АНАЛИТИКА
УДК 339.92
И. ЮШКОВ,
Старший преподаватель Финансового университета при Правительстве РФ SPIN-код: 5693-0136 e-mail: ushkovigor@gmail.com
I. YUSHKOV,
Senior lecturer at the Financial University under the government of the Russian Federation
Ключевые слова:
Китай, Россия, газ, газопровод, экология, Центральная Азия
Keywords:
China, Russia, gas, gas pipeline, ecology,
Central Asia
ПЕРСПЕКТИВЫ СОТРУДНИЧЕСТВА РОССИИ И КИТАЯ
В ГАЗОВОЙ СФЕРЕ
Китай является одним из наиболее перспективных газовых рынков мира. В настоящее время он не настолько велик. Страна импортирует всего около 90 млрд куб. м газа. Для отдельного регионального рынка это не столь много, а Китай воспринимается именно как региональный рынок. Но если учесть, что это лишь отдельно взятая страна, тогда ситуация выглядит несколько иначе. С этой точки зрения Китай является крупнейшей в мире страной — импортёром газа1. Есть государства, которые потребляют газа в год больше, чем Китай (Россия и США). Однако по объёму импорта Китай является лидером.
Динамика развития газовой отрасли Китая очень высока. Если в 2007 г. Китай потреблял примерно 73 млрд куб. м газа, а добывал на своей территории около
1 Юшков И. В. Проблема глобальной диспропорции в структуре производства и потребление энергоресурсов как вызов России в XX веке // Региональные проблемы преобразования экономики. 2015. № 3. С. 18-23.
71 млрд и соответственно импортировал только 3 млрд куб. м, то 2017 г. потребление газа составило уже 237 млрд куб. м, производство — 147 млрд а импорт вырос до почти 90 млрд куб. м (рис. 1).
Основной причиной столь стремительного роста потребления газа стало общее экономическое развитие Китая. Промышленный рост приводит к возрастанию энергозатрат, а увеличение численности населения — к потребности в тепловой энергии.
Важно отметить, что долгое время экономическое развитие Китая порождало рост потребления энергоресурсов в целом, т. е. происходило увеличение потребления не только газа, но и других видов топлива.
Потребление нефти за 10 лет, с 2005 по 2015 г., увеличивалось в среднем на 5,5% и с 329 млн т дошло до 562 млн т.
Потребление угля за то же десятилетие увеличивалось в среднем на 3,7% в год, — с 1325 млн т нефтяного эквивалента до 1914 млн т.
Выработка электроэнергии на АЭС росла на 12,4% в год, а потребление электроэнергии ГЭС — по 10,9% в год3.
250,0
2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017
■ Потребление газа 73,0 84,1 92,6 111,2 137,1 150,9 171,9 188,4 194,8 210,3 237,3
■ Добыча газа 71,6 83,1 88,2 99,1 109,0 111,8 122,2 131,6 136,1 138,4 147,4
■ Импорт 1,3 1,0 4,4 12,1 28,1 39,1 49,7 56,8 58,7 71,9 89,9
Рис. 1. Газовый баланс Китая, млрд куб. м2
2 BP Statistical Review ofWorld Energy 2017 // URL: https://www.bp.com/en/global/corporate/energy-economics/statistical-review-of-world-energy.html
3 Там же.
***
В последние годы бурными темпами растёт производство электроэнергии из возобновляемых источников энергии (ВИЭ) — ветра и солнца. Однако в электроэнергетическом балансе Китая доля ВИЭ пока незначительна.
В будущем стоит ожидать продолжения роста потребления энергии в связи с развитием экономики Китая, хотя темпы увеличения производства, вероятно, замедлятся. Наряду с этим для газовой отрасли становятся крайне важным трансформации, происходящие в самой энергомодели страны.
Руководство КНР приняло решение о сокращении потребления угля и замещении его другими источниками энергии. В настоящее время на Китай приходится более 50% мирового потребления угля, т. е. он потребляет больше, чем весь остальной мир, вместе взятый4. Долгое время подобная ситуация устраивала китайское руководство по нескольким причинам.
Во-первых, большая часть потребляемого Китаем угля добывается на его территории, что является важным элементом энергетической безопасности и позволяет получать ресурс по низким ценам.
