Научная статья
УДК 008(470+571):791.228
DOI: 10.32340/2414-9101-2022-3-45-51
НЕМАТЕРИАЛЬНОЕ КУЛЬТУРНОЕ НАСЛЕДИЕ В АНИМАЦИОННОМ КИНО: КОНТЕКСТ, ОБРАЗЫ, ИНТЕРПРЕТАЦИИ
Вероника Александровна Сазонова
Московский педагогический государственный университет, Москва, Россия sazonovaveronika@yandex.ru, ORCID: 0000-0001-6503-7910
Научный руководитель - И. А. Купцова, доктор культурологии, профессор, заместитель заведующего кафедрой культурологии по научной работе, заведующий кафедрой ме-диаобразования Московского педагогического государственного университета, Москва, Россия.
Аннотация. В статье рассматриваются особенности процесса актуализации и популяризации нематериального культурного наследия России посредством внедрения его образов в сюжеты отечественных анимационных фильмов. В рамках исследования проводится анализ используемых приемов художественной интерпретации объектов наследия и их отдельных элементов, контекста и механизмов восприятия создаваемых образов, их влияния на аутентичность, целостность и воспроизводство иллюстрируемого наследия, а также выявляются методологические проблемы и перспективные направления использования данной технологии в деле охраны нематериального культурного наследия Российской Федерации.
Ключевые слова: нематериальное культурное наследие, популяризация, актуализация, репрезентация, интерпретация, анимационное кино, культурный контекст, культурная память, трансляция ценностей, медиаобразы
Для цитирования: Сазонова В. А. Нематериальное культурное наследие в анимационном кино: контекст, образы, интерпретации // Учёные записки (Алтайская государственная академия культуры и искусств). 2022. № 3. С. 45-51. DOI: 10.32340/2414-9101-2022-345-51.
Original article Veronika A. Sazonova
Moscow Pedagogical State University, Moscow, Russia sazonovaveronika@yandex.ru, ORCID: 0000-0001-6503-7910
INTANGIBLE CULTURAL HERITAGE IN ANIMATED CINEMA: CONTEXT, IMAGES, INTERPRETATIONS
Abstract. The article considers the features of the process of actualization and popularization of the intangible cultural heritage of Russia through the introduction of its images into the plots of domestic animated films. The research analyzes the techniques used in the artistic interpretation of heritage objects and their individual elements, the context and mechanisms of perception of the created images, their impact on the authenticity, integrity and reproduction of the illustrated heritage, as well as identifies methodological problems and promising areas of use of this technology in the protection of the intangible cultural heritage of the Russian Federation.
Keywords: intangible cultural heritage, popularization, actualization, representation, interpretation, animated cinema, cultural context, cultural memory, translation of values, media images
For citation: Sazonova V. A. Intangible Cultural Heritage in Animated Cinema: Context, Images, Interpretations. Proceedings of Altai State Academy of Culture and Arts. 2022;(3):45-51. (In Russ.). DOI: 10.32340/2414-9101-2022-3-45-51.
В отечественной культуре анимационное кино занимает особое место. Ориентация большей части самых успешных произведений советской и российской мультипликации на детскую аудиторию сформировала в представлениях общества устойчивый контекст восприятия этого вида медиакультуры как морально-нравственного развлекательно-поучительного нарратива, сюжет которого основан на ценностно-смысловых представлениях, традициях и самобытных культурных практиках народов России (или лучших образцах мировой культуры), затрагивает социальные вопросы, использует актуальные концепты (в том числе негативные в качестве «плохого примера»), освещает историю и достижения страны, а также исполняет воспитательную, информационную, коммуникативную и интегративную функции по отношению к детству и юношеству.
