Legal regulation of the civil rights' protection in the countries of the continental legal system
Denis N. Latypov
Perm State National Research University, Perm Krai, Perm, Russia, dennich@mail.ru
Abstract. The article is devoted to the system of civil law remedies applied in the countries of civil law on the example of Germany, France and the Netherlands. The subject of the research is the specific civil law remedies applied in these countries. As a part of the research, the analysis of legislation and scientific views on the application of the main methods of protecting civil rights has been carried out. Based on the results of the analysis, a conclusion was made about the exceptional role of the German legal regulation for all countries of the continental legal system.
Keywords: protection of rights, civil law remedies, civil law, self-defense of rights, judicial protection of rights.
For citation: Latypov D.N. Legal regulation of the civil rights' protection in the countries of the continental legal system // State service and personnel. 2021;(12): 112—121. (In Russ.). https://doi.org/10.24411/2312-0444-2021-4- 112-121.
Защита гражданских прав в ФРГ
Наиболее ярким примером среди стран континентального права является право ФРГ. В Германии с 1896 г. и по сей день действует Германское гражданское уложение (далее — ГГУ).
ГГУ не предусматривает каких-либо общих положений о способах защиты прав, однако, проанализировав отдельные положения, можно выделить обязательственные, деликтные, вещные и кондикционные способы защиты.
© Латыпов Д.Н. М., 2021.
Исполнение обязательства в натуре является основным способом защиты обязательственных прав. В соответствии с параграфом 241 ГГУ кредитор имеет право требовать исполнения от должника. Это положение соответствует ст. 9:102 Принципов Европейского контрактного права (далее — ПЕКП).
Параграф 275 (1) ГГУ предусматривает исключение из данного принципа, устанавливая, что «требование об исполнении обязательства в натуре исключено, если такое исполнение невозможно», причем это исключение не зависит от того, несет ли ответчик ответственность за не-
№ 4/2021
возможность исполнения. Данное положение полностью корреспондирует статьям 8:101(3), 8:108 [4, р. 379] и 9:102 ПЕКП.
Согласно п. 2 параграфа 275 ГГУ «должник может отказаться от исполнения в той мере, в какой исполнение требует затрат и усилий, которые, принимая во внимание предмет обязательства и требования добросовестности, совершенно несоразмерны заинтересованности кредитора в исполнении». При определении того, что может быть разумно потребовано от должника, необходимо принимать во внимание, ответствен ли должник за возникновение препятствия к исполнению. Пункт 2 параграфа 275 ГГУ также основан на положениях ст. 9:102(2)(b) ПЕКП [4, р. 396].
Пункт 3 параграфа 275 ГГУ закрепляет право должника отказаться от исполнения в случае, когда он должен был исполнить обязательства лично, но если оценивать возникшее препятствие к исполнению против интереса кредитора в получении исполнения, неразумно было бы от должника ожидать это исполнение. В отличие от ГГУ ст. 9:102(2)(с) ПЕКП полностью исключает право на присуждение исполнения обязательства в натуре, если исполнение заключается в оказании услуг или выполнении работ личного характера.
В случае освобождения должника от обязанности исполнить обязательство в натуре кредитор приобретает «вторичное» право на возмещение убытков на основании п. 1 параграфа 280 ГГУ.
Как следует из диспозиции параграфа 280 ГГУ, требование о возмещении убытков может быть заявлено только в случае наличия вины должника в неисполнении обязательства. ПЕКП, в свою очередь, исключают возможность предъявления требования о возмещении убытков в тех случаях, когда неисполнение обязательств должником вызвано препятствием, находящимся вне его контроля и наступления которого он не мог разумно ожидать [ст. 8:108, ст. 9:501(1) ПЕКП].
Основанием для предъявления требования о возмещении убытков является нарушение обязанностей (Pflichtverletzung).
Пункт 1 параграфа 280 ГГУ распространяется только на случаи, когда неисполнение обязанности, вытекающей из контракта, является следствием поведения стороны, имевшего место после заключения контракта. В свою очередь, случаи наличия первоначальных препятствий для исполнения контракта либо первоначальной невозможности урегулированы в п. 2 параграфа 311а ГГУ.
Параграфом 280 ГГУ выделяются такие виды убытков, как: возмещение убытков вместо исполнения контракта, возмещение убытков за просроч-
ку исполнения, возмещение простых убытков [2, р. 727].
Возмещение убытков вместо исполнения контракта (Schadensersatz statt der Leistung) — достаточно широко используемый способ защиты в случаях различных нарушений контракта. В соответствии с п. 3 параграфа 280 ГГУ его применение возможно только при соблюдении дополнительных требований, перечисленных в параграфах 281—283. Данные параграфы закрепляют правила применения возмещения убытков вместо исполнения контракта в случаях конкретных нарушений.
