Научная статья на тему 'Наделение землей удельных крестьян Европейского Севера России по реформе 1863 года (на материалах Сольвычегодского уезда Вологодской губернии)'

Наделение землей удельных крестьян Европейского Севера России по реформе 1863 года (на материалах Сольвычегодского уезда Вологодской губернии) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
584
98
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
УДЕЛЬНЫЕ КРЕСТЬЯНЕ / РЕФОРМА 1863 Г. / ЗЕМЕЛЬНЫЕ НАДЕЛЫ / УСТАВНЫЕ ГРАМОТЫ / ОТРЕЗКА И ПРИРЕЗКА ЗЕМЛИ / APPANAGE PEASANTS / THE REFORM OF 1863 / LAND ALLOTMENTS / THE DISTRICT DOCUMENT / CUT OFF AND TACK ON A PLOT OF LAND

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Котов Петр Павлович

На основе анализа конкретных материалов обосновывается отличная от устоявшейся в историографии оценка отмены крепостного права в удельной деревне Севера страны.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Ownership of land allotments given to appanage peasants in the European North of Russia after the land allocation measures of 1863 (on the materials from the Solvychegodsk uyezd of Vologda province)

On the basis of the specific data analysis, the proof is given to the estimation of the abolition of serfdom in an appanage village in the North of Russia, at that the estimation being different from the one established in historiography.

Текст научной работы на тему «Наделение землей удельных крестьян Европейского Севера России по реформе 1863 года (на материалах Сольвычегодского уезда Вологодской губернии)»

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 94:332.21«1863»(470.1-22)

П.П. Котов

НАДЕЛЕНИЕ ЗЕМЛЕЙ УДЕЛЬНЫХ КРЕСТЬЯН ЕВРОПЕЙСКОГО СЕВЕРА РОССИИ ПО РЕФОРМЕ 1863 года (НА МАТЕРИАЛАХ СОЛЬВЫЧЕГОДСКОГО УЕЗДА ВОЛОГОДСКОЙ ГУБЕРНИИ)

На основе анализа конкретных материалов обосновывается отличная от устоявшейся в историографии оценка отмены крепостного права в удельной деревне Севера страны.

Ключевые слова: удельные крестьяне, реформа 1863 г., земельные наделы, уставные грамоты, отрезка и прирезка земли.

По закону от 26 июня 1863 г. началась отмена крепостного права в удельной деревне России [3. Т. XXVIII. № 39192]. Эта реформа, хотя и в меньшей степени, нежели реформа 19 февраля 1861 г., привлекла внимание исследователей уже с последней трети XIX в. [7; 8; 11. Т. 2; 18; 24. Т. 2]. Более детальное и научное изучение реформирования удельной деревни было продолжено в 1950-1960-х гг. Г.И. Богатиковой, П.А. Зайончковским и другими исследователями [6; 9; 10; 21; 23]. В конечном итоге ученые пришли к ряду очень важных выводов. Выяснено, например, что, опасаясь массовых совместных протестов крестьян, правительство провело реформы в разное время. В 1861 г. началась отмена крепостного права в помещичьей деревне, в 1863 г. - в удельной и в 1866 г. - в государственной деревне. Удельная администрация и государственные органы власти учли опыт проведения реформы 1861 г., которая вызвала волнения помещичьих крестьян. Они внесли в первоначальный проект реформирования удельной деревни коррективы: в состав пореформенного надела удельных крестьян вместе с тягловыми землями включались и так называемые запасные угодья; крестьяне сразу переводились на обязательный выкуп, то есть избегали временно обязанного состояния, в отличие от помещичьих крепостных. В связи с открытыми протестами удельных крестьян вскоре после начала реформы 1863 г. была отменена и пресловутая «градация повинностей». С другой стороны, в удельной деревне были сохранены общинные порядки. Самое главное, в ходе реформы 1863 г. сократились крестьянские наделы. Однако авторы и обобщающих, и региональных исследований едины в одном: признавая отрезки крестьянских угодий в удельной деревне Черноземья и Центра России после 1863 г., они подчеркивают расширение землевладения удельных крестьян Севера («лесной» полосы) [14]. Насколько правомочен такой вывод, который не подвергается сомнению и в последних исследованиях по удельной деревне [16; 17; 19; 20; 22]? Ответ на этот вопрос попытаемся дать на примере изучения реформы 1863 г. в удельной деревне Сольвычегодского уезда. Отмена крепостного права в последнем являлась достаточно типичной для Европейского Севера России.

К началу буржуазных реформ 60-70-х гг. XIX в. среди населения России самым многочисленным являлось сословие крестьян. Они, в свою очередь, подразделялись на разряды и категории. Основную массу населения Европейского Севера страны представляли жители государственной деревни, но в некоторых северных уездах имелись заметные прослойки других категорий крестьянства. В эту группу входил и Сольвычегодский уезд Вологодской губернии, где проживали не только государственные, но и удельные «поселяне». Их судьба практически не освещена в исторической литературе. Удельные крестьяне как особая категория сельского населения появились в России в 1797 г. в результате преобразований дворцовой собственности. Они должны были обеспечивать материальное существование младших членов императорской семьи [2. Т. XXIV. № 17096]. Управление всеми удельными землями, имуществом и крестьянами осуществлялось через Департамент (министерство) уделов, с 1826 г. - через министерство двора и уделов.

Для управления удельными крестьянами на местах создавались удельные экспедиции (с 1808 г.

