SCIENCE TIME
ПЕРЕСЕЛЕНЧЕСКАЯ ДЕРЕВНЯ В СТРУКТУРЕ ЭКОНОМИКИ КАЛМЫЦКОЙ СТЕПИ
Горяев Мерген Саналович, Калмыцкий государственный университет, г. Элиста
E-mail: mergengoryaev@mail.ru
Аннотация. Данная работа посвящена вопросам исследования переселенческой деревни в экономической структуре Калмыцкой степи ^ Астраханской губернии и проблеме процесса обособления калмыков-номадов.
Ключевые слова: заселение, калмыцкие угодья, номады-калмыки, переселенцы.
Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта № 14-11-08001 «Повседневная жизнь кочевников-калмыков: от номадизма к оседлости».
Своеобразие вхождения калмыков в подданство России, их историческое прошлое и настоящее, экономическое и политическое развитие, культура и быт привлекали пристальное внимание отечественных исследователей уже в XVIII в. В том числе это было связано и с процессом заселения калмыцких земель русскими крестьянами, который начался еще в период существования Калмыцкого ханства. Своего апогея он достиг после 1771 г., т.е. после ухода значительного числа калмыков в пределы Китайской империи и сокращения населения степного региона. В процессе за-селения Калмыцкой степи в конце XVIII - XIX вв. можно выделить два периода: первый от издания 19 мая 1806 года «Положения об отводе земель калмыкам и другим народам, кочующим в губерниях Астраханской, Кавказской, Саратовской» до инструкции от 30 декабря 1846 года, второй - до 1861 года.
К концу XVIII в. столетия происходит стремительное сокращение калмыцких угодий, вынудившее центральное правительство принять ряд
74
о
Щ SCIENCE TIME Щ
специальных законодательных актов для защиты земельных прав номадов-калмыков. В частности, 19 мая 1806 г. вышло «Положение об отводе земель калмыкам и другим народам, кочую-щим в губерниях Астраханской, Кавказской и Саратовской», в котором впервые были определены точные границы калмыцких кочевий и было запрещено селиться на калмыцких землях посторонним лицам. Что, однако, не останавливало крестьян-переселенцев в поисках лучшей доли.
Характерной чертой стихийных переселений первой половины XIX в. является отсутствие среди переселенцев крепостных крестьян, что объяснялось разностью наказания: государственных крестьян, при благоприятных
обстоятельствах, могли и оставить на месте переселения, крепостным же грозила возвращение и расправа помещиков.
На первом этапе крестьянское население увеличивалось медленно, что являлось следствием ограничивающих указов, запрещавших посторонним селиться на калмыцких землях. Поэтому переселенческое население Калмыкии увеличилось в основном за счет нелегальных переселений. При этом, отношение правительства к ним нельзя назвать последовательным: вначале оно выступает против самовольных переселенцев, но, по мере устройства их на новом месте, легализует созданные поселения. Астраханская и Кавказская палаты государственных имуществ оказывают большую поддержку государственным переселенцам, решая проблему прибы-вающих за счет раздачи калмыцких земель. В то время как призванный защищать интересы номадов «Совет калмыцкого управления» не в состоянии отстоять их интересы, проявить должной твердости, что привело к со-кращению территории калмыцких кочевий и возникновению пересе-ленческих сел.
С конца 40-х гг. XIX века переселенческий процесс переживает период подъема. Что выразилось в политике правительства, направленной в сторону организации переселений государственных крестьян, которые теперь получают легальную возможность для обустройства на калмыцких землях. Изменилась и политика в отношении самовольных переселенцев: если раньше для легализации было достаточным их успешное устройство, то теперь это стало возможно только при условии оседания на выбранных под заселения местах. Таким образом, легализация положения данной категории крестьян показало бессилие правительства остановить самовольные переселения, с одной стороны, и ее желание ввести стихийное переселении в систему правительственной колонизации.
В развитии переселенческой деревни в Калмыцкой степи середины XIX в. большую роль сыграл указ «О заселении дорог на калмыцких землях Астраханской губернии», изданный 30 декабря 1846 г. и адресованный министру Государственных имуществ, в ведении которого волжские калмыки. В
о
Щ SCIENCE TIME Щ
соответствии с ним у дорог, проходивших через калмыцкие улусы, предлагалось основать 44 станицы при 520 семьях государственных крестьян и калмыков всех сословий. При этом, крестьянину полагалось 30 десятин земли, освобождение от уплаты налогов на во-семь лет, пособие в 35 рублей [1, с.66]. Калмыкам также предполагалось денежное пособие и право пользования общими улусными пастбищами: нойонам - 1500 дес. на душу мужского пола, аймачным зайсангам -по 400, безаймачным - по 200, калмыкам-простолюдинам - по 30 дес. Земли [2, с.725]. Этот указ не только имел целью склонить калмыков к оседлости, но и отвечал интересам и нуждам государства, так как к этому времени в России остро встал вопрос о земельном устройстве государственных крестьян.
