Научная статья на тему 'МОЛОДЫЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ: ПОЧЕМУ ОНИ УЕЗЖАЮТИЗ РОССИИ И СОБИРАЮТСЯ ЛИ ВЕРНУТЬСЯ?'

МОЛОДЫЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ: ПОЧЕМУ ОНИ УЕЗЖАЮТИЗ РОССИИ И СОБИРАЮТСЯ ЛИ ВЕРНУТЬСЯ? Текст научной статьи по специальности «СМИ (медиа) и массовые коммуникации»

CC BY
636
62
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по СМИ (медиа) и массовым коммуникациям, автор научной работы — Борусяк Любовь Фридриховна

This article is based on the results of a pilot online survey of 115 young well educated Russians leaving abroad. The study has shown that a considerable part of young intellectuals who've left Russia will not come back. They do not aim to change their identity, identify more with Russianor global culture than with that of the country they reside in but they are dissatisfied with the sociopolitical and socioeconomic situation in Russia.They are in active communication with their family members living in Russia, as a rule their new social circle includes Russian speaking friends, they value Russian culture highly but for them such factors as social institutions functioning, level of democracy and safety, quality of life in the new country, opportunities for professional growth are of equal or even greater importance. Many of them have a negative attitude towards Russia's policies, although they mostly do not feel responsible for said policies, separating themselves from the state. However their own status (as an expat, emigrant etc) is of no import for them, the majority of respondents do not spare it much thought, since those terms are a part of the old, non-globalized world.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

YOUNG INTELLECTUALS: WHY ARE THEY LEAVING RUSSIA AND DO THEY PLAN TO COME BACK?

This article is based on the results of a pilot online survey of 115 young well educated Russians leaving abroad. The study has shown that a considerable part of young intellectuals who've left Russia will not come back. They do not aim to change their identity, identify more with Russianor global culture than with that of the country they reside in but they are dissatisfied with the sociopolitical and socioeconomic situation in Russia.They are in active communication with their family members living in Russia, as a rule their new social circle includes Russian speaking friends, they value Russian culture highly but for them such factors as social institutions functioning, level of democracy and safety, quality of life in the new country, opportunities for professional growth are of equal or even greater importance. Many of them have a negative attitude towards Russia's policies, although they mostly do not feel responsible for said policies, separating themselves from the state. However their own status (as an expat, emigrant etc) is of no import for them, the majority of respondents do not spare it much thought, since those terms are a part of the old, non-globalized world.

Текст научной работы на тему «МОЛОДЫЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ: ПОЧЕМУ ОНИ УЕЗЖАЮТИЗ РОССИИ И СОБИРАЮТСЯ ЛИ ВЕРНУТЬСЯ?»

Любовь БОРУСЯК

Молодые интеллектуалы: почему оно уезжают из России и собираются ли вернуться?1

Длительное время тема новой волны эмиграции из России не была в центре внимания исследователей. В основном обсуждались масштабы этого явления2. Публиковались также результаты локальных исследований, посвященных жизни российских эмигрантов в разных странах: Франции, Израиле, Финляндии и др., в том числе их адаптации и самоидентификации3. В последнее время в научном и общественном дискурсе резко актуализировалась проблема утечки мозгов из России. После долгого перерыва появились большие исследования, посвященные этой теме. В част-

1 Выражаю благодарность Григорию Франгуриди, Кириллу Левинсону и Кириллу Борусяку за помощь в организации исследования.

2 См., напр.: Рязанцев С.В. Эмигранты из России: русская диаспора или русскоговорящие сообщества // Социологические исследования.

2016. № 12. С. 84-94; Рязанцев С., Письменная Е, Лукьянец А. и др. Современная эмиграция из России и формирование русскоязычных сообществ за рубежом // Мировая экономика и международные отношения. 2018. Т. 62. № 6. С. 93-107; Латова Н.В. Утечка мозгов в системе институтов воспроизводства человеческого капитала современной России. URL: https://cyberleninka.ru/article/v/utechka-umov-v-sisteme-institutov-vosproizvodstva-chelovecheskogo-kapitala-sovremennoy-rossii; Journal of Institutional Studies (Журнал институциональных исследований). 2011. Т. 3. № 3. С. 82-93; доклад М.Б.Денисенко «Эмиграция из бывшего СССР за последнюю четверть века» на научном семинаре в НИУ-ВШЭ 24 апреля 2019 г. URL: http://www.liberal.ru/articles/7357

3 См, напр.: Грунт Е.В, Журавлева-Леенаф О. Культурная идентичность русскоязычных эмигрантов в современной Франции // Известия Уральского федерального университета. Сер. 3. Социальные науки. 2015. Т. 10. № 4. С. 145-153. URL: file:///C:/Users/lubov/ DownloadsM793-3815-1-SM.pdf; Зборовский Г.Е., Широкова Е.А. Ностальгия российских эмигрантов: пробный опрос в Финляндии // Социологические исследования. 2003. С. 75-79. URL: http://ecsocman.hse.ru/ data/782/909/1216/010.ZB0R0VSKI.pdf; КлимовичЛ.В., Лукичева Л.Ю. Специфика социокультурной идентичности современных выпускников российских вузов, эмигрировавших за рубеж (по материалам Ульяновского региона) // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. (University procttdings. Volga region. Social sciences). Sociology.