- удельные имения или конторы). Они, в свою очередь, подразделялись на удельные приказы (объединяли от 2 до 4 тыс. ревизских душ) и отделения (численностью менее 2 тыс. ревизских душ). К 1797 г. дворцовые владения в Сольвычегодском уезде располагались в северной его части, по берегам Северной Двины. Основная их территория вошла в Афанасьевский удельный приказ, остальные - в Борецкий приказ. Последний объединял удельных крестьян не только Сольвычегодского, но и части Шенкурского уезда Архангельской губернии. В 1800 г. «приписных к Борецкому приказу» на терри-

тории Сольвычегодского уезда насчитывалось 1 527 ревизских душ мужского пола (далее - д.м.п.) и они проживали в 63 деревнях и селах. В Афанасьевском приказе в 178 селениях числилось 3 319 д.м.п. [11. Т. 3. С. 124-129 ; 4. Оп. 5. Д. 839. Л. 56-60]. В целом в удельной деревне уезда насчитывалось 4 846 д.м.п., что составляло 17,2% его сельского населения.

В сентябре 1804 г. удельное ведомство приобрело за 145 тыс.руб. ассигнациями имение княгини Шаховской, которое располагалось по берегам Северной Двины и Сухоны в Сольвычегодском и Великоустюжском уездах. Эти владения появились здесь после «опалы» князя Шаховского в середине XVII в. (во времена царя Алексея Михайловича) и высылке его «на воеводство в Соли Вычегодскую». Купленное уделом имение было довольно крупным. За ним числилось 26 054 дес. земли,

2 села (Царевоконстантиновское и Вондокурское), 74 деревни, 888 крепостных ревизских душ мужского пола и 1094 женского пола (наличных соответственно 968 и 1125 душ) и 26 половников. Из этого числа в Сольвычегодском уезде проживало 412 д.м.п. крепостных и 26 половников, в Великоустюжском - 476 д.м.п. крестьян. Все они вошли в состав вновь созданного Кузнецовского удельного отделения [4. Оп. 1. Д. 13. Л. 43-48; Оп. 7. Д. 10. Л. 2-27]. В результате к 1805 г. в уезде насчитывалось 5 284 д.м.п. удельных крестьян и они составляли уже 18,8% сельских жителей.

В 1808 г. Архангельская удельная экспедиция, объединявшая все удельные владения Европейского Севера, была разделена на Архангельскую и Вологодскую удельные конторы (имения). Было изменено и низовое деление этих владений [18. Т. XXX. № 23020]. В северной части Сольвычегодского уезда создаются Верхотоемский и Афанасьевский приказы (с изменением границ последнего), остальные удельные крестьяне по-прежнему входили в состав Кузнецовского отделения. Удельные крестьяне Сольвычегодского уезда были подчинены Вологодской удельной конторе, с 1858 г. - Вельской конторе [3. Т. XXXIII. № 33861; 4. Оп. 10. Д. 587].

К 1863 г. в Сольвычегодском уезде насчитывалось 6 428 ревизских д.м.п. удельных «поселян». В том числе в 54 селениях Афанасьевского приказа числилось 3 036 душ, Верхотоемского - 2 752 души (71 селение) и в 37 селениях Кузнецовского отделения - 640 душ. В Великоустюгском уезде в 25 селениях их насчитывалось 694 души [4. Оп. 71. Д. 2182. Л. 1-2]. В это время, как и в 1800 г., на долю удельных крестьян приходилось около 17,2% мужского населения Сольвычегодского уезда. В 1800 -1858 гг. прирост мужского населения удельной деревни Сольвычегодского уезда составил 1582 человек или 32,6%, в 1805 - 1858 гг. - соответственно 1144 души, или 21,7%. В 1805 - 1858 гг. наиболее заметным этот прирост был в Кузнецовском отделении (около 46%), наиболее низким - в северной части уезда (менее 20%).

Заметно сократилось и количество населенных пунктов, в которых проживали удельные крестьяне. Напомним, в 1800 г. они заселяли 178 селений Сольвычегодского уезда, к 1805 г. - 224 и в 1863 г. - всего 162 селения. Этот процесс затронул в большей степени северную часть удельных владений уезда, на которой в 1800 - 1863 гг. «исчезло» 53 деревни (около 30% от 1800 г.). В Кузнецовском отделении (на территории Сольвычегодского уезда) в 1805 - 1863 гг. было заброшено 9 деревень, или примерно 20% населенных пунктов. С другой стороны, наблюдался рост «людности» деревень и сел. Если в 1805 г. на одно селение здесь приходилось около 24 д.м.п., то в 1863 г. - примерно 40 д.м.п.

Основными документами, по которым в ходе реформы 26 июня 1863 г. удельные крестьяне наделялись землей и окончательно отпускались «на волю» служили уставные грамоты. Они составлялись чиновниками удельного ведомства, утверждались мировыми посредниками и губернскими по крестьянским делам присутствиями. Уставные грамоты считались введенными в действие после их подписания представителями названных ведомств, мировыми посредниками и крестьянами или «выборными» от крестьян.

