А.В. БЕЛОВ, Л.П. СОКОЛОВА
НОВАЯ ОБЗОРНО-СПРАВОЧНАЯ КАРТА РАСТИТЕЛЬНОСТИ БАЙКАЛЬСКОГО
РЕГИОНА
Институт географии им. В.Б. Сочавы СО РАН 664033, г. Иркутск, ул. Улан-Баторская, 1, belov@isc.irk.ru
Байкальский регион представляет собой обширный и сложный географический регион, центральным звеном которого является уникальное природное образование - озеро Байкал, признанное ЮНЕСКО в качестве объекта всемирного природного наследия. Территория Байкальского региона (рис. 1) располагается в центре Азии, связывая два ее субконтинента - Северную и
Центральную Азию. Субконтинент Северной Азии представлен природными районами юга Восточной Сибири в границах Российской Федерации, а также частично северными районами Монголии. Центральная Азия представлена природными районами северной, центральной и южной Монголии. Помимо природного единства Байкальского региона, определяемого циклональными атмосферными и гидрологическими стоковыми процессами, обеспечивающими функционирование уникальной экосистемы озера Байкал, он характеризуется общностью эволюционных природных и биогеографических процессов. Здесь располагаются рубежи нескольких крупных физико-географических и биогеографических областей. Все это традиционно привлекает внимание фундаментальной географической и биологической науки к этому региону. И, естественно, большое внимание в настоящее время уделяется картографическому изучению растительности региона, как ведущего компонента природной среды.
Основные этапы картографирования растительности юга Восточной
Сибири
Обзорно-справочное мелкомасштабное картографирование юга Восточной Сибири, региона Российской Федерации, который в настоящее время более известен как Байкальская Сибирь, имеет свою историю. Она прямо связана с принятой в 60-х годах прошлого столетия стратегией комплексного освоения природных ресурсов восточных и северных регионов страны. Освоением предполагалось охватить значительные по площади сибирские регионы, что потребовало на стадиях прогнозирования и планирования хозяйственной деятельности большого количества научной информации, необходимой для решения крупных ресурсных и экологических проблем.
Среди множества задач, выдвинутых стратегией освоения новых территорий, особое место отводилось изучению растительности этих регионов и как источнику разнообразных растительных ресурсов, и как важному компоненту
Рис. 1. Географическое положение Карты растительности Байкальского региона (м. 1 : 2 500 000).
природных комплексов, определяющему многие режимы их функционирования. В качестве главного направления исследований было картографирование растительности, т.к. геоботаническая карта открывала возможности выявления особенностей пространственной структуры современной растительности.
В то время единственным картографическим материалом по растительности сибирских территорий, и соответственно Байкальского региона, была обзорно-справочная Геоботаническая карта СССР в масштабе 1 : 4 000 000, созданная в БИН АН СССР в 1954 г. под редакцией Е.М. Лавренко и В.Б. Сочавы (Геоботаническая карта, 1954). Эта карта, несмотря на ее несомненные методические достоинства, уже не отвечала запросам практики по специальным информационным характеристикам. Необходимы были новые картографические обобщения накопленных разрозненных геоботанических данных, проведение специального картографирования растительности, опирающегося на обновленную методологию.
Первое мелкомасштабное картирование растительности Иркутской области в масштабе 1 : 2 000 000 было осуществлено группой специалистов Лаборатории ботаники Восточно-Сибирского филиала СО АН СССР под редакцией Л.И. Номоконова (Номоконов, 1962). Эта карта растительности была издана в составе комплексного Атласа Иркутской области в 1962 г. Легенда этой карты была построена на основе структурно-ценотической классификации растительности и включала 42 номера. Она подробно для своего масштаба отразила основные географические и структурно-ценотические особенности растительности большого и сложного региона, каким является Иркутская область. Эта карта хорошо вписалась в комплекс природных карт атласа и давала возможность устанавливать связь растительности с другими компонентами природной среды.
Это время характеризовалось интенсивным развитием теоретических и методических вопросов организации растительности как компонента природных систем - геосистем. Академиком В.Б. Сочавой были предложены и разработаны принципы многоступенчатой структурно-динамической и регионально-типологической классификации растительности для целей картографирования (Сочава, 1979, 1986). Они были воплощены при составлении многолистных карт растительности на крупные регионы Сибири - юг Восточной Сибири, Западную Сибирь, Якутию.
Карта растительности юга Восточной Сибири в масштабе 1 : 1 500 000 под редакцией А.В. Белова (Белов, 1973) представляла собой первый опыт создания таких региональных обзорно-справочных карт в Сибири. Легенда ее была построена на эволюционно-генетических, структурно-динамических и регионально-типологических принципах классификации растительности. Она опиралась на новый фактический материал по флороценотическому разнообразию растительности, собранный большим коллективом авторов иркутских научных и учебных организаций, а также на новые лесотаксационные материалы и аэроснимки. Принципы и методы составления этой карты довольно подробно освещены в литературе (Белов, 1973; Белов, Лямкин, Соколова, 2002). Легенда карты содержит 107 номеров и организована по эпитаксонному принципу, с учетом географо-генетической общности подразделений растительности. Сельскохозяйственные земли показаны внемасштабным знаком. На карте получили отражение основные динамические процессы в растительности, вызванные антропогенными факторами.
Карта широко использовалась в решении различных ресурсных и экологических проблем освоения этого региона, в том числе при формировании про-мышленно-энергетических центров (ТПК) в Приангарье, при формировании территориальных комплексных схем охраны природы (ТЕРКСОП) бассейна
Байкала и др. Она входила в серию обзорно-справочных карт природы, населения и хозяйства юга Восточной Сибири, создаваемых в то время в Институте географии СО РАН. Она же позднее была использована в качестве научного сопровождения при формировании зоны Байкало-Амурской магистрали (БАМ) и при создании карт растительности и основных (предпочтительных) функций растительности в масштабе 1 : 2 500 000 на западную и центральную части зоны БАМ (Белов, Лавренко, 1977). При подготовке и издании Атласа Байкала на основе карты растительности юга Восточной Сибири была составлена карта растительности части бассейна Байкала в масштабе 1 : 3 500 000 с дополнением к основному содержанию эколого-топологических параметров растительных сообществ (Белов, Моложников, 1993).
Карта растительности юга Восточной Сибири была также использована при составлении Карты растительности СССР для ВУЗов в масштабе 1 : 4 000 000 (Белов и др., 1986; Растительность СССР, 1990) и при разработке на этот регион Эколого-географической карты России для ВУЗов (Батуев и др., 1996) в таком же масштабе, подготовленных и изданных коллективами специалистов МГУ, БИН РАН, ЛГУ и ИГ СО РАН.
Сравнительно длительный период проведения в этом регионе работ по средне- и крупномасштабному картографированию растительности, появление новых аэрокосмических материалов создали предпосылки для осуществления нового картографического обобщения и составления карты растительности Иркутской области в масштабе 1 : 2 500 000 в рамках создания Экологического атласа Иркутской области (Белов, Соколова, 2004).
При составлении этой карты были использованы имеющиеся новые крупно- и среднемасштабные картографические источники, аэрокосмические материалы Интернет-ресурсов (Google Earth), материалы лесной таксации, литературные источники, а также собственные материалы наземных геоботанических работ. Легенда карты содержит 163 номера эпитаксонов, объединяющих коренные и производные сообщества. В основу легенды положена классификация растительных сообществ, проведенная с использованием структурно-динамических и географо-генетических принципов.
