композиционному структурированию текста получают эксплицитное (внешнее) выражение в кульминации, в которой гармонично переплетаются диктально-эмотивные смыслы (уровень персонажа) и модально-эмотивные смыслы (уровень авторского сознания), совокупность которых и составляет ядро эмотивного содержания художественного текста.
Список литературы
1. Барт Р. От произведения к тексту: Избранные работы: Семиотика. Поэтика. М., Наука, 1994.
2. Виноградов В.В. О языке художественной литературы. М., 1959.
3. Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: КомКнига, 2006.
4. Кассирер Э. Сила метафоры: Теория метафоры. М., 1990.
5. Чернухина И.Я. Элементы организации художественного текста. Воронеж, 1984.
J.A.Razoryonova
CLIMAX AS THE EMOTIONAL DOMINANT OF EMOTIVE FICTIONAL SPACE.
Climax as the final point of cumulating of tension in progression of the narrative and as the emotional focus of emotive textual space is under analysis.
Получено 19.10.2011 г.
УДК 821.161.1
Т.Б. Рудомазина, канд. филол. наук, доц., (4872) 35-37-79, tatiana rudomazina@mail.ru (Россия, Тула, ТулГУ)
ПОВЕСТВОВАНИЕ О ФЕВРУАРИИ ИЗ ВРЕМЕННИКА ГЕОРГИЯ МОНАХА КАК ЭЛЕМЕНТ «ТРИЛОГИИ О ЗАВИСТИ»
Посвящена Повествованию о Февруарии из Временника Георгия Монаха как заключительному элементу «трилогии о зависти». Исследуются жанрово-композиционная и тематическая близость указанного текста к повествованиям о убиении Авеля и Рема.
Ключевые слова: временник, мотив, трилогия, жанр, композиция.
Повествования о братоубийствах, с ключевым мотивом зависти, составляют один из тематических блоков Первой книги Временника Георгия Монаха. Этот блок образуют три текста: повествование о Каине и Авеле, повествование о Ромуле и Реме и читающаяся вслед за ним история убийства «боярина» Февруария, очень небольшая по объему и символически связанная с повествованиям о братоубийстве. Истории об Авеле и Реме были предметом нашего исследования в других статьях [1], [2]. Цель данной работы: 1) обосновать жанрово-стилистическую и тематическую близость
повествования о Февруарии к повествованиям о первых братоубийствах и 2) аргументировать объединение этих текстов в «трилогию о зависти».
Повествование о Февруарии связано с историями об Авеле и Реме символически: Февруарий был убит по приказу стратига Маллия, наказавшего боярина за зависть, которая, напомним, стала причиной злодеяний Каина и Ромула (об этом повествовании в оригинальных сочинениях Иоанна Малалы и Георгия Амартола см. [3]). Начинается история о Февруарии с замечания об обустройстве Рима, управляемого совместно ипатами и стратигами, что повторяет композицию повествования о Ромуле и Реме: «По Роме же бысть Римоу градоу от ипаты и от стратигъ строимоу и хранимоу» [4]. Мотив стремления к единоличному правлению, ключевой для повествования о Ромуле и Реме, ключевым является и здесь: Февруарий, позавидовав храбрости стратига, «разврати боляры да иженоуть и из града Малия» [4]. Результатом единоличного Ромулова правления стал «троусъ въ граде семь» [4], мыслимый повествователем как кара за преступление против Рема. Результатом преступления завистливого Февруария стало нашествие галлов, захвативших Рим ночью 20 числа, «глаголемоую секстилия» [4]. Спасением Рима от мятежей стала расправа над Ромулом. Спасением Рима от галлов стал Маллий, которого вернули в город бояре, некогда выгнавшие его.