Каждая уставная грамота по Сольвычегодскому уезду охватывала обычно одно сельское общество, иногда часть его или несколько обществ, что указывалось во введении. В них также фиксировалось: число д.м.п. по X ревизии, которые получали надел; количество земли у крестьян до реформы и после нее; площадь изымаемых у крестьян угодий и прирезаемых им земель; размеры оброчных статей; общие, годовые и душевые выкупные суммы [4. Оп. 74. Д. 95-97]. Эти сведения уточнялись в «Дополнительных условиях», «Актах» и «Протоколах», прилагаемых к уставным грамотам. Они корректировались нами с учетом сведений, которые содержатся в крестьянских «Прошениях», «Справках» и «Рапортах» чиновников [4. Оп. 34. Д. 1849, 1850, 1852, 1854, 1953, 1956, 2265; Оп. 71. Д. 2182, 2218; Оп. 78. Д. 94, 219, 220 ]. Ранее исследователи использовали не эти первичные источники, а мате-

2012. Вып. 1 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

риалы «Сводных таблиц» [4. Оп. 74. Д. 85]. Последние составлялись удельными чиновниками для своих нужд и содержали краткие выписки из уставных грамот. В них имеются описки, не учтены материалы некоторых «Дополнительных условий» и «Актов», упущены данные «Прошений» и других документов.

Самое же главное заключается в том, что «Сводные таблицы» очень существенно обедняют и даже непреднамеренно искажают информацию (последнее не являлось целью чиновников). Покажем это на конкретном примере. Данные «Сводной таблицы» на Вершининское сельское общество (далее

- с.о.) Сольвычегодского уезда свидетельствуют, что здесь до реформы на 818 ревизских душ приходилось 2207 дес. земли (по 2,7 дес. на душу). Из этого количества удел отрезал в свою пользу 192 дес. и прирезал 3735 дес., то есть крестьяне получали 5750 дес. земли (по 7,0 дес. на душу), или на 161% больше, чем они имели до реформы [4. Оп.74. Д. 85]. Внешне подтверждается заметное улучшение обеспечения землей крестьян северной удельной деревни. Однако вновь обратимся к уставной грамоте на Вершининское с.о. Ее материалы свидетельствуют, что от крестьянского надела отрезали «тягловые сенокосные угодья», а прирезали «дровяные и кустарные заросли» (некачественный лес. -К.П.) [4. Оп. 74. Д. 96. Л. 8-16], то есть уточняются категории земель. Это, в свою очередь, заставляет обратить внимание на структуру крестьянских наделов.

В хозяйственный оборот удельных крестьян Сольвычегодского уезда в дореформенный период были вовлечены тягловые, оброчные и лесные угодья. Они практически не арендовали земель у частных владельцев и не имели покупных владений. Тягловые земли - это те усадебные, пашенные и сенокосные участки, которые были расчищены крестьянами из-под леса и которыми они пользовались с незапамятных времен, «от века». По «Табелям поземельного сбора» за 1858 г., которые служили основой для налогообложения, за удельными крестьянами Сольвычегодского уезда числилось 11 234 дес. тягловых угодий. Однако в уставных грамотах площадь этих угодий учитывалась по так называемой «инструментальной съемке удельных земель». Она была проведена в 1850-1860-х гг. В результате в удельной деревне Сольвычегодского уезда было учтено 18 731 дес. тягловых угодий. Эта площадь земли на 67% превышала угодья, зафиксированные по «Табелям поземельного сбора» [4. Оп. 5. Д. 67; Оп. 10. Д. 3877; Оп. 34. Д. 128; Оп. 71. Д. 2001, 2003, 2179, 2181, 2182, 2218; Оп. 74. Д. 95-97].

Подразумевалось, что за владение тягловыми землями крестьяне должны платить денежные подати и выполнять натуральные повинности. Правительственные и удельные чиновники понимали, что при мизерных наделах на Севере ни одно крестьянское хозяйство не могло существовать только за счет тягловых угодий и тем более выплачивать налоги. Поэтому они позволяли вовлекать в хозяйственный оборот удельной деревни лесные угодья на общих основаниях с казенной - государственной деревней. И те, и другие крестьяне пользовались лесами с давних времен. Лесопользование постепенно все больше регламентировалось государством. При этом оно не делало различий для крестьян дворцовых - удельных и черносошных - казенных. Они если и наказывались (штрафовались, арестовывались и т.д.), то за конкретные нарушения правил лесопользования, а не за принадлежность к той или иной категории населения. Лесные угодья органично были вплетены в экономику крестьян Севера. И после создания удельного ведомства эти порядки практически не изменились.

В лесу удельные крестьяне Сольвычегодского уезда охотились, собирали грибы и ягоды, заготовляли дрова, занимались смолокурением и многими другими промыслами. Особое значение лес имел для содержания скота. В удельной деревне Сольвычегодского уезда, как и на всем Севере, практически отсутствовали специальные выгоны для скота. В уезде только в Кузнецовском отделении имелись выгоны, по уставным грамотам - 652 дес. [4. Оп. 74. Д. 95]. Свой скот основная часть крестьян пасла в лесу, огораживая для этого определенные участки. В лесу же крестьяне расчищали места под сенокос, пашню и перелог. Не все подобные угодья были обнаружены и официально учтены даже в ходе и после реформы. За самовольные расчистки крестьян наказывали, но ведение переложного земледелия допускалось официально - оно служило существенным подспорьем для покрытия хлебного дефицита удельной деревни Сольвычегодского уезда. Леса эксплуатировались крестьянами в течение нескольких веков бесплатно. Лишь в начале XIX в. были введены пошлины на смолокуренный промысел [15. С. 54-57].