Реализация указа возлагалась на Астраханскую Комиссию по заселению калмыцких дорог под руководством Главного попечителя калмыцкого народа К.А. Олениным, а затем и М.И. Тагайчиновым, в задачу которой и входило создание станиц, состоящих в основе своей из выходцев из Таврической, Черниговской, Полтавской, Харьковской, Курской, Тульской, Тамбовской, Саратовской губерний.
Уже в 1849 г. в них проживало 330 крестьянских семей, но в целом калмыцкое население без особого желания переходило в станицы, часто покидая их [3, с.86]. На данное время основные цели, как создание надежных сторожевых пунктов на опасных степных дорогах и обособление калмыцкого населения, не были достигнуты, здесь не помогали ни льготы, ни награды, то министерство государственных имуществ в 1850 г. рекомендовало Комиссии разрешить не ограничивать при заселении станиц русско-украинским крестьянством. Предлагалось использовать при заселении и «самовольных переселенцев», осевших в Аст-раханской губернии.
Согласно отчету статистического отдела Департамента сельского хозяйства от 1855 г. «Заселение дорог в Калмыцкой степи» было основано 23 станицы -Плодовитая, Абганерово, Тундутово, Садовая, Обильная, Киселева, Заветная, Торговая (Зегиста), Ремонтная, Крестовая, Кормовая, Приютная, Дивная, Хошеутовская, Княжеская, Удачная, Благодатная, Оленичева, Промысловая, Яндыковская, Караванная, Урожайная, Величавая, с 1387 семьями переселенческих крестьян и 245 семьями калмыков. И если крестьяне распределялись по станицам компактно, то калмыцкие поселенцы были представлены в них неравномерно, а в некоторых их вообще не было.
Большего в реализации указа 1846 г. достигнуть не удалось, тем более, что освоение поселений у калмыцких дорог проходило очень сложно. Переселенцы, как и местное кочевое население, часто оставляли поселения более пригодных к земледельческой жизни мест. Некоторые возвращались в места прежнего проживания. Да и само правительство в данном вопросе не учитывало всей специфики степного кочевого региона, что отталкивало калмыков-номадов от
о
Щ SCIENCE TIME Щ
участия в организации поселений у дорог и проживания в них. Н.Н. Пальмов отмечал, что даже калмыцкая беднота, «когда существование становилось ей совсем невмочь, предпочитала искать заработок на стороне, - она
преимущественно шла на рыболовные промыслы, куда дорога была показана ей с давних пор» [4, с.32].
Второй этап основания в регионе переселенческой деревни выпадает на 60е гг. XIX столетия. Кумо-Манычской экспедиции, проводившей в 1860-1861 гг. научное и хозяйственно-статистическое исследование Калмыцкой степи, было поручено выбрать места под поселки вдоль Крымского тракта. Не ожидая быстрого их заселения калмыками, правительство сразу обратилось к крестьянам Воронежской, Екатеринославской и Курской губерний. Однако в дальнейшем выяснилось, что заселение Крымского тракта препятствует перекочевке кочевников-калмыков с зимних пастбищ на летние. Да и сами переселенцы-крестьяне желали селиться только в ергенинской части пролегания Крымского тракта [1, с.71].
Наибольшего развития здесь получили шесть населенных пунктов: Улан Эрге, Кюрюльта (Вознесеновка), Элиста, Кише, Шандаста (Богородское) и ° Булгун Сала (Ново-Троицкое, Троицкое) [5, лл.183-184]. По ведомости 1889 г. в Кише насчитывалось 40 дворов, Булгун Сале - 42, Улан-Эрге - 46, Кюрюльте -53, Элисте - 84 и в Шандасте - 90. Всего же перепись 1897 г. показывает 355 дворов в поселках Крымского тракта при 5102 человек православного населения и 93 калмыках-буддистах [1, с.76].