Данное право предоставляется кредитору при условии установления для должника разумного срока для исполнения либо исправления недостатков или, если исходя из природы обязательства это невозможно, при условии предупреждения в адрес должника. Если контракт исполнен частично, кредитор может предъявить требование о возмещении убытков вместо исполнения только в том случае, когда он не заинтересован в частичном исполнении. Возмещение убытков вместо исполнения не допускается в случаях несущественного нарушения контракта со стороны должника (п. 3 параграфа 281). И наконец, если должник исполнил обязательства частично, а кредитор предъявляет иск о возмещении убытков вместо исполнения контракта целиком, должник приобретает право возврата своего исполнения.
Параграф 282 ГГУ устанавливает возможность возмещения убытков вместо исполнения контракта в случае неисполнения положений п. 2 параграфа 241 ГГУ, т.е. в случае несоблюдения предусмотренных контрактом дополнительных обязанностей стороны, которые не влияют на надлежащее исполнение контракта как таковое. Пункт 2 параграфа 241 ГГУ закрепляет, что контракты могут обязывать стороны учитывать права и законные интересы друг друга (подобные положения отсутствуют в ПЕКП).
Параграф 283 ГГУ регулирует возмещение убытков вместо исполнения в случаях невозможности исполнения, отсылая к базовым требованиям п. 1 параграфа 280. Кредитор вправе требовать удовлетворения иска во всех случаях последующей невозможности исполнения, если должник не докажет, что он не несет ответственности за нее.
Основным концептуальным отличием возмещения убытков за просрочку исполнения контракта является то, что их взыскание не влечет за собой освобождение должника от обязанности исполнить контракт. Убытки подлежат взысканию, если должник виновно не исполнил обяза-
№ 4/2021
тельства в надлежащие сроки (которые уже наступили), т.е. если он находится в состоянии mora debitoris (п. 2 параграфа 280, параграф 286 ГГУ). Для возникновения способа защиты кредитор должен направить должнику специальное предупреждение (Mahnung) с установлением срока исполнения, которое не является обязательным в случае, когда срок исполнения зафиксирован конкретной датой.
Кредитор имеет право начисления неустойки (процентов) на денежные средства, уплата которых была просрочена.
Как предусмотрено параграфом 287 ГГУ, пока должник находится в состоянии mora debitoris, должник несет ответственность за любую небрежность, а также ответственность за наступление в этот период невозможности исполнения контракта, за исключением случаев, когда ущерб все равно возник бы, даже если бы он исполнил свои обязательства в пределах установленного срока.
Последней разновидностью убытков, подлежащих взысканию в соответствии с нормами германского обязательственного права, являются «простые» убытки. По сути, это общая категория убытков, за исключением проанализированных выше; она закреплена в п. 1 параграфа 280 ГГУ. Целью возмещения простых убытков является компенсация всего косвенного ущерба, понесенного кредитором в результате нарушения договора в отношении других объектов правовой защиты.
Если исполнение обязательств по контракту стало невозможным не по вине должника, кредитор не приобретает права ни на исполнение обязательства в натуре, ни на возмещение убытков. В то же время должник мог приобрести что-то вместо объекта, который он должен был поставить, например, право требования к третьему лицу. В соответствии с немецким законодательством справедливым считается обязание должника передать кредитору любую выгоду, которую он получил. Иными словами, поскольку должник должен был передать уничтоженный или утерянный объект, он не может удерживать приобретенный им заменитель этого объекта. Данный способ защиты называется заменой исполнения. Указанное положение было исторически закреплено в ГГУ (параграф 281 в старой редакции, параграф 285 в новой редакции).
В некоторых случаях для кредитора может быть затруднительным расчет понесенных убытков либо вообще установление их факта. Несмотря на это, кредитор мог понести иные расходы, полагаясь на обещание должника исполнить обязательство, которые кредитор может потребовать возместить (параграф 284 ГГУ).
Новая редакция ГГУ закрепляет также такой способ защиты, как расторжение договора.
В случае если должником допущено нарушение договора, кроме невозможности исполнения кредитору предоставляется право на расторжение договора при условии соблюдения положений параграфов 323 и 324 ГГУ. Содержание данных параграфов в значительной степени совпадает с регулирование возмещения убытков вместо исполнения контракта.
Закон разделяет случаи, когда:
■ должник не исполняет свои обязательства либо исполняет их ненадлежащим образом;
■ должник нарушает дополнительные обязанности, которые не оказывают непосредственного влияния на исполнение контракта.
В случае нарушения не влияющих на исполнение дополнительных обязанностей параграф 324 ГГУ предоставляет кредитору право расторгнуть договор, если от него больше нельзя разумно ожидать принятия исполнения.
В случае нарушения либо ненадлежащего исполнения должником своих обязательств кредитор может прекратить исполнение договора при условии установления для должника разумного срока для исполнения обязательства в натуре либо для устранения недостатков и истечения такого срока (п. 1 параграфа 323 ГГУ).
В соответствии с п. 3 параграфа 323 ГГУ если установление такого периода невозможно, кредитор должен направить предупреждение (Abmahnung).
Если должник всерьез и окончательно отказался от исполнения (ErfUllungsverweigerung), кредитор не обязан устанавливать дополнительный срок для исполнения. Пункт 4 параграфа 323 и п. 2 параграфа 281 ГГУ уполномочивают кредитора на расторжение договора и возмещение убытков в таких случаях [9, p. 75]. Данное положение корреспондирует ст. 9:304 ПЕКП.
