Научная статья на тему 'О ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ПРЕДЕЛАХ СРЕДНЕВЕКОВОГО КУМЫКСКОГО ГОСУДАРСТВА И ЕГО ЭТНОСОЦИАЛЬНОМ И ОБЩЕСТВЕННОМ РАЗВИТИИ В ПОЗДНЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ (ДО XVIII В.)'

О ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ПРЕДЕЛАХ СРЕДНЕВЕКОВОГО КУМЫКСКОГО ГОСУДАРСТВА И ЕГО ЭТНОСОЦИАЛЬНОМ И ОБЩЕСТВЕННОМ РАЗВИТИИ В ПОЗДНЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ (ДО XVIII В.) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
59
17
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «О ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ПРЕДЕЛАХ СРЕДНЕВЕКОВОГО КУМЫКСКОГО ГОСУДАРСТВА И ЕГО ЭТНОСОЦИАЛЬНОМ И ОБЩЕСТВЕННОМ РАЗВИТИИ В ПОЗДНЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ (ДО XVIII В.)»

Г.-Р.А.-К. Гусейнов

О территориальных пределах средневекового Кумыкского государства и его этносоциальном и общественном развитии в позднем средневековье (до XVIII в.)

В 1443 г. практически одновременно с захватом Перекопа в Крыму Хаджи-Гиреем, кумыки обретают свою независимость и избирают Шаухал-хана из рода Тукатимуридов, правивших с 1398 г. Это происходит после прекращения в 1396 г. первой чингизидской династии, восходившей к Менгу-Тимуру [Гусейнов, 2009, с.62].

Само Кумыкское государство, первоначально известное как «Кумук хакимиет», с ХУ1 века именуется «Вилайет Дагестан» [Ханмурзаев, Идрисов, 2008, с.123], и в нем, по доступным данным ХУ1-ХУ11 вв., в целом соблюдалась, видимо, как более древнее наследие тюркская удельно-лествиничная система наследования. Так, при верховном правителе-шамхале Чопане (1572-1589) -правнуке Будая I (1566-1567) его брат Тучилав (Джучилав, Меликутдин) Санджакбеги был правителем (Забити) Авара, а сын шаухала Будая I, погибшего вместе с двумя своими братьями во время похода на Кабарду в 1566/1567 г., Алибек стал основателем Кази-Кумукского владения. После Чо-пана власть перешла его сыну Сурхаю II (1589-1609), затем другому его сыну Гирею I (1609-1614) и их брату Андию (1614-1623). Андий - сын Сурхая II Эльдар (1623-1635), Эльдар - внук Чопана Айдемир (1635-1641), так как его отец чанка Султан-Махмуд - сын Чопана от неравного брака и родоначальник Засулакских князей - отказался от власти в его пользу. Следующим шамхалом становится Сурхай III (1641-1668) - сын Гирея I, и власть передается Будаю II (1668-1692) - внуку Сурхая II [Алиев, 2008, с.161, 162, 143, 102, 164, 175-176].

Территориальные пределы в XVI в.

В свете вышеизложенного, становится понятным почему после падения Астраханского ханства в 1556 г. турецкие источники ХУ1 века знают на Северном Кавказе только татарские страны Дешт-и-Кипчак, отождествлявшийся с Крымским ханством, включавшим также степную зону СевероЗападного Кавказа, и Дагестан. И соответственно в Османском реестре мусульманских владетелей Северо-Восточного Кавказа 1578-1586 гг. правитель Кумыкского государства шамхал (шавхал) Чо-пан титулуется аналогично статусу крымских ханов. Он именуется при этом «Dagistan Иак1ш1 и1и-8аиЬа1» («Дагестана владетель Великий Шавхал»), «Котик Нак^ Ши-8аиЬа1» («Кумыков владетель Великий Шавхал») и даже «Dagistan Komuk-Kajtag Нак^ Ши-8аиЬа1» («Дагестана кумыкско-кайтагский владетель Великий Шавхал»), и для него, как и владетелей Кабарды (Кабартай-Мирза), кумыкского Кайтака (Усуми) и Табасарана (Максуд), фирманы султана заверялись золотой печатью с его тугрой. В то же время среди других владетелей Северного Кавказа и Дагестана, именуемых посредством титулов более низкого разряда, упоминается «Чечен беги»1 при том, что в составленном не ранее конца ХУ! или начала ХУП века перечне податей, собиравшихся кумыкским шамхалом натурой практически со всего нынешнего Дагестана, Чечня (по-кумыкски - Мичикич), выплачивавшая по одному барану с семейства, являлась его мюльком - собственным уделом [Алиев, 2008, с.141-147]. Некоторые исследователи полагают, что тогда же под властью кумыкских владетелей находилась и плоскостная часть современной Ингушетии [Мамбетов, 1970, с.23].