2017. № 3 (43). С. 98-106; URL: https://cyberleninka.ru/article/v/spetsifika-sotsiokulturnoy-identichnosti-sovremennyh-vypusknikov-rossiyskih-vuzov-emigrirovavshih-za-rubezh-po-materialam.

ности, монография Ш. Пуффер, Д. МакКар-ти и Д. Сатински Hammer&Silicon:TheSoviet Diaspora in the US Innovation Economy4, доклад Дж. Хёрбста и С. Ерофеева «Путинский исход: новая утечка мозгов» Атлантического совета Соединенных Штатов5. В научном сообществе, прессе, социальных сетях активно обсуждались данные Всероссийского опроса общественного мнения, проведенного «Левада-Центром» в декабре 2018 г.: 17% жителей России хотели бы покинуть страну, а среди молодежи таких 41%6. Доля давших такие ответы очень слабо меняется от года к году, заметного роста не наблюдается: в 2012 г. ответили, что хотели бы уехать из России 20% респондентов, в 2015-м — 16%, годом позже — 19%. Практически такие же данные получены в результате опроса, проведенного Институтом Гэллапа в декабре 2018 г., — 20% россиян хотели бы уехать из России7.

И, хотя по сравнению с предшествующими годами эмиграционные настроения изменились несущественно, а реально готовится к отъезду, как указывает Д. Волков, не более 1% россиян8, возникает представление, что действительно можно применить термин «ис-

4 Puffer Sh.M, MacCarthy D.J., Satinsky DM. Hammer&Silicon: TheSoviet Diaspora in the US Innovation Economy // Cambrudge University Press, 2018.

5 Хёрст Дж., Ерофеев С. Путинский исход: новая утечка мозгов. / Атлантический совет Соединенных Штатов, 2019. URL: http:// publications.atlanticcouncil.org/putinskiy-iskhod/putinskiy-iskhod. pdf?fbclid=IwAR1ejwmkh52Vy-66bWHaR_ixDN6uQwgHbhpfiVv7L4GcuPm LKLEtPybibhE (дата обращения 09.05. 2019).

6 URL: https://www.levada.ru/2019/02/04/emigratsionnye-nastroeniya-3 (дата обращения 09.05.2019).

7 URL: https://news.gallup.com/poll/248249/record-russians-say-leave-russia.aspx?utm_source=alert&utm_medium=email&utm_ content=morelink&utm_campaign=syndication&fbclid=IwAR1zD1AACtwE pS31-euLE5ZCoFulIcCTe9JlqVIcS76uqzmZJYzoZn49inw

8 Волков Д. Конец антизападных настроений. URL: https://planperemen. org/opinion/volkov/14022019

ход населения». По-видимому, именно оценка эмиграционной ситуации как «исхода» во многом стала причиной роста исследований и публикаций на данную тему. На это прямо указывают авторы доклада «Путинский исход», отмечая, что «в 2017 году в США был достигнут самый высокий уровень обращений россиян за политическим убежищем за двадцать четыре года. При этом российская утечка мозгов удвоилась в 2015—2017 гг.»1. Растет и число граждан России, участвующих в лотерее на получение вида на жительство США: с 2010 по 2018 г. оно увеличилось в 4,3 раза, составив в 2018 г. 434 тыс. чел., или 0,3% населения2. Однако в докладе не обращается внимания, что это на порядок меньше, чем в ряде других стран постсоветского пространства. В частности, в 2018 г. в лотерее на получение американской грин-карты приняло участие 441 тыс. жителей Молдавии, где всего 3,55 млн жителей, 1450,5 тыс. жителей Украины, 2114,5 жителей Узбекистана. Хотя численность населения этих стран существенно меньше, чем в России, количество желающих эмигрировать намного больше. На это в докладе обратил внимание и заведующий кафедрой Института демографии НИУ-ВШЭ М. Денисенко: «Количество впервые выданных разрешений на проживание (в США. — Прим. авт.) практически не меняется для России. А что меняется, так это количество выданных разрешений на проживание для Украины. Совершенно гигантский рост, и эти выданные разрешения на проживания выдаются, главным образом, в одной стране — в Польше. А что касается России, то изменений здесь в общем-то, мы особых не видим»3.