11 ноября 1797 г. вышел указ о наделении казенных крестьян «законной пропорцией земли» - 8 дес. на каждую д.м.п. по V ревизии (1795 г.) в «малоземельных» губерниях и 15 дес. - в «многоземельных» (северные губернии относились к последним). Удел стал требовать подобного наделения землей и для своих крестьян. В конечном итоге в 30-х гг. XIX в. такое наделение было начато в

удельной деревне Вологодской губернии, а затем и в других губерниях «северной полосы». Удел настоял, чтобы учитывались «прибыльные души» (после V ревизии прошло более 40 лет), и добился, что вместо 15 дес. на ревизскую душу выделялось 19,5 дес. Но под этой нормой он стал подразумевать пашню, каковой незанятой у казны конечно не было. Тогда за 1 дес. пашни стали засчитывать

3 дес. леса для смолокурения или 2 дес. смешанного леса, или 1 дес. строевого хвойного леса [15. С. 23]. В результате удельные крестьяне (именно крестьяне) Сольвычегодского уезда получили от казны: в Верхотоемском приказе - 77 420 дес. леса или по 28,1 дес. на д.м.п. по X ревизии (1857-1858 гг.) и в Афанасьевском приказе - 15 7690 дес., или по 51,9 дес. на душу (учтены лишь удобные угодья). Крестьянам Кузнецовского отделения, как бывшим помещичьим, «законная пропорция земли» от казны не полагалась. Однако в состав земельных владений княгини Шаховской в Сольвычегод-ском уезде входило 14 551 дес. удобных лесных угодий (по 22,7 дес. на душу), которыми крестьяне пользовались до и после покупки имения уделом (табл. 1).

Все эти перипетии вокруг лесных угодий были делом чиновников. Удельные крестьяне считали леса своими по праву пользования и «старины». Пока шли споры и отмежевание земель, они пользовались лесом на прежних основаниях и, конечно, не учитывали границ лесных дач. Эти границы не учитывались вплоть до реформы 1863 г. и соседними государственными крестьянами. Поэтому до 1863 г. указанные нами цифровые среднедушевые показатели лесопользования носят условный характер.

С другой стороны, в вопросах лесопользования для крестьян наступил принципиально иной этап. Государство на основе закона 1797 г. выделило лесные площади для крестьян. Оно право пользования лесом удельных крестьян оформило в право закона, то есть лес становился крестьянским. Крестьяне же этого не осознавали, считая лес своим всегда. Со своей стороны удельное ведомство до 1863 г. не посмело ввести лес в свои оброчные угодья, то есть официально признать его своей собственностью, что было бы прямым нарушением закона. Оно лишь продолжило политику казны и регулировало правила смолокурения на основе государственных актов.

Официальной собственностью удела являлись оброчные угодья - пашенные и сенокосные земли, мельницы, «рыбные ловли» и другие «оборочные статьи». Они сдавались населению в аренду за определенную плату. Как правило, таких земельных угодий на Севере было немного. После своего создания удел имел в Сольвычегодском уезде около 500 дес. оброчной пашни и сенокоса и несколько десятков десятин «неудобий». К 1863 г. оброчные статьи удела исчислялись в размере 824 дес. без учета земель из-под общественной запашки. Общественная запашка появилась в 1828 г., когда часть наиболее плодородной крестьянской пашни была выделена из надельных земель в особые участки. Они обрабатывалась крестьянами, часть урожая с них засыпалась в запасные хлебные магазины -создавались хлебные запасы на случай неурожайных лет. Другая часть зерна продавалась, а деньги распределялись между чиновниками и частично отчислялись на счета «запасного хлебного капитала». В 1862 г. эта земля была переведена в состав оброчных статей. В результате удельные крестьяне Сольвычегодского уезда потеряли 201 дес. своей лучшей пашни [4. Оп. 5. Д. 67; Оп. 10. Д. 3877; Оп. 34. Д. 128; Оп. 71. Д. 2001, 2003, 2179, 2181, 2182, 2218; Оп. 74. Д. 95-97]. В наших дальнейших рассуждениях она учтена как оброчная согласно существующим законам 60-х гг. XIX в.

Рассмотрев структуру крестьянского землепользования, обратимся еще раз к уставной грамоте на Вершининское сельское общество. Из нее следует, что в дореформенный надел земли крестьян удел включил только тягловые земли. Лесные же угодья («дровяные и кустарные заросли»), то есть крестьянские земли, он засчитал в качестве «прирезки». Удел, вопреки закону, стал открыто рассматривать леса как свою собственность.

С учетом реальной обстановки и законности кардинально меняется картина результатов реформы 1863 г. для крестьян названного сельского общества. Ведь накануне реформы они имели по 2,7 дес. на одну ревизскую душу надельных земель и примерно 28,1 дес. леса, всего - по 30,8 дес. удобных угодий на душу. После реформы им было оставлено соответственно 2,5 и 4,6 дес., то есть всего около 7,0 дес. угодий на одну душу, или 23,1% от дореформенного надела (табл. 1). Объективно в качестве прирезки может рассматриваться только выделение оброчных владений удела. В нашем примере таковой не было вовсе.

Из табл. 1 и 2 следует, что удельные крестьяне Сольвычегодского уезда потеряли (с учетом прирезки - отрезки) 1047 дес. пашни и покосов, или около 5,6% (по сельским обществам и селениям

- от 0 до 52%). Данные табл. 1 свидетельствуют, они получили в среднем по 2,8 дес. на душу усадебной, пашенной, сенокосной и выгонной земли. Размеры этих угодий оставались неизменными в тех

селениях, где они были весьма незначительны. Так, в с. Чаплыгино и до, и после реформы они составляли всего 1,1 дес. на душу. Более значительные размеры тягловых земель до и после реформы 26 июня 1863 г. были у крестьян Кузнецовского отделения (от 3,7 до 7,7 дес. на ревизскую душу до реформы и от 3,7 до 4,8 дес. - после нее). Правда, в рамках этого отделения в Пицком с.о. крестьянские тягловые угодья довольно заметно сократились - с 5,7 до 4,8 дес. на душу. Еще больше тягловой земли в результате реформы 1863 г., потеряли жители с. Нероновского. Их усадебные, пашенные и сенокосные владения сбавились с 7,7 до 3,7 дес. на ревизскую душу. По остальным селениям удельной деревни Сольвычегодского уезда уменьшение этих наделов в ходе реформы 1863 г. не превышало 0,3 дес. в расчете на ревизскую душу (табл. 1). Заметим, что даже небольшое сокращение крестьянских обрабатываемых угодий отрицательно отражалось на хозяйстве удельной деревни уезда. Ведь наделы здесь были, за редким исключением, и без того мизерными.