О давности нахождения данной и прилегающих областей в составе Кумыкского государства еще в золотоордынскую эпоху может свидетельствовать надгробная эпитафия в предгорном кумыкском с. Верхний Дженгутай, в которой упоминается живший примерно в ХУ в. «Гирай-хан правитель Чечни и черкесской Горной области» [Эпиграфические, 1980, с.86, 116]. О том же говорит и сообщение ширванской (огузско-азербайджанской) хроники «Тарих Дагестан» ХIУ-ХУI вв., в которой впервые упоминается тюркский (огузский) по происхождению хороним Дагестан2 (досл. «горная

1 В этом случае речь, по всей видимости, должна идти об историческом центре соответствующей области - городище (городе) Чечень в районе нижнего течения р. Аргун в нынешней Чечне, известном с 1665 г. [Русско-чеченские, 1997 с.205], и названием, восходящим к терско-кумыкской (брагунской) диалектной форме [Гусейнов, 2000, с.29].

2 Данный термин ни местным арабской (К-ХГУ вв.) и региональной русской традициям ХУТ-ХУП вв. не был известен, но в то же время в грамотах, выданных русским послам в Грузию и Имеретию 1650-

страна») и под последним понимается территория «от вилайата Чаркас до города Шамах» (Азербайджан) [Гусейнов, 2007, с.5] в Ширване, т. е. практически весь Северный и Восточный Кавказ.

Северным соседом Кумыкского государства стало возникшее к 50-60-м гг. XV в., примерно в то же время, что и Кумыкское, Астраханское ханство, южные пределы которого проходили по Тереку или Каспию чуть далее реки Кумы, где Астраханское ханство граничило с Османской империей. Как указывал Матвей Меховский (1516 г.), они ограничивались «частью высокими горами Иберии и Албании». Кроме того, по мнению Фируза Керимзаде, русские на нижней Волге унаследовали от Астраханского ханства его конфликт с шамхалом из Тарку [Зайцев, 2006, с.55, 61, 243, 244, 139, прим.41]1.

Вместе с тем, по данным одних исследователей, южную границу Астраханского ханства составляло «море Каспий и часть большой горы Кокас, где она граничит с аланами..., с запада - черкесы, с севера - Кумания» (Франческо Тьеполо - 1560 г.). По мнению других (М.Г.Сафаргалиев), -она «шла по бассейнам рек Симура (видимо, Самура), Терека, Куры2 и Кубани.» [На стыке, 1996, с.513]. Причем к 1502 г., ко времени падения Большой Орды, территория Кумыкского государства простиралась на юге до Дербента [Ханмурзаев, Идрисов, 2008, с.123].

В дальнейшем, за участие во время турецко-иранской войны 1578-1579 гг. в походе турок в Ширван, принадлежавший Сефевидам, турецким султаном шамхалу Чопану был пожалован в качестве арпалыка «Сабуран санжагы», прилегавший к области Дербента с юга. Его брату Джучила-ву (Бурханетдину) - располагавшиеся еще южнее «Ахты и Ихыр санжагы», включенные затем в «Дербент вилаети» Османской империи [Алиев, 2008, с.142].

К истории западных территориальных пределов

Об этих, уже предварительно подвергнутых рассмотрению [Гусейнов, 2010а] пределах косвенным образом свидетельствует и известность среди тамг (ак)ногайцев тамги рода К(ъ)умук(ъ) [Баскаков, 1940, с.135, № 36], которая оказывается чрезвычайно близкой к известной тамге, воспроизведенной на анонимном пуле и дирхеме Менгу-Тимура 1266/1267 гг. из Крыма [Образование, 2008, с.224-225, илл.]. В свою очередь, не может не обратить на себя внимания близость известной таракъ(гребень)-тамги ханского рода Гираев из Крыма, основатель которой Тукатимурид Хаджи-Гирей происходит, по одной из версий, от Джанак-оглана, младшего брата Туй Ходжи оглана, отца Тохтамыша (Туй Ходжа - старший сын (хана) Кутлук (Туглу) Ходжи, старшего сына Кунчека, сына Сарича, четвертого сына Урунка, третьего сына Тука-Тимура [Селезнев, 2009, с.189]), к тамге на монетах Улуг Мухаммада.

Она совпадает с ханской тамгой обеих (акъ и къара) групп ногайцев, но не имеет в то же время родовой привязки у восточной части къараногайцев [Баскаков, 1940, с.134, № №26, 139, № 29]. Эта же таракъ(гребень)-тамга воспроизведена на гербе кумыкских брагунских ханов из рода Тай-мазовых [Выд. воин. Кум., 2009, с.43], родословная которых восходит к упоминаемому в 1396 году хану Борагану - «властелину Татартупа» (Верхнего Джулата) [Алиев, 2008, с.117, 196, табл.21].