В действительности же границы этого вида медиакультуры гораздо шире: структура национальной анимации в разных странах значительно отличается от отечественной [1], поэтому спектр поднимаемых авторами мультфильмов тем и набор используемых выразительных средств не ограничиваются детской аудиторией не только в рамках фестивалей, но и в массовом прокате (включая телевидение, информационно-коммуникационную сеть «Интернет» и цифровые носители). Гибкость формата и разнообразие приемов художественной интерпретации позволяет авторам с разных ракурсов рассматривать сложнейшие социально-философские проблемы [2] в абстрактной форме, формировать новую обыденность посредством вплетения собственных идей в используемый социокультурный контекст [3] либо максимально реалистично изображать действительность (как в визуальном решении мультфильма, так и в смысловом - посредством включения в семиологическую систему картины культурных кодов, ценностей, ролевых моделей и мифологем той культуры, из которой происходит зритель). На механизм подобного воздействия обращали внимание такие исследователи, как М. Маклюэн [4, с. 325], Р. Барт [5, с. 271-272], Ж. Делез [6], Б. Балаш [7, с. 77], С. Эйзенштейн [8] и другие. При этом подчеркнутая художественность анимации [9, с. 673-674], метафоричность образов, использование стереотипов и китча, а также сложившийся опыт зрительского восприятия позволяет этому виду медиакультуры вводить в информационный контекст общественно-политические, социальные и культурные концепты с гораздо меньшей степенью критического осмысления обществом, выполнять нормативную и ин-тегративную функции, а также влиять на формирование картины мира современного зрителя. Помимо этого, развлекательный посыл, захватывающий внимание сюжет и короткометражный формат обеспечивают потенциал использования анимации в качестве способа снятия психологического напряжения путем переключения внимания зрителя от стрессовой ситуации на сюжет мультфильма [10], а легкость восприятия открывает широкие возможности включения анимации в сферу информального образования и процессы трансляции культуры. Возможности формирования новых контекстуальных и ассоциативных связей между мультфильмом, различными пластами культуры, социальными процессами и зрительским опытом обширнее, чем в кинематографе, и меньше подвержены влиянию жанровых особенностей [11], поэтому авторы могут успешно работать с несколькими разнородными сегментами аудитории в рамках одного произве-
дения (например, с детьми младшего возраста, подростками старше 14 лет и их родителями).
Согласно опросу ВЦИОМ [12] 75 % населения России старше 18 лет смотрит мультфильмы, 83 % респондентов советуют к просмотру советские картины или современные российские (43 % опрошенных). Однако, несмотря на это и все указанные выше факторы, мультипликация продолжает стереотипно восприниматься отечественным зрителем как продукт для детей [13, с. 207], а подробное рассмотрение тем, не предназначенных для младшего поколения, может вызывать когнитивный диссонанс при просмотре и резкую критику.
Использование создателями картины всей системы маркетинговых коммуникаций при продвижении мультфильма и кросс-медийное тиражирование обеспечивают широкий охват потенциальной аудитории, формируют зрительское ожидание, а также способствуют повышению информированности общества об иллюстрируемых социокультурных феноменах или процессах и позволяют ввести их в повестку дня.
Внедрение образов нематериального культурного наследия (далее - НКН) - которое, согласно определению ЮНЕСКО, представляет собой «обычаи, формы представления и выражения, знания и навыки, а также связанные с ними инструменты, предметы, артефакты и культурные пространства» [14, с. 2], - в сюжеты произведений медиакультуры (включая анимационные фильмы) начинает приобретать важную роль в процессах его воспроизводства и трансляции (в том числе между поколениями) уже в 1950-х годах вследствие социокультурных трансформаций ХХ века, связанных с процессами идеологизации, урбанизации, размывания региональной культурной идентичности, а затем и с последствиями глобализации. Декодирование медиатекста зрителями, рефлексия и коллективное осмысление образа объекта НКН, задействованного в сюжетной линии мультфильма, способствуют его внедрению в современный социокультурный контекст, трансляции и популяризации данного феномена в обществе.