Картографическое изучение растительности северной Монголии
Картографическое изучение растительности Монголии началось еще в 60-х годах прошлого столетия. Основанием для этого послужили детальные общие и специальные геоботанические исследования, развернутые Монгольской комиссией АН СССР совместно с ботаниками АН Монгольской Народной Республики. Наиболее фундаментальными работами в этом плане явились многолетние экспедиционные исследования А.А. Юнатова. Результаты этих работ нашли свое отражение в его двух обстоятельных монографиях, посвященных общим ботанико-географическим закономерностям растительности Монголии и специальной оценки кормовых характеристик пастбищ и сенокосов этого важного региона Центральной Азии (Юнатов, 1950, 1954).
Накопленные материалы получили свое первое картографическое обобщение в виде Карты растительности Монгольской Народной Республики в масштабе 1 : 1 500 000, под общей научной редакцией академика Е.М. Лавренко, составленной А.А. Юнатовым и Б. Дашнямом и изданной в 1979 году (Карта..., 1979). При ее создании уже были использованы и другие материалы геоботанических исследований Монголии, в первую очередь полученных совместной Советско-Монгольской комплексной биологической экспедицией, в составе которой принимали участие сотрудники Института ботаники АН МНР и Ботанического института им. В.Л. Комарова АН СССР. В результате легенда Карты растительности МНР была дополнена материалами Б. Дашняма, З.В. Карамышевой,
Е.М. Лавренко, Б.М. Миркина и Е.И. Рачковской при участии А.В. Калининой.
Легенда этой карты содержит 98 номеров. В основу ее положена струк-турно-ценотическая классификация растительности. Подробная легенда карты раскрывает не только флористическую и пространственно-ценотическую структуру растительного покрова, но и дает информацию об особенностях экотопов всех подразделений растительности. В ней показаны высокогорные тундры, пустоши и луга, которые на карте формируют гольцовый пояс При-хубсугулья, Хэнтея, Хангая и Монгольского Алтая. Лесная растительность подразделяется на подгольцовые редколесья в верхней части лесного пояса в Прихубсугулье, северном Хангае и Монгольском Алтае. Бореальные таежные леса располагаются в основном в Хэнтее, реже встречаются в Прихубсугулье и единично на северо-западе Монгольского Алтая. В этих же районах встречаются остепненные леса. В легенде и на карте также выделены кустарники, которые встречаются по нижним частям склонов в горно-лесном поясе Хэнтея и Прихубсугулья, а также по долинам рек, в логах и днищах падей.
Особое внимание уделено степной растительности, которая широко распространена в регионе. На карте и в легенде представлены разнообразные степные сообщества: степи луговые и разнотравно-злаковые (высоко-, средне- и низкогорные), степи сухие дерновиннозлаковые (равнинные и низкогорные), степи пустынные дерновиннозлаково-полукустарничковые и полукустарнич-ково-дерновиннозлаковые (равнинные и низкогорные), а также пустыни полукустарничковые, полудревесные и кустарниковые (равнинные и низкогорные). Выделена растительность пойм, озерных депрессий, сухих русел и сайров, представленная лугами, зарослями мезофильных кустарников, фрагментами пойменных тополевых (уремы и тугаи) лесов.
В начале 1980-х годов Советско-Монгольской комплексной биологической экспедицией были изучены леса МНР. С советской стороны в работе отряда принимали участие сотрудники Института леса и древесины им. В.Н. Сукачева СО АН СССР, с монгольской - сотрудники Института ботаники АН МНР. Была изучена география и типология лесов, уделялось внимание процессам возобновления под пологом древостоев в разных типах леса, а также на вырубках и гарях. Изучалось возрастное и таксационное строение древостоев основных лесообразующих пород с учетом высотных поясов (Леса МНР, 1980).
Все перечисленные выше материалы были использованы при составлении карт растительности и лесов в Национальном атласе Монгольской Народной Республики (Национальный атлас МНР, 1990). Карта растительности, входящая в этот Атлас, была составлена в масштабе 1 : 3 000 000. Ее авторы -З.В. Карамышева, И.А. Коротков, Е.А. Волкова, Е.И. Рачковская, И.Ю. Суме-рина, Б. Дашням, Г. Цэдэндаш (Волкова и др., 1990).
Легенда этой карты растительности довольно сложная и подробная. Она построена на основе структурно-ценотической классификации растительности и содержит 142 подразделения. В отличие от предыдущей карты растительности (Карта растительности МНР, 1979), здесь более детально показана про-странственно-ценотическая структура растительного покрова региона.
На основе этой карты позднее была составлена более мелкомасштабная карта растительности Монголии (м. 1 : 5 000 000), которая была издана в составе Монгольского атласа (Монгол Улсын..., 2009). Авторы ее - доктора наук Л. Баясгалан и Г. Цэдэндаш (Баясгалан, Цэдэндаш, 2009). Легенда карты содержит 83 номера, отражающие в обобщенном виде основное структурно-ценоти-ческое разнообразие растительности Монголии.
Дополнением к описанным картам служит карта растительности, представленная в Атласе озера Хубсугул (Атлас., 1989). Атлас разработан Лабораторией картографии Института географии СО АН СССР при участии Иркутского
государственного университета и Монгольского государственного университета. Карта растительности бассейна озера Хубсугул в этом атласе составлена в масштабе 1 : 1 000 000. Авторы ее - А.А. Батраева, Ц. Жамсран, В.И. Ивель-ская, М.В. Фролова. Редактор карты - А.В. Белов (Батраева и др., 1989). Легенда этой региональной карты содержит 33 номера. Высшими таксонами являются три типа растительности - гольцовая, таежная (бореальная) и степная растительность, формирующие высотную поясность горного Прихубсугулья. В пределах каждого типа растительности сообщества подразделяются на группы по характерным признакам в их структуре. Гольцовая растительность представлена в основном сообществами каменистых, лишайниковых и моховых горных тундр, а также высокогорными лугами и пустошами. Для таежной (бо-реальной) растительности выделяются подгольцовые редколесья, горно-таежные леса, представленные светлохвойными и темнохвойными сообществами, горные лесостепные комплексы и горно-долинные луга и кустарники. Степная растительность включает сообщества горных дерновиннозлаковых степей и генетически связанных с ними остепненных лугов.
В целом эта карта достаточно подробно для своего масштаба раскрывает пространственно-ценотическую структуру растительного покрова этого сложного горного региона северной Монголии.
Принципы составления новой карты растительности Байкальского
региона
Карта растительности Иркутской области (Белов, Соколова, 2004) послужила отправной точкой в организации работ по созданию новой обзорно-справочной карты Байкальского региона в масштабе 1 : 2 500 000, которая должна была охватить административные регионы Российской Федерации - Иркутскую область, Республику Бурятию и Забайкальский край, а также аймаки северной Монголии, расположенные в бассейне оз. Байкал. В перспективе она должна войти в состав комплексного Атласа устойчивого развития Байкальского региона, создание которого началось в Институте географии СО РАН в сотрудничестве с коллегами из Монголии.
При создании карты растительности Байкальского региона предполагалось получить новую универсальную геоботаническую карту с высокой степенью научно-справочной информативности. Поэтому при ее составлении были использованы все имеющиеся разномасштабные картографические материалы по растительности юга Восточной Сибири, литературные и фондовые источники, данные лесоустройства, а также современные космические снимки из ресурсов Интернет - Google Earth. Картосоставление проведено с использованием ГИС-технологий.
Поскольку картографические исследования захватывают и значительную часть территории северной Монголии, для работы были привлечены основные картографические и литературные материалы по растительности этого региона Центральной Азии, указанные выше.
При создании легенды карты растительности Байкальского региона были использованы хорошо апробированные географо-генетические и структурно-динамические принципы многомерной и многоступенчатой классификации растительности (Белов, 1973; Сочава, 1979). Соответственно, легенда этой карты имеет многоступенчатую структуру.