Во-вторых, собственная добыча угля позволяет обеспечить большое количество рабочих мест.
В-третьих, себестоимость угольной энергии крайне низка, что повышает конкурентоспособность китайских товаров и экономики в целом на мировом рынке. Во многом именно угольная генерация стала одним из оснований для экономического рывка Китая в последние десятилетия.
Главной причиной для начала реформ в энергетики, а именно сокращения потребления угля, стала проблема экологического характера. Масштабное сжигание угля на электростанциях приводило к выбросам в окружающую среду и ощутимому ухудшению качества воздуха, особенно в крупных городах и промышленных центрах.
Долгое время плюсы угольной энергетики перевешивали экологические минусы. Однако по мере роста благосостояния населения Китая запрос на приемлемое состояние окружающей среды усиливался. Но даже заявления и наличие в программах развития страны целей по сокращению использования угля не воплощались на практике. Угольная отрасль имеет сильное лобби.
В 2017 г. появились признаки начала реального сокращения доли угля в энергетике. Это связано с прагматическими соображениями китайских властей. Риск «цветных революций» воспринимается руководством КНР серьёзно, поэтому оно стремится минимизировать его на ранней стадии. Учитывая, что протестная активность подобного характера начинается в крупных городах представителями
4 Там же.
среднего класса, экологическая повестка приобретает политическую окраску5. Поэтому необходимо улучшить экологическую ситуацию в крупных городах, чтобы заручиться поддержкой политически активного населения и нивелировать протестные настроения. Всё это предполагает рост потребления газа (рис. 2).
Рис. 2. Прогноз газового баланса Китая от Международного энергетического агентства, млрд куб. м6
Стоит отметить, что собственной добычи газа Китаю не хватает, чтобы покрыть свои нужды. Это приводит к тому, что большая часть роста потребления происходит за счёт увеличения импорта газа. У страны есть четыре основных поставщика трубопроводного газа: Туркмения, Узбекистан, Мьянма и Казахстан (рис. 3).
Перечень поставщиков СПГ в Китай очень разнообразен и меняется год от года. Крупными поставщиками остаются Австралия, Катар, Малайзия, Индонезия и Папуа Новая — Гвинея (рис. 4).
Рост доли СПГ-поставок в импорте газа Китаем имеет ряд негативных последствий7.
5 Габуев А. Т. Китайские мечты энергетиков // URL: https://www.kommersant.ru/doc/3493884
6 Oil Market Report. Обзор рынка нефти 2018 г. // URL: https://www.iea.org/media/omrreports/ RussianOMR.pdf
7 Денисов И. Е. Об основах сицзиньпинизма. Идеологический портрет «пятого поколения» руководителей КНР // Тетради по консерватизму. 2015. № 5. С. 112—118.
40
30 25 s * 20 X It | 15 in 5 I) 24, 1 2 од о 5, 2,4 3 .0,1 ■ 7, 3,0 T'S0,4l ■ ■ ,4 4,3 3,3 I I 3,6 3,5 и
2013 2014 2015 2016 2017
■ Туркмения 24,4 2Ъ,Ь 27,7 24,4 33,6
■ Узбекистан 2.9 2,4 1,5 4,3 3,6
я Казахстан 0,1 0,1 0,4 0,4 1,1
■ М км нм л □ В 3,9 3,9 3,5
Рис. 3. Структура импорта трубопроводного газа в Китай, млрд куб. м8
Рис. 4. Структура импорта газа в Китай9
8 BP Statistical Review ofWorld Energy 2017 // URL: https://www.bp.com/en/global/corporate/energy-economics/statistical-review-of-world-energy.html
9 BP Statistical Review ofWorld Energy 2017 // URL: https://www.bp.com/en/global/corporate/energy-economics/statistical-review-of-world-energy.html
Во-первых, КНР стремится построить сбалансированную структуру импорта газа. Пока доля газопроводного газа ненамного меньше СПГ-поставок, однако в будущем диспропорция может увеличиться.
Во-вторых, почти весь объём закупки сжиженного газа идёт с поставкой танкерами через Южно-Китайское море. В этом регионе сосредоточены военные силы США их союзников. В случае военного конфликта Китай рискует лишиться доступа СПГ с южного маршрута.