В эпоху цифровизации и расширения влияния медиа на все сферы культуры изучение опыта популяризации «живого» наследия посредством анимационного кино является значимым направлением исследований как с теоретической, так и с практической точек зрения.
Как и в кинематографе [15, с. 47-48], наиболее масштабно раскрывают тему нематериального культурного наследия экранизации фольклора или мультфильмы, повествующие о традиционных праздниках, обрядах, ритуалах, играх, ремесленниках или исполнителях. В качестве примеров можно привести такие картины как «Гуси-лебеди» (реж. А. Иванов-Вано, А. Снежко-Блоцкая, 1949 г.), «Сестрица Аленушка и братец Иванушка» (реж. О. Ходатаева, 1953 г.), «Золотая антилопа» (реж. Л. Атаманов, 1954 г.), «Царевна Лягушка» (реж. М. Цехановский, 1954 г.), «Таежная сказка» (реж. О. Ходатаева, Е. Райковский, 1951 г.), «Как грибы с горохом воевали» (реж. И. Аксенчук, 1977 г.) и многие другие. Отличительной чертой таких работ является бережное отношение к объекту наследия: в них осуществляются попытки проиллюстрировать его близко к оригиналу (то есть соблюсти критерий аутентичности) и показать контекст бытования. Однако в результате творческого осмысления авторы все же вносят в сюжет актуальные для времени создания произведения коннотации, смыслы, оценочные суждения, мифологемы и социальные концепты, в том числе при помощи художественно-изобразительных средств, используя различные аудиовизуальные приемы для формирования отношения зрителя к рассматриваемому феномену или связанным с ним духовно-нравственным проблемам. При этом фокус внимания аудитории, не знакомой с этим наследием, фиксируется в
первую очередь на развитии сюжетной линии, поступках героев, а не на их культурной идентичности.
Для сохранения, популяризации и повышения информированности общества о нематериальном культурном наследии эти работы имеют огромное значение, но для более глубокого понимания его роли в современной культуре зрителю необходимо обладать гораздо большим объемом знаний о проблемах взаимодействия «живого наследия» и актуальных культурных практик, существующих контекстуальных связях, формах репрезентации и интерпретации наследия, а также о способах его передачи от поколения к поколению и от носителя к внешней аудитории. Эти вопросы редко освещаются в формате экранизаций, но могут стать ключевыми в мультфильмах, посвященных иным темам, посредством внедрения образа объекта нематериального наследия в их сюжет. В качестве основных художественных приемов интерпретации наследия в таких картинах выступают:
1) Погружение объекта наследия в авантюрно-юмористический контекст. Например, в мультфильме «Приключения домовёнка» (реж. А. Зябликова, 1984-1987 гг.) - несмотря на то, что он снят по мотивам авторской сказки, в рамках данного исследования его использование обусловлено тем, что сам феномен домового является частью нематериального наследия - появление Кузи в квартире Наташи сопровождается разнообразными приключениями как для самого домового, так и для его новой хозяйки. При этом сам Кузя не только вписывается в рамки традиционных представлений о домовом как хранителе дома, но и раскрывает множество деталей контекста бытования этого феномена. В этом же контексте в сюжете используются образы Бабы Яги, избушки на курьих ножках и других героев фольклора. В мультфильме «Как казаки на свадьбе гуляли» (реж. В. Дахно, 1984 г.) выполнение традиционного свадебного обряда оборачивается для казаков приключениями в дремучем лесу и битвой со всей возможной нечистью, образ которой сформирован на основе отдельных элементов произведений фольклора.
2) Инверсия контекста бытования наследия. Наиболее ярким примером использования данного приема является мультфильм «Баба Яга против!» (реж. В. Пекарь, 1979 г.), где Баба Яга, Кощей Бессмертный и Змей Горыныч проживают в волшебном лесу накануне проведения Олимпиады 1980. В рамках сюжета блюдечко с голубой каемочкой становится телевизором для Бабы Яги, избушка на курьих ножках может исполнять роль поста ГАИ и участвовать в беге с препятствиями (который входит в программу игр) во время погони за олимпийским мишкой, когда Кощей Бессмертный стреляет из оружия ёлками, преграждающими путь, а Змей Горыныч примеряет на себя роль светофора с целью остановить Мишу. Несмотря на совершенно новый контекст, эти герои узнаваемы и в целом соответствуют тем функциональным ролям, которые они исполняют в оригинальном варианте нематериального наследия.