Высшую ступень легенды образуют типы растительности - гольцовый (высокогорный), таежный (бореальный) и степной, сообщества которых формируют современный растительный покров Байкальского региона. Каждый тип растительности представлен своим набором сообществ генетически близких фратрий формаций и их региональных групп. Как уже говорилось выше,
регионально-типологический принцип классификации растительности для целей картографирования был предложен и апробирован при составлении Геоботанической карты СССР (1954). В дальнейшем этот принцип получил свое развитие и широко использовался в отечественной картографии растительности, в том числе и при картографировании растительности регионов Сибири. При картографировании растительности юга Восточной Сибири регионально-типологический принцип получил дальнейшее развитие (Белов, 1973; Белов, Лямкин, Соколова, 2002).
Ниже приведена структура высших подразделений легенды карты растительности Байкальского региона, т. к. показать всю легенду из-за ограниченности объема статьи не представляется возможным.
Легенда Карты растительности Байкальского региона (высшие подразделения растительности) м. 1 : 2 500 000
ГОЛЬЦОВАЯ(ВЫСОКОГОРНАЯ)РАСТИТЕЛЬНОСТЬ
ГОРНЫЕ ТУНДРЫ
ПАНПРИАТЛАНТИЧЕСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Южносибирские формации Северомонгольские формации
ПАНПРИТИХООКЕАНСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Байкало-Джугджурские формации
ГОРНЫЕ АЛЬПИНОТИПНЫЕ ЛУГА И ПУСТОШИ
АЛТАЕ-ТЯНЬ-ШАНСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Южносибирские формации Северомонгольские формации
ТАЕЖНАЯ (БОРЕАЛЬНАЯ) РАСТИТЕЛЬНОСТЬ
ПОДГОЛЬЦОВЫЕ РЕДКОЛЕСЬЯ И ЗАРОСЛИ КУСТАРНИКОВ
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Южносибирские формации
Темнохвойные (Pinus sibirica1, Abies sibirica, Picea obovata) редколесья Светлохвойные (Larix sibirica) редколесья
АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Байкало-Джугджурские формации
Светлохвойные (Larix dahurica) редколесья
БЕРИНГИЙСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Байкало-Джугджурские формации
Мелколиственные (Betula lanata) редколесья и заросли кедрового стланика (Pinus
pumila)
ГОРНО-ТАЕЖНЫЕ ЛЕСА
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Среднесибирские формации
Темнохвойные (Abies sibirica, Pinus sibirica, Picea obovata) леса Светлохвойные (Larix sibirica) леса
1 Названия растений приводятся по Малышеву и др., 2005; Чепиноге и др., 2008.
Южносибирские формации
Темнохвойные (Abies sibirica, Picea obovata, Pinus sibirica) леса Светлохвойные (Larix sibirica, Pinus sylvestris) леса
Северомонгольские формации Светлохвойные (Larix sibirica, Pinus sylvestris) леса
АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Байкало-Джугджурские формации
Светлохвойные (Larix dahurica, Pinus sylvestris) леса
БЕРИНГИЙСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Байкало-Джугджурские формации
Темнохвойные (Picea ajanensis) леса
ПОДГОРНО-КОТЛОВИННЫЕ ЛЕСА
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Южносибирские формации
Светлохвойные (Larix sibirica, Pinus sylvestris) леса
АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Байкало-Джугджурские формации
Светлохвойные (Larix dahurica) леса
ЛЕСА РАВНИН И ПЛАТО
СЕВЕРО ТАЕЖНЫЕ ЛЕСА АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Центральносибирские формации
Светлохвойные (Larix dahurica) леса
СРЕДНЕТАЕЖНЫЕ ЛЕСА УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Среднесибирские формации
Светлохвойные (Pinus sylvestris, Larix sibirica) леса
АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Центральносибирские формации
Светлохвойные (Larix dahurica) леса
ЮЖНОТАЕЖНЫЕ ЛЕСА УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Среднесибирские формации
Темнохвойные (Abies sibirica, Picea obovata, Pinus sibirica) леса Светлохвойные (Pinus sylvestris, Larix sibirica) леса
АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Байкало-Джугджурские формации
Светлохвойные (Larix dahurica, Pinus sylvestris) леса Мелколиственные (Betula platyphylla, 5. davurica) леса
ПОДТАЕЖНЫЕ ЛЕСА УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Среднесибирские формации
Светлохвойные (Pinus sylvestris, Larix sibirica) леса
ЕРНИКИ, БОЛОТА И ЛУГА
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Среднесибирские формации
АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Байкало-Джугджурские формации Амуро-Сахалинские формации
ЛЕСО-СТЕПНЫЕ КОМПЛЕКСЫ
ГОРНЫЕ
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Северомонгольские формации
Светлохвойные (Pinus sylvestris) остепненные леса c участками степей
АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Байкало-Джугджурские формации
Светлохвойные (Larix dahurica, Pinus sylvestris) леса с участками степей МелколиственньIе(Betulaplatyphylla,B.davurica)остепненньIелесасучасткамистепей
РАВНИН И ПЛАТО УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Среднесибирские формации
Светлохвойные (Pinus sylvestris) леса с участками степей
СТЕПНАЯ РАСТИТЕЛЬНОСТЬ СТЕПИ ГОР
МОНГОЛО-КИТАЙСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ НАСТОЯЩИЕ СТЕПИ Северомонгольские формации
ЛУГОВЫЕ СТЕПИ Северомонгольские формации
СТЕПИ ПРЕДГОРИЙ, ПЛАТО И МЕЛКОСОПОЧНИКОВ
ЗАВОЛЖСКО-КАЗАХСТАНСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
ЛУГОВЫЕ СТЕПИ Среднесибирские формации
МОНГОЛО-КИТАЙСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
НАСТОЯЩИЕ СТЕПИ Северомонгольские формации
ЛУГОВЫЕ СТЕПИ Амуро-Сахалинские формации
ЛУГА И ГИДРОФИЛЬНЫЕ СООБЩЕСТВА
ЗАВОЛЖСКО-КАЗАХСТАНСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Среднесибирские формации
МОНГОЛО-КИТАЙСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Северомонгольские формации
Гольцовая (высокогорная) растительность образует верхний высотный растительно-ландшафтный пояс горных хребтов Саяно-Байкальского нагорья и Монголии, она представлена в этом регионе двумя подтипами - горными тундрами и горными альпинотипными лугами и пустошами.
В своей обстоятельной работе о географии растительного покрова горных тундр СССР В.Б. Сочава (Сочава, 1956) подробно и аргументированно раскрыл структурно-ценотические и флорогенетические особенности гольцовой (высокогорной) растительности горных хребтов Евразии, как особого типа растительности, представленного в основном горными тундрами (особый класс формаций) и альпийскими луговыми сообществами, занимающими незначительные площади. На основе флоро- и ценогенетического анализа он показал самостоятельные пути развития двух центров формирования горных тундр, определяемых макроклиматическими влияниями воздушных масс Тихого и Атлантического океанов. В соответствии с этими природными мегафактора-ми, обусловившими специфику двух особых путей эволюционного развития горных тундр, как ландшафтных типов природной среды высокогорий горных хребтов Евразии, а также существенных флоро-ценотических различий в самих горнотудровых сообществах, им было предложено выделять две фратрии формаций - Панпритихоокеанскую и Панприатлантическую (Сочава, 1956).
В горных системах Байкальского региона, занимающих промежуточное положение между двумя центрами формирования гольцовой (высокогорной) растительности - Алтае-Саянским и Верхояно-Колымским, совершенно естественно присутствие в соответствующих природных условиях сообществ горных тундр, относящихся к двум фратриям, предложенным В.Б. Сочавой. Это нашло свое отражение и в легенде составляемой карты. Горнотундровые сообщества отнесены к двум фратриям формаций, каждая из которых представлена своей регионально-типологической группой формаций, ценогенетически связанной с определенной природной областью: Панпритихоокеанская фратрия формаций - Байкало-Джугджурской группой формаций, а Панприатлантиче-ская - Южносибирскими и Северомонгольскими формациями.