Вышеупомянутый город Татартуп (Верхний Джулат) располагался по обеим сторонам р. Терек близ современного с. Эльхотово в Северной Осетии [Ист. нар. Сев. Кав. 1998, с.201], где и в дальнейшем, в 1666 г., Э.Челеби [Челеби, 1979, с.101-102] упоминает «множество хранителей-

1654 гг., в т.ч. адресованных владельцам различных северокавказских княжеств, а также иранскому шаху Аббасу, упоминаются Дагустан «Дагестан», Крмук «Владения кумыков», Кайдак; «Владения кайдаков», Чиркэс «Черкессия» [Хисамова, 1999, с.172]. Причем и в русском перевода письма (1653 г.) хана Шемахин-ского и владетеля Дербента говорится о том, что «высокоместный шевкал своего владенья дагыстанских людей доехав, взял и Кысытцой [Сунженский] городок разорил» (последний находился «меж Сунши реки и Терка на Кумыцкой земле») [Русско-дагестанские, 1958, с.189]. О достоверности этих сведений говорит и то, что еще до этого в письме Сурхая III и брата Айдемира Казаналпа Эндиреевского русскому правительству от 1652 г. отмечается также, что область Кысык на р.Сунже, близ впадения ее в Терек, куда были переселены в 1650 г. кумыки-брагунцы, выведенные из-под Эндирея, а до этого из Пятигорья и прилегающих областей Центрального Кавказа Султан-Махмудом (Султан-Мутом), характеризуется как «дагестанское (т.е. кумыкское) место» [Алиев, 2006б, с.79, 86].

1 Как считают И.И.Ханмурзаев, Ю.М.Идрисов (Ханмурзаев, Идрисов, 2008, с.133, прим.101), этот конфликт был обусловлен претензией правителей Астраханского ханства на наследие Большой Орды, отгонявшей в летнее время свои стада в долину реки Къой-Сув (в русских источниках «Овечья вода»), ныне Сулак в равнинном Дагестане.

2 Речь идет, по всей видимости, о реке Куре в нынешнем Ставропольском крае.

тюрбедаров, которые происходят из кумыков». Обращают на себя внимание и сведения Э.Челеби [Там же, с.99-100] о том, что «в очень древние времена» столицей падишахов Дагестана был традиционно отождествляемый с Верхним Джулатом-Татартупом и территориально более близкий к западным пределам падишахства Дагестан - город Ирак-Дадиан (Шехери-Татар). Отсюда, как и в эпоху Золотой Орды, когда центром северокавказского улуса Берке (1209-1266) стали Маджары [Селезнев, 2009, с.12, карта №1, с.56], было удобнее править всем краем, простиравшимся от Северо-Западного Кавказа до Дербента (см. выше).

Не случайно, еще в конце ХУШ века феодалы Чегемского ущелья Балкарии в обращении к русскому командованию упоминали, что некогда они платили подать Тарковскому Будай-шамхалу (он вместе своим братом Сурхаем пал в 1566/1567 г. «мучеником в сражении с кафирами» в попытке противодействовать строительству русской крепости в устье р.Сунжи [Эпиграфические, 1966, с.150-151, 209]), впадающей в Терек, и «платили даже до прибытия на нынешние места кабардинского народа» [Бегеулов, 2010, с.284]. В свою очередь, сведения кумыкского фольклора о сборе дани с кабардинцев [Гусейнов, 2009, с.78-79] подтверждаются историческими источниками.

Так, еще в 1635 г. имел место документированный случай сбора соответствующего ясака, когда шамхал Айдемир (1635-1641), предпринявший с этой целью поход в Кабарде на своих ясачных людей, убил кабардинского мурзу Клыча Саусланова «на его сабанах. А что было на сабанах его людей и лошадей и животины, и он де многих его людей побил, а иных в ясырство поймал, а лошадей и животину отогнал» [Каб.-русск. отн., 1957, с.39-40]. И в дальнейшем, в 1652 г., шамхал Сурхай и брат Айдемира Казаналп (правитель Эндирейского княжества (бийлика), в состав которого вошла после смерти шамхала Чопана в 1589 г. западная часть Кумыкского государства) в своем письме русской администрации указывали: «Все Черкасы исстари дагестанские и шевкаловы» [Алиев, 2006, с.86].