Нельзя забывать, что в Калмыцкой степи имелись и русско-украинские поселения, которые возникли без каких-либо указов и предписаний, т.е. стихийно. Например, выходцы из Астраханской, Саратовской, Пензенской, Симбирской, Казанской и Воронежской губерний основали на побережье Каспийского моря поселок Лагань, долгое время входивший в разряд самовольных поселений [1, с.82]. В 1894 г. в поселении насчитывалось 160 дворов, в которых проживало 604 человека. Официально же населенный пункт был признан только в начале XX в. утверждением астраханским губернатором сельского старосты.
В 1884 г. также без указов и предписаний в кочевьях Большедербетовского улуса Ставропольской губернии, в нижнем течении Малой Джалги, крестьянами Таганрогского округа было основано поселение Яшалта (село Соленое): «в числе... пятидесяти семейств... не только остались на захваченном ими месте и образовали поселок. Яшалта., но, совершенно уже на законном основании, получили в надел из свободной калмыцкой земли две слишком тысячи десятин и не в далеком будущем ожидают получить еще около шести тысяч десятин, о чем усиленно и ходатайствуют» [6, с.34]. В 1893 г. в нем насчитывалось 169 дворов и проживало: коренных 1222 человека.
о
Щ SCIENCE TIME Щ
Переселенцы-крестьяне, выходцы из южных и центральных губерний Российской империи оседало и в торговых местах Калмыцкой степи. В частности, в 1879 г. ими, с разрешения Управления калмыцким народом (УКН) в урочище Яшкуль Икицохуровского улуса, в месте перекрещивания торговых и скотопрогонных дорог, было основано поселение Яшкульский Базар.
К концу века в нем прожи-вало 17 семей русских торговцев в 100 человек и постоянно находилось около 60 калмыцких ки-биток, население которых занималось сенокошением, посредничеством при меновой торговле и доставкой продуктов [7, лл.21-22]. С целью развития торгового дела местные власти освободили до 1886 г. поселенцев Яш-кульского Базара от всех налоговых обложений.
Другим значительным торговым местом Калмыцкой степи являлся поселок Калмыцкий Базар на территории Хошоутовского улуса Астраханской губернии.
По Всероссийской переписи 1897 г. Калмбазар обозначен как поселок с населением в 1260 человек. Причем только половина из них - 652 человека -числилось православным, остальные были буддистами и мусульманами [8, лл.124-157].
Таким образом, и это оседлые поселение Калмыцкой степи можно отнести О к очагам формирования многонациональных групп населения калмыцких кочевий, а сама русско-украинская переселенческая деревня, состоявшая из различных социальных слоев, шла потоками из более чем из десяти губерний Российской империи и одной казачьей области. Процесс ее переселения проходил в несколько этапов и имел разные пути проникновения в степь. Переселенцы оседали и при торговых центрах Калмыцкой степи, улусных ставках и в местах почтовой службы. Они находилось в тесном контакте с коренным населением калмыцких кочевий, что открывало широкий путь к взаимопроникновению хозяйственных, культурных и бытовых элементов между калмыцкими и переселенческими обществами, способствовавшие слому перегородок национальной хозяйственной замкнутости, установлению тесных дружественных связей между представителями групп различных национально стей.
Литература:
1. Борисенко И.В. Русско-украинская переселенческая деревня Калмыцкой степи: пути возникновения и развития (середина XIX в. — 1917 г.) // Социальноэкономическое и политическое положение крестьянства Калмыкии в дооктябрьский период. Элиста, КНИИЯЛИ, 1989.
2. Полное собрание законов Российской империи, с 1649 года. Собрание II. Том XXI. 1781 - 1783. СПб.: Печатано в Типографии II Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, 1830. №2 20758.
78
а
о
Щ SCIENCE TIME Щ
3. Горяев М.С. Вовлечение Калмыкии в общественно-экономическую систему Российской империи (последняя треть XVIII - конец XIX века). Элиста, 2013.
4. Пальмов Н.Н. Обоседление калмыков и русская эмиграция в Калмыцкую степь // Калмыцкая область. -1925.- № 2.
5. Российский государственный исторический архив. Фонд 380. Опись 1. Дело 190.
6. Дуброва Я.П. Быт калмыков Ставропольской губернии до издания закона 15 марта 1892 года. Элиста, 1998.
7. Национальный архив Республики Калмыкия. Фонд 9. Опись 1. Дело 219.
8. Национальный архив Республики Калмыкия. Фонд 12. Опись 1. Дело 15.
о
о
79
а