Таблица 1

Изменение землепользования удельных крестьян Сольвычегодского уезда по реформе 1863 г.

(в дес. абс. и на ревизскую д.м.п.)

Приказы, сельские общества и селения Земли до реформы 1863 г. Земли после реформы 1863 г.

Усадьбы, пашни, сенокосы и выгоны Лес Всего удобной земли Усадьбы, пашни, сенокосы и выгоны Дровяных и кустарных зарослей Всего удобной земли

абс. на душу абс. на душу абс. на душу абс. на душу абс. на душу абс. на душу

Верхотоемский приказ

с. Чаплыгино 8 1,1 197 28,1 205 29,3 8 1,1 26 3,7 34 4,9

Вершининское 2207 2,7 23012 28,1 25219 30,8 2015 2,5 3735 4,6 5750 7,0

Верхотоемское 2534 2,3 31789 28,1 34323 30,4 2309 2,1 910 0,8 3219 2,8

Сефтренское и Сойгинское 1696 2,1 22422 28,1 24118 30,3 1573 2,0 348 0,4 1921 2,4

По приказу 6445 2,3 77420 28,1 83865 30,4 5905 2,2 5019 1,8 10924 4,0

Афанасьевский приказ

Афанасьев- ское 3137 3,2 51109 51,9 54246 55,1 3071 3.1 625 0,7 3696 3,8

Афанасьевское Юшиж-ского края 758 3,2 12310 51,9 13068 55,1 697 2,9 227 1,0 924 3,9

Кережское 1874 3,0 32463 51,9 34337 54,9 1801 2,9 551 0,9 2352 3,8

д. Савинско-Борская 482 3,6 7064 51,9 7546 55,5 449 3,3 176 1,3 625 4,6

Пучугское 3116 3,0 54744 51,9 57860 54,9 3056 2,9 1492 1,4 4548 4,3

По приказу 9367 3,0 157690 51,9 167057 55,0 9074 3,0 3071 1,0 12145 4,0

Кузнецовское отделение

Григоровское 281 3,7 1751 22,7 2032 26,4 281 3,7 0 0,0 281 3,7

Устьевское 284 4,3 1501 22,7 1785 27,0 284 4,3 0 0,0 284 4,3

с. Нероновское 54 7,7 159 22,7 213 30,5 26 3,7 9 1,3 35 5,0

Шешурское 1026 4,2 5525 22,7 6551 27,0 991 4,1 56 0,2 1047 4,3

Г орское 715 4,8 3387 22,7 4102 27,5 681 4,6 39 0,3 720 4,8

Пицкое 559 5,7 2228 22,7 2787 28,4 473 4,8 22 0,2 495 5,1

По отделению 2919 4,6 14551 22,7 17470 27,3 2736 4,3 126 0,2 2862 4,5

Всего по уезду 18731 2,9 249661 38,8 268392 41,8 17715 2,8 8216 1,3 25931 4,0

Примечание. Конкретизированы обозначения деревень (д.) и сел (с.), все остальные названия относятся к сельским обществам.

Источники: РГИА. Ф. 515. Оп. 34. Д. 1849, 1850, 1852, 1854, 1953, 1956, 2265; Оп. 71. Д. 2218, 2182; Оп. 74. Д. 85, 95-97; Оп. 78. Д. 94, 219, 220.

После реформы 1863 г. с учетом лесных угодий общий земельный надел жителей удельной деревни Сольвычегодского уезда колебался в размерах от 2,4 до 7,0 дес. на ревизскую душу (табл. 1). Здесь 1927 крестьян (более 30%) получили надел от 2 до 3 дес., 1923 крестьян ( около 30%) - от 3 до

4 дес., 1662 (26%) - от 4 до 5 дес. и лишь 916 крестьян (примерно 14%) - свыше 5 дес.

Основная часть удельных крестьян Сольвычегодского уезда получила после реформы 1863 г. надел менее установленного высшего. Высший душевой надел по Положению 1863 г. был определен для крестьян Верхотоемского и Афанасьевского приказов в 7 дес., Кузнецовского отделения - 5 дес. Материалы табл. 2 свидетельствуют, что в Сольвычегодском уезде 5505 удельных крестьян, или 85,6%, получили земли менее «законного высшего размера». В Афанасьевском приказе в эту группу вошли все удельные поселяне. Надел более высшего размера был оставлен лишь 818 крестьянам Верхотоемского приказа и 98 жителям Кузнецовского отделения. При этом превышение высшего душевого надела в первом составляло менее 0,03 дес., во втором - немногим более 0,05 дес. Подчеркнем, что сверх высшего надела угодья предоставлялись за дополнительную плату. С другой стороны, надел 797 крестьян Сефтренского и Сойгинского с.о. всего на 0,08 дес. превышал низший душевой размер угодий (составлял треть высшего размера, т.е. в данном случае - 2,33 дес.).