Причем, на надгробиях верховных кумыкских правителей-шамхалов и некоторых их перстневых печатях воспроизводится джучидская «бадами мухр» («миндальная печать»). Показательно, что наиболее ранний случай ее отражения имеет место, по нашему мнению, на датируемом 738 г.х. (1337 г.) намогильном памятнике некоего Хасана сына Ат.к.н... из ныне даргинского с. Кала-Корейш - столицы уцмиев Кайтага [Шихсаидов, 1984, с.77-80] и относится, как явствует из ее датировки, к эпохе хана Узбека.

Последний известный случай ее использования потомками вышеупомянутого шамхала Айде-мира - засулакскими князьями Айдемировыми из с. Эндирей - представителями ветви третьей (второй чингизидской) династии - в качестве печати для скрепления деловых бумаг имел место в 1858 г. Но при этом восьмиугольные растительные мотивы внутри подобных надгробных миндалевидных розеток «удивительным образом напоминают фигуру обнаруженного во время раскопок в Северном Дагестане хазарского медальона» [Гусейнов 2010б, с.80].

О карачи-беках (биях), миграции кумыков-брагунцев в Крым и их племенной структуре

Еще в золотоордынское время, с Центрального Кавказа, после разрушения в 1324 г. хулагуид-ским полководцем Чупаном их городов Верхний и Нижний Джулат кумыки-брагунцы (барыны) переселяются в Северное Причерноморье, составив основу населения будущего Крымского ханства [Гусейнов, 2010в, с.74-75]. Поэтому не исключено, что именно ими и была привнесена в пределы Крыма вышеупомянутая тамга, так как, по одной из версий, после завершения в 1242 году Западного похода монголов Батый выделил Тука-Тимуру улус, который включал в себя Мангышлак, Хаджи-Тархан и область асов на Северном Кавказе

К числу же свидетельств миграции предков кумыков-брагунцев в Крым следует отнести известный и кумыкам1 институт карачи-беков, который, по мнению одних специалистов, оформился в течение ХУ в. как форма контроля племенных беков над властью ханов-Чингизидов. Они «составляли непременный совещательный орган в поздней Золотой Орде, Крымском ханстве и Касимовском царстве» [Трепавлов, 2009, с.13].

1 При этом наиболее известными из них были карачи-беки (бии) из с. Эрпели, которые еще в середине ХПХ века считались «блюстителями всех кумыкских старинных обычаев» [Гаджиева, 1961, с.107]. Данное селение составляло особое владение (впервые упоминается в турецких документах 1581-1586 гг. [Алиев, 2008, с.107] и управлялось собственными правителями - карачи-беками. Название его свидетельствует, вероятно, о том, что речь идет об условном ненаследственном, в отличие, от частного мюлька, земельном владении, которое в турецкой традиции именовалось аграЪк [Алиев, 2004, с.27; Алиев, 2008, с.107, 107, прим.4, 142].

Причем, «в Крыму ханы приходили к власти при помощи князей сословий, называвшихся «Четырьмя Карачиями - Ширин, Барин, Аргун и Кыпчак». В результате «в Крымском ханстве, являющимся одним из наследников Золотой Орды, без согласия Карачи никто не мог взойти на престол» [Хайрунисса Алан, 2009, с.66-67].

Однако, по преданиям рода Мансур (потомки бея Мансура - одного из сыновей Эдиге, водворившихся в Крыму в 80-х гг. XV в.), записанным в начале XIX века, они относятся к числу дорт-карачи., включавшим «4 рода беев: 1-й Ширин, 2-й Мансур, 3-й Барын, 4-й Сиджиут». Но в дальнейшем родословных Сиджеутов и Барынов, последние из которых пришли в упадок ко времени утверждения русского владычества (в конце XVIII века), не было найдено или не сохранилось [Зайцев, 2009, с.206, 210, 211].

Обращает на себя внимание то, что ведущие свое происхождение от Дангы-бея (Тегиня) Ши-ринские как первый из семи бейских родов Крыма имеют, подобно его ханам, титул калги и нура-дина и были пожалованы ими ханской печатью Бадемы Мугыр [Зайцев, 2009, с.207-208, 283]. Она, как уже отмечалось, является принадлежностью рода Джучидов, а также кумыкских шамхалов и князей [Ханмурзаев, Идрисов, 2009, с.231]. Это позволяет предположить непосредственную связь Ширинских с участником похода Идегея на Русь зимой 1408 г. Тегиней (Дангы-беем), сыном Шиха - эмира Джучиева улуса. Менее вероятной представляется связь с Ширин-беком, старшим сыном хана Кепека, седьмого сына Токтамыша (умв.1405 г.). Он являлся (как и вторая, прекратившаяся в 1862 г. чингизидская династия кумыкских шамхалов [Гусейнов, 2009, с.60]) потомком в пятом колене Тука-Тимура - тринадцатого сына Джучи [Селезнев, 2009, с.170, 219].