Половину повествования о Февруарии и Маллии занимает описание расправы над зачинщиком бед, Февруарием. По приказу Маллия, Февруария, связанного веревками, избивали ликторы, говоря: «Изыди, Февруарий» [4]. «И так бещести изгнанъ из Рима оубьенъ бысть» [4], - заключает повествователь. Казнь над Февруарием отчасти напоминает читателю об истории убийства Ромула, который, напомним, «расеченъ бысть на оуды въ вечи римьстемь» [4]. Образ «веча» восходит к образу города, который расправляется со своим основателем, совершившим братоубийство (см. об этом [2]). Чтобы спасти город от бедствий, Февруария убивают по приказу Маллия, вернувшегося в Рим по просьбе бояр. Таким образом, трансформируясь, сюжетная схема рассказа о Февруарии в целом повторяет сюжетную схему о первых братоубийцах Каине и Ромуле: 1. Обустройство города; 2. Изгнание (в этом случае) противника; 3. Гибель, так или иначе связанная с образом города.
Объединенные темой «преступление из-за зависти», повествования о Ромуле и Февруарии противопоставлены повествованию о Каине и Авеле как основанному на эпизоде из Священной истории. И систему персонажей истории о Каине и Авеле из повествования Георгия Монаха образуют три героя: Бог, Каин и Авель. В повествовании о Ромуле и Реме Бог появляется лишь в финальной сцене расправы над Ромулом («божий суд на немь бысть» [4]). В повествовании о Февруарии ни разу не говорится о Боге. Повествование о Каине и Авеле противостоит двум другим текстам, и, поскольку содержит характеристику жертвы (Авель характеризуется как
«непорочный» [1], [4]); ни Рем, ни Маллий (о нем знаем только, что его храбрости завидует Февруарий и что Маллий, в отличие от Февруария, печется о городе: «скорбяше о погибели градьстемь» [4]), никак не характеризуются. По-разному изображается и возмездие: пространной цитатой из Василия Великого во Временнике определено деяние Каина как предавшего Бога и наказанного за это (на Каина обрушился основанный им дом); словосочетание «божий суд» определяет наказание Ромула, растерзанного в собрании; несчастливый для римлян месяц назван именем Февруария. Таково его наказание.
Таким образом, принадлежащие к жанру сказаний о зависти и возмездии повествования образуют трилогию, элементы которой скреплены антиклимаксом: преступления против брата и против Бога (ветхозаветное предание о первом братоубийце), преступление против брата-соправителя (предание об основании Рима), преступление против соправителя (предание о наименовании месяца).
Список литературы
1. Рудомазина Т.Б. Повествование о убиении Авеля и повесть о княжеской смерти: к вопросу о формировании жанра // Известия ТулГУ. Гуманитарные науки. Вып. 2. Тула: Изд-во ТулГУ, 2010. С. 412-419.
2. Рудомазина Т.Б. Символическое в повествованиях о первых братоубийствах из Временника Георгия Монаха // Мова i культура. (Науковий журнал). - К. : Видавничий дiм Дмитра Бураго, 2010. - Вип. 13. - Т. VI (142). - с. 318-323.
3. Щеголева Л. И. Сюжетный рассказ в хронике Георгия Амартола: проблемы соотношения с источниками, древнерусская рецепция : Дис. ... канд. филол. наук : 10.01.01. - М., 2003. - 208 с. - С. 87-90.
4. Матвеенко В. А., Щеголева Л.И. Книги временные и образные Георгия Монаха : [в 2 т]. / В.А. Матвеенко, Л.И. Щеголева; отв. ред. М.Н. Громов. - М.: Наука, 2006. Т.1. Ч.1. Интерпретированный текст Троицкой рукописи. - 634 с.
5. Матвеенко В.А, Щеголева Л.И. Временник Георгия Монаха (Хроника Георгия Амартола). Русский текст / В.А. Матвеенко, Л.И. Щёголева. - М.: «Богородский печатник», 2000. - 544 стр.
T. Rudomazina
THE STORY ABOUT FEBRUARIUS FROM THE CHRONICLE OF GEORGE
The paper is devoted to The story about Februarius from The Chronicle of George Amartolus as the last part of the "trilogy of envy". The author analyzes the genre-compositional and thematic affinity of this text to the stories of Abel's and Remus' murder.
Key words: chronicle, motive, trilogy, genre, composition
Получено 19.10.2011 г.