Альпинотипная растительность высокогорий представлена сообществами одной Алтае-Тянь-Шанской фратрии формаций. Альпинотипные и субальпи-нотипные луговые сообщества образуют сложные сочетания с горными тундрами в Южной Сибири и пустошами в Северной Монголии. В соответствии с этим, они отнесены к двум разным региональным группам - Южносибирской и Северомонгольской. В высокогорьях Северного Забайкалья альпинотипная растительность занимает очень небольшие площади.
Таежная (Бореальная) растительность преобладает в Байкальском регионе как на равнинах и возвышенных плато, так и в горах, формируя горно-таежный высотный пояс и пояс подгольцовых редколесий. В соответствии с ландшафтными особенностями региона, таежная (бореальная) растительность представлена в легенде и на карте несколькими высотно-поясными и подзональными группами - подгольцовыми редколесьями с зарослями кустарников, преимущественно, кедрового стланика, горно-таежными лесами, подгорно-котловин-ными лесами, лесами равнин и плато.
Первые три группы характеризуют высотно-поясную структуру растительности горных хребтов. Леса равнин и плато разделяются на подзональные группы - северотаежную, среднетаежную, южнотаежную и подтаежную. И высот-но-поясные, и подзональные группы таежной (лесной) растительности представлены сообществами разного генезиса и территориальной приуроченности.
Так, горнотаежные леса Байкальского региона в зависимости от современных природных условий представлены формациями Урало-Сибирской, Ан-гаридской и Берингийской фратрий формаций. Наиболее разнообразны леса
Урало-Сибирской фратрии. Они образуют три самостоятельные региональные группы формаций - Среднесибирскую, Южносибирскую и Северомонгольскую. Что касается формаций Ангаридской и Берингийской фратрий, то их сообщества концентрируются в Байкало-Джугджурской природной области.
В подгорно-котловинных лесах на юге региона преобладают Южносибирские сообщества Урало-Сибирской фратрии формаций, а на севере, в котловинах Северного Забайкалья, доминируют Байкало-Джугджурские леса Ангарид-ской фратрии.
В лесах равнин и плато каждая подзональная группа представлена своим набором генетически близких формаций той или иной фратрии. В основном они приурочены к плато Средней Сибири и образуют среднесибирские группы формаций Урало-Сибирской фратрии, хотя на севере региона в северной и средней тайге широко развиты Ангаридские сообщества центральносибирской региональной группы формаций. В Восточном Забайкалье южнотаежные леса представлены на небольшой территории. Здесь развиты сообщества Ангаридской фратрии формаций Байкало-Джугджурской региональной группы.
В таежной (бореальной) растительности заметное участие принимают болота и ерники, приуроченные к интразональным и интрапоясным местообитаниям. Они выделены в особую группу в пределах таежного типа растительности, с последующим определением их генетической и региональной приуроченности.
В зонах контакта таежной и островной степной растительности формируются лесо-степные комплексы, носящие в своем большинстве экспозиционно-обусловленный характер. Южные теплые и сухие склоны гор и возвышенностей заняты, как правило, степными группировками, а северные и восточные холодные склоны освоены таежнолесными, местами остепненными сообществами. В соответствии с особенностями рельефа, комплексы представлены двумя группами - горными, а также равнин и плато.
Соотношение площадей, занятых лесными и степными сообществами в комплексах, различно. При движении на юг степная растительность становится основной в структуре растительного покрова. Но в краевой зоне контакта формируются степо-лесные объединения, в которых лесные сообщества играют ведущую роль. В соответствии с этим, и отнесение таких структур растительности к фратриям и региональным группам проведено с учетом генетических связей и региональных предпочтений лесных компонентов в этих комбинациях. Так, равнинные лесо-степные единства ограниченно представлены на юге Средней Сибири сообществами Урало-Сибирской фратрии формаций. Территориально значительно более обширны и ценотически более разнообразны горные лесо-степные комплексы, развитые в Северной Монголии и в Южном Забайкалье. Лесные сообщества основной их части представляют Ангарид-скую фратрию формаций.
Степная растительность занимает на юге Байкальского региона - в Северной Монголии и в Южном Забайкалье значительные площади. Здесь проходит важный биогеографический рубеж, разделяющий две большие флороценоге-нетические группы западных североказахстанских и восточных северомонгольских степей, представляющих соответственно Заволжско-Казахстанскую и Монголо-Китайскую фратрии формаций (Сочава, 1979). В связи со сложным горным и мелкосопочным характером рельефа этой части региона, обозначенный рубеж не имеет четкой линейной выраженности. Степные сообщества разного типа (луговые и настоящие степи) и генетически связанные с ними луговые и гидрофильные сообщества по подходящим местообитаниям проникают далеко в зоны доминирования сообществ, относящихся к другой фратрии. Все это создает довольно сложную и пеструю структуру современной степной растительности Байкальского региона.
В легенде степная растительность подразделена на горные степи и степи предгорий, возвышенных равнин и мелкосопочника. По характеру степной растительности выделяются крупные эколого-морфологические типы луговых и настоящих степей. Для каждого такого типа в пределах соответствующих фратрий формаций выделяются самостоятельные региональные группы степей - среднесибирские, северомонгольские и амуро-сахалинские. Наименьшие площади заняты степными сообществами на юге Средней Сибири, где луговые степи Заволжско-Казахстанской фратрии образуют северный форпост островных степей Сибири. Основные площади как в горах, так и на равнинах и мелкосопочниках занимают настоящие степи Монголо-Китайской фратрии формаций. В статье приводится фрагмент Карты растительности Байкальского региона (рис. 2).
Все высшие подразделения легенды карты объединяют таксоны растительных сообществ, типизированных в соответствии с флоро-ценотическими и динамическими особенностями их структуры. При типизации растительных сообществ выдержан динамический принцип (Сочава, 1979), при котором на основе структурно-динамической и топологической общности коренные сообщества объединены вместе с производными в единые эпитаксоны. Низшей картографируемой единицей коренных сообществ принята группа ассоциаций. Всего легенда карты содержит 223 номера. Каждый выделенный в легенде таксон имеет подробную флористическую, структурно-ценотическую и эколого-топологическую характеристику (рис. 2; см. фрагмент легенды).
Заключение
В целом новая карта довольно подробно раскрывает пространственную флоро-ценотическую структуру растительного покрова Байкальского региона в связи с его генезисом и современной динамикой. Хорошо выявляются регионально-географические особенности ценотического разнообразия с учетом их зонально-подзональных или высотно-поясных условий развития. Карта по своей детальности превосходит многие геоботанические карты сходного масштаба, а по содержанию является скорее фитоэкологической картой, т.к. содержит подробную информацию как о составе, структуре, генезисе и динамике растительности, так и по топологическим и региональным природным условиям ее произрастания (рельефу, почвам). Поэтому она может эффективно использоваться при решении различных экологических проблем, в том числе и озера Байкал, связанных с хозяйственной деятельностью, особенно на приграничных территориях региона.
Составленная обзорно-справочная карта Байкальского региона вполне может стать ядром карты растительности всего Сибирского федерального округа в аналогичном масштабе, с использованием апробированных принципов формирования легенды, современных аэрокосмических материалов и ГИС-методов их обработки.
Работа выполнена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (грант № 13-05-00193).
Рис. 2. Фрагмент карты растительности Байкальского региона м. 1 : 2 500 000.