3) Прием включенного наблюдения используется в мультфильме «Вовка в тридевятом царстве» (реж. Б. Степанцев, 1965 г.), где советский школьник попадает в приключения внутри отдельных сцен и собирательных образов из сюжетов народных и авторских сказок.
4) Вплетение образа наследия в контекст мультфильма или его художественное решение. Например, образ украинского сельского быта является контекстом сюжета мультфильма «Жил был пёс» (реж. Э. Назаров, 1982 г.), восточная поэзия и гарем становятся контекстом одной из новелл в картине «Дарю тебе звезду» (реж. Ф. Хитрук, 1974 г.), а кот-заклинатель змей появляется в девятом выпуске «Ну, погоди!» (реж. В. Котёночкин, 1976 г.)
5) Создание квази-пространственных миров с участием объектов наследия. В муль-
тфильме «Падал прошлогодний снег» (реж. А. Татарский, 1983 г.) главный герой, отправляясь в лес за ёлкой, оказывается на грани реальности и яви, погружаясь в невероятные миры во время собственных размышлений. В этих мирах появляются отдельные элементы нематериального наследия в аутентичных и новых для себя контекстах бытования.
Для многих картин характерно комбинированное применение выделенных художественных приемов интерпретации нематериального наследия [10, с. 26], а также использование их собирательных образов. В частности, в полнометражных картинах например, в серии мультфильмов про русских богатырей от студии анимационного кино «Мельница» (20042020 гг.).
В контексте охраны нематериального культурного наследия России наиболее острыми проблемами его популяризации средствами анимационного кино являются степень достоверности и аутентичности транслируемых образов, а также объем и формы отражения в них самобытных смыслов, значений, контекстуальных и пространственных связей, характерных для иллюстрируемой культурной практики.
Отличительной чертой анимации по сравнению с другими видами медиакультуры в этом вопросе является более глубокая зависимость формируемого образа от авторского восприятия и трактовки явления, процесса или действия. Жанровые и художественно-изобразительные особенности анимации, а также механизмы ее восприятия зрителем гораздо шире допускают использование стереотипных, фрагментарных или искаженных представлений о наследии для реализации творческой идеи. Вследствие процессов культурной апроприации такие образы могут создавать угрозу утраты самобытных практик или их постепенного замещения в процессе воспроизводства симулякрами, возникшими в результате рефлексии аудитории (включающей в себя, в том числе и носителей наследия) над данным произведением и последующего множественного тиражирования ее результатов во всей структуре современных медиа.
С другой стороны, анимационные образы, созданные при непосредственном участии носителей наследия или построенные на основе достоверной и объективной информации о нем, способствуют включению иллюстрируемого аутентичного объекта НКН в современный социокультурный контекст, повышают уровень информированности аудитории - в особенности детства и юношества - о его сути и роли в истории культуры, активизируют в профессиональной и общественно-политической среде дискурс о формах, способах и методологии деятельности по его сохранению, актуализации, популяризации и возрождению утраченных элементов, а также стимулируют реализацию этих мер на практике.