Мне представляется, что называть современную эмиграцию из России «исходом» — заметное преувеличение, не говоря о том, что неизвестны реальные объемы этой эмиграции. По одним источникам, постсоветскую Россию покинули 10,6 млн жителей4, что явно сильно преувеличено, по другим — 4,5 млн человек5, а в докладе «Путинский исход» сообщается,

1 «Путинский исход». С. 7.

2 URL: https://travel.state.gov/content/dam/visas/Diversity-Visa/ DVStati stics/DVApplicantEntrantsbyCountry%202010-2012.pdf, https://travel.state.gov/content/dam/visas/Diversity-Visa/DVStatistics/ DVApplicantEntrantsbyCountry%202013-2015.pdf, https://travel.state. gov/content/dam/visas/Diversity-Visa/DVStatistics/DV%20AES%20 statistics%20by%20FSC%202016-2018.pdf

3 Денисенко М.В. Эмиграция из бывшего СССР за последнюю четверть века. С. 10.

4 URL: https://www.proekt.media/research/statistika-emigration/

5 URL: https://www.interfax.ru/russia/531362

что эмигрантов от 1,6 до 2 млн6. Нередко критикуются официальные данные Росстата — за несоответствие действительности. Но точных данных не существует и не может существовать, поскольку огромное число россиян, уезжая на работу или учебу за рубеж, длительное время имеют только российский паспорт, но в дальнейшем не планируют возвращаться. Далеко не все остаются в других странах навсегда, некоторые расценивают отъезд как временный, и станет ли он постоянным, неизвестно даже им. Можно ли их считать эмигрантами? С другой стороны, увеличилось число людей, получающих гражданство других стран, но сохраняющих российское гражданство и проживающих в России. Второе гражданство они получают «на всякий случай», чтобы уехать из России, если политическая ситуация в стране станет для них неприемлемой, либо для того, чтобы посещать другие страны без визы. В общем, действительно точных данных нет и не может быть, только оценочные. Как отметил в докладе М. Денисенко: «Об эмиграции очень много говорят, очень много пишут, но эта тема действительно окутана таким туманом таинственности. И этот туман таинственности во многом связан с тем, что те оценки, которые публикуются, очень часто противоречивы»7.

О современной волне эмиграции (как бы ни понималось это слово) справедливо принято говорить как о высокообразованной, успешной, вызванной в большей мере не экономическими причинами, как прежде, а политическими и, в отличие от предыдущих волн эмиграции, протекающей в условиях открытых границ8. В монографии Ш. Пуффер и соавторов отмечается: представители этой «волны эмиграции были успешными и в той стране, откуда они уехали»9. Добавим, что они живут в условиях широкого распространения Интернета и других современных технологий, которые делают мир все более глобальным.

Мы решили обратиться к представителям наиболее образованной части молодой российской эмиграции, чтобы выяснить их мотивацию к отъезду, особенности самоидентификации и культуры, активность общения с русскоязычным сообществом в новой стране проживания, с родными и друзьями в России; какие достоинства и недостатки молодые интеллектуалы находят в России и новой стране проживания.

6 «Путинский исход». С. 1.

7 «Путинский исход». С. 2.

8 Там же. С. 1.

9 PufferSh.M, MacCarthyDJ., SatinskyD.M. Op. cit. P. 140.

Эта группа кажется наиболее интересной, поскольку, когда говорят и пишут об утечке мозгов, обычно считают самым важным и настораживающим то, что массово уезжает наиболее образованная и активная молодежь и её отъезд негативно скажется на будущем России. «Молодыми интеллектуалами», «элитой» мы с некоторой долей условности называем респондентов, потому что им удалось поступить на обучение в аспирантуру или магистратуру в университеты, занимающие топ-позиции в мировом рейтинге (Гарвард, MIT, Стэнфорд, Лондонская школа экономики и пр.), выдержав конкуренцию с сотнями претендентов не только из страны, где находится университет, но и из других стран, либо потому что они начали работать в ведущих мировых компаниях, что не менее сложно. После окончания аспирантуры они имеют возможность получить профессорские должности или постдок в престижных университетах Европы, США, Канады, Австралии и пр.

Описание исследования и ограничения выборки

Для проведения исследования мы составили и опубликовали онлайн-анкету, состоящую из 48 открытых вопросов. Для набора респондентов обратились к знакомым молодым людям, имевшим широкие связи с представителями интересующей меня группы или к ней принадлежащим, а именно к выпускникам лучших российских вузов, продолжившим образование в топ-университетах США и Европы или нашедшим там работу. Всего получили 200 адресов в социальной сети Facebook, по которым разослали ссылку на опубликованную онлайн-анкету с приглашением принять участие в исследовании. Мы также просили респондентов дать ссылку на вопросник друзьям и знакомым, что некоторые из них и сделали, то есть был использован также и метод «снежного кома».

