DOI: 10.24412/2076-1503-2022-2-176-179 ДИКИВСКИЙ Орест Александрович,
NIION: 2018-0076-2/22-456 магистр, аспирант Института
MOSURED: 77/27-023-2022-2-655 законодательства и сравнительного правоведения
при Правительстве Российской Федерации, помощник нотариуса, временно исполняющий обязанности нотариуса, e-mail: orest555@bk.ru
ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ВЛИЯНИЯ ПРОЦЕССА КОНВЕРГЕНЦИИ НА ПРАВОВОЕ РАЗВИТИЕ (НА ПРИМЕРЕ АДМИНИСТРАТИВНОГО ПРАВА)
Аннотация. Исследуется роль правовой конвергенции в развитии системы российского права в целом и отрасли российского административного права, в частности. Отмечаются два основных фактора такого влияния - экономический и организационно-правовой. Автор приходит к выводу о том, что международно-правовая конвергенция как вид правовой конвергенции позволяет формировать в структуре отрасли административного права новые нормативно-правовые комплексы: интегративные подотрасли и интегративные институты современного российского административного права.
Ключевые слова: правовая конвергенция, правовая интеграция, международное право, система и структура административного права, интегративные подотрасли административного права, интегративные институты административного права.
DIKIVSKY Orest Alexandrovich,
Master's degree, postgraduate student of the Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation, notary assistant, acting notary
THE MAIN DIRECTIONS OF THE INFLUENCE OF CONVERGENTION
ON LEGAL DEVELOPMENT
Annotation. The role of legal convergence in the development of the system of Russian law in general and the branch of Russian administrative law in particular is investigated. Two main factors of such influence are noted - economic and organizational and legal. The author comes to the conclusion that international legal convergence as a type of legal convergence makes it possible to form new regulatory complexes in the structure of the branch of administrative law: integrative sub-sectors and integrative institutions of modern Russian administrative law.
Key words: legal convergence, legal integration, international law, system and structure of administrative law, integrative sub-branches of administrative law, integrative institutions of administrative law.
В современных условиях в праве, как и в окружающей социальной реальности, наблюдается серьезная трансформация, вызванная процессами глобализации и тех-нологизации, меняющими многие параметры правового регулирования [5, с. 31]. В последнее время возрос интерес к исследованиям проблем правовой конвергенции и правовой интеграции и форм их влияния на развитие российской правовой системы. Причем в некоторых случаях отмечаются и обратные тенденции в виде правовой дивергенции, которые также имеют определенное влияние на развитие и совершенствование системы и структуры современного российского
нормативного комплекса, выступающего в качестве компонента социально-юридического явления, определяемого иногда как право [1, с. 12-16]. Объективность процессов взаимодействия различных правовых систем, их взаимовлияния и взаиморазвития обусловлена комплексом факторов экономического, социально-политического и юридического характера, что не может не затрагивать внутреннюю структурную организацию отраслей современного российского административного права. Исследователи правовых проблем конвергенции отмечают, что она есть естественное и закономерное явление, имеющее место на различных исторических этапах становления пра-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 2 • 2022
вовых систем в разных регионах мира, получившее новый виток развития в эпоху глобализации [2, с. 1-7; 3, с. 6-10].
Активный рост взаимодействия системы международного права и отрасли российского административного права в настоящее время наблюдается и исследуется как в зарубежной юридической науке [4, p. 2062; 5, p. 18], так и в трудах отечественных ученых-правоведов [4, с. 29 - 35; 7, с. 5 - 8].
Например, немецкий ученый-правовед Е. Шмидт-Ассманн признает, что регулятивный характер отрасли административного права перестал обслуживать лишь государственный суверенитет и вышел за пределы его обеспечения [4, p. 2062]. Взаимодействие и взаимовлияние различных национальных правовых систем на протяжении длительного исторического периода способствовали дальнейшему их развитию как в целом, так и отдельных отраслей права. С.С. Алексеев справедливо подчеркивал, что правовая конвергенция оказывает значительное влияние на эволюцию правовых систем, в результате чего должно происходить «взаимное обогащение права в различных пределах и в конечном счете своеобразная интеграция в праве, при которой соединяются в единые правовые образования, в целостные юридические конструкции преимущества и достижения различных сфер права, разных систем» [4, с. 514].
Эти обстоятельства требуют дальнейшего исследования современных аспектов правовой конвергенции и правовой интеграции и их влияния на структурирование системы российского отечественного административного права.
В отечественной науке глубокое исследование проблем правовой конвергенции осуществил Ю.С. Безбородов [9], который определяет это явление как «процесс сближения национальных правовых систем, связанный с деятельностью правосоздающих субъектов в международном праве, проходящий на универсальном и региональном, многостороннем и двустороннем уровнях с использованием специфичных правовых универсализирующих методов и в разных формах, нацеленный на достижение единства и единообразия правового регулирования» [2, с. 6].