Согласно параграфу 349 ГГУ расторжение договора осуществляется путем направления уведомления другой стороне и влечет за собой реституцию.
Иные способы защиты прав_
Концепция изменения контрактов в случае фундаментального изменения их сбалансированности в результате событий, которые происходят (или становятся известными) после заключения контракта, при этом находятся вне пределов контроля либо не могут быть предвидены потерпевшей стороной, и риск наступления которых не принят этой стороной (включены в ст. 6:111 ПЕКП), также известная как концепция clausula rebus sic stantibus была признана во второй половине XX в. [6, p. 523] и закреплена в параграфе
№ 4/2021
313 ГГУ. Пункт 2 параграфа 313 ГГУ допускает изменение условий контракта также в случае взаимной ошибки сторон в отношении фактических обстоятельств, положенных в основу контракта.
Параграф 320 ГГУ (находящий свой эквивалент в ст. 9:201(1) ПЕКП) закрепляет такой способ защиты, как защита невыполненного контракта. Он является отражением концепции exceptio non adimpleti contractus — способа защиты права, который позволяет стороне приостановить свое собственное исполнение, сопровождаемый правом отклонить требование о таком исполнении до тех пор, пока другая сторона должным образом не выполнит свои обязательства по контракту.
Параграф 321 ГГУ дополняет этот способ защиты, устанавливая, что если по взаимному договору одна из сторон должна будет действовать первой, она может отказаться исполнять свою часть контракта, если после заключения договора становится очевидным, что ее право на встречное исполнение находится под угрозой неспособности другой стороны исполнить свои обязательства. Этот способ защиты называется «защитой ненадежности» (Unsicherheitseinrede), и он сближает ГГУ с положениями ст. 9:201(2) ПЕКП.
В германском законодательстве также закреплено право на снижение цены, например, в случае нарушения обязательств по договору купли-продажи со стороны продавца в виде поставки некачественных товаров (вместо расторжения договора). Нормы, регулирующие иные договоры, аналогичны по своему содержанию.
Каких-то обобщенных норм в отношении этого способа защиты в немецком законодательстве не представлено, в отличие от ст. 9:401 ПЕКП.
С учетом изложенного система обязательственных способов защиты в соответствии с новой редакцией ГГУ достаточно неплохо структурирована, хотя некоторые недостатки и внутренние противоречия в этой системе присутствуют. Новые правила в отношении способов защиты существенно сблизились с общепринятыми стандартами этого института, зафиксированными, в частности, в Принципах УНИДРУА и ПЕКП, которые были проанализированы и приняты во внимание в ходе реформы немецкого гражданского законодательства.
Вслед за реформой обязательственного права в 2002 г. также попала под пересмотр система способов защиты прав от деликтов.
Общие условия возмещения убытков в связи с совершением деликта закреплены в параграфе 823 ГГУ, закрепляющем генеральный деликт. В частности, устанавливается, что лицо, умышленно или по неосторожности незаконно причиняю-
щее вред жизни, телу, здоровью, свободе, имуществу или иному праву другого лица, обязано возместить другой стороне причиненный ущерб.
Приведенные положения распространяются и на случаи нарушения лицом закона, направленного на защиту другого лица. При этом возникновение права требовать возмещения убытков ставится под условие наличия вины, даже если сам по себе закон может быть нарушен в ее отсутствие (п. 2 параграфа 823 ГГУ).
В соответствии с параграфом 253 ГГУ возмещению подлежит также нематериальный ущерб, причем п. 2 данного параграфа позволяет истребовать компенсацию морального вреда в дополнение к сумме убытков, что является новой нормой для германского права.
Общим условием для предъявления требования о возмещении убытков, возникающих из деликта, является наличие вины причинителя вреда. В то же время параграфы 831—834, 836— 838 ГГУ ставят решение вопроса о наличии оснований для возмещения убытков в зависимость от того, проявило ли лицо, являющееся причините-лем вреда (либо ответственным за причинение вреда в соответствии с указанными нормами), разумную предусмотрительность и заботливость.
В дополнение к генеральному деликту ГГУ предусматривает широкий перечень поименованных деликтов, включающий, в частности, ответственность за вред, причиненный домашним животным, распространение сведений, ставящих под угрозу кредитоспособность, ответственность владельцев земельных участков, зданий, ответственность государственных служащих и проч.
Еще одним элементом системы немецкого де-ликтного права является институт строгой (безвиновной) ответственности (например, ответственности водителя транспортного средства за вред, причиненный в результате ДТП —strassenver-kehrsgesetz), который регулируется специальными законами, являющимися исключениями из генерального деликта, зафиксированного в Уложении.
Таким образом, система способов защиты от деликтов в немецком праве претерпела некоторые изменения, направленные на ужесточение условий строгой (безвиновной) ответственности, а также расширение возможности истребования компенсации морального вреда. В то же время, с учетом разрозненного регулирования, эту систему на сегодняшний день все еще нельзя признать удачной.