Таблица 2

Наделы удельных крестьян Сольвычегодского уезда по реформе 1863 г. относительно

установленных высших размеров

Приказы и отделения Всего ревизских душ, получивших надел Из них число душ, получивших надел

меньше высшего размера равные высшему размеру больше высшего размера

душ % душ % душ %

Верхотоемский приказ 2752 1934 70,3 0 0 818 29,7

Афанасьевский приказ 3036 3036 100,0 0 0 0 0

Кузнецовское отделение 640 535 83,6 7 1,1 98 15,3

В целом по уезду 6428 5505 85,6 7 0,1 916 14,3

Источники: см. табл. 1

Из надельных земель в удельной деревне Сольвычегодского уезда отрезались в основном сенокосы и выгоны, так как они чаще, чем пашни, были разбросаны по лесам, а по закону необходимо было ликвидировать чересполосицу. Материалы табл. 3 показывают, что из тягловых земель в ходе реформы 1863 г. пашня была отрезана лишь у крестьян Кузнецовского отделения - всего 24 дес. Тогда как сенокоса и выгонов эти крестьяне потеряли 196 дес., или 8,9%. Еще заметнее сенокосные угодья сократились в Верхотоемском приказе, поселяне которого лишились 686 дес. сенокосов, или 19,6%, то есть почти пятой части (табл. 3).

Таблица 3

Отрезки и прирезки земельных угодий в удельной деревне Сольвычегодского уезда

в ходе реформы 1863 г. (дес.)

Приказы и отделения Отрезано Прирезано

пашня сенокос лес всего пашня сенокос всего

Верхотоемский приказ 0 686 72401 73087 139 7 146

Афанасьевский приказ 0 365 154619 154984 72 0 72

Кузнецовское отделение 24 196* 14425 14645 6 0 6

Всего по уезду 24 1247 241445 242716 217 7 224

*Включая 59 дес. выгонов. Источники: см. табл. 1.

Положение некоторых крестьян чрезвычайно осложнилось. В Верхотоемском сельском обществе крестьяне утратили 310 дес. покосов или почти 25%, в с. Нероновском - 27 дес., или свыше 61% таких угодий [4. Оп. 74. Д. 96. Л. 23-47; Д. 97. Л. 53-59]. Вначале за отрезаемые надельные угодья

2012. Вып. 1 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

не предполагалось никакой компенсации. Затем, в 1865 г., под нажимом крестьянских протестов удел сделал уступки: в обмен на отрезку надельной земли давались оброчные или лесные угодья (иначе крестьяне леса не получили бы вовсе); отрезаемые участки предоставлялись в бесплатное пользование на срок до 7 лет, если не было компенсации другими угодьями; часть отрезаемых земель сдавалась в аренду на срок до 24 лет (плата колебалась от 42 коп. до 1 руб. 32 коп. за десятину) [4. Оп. 34. Д. 1849, 1864]. Но обмен отрезаемых угодий получался явно несправедливым. У крестьян удельной деревни Сольвычегодского уезда отрезали 1247 дес. покосов и выгонов и 24 дес. пашни, прирезали -217 дес. пашни и 7 дес. сенокоса (табл. 3). Как видим, удел компенсировал отрезку покосов в основном пашенными землями. При этом большую часть этих угодий составляли земли бывшей общественной запашки, по сути, крестьянских же земель. Обратим внимание на то, что удельное ведомство в качестве компенсации за отрезаемые крестьянские земли засчитывало и выделение «дровяных и кустарных зарослей». Однако, как было показано, реально, по закону выделение этих угодий нельзя считать прирезкой. Это было оставление лишь части лесных массивов в наделе крестьян.

Отметим, что к отрезке предполагалась большая площадь надельных земель, но в ходе реформы многие из них решено было оставить крестьянам. Так, у тех же крестьян Вершининского с.о. вначале отняли 400 дес. сенокосов (29%), затем 208 дес. вернули [4. Оп. 74. Д. 96. Л. 8-12 об.].

Самое существенное то, что в ходе проведения реформы удельные крестьяне Сольвычегодского уезда лишились 241445 дес., или 96,7% леса. Им оставили только 8216 дес. «дровяных и кустарных зарослей». На 1 дес. таких лесных участков приходилось не более 15 строевых деревьев, и они находились «вне смолокуренных дач» [3. Т. XXVIII. № 39792; 4. Оп. 34. Д. 1849. Л. 40 об.]. Большая часть предоставленного крестьянам леса была непригодна к расчистке под пашню, сенокос или выгоны [4. Оп. 74. Д. 85, 95-97; Оп. 34. Д. 1849. Л. 217-384; Д. 1850. Л. 677-690]. Крестьяне лишались возможности охотиться, собирать грибы и ягоды, заниматься многими промыслами, и главное - они потеряли места для выпаса скота.

Понятно, что кардинально изменилась структура крестьянского землепользования. До реформы 1863 г. лес в удельной деревне Сольвычегодского уезда составлял 91,8% всех угодий, тогда как на усадебную, пашенную и сенокосную землю приходилось около 8,2% надела. После реформы на лес приходилось только 35,0% крестьянского землепользования. Существенно изменилось соотношение пашенных и сенокосных угодий. Иными словами, вставал вопрос о коренных изменениях в экономической сфере удельной деревни Сольвычегодского уезда, к чему население не было готово и что не подкреплялось предоставлением им прав и возможностей. Реформа 1863 г. поставила под вопрос существование хозяйственной деятельности удельных крестьян Сольвычегодского уезда. Подобная ситуация была характерна и для удельной деревни всего Европейского Севера России [12; 13].