В развитие данного определения уместно упомянуть утверждение С.В. Швакина о том, что «результаты регулирования однотипных отношений в конвергирующих (или сближающихся) правовых системах схожи или различия между ними не существенны. По сути, когерентны должны быть и формы реализации права (правоприменение), и формы выражения объективного права (законодательство)» [1, с. 104]. Ценность данного мнения заключается в том, что правовая конвер-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 2 • 2022
генция касается не только деятельности право-создающего субъекта, т.е. реализации первой стадии механизма правового регулирования, но и субъекта правоприменяющего, а точнее праворе-ализующего, т.е. при осуществлении и иных стадий данного механизма.
Это положение, по нашему мнению, является принципиально важным, раскрывающим сущность правовой конвергенции. В науке высказываются и иные подходы к определению правовой конвергенции. Так, например, предлагается понимать ее как «исторически обусловленный объективный, закономерный, необратимый добровольный и (или) принудительный процесс унификации, универсализации, стандартизации, гармонизации и экспансии права национальных правовых систем государств и правовых семей» [1].
Сущность правовой конвергенции заключается в определенном процессе сближения различных правовых систем (международной и национальных или различных национальных) посредством формирования единого и (или) близких механизмов правового регулирования общественных отношений. Этот процесс осуществляется в определенных формах (как утверждает Ю.С. Безбородов, методах [2, с. 124 - 132]), образующих, по нашему мнению, содержание данного процесса. При всем различии подходов к определению содержания правовой конвергенции следует признать все же более правильным утверждение о том, что процесс правовой конвергенции осуществляется в определенных внешних и внутренних формах сближения различных правовых систем и, как следствие, в формировании новых нормативно-правовых образований в рамках этих правовых систем или одной из них.
При этом многообразие форм сближения правовых систем обусловлено потребностями формирования, как отмечают С.В. Кузнецов и В.И. Кузьменко, «общего правового поля, общего правового режима (экономического, финансового, таможенного, образовательного и др.) в территориальных пределах государств вплоть до унификации правовых норм» [3, с. 59].
Экономический фактор международно-правовой конвергенции выступает одним из ключевых, влияющих на иные факторы трансформации отрасли административного права. Именно потребности в развитии внешней торговли, расширении рынков товаров, работ и услуг, международной экономической интеграции влекут формирование двух основных форм сотрудничества государств - международного договора, а также создания и деятельности международных организаций. И хотя в основе создания международной организации лежит чаще всего международный
учредительный договор, данная форма международно-правовой конвергенции имеет самостоятельное значение [2, с. 538 - 541]. В конечном счете указанные формы международной конвергенции приобретают форму экономической и, как следствие, правовой интеграции [6, с. 13]. Международно-правовую интеграцию следует воспринимать как форму взаимодействия правовых систем, осуществляемого в определенных правовых формах, преследующего цели интеграции посредством объединения правовых систем и формирования наднациональных нормативных образований, а также формирования интеграционных образований системы национального права, основанных на единых принципах, стандартах, методах и средствах правового регулирования, определенных в учредительном акте интеграционного объединения.
Представляется, что международно-правовая интеграция является юридической формой реализации целей международного интеграционного объединения как организационной формы международной конвергенции.
Формирование экономических интеграционных объединений в современном глобализирующем мире - явление закономерное, вызванное потребностями развития капиталистической модели хозяйствования, обусловленной потребностью расширения товарных рынков. При этом такая интеграция носит как универсальный (например, ВТО/ГАТТ, ВТО/СТС), так и региональный характер (например, Европейский Союз, Евразийский экономический союз (ЕАЭС)). Международно-правовая универсальная и региональная интеграция оказывает, по нашему мнению, наибольшее влияние на процессы трансформации системы права и отрасли административного права. В рамках отрасли административного права и происходящих процессов региональной экономической интеграции осуществляется процесс региональной правовой интеграции, формирующей нормативно-правовые образования в виде интеграционных подотраслей и интеграционных институтов данной отрасли российского права [4, с. 40 - 47].
Так, в рамках структуры административного права в настоящее время вполне сформированы интеграционная подотрасль таможенного права, институт внешней трудовой миграции трудящихся государств - членов ЕАЭС, институт государственного управления в сфере транспорта, институт правового регулирования информатизации и цифровизации, технического регулирования, фармакологии и медицинской техники и др. Например, основой правового регулирования отношений в сфере таможенного дела являются Договор о Союзе, наднациональные акты, принимаемые
органами ЕАЭС, и, конечно, Договор о таможенном кодексе ЕАЭС от 11 апреля 2017 г., а также другие договоры, заключенные в рамках ЕАЭС либо с третьими странами в сфере таможенного дела. В соответствии с п. 13 Положения о Евразийской экономической комиссии важное значение в процессе формирования интегративной подотрасли таможенного права имеют решения Евразийской экономической комиссии, которая фактически выступает надгосударственным органом управления в сфере таможенного дела в таможенном союзе ЕАЭС.
Не обошли стороной эти тенденции и институт Особенной части административного права -институт государственного управления транспортом, информатизации и цифровизации, технического регулирования, фармакологии и медицинской техники и др. Процессы трансформации института государственного управления транспортом обусловлены инте- грационными процессами в рамках ЕАЭС.
В ст. 86-87 Договора о ЕАЭС были намечены планы формирования скоординированной (согласованной) транспортной политики, юридические основы которой нашли отражение в Протоколе о скоординированной (согласованной) транспортной политике, являющемся приложением № 24 к Договору о ЕАЭС, и Решении Высшего Евразийского экономического совета от 26 декабря 2016 г. № 19 «Об Основных направлениях и этапах реализации скоординированной (согласованной) транспортной политики государств - членов Евразийского экономического союза». В частности, предполагается создание единого транспортного пространства как совокупности транспортных систем государств - членов ЕАЭС, в рамках которой будут обеспечиваться беспрепятственное передвижение пассажиров, перемещение грузов и транспортных средств, их техническая и технологическая совместимость, основанные на гармонизированном законодательстве государств -членов ЕАЭС в сфере транспорта. Как видно из приведенного положения, одним из ключевых элементов единого транспортного пространства является формирование гармонизированного законодательства в сфере транспорта, основанного на приведенных выше интеграционных правовых актах и иных международных договорах, в которых участвуют государства - члены ЕАЭС. Формируемая таким образом нормативная общность в системе административного права государств - членов ЕАЭС в сфере управления транспортом характеризуется комплексом специфических признаков и свойств, дающих основание определить эту нормативную общность в качестве интеграционного института отрасли современного административного права России. Подобные тен-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 2 • 2022
денции имеют место и в иных сферах административно-правового регулирования общественных отношений, определенных договором о ЕАЭС.
В заключение следует отметить, что международно-правовая конвергенция осуществляется в различных формах, оказывает существенное влияние на развитие системы современного российского административного права, что привело к формированию в рамках данной отрасли новых, не известных ранее интегративных подотраслей и интегративных институтов административного права России.
Список литературы:
[1] Колюшин Е.И. Проблема конвергенции в конституционном (государственном) праве России // Конституционное и муниципальное право. -2018. - № 4. - С. 12-16.
[2] Безбородов Ю.С. Конвергенция: правовой и международно-правовой подходы к определению // Universum Juris. - 2016. - № 2. - С. 1-7.
[3] Клочкова Ю.А. Конвергенционные правовые системы как результат современной глобализации // Государственная власть и местное самоуправление. - 2001. - № 4. - С. 6 - 10.
[4] Smidt-Assmann E. The Internationalization of Administrative Relations as a Challenge for Administrative Law Scholarship // German Law Journal. - 2008. - Vol. 9. - № 11.
[5] Пашенцев Д.А. Основные направления и особенности развития законодательства в условиях цифровизации и перехода к новому техноло-
гическому укладу // Вестник МГПУ. Серия: Юридические науки. - 2021. - № 3. - С. 31 - 39.
[6] Пашенцев Д.А. Реформирование финансовой системы в контексте правовых реформ в России // Вестник Академии права и управления.
- 2014. - № 34. - С. 11 - 14.
Spisok literatury:
[1] Kolyushin E.I. Problema konvergencii v kon-stitucionnom (gosudarstvennom) prave Rossii // Kon-stitucionnoe i municipal'noe pravo. - 2018. - № 4. - S. 12-16.
[2] Bezborodov Yu. S. Konvergenciya: pravovoj i mezhdunarodno-pravovoj podhody k opredeleniyu // Universum Juris. - 2016. - № 2. - S. 1-7.
[3] Klochkova Yu. A. Konvergencionnye pravo-vye sistemy kak rezul'tat sovremennoj globalizacii // Gosudarstvennaya vlast' i mestnoe samoupravlenie.
- 2001. - № 4. - S. 6 - 10.
[4] Smidt-Assmann E. The Internationalization of Administrative Relations as a Challenge for Administrative Law Scholarship // German Law Journal. -2008. - Vol. 9. - № 11.
[5] Pashencev D.A. Osnovnye napravleniya i osobennosti razvitiya zakonodatel'stva v usloviyah cifrovizacii i perekhoda k novomu tekhnologich-eskomu ukladu // Vestnik MGPU. Seriya: Yuridich-eskie nauki. - 2021. - № 3. - S. 31 - 39.
[6] Pashencev D.A. Reformirovanie finansovoj sistemy v kontekste pravovyh reform v Rossii // Vestnik Akademii prava i upravleniya. - 2014. - № 34. - S. 11 - 14.
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 2 • 2022