Кондикционные обязательства урегулированы в главе 24 ГГУ. Пункт 1 параграфа 812 ГГУ предусматривает, что лицо, которое получает что-либо в результате действий другого лица или
№ 4/2021
иным образом за его счет без законных оснований для этого, обязано возвратить этому лицо полученное (произвести реституцию). Эта обязанность также существует, если правовые основания впоследствии утрачивают силу или если результат, на достижение которого направлено исполнение, не достигнут.
Параграф 814 ГГУ закрепляет, что возврат исполненного по контракту исключается в случае, если лицо, осуществившее исполнение, знало, что оно не обязано было это делать, или если исполнение было осуществлено ввиду морального долга или соображений приличия [5, р. 27]. Бремя доказывания отсутствия сведения об обязательстве лежит на ответчике.
Возврат полученного по сделке не допускается, если возникновение результата исполнения было невозможным с самого начала и лицо, осуществившее исполнение, предотвратило возникновение результата недобросовестно (параграф 815 ГГУ).
Требования о возврате неосновательного обогащения, возникшего в связи с исполнением контракта, в отличие, например, от французского права, могут быть предъявлены только к непосредственному получателю неосновательного обогащения.
Что касается кондикций не из исполнения, одним из важнейших их случаев является требование о взыскании неосновательного обогащения, возникшего вследствие посягательства на права другого лица, например, в случаях продажи, потребления или использования чужой вещи в отсутствие для этого законных оснований. В соответствии с параграфом 816 ГГУ бывший собственник приобретает право требования неосновательного обогащения к лицу, похитившему вещь [5, р. 34]. Эта норма является альтернативной возмещению убытков и виндикационному иску.
Согласно параграфу 818 ГГУ возврату подлежит как само неосновательно приобретенное имущество, так и извлеченные из него доходы, а если имущество возвратить невозможно — его стоимость.
Особенностью ГГУ является то, что обязательства по реституции или возмещению стоимости исключаются, если получатель больше не получает выгоды из обогащения (п. 3 параграфа 818 ГГУ).
Можно констатировать, что немецкое законодательство о неосновательном обогащении содержит удачную универсальную норму о генеральном кондикционном иске, которая может применяться и адаптироваться к конкретным случаям неосновательного обогащения.
Исторически инструментарий владельческой защиты в праве Германии был схож с таковым в английском праве [10, с. 78], что, однако, изменилось со вступлением в силу ГГУ.
За защитой своих прав может обратиться как непосредственный владелец (например, арендатор), так и опосредованный владелец (собственник, передавший имущество во владение другого лица).
Ответчиком по иску является нарушитель владения либо его правопреемник, если таковой имеется (параграф 858 ГГУ), что может быть истолковано как исключение добросовестных приобретателей из круга ответчиков.
Объектом владельческой защиты выступают как движимые, так и недвижимые вещи, включая сервитуты [10, с. 259].
Перечень способов владельческой защиты предусмотрен параграфами 859—862 ГГУ и включает соответственно:
■ самозащиту, осуществляемую владельцем;
■ самозащиту, осуществляемую актуальным владельцем по смыслу параграфа 855 ГГУ;
■ иск о возврате утраченного владения;
■ иск об устранении имеющихся препятствий владению;
■ иск об издании запрещающего судебного постановления с целью недопущения создания препятствий владению в дальнейшем (второе предложение п. 1 параграфа 862 ГГУ).
Для удовлетворения владельческого иска по ГГУ необходимо одновременное наличие двух условий: должен быть доказан факт лишения владения или наличия препятствий к нему, владение истца должно быть непорочным и быть приобретенным ранее, чем в течение года, предшествующего нарушению или лишению владения.
Учитывая изложенное, владельческие способы защиты, предусмотренные германским правом, направлены на восстановление положения, существовавшего до нарушения права (т.е. восстановление владение либо устранение препятствия владению). В отличие от Англии возмещение убытков как способ владельческой защиты не предусмотрено.
Способы защиты гражданских прав в законодательстве Нидерландов
Действующая система способов защиты гражданских прав в Нидерландах во многом основана на ГГУ.
Основным способом защиты гражданских прав в Нидерландах является исполнение обязательства в натуре. Данный способ защиты предусмотрен ст. 3:296 Гражданского кодекса Нидерландов (ВигёегЩк Wetboek, далее — В').
Исполнение обязательства в натуре является центральным способом защиты, применяемым против нарушений контрактов, распространяясь
№ 4/2021
на вещные правоотношения или правоотношения в сфере интеллектуальной собственности [3, р. 12]. Очевидно, речь в данном случае может идти, например, об обязанности воздерживаться от нарушения права собственности и, как следствие, права управомоченного лица на предъявление негаторного иска в случае совершения такого нарушения.
Отметим здесь же, что к другим вещно-пра-вовым способам защиты нидерландский законодатель относит иск об истребовании из чужого владения и иск из вмешательства во владение (т.е. виндикационный и негаторный иски), которые могут быть использованы титульным владельцем против любого третьего лица в течение года с момента наступления такого события (ст. 3:125 BW). Также BW отдельно предусматривает «право на истребование вещи», которым обладает только собственник (ст. 5:2).