Причем эль Ширин прибыл в Нижнее Поволжье из восточной части Дешт-и-Кыпчака вместе с Токтамышем, когда он занял престол Золотой Орды в Сарае. Кроме того, тамга этого рода [Акчу-рин, 2011, с. 192, (рис.), 193] совпадает с тамгой Крымшамхаловых в Карачае [Алиев, 2002/2003, с.73, рис.1] и обнаруживает близость к тамге, обнаруженной на скале у с. Эрстхой в Чечено-Ингушетии [Лавров, 2009, с.23, 44, №188]. Точнее, в Карабулаке, где в прошлом было представлено тюрко- (кумыкско)язычное население. Все это позволяет предполагать более позднее (в конце XIV - начале XV вв.) появление в Крыму Ширинов, нежели Барынов. К числу последних, вероятно, относятся эмиры Золотой Орды Баринтокту, который был казнен ханом Токтой в декабре 1292/1293 г. за поддержку Тула-Буки в его противостоянии с Ногаем, и Барын, нашедший и убивший в 1419 г. старшего эмира Золотой Орды - знаменитого Идигея [Селезнев, 2009, с.47, 86].

О том, что другая часть барынов-брагунцев осталась на Северном Кавказе, свидетельствует упоминание еще одного барына в договоре хана Бердибека с вененцианцами в 1358 г. - Сарай би (Sara bej), который мог быть не только «старшим эмиром», но и карача-беем (!), или другого барына - Сарай-бека, бывшего аталыком у сына хана Токтамыша Джалаладдина, служа другому его сыну - Кадыр-Берди. Один из них в качестве темника мог участвовать в летнем празднике 2 июня 1334г., который, по данным Ибн Баттуты, проводился ханом Узбеком в нынешнем Пятигорье -местности «Бишдаг» [Исхаков, 2011, с.21, 22, 23]1.

Что же касается Сиджеутов, то, по данным «Джами-ат-таварих» (1310/1311) Рашид-ад-Дина, «во времена Чингих-хана, в то время, когда он делил эмиров и войско между царевичами, он отдал из этого племени [сиджиут] Мунгэду-нойона Джочи-хану; в эпоху Бату тот ведал войском («левой руки» [Селезнев, 2009, с.133]). В настоящее время старший эмир, который у Токта, по имени Черкес, -из его рода» [Образование, 2008, с.77] («один из его потомков (возможно, сыновей) Черкес занимал ту же должность», будучи «старшим эмиром Джучиева улуса», «служил в период правления Токты» (1270-1313, правил с 1291) [Селезнев, 2009, с.133, 214, 179]). Разграничительной линией, отделявшей его войска от правого крыла, которым командовал Ногай, была р. Дон, причем другой Сиджиут -Алатай - способствовал воцарению Узбека после Токты (в 1313 г. до похода Чопана - см. выше). Все это позволяет предполагать, что Черкес распоряжался войсками, дислоцированными (до Дербенда Хазарского) на Северном Кавказе, который в персидской традиции того времени именовался Черкес,

1 Наименование «э.н.дж.ли» одного из участников этого праздника - наймана Кутлуг-Буги, который являлся с 1351 по 1357 гг. улуг-карачи-беком хана Джанибека [Исхаков, 2011, с.25-26], может быть возведено к кумыкскому ойкониму Ан(д)жи, известному до сих пор в районе Махачкалы, упоминаемому в эпоху араб-ско-хазарских войн VII-VIII вв. в качестве крепости и отложившемуся в названии кыпчакского племени Андж-оглы, передающемуся в древнерусских источниках как Анжиевичи [Гусейнов, 2002-2003, с.36-39]. Не исключено поэтому, что Кутлуг-Буга в указанное выше время находился как темник именно в этом городе, который мог быть опорным пунктом в борьбе Золотой Орды с Хулагуидами.

монгольской - Серкесут [Образование, 2008, с.22, 98], что и легло, надо полагать, в основу его имени. Сиджиуты вместе с барынами могли уйти в Крым, а о прошлом пребывании их рода на Центральном Кавказе может свидетельствовать их тамга, которая обнаруживает близость к одной из балкарских [Лавров, 2009, с.28, №741]. Она принадлежит роду Шахановых [Кудаев] - балкарских чанков - потомков тех же Крымшамхаловых от неравного брака [Баразбиев].