В-третьих, рост импорта СПГ приводит к локальному дефициту на азиатских рынках, что порождает рост цен. Наиболее отчётливо это проявилось зимой 2017/18 г. В этот период из-за существенного роста спроса на газ спотовые цены с отгрузкой СПГ на побережье Китая возросли. Так, первые в 2016—2017 г. увеличились с 5,7 до 7,1 долл/МБТЕ*, вторые — с 6,8 до 8,2 долл/МБТЕ10.
Указанные особенности порождают повышенный интерес Китая к российским газовым проектам. Сотрудничество развивается по двум направлениям: газопроводные и СПГ поставки.
В первом сегменте основным плюсом российских проектов является прямая доставка газа в Китай без транзитных рисков11.
В 2014 г. «Газпром» и СКРС подписали соглашение о поставках газа в объёме 38 млрд куб. м газа в год сроком на 30 лет. Ресурсной базой данного контракта станут Якутский и Иркутский газовые кластеры. На первом основным месторождением станет Чаяндинское, на втором — Ковыктинское. Для доставки газа «Газпром» строит газопровод «Сила Сибири». Глава «Газпрома» А. Б. Миллер заявил, что первые поставки запланированы на 20 декабря 2019 г.
Газопровод пойдёт через восточную границу России и Китая, что позволит привести российский газ в регионы потребления.
Другой проект поставок в Китай российского трубопроводного газа пока остается в стадии обсуждения — «Сила Сибири 2», ранее его называли «Алтай». Проект подразумевает поставки газа с западносибирских месторождений через западный участок российско-китайской границы12. Плюсами данного проекта для России является:
• наличие уже разработанных месторождений, которые могут давать дополнительно 150 млрд куб. м газа без инвестиций в новые мощности;
10 Белова М. А., Колбикова Е. С., Тимонин И. И. Второй год экспорта американского СПГ // URL: http://www.gazprom.ru/f/posts/68/387486/gazprom-magazine-2018—05.pdf
11 Семченков А. С. Системная дестабилизация современных государств // Международные отношения. 2015. № 2. С. 175-183.
12 Бойко Е. В. Энергетический потенциал Туркменистана // Обозреватель-Observer. 2010. № 1. С. 76-81.
* МБТЕ — миллион британских термических единиц.
• короткое транспортное плечо: наличие газопроводов в Западной Сибири предполагает строительство небольшого участка газопровода до границы c КНР.
Минусами «Силы Сибири — 2» для «Газпрома» является наличие конкуренции со стороны среднеазиатских поставщиков на западе Китая. В этом районе проходят газопроводы c туркменским, узбекским и казахским газом. Это обстоятельство позволяет Китаю давить на «Газпром» в переговорах о цене газа. Именно ценовая проблема мешает сторонам подписать контракт по поставкам через западную границу. По остальным вопросам стороны достигли договорённости.
Важно отметить, что основным плюсом российских газопроводных проектов является именно географическое расположение. Газ можно поставлять без стран-транзитёров, а в самой России нет таких рисков развития экстремизма и терроризма, как, например, в Туркмении, где соседство c Афганистаном остаётся фактором напряжённости.
Ещё один обсуждаемый проект поставок российского трубопроводного газа подразумевает транспортировку по маршруту Сахалин — Хабаровск — Владивосток — Китай. В настоящее время газопровод Сахалин — Хабаровск — Владивосток, построенный к саммиту АТЭС во Владивостоке (2012 г.) недозагружен из-за отсутствия спроса в российских регионах. Однако пока поставки в Китай c загрузкой примерно в 8 млрд куб. м также невозможны, так как «Газпром» на Дальнем Востоке имеет проблемы c ресурсной базой. Предполагалось, что концерн будет добывать большие объёмы газа на Киринском и Южно-Кирин-ском месторождении.
Первое месторождение было введено в эксплуатацию c использованием подводных автономных добычных комплексов, американской компании FMC Technologies. Аналогичное оборудование планировалось использовать для разработки и Южно-Киринского месторождения. Однако США в августе 2015 г. ввели санкции на поставку оборудования. Теперь «Газпром» изучает возможность применения оборудования неамериканских компаний, а также других схем разработки месторождения.