Интересно, что формулировка ст. 3:296 BW предусматривает обязанность суда обеспечить исполнение обязательства в натуре, однако ни эта, ни какая-либо другая норма, содержащаяся в кодексе, не наделяет управомоченное лицо правом требовать такого исполнения. Фактически материально-правовая норма о возможности требовать исполнения обязательства в натуре в гражданском законодательстве Нидерландов отсутствует, она просто предполагается; при этом BW закрепляет процессуально-правовую норму о судебном рассмотрении.
Как следует из положений ст. 3:296 BW исполнение обязательства в натуре может осуществляться в трех формах:
■ передача объекта договора (te geven), включая оплату цены договора;
■ исполнение предусмотренной договором работы (te doen);
■ воздержание от совершения каких-либо действий (na te laten).
Несмотря на чрезвычайно широкую сферу применения данной нормы [7, р. 895], она не является универсальной. Так, нидерландский законодатель очерчивает круг ограничений для применения исполнения обязательства в натуре, который включает невозможность исполнения в соответствии с законом, в связи с сущностью обязательства и ввиду закрепления соответствующих условий в контракте.
Помимо исполнения обязательства в натуре, гражданское законодательство Нидерландов предусматривает следующие «дополняющие» способы защиты гражданских прав, которые применяются в рамках обязательственных правоотношений: возмещение убытков, договорные штрафы, прекращение договора, его аннулирование,
декларативное решение и вынесение судебного постановления.
При этом доступные способы защиты гражданских прав разделяются в зависимости от того, является ли неисполнение обязательств обусловленным поведением должника или нет. В первом случае законодатель дает возможность потребовать лишь исполнения обязательства в натуре и аннулирования контракта. В случае неисполнения, обусловленного поведением должника, кредитор вправе потребовать: исполнения обязательства в натуре; исполнения обязательства в натуре и возмещения убытков, причиненных просрочкой исполнения; возмещения убытков вместо исполнения; аннулирования контракта (опШд^тё wegens niet-nakoming); аннулирования контракта и возмещения убытков (либо реституции); расторжения контракта; внесения изменений в контракт.
Неисполнение обязательства признается не обусловленным поведением должника в случае, если оно произошло в результате наступления событий, которые находились за рамками контроля должника и взятых им на себя рисков. Иными словами, речь идет о возникновении внешних препятствий для исполнения. Классическим случаем такого неисполнения обязательства является форс-мажор [3, р. 341].
Возмещение убытков по нидерландскому праву применяется в отношении так называемых «компенсационных убытков», которые включают любые материальные потери (ущерб) и иной вред (включая моральный вред). Положения о возмещении убытков «открывают» раздел В', касающийся последствий неисполнения обязательства, что создает ложное впечатление о приоритете убытков над исполнением обязательства в натуре.
Категория материального ущерба как составляющей убытков по нидерландскому праву охватывает как уже понесенный ущерб, так и упущенную выгоду (ст. 6:96(1) В'). В дополнение к этому кодекс наделяет возможностью потребовать в качестве убытков возмещения ряда других издержек (ст. 6:96(2)).
Элементом убытков может выступать также прибыль, полученная ответчиком в результате нарушения обязательств либо неправомерных действий (ст. 6:104 В').
Убытки выплачиваются, как правило, в денежной форме, если только управомоченное лицо не потребовало у суда иной (натуральной) формы компенсации (ст. 6:103 В'). Целью возмещения убытков является не наказание должника, а приведение кредитора в такое положение, в котором он бы находился, если бы событие, послужившее
№ 4/2021
причиной для возникновения убытков, не произошло.
Специфической разновидностью данного способа защиты также является возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения (ст. 6:85 В').
Следующим способом защиты гражданских прав являются договорные штрафы, которые представляют собой стандартную конструкцию неустойки. Особенностью неустойки по голландскому праву является то, что запрещается одновременное требование исполнения обязательства в натуре и уплаты неустойки (ст. 6:92(1) В').
Прекращение договора завершает все обязательства сторон, не отменяя действительности сделки, однако освобождая стороны от права требования последующего исполнения. Если это исполнение по какой-то причине уже произошло, производится реституция (двусторонняя либо односторонняя), а в случае ее невозможности, сторона приобретает право на компенсацию исполненного.
От прекращения договора отличается его аннулирование (иными словами, признание сделки недействительной). Данный способ защиты права подлежит применению в случае принуждения к заключению договора, мошенничества, неправомерного влияния, введения в заблуждение либо ошибки. Аннулированный контракт не исполняется, стороны возвращаются в такое положение, как будто контракта не существовало в принципе.
Декларативное решение подтверждает или определяет права сторон, не обязывая их совершать какие-либо действия в отношении друг друга (ст. 3:302 В'). Этот способ защиты права во многом схож с признанием права, однако, как и в других европейских странах, имеет более широкое применение. Так, управомоченное лицо может обратиться за декларацией действий ответчика правонарушением, чтобы впоследствии обратиться с иском о возмещении убытков.