В связи с таким способом набора респондентов и небольшим их числом, хочется обратить особое внимание на методологический статус исследования и его результатов. Из сказанного выше ясно, что это не разновидность массового опроса, то есть количественного исследования, и здесь не релевантен привычный вопрос о репрезентативности выборки. Задача построить репрезентативную относительно какой-либо генеральной совокупности выборку не ставилась и не решалась. Исследование не имело цели произвести какие-либо статистически значимые измерения и оценки.

По характеру решаемых задач это зондаж-ное культурологическое исследование, а по целям и характеру получаемой информации оно носит признаки качественного. Его цель — выяснить, что происходит с ценностями представителей одной из субэлитных групп, в связи с отъездом из России выпавших некоторое время назад из российской повседневности и погрузившихся в западную академическую и бытовую среду, в какие конфигурации и смысловые конструкции эти ценности вступают в сознании молодых людей. Основные выводы, которые позволяют сделать результаты исследования, касаются некоторых базовых паттернов российской культуры, их способности меняться и противостоять изменениям в ситуации контакта с иной культурой.

Всего на вопросы анкеты ответили 115 человек: 44% мужчин и 56% женщин. 19% уехали из России не более двух лет назад, 3—4 года — 29%, 5-6 лет — 18%, 7-9 лет — 18%, 10 лет и ранее — 16%. 2/3 респондентов — не старше 30 лет. Половина участников опроса состояла в браке, и только у 30% были дети. Более половины респондентов указали, что придерживаются либеральных политических взглядов. Остальные либо сообщили о своей политической нейтральности, либо придерживаются других политических взглядов.

Большинство участников исследования — выпускники МГУ, НИУ-ВШЭ, МФТИ, РЭШ, СПбГУ, НГУ1, то есть наиболее престижных российских вузов. По два-три респондента — выпускники РГГУ, Финансового университета, РУДН, МГИМО. Среди них есть получившие в России гуманитарное (35%), экономическое (27%), математическое, физическое образование, программисты (в сумме 28%) и др.

Более половины (57%) приехали в другие страны (США, Германию, Великобританию, Нидерланды и пр.) для учебы в аспирантуре или магистратуре, остальные для работы или по другим причинам. Привлекательными для наших респондентов являются те же страны, в которые стремятся приехать продолжить образование или получить работу молодые интеллектуалы со всего мира. В этом плане наши вполне успешно включились в общемировые процессы.

1 Отмечу, что наиболее успешные эмигранты из СССР и России, интервью с которыми приведены в книге Ш. Пуффер и соавторов, как и многие из наших респондентов, в основном окончили МГУ, СПбГУ, МФТИ и НГУ, лояльность которым сохранили на всю жизнь. В частности, Физтеху в монографии посвящена целая глава (здесь же, с. 79). В постсоветское время число университетов, дающих столь же высокий уровень образования, расширился очень незначительно: к упомянутым вузам добавились НИУ ВШЭ и РЭШ.

О полученном в России образовании большинство участников исследования придерживаются высокого мнения: 38% назвали его отличным, 26% очень хорошим (в сумме 2/3), 30% — хорошим, и лишь 6% оценили его как среднее. Почти 3/4 респондентов уверены, что в лучших российских вузах можно получить образование мирового уровня, но добавляют, что таких вузов очень мало. Преимущественно это университеты, перечисленные выше. Чаще всего, что было характерно и для советского времени, наиболее высокие оценки дали имеющие математическое образование, образование по естественным наукам, IT-технологиям, а также, и это новое явление, экономисты. К числу университетов, дающих высококачественное образование, котирующееся за рубежом, в постсоветское время добавились только НИУ-ВШЭ и РЭШ (число выпускников ЕУ СПб и МВШСЭН невелико, поэтому они не попали в наше исследование). Если в советское время у выпускников экономических вузов не было шансов достичь высоких позиций в фирмах и университетах США (в исследовании Ш. Пуффер они отсутствуют полностью), то сейчас экономическое образование в лучших российских вузах дает для этого хорошие шансы. Это подтверждают и высокие позиции некоторых российских университетов в рейтингах по отдельным направлениям обучения. Так, по направлению «Экономика и эконометрика» НИУ-ВШЭ входит во вторую половину первой сотни мирового рейтинга1, РЭШ и МГУ — в первую половину второй сотни. По обучению математике МГУ находится на 34-й позиции, в первую сотню по математике входит и СПбГУ. По обучению физике МГУ занимает очень высокую, 26-ю, позицию, в топ-сотню входят также МФТИ и МИФИ.