К числу последних, по данным «Османского реестра мусульманским владетелям СевероВосточного Кавказа» (1574-1586), мог относиться в 1582-1583 гг. «из Гаази-Мирз Карашай Мирза» или «Гаази-Мирза-бег», но он упоминается в числе ногайских мирз [Алиев, 2008, с.143, 143, прим.8-10]. Причем, появление в Карачае владетельной фамилии Крымшавхаловых, первый носитель которой Крымшавхал, прибывший в Баксан (точнее, наместник шамхала в этом регионе, родственно связанный с ним и в последующем изложении), женился на дочери прародителя карачаевцев Карчи, относится примерно к тому же времени, что и вышеупомянутый реестр. Известно, что первенцем Крымшавхала был Сайлар-бий, сыном Сайлар-бия - Девлет-Гирей, Девлет-Гирея - Бек-Мурза, последние два из которых умерли в 20-е гг. ХУП в. [Алиев, 2008, с.104].

Если отпустить, как это делает К.М.Алиев [2008, с.56], по 33 года жизни на три поколения (Крымшавхал - Сайлар-бий - Девлет-Гирей и Бек-Мурза) и вычесть полученную цифру из 1620-х гг., то получается первая четверть ХVI в., когда мог править Крымшавхал, принять во внимание упоминание в документах 1630-1640-х гг. сыновей Бек-Мурзы - вторая половина ХVI в. [Идрисов, 2009, с.176-177]. Причем имя прародителя карачаевцев Карча может восходить к титулу карачи-беков, но вышеупомянутое Караша отражает ногайское (с переходом -ч > -ш) произношение данного титула, если исключить его передачу через [ш] средствами арабской графики в турецком языке.

Распространение кумыками ислама на Западном Кавказе

Речь, возможно, идет в этом случае об одном из руководителей отрядов газиев в Карачае, где распространение ислама начинается со второй половины ХУП в. и осуществлялось в том числе и выходцами из Дагестана (Кумыкии). В числе первых из них был Али-эффенди (ХУП в.) - родоначальник распространенной карачаевской фамилии Алиевых [Ислам, 1998, с.42-43], шамхальской по происхождению [Алиев, 2008, с.47].

Обычно полагают, что «в Кабарде большая часть населения была обращена в ислам еще к ХУП в.», а «адыги и абазины в ХУ^ХУП вв. считались полухристианами-полумусульманами» [История народов, 1988, с.495]. Однако, согласно сведениям Г.-Ю.Клапрота, еще в начале ХК в. к черкесам, жившим «почти без религии; они. не имели ни мечетей, ни священников», приходили муллы из кумыкских селений Аксая и Эндери. Он же указывает, что те же черкесы «в письме пользуются обычно татарским (тюркским) языком, распространившимся по всему Кавказу», и «их муллы . отправляются учиться немного читать или писать к татарам из Табасарана или в Эндери», т.е. к носителям азербайджанского и кумыкского языков. Причем о том, какой язык мог изучаться в этом случае у «татар» из Табасарана и Эндери говорит то, что в 1836 г. черкесы «пользуются арабским алфавитом и пишут на татарском наречии, называемом «тюркю», которое среди них распространено» [Адыг, 1974, с.390].

Помимо отмеченного Э. Челеби (1666 г.) факта пребывания в пределах Крымского ханства кумыкского гарнизона на р. Дженджек (Большой или Малый Зеленчук), впадающей в Кубань, где и могла проходить в это время западная граница кумыкского Дагестанского падишахства1, следует принять во внимание другие его издания. Согласно им, на черкесское племя Бибердов, которые живут в междуречье Кубани и Джинджика/Инджика (р. Зеленчук), в силу того, что они не являются мусульманами, «иногда нападает Падишах Дагестана. Берет у них пленных, а также разные припасы». За р. Зол(ь)ка, стекающей с Эльбруса, «начинаются земли Тауистана», где «хутбы читают в начале на имя Дагестанского падишаха, а затем своего господина Кючюка Шакмана. Но настоящих мусульман

1 В 60-х гг. ХУШ в. кумыки еще продолжали пользоваться землями возле урочища Моздок в период основания здесь города-крепости, «содержа здесь свой скот и имея свои пашни», Вахушти Багратиони отмечает на «Карте Иберийского царства или всея Грузии» (1735 г.) практически те же пределы Кумыкского государства, что и в ХУ-ХУП вв. (см. в предшествующем изложении). Так, наряду с «Андреевцами» (Эндирей-ское владение) упоминаются «Дагистаны» (Тарковское шамхальство), покрывающие территорию нынешнего равнинного и предгорного Дагестана от реки Сулак и почти до Дербента, принадлежащее шамхальству ЛекТиса дагьистаниса «Леки Дагестана». Называются также «Чилдагистани», который покрывает большую часть южного Дагестана, а также «Табасараны» [Шахбанов, Тахнаева, 2011].