Пользуясь тяжелым положением крестьян после реформы 1863 г. удел предложил им взять лесные дачи в «срочное пользование и ответственное охранение» на 40 лет. В случае заключения контракта крестьяне несли полную ответственность за все самовольные порубки на арендуемых участках. При «не обнаружении порубщиков» штраф налагался на «ответственных охранителей». Для аренды удел выделял в первую очередь лесные участки вдоль рек и дорог, где наиболее часто совершались самовольные порубки. Этим не ограничивались обязанности крестьян. За пользование лесом с них взимали в год: с каждой арендуемой десятины 8 коп. (иногда эта плата не взималась), с крупной головы скота - 15 коп., с мелкой - 5-8 коп., за определенное количество дров, жердей и кольев - 76 коп. с домохозяина, за выкурку бочки смолы - до 1 руб. 50 коп. Правда, каждый домохозяин имел право вырубать по 7 строевых деревьев в год за треть таксы, сверх этого - уже за полную стоимость [4. Оп. 34. Д. 1956. Л. 9.]. Таким путем удел, кроме получения прямых денежных доходов, решал и проблему охраны лесов, Удельные крестьяне Сольвычегодского уезда вынуждены были уже к 1867 г. взять в аренду почти 160 тыс. дес. леса - свыше 66% от доставшегося уделу [4. Оп. 71. Д. 2182. Л. 1 об.-2].

Крестьяне вынуждены были арендовать и удельные оброчные статьи. В Сольвычегодском уезде они были разбросаны по 433 участкам и включали около 1 тыс. дес. земли, из них почти 815 дес. находились внутри крестьянских наделов, то есть в ходе реформы 1863 г. чересполосица не была уничтожена. С другой стороны, многие из оброчных угодий уже давно были органично включены крестьянами в хозяйственный оборот [4. Оп. 71. Д. 2182. Л. 1об.-2; Оп. 78. Д. 219. Л. 46-48.].

Земельный надел отделялся крестьянам один раз и навсегда. Последующие поколения крестьян были обречены на прогрессирующее малоземелье за счет «прибылых душ». Земля по реформе была выделена для 6428 душ удельных крестьян Сольвычегодского уезда. Их в 1897 г. насчитывалось уже

9607 человек, имеющих право на надел [4. Оп. 78. Д. 219. Л. 46-48]. Наделы крестьян к началу 80-х гг. XIX в. даже сократились и составляли 17129 дес. усадьбы, пашни и сенокоса и 5551 дес. леса. Остальные угодья превратились в «неудобья» из-за ежегодных «подтопов», эрозии почвы и тому подобных явлений [4. Оп. 34. Д. 1849, 1850, 1852, 1854, 1953, 1956, 2265; Оп. 78. Д. 94, 219, 220; 23. С. 61-68].

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Бывшие удельные крестьяне Сольвычегодского уезда, как, впрочем, и некоторые чиновники, осознавали несправедливость реформ 1863 г., когда крестьянское землепользование резко сократилось, а прежние налоги были превращены в выкупные платежи. Иными словами, крестьяне платили практически прежние суммы с гораздо меньшей площади земли. В архивах отложились десятки крестьянских прошений и «слезных просьб» в различные инстанции. Крестьяне обращались ко всем русским царям, которые были на престоле во второй половине XIX - начале XX в. Основные требования крестьян сводились к следующему: дополнить земельный надел до «узаконенного высшего» за счет возврата отрезанных надельных угодий, оброчных земель и доброкачественного леса, «как в казенной деревне». Они просили разрешить свободное лесопользование «на прежних основаниях» [4. Оп. 34. Д. 1849, 1850, 1852, 1854, 1953, 1956, 2265; Оп. 78. Д. 94, 219, 220.].

Справедливость многих просьб удельных крестьян Севера признавали и некоторые высокопоставленные чиновники. Архангельский губернатор А.П. Энгельгардт в 1896 г. писал (сохранены стиль и грамматика): «Общее расстройство хозяйства крестьян удельного ведомства находит себе объяснение в малом наделе... в неудобном расположении надельных земель, находящихся в чересполосице с оброчными статьями и другими удельными землями, в отсутствии вовсе выгона и лесных наделов и тяжелых условиях аренды от Уделов необходимых для крестьян лесных пространств... главная нужда северного крестьянского хозяйства заключается в сенокосах». Бывшим удельным крестьянам Сольвычегодского уезда он предлагал передать 15807 дес. леса, удобного к расчистке под пашни и сенокосы. Наряду с этим, по мнению А.П. Энгельгардт, следовало отделить крестьянам 815 дес. оброчных угодий, которые находились внутри крестьянских наделов, и облегчить аренду лесных дач. Предлагались и другие частные меры [4. Оп. 78. Д. 219. Л. 1, 7, 9-13, 65-110 об.]. Ряд этих предложений был воплощен лишь в годы первой русской революции.