При этом практически все, кто не считает свое образование отличным или очень хорошим, либо выпускники не топ-вузов, либо респонденты (преимущественно женщины), имеющие гуманитарное образование или образование по социальным наукам. Убежденность в высоком уровне своего образования очень важна для представителей этой группы, поскольку придает им уверенность в полном праве учиться в аспирантуре или магистратуре ведущих мировых вузов или работать в крупнейших международных компаниях. «Я здесь по праву!» — в этом уверено большинство опрошенных, не страдающих комплексом социальной неполноценности.

1 URL: https://www.topuniversities.com/university-rankings/university-subject-rankings/2017/economics-econometrics

Почему они уехали и собираются ли вернуться?

Известно, что появление этой волны высокообразованной эмиграции лишь в незначительной степени связано с экономическими причинами, как, например, в 1990-е. На это обращают внимание и в монографии Ш. Пуффер и соавторов, и в докладе «Путинский исход». Эта причина не была главной и для наших респондентов. Чуть более половины указали, что просто хотели продолжить обучение в престижной магистратуре и на PhD. По их мнению, в отличие от бакалавриата и отчасти магистратуры даже лучшие аспирантуры университетов России не дают такого уровня подготовки, как высокорейтинговые университеты других стран, особенно США. К тому же диплом PhD или магистратуры хороших зарубежных вузов расширяет территориальные возможности для работы в науке и бизнесе. Мир становится для них более доступным. Вторым по количеству ответов вариантов было желание поработать в крупной мировой фирме. Остальные хотели или посмотреть мир, или получить новый опыт и новые впечатления, либо вышли замуж (женились) за иностранцев: «Мы (семейная пара. — Прим. авт.) уехали не столько потому, что не нравится текущее положение дел в российской экономике и политике, но и просто потому, что интересно пожить в другой стране, расширить горизонты, приобрести новый опыт»2.

Были и те, кто уехал по политическим мотивам, но их немного, в основном они покинули Россию после 2014 г. До этого политика не играла большой роли для принятия решения об отъезде. В этом наши данные отличаются от мнения авторов «Путинского исхода», которые полагают, что переломным моментом стал 2012 г., когда прошли массовые протестные акции в Москве и других городах, а Владимир Путин был избран президентом на новый срок3. Как сказано в докладе, «с этого времени ежегодная эмиграция стала превышать самые высокие показатели начала 2000-х». Возможно, для других групп эмигрантов это так, но динамика числа заявок на грин-карту это не подтверждает: резкий скачок произошел позже. Если в 2015-м, по сравнению с 2013-м, рост числа заявок составил 25%, то с 2016 по 2018 г. — на 58%. Хотя часть респондентов, большинство которых придерживается либеральных политических взглядов, участвовала в протестных акциях, гораздо больше на их желание уехать оказало влияние присоединение Крыма и ситуация вокруг

2 Здесь и далее цитаты их анкет даются курсивом.

3 «Путинский исход». С. 21.

Украины, а события 2012 г. стали важным, но не решающим фактором. Было всего несколько ответов, где указывалось, что желание уехать появилось после того, как безрезультатными оказались протестные акции 2011-2012 гг. В то же время многие респонденты писали, что уезжали не по политическим причинам, но именно после Крыма их желание остаться в другой стране резко выросло: «Я уезжал сугубо по академическим причинам. Политическая ситуация скорее влияет на оценку вероятности возвращения», «На момент отъезда — нет. Сейчас обстановка заставляет думать о том, что не хочется возвращаться ни при каких обстоятельствах, даже ради очень больших денег». Многие, указав, что, уезжая, не рассматривали отъезд как окончательный, дальше добавляли, что после 2014 г. их мнение изменилось, они уже не хотят возвращаться в Россию.

Только 36% указали, что в момент отъезда решающим фактором была экономическая и/или политическая ситуация в России. Эти факторы отчасти повлияли на желание уехать у каждого шестого, и практически половина не связывала свой отъезд ни с экономической, ни с политической ситуацией в России. Те, кого не удовлетворяла экономическая ситуация, чаще всего ссылались на неустойчивость курса валют, плохое состояние финансового сектора, низкие зарплаты в науке, плохое оснащение лабораторий и пр. Что касается ситуации политической, то их не устраивало очень многое: отсутствие «базовых конституционных прав, таких как свобода слова и свобода собраний», «тоскливая политическая ситуация (отсутствие моего представителя в Думах государственной и московской)», «Политическая ситуация вызывала постоянное ощущение затхлости», «несвобода и сокращение возможностей для выражения независимой точки зрения. Политические риски» и пр.