здесь мало». В дальнейшем путешественники «перешли лошадьми» р.Черек, «дальше дошли до большой реки Терек. на восток прошли еще 15 часов и дошли до реки Сунжа. Наконец-то наша нога вступила в мусульманскую землю Дагестана (выделено нами. - Г.Г.-Р ). Нас встретил дагестанский падишах Султан Махмут Шамхал Шах.» [Керменчиев, Големба, 2008, с.80, 82, 83].

Таким образом, у Э.Челеби речь идет о двух частях Дагестана в широком смысле слова, сюзереном которого был шамхал (падишах), - восточной, исключительно мусульманской, начинавшейся за Сунжей и простиравшейся до Дербента, и западной, где (см. выше) «настоящих мусульман. мало».

Список источников и литературы

Адыги, 1974 - Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов Нальчик, 1974. - 635 с.

Акчурин, 2011 - Акчурин М.М. Начальная генеалогия ширинских князей // Золотоордынское наследие. Материалы второй Международной научной конференции «Политическая и социально-экономическая история Золотой Орды». Казань, 2011. Вып.2. С.191-203.

Алиев, 2002/2003 - Алиев К.М. Тамга-знаки Дагестана. По материалам кумыков и их предков // Вести Кумыкского научно-культурного общества. Махачкала, 2002/2003. Вып.8-10. С.64-75.

Алиев, 2004 - Алиев К.М. Дорогою тысячелетий: Кумыки и их этнородственные связи. Махачкала, 2004. - 127 с.

Алиев, 2006 - Алиев К.М. Шаухалы Тарковские. Кумыкская аристократия. Махачкала, 2006. - 278 с.

Алиев, 2008 - Алиев К.М. Шамхалы Тарковские. Страницы кумыкской родословной. Махачкала, 2008. - 203 с.

Баскаков, 1940 - Баскаков Н.А. Ногайский язык и его диалекты. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1940. - 270 с.

Выд. воин. Кум., 2009 - Выдающиеся воины Кумыкии. Махачкала, 2009. - 102 с.

Бегеулов, 010 - Бегеулов Р.М. К вопросу о взаимоотношениях шамхальства в этнополитическими образованиями Центрального Кавказа (Х^-ХУП вв.) // Материалы Международой научной конференции «Энди-реевский владетель Султан-Махмуд Тарковский в истории российско-кавказских взаимоотношений» (вторая половина ХУ - первая половина XVII вв.). Махачкала, 2010. - С.282-287.

Гаджиева, 1961 - Гаджиева С.Ш. Кумыки. М.: Изд-во АН СССР. М., 1961.

Гусейнов, 2000 - Гусейнов Г.-Р.А.-К. Брагунцы и барсилы - 2 // Вести Кумыкского научно-культурного общества. Махачкала, 2000. Вып. 2-3.

Гусейнов, 2002-2003 - Гусейнов Г.-Р.А.-К. Об ойкониме Анжи // Вести Кумыкского научно-культурного общества. Махачкала, 2002-2003. Вып.8-10.

Гусейнов, 2007 - Гусейнов Г.-Р.А.-К. К предыстории распространения русского языка в Дагестане // Русский язык в истории и культуре народов Дагестана. Махачкала, 2007. С.5-18.

Гусейнов, 2009 - Гусейнов Г.-Р.А.-К. К генеалогии династии Джучидов на Северном Кавказе и Дагестане по историческим, лингвистическим и фольклорным данным (вторая половина ХШ - конец Х^ вв.) // Генеалогия народов Кавказа. Традиции и современность. Владикавказ, 2009. Вып.! С.60-64.

Гусейнов, 2010 -Гусейнов Г.-Р.А.-К. О западных пределах Кумыкского государства в период позднего средневековья (вторая половина XVI - конец XVII вв.). Чечня и Дагестан // Средневековые тюрко-татарские государства. Казань, 2010. Вып.2. С.240-245.

Гусейнов, 2010а - Гусейнов Г.-Р.А.-К. Заметки к генеалогии династии Джучидов на Северном Кавказе и Дагестане. Родословные и тамги // Генеалогия народов Кавказа. Традиции и современность. Владикавказ, 2010. Вып.П. С.78-82.

Гусейнов, 2010 - Гусейнов Г.-Р.А.-К. История древних и средневековых взаимоотношений языков Северо-Восточного Кавказ и Дагестана с русским языком. Махачкала, 2010. - 214 с.

Зайцев, 2009 - Зайцев И. Крымская историографическая традиция XV-XIX вв.: Пути развития. М.: «Восточная литература», 2009. - 304 с.