В сегменте СПГ-проектов Китай также уже обозначил свою заинтересованность. CNPC имеет 20% в проекте «Ямал СПГ». Ещё 9,9% проекта приобрёл китайский «Фонд Шёлкового пути». При этом CNPC законтрактовала c завода 3 млн т сжиженного газа в год. Полная мощность предприятия составит 17,5 млн т (три очереди по 5,5 млн т и четвёртая очередь на 0,9 млн т, строящаяся на российском оборудовании). В настоящее время НОВАТЭК, являющийся собственником контрольного пакета в «Ямале СПГ» ведёт переговоры c китайскими компаниями о продаже им доли в новом СПГ-проекте «Арктик СПГ». Мощность СПГ-завода составит 19,8 млн т СПГ в год. Пока помимо НОВАТЭКа долю в проекте приобрел только Total (10%).
Привлекательность СПГ-проектов на Ямале и Гыдане для Китая заключается в диверсификации маршрутов доставки сжиженного газа. Сейчас в Китай
c севера может приходить только газ c Сахалина. Однако СПГ c проекта «Са-халин-2», где контрольный пакет принадлежит «Газпрому», фактически весь законтрактован для поставок в Японию и Южную Корею. Поэтому закупка газа c новых СПГ-заводов в районе Обской губы и доставок по Северному морскому пути выглядит для Китая привлекательной. Напряженность в Восточно-Китайском и Жёлтом морях c точки зрения присутствия внерегиональных стран меньше, чем в районе Малаккского пролива.
Таким образом, и Россия, и Китай заинтересованы в развитии отношений в газовой сфере как в сегменте газопроводных поставок, так и в сегменте СПГ.
Список литературы
Белова М. А., Колбикова К. С., Тимонин И. И. Второй год экспорта американского СПГ // URL: http://www.gazprom.ru/f/posts/68/387486/gazprom-magazine-2018—05.pdf [Belova M. A, Kolbikova E. S, Timonin I.I. Vtoroj god ehksporta amerikanskogo SPG // URL: http://www.gazprom.rU/f/posts/68/387486/gazprom-magazine-2018-05.pdf] Бойко К. В. Энергетический потенциал Туркменистана // Обозреватель-Observer. 2010. № 1. С. 76-81.
[ Vojko E. V. EHnergeticheskij potencial Turkmenistana // Nauchno-analiticheskij zhurnal Obozrevatel'-Observer. 2010. № 1. S. 76-81]
Габуев А. Т. Китайские мечты энергетиков // URL: https://www.kommersant.ru/ doc/3493884
[GabuevA. T. Kitajskie mechty ehnergetikov // URL: https://www.kommersant.ru/ doc/3493884]
Денисов И. К. Об основах сицзиньпинизма. Идеологический портрет «пятого поколения» руководителей КНР // Тетради по консерватизму. 2015. № 5. С. 112-118.
[Denisov I. E. Ob osnovah siczin'pinizma. Ideologicheskij portret «pyatogo pokoleniya» rukovoditelej KNR // Tetradi po konservatizmu. 2015. № 5. S. 112-118]
Семченков А. С. Системная дестабилизация современных государств // Международные отношения. 2015. № 2. С. 175-183.
[Semchenkov A S. Sistemnaya destabilizaciya sovremennyh gosudarstv // Mezhdunarodnye otnosheniya. 2015. № 2. S. 175-183]
Юшков И. В. Проблема глобальной диспропорции в структуре производства и потребление энергоресурсов как вызов России в XX веке // Региональные проблемы преобразования экономики. 2015. № 3. С. 18-23.
[ YUshkov I. V. Problema global'noj disproporcii v strukture proizvodstva i potreblenie ehnergoresursov kak vyzov Rossii v XX veke // Regional'nye problemy preobrazovaniya ehkonomiki. 2015. № 3. S. 18-23]
BP Statistical Review of World Energy 2017 // URL: https://www.bp.com/en/global/ corporate/energy-economics/statistical-review-of-world-energy.html
Oil Market Report. Обзор рынка нефти 2018 г. // URL: https://www.iea.org/media/ omrreports/RussianOMR.pdf