Тем не менее у большинства из них не было страха перед собственным будущим в России. Отвечая на вопрос: «Как вы считаете, могли бы вы раскрыть свои способности и достичь карьерного успеха в России?», 60% респондентов дали положительный ответ, по 20% ответили, что не уверены либо ответили отрицательно. Только каждый пятый был уверен, что для того, чтобы добиться успеха в желаемой сфере, нужно уехать из России. Они полагали, что могли бы достичь успеха как в науке, так и в бизнесе, консалтинге, финансах, 1Т-сфере. Некоторые даже отмечали, что в бизнесе и науке на Западе такой высокий уровень конкуренции, что сделать карьеру в России проще. Те, кто написал, что мог

добиться успеха только отчасти, отмечали, что в России, особенно в науке, возможности неплохие, но значительно ниже уровень оплаты.

В качестве контрольного был задан проективный вопрос: «Согласны ли с распространенным мнением, что для высокообразованной молодежи в современной России нет возможности проявить себя в полной мере?». Ответы на него разделились на три примерно равные части: отрицательно ответили 33%, частично отрицательно — 38%, положительно — 29%. Только около трети молодых высокообразованных участников исследования полагают, что в России они бы не состоялись, что для этого им нужно было ее покинуть, и 28% полагают, что их положение в карьерном плане, в плане возможностей предпочтительнее, чем у их друзей, оставшихся в России. Остальные думают, что находятся примерно в равных условиях либо что у них и их российских друзей есть свои преимущества и свои сложности. Чаще всего это объясняют тем, что человек с хорошим образованием успешен и может раскрыть свои возможности везде, в том числе и в России, тем более таких людей мало: «Нет, такие возможности в России есть. Просто доля такой молодежи слишком мала. У моих однокурсников не было проблем с трудоустройством, но у тех знакомых, что поступили в университет рангом пониже, они есть. В других странах все более равномерно». Или вновь отмечают, что уровень конкуренции во всех сферах в России ниже, а потому людям с такими сильными исходными данными (уровень образования) эта конкуренция не страшна. Другое дело, что сам бизнес в России — опасное занятие, а потому шансы уравниваются: «В России есть преимущества в том, что меньше конкуренция. Но при этом приходится работать с не очень мотивированными людьми. В США больше возможностей для самореализации во многих сферах, но приходится каждый день конкурировать с очень достойными и образованными людьми со всего света».

Если только 1/4 респондентов, уезжая, были уверены в окончательности отъезда из России, то на момент опроса ситуация изменилась: число нежелающих возвращаться удвоилось, уже половина опрошенных заявила, что их возвращение в Россию невозможно или маловероятно, причем в значительной степени из-за политических изменений в стране. Не готовых вернуться ни при каких обстоятельствах почти столько же, сколько на момент отъезда, — 30%, но к ним добавилось почти 20% тех, кто утверждает, что мог бы пересмотреть эту

возможность, если изменится политическая ситуация. Только вот в такую возможность они не верят: «Если сменится режим и новое правительство будет ориентировано на демократические принципы и развитие высшего образования», «Когда все чекисты будут осуждены», «Когда будет прогресс в политической ситуации (сменяемость власти, политическая конкуренция), реформа судебной системы, снижение доли участия государства в экономике», «Смена режима», «Смена власти» и пр. Тема «смены режима» как фактор возможности вернуться оказалась наиболее популярной, но казалась практически не реалистической.

Благоприятные же экономические обстоятельства для менее политизированной части респондентов действительно могут способствовать их желанию вернуться в Россию: «Я думаю, что временное возвращение на год-два (у автора «год-два» выделено курсивом. — Прим. авт.) при условии классного предложения по работе было бы возможно», «Да, если предложат интересную и очень хорошо оплачиваемую работу в Москве», «Да, думаю вернуться через пару лет. Когда получу гражданство США и если будет возможность реализации в России», «При одинаковых карьерных возможностях (чисто гипотетическая ситуация) («чисто гипотетическая ситуация» автором выделена курсивом. — Прим. авт.) я бы предпочел Россию», «Если условия для работы и жизни в Москве будут такие же, как сейчас в США, то я вполне могу вернуться».

Эти люди действительно могут вернуться в Россию, если получат хорошие, более предпочтительные, чем за рубежом, условия, но не рассматривают такой вариант как окончательный — так же, как многие, которые не считают конечной остановкой страну нынешнего проживания: пожив в другой стране и в большинстве случаев не воспринимая себя иммигрантами, они не считают и Россию страной, в которую могут вернуться навсегда. Пожив длительное время в другой стране, они в большинстве случаев вообще перестают считать нормой жить в любой стране, включая Россию, всю жизнь. Возможности широки, рынок предложений кажется почти безграничным. В этом смысле они действительно становятся людьми мира, причем для них очень важно, чтобы это был мир, не ограничивающий их свободы, в том числе свободы места проживания и работы. Нашлось несколько респондентов (почти все девушки), которые заявили, что уезжали из России временно и обязательно вернутся.