Таким образом, несмотря на сложности соблюдения критериев аутентичности, внедрение образов нематериального культурного наследия в сюжеты анимационных фильмов является перспективным направлением его популяризации и актуализации, а также эффективным методом трансляции для аудитории, которая не является его носителем. Интенсификация научно-консультативного участия носителей наследия и представителей культурных институций на всех стадиях мультипликационного производства позволит верифицировать сценарные образы НКН, сделать их достоверными и целостными, а также выбрать наиболее релевантные художественно-изобразительные средства для их отражения. Помимо этого, такая мера позволит защитить интересы носителей наследия и локальных сообществ в части непреднамеренного использования и популяризации искаженных образов НКН. Безусловно, традиционные механизмы и формы передачи нематериального наследия от поколения к поколению для его носителей будут превалирующими, но в случаях прерывания преемственности поколений или переезда в другой регион даже для носителей анимационное кино в процессе трансляции и воспроизводства ценностей может играть значимую роль. Кроме того, использование аудиозапи-
сей, фиксирующих оригинальное воспроизведение носителями объектов НКН в области устных и исполнительских искусств, при создании анимационного образа на основе наследия с варьируемой содержательной и исполнительской составляющими позволяет говорить и о документировании НКН. В связи с этим необходимо, тщательно соблюдая баланс между творческой идеей, художественной ценностью мультфильма, аутентичностью иллюстрируемого НКН и интересами его носителей, выстроить механизм государственной и профессионально-общественной поддержки отечественной мультипликации в вопросах нематериального наследия.
Список литературы
1. Иванов Б. А. Введение в японскую анимацию. М.: Фонд развития кинематографии : РОФ «Эйзенштейновский центр исследований кинокультуры», 2001. 336 с.
2. Одегова К. И. Анимационный кинематограф как объект комплексного гуманитарного исследования: философский аспект // Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого. 2018. № 2 (26). С. 65-74.
3. Симакова Ю. А. Герменевтические возможности анимации в исследовании культуры // Современные проблемы науки и образования. 2013. № 4. URL: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=20848507 (дата обращения: 04.04.2022).
4. Маклюэн Г. М. Понимание Медиа: Внешние расширения человека / пер. с англ. В. Николаева. Москва, Жуковский : КАНОН-пресс-Ц : Кучково поле, 2003. 464 с. (Центр Фундаментальной Социологии).
5. Барт Р. Мифологии. Москва : Академический проект, 2008. 351 с.
6. Делёз Ж. Кино. Москва : Ад-Маргинем, 2004. 560 с.
7. Балаш Б. Кино. Становление и сущность нового искусства : пер. с нем. Москва : Прогресс, 1968. 328 с.
8. Эйзенштейн С. Избранные произведения в шести томах. Москва, 1964-1971.
9. Лотман Ю. М. О языке мультипликационных фильмов // Об искусстве: Структура художественного текста. Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Статьи. Заметки. Выступления (1962-1993) / Ю. М. Лотман ; сост. Р. Г. Григорьев, М. Ю. Лотман. Санкт-Петербург : Искусство-СПб, 1998. С.671-674
10. Сазонова В. А. Актуализация и популяризация нематериального наследия средствами медиакультуры: образы, контексты, технологии // Педагогика искусства. 2022. № 1. С. 24-30.
11. Ермилова Г. И. Некоторые аспекты постмодернизма в анимации // Тезаурусный анализ мировой культуры: сб. науч. трудов. Вып. 8. Москва : МГУ, 2006. С. 42-56.
12. Мультфильмы нашего времени // Всероссийский центр изучения общественного мнения, 2016. URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/multfilmy-nashego-vremeni (дата обращения: 04.04.2022).
13. Сазонова В. А. Субкультура отаку в России: проблемы взаимодействия с образовательной средой и обществом // Современное образование: векторы развития: материалы международной научно-практической конференции Института социально-гуманитарного образования. Ч. 1. Москва : МПГУ, 2016. С. 204-210.
14. Международная конвенция об охране нематериального культурного наследия: утвержденная ЮНЕСКО от 17.10.2003 г. URL: https://unesdoc.unesco.org/ ark:/48223/pf0000132540_rus/PDF/132540rus.pdf.multi (дата обращения: 19.09.2021).