Легенда к фрагменту Карты растительности Байкальского региона
м. 1 : 2 500 000
ГОЛЬЦОВАЯ (ВЫСОКОГОРНАЯ) РАСТИТЕЛЬНОСТЬ
ГОРНЫЕ ТУНДРЫ
ПАНПРИАТЛАНТИЧЕСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Южносибирские формации
1. Каменистые тундры с господством накипных лишайников местами с куртинами кустистых лишайников (виды из родов Cetraria, Cladonia, Alectoria) и разреженными растительными группировками из Hierochloë alpina, Luzula confusa, Saussurea congesta на каменистых россыпях, сложенных гранитоидами в верхних частях гольцового пояса в сочетании с кустарничково (Rhododendron aureum, Ledum palustre, Dryas oxyodonta)-лишайниковыми (Alectoria ochroleuca, Cetraria islandica) тундрами на плоских участках, покрытых мелкими осколками сланцев или гнейса с горными аркто-тундровыми примитивными почвами.
2. Мохово-лишайниковые (Aulacomnium turgidum, Dicranum elongatum, Flavo-cetraria cucullata) тундры на каменистых склонах световых экспозиций в сочетании с альпинотипными луговинами (Ptilagrostis mongholica, Festuca sphagnicola, Kobresia myosuroides) на конусах щебенчато-мелкоземистых осыпей в местах снежных забоев.
3. Дриадово (Dryas oxyodonta, D. punctata)-лишайниковые (Flavocetraria cucullata) тундры на каменисто-щебнистых горных хребтах и выпуклых задернованных участках с мелкими скелетными субстратами в сочетании с шикшево (Empetrum sibiricum)-ерниковыми (Betula rotundifolia) сообществами на плоских возвышенностях с рыхлым мелкоземом и в широких западинах горных склонов.
4. Травяно (Festuca ovina, Carex ensifolia, Pedicularis oederi)-лишайниковые (Cladonia rangiferina) тундры часто с кустарниками (Betula rotundifolia, Rhododendron aureum, Salix glauca) на пологих склонах и хорошо дренированных плоских участках с горно-тундровыми перегнойными глеевыми почвами в сочетании с кустарничково (Empetrum sibiricum, Dryas oxyodonta)-моховъlми (Cetraria laevigata, Cladonia stellaris) тундрами на вогнутых участках с торфянисто-глеевыми почвами.
Северомонгольские формации
5. Лишайниковые (виды из родов Cladonia, Cetraria, Alectoria, Stereocaulon) и моховые (виды из родов Aulacomnium, Polytrichum и др.) тундры на горно-тундровых малоразвитых и деструктивных почвах среди каменистых россыпей и осыпей в гольцовом поясе в сочетании с осоковыми, кобрезиево (Kobresia myosuroides, K. sibirica)-осоковыми (Carex melanantha, C. macrogyna) и кустарничково (Dryas oxyodonta, Arctous alpina, Rhododendron aureum)-лишайниковыми (Cetraria laevigata, Cladonia stellaris) тундрами в высокогорьях на полузадернованных каменистых склонах с горно-тундровыми перегнойно-торфянисто-глеевыми почвами и на выпуклых горных склонах с горно-тундровыми дерновыми и перегнойно-дерновы-ми почвами.
ГОРНЫЕ (АЛЬПИНОТИПНЫЕ) ЛУГА И ПУСТОШИ
АЛТАЕ-ТЯНЬ-ШАНСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Южносибирские формации
12. Альпинотипные (Trollius sajanensis, Aquilegia glandulosa) и субальпино-типные (Geranium albiflorum, Saussurea latifolia) луга на плоских задернованных участках по днищам каров и на полого наклонных площадках с горными тундро-во-луговыми почвами в сочетании с зарослями кустарников (Betula rotundifolia, Duschekia fruticosa, Salix glauca) на плоских и вогнутых склонах с горно-тундровыми торфянисто-глеевыми почвами.
Северомонгольские формации 14. Кобрезиевые (Kobresia bellardii) и осоково (Carex rupestris, C. stenocarpa)-кобрезиевые луга и пустоши на плоских вершинах хребтов, пологих склонах всех экспозиций и днищах незаболоченных лощин c горными тундрово-луговыми почвами в сочетании с каменисто-щебнистыми россыпями и фрагментами высокогорных степей (Kobresia simpliciuscula, Ptilagrostis mongholica, Festuca supina, F. brevifolia, F. sphagnicola) на вогнутых склонах и в широких днищах межгорных понижений с тундрово-луговыми богатыми гумусными почвами.
ТАЕЖНАЯ (БОРЕАЛЬНАЯ) РАСТИТЕЛЬНОСТЬ
ПОДГОЛЬЦОВЫЕ РЕДКОЛЕСЬЯ И ЗАРОСЛИ КУСТАРНИКОВ
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Южносибирские формации
Темнохвойные (Pinus sibirica, Abies sibirica, Picea obovata) редколесья 16. Кедровые и лиственнично (Larix sibirica)-кедровые ерниковые (Betula rotundifolia) кустарничково (Vaccinium vitis-idaea, V. uliginosum)-мохово (Dicranum scoparium, Pleurozium schreberi)-лишайниковые (Cladonia turgida, C. uliginosa) редколесья на каменистых склонах и платообразных скальных поверхностях с горными мерзлотно-таежными почвами в сочетании с травяно-кустарниковыми зарослями в микропонижениях и задернованных участках с горно-тундровыми почвами.
Светлохвойные (Larix sibirica) редколесья 19. Лиственничные и кедрово-лиственничные ерниковые (Betula rotundifolia, B. exilis, Salix glauca) травяно (Festuca ovina, Bistorta elliptica, Artemisia dolosa)-моховые (Hylocomium splendens, Rhytidium rugosum) редколесья местами с лишайниками (Cladonia stellaris, C. rangiferina) на крутых склонах, шлейфах и высоких речных террасах с мерзлотно-таежными торфянисто-глееватыми почвами в сочетании с лиственничными багульниково-брусничными редколесьями на менее крутых склонах с такими же почвами и фрагментами травянисто-лишай-никово-моховых тундр на выпуклых хорошо дренированных поверхностях с горными аркто-тундровыми песчаными и супесчаными маломощными почвами.
ГОРНОТАЕЖНЫЕ ЛЕСА
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Среднесибирские формации
Темнохвойные (Abies sibirica, Pinus sibirica, Picea obovata) леса 30. Еловые с примесью кедра, пихты, лиственницы, местами тополя кустарниковые (рябина, спирея, иногда ива) травяно (Equisetum hiemale, Serratu-la coronata, Oxalis acetosella, Luzula rufescens, Milium efиsum)-зеленомошные (Polytrichum commune, Hylocomium splendens, Dicranum polysetum, Ptilium crista-castrensis) леса на хорошо дренированных пойменных участках с влажными пере-гнойно-подзолистыми суглинистыми почвами вдоль рек и ручьев.
Светлохвойные (Larix sibirica) леса
32. Лиственничные с примесью кедра и ели местами с подлеском из ерника (Betula fruticosa) кустарничково (Ledum palustre, Vaccinium uliginosum)-моховые леса на склонах разных экспозиций, слабо заболоченных террасах рек, в дренированных падях и речных долинах с подзолистыми глубоко промерзающими или сезонно-мерзлотными почвами.
Южносибирские формации Темнохвойные (Abies sibirica, Picea obovata, Pinus sibirica) леса
33. Кедрово-пихтовыечернично (Vaccinium myrtillus)-травяно (Equisetumsylva-ticum,Moneses uniflora, Trientalis europaea, Carexil/inii)-зеленомошные (Hylocomium splendens, Polytrichum commune) леса в междуречьях по вершинам водоразделов и верхнимчастямсклонов сподзолистымисупесчанымиилегкосуглинистымипочвами.
34. Кедрово-пихтовые с елью и лиственницей (Larix sibirica) чернично (Vaccinium myrtillus)-баданово (Bergenia crassifolia)-зеленомошные (Hylocomium splendens, Polytrichum commune) леса в верхних частях лесного пояса на выпуклых поверхностях, крутых каменистых склонах теневых экспозиций и склонах к речным долинам со слабо подзолистыми хрящеватыми почвами.
37. Пихтово-кедровые с елью чернично-мелкотравно (Mitella nuda, Trientalis europaea, Stellaria bungeana)-зеленомошные (Pleurozium schreberi, Ptilium crista-castrensis) местами с баданом (Bergenia crassifolia) леса на выпуклых поверхностях и крутых каменистых склонах с маломощными хрящевато-суглинистыми увлажненными почвами.
37а. Осиново-березовая с кедром и пихтой чернично-мелкотравно-зеленомош-ная антропогенная серия.
38. Кедровые с подлеском из рододендрона золотистого (Rhododendron aureum) чернично-бруснично-зеленомошные (Pleurozium schreberi, Dicranum congestum) местами с баданом леса на довольно высоких горных хребтах и верхних частях их склонов с перегнойными слабооподзоленными среднесуглинистыми почвами.
38а. Кедрово-березовая с подлеском из золотистого рододендрона чернично-бруснично-зеленомошная антропогенная серия.
38в. Лиственничная с кедром с подлеском из золотистого рододендрона чернично-бруснично-зеленомошная антропогенная серия.
40. Кедровые с примесью ели и лиственницы багульниково-бруснично-зе-леномошные (Pleurozium schreberi) леса в средних и верхних частях крутых освещенных склонов с дерново-лесными буроцветными маломощными свежими почвами местами в сочетании с бадановыми кедрачами на узких гребнях водоразделов и их крутых каменистых склонах с подзолистыми грубоскелетными почвами.
40а. Кедрово-березовая с лиственницей багульниково-бруснично-зеленомош-ная местами с баданом антропогенная серия.
40в. Лиственничная с кедром багульниково-бруснично-зеленомошная местами с баданом антропогенная серия.
41. Кедрово-еловые с лиственницей кустарничково (Vaccinium vitis-idaea, V. myrtillus)-травяно (Calamagrostis obtusata, Equisetum palustre, Goodyera repens, Luzula parvflora)-зеленомошные (Pleurozium schreberi, Polytrichum commune) леса в нижних частях пологих волнистых склонов теневых экспозиций и на склонах к речным долинам с суглинистыми и торфянисто-перегнойными мокрыми почвами.
42. Еловые с лиственницей местами с тополем (Populus suaveolens, P. laurifolia) травяно (Calamagrostis arundinacea, C. langsdorffii, Delphinium elatum, Viola uniflora, Vicia cracca, Sanguisorba officinalis)-кустарничковые (Vaccinium vitis-idaea, V. uliginosum) леса в заболоченных долинах ручьев и речек с торфяно-болотными глубоко промерзающими почвами.
43. Тополево (Populus suaveolens)-пихтовые с елью крупнотравные (Solidago dahurica, Calamagrostis obtusata, Hieracium umbellatum, Agrostis stolonifera) леса вдоль рек по русловым отложениям, в падях, широких вогнутых котловинах с мощными супесчано-перегнойными почвами.
43а. Пихтово-березовая с тополем и елью крупнотравная антропогенная серия.
Светлохвойные (Larix sibirica, Pinus sylvestris) леса
44. Лиственничные с подлеском из рододендрона мелколистного (Rhododendron parvifolium) и березки круглолистной (Betula rotundifolia)-травяно (Pe-dicularis verticillata, Delphinium crassifolium, Carex amgunensis)-моховые (Rhytidium rugosum) леса на выровненных поверхностях, довольно крутых склонах световых экспозиций и на склонах горных долин с дерново-карбонатными выщелоченными почвами.
45. Кедрово-лиственничные и лиственничные с кедром брусничные (Vac-cinium vitis-idaea, Ledum palustre, Calamagrostis lapponica) леса на пологих склонах и шлейфах разных экспозиций, а также на террасах различного уровня с дерново-лесными слабо подзолистыми суглинистыми и супесчаными свежими почвами.
46. Лиственничные и сосново-лиственничные с подлеском из рододендрона (Rhododendron dauricum, реже R. ledebourii) багульниково-бруснично-зелено-мошные леса на выровненных поверхностях и склонах разных экспозиций со слабоподзолистыми супесчаными мерзлотными почвами.
46а. Березовая с лиственницей и сосной с подлеском из рододендрона даурского багульниково-бруснично-зеленомошная антропогенная серия.
Северомонгольские формации
Светлохвойные (Larix sibirica, Pinus sylvestris) леса
48. Кедрово-лиственничные травяно (Vicia baicalensis, Calamagrostis оЬ/^а/а)-кустарничково (Vaccinium vitis-idaea, Ledum palustre)-зеленомошные (Hylocomium splendens, Pleurozium schreberi) леса в верхних частях лесного пояса на выровненных поверхностях и верхних частях склонов с торфянисто-глееватыми мерзлотными почвами.
49. Лиственничные с кедром кустарничково (Ledum palustre, Vaccinium vitis-idaea)-баданово (Bergenia crassifolia)-зеленомошные (Hylocomium splendens, Pleurozium schreberi) леса на теневых склонах, шлейфах, высоких террасах c дерновыми глубоко мерзлотными маломощными почвами.
52. Лиственничные местами с сосной с подлеском из рододендрона даурского бруснично-травяные (Carex iljinii, Maianthemum bifolium, Equisetum arvense) леса в средних и нижних частях теневых склонов с дерновыми таежными глубоко мерзлотными мощными почвами.
53. Сосновые с подлеском из рододендрона даурского разнотравные и брус-нично-разнотравные леса в нижних частях крутых склонов с дерновыми легко суглинистыми почвами.
ПОДГОРНО-КОТЛОВИННЫЕ ЛЕСА
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Южносибирские формации
Светлохвойные (Larix sibirica, Pinus sylvestris) леса
66. Лиственничные и сосново-лиственничные вейниково-разнотравные (Calamagrostis arundinacea, C. epigeios, C. langsdorffii, Serratula coronata, Euphorbia borealis, Stellaria graminea, Carex pallida) леса в нижних частях южных склонов с дерновыми лесными почвами местами в сочетании с остепненными травяными лиственничниками и участками степей на освещенных низких склонах и выровненных поверхностях со щебнистыми и каменистыми почвами.
67. Сосновые с подлеском из спиреи (Spiraea media), кизильника (Cotoneas-ter melanocarpus), шиповника (Rosa acicularis) травяные (Pulsatilla patens, Artemisia desertorum) остепненные леса на освещенных склонах с песчаными скелет-но-каменистыми почвами в сочетании со степными формациями по верховьям безводных падей с супесчаными почвами и участками развеваемых песков.
ЛЕСА РАВНИН И ПЛАТО
ПОДТАЕЖНЫЕ ЛЕСА УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
Среднесибирские формации
Светлохвойные (Pinus sylvestris, Larix sibirica) леса
70. Сосновые и лиственнично-сосновые с подлеском из рододендрона
(Rhododendron dauricum) бруснично-травяные (Vaccinium vitis-idaea, Pulsatilla patens, Aquilegia sibirica, Limnas stelleri, Cypripedium guttatum, Vicia cracca, Trifo-lium lupinaster) леса на выровненных поверхностях и освещенных склонах с дерновыми лесными и подзолистыми песчаными и супесчаными почвами в сочетании с бруснично-толокнянковыми (Arctostaphylos uva-ursi) лесами на сухих песчаных террасах и низких склонах с песчаными хорошо прогреваемыми почвами.
70а. Сосново-березовая с лиственницей с подлеском из рододендрона бруснич-но-травяная антропогенная серия.
71. Сосновые и лиственнично-сосновые травяно (Saussurea propinqua, Lathyrus humilis, Maianthemum bifolium, Aegopodium alpestre, Carex pediformis)-брусничные леса на плоских понижениях и теневых склонах с дерново-лесными слабоподзолистыми почвами в сочетании со злаково (Brachypodium pinnatum, Calamagrostis arundinacea)-разнотравными (Zigadenus sibiricus, Euphorbia borealis, Stellaria graminea, Euphorbia jenisseiensis, Cirsium serratuloides) лесами на выровненных поверхностях и пологих низких склонах с дерново-лесными и дерново-карбонатными почвами.
72. Сосновые и лиственнично-сосновые c подлеском из душекии (Duschekia fruticosa) бруснично-разнотравные (Vaccinium vitis-idaea, Calamagrostis arundina-cea, Viola uniflora, Galium boreale, Trollius asiaticus, Sanguisorba officinalis) часто с багульником (Ledum palustre) и голубикой (Vaccinium uliginosum) леса в нижних частях и на шлейфах склонов, а также по берегам вдоль рек с торфянисто-подзолистыми супесчаными почвами.
72а. Осиново-березовая с сосной и лиственницей бруснично-разнотравная с багульником и голубикой антропогенная серия.
72б. Березово-осиновая с сосной и лиственницей бруснично-разнотравная с багульником и голубикой антропогенная серия.
74. Осиново-березовые и березово-осиновые орляково (Pteridium aquilinum)-разнотравные (Euphorbia jenisseiensis, Anemone crinita, Serratula coronata, Carex falcata) устойчиво производные леса на водораздельных увалах и их склонах разных экспозиций с дерново-подзолистыми супесчаными и суглинистыми почвами.
ЕРНИКИ, БОЛОТА И ЛУГА
АНГАРИДСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Байкало-Джугджурские формации
103. Ерниковые (Betula fruticosa, B. exilis) заросли с отдельными лиственницами (Larix dahurica) и березами (Betula platyphylla) в долинах и поймах рек и ручьев и пониженных участках с торфянистыми почвами в сочетании с травяными болотами в низких поймах и осоково-вейниковыми лугами по берегам рек, прирусловым валам и на пологих склонах к речным долинам с суглинистыми влажными почвами.
104. Сфагновые (Sphagnum warnstorfii, S. teres) олиготрофные болота в поймах рек, на пологих плохо дренированных склонах увалов, в седловинах, в верховьях ручьев и распадков, на низких плоских водоразделах и вершинах столовых возвышенностей с переувлажненными грунтами и вечной мерзлотой в сочетании с ивняковыми (Salix viminalis, S. rosmarinifolia, S. triandra) зарослями в прирусловых частях рек с грубыми песчаными отложениями.
ЛЕСО-СТЕПНЫЕ КОМПЛЕКСЫ
ГОРНЫЕ
УРАЛО-СИБИРСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Северомонгольские формации
Светлохвойные (Larix sibirica, Pinus sylvestris) остепненные леса c участками степей
107. Комплекс лиственничных (Larix sibirica) травяных (Calamagrostis obtusata, Carex amgunensis, Iris ruthenica, Paeonia anomala, Anemone crinita) остеп-ненных лесов на северных склонах и разнотравно-осоково-овсецовых степей (Avenastrum pubescens, Carex duriuscula, C. stenocarpa, Potentilla bifurca, Sanguisorba officinalis) на инсолируемых склонах с бескарбонатными черноземными и дерновыми глубоко мерзлотными почвами.
СТЕПНАЯ РАСТИТЕЛЬНОСТЬ СТЕПИ ГОР
МОНГОЛО-КИТАЙСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ
НАСТОЯЩИЕ СТЕПИ Северомонгольские формации
113. Разнотравно-дерновиннозлаковые (Festuca lenensis, F. sibirica, Poa atte-nuata, Koeleria cristata ssp. mongolica, Carex pediformis, Stellera chamaejasme, Alys-sum lenense, Oxytropis nitens, Phlojodicarpus sibiricus) с кустарниками (Cotoneaster melanocarpus, Ribes pulchellum, Pentaphylloides parvifolia) степи на склонах разных экспозиций и высоких равнинах с горными черноземами, темно-каштановыми почвами в сочетании с разнотравно-овсяницевыми (Festuca sibirica, Erysimum altaicum, Alyssum biovulatum, A. lenense, Potentilla acaulis) и осоково-овсяницевы-ми (Festuca sibirica, Carex amgunensis, C. korshinskyi) степными сообществами на хрящевато-каменистых и каменисто-щебнистых склонах.
114. Разнотравно-вострецово-ковыльные (Stipa capillata, S. krylovii, Leymus chinensis, Bupleurum scorzonerifolium, Galium verum, Aconogonon angustifolium, Oxytropisfiliformis, Astragalus melilotoides) степи по возвышенным равнинам, на освещенных склонах, в остепненных долинах рек по гривам и галечникам с темно-каштановыми легкосуглинистыми с признаками луговости почвами в сочетании с разнотравно-злаковыми степями (Stipa capillata, Cleistogenes squarrosa, Filifolium sibiri-cum) на пологих местами щебнистых склонах с горными бескарбонатными почвами.
115. Разнотравно-овсяницевые и разнотравно (Rhinactinidia eremophila, Ferulopsis hystris, Dracocephalum olchonense, Oxytropis oligantha, O. myriophylla, Potentilla nivea)-житняково (Agropyron cristatum)-овсяницевые (Festuca lenensis) степи на вершинах водоразделов и хребтов с выходами коренных пород и в верхних частях склонов c горными степными бескарбонатными почвами в сочетании с кобрезиевниками и осочниками в котловинах, по долинам рек и распадкам с глинистыми почвами.
ЛУГОВЫЕ СТЕПИ
Северомонгольские формации
120. Кобрезиево (Kobresia myosuroides, K. humilis)-типчаковые (Festuca lenensis) высокогорные степи на выпуклых поверхностях, каменисто-щебнистых склонах, а также на древних террасах и шлейфах в межгорных котловинах с горными степными бескарбонатными почвами.
СТЕПИ ПРЕДГОРИЙ, ПЛАТО И МЕЛКОСОПОЧНИКОВ
МОНГОЛО-КИТАЙСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ НАСТОЯЩИЕ СТЕПИ Северомонгольские формации
127. Нителистниковые (Filifolium sibiricum) степи на склонах и платообраз-ных вершинных поверхностях, сложенных кварцево-глинистыми песчаниками в сочетании с зарослями степных кустарников и остепненными лугами в верхних частях пологих склонов с подвижными песчаными и супесчаными почвами.
132. Овсяницевые (Festuca lenensis) и мятликовые (Poa botryoides) местами смешанные мелкодерновиннозлаковые с разнотравьем (Kobresia filifolia, Oxytropis strobilacea, Potentilla nivea) степи на склонах и по днищам котловин с темно-каштановыми и степными бескарбонатными почвами в сочетании с зарослями степных кустарников (Cotoneaster melanocarpus, Spiraea media, Ribes diacantha), кобрезиевников (Kobresia filifolia) и осочников (Carex pediformis) на каменистых склонах и скалах.
ЛУГА И ГИДРОФИЛЬНЫЕ СООБЩЕСТВА
МОНГОЛО-КИТАЙСКАЯ ФРАТРИЯ ФОРМАЦИЙ Северомонгольские формации
140. Низкотравные частью остепненные луга (Agrostis trinii, Carex pediformis, Kobresia filifolia) в долинах рек по плоским и широким гривам, а также по днищам падей с пойменно-луговыми супесчаными и суглинистыми почвами в сочета-
нии с ерниковыми (Betula gmelinii) зарослями по берегам ложбин и водотоков и кобрезиево-типчаковыми степями на повышенных участках поймы с галечными и песчаными наносами.
142. Травяные (Leymus secalinus, Poa pratensis, Elytrigia repens, Agrostis mongholica, Bromus secalinus, Sanguisorba officinalis, Medicago falcata) луга с кустарниками (Salix microstachya, Hippophae rhamnoides, Ulmus pumila) и единичным тополем (Populus laurifolia) на достаточно увлажненных участках долин крупных рек и в устьях малых речек с рыхлыми оторфованными почвами.
144. Заболоченные осоковые (Carex lithophila, C. schmidtii, C. cespitosa) и зла-ково-разнотравные (Ranunculus sceleratus, R. propinquus, Rumex gmelinii, Stachys aspera, Calamagrostis langsdorffii, C. neglecta) луга в пойменных, часто затапливаемых понижениях на лугово-болотных мерзлотных почвах в сочетании с зарослями кустарников (Salix kochiana, S. viminalis) и заболоченными лиственничными (Larix sibirica) лесами в долинах рек с оглеенными слабо оторфованными почвами с близким залеганием вечной мерзлоты.
147. Разнотравно-злаковые (Elytrigia repens, Geranium pratense, Sanguisorba officinalis) луга по речным долинам с мерзлотными дерново-глеевыми и лугово-болотными почвами в сочетании с кустарниками (Salix pentandra, S. arbuscula, Dasiphora fruticosa, Betula fruticosa) (по р. Тэсийн-Гол - Populus laurifolia) вдоль рек и в нижних частях склонов с болотистыми увлажненными торфянисто-луговыми почвами.
ЛИТЕРАТУРА
Атлас озера Хубсугул. Монгольская народная республика. М., 1989. 145 с.
Батраева А.А., Жамсаран Ц., Ивельская В.И., Фролова М.В. Растительность. М. 1 : 1 000 000 // Атлас озера Хубсугул. М., 1989. С. 44-45.
БатуевА.Р.,БеловА.В.,ЕвтеевО.А.,ЯнвареваЛ.Ф.,ИсаченкоА.Г.Эколого-географическая карта России // Экологическое картографирование Сибири. Новосибирск, 1996. С. 232-239.
Баясгалан Д., Цэдэндаш Г. Ургамалжилт. М. 1 : 5 000 000 // Монгол Улсын Ундесний Атлас II хэвлэл / Еренхий ред. Д. Доржготов. Улаанбаатар, 2009. С. 132-133.
Белов А.В. Карта растительности юга Восточной Сибири. Принципы и методы составления // Геоботаническое картографирование 1973. Л., 1973. С. 16-30.
Белов А.В., Грибова С.А., Ильина И.С., Исаченко Т.И., Калибернова Н.М., Катенина Г.Д., Карамышева З.В., Котова Т.В., Ладыгина Г.М., Липатова В.В., Литвинова Н.П., Никольская Н.И., Рачковская Е.И., Сафронова И.Н., Юрковская Т.К. Новая обзорная карта растительности СССР // Геоботаническое картографирование 1986. Л., 1986. С. 3-14.
Белов А.В., Лавренко Н.Н. Проблемы геоботанического картографирования зоны Байкало-Амурской магистрали // Геоботаническое картографирование 1977. Л., 1977. С. 3-19.
Белов А.В., Лямкин В.Ф., Соколова Л.П. Картографическое изучение биоты. Иркутск, 2002. 160 с.
Белов А.В., Моложников В.Н. Растительность. М. 1 : 2 500 000 // Атлас Байкала. М., 1993. С. 114-115.
Белов А.В., Соколова Л.П. Растительность Иркутской области. М. 1 : 2 500 000 // Атлас. Иркутская область: экологические условия развития. М.-Иркутск, 2004. С. 42-43.
Волкова Е.А., Карамышева З.В., Коротков И.А., Рачковская Е.И., Сумерина И.Ю., Даш-ням Б., Бекет У., Буян-ОршихХ., Цэдэндаш Г. Растительность. М. 1 : 3 000 000 // Национальный атлас МНР. Улан-Батор-М., 1990. С. 72-73.
Геоботаническая карта СССР. М. 1 :4 000 000 /Ред. Е.М. Лавренко, В.Б.Сочава. 1954. М.-Л.
Карта растительности Монгольской Народной Республики. М. 1 : 1 500 000 / Сост. Юна-тов А.А., Дашням Б., при участии Гербиха А.А. / Ред. Лавренко Е.М. М., 1979.
Леса Монгольской Народной Республики. М., 1980. 148 с.
Малышев Л.И., Пешкова Г.А., Байков К.С., Никифорова О.Д., Власова Н.В., Доронь-кин В.М., ЗуевВ.В., КовтонюкН.К., Овчинникова С.В. Конспект флоры Сибири: Сосудистые растения. Новосибирск, 2005. 636 с.
Монгол Улсын Ундесний Атлас II хэвлэл / Еренхий ред. Д. Доржготов. Улаанбаатар, 2009. 248 с.
Национальный атлас МНР. Улан-Батор-М., 1990. 143 с.
Номоконов Л.И. Карта растительности в комплексном атласе Иркутской области // Принципы и методы геоботанического картографирования. М.-Л., 1962. С. 208-211.
Растительность СССР. Карта для высших учебных заведений. М. 1 : 4 000 000. Пояснительный текст и легенда к карте. М., 1990. 31 с.
Сочава В.Б. Закономерности географии растительного покрова горных тундр СССР // Академику В.Н. Сукачеву к 75-летию со дня рождения. Сборник работ по геоботанике, лесоведению, палеогеографии и флористике. М.-Л., 1956. С. 522-537.
Сочава В.Б. Проблемы физической географии и геоботаники. Избранные труды. Новосибирск, 1986. 344 с.
Сочава В.Б. Растительный покров на тематических картах. Новосибирск, 1979. 190 с.
Чепинога В.В., Степанцова Н.В., Гребенюк А.В., Верхозина А.В., Виньковская О.П., Гну-тиков А.А., Дулепова Н.А., Енущенко И.В., Зарубин А.М., Казановский С.Г., Коновалов А.С., Коробков А.А., Луферов А.Н., Росбах С.А. Конспект флоры Иркутской области (сосудистые растения). Иркутск, 2008. 327 с.
Юнатов А.А. Кормовые растения пастбищ и сенокосов Монгольской Народной Республики // Тр. Монгольской комиссии. Вып. 56. М.-Л., 1954. 352 с.
Юнатов А.А. Основные черты растительного покрова Монгольской Народной Республики // Тр. Монгольской комиссии. Вып. 39. М.-Л., 1950. 223 с.
SUMMARY
A.V. BELOV, L.P. SOKOLOVA
A NEW SURVEY-REFERENCE VEGETATION MAP OF THE BAICAL REGION
The Baikal region is a vast and complex geographic formation. Its central component is the unique Baikal Lake, recognized by UNESCO as the World Heritage Site. The territory of the Baikal region is located in the center of Asia, connecting two subcontinents: the North and Central Asia.
The paper presents the stages of the cartographic studies of vegetation in the south of East Siberia within the Russian Federation, as well as in North Mongolia. All available different-scale vegetation maps of this area, literary and archival sources, and forest inventory data, as well as modern satellite images obtained from the Internet resources (Google Earth) were used to compile the vegetation map of the Baikal region.
The main attention was paid to the principles and methods of mapping in 1 : 2 500 000 scale. When creating the legend well-tested for Siberian regions geographical-genetic and structural-dynamic principles of multi-dimensional and multilevel vegetation classification were applied (Sochava, 1979). Accordingly, the legend of the map has a multi-level structure. The highest hierarchical level of the legend is formed by the following vegetation types: high mountain (alpine), taiga (boreal) and steppe. Each type of vegetation is presented by its set of plant communities of genetically close phratries of formations and their regional groups of formations.
The paper describes only the structure of the highest subdivisions of the legend of the vegetation map of the Baikal region, as it is not possible to publish the whole legend due to the limited paper size. However, a fragment of the vegetation map with a full legend is presented.
In general, the new map reveals in details the spatial flora-coenotic structure of the vegetation cover of the Baikal region in its evolutionary-genetic and dynamic aspects.