Как вас теперь называть: неопределенность понятия «эмиграция» в современном мире

Когда мы говорим об эмиграции, обычно вкладываем в это понятие традиционный смысл: смену одной страны постоянного проживания (родины) на другую. Примерно так трактуется это понятие и в научной литературе. Между тем в глобальном мире это понятие утратило определенность. Уезжая из России учиться или работать, только 1/4 респондентов уверены, что это окончательный отъезд. Остальные ответы распределились почти поровну: половина респондентов считает, что уезжают временно, вторая вообще над этим не задумывалась.

В условиях глобализации рынок образования и профессиональной деятельности для молодой интеллектуальной элиты значительно шире рамок национальных границ. Это совсем не похоже на прежнюю ситуацию, когда эмигранты «сжигали все мосты», пересекая границу. Особенно интересны ответы тех, кто вообще не задумывался, как надолго уезжает, отправляясь учиться или работать в другую страну. Казалось бы, речь идет о судьбоносном решении — смене страны, основного языка, образа жизни и пр., но они не воспринимают его как важнейшее в жизни. Вот как охарактеризовал свой переезд один из респондентов: «Я бы сказал, что переезд из Москвы в Берлин не сильно отличается от переезда из Москвы в Новосибирск. Разве что условия жизни в Берлине сильно лучше». Были и те, кто, после школы отправившись учиться в московский вуз, переживали сильнее, чем теперь, когда переехали в США или Нидерланды. Тогда они впервые уехали из дома, им нужно было учиться жить самостоятельно. Теперь они это умеют, они повзрослели, а потому смена страны не стала для них серьезным потрясением. Да, были сложности, прежде всего связанные с недостаточным знанием бытового иностранного языка (академический они знают), с новыми бытовыми сложностями, различием менталитетов, но это не очень пугало. Главное — смена страны проживания не воспринимается многими высокообразованными молодыми респондентами как пороговое, чрезвычайное событие, это одна из нормальных траекторий жизни, со своими сложностями и радостями. Мир глобален, и это воспринимается как норма. В этом смысле для многих современных молодых людей возможность поменять жизнь, уехав за границу, — это не эмиграция в традиционном понимании, а часть нормального образа жизни современного человека, принадлежащего к их социальной группе.

Как уже отмечалось, половина опрошенных утверждает, что их отъезд из страны не был связан с невозможностью себя реализовать в России, а также с плохой экономической и политической ситуацией в стране. Им просто хотелось продолжить образование в университете мирового уровня или найти более интересную и перспективную работу. Они полагают, что, пока открыты границы, не обязательно заглядывать далеко, можно будет определиться потом.

И, поскольку им не всегда требуется переосмысливать или проблематизировать свой новый статус, не обязательно давать ему и какое-то определение. Традиционное самоназвание «эмигрант» кажется многим из них устаревшим, относящимся к далеким (с их точки зрения, в силу возраста) временам, когда человек, уехавший в другую страну, терял связь с родными и друзьями, часто не имел возможности не только с ними видеться, но и переписываться, оказывался один в новом, неизвестном мире. Сейчас ситуация кардинально иная. Во-первых, абсолютное большинство респондентов ехали не на «пустое» место: они уже поступили в университет или нашли работу, некоторые женщины ехали к мужу-иностранцу. Во-вторых, они знали, какие доходы будут иметь: в основном скромные (особенно у PhD-студентов), но достаточные для жизни. В-третьих, к моменту отъезда многие уже зарегистрировались в русскоязычных сообществах в социальных сетях и там получили информацию об особенностях поиска жилья и о решении прочих бытовых сложностей. В-четвертых, большинство из них отправлялись в те места (особенно в университеты, на работу в крупных компаниях), где их ждало русскоязычное окружение. В-пятых, современные технологии позволяют им при желании постоянно общаться с родными и близкими в России. Все это настолько не укладывается в привычный образ эмигранта, что большинство не переносит на себя это понятие. Эмигрантами, иммигрантами и экспатами назвала себя в сумме только четверть опрошенных, часть из которых молодые люди, уехавшие по принципиальным политическим мотивам, женщины, вышедшие замуж за иностранцев, и выпускники школ, уехавшие в другую страну на ПМЖ вместе с родителями, которые и приняли решение об отъезде.

Часть респондентов не называют себя эмигрантами и по формальным причинам: они могут длительное время жить в другой стране, оставаясь гражданами России и не имея вида

на жительство (например, студенты PhD). После окончания учебы им снова предстоит решать вопрос о стране проживания. Как сказал нам во время интервью студент PhD, не ответивший на вопросы анкеты: «Мой дом там, где моя работа». Но главная причина, почему относительно немногие называли себя эмигрантами, — возможность вернуться в Россию, отсутствие привязки к жизни в какой-то конкретной стране, стремление сохранить как базовую основу свою первоначальную идентичность.