15. Сазонова В. А. Популяризация нематериального культурного наследия средствами кинематографа: образы и контексты // Этнокультурные процессы в эпоху цифровизации: сб. науч. статей / ред. Е. В. Листвина, О. В. Шиндина. Саратов: Саратовский источник, 2021. С 46-50.
References
1. Ivanov B. A. Introduction to Japanese Animation. Moscow, Fond razvitiya kinematografii., Ehizenshteinovskii tsentr issledovanii kinokul'tury; 2001. 336. (In Russ.).
2. Odegova K. I. Animation cinematograph as an object of complex humanitarian research: philosophical aspect. Gumanitarnye vedomosti TGPU im. L. N. Tolstogo = Humanitarian Bulletin of the TSPU named after L. N. Tolstoy; 2018. No2 (26). 65-74. (In Russ.).
3. Simakova YU. A. Hermeneutic possibilities of animation in the study of culture. Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya = Modern Problems of Science and Education; 2013. No 4. [Internet]. Available from: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=20848507 [cited: 2022 April 4]. (In Russ.).
4. Maklyuehn G. M. Understanding Media: External human extensions. Moscow: Zhukovskii, KANON-press-TS., Kuchkovo pole; 2003. 464. (In Russ.).
5. Bart R. Mifologii = Mythologies. Moscow: Akademicheskii proekt; 2008. 351. (In Russ.).
6. Delez Zh. Cinema. Moscow, Ad-Marginem; 2004. 560. (In Russ.).
7. Balash B. Cinema. Formation and essence of the new art. Moscow: Progress 1968. 328. (In Russ).
8. Ehizenshtein S. Selected works in six volumes. Moscow; 1964-1971. (In Russ.).
9. Lotman YU. M. About the language of animated films. Ob iskusstve = About art. Saint Petersburg, Iskusstvo-SPB; 1998. 671-674. (In Russ.).
10. Sazonova V. A. Actualization and popularization of intangible heritage through media culture: images, contexts, technologies. Pedagogika iskusstva = Pedagogy of Art; 2022. No 1. 24-30. (In Russ.).
11. Ermilova G. I. Some aspects of postmodernism in animation. Tezaurusnyi analiz mirovoi kul'tury: sb. nauch. Trudov = Thesaurus analysis of world culture: collection of scientific works. Moscow: MSU; 2006. Vol. 8. 42-56. (In Russ.).
12. Cartoons of our time. Moscow: Vserossiiskii tsentr izucheniya obshchestvennogo mneniya; 2016. [Internet]. Available from: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/multfilmy-nashego-vremeni- [cited 2022 April 4]. (In Russ.).
13. Sazonova V. A. Otaku subculture in Russia: problems of interaction with the educational environment and society. Sovremennoe obrazovanie: vektory razvitiya: materialy mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii Instituta sotsial'no-gumanitarnogo obrazovaniya. Chast' 1 = Modern education: vectors of development: materials of the international scientific and practical conference of the Institute of Social and Humanitarian Education. Part 1. Moscow: MSU. 2016. 204-210. (In Russ.).
14. Convention for the Safeguarding of the Intangible Cultural Heritage: Approved by UNESCO of Oct. 17, 2003. [Internet]. Available from: https://unesdoc.unesco.org/ark:/ 48223/pf0000132540_rus/PDF/132540rus.pdf.multi [cited 2022 April 4]. (In Russ.).
15. Sazonova V. A. Promotion of intangible cultural heritage by means of Cinematography: images and contexts. Ehtnokul'turnye protsessy v ehpokhu tsifrovizatsii. Sbornik nauchnykh statei = Ethno-cultural processes in the era of digitalization. Collection of scientific articles. Saratov: Saratovskii isto-chnik; 2021. 46-50. (In Russ.).
Статья поступила в редакцию 11.05.2022; одобрена после рецензирования 11.07.2022; принята к публикации 31.09.2022.
The article was submitted 11.05.2022; approved after reviewing 11.07.2022; accepted for publication 31.09.2022.