Научная статья на тему 'Обязательство мены: истоки и развитие'

Обязательство мены: истоки и развитие Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

CC BY
214
56
Поделиться

Текст научной работы на тему «Обязательство мены: истоки и развитие»

Обязательство мены: истоки и развитие

М. А. Ковалева

Договор, направленный на обращение вещей, на переход их из одного хозяйства в другое, возник и получил распространение с появлением частной собственности. Этот договор вошел в широкое употребление еще до появления денег и представлял собой непосредственный обмен вещи на вещь, то есть мену (лат. регш^аио). Такой обмен соответствовал экономическим условиям общества, находящегося на стадии перехода от натурального хозяйства к меновому.

«Происхождение купли-продажи коренится в мене. Ибо некогда не было таких монет, когда не называли одно товаром, другое — ценой, а каждый в зависимости от надобностей данного времени и от характера вещей обменивал ненужное на нужное: ведь нередко бывает так, что предмет, который для одного является лишним, отсутствует у другого. Но так как не всегда совпадало так, чтобы у тебя было то, что нужно мне, а я, в свою очередь, имел то, что хочешь получить ты, то был выбран предмет, получивший публичную постоянную оценку; посредством передачи его в равном количестве устранили трудности мены. Этому предмету была придана публичная форма, и он приобрел распространение и значение не столько по своей сущности, сколько по количеству, причем перестали называть товаром то, что дает и та и другая сторона, а один из предметов стали называть ценой»1. Высказывание римского юриста Павла иллюстрирует историческую преемственность непосредственного обмена товара на товар как первичной формы ме-

Ковалева Мария Алексеевна — старший научный сотрудник ИЗиСП.

1 Памятники римского права. Дигесты

Юстиниана. М.: Зерцало, 1997. С. 440.

новых сделок и пришедшего ему на смену немедленного обмена товара на деньги (купля-продажа за наличные). Постепенно возникает также договор, по которому немедленной передачи товара, с одной стороны, цены — с другой, могло и не быть, то есть стороны принимают на себя взаимные обязательства: одна — передать товар, другая — уплатить за него цену.

В Институциях Гая упоминается следующее: «Закон XII Таблиц назначил тот же порядок для взыскания покупной суммы за жертвенное животное; равным образом введено взятие в залог против того, кто не представит наемной платы за то вьючное животное, которое кто-либо отдал внаймы, с целью полученные затем деньги обратить на жертвенный пир; затем цензорским законом предоставлена эта форма иска откупщикам государственных податей римского народа против лиц, обязанных по какому-нибудь закону платить пода-ти»2.

Из изложенного можно сделать вывод, что уже в эпоху XII Таб-; лиц была известна купля-продажа в кредит. Но в то время она была не консенсуальным контрактом, а напоминала реальные контракты (хотя и не принадлежала к их числу).

Однако отголоски того периода в ■ развитии римского права, когда денег еще не было и товар обменивался непосредственно на товар, были слышны еще долго. Так, юрист, Павел приводит спор сабиньянцев и прокульянцев: «Возникает сомнение, можно ли в настоящее время говорить о продаже, если в ней не участвуют монеты, например, если я дал тогу, чтобы получить туни-

2 Памятники римского права. Институции Гая. С. 124.

ку, Сабин и Кассий думают, что имеется (в этом случае) продажа и покупка, Нерва и Прокул — что имеется мена, а не покупка. Сабин пользуется свидетельством Гомера, который сообщает, что войско греков покупало вино на медь, железо и людей (рабов), и говорит об этом в следующих стихах:

Прочие мужи ахейские меной вино покупали:

Те за звенящую медь, за седое железо меняли,

Те за воловые кожи или за волов круторогих,

Те за своих полоненных»3. Павел признает более правильным взгляд прокульянцев и подкрепляет эту точку зрения таким соображением: если по договору вещь обменивается не на деньги, а на другую вещь, это не соответствует смыслу купли-продажи: «Как одно дело — продать, другое — купить, один — покупатель, другой — продавец, так и одно дело — цена, другое — товар; а при мене нельзя различить, кто покупатель, а кто продавец, и представления сильно различаются... так как при купле-продаже должна быть и цена, и вещь, то мена не может быть куплей-продажей, поскольку нельзя разобрать, какая из двух вещей — товар, какая — цена, а здравый смысл не позволяет, чтобы одна и та же вещь и продавалась, и была покупной ценой»4.

Дальнейшее развитие права привело к тому, что исполнившая сторона получила иск и для понуждения другой стороны к исполнению ее обязательства (то есть договорный иск).

Сторона, исполнившая свою обязанность по передаче вещи в собственность контрагента, в случае отсутствия ожидаемого предоставления от другой стороны требует удовлетворения своего интереса в

3 Памятники римского права. Дигесты Юстиниана. С. 440.

4 Там же. С. 477.

получении вещи. «Если я дам деньги, чтобы получить вещь, то это купля и продажа; если же я даю вещь, чтобы получить вещь, и так как установлено, что мена вещей не является куплей, то нет сомнений, что возникает цивильное обязательство и предметом соответствующего иска является не то, чтобы ты возвратил полученное, но то, чтобы ты был присужден к уплате моего интереса в получении вещи (если же я хочу получить обратно мое, то истребуется то, что дано, так же как происходит истребование того, что дано в силу известного основания, если основание отпало)»5.

В случае, если реальная оферта не привела к переходу собственности, другая сторона может потребовать исполнения обязанности, осуществив свое предоставление, или безнаказанно отказаться от исполнения. Подобным образом, если встречное исполнение не приведет к переходу собственности, кредитор сможет требовать полного (включая упущенную выгоду) удовлетворения своего интереса, а не просто возвращения отчужденной им ценности. Вот как прокомментировал подобную ситуацию Цельс: «Я дал тебе деньги, чтобы ты дал § мне (раба) Стиха; является ли этот ^ вид контракта областью купли и« продажи или же здесь нет никако- * го иного обязательства, как обяза- 5!

' а

тельства, возникшего в силу пре- ^ доставления и невыполнения. К это- ° му (последнему) я более склоняюсь.« И потому, если Стих умер, то я й могу истребовать то, что я тебе дал ^ за то, что ты дашь мне Стиха. Пред- £ ставь себе, что Стих является чу- £ жим, но ты его (мне) передал: я могу истребовать от тебя деньги, так как ты не сделал меня хозяином полученного (мною) раба; и наоборот, если Стих — твой раб и ты не хочешь дать обещания на случай его эвикции, то ты не ос-

5 Там же. С. 479.

вобождаешься от того, что я могу истребовать от тебя деньги»6.

Римский законник отказывается признать здесь договор купли-продажи из-за симметричности предоставлений в соответствии с проку-льянским подходом к вопросу о сущности купли. В связи с этим обсуждаются невозможность встречного предоставления и неисполнение. В первом случае, в отличие от купли-продажи, риск гибели вещи не переходит на «покупателя»: можно вернуть деньги несмотря на гибель товара в результате действия непреодолимой силы. Во втором — непризнание купли-продажи приводит к тому, что от лица, получившего деньги, требуется передача права собственности на товар, не обязательная при купле-продаже. В обоих случаях сторона, заплатившая деньги, управомочена на кондиционный иск об истребовании сделанного предоставления в связи с тем, что ожидаемое исполнение не последовало. Это рассуждение Цельса, по-видимому, и стало поводом для того, чтобы известный римский законник Арист направил ему письмо, в котором высказывает свою точку зрения на подобную ситуацию. «Но если дело не включается в какой-либо контракт, но остается сущность договора, то, согласно правильному ответу Ариста Цельсу, обязательство имеется. Например, я дал тебе вещь, чтобы ты дал мне другую вещь, дал (тебе вещь), чтобы ты что-нибудь сделал. Это является синаллагмой, и отсюда рождается цивильное обязатель-ство»7. Высказанное Аристом мнение, что такого рода договоры должны порождать цивильное обязательство и защищаться цивильным иском, получило распространение.

Однако сравнение с синаллагмой в данном случае не представляется удачным, поскольку именно для

6 Памятники римского права. Дигесты Юстиниана. С. 358—359.

7 Там же. С. 197—198.

синаллагматического договора нехарактерно, чтобы одна сторона уже исполнила свое обязательство, если она желает предъявить иск о понуждении другой стороны к исполнению, тогда как для рассматриваемой категории договоров это обстоятельство, наоборот, является необходимым условием иска.

Во II в. н. э., когда классическая система контрактов в римском праве еще не сложилась, договор мены (регш^аио) не нашел места в системе обязательств. В средние века он попал в разряд безымянных контрактов. В дальнейшем договор мены стали относить к сфере гражданско-правового регулирования, подчиняя его в основном положениям, регламентирующим договор купли-продажи. Соотношение договора купли-продажи и договора мены, в результате которого последний не поглощается обязательством купли-продажи, сохраняя свою самостоятельность, и, вместе с тем, подчиненное по отношению к купле-продаже положение в силу распространения на этот самостоятельный тип гражданско-правовых договорных обязательств многих (или даже всех) норм о договоре купли-продажи, дошло до наших дней и нашло отражение в | большинстве зарубежных законо- ^ дательств. Например, в Германском ~ гражданском уложении договор ме- * ны выделен в отдельный подраздел « (подразд. IV «Мена» гл. I «Купля- ^ продажа. Мена» разд. IV «Отдель- ° ные виды обязательств»), что сви- « детельствует о его самостоятель-й ном характере. Однако указанному ^ договору посвящена всего одна нор- £ ма, которая исчерпывается следу- £ ющим положением: «В отношении договора мены соответственно применяются положения о купле-про-даже»8.

Согласно Французскому гражданскому кодексу 1804 г. договор

8 Витрянский В. В. Договор мены // Вестник ВАС РФ. 2002. № 1. С. 70.

мены признавался самостоятельным договором, в силу которого стороны дают друг другу одну вещь за другую, и считался совершенным в силу лишь согласия, таким же способом, как купля-продажа (ст. 1702—1703). В том случае, если одна из сторон уже получила вещь в порядке мены, и если она затем докажет, что другая сторона не является собственником этой вещи, то она не может быть принуждена выдать вещь, которую обещала дать в обмен, но обязана лишь возвратить вещь, которую она получила (ст. 1704). Кодекс предусматривает, что стороне, у которой отобрана по суду вещь, полученная в порядке мены, предоставляется на выбор или истребовать по суду возмещения убытков, или требовать возвращения ее вещи (ст. 1705). В соответствии со ст. 1706 Французского гражданского кодекса признание договора ничтожным по причине нанесения ущерба не имеет места по отношению к договору мены. Положения, регулирующие договор купли-продажи, применяются и к мене9.

Российское дореволюционное законодательство договору мены уделяло мало внимания, несмотря на то, что мена признавалась самостоятельным договором. Для мены движимых вещей закон не устанавливал никаких препятствий: «Мена движимых вещей оставляется на волю и взаимное согласие их хозя-ев»10.

Интересно, что в противоположность купле-продаже движимых вещей, для мены не требовалось, чтобы стороны в момент заключения соглашения имели право собственности на обмениваемые вещи. Иначе российское дореволюционное законодательство относилось к

9 См.: Французский гражданский кодекс 1804 г. / Пер. И. С. Перетерского. М., 1941. С. 364.

10 Свод законов Российской Империи. Пг., 1914. Т. 10. Ст. 1379.

мене недвижимости: с 1786 г. она была запрещена (за некоторыми исключениями). Это, по мнению ведущих российских цивилистов11 , объяснялось чисто фискальными причинами.

Многие известные ученые-правоведы обращались в своих трудах к исследованию правовой природы обязательства мены. Так, вопрос об отличии мены от купли-продажи был в центре внимания Д. И. Мейе-ра. «Мена, — писал он, — регламентируется договором, по которому одна сторона обязывается предоставить другой право собственности на какое-либо имущество, но с тем, чтобы и другая сторона передала ей право собственности на какое-либо имущество, не состоящее в деньгах. Это последнее условие именно и отличает мену от купли-продажи»12.

Г. Ф. Шершеневич, напротив, подчеркивал сходство между договорами мены и купли-продажи: «Тот и другой договоры служат цели экономического обмена. С точки зрения экономической каждая купля-продажа представляется меной, потому что вещь обменивается на деньги, чтобы потом деньги обменять на вещь»13.

В. В. Витрянский отмечает, что во всех последних кодификациях гражданского права применительно к договору мены просматриваются четкие тенденции, направленные: во-первых, на подтверждение самостоятельного характера договора мены наряду с договором купли-продажи; во-вторых, на расширение круга специальных правил, предназначенных для регулирования договора мены и исключающих тем самым действие в отношении данного договора соответ-

11 См., например: Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. М.: Спарк, 1997. С. 329.

12 Мейер Д. И. Русское гражданское право: В 2 ч. Ч. 2. М.: Статут, 1997. С. 222.

13 Шершеневич Г. Ф. Указ. соч. С. 328.

ствующих норм, регламентирующих договор купли-продажи14.

В настоящее время в российском праве основным нормативным актом, регулирующим отношения, возникающие в связи с обменом имущественными объектами, является Гражданский кодекс РФ. Непосредственно договору мены посвящены всего пять статей (ст. 567— 571), составляющих гл. 31 ГК. Вместе с тем п. 2 ст. 567 предусматривает субсидиарное применение к договору мены правил гл. 30 ГК РФ о купле-продаже, если это не противоречит ст. 567—571 Кодекса и существу мены. Отсутствие в современном российском гражданском законодательстве самостоятельного подробного регулирования договора мены соответствует сложившимся международным традициям. Анализ предшествующего российского и современного зарубежного законодательства наглядно показывает, что детально обычно регулируется договор купли-продажи, а сходство правовой природы купли-продажи и мены обусловливает возможность применения к последней соответствующих норм, касающихся купли-продажи. Однако отметим, что по сравнению с прежним российским законодательством правовое регулирование договора мены расширилось.

В ГК РСФСР 1922 г. договору мены были посвящены две статьи (ст. 206 и 207), составляющие самостоятельную главу (гл. V «Мена»). Согласно ст. 206 «по договору мены производится между сторонами обмен одного имущества на другое.

14 См.: Витрянский В. В. Указ. соч. С. 70.

Каждый из участвующих в мене считается продавцом того, что дает в обмен, и покупателем того, что выменивает». Статья 207 определяет, что к договору мены применяются соответствующие правила о купле-продаже.

В ГК РСФСР 1964 г. мене посвящена всего одна статья (ст. 255), составляющая гл. 22 «Мена». По существу данная статья является почти дословным повторением нормы о мене, содержащейся в Кодексе 1922 г., однако добавлено еще одно положение, согласно которому договор мены, в котором одной или обеими сторонами являются государственные организации, может быть заключен лишь в случаях, предусмотренных законодательством Союза ССР и РСФСР.

В современном российском гражданском праве договор мены представляет собой гражданско-правовой договор, по которому каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороне один товар в обмен на другой (п. 1 ст. 567 ГК РФ). Таким образом, очевидно, что данный договор направлен на возмездную передачу имущества от одного собственника к другому. Каждая из сторон выступает в качестве продавца передаваемого другой сто- § роне товара и в качестве покупа-^ теля товара, получаемого взамен. ~ Поэтому к договору мены применя- * ются соответственно нормы о куп- « ле-продаже, содержащиеся в гл. 30 ^ ГК РФ (ст. 454—566), если это не ° противоречит правилам о договоре | мены и существу обязательств, воз- й никающих из данного договора15. ^

Л

15 См.: Пункт 2 ст. 567 ГК РФ. |