Идрисов, 2009 - Идрисов Ю.М. Из истории отношений кумыков с карачаевцами, балкарцами и ногайцами в ХУ-ХХ вв. // Тюрки Северного Кавказа: история, археология, этнография. М.: Эльбрусоид, 2009. С.172-191.

Ислам, 1998 - Ислам на территории бывшей Российской империи. Энциклопедический словарь. М.: Восточная литература, 1998. Вып.1. - 159 с.

История народов, 1988 - История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVШ в. М., 1988. - 544 с.

Исхаков, 2011 - Исхаков Д.М. Одно из важных наблюдений Ибн Батуты по внутренному устройству Золотой Орды // Золотоордынское наследие. Материалы Международной научной конференции «Политическая и социально-экономическая история Золотой Орды». Казань: Фолиант, 2011. Вып. 2. С.21-27.

Каб.-русск. отн., 1957 - Кабардинско-русские отношения в XVI-XVII вв. Документы и материалы. М.: Изд-во АН СССР, 1957. - ХУ+ 488 с.

Керменчиев, Големба, 2008 - Керменчиев С.Р., Големба М.Л. Черкесы и Кабарда. Миф о Канжальской битве. Пятигорск. 2008. - 226 с.

Лавров, 2009 - Лавров Л.И. Кавказские тамги. Нальчик: изд. М. и В.Котляровых, 2009. - 86 с.

Мамбетов, 1970 - Мамбетов Г.Х. К вопросу о взаимоотношениях Кабарды и Балкарии с Чечней и Ингушетией в ХVI-XVП вв. // Вестник Кабардино-Балкарского НИИ. Нальчик, 1970. Вып.4. С.16-47.

Образование Золотой Орды. источники по истории Золотой Орды / сост., вступ. ст., комм., указ. М.С.Гатина, Л.ФАбзалова, А.Г.Юрченко. Казань: Татар. кн. изд-во, 2008. - 479 с.

Русско-дагестанские, 1958 - Русско-дагестанские отношения ХУЛ - первой четверти ХУШ вв. Сборник документов. Махачкала, 1958.

Русско-чеченские, 1997 - Русско-чеченские отношения. Вторая половина ХУ - ХУЛ вв. Сборник документов. М.: Восточная литература, 1997

Селезнев, 2009 - Селезнев Ю.В. Элита Золотой Орды. Казань: Фэн, 2009. - 232 с.

Трепавлов, 2009 - Трепавлов В.В. Джучиев улус в ХУ-ХУ вв.: инерция единства // Золотоордынское наследие. Материалы Международной научной конференции «Политическая и социально-экономическая история Золотой Орды». Казань: Фэн, 2009. С.11-15.

Хайрунисса Алан, 2009 - Хайрунисса Алан. Верховная власть в Золотой Орде и появление карачи-биев // Золотоордынское наследие. Материалы Международной научной конференции «Политическая и социально-экономическая история Золотой Орды». Казань: Фэн, 2009. С.59-67.

Ханмурзаев, Идрисов, 2008 - Ханмурзаев И.И., Идрисов Ю.М. Проблема образования средневекового кумыкского государства Шаухальства в контексте политического наследия улуса Джучи на Северном Кавказе // Золотоордынская цивилизация. Казань: Фэн, 2008. С.122-136.

Челеби, 1979 - Челеби Эвлия. Книга путешествий (Извлечения из сочинения турецкого путешественника ХУЛ в.). М., 1979. Вып.2. - 288 с.

Шахбанов, Тахнаева, 2011 - Шахбанов М., Тахнаева П. С волком на знамени // Новое дело. 2011. 14 января. № 1.

Хисамова, 1999 - Хисамова Ф.М. Татарский язык в восточной дипломатии России (ХУ - начало ХК вв.). Казань: Мастер-Лайн, 1999.

Шихсаидов, 1985 - Шихсаидов А.Р. Эпиграфические памятники Дагестана. М.,1985. - 462 с.

Эпиграфические, 1966 - Эпиграфические памятники Северного Кавказа. М.: Наука, 1966. Ч1. - 300 с.

Эпиграфические, 1980 - Эпиграфические памятники Северного Кавказа. М.: Наука, 1980. Ч.Ш. - 168 с.

Баразбиев - Баразбиев М.И. Предания о происхождении балкарско-карачаевского сословия Чанка [Электронный ресурс] // http://archivesjourna1.ru/?p=63 (Дата обращения - 17.04.2012).

Кудаев - Кудаев М.Ч. Карачаево-балкарская этнохореография и символика [Электронный ресурс] // http://www.e1bmsoid.org/1ibrary/ethnography_and_history/362146/ (Дата обращения - 17.04.2012).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.