Последним способом защиты гражданских прав являются судебные постановления, которые могут быть обязывающими и запрещающими (что делает их схожими с аналогичным способом защиты прав в Англии). Судебные постановления подразделяются на временные, предварительные или постоянные.
В случае совершения правонарушений и деликтов ст. 6:162 В' наделяет пострадавшее лицо правом на возмещение убытков. Для возникновения такого права необходимо наступление пяти условий:
1) убытки должны быть нанесены в результате незаконных действий;
2) обусловленность поведением правонарушителя;
3) возмещению подлежит как материальный ущерб, так и моральный вред;
4) причинно-следственная связь, которая должна быть обнаружена между неправомерными действиями и возникновением убытков;
5) обязанность по возмещению убытков не возникает, если возможность возмещения убытков в определенной ситуации прямо не предусмотрена законом (ст. 6:163 В').
Последний критерий, по всей видимости, обусловливает, что В' предусматривает значительное число особенностей возмещения ущерба, причиненного различными лицами или вещами (статьи 6:169—6:184 В'), включая нормы о строгой ответственности, ответственности за некачественный товар (статьи 6:185—6:193 В'), недобросовестные коммерческие практики (статьи 6:193а— 6:193] В') и введение в заблуждение рекламой (статьи 6:194—6:196 В').
В общем и целом следует признать предусмотренные нидерландским гражданским законодательством положения о способах защиты в случае совершения деликтов достаточно подробными, проработанными и понятными.
В то же время затруднительно сказать то же самое о способах защиты гражданских прав против неосновательного обогащения. Кондикциям посвящена всего одна статья — 6:212 В', которая, как и многие другие нормы, не содержит указания на наличие права пострадавшего лица, она сформулирована через обязанность правонарушителя.
Таким образом, гражданское законодательство Нидерландов содержит перечень способов защиты гражданских прав, аналогичный предусмотренному в ГГУ. Схожими являются также условия и порядок применения данных способов защиты, такие, как приоритет исполнения обязанности в натуре над иными способами защиты. В то же время имеется множество вопросов к систематизации способов защиты в В', поскольку значительное количество из них закреплены не как право пострадавшего лица, а как обязанность суда или ответчика совершить какие-то действия в пользу пострадавшего лица. Кроме того, очевидна и некоторая непропорциональность регулирования различных способов защиты прав (а точнее, регулирования особенностей их применения в различных группах правоотношений), что не встречается в германском законодательстве.
Способы защиты гражданских прав в законодательстве Франции
После недавней реформы [1, р. 1] во Франции действует новая редакция Гражданского кодекса Франции (в ред. постановления № 2016-131 от
№ 4/2021
10.02.2016, принятого Законом № 2018-287 от 20.04.2018; далее — ГК Франции).
Несмотря на то, что перечень способов защиты гражданских прав, применимых в обязательственных правоотношениях, в целом идентичен другим странам континентального права, гражданское законодательство Франции содержит некоторое количество особенностей.
В отличие от гражданского законодательства Германии и Нидерландов, ГК Франции закрепляет в ст. 1217 перечень доступных в случае неисполнения контракта санкций, которые, в сущности, представляют собой способы защиты гражданских прав.
Так, сторона, обязательство перед которой не было исполнено или было выполнено частично, может:
■ отказаться от исполнения или приостановить исполнение собственного обязательства (refuser d'executer ou suspendre ¡'execution de sa propre obligation);
■ потребовать исполнения обязательства в натуре (poursuivre ¡'execution forcee en nature de l'obligation);
■ запросить снижение цены (obtenir une reduction du prix);
■ расторгнуть договор (provoquer la resolution du contrat);
■ потребовать возмещения последствий неисполнения (demander reparation des consequences de l'inexecution).
ГК Франции содержит специальное указание на то, что санкции, которые не исключают друг друга, могут совмещаться, и в дополнение к любой из них может быть предъявлено требование о возмещении убытков и неустойка. В отличие от Нидерландов ГК Франции содержит достаточно краткие и четко сформулированные специальные нормы, которыми предусмотрены правила и условия применения отдельных способов защиты гражданских прав.
Возможность приостановления исполнения собственного обязательства является самым новым способом защиты от нарушений в сфере обязательственного права Франции. Данное положение вдохновлено ст. 9:201 ПЕКП (и, надо полагать, соответствующими положениями ГГУ) и дает кредитору право после направления соответствующего уведомления в одностороннем порядке приостановить исполнение собственных обязательств при соблюдении ряда условий.
Исполнение обязательства в натуре может быть применено при условии направления в адрес должника уведомления о необходимости исполнения (по сути, претензии), если только такое исполнение не является невозможным либо
не влечет дисбаланс интересов кредитора и должника в виде повышения издержек должника либо чрезмерной выгоды кредитора (ст. 1221 ГК Франции). После направления такого уведомления кредитор вправе, во-первых, самостоятельно исполнить обязательство должника, а, во-вторых, разрушить уже исполненное должником на данный момент с последующей компенсацией собственных издержек на эти цели. Кроме того, кредитор вправе (путем обращения в суд) потребовать от должника авансировать исполнение обязательства самим кредитором либо разрушение уже исполненного.