Еще 1/4 определили себя студентами, или профессорами, или просто временно проживающими в другой стране. При этом о своем статусе студента или профессора писали только мужчины, а о себе как о временно проживающей — женщины. А почти половина респондентов либо никогда над вопросом «кто я теперь?» не задумывались либо не могли дать определение своему статусу, а потому давали самые разнообразные ответы на этот вопрос: «Охарактеризовал бы себя как представителя глобального рынка труда, который может работать где угодно, оставаясь гражданином РФ», «Эмигрантом себя если и называл, то в шутку. В академии нет таких жестких границ, я себя воспринимаю прежде всего как российского ученого, который базируется в США/Канаде», «Молодой специалист международного уровня», «гражданин мира», «Мы — россияне, живущие за границей. Эмиграция звучит как что-то с потерей связи со отправившей страной, это совсем не так», «Я не считаю себя эмигрантом, никто из знакомых, живущих в России или за рубежом, не употребляет это слово. Я считаю себя просто русской студенткой во Франции».

Интересно, что немало тех, кто вообще никак себя не называет, не проблематизируя свой статус: «Никак себя бы не охарактеризовала. Переезжать из одного города в другой или из страны в страну за работой — это обычная жизнь, тут не нужно отдельное слово». То есть какое-то слово, специальный маркер необходим в том случае, если норма нарушается, а это «обычная жизнь», то есть часть нормы.

Достигшие высочайшего профессионального и статусного роста респонденты из монографии Ш. Пуффер и ее соавторов свою идентичность описывали более определенно, хотя и для них этот вопрос оказался сложным1, некоторые делали это через этническую принадлежность (в основном еврейскую, что касалось

1 Пуффер Ш. и соавт. Указ соч. С. 324-370. Теме идентичности эмигрантов посвящен большой раздел монографии.

эмигрантов из СССР и отчасти уехавших в начале 1990-х). Среди наших респондентов таких по понятным причинам не оказалось, поскольку современная интеллектуальная эмиграция не носит этнического характера, имеет общие для всех основы1. Другие указывали смешанную русско- (российско-) американскую или американо-русскую (российскую) идентич-ность2, были и те, кто называл себя русскими (россиянами), причем даже долго прожившие в США: «Я русская, я всегда буду русской по национальности и по идентичности»3.

Среди участников данного исследования никто не указал на полную связь своей идентичности со страной нового проживания. Наверное, отчасти это связано с тем, что большинство живет в новой стране не настолько долго, чтобы новую идентичность сформировать, но многие к этому и не стремятся. Как сказал один из экспатов в интервью: «Зачем мне их культура, когда у меня есть своя?», а идентичность, несомненно, связана с культурной принадлежностью: как показало исследование, это главное ее основание. Язык и культура, но не национальность и религия — основы идентичности молодых участников исследования. Отмечу, что в исследовании приняли участие не только этнически русские, однако этнический фактор не имел значения.

О своей смешанной идентичности сообщил каждый седьмой респондент (преимущественно это девушки, в том числе вышедшие замуж за иностранцев): «Думаю, что 50/50. Конечно, я остаюсь носителем русского языка, а это уже большая часть русской культуры», «70/30», «Культура — это очень большое слово. Я продолжаю праздновать Новый год, но при этом отмечаю и католическое Рождество. Я говорю со своим ребенком по-русски, а с мужем по-английски. Я считаю себя русской, но при этом абсолютно комфортно чувствую себя гражданкой этой страны», «Я в шпагате — это и плюс, и, наверное, где-то минус», «Я уже ни та, ни та. Чувствую весомое влияние обеих культур. Стараюсь осознанно выбирать лучшие стороны обеих. Это процесс». Чуть больше (18%) тех, кто объявляет себя гражданином мира либо считает, что Россия — это часть Европы и есть общая европейская культура: «Обе культуры европейские. Не могу сказать, что ценности сильно разные», «В моей жизни было много переездов, считаю себя

1 Среди респондентов было очень мало людей, уехавших в Израиль, но и они уехали не по этнической или религиозной причине.

2 Пуффер Ш. и соавт. Указ соч. С. 334-337.

3 Пуффер Ш. и соавт.. Указ соч. С. 339.

космополитом», «Я носитель современной интернациональной либеральной (в противовес консервативной) культуры», «Я европеец, был и остался» и пр.

Но абсолютное число респондентов (почти 70%) считают себя носителями русской культуры, на ней базируется их идентичность, от которой они не стремятся отказаться, большинство эту идентичность ценит и хочет сохранить: «Представителем русской культуры. Хотя я читаю американскую литературу, слушаю американскую музыку и смотрю американские фильмы. Но больше уделяю внимание тому, что происходит в российском обществе, читаю русскую литературу и слушаю российскую музыку», «Безