УДК 343
НОРМЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ И КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ КАК ИСТОЧНИКИ ОТРАСЛИ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО ПРАВА
Головастова Юлия Александровна,
канд. юрид. наук, зав. кафедрой правовых и гуманитарных дисциплин, e-mail: UGolovastova@yandex.ru, филиал Московского университета имени С.Ю. Витте в г. Рязани https://www. muiv. ru/ryazan
В статье рассматриваются вопросы, связанные с пониманием источника отрасли уголовно-исполнительного права. Автор анализирует роль международных договоров и Конституции РФ в системе источников отрасли уголовно-исполнительного права. Исследуется вопрос о способах воздействия норм международных договоров на динамику развития уголовно-исполнительных отношений в условиях интеграционных тенденций. Проанализирован статус Конституции РФ как материального и формального источника отрасли уголовно-исполнительного права. Доказывается, что к формальным (юридическим) источникам отрасли уголовно-исполнительного права относятся: международные договоры и соглашения, правовые нормы которых реципированы и имплементированы в российское уголовно-исполнительное законодательство.
Ключевые слова: уголовно-исполнительное право, уголовно-исполнительные отношения, источник отрасли уголовно-исполнительного права, норма уголовно-исполнительного права, система уголовно-исполнительного права
DOI 10.21777/2587-9472-2017-2-41-45
Источник права - теоретическая, научная категория. В толковом словаре русского языка мы находим следующее определение: «Источник - то, что дает начало чему-нибудь, откуда, исходит что-нибудь» [6, с. 250]. Для того, чтобы определить сущность и содержание уголовно-исполнительного права важны как материальные, так и формальные и идеологические источники права. Материальные источники формируют условия жизни людей, интересы, потребности, которые выражаются в законе. Идеологические источники часто выражаются в научных концепциях, положениях, научно-теоретических проектах основ законодательства, кодексов. Формальные (юридические) источники указывают на форму закрепления норм уголовно-исполнительного права в уголовно-исполнительном законодательстве, с помощью которых устанавливается общеобязательный и волевой характер предписаний [5, с. 192-197].
Среди ученых-пенитенциаристов присутствуют полярные точки зрения в части оценки видов источников уголовно-исполнительного права. Первая группа ученых придерживается мнения о том, что нормы уголовно-исполнительного права представлены исключительно в УИК РФ. Так, Б. З. Маликов не рассматривает в качестве источников уголовно-исполнительного права нормативно-правовые акты других отраслей права [4, с. 17]. Согласно данной позиции отвергается возможность признания источниками уголовно-исполнительного права как кодифицированных, так и некодифицированных законодательных актов. Б. З. Маликов пишет: «Как нам представляется при ответе на вопрос: относится ли конкретный нормативный акт к данной отрасли права или нет - важнейшим критерием выступает ее предмет, который согласно ст. 2 УИК РФ составляют общие положения и принципы исполнения наказаний, применение иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным Кодексом РФ; порядок и условия исполнения и отбывания наказаний, применение средств исправления осужденных; порядок деятельности учреждений и органов, исполняющих наказания; порядок участия органов государственной власти и органов местного самоуправления, иных организаций, общественных объединений, а также граждан в исправлении осужденных; порядок освобождения от наказания; порядок оказания помощи освобождаемым лицам» [4, с. 17]. Как видим, ученый формулирует вывод на основе анализа предмета уголовно-исполнительного законодательства. Полагаем, что согласно представлен-
ной позиции система источников уголовно-исполнительного права и система уголовно-исполнительного законодательства отождествляются, что нельзя признать верным.
Представители второй позиции полагают, что уголовно-исполнительное право является мульти-источниковой отраслью права [3, с. 38; 9, с. 154].
В качестве формальных источников уголовно-исполнительного права выступают нормы писаных и ратифицированных международных конвенций, договоров, пактов.
На современном этапе развития уголовно-исполнительного права происходит нарастание интеграционных тенденций. В целях эффективного восприятия отраслью уголовно-исполнительного права международных норм необходимо строгое соблюдение принципов имплементации международных правил, принципов, стандартов.
Существует несколько способов воздействия норм международного права на отрасль уголовно-исполнительного права. Норма международного права может включаться в уголовно-исполнительное законодательство во исполнение международного договора. Так, осужденные не могут подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию. Данная норма вытекает из положений Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания (1984) и Европейской Конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращению или наказания (1987).
При регулировании уголовно-исполнительных отношений мы можем наблюдать указание в тексте национального уголовно-исполнительного закона на действие нормы международного права без приведения ее непосредственного содержания. Такой прием используется законодателем в ч. 3 ст. 10 УИК РФ, где речь идет о том, что «осужденные иностранные граждане и лица без гражданства пользуются правами и несут обязанности, которые устанавливаются международными договорами РФ».
Справедливости ради отметим и то, что довольно часто используется принцип рецепции, при котором норма международного права как источник уголовно-исполнительного права полностью включается в УИК РФ без каких-либо изменений. Право осужденных на уважение частной и семейной жизни гарантируется ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Данная норма воспроизводится и закрепляется в ч. 4 ст. 89 УИК РФ, где установлен запрет на кино-; фото- и видеосъемку осужденных, их интервьюирование без их согласия в письменной форме. Кроме того, следует выделить имплементацию как способ восприятия нормами уголовно-исполнительного закона предписаний норм международного права. При имплементации норма уголовно-исполнительного права излагается и формулируется во исполнение международного договора. В ч. 9 ст. 12 УИК РФ формулируется правило о том, что осужденные иностранные граждане вправе получать юридическую помощь от дипломатических представительств своих государств или межгосударственных органов. Рецепция и имплементация представляют собой одну из разновидностей систематизации права - инкорпорацию. В данном случае следует признать, что при инкорпорации международные нормативные предписания включаются в отраслевое уголовно-исполнительное законодательство, вследствие чего, международное право воздействует на отрасль уголовно-исполнительного права. Таким образом, норма международного права является формальным источником уголовно-исполнительного права при ее инкорпорации во внутригосударственное уголовно-исполнительное законодательство.
Полагаем, что стратегически определяющая роль принадлежит Конституции РФ в формировании источников уголовно-исполнительного права.
Конституция РФ не может быть исключена из числа источников уголовно-исполнительного права. Сказанное объясняется, во-первых, тем, что порядок исполнения уголовных наказаний и иных мер уголовно-правового характера, применение средств исправления к осужденным определяется УИК РФ, основанном на Конституции РФ. Конституция РФ имеет высшую юридическую силу и прямое действие при регулировании любых общественных отношений (в частности, уголовно-исполнительные не являются исключением) [1, с. 33]. Во-вторых, ч. 1 ст. 3 УИК РФ признает составной частью уголовно-исполнительного законодательства общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры, что основывается на положениях ч. 4 ст. 15 Конституции РФ.
Согласно п. «о» ст. 71 Конституции РФ в ведении РФ находится уголовно-исполнительное законодательство. Данное положение указывает на то, что вопросы регулирования исполнения уголовных
наказаний и иных мер уголовно-правового характера, применения к осужденным основных и дополнительных средств исправления, относится исключительно к компетенции федеральных органов государственной власти.
Мнения ученых-пенитенциаристов относительно признания Конституции в качестве источника уголовно-исполнительного права разделились.
Приверженцы первой точки зрения признают Конституцию РФ в качестве материального источника уголовно-исполнительного права. Среди них В. В. Геранин, В. А. Уткин. В частности, В. А. Уткин пишет: «Провозглашенное в Конституции РФ прямое действие конституционных норм, а также возможность их непосредственного применения судами не изменяет их правовую природу на уголовно-исполнительную» [7, с. 239].
Вторая позиция сводится к тому, что Конституция РФ является как материальным, так и формальным источником уголовно-исполнительного права. Указанная позиция прослеживается в трудах С. М. Зубарева, О. В. Демидовой, В. И. Селиверстова и других ученых.
На наш взгляд, вопрос о том, каким источником уголовно-исполнительного права выступает Конституция РФ, сводится к тому, что она признается как материальной, так и формальной формой существования регулирования уголовно-исполнительных отношений.
Конституция РФ определяет основные направления уголовно-исполнительной политики в соответствии с п. «о» ст. 71 Конституции РФ. В ее положениях закреплен приоритет прав и свобод человека и гражданина, а их признание, соблюдение и защита является - обязанностью государства. В силу ст. 18 Конституции РФ указанные положения в равной степени распространяются и на осужденных.
Необходимо также отметить определенную взаимосвязь института прав и свобод осужденных с системой конституционных ограничений. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом, но исключительно в целях защиты конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Фундаментом правового положения осужденных также следует признать юридические гарантии, закрепленные в ст. 45-54 Конституции РФ [8, с. 39].
Конституции РФ отводится особая роль в регулировании уголовно-исполнительных отношений, которая определяется следующими характерными чертами:
- ее положения имеют высшую юридическую силу;
- она обладает прямым действием на всей территории РФ;
- выступает в качестве основополагающей базы, определяющей направления уголовно-исполнительной политики;
- обеспечивается иерархия нормативных актов;
- определяется сущность правовой системы за счет включения общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров;
- устанавливаются нормы-декларации, закрепленные основные права, обязанности, законные интересы осужденных;
- определяется система норм-принципов, определяющих способы защиты и механизмы реализации прав и законных интересов осужденных.
В Конституции РФ присутствуют нормы, непосредственно обращенные к осужденному - одному из основных субъектов уголовно-исполнительных правоотношений. Так, в ч. 3 ст. 50 закрепляется положение о том, что «каждый осужденный за преступление имеет право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом, а также право о помиловании и смягчении наказания. Вместе с тем, совершенно справедливо в литературе отмечается, что Конституция РФ, будучи формальным источником уголовно-исполнительного права, в большей мере содержит правила (предписания), требующие детализации и раскрытия в других нормативных актах [2, с. 106].
Таким образом, к формальным (юридическим) источникам отрасли уголовно-исполнительного права относятся, на наш взгляд, международные договоры и соглашения, правовые нормы которых реципированы и имплементированы в российское уголовно-исполнительное законодательство; Конституция РФ. Следует признать, что приведенные нормы права, регулирующие уголовно-исполнительные отношения в Конституции РФ, указывают на то, что Основной закон государства может и должен
рассматриваться в качестве формального источника уголовно-исполнительного права. Тем не менее, вышеперечисленные свойства Конституции РФ не исключают того факта, что она признается и материальным источником отрасли уголовно-исполнительного права.
Список литературы
1. Божьев В.П. Уголовный процесс. Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция» / Под. ред. В.П. Божьева. 3 - е изд., испр. и доп. - М., Спарк, 2002. - 704 с.
2. Демидова О.В. Конституция РФ как основополагающий источник уголовно-исполнительного права // Вестник Воронежского института ФСИН России. - 2012. - №1. - С. 105-107.
3. Исправительно-трудовое право (уголовно-исполнительное) право. Под ред. А.В. Маслихина. Рязань, 1993. - 248 с.
4. Маликов Б.З., Грушин Ф.В. Источники уголовно-исполнительного права. Самара: Самарский юрид. ин-т ФСИН России, 2008. - 80 с.
5.МарченкоМ. Н. Проблемы общей теории государства и права: учеб.: в 2 т. Т 2. Право. - 2 е изд., пере-раб. и доп. - М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. - 656 с.
6. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80000 слов и фразеологических выражений / Российская АН.; Российский фонд культуры; 2-е изд., испр. и доп. - М.: АЗЪ, 1995. - 928 с.
7. Уголовно-исполнительное право. Общая часть. Учебник / Под общ. Ред. Ю.И. Калинина. Науч. Ред. А.Я. Гришко, О.В. Филимонов.- 3-е изд., испр. - Рязань: Академия ФСИН России, 2009. - 416 с.
8. Уголовно-исполнительное право: учебник для вузов / С.М. Зубарев, В.А. Казакова, А.А. Толкаченко. - 5-е изд., перераб. и доп. - М.: Изд-во Юрайт, 2015. 455 с.
9. Фефелов В.А. Уголовно-исполнительное право России. Общая часть: Учеб. пособие. - Рязань: Ряз. ин-т права и экономики МВД России, 1998. - 378 с.
STANDARDS OF INTERNATIONAL TREATIES AND THE CONSTITUTION OF THE RUSSIAN FEDERATION AS THE SOURCES OF THE BRANCH OF THE CRIMINAL-EXECUTIVE LAW
Golovastova I.A.,
сand. of Jurisprudence, ^air of legal and liberal disciplines e-mail: UGolovastova@yandex.ru, Ryazan Branch of Moscow Witte University https://www. muiv. ru/ryazan
The article examines the questions concerning understanding the source of the branch of the criminal-executive law. The author analyses the role of international treaties and the Constitution of the Russian Federation in the system of the sources of the branch of the criminal-executive law. The question of the methods of influence of standards of international treaties on evolution of criminal-executive relationships under integration tendencies is investigated. The status of the Constitution of the Russian Federation as a material and formal source of the branch of the criminal-executive law is analyzed. It is proved that formal (juridical) sources of the branch of the criminal-executive law contain: international treaties legal standards of which are reciprocated and implemented into Russian criminal-executive legislation.
Keywords: criminal-executive law, criminal-executive relationships, source of the branch of the criminal-executive law, standard of the criminal-executive law, the system of the criminal-executive law