В качестве альтернативы исполнению обязательства в натуре ст. 1223 ГК Франции наделяет кредитора правом, после направления упомянутого выше уведомления, принять частичное исполнение и потребовать соразмерного уменьшения цены контракта, вне зависимости от того, оплачена ли уже эта цена или еще нет.
Пожалуй, наиболее подробно урегулированным способом защиты гражданских прав является расторжение контракта. Оно может быть совершено:
1) путем применения оговорки о прекращении контракта;
2) в случае существенного неисполнения контракта — путем одностороннего уведомления, направленного кредитором в адрес должника, либо обращения в суд.
Оговорка о прекращении контракта может применяться в результате неисполнения должником обязательств после получения им уведомления о необходимости исполнения, но только если такое уведомление прямо предусматривало оговорку о прекращении договора. Для того чтобы расторжение контракта вступило в силу, необходимо дополнительно направить уведомление о расторжении договора, которое может быть оспорено должником.
Расторжение контракта, в случае если предоставленное сторонами друг другу в ходе исполнения имеет ценность только в рамках полного исполнения расторгнутого контракта, влечет реституцию полученного сторонами в соответствии с условиями, предусмотренными статьями 1352—1352-9 ГК Франции. В ином случае реституции подлежит только полученное после даты расторжения контракта (прекращения на будущее время).
Возмещение последствий неисполнения, в сущности, представляет собой возмещение убытков (и неустойку), о чем прямо сказано в ст. 1231 ГК Франции. Возмещение убытков, как и иные способы защиты гражданских прав, может быть применено только в случае заблаговременного направле-
№ 4/2021
ния должнику уведомления о необходимости исполнения. Из этого правила есть исключение — когда «неисполнение является окончательным».
Должник обязан возместить убытки либо за неисполнение, либо за просрочку исполнения обязательства, если только исполнению не препятствовали обстоятельства непреодолимой силы. Для возмещения убытков необходима причинно-следственная связь между нарушением контракта и, собственно, убытками [1, р. 10].
Возмещение убытков по гражданскому законодательству Франции охватывает как прямой ущерб, так и упущенную выгоду, хотя из этого правила есть и исключения (ст. 1231-3).
Основным принципом возмещения убытков по гражданскому законодательству Франции является восстановление лица в то положение, в котором оно бы находилось, если бы убытки не были причинены [1, р. 16].
Статья 1231-5 предусматривает возможность закрепления в контрактах заранее оцененных убытков, сумму которых, впрочем, в определенных случаях может изменить суд (например, если размер убытков чрезмерно высокий или низкий).
Неустойка как способ защиты гражданских прав регулируется статьями 1231-6 и 1231-7 ГК Франции. Неустойка назначается в случаях просрочки исполнения обязательства, она рассчитывается как процент по официальному курсу, ус-танов ленному центральным банком. Неустойка является единственным способом защиты, который может быть применен в отсутствие уведомления о необходимости исполнения. Неустойка и возмещение убытков не являются взаимоисключающими способами защиты прав. Разновидностью неустойки, с точки зрения французского права, являются проценты, начисляемые на компенсацию после вынесения решения суда в случае его неисполнения (астрент).
Обстоятельством, лишающим кредитора права применять способы защиты, предусмотренные ст. 1217 ГК Франции, является форс-мажор, который, как и в других правопорядках, может существовать в форме постоянных и временных препятствий, влекущих, соответственно, автоматическое расторжение договора в соответствии со статьями 1351, 1351-1 ГК Франции и приостановление его исполнения (ст. 1218 ГК Франции).
Положения о способах защиты во внедоговор-ных обязательствах, по сути, сохранились неизменными, но изменили свою нумерацию в ГК Франции.
В соответствии со ст. 1240 ГК Франции «любое человеческое действие, которое причиняет вред другому человеку, порождает обязательство у человека, по вине которого оно произошло, воз-
местить ущерб». Соответственно, для обращения к деликтным способам защиты необходимо наличие вины, убытка и причинно-следственной связи между ними.
ГК Франции предусматривает некоторые особенности возмещения ущерба в частных случаях деликтов: ст. 1242, в частности, устанавливает ответственность за вред, нанесенный работником, и другие случаи строгой ответственности, ст. 1243 — ответственность владельца за животное, ст. 1244 — ответственность владельца за здание и т.д.
Отдельная глава закрепляет ответственность за некачественные товары, основанные на Директиве об ответственности за качество продукции.
Помимо деликтных, к внедоговорным обязательствам ГК Франции относит также неоправданный платеж (paiement de l'indu), закрепленный статьями 1302—1302-3. В случае производства оплаты в отсутствие долга либо ошибочной оплаты долга третьего лица лицо, которое произвело оплату, вправе потребовать реституции от получателя платежа либо (в случае уплаты долга за третье лицо) от третьего лица.