Таким образом, в ходе отмены крепостного права в удельной деревне Сольвычегодского уезда Вологодской губернии произошло не увеличение, а существенное сокращение крестьянского землепользования (несоизмеримого по сравнению с губерниями центральной и черноземной полосы России). Не случайно в Сольвычегодском уезде уставные грамоты подписали только 149 крестьян, или 2,3% [4. Оп. 74. Д. 95-97] . Остальные крестьяне наивно полагали, что, если они не подпишут грамоты, условия реформы будут пересмотрены в их пользу. Однако при отсутствии «законных» возражений или в случае «нарушении порядка» при вводе уставных грамот они считались вступавшими в силу и без подписей крестьян [5]. В результате в Сольвычегодском уезде реформа затянулась до 1869 г. «Земельное» ограбление крестьян в ходе ее проведения далеко не компенсировали более мягкие прочие условия их освобождения по сравнению с помещичьими крестьянами. Более бурного подъема экономики удельной деревни Сольвычегодского уезда в пореформенные годы не происходило. Напротив, наблюдалось не столько ее развитие, сколько выживание населения на грани обнищания.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Вологодский сборник. Издаваемый Вологодским статистическим комитетом, под редакцией Ф.А.Арсеньева. Вологда: Тип. Губ. Стат. комитета, 1881. Т. 2. 343 с..

2. Полное собрание законов Российской империи. Собрание Первое. СПб., 1830. Т. 1-45.

3. Полное собрание законов Российской империи. Собрание Второе. СПб., 1830. 1884. Т. 1-55.

4. Российский государственный исторический архив. Ф. 515. Главное управление уделов.

5. Сборник правительственных распоряжений по устройству быта крестьян, вышедших из крепостной зависимости. СПб., 1862. Т. 3. Ч. 1. 135 с.

6. Богатикова Г.И. Реформа 26 июня 1863 г. в удельной деревне // Исторические записки. 1958. Т. 63. С. 81-123.

7. Вильсон И. Выкупные за землю платежи бывших удельных крестьян. 1871 - 1876 // Записки Императорского русского географического общества. СПб., 1879. Т. 5 С. 259-380.

8. Готье Ю.В. Очерк истории землевладения России. Сергиев Посад: Тип. И.И. Иванова, 1915. 207 с.

9. Давлетбаев Б.С. Крестьянская реформа 1863 года в Башкирии. М.: Наука, 1983. 457 с.

10. Зайончковский П.А. Отмена крепостного права в России. М.: Просвещение, 1968. 368 с.

11. История уделов за столетие их существования. 1797 - 1897. СПб.: Тип. Главного управления уделов, 1901 -1902. Т. 1. 723 [4] с., 32 л. илл.; Т. 2. 581 [4] с.; Т. 3. 199 [1] с., 5 карт.

12. Котов П.П. К вопросу о реформе 1863 г. на Севере // Изучение аграрной истории Европейского Севера СССР на современном этапе. Сыктывкар, 1989. С. 78-83.

13. Котов П.П. О земельном обеспечении бывших удельных крестьян по реформе 1863 года // Буржуазные реформы в России второй половины XIX века. Воронеж, 1988. С. 54-63.

14. Котов П.П. Реформа 1863 г. в русской историографии (конец XIX - XX вв.) // Средневековая и новая Россия: сб. науч. ст. СПб.: Изд-во Санкт-Петерб. ун-та, 1996. С. 624-635.

15. Котов П.П. Удельные крестьяне Севера. 1797 - 1863 гг.: учеб. пособие по спецкурсу. Сыктывкар: Изд-во Сыктывкар. ун-та, 1991. 80 с.

16. Красникова Ю.Н. Департамент уделов и удельные крестьяне северо-запада России в конце XVIII - первой четверти XIX века: дис. ... канд. ист. наук. СПб., 2007. 242 с.

17. Максимов С.Е. Развитие удельного предпринимательства в Среднем Поволжье во второй половине 80-х -90-е гг. XIX века: дис. ... канд. ист. наук. Ижевск, 2008. 212 с.

18. Мороховец Е.А. Крестьянская реформа 1861 г. М.: Соцэкгиз, 1937. 162 с.

19. Орлов С.В. Удельные крестьяне Алатырского удельного округа в первой половине XIX века: дис. ... канд. ист. наук. Саранск, 2003. 204 с.

20. Половинкин Н.С. Дворцовые (удельные) крестьяне Приуралья во второй половине XVI - первой половине XIX вв.: дис. ... д-ра ист. наук. Тюмень, 1996. 204 с.

21. Рябинский Л.С. Реформа 1863 г. в удельной деревне Мордовии // Труды НИИ яз., лит., ист. и экон. при Совете Министров Мордовской АССР. 1963. Сер. ист. Вып. 24. С. 80-93.

22. Серкина С.С. Община и обычное право удельных крестьян Симбирской губернии в конце XVIII - первой половине XIX века: дис. ... канд. ист. наук. Саранск, 2002. 226 с.

23. Смыков Ю.И. Крестьяне Среднего Поволжья в период капитализма (социально-экономическое исследование). М.: Наука, 1984. 231 с.

24. Ходский Л.В. Земля и земледелец. СПб.: Тип. М.М. Стасюлевича, 1891. Т. 1. 276 с.; Т. 2. 434 с.

Поступила в редакцию 11.11.11

P.P. Kotov

Ownership of land allotments given to appanage peasants in the European North of Russia after the land allocation measures of 1863 (on the materials from the Solvychegodsk uyezd of Vologda province)

On the basis of the specific data analysis, the proof is given to the estimation of the abolition of serfdom in an appanage

village in the North of Russia, at that the estimation being different from the one established in historiography.

Keywords: appanage peasants, the reform of 1863, land allotments, the district document, cut off and tack on a plot of

land.

Котов Петр Павлович Kotov Petr Pavlovich

ГОУВПО «Сыктывкарский государственный университет» Syktyvkar State University

167001, Россия, г. Сыктывкар, Октябрьский пр., 55. 167001, Russia, Syktyvkar, Oktyabrskiy av., 55

Е-mail: kotovpetr55@mail.ru Е-mail: kotovpetr55@mail.ru

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.