И наконец, последним видом внедоговорных обязательств является неоправданное обогащение (статьи 1303—1303-4 ГК Франции). Неоправданность вознаграждения обусловливается тем, что оно не связано с исполнением обязательств «обедневшим лицом» либо его намерением предоставить безвозмездную помощь. В случае наличия права на любой другой способ защиты, кроме компенсации суммы неоправданного обогащения, пострадавшее лицо лишается возможности применения последнего.
Что касается вещно-правовых способов защиты, французское гражданское право находится в «отстающих», поскольку оно фактически не содержит указаний на такие способы.
Статья 2278 ГК Франции закрепляет абсолютный характер владельческой (включая собственническую) защиты и принцип защиты от нарушений, угрожающих владению (без конкретизации нарушений и способов защиты от них). Отмечается, что этот принцип обеспечивается, прежде всего, возможностью обращения к виндика-ционному иску [8, p. 45], что может быть также выведено из комплексного анализа положений главы II раздела XXI книги III ГК Франции. Кроме того, право на истребование движимой вещи в течение трех лет со дня утраты или кражи против фактического владельца также предусмотрено ст. 2276 ГК Франции, а ст. 2272 устанавливает срок давности для требования в отношении недвижимого имущества в размере тридцати лет.
№ 4/2021
Французское право, в принципе, не предусматривает возможности предъявления негатор-ных исков, хотя в теории возможность их предъявления иногда признается.
Подводя итоги проведенному исследованию способов защиты гражданских прав в странах континентальной правовой системы, следует констатировать существенную роль законодательства ЕС, в частности ПЕКП, которые основаны либо гармонизированы, как правило, на положениях ГГУ, что позволяет утверждать об исключительной роли германского права в европейском регулировании защиты прав.
Список источников (References)
Нормативные акты (Regulatory acts)
1. Burgerlijk Wetboek. S'Gravenhage: Ter Alge-meene Lands Drukkerij, 1837.
2. Civil Code in the version promulgated on 2 January 2002 (Federal Law Gazette [Bundesgesetzblatt] I page 42, 2909; 2003 I page 738), last amended by Article 4 para. 5 of the Act of 1 October 2013 (Federal Law Gazette I page 3719).
3. Code civil, 2015, Dalloz, France, 114eme e'dition, 3032 p.
4. Stra ß enverkehrsgesetz in der Fassung der Bekanntmachung vom 5. Marz 2003 (BGBl. I S. 310, 919), das zuletzt durch Artikel 1 des Gesetzes vom 12. Juli 2021 (BGBl. I S. 3108) geаndert worden ist.
5. Директива ЕС об ответственности за качество продукции 85/374/EEC от 25.07.1985 (5. EU Directive on Product liability 85/374/EEC of 25.07.1985)
Научная литература (Scientific literature)
1. Fages F. and Saarinen M. The Complex Commercial Litigation Law Review: France / The Complex Commercial Litigation Law Review (ed
Steven M Bierman). Law Business Research, 2020. Pp. 124—141.
2. Grigoleit H.C., Riehm T. Die Kategorien des Schadensersatzes im Leistungsstörungsrecht // Archiv fur die civilistische Praxis (AcP). 2003. Vol. 203. Issue 4-5. Pp. 727—762.
3. Haas D. De grenzen van het recht op nakoming (Recht & Praktijk nr. 167). Deventer: Kluwer, 2009. 420 p.
4. Lando O. and Beale B. (eds.) Principles of European Contract Law. The Hague : Kluwer Law International, 2000. 561 p.
5. Machtel F. The Defence of «Change of Position» in English and German Law of Unjust Enrichment // German Law Journal. 2004. Vol. 5. № 1. Pp. 23—46.
6. Markesinis B.S., Lorenz W. and Danne-mann G. The German Law of Obligations, vol. I: The Law of Contracts and Restitution: A Comparative Introduction. Oxford : Clarenden Press, 1997. 942 p.
7. Reehuis W.H.M. & Slob E.E. Parlementaire Geschiedenis van het nieuwe burgerlijk wetboek, Invoering boeken 3, 5 en 6 — Boek 7 Bijzondere overeenkomsten, Titels 1, 7, 9 en 14. Deventer: Kluwer 1991.
8. Scott M. Conversion and Revindication // Malaya Law Review. 1963. Vol. 5. № 1. Pp. 40—57.
9. Zimmermann R. The New German Law of Obligations: Historical and Comparative Perspectives. Oxford: Oxford University Press, 2005. 254 p.
10. Климаноеа Д.Д. Владельческие иски в Англии, Германии и России: сравнительно-правовой анализ // Рос. юрид. журнал. 2016. № 6. С. 75—83 (Klimanova D.D. Ownership claims in England, Germany and Russia: Comparative legal analysis // Russian Law Journal. 2016. № 6. Pp. 75—83)
Информация об авторе
Латыпов Д.Н. — кандидат юридических наук
Information about the author
Latypov D.N. — candidate of law
Статья поступила в редакцию 28.09.2021; одобрена после рецензирования 08.11.2021; принята к публикации 14.11.2021.
The article was submitted 28.09.2021; approved after reviewing 08.11.2021; accepted for publication 14.11.2021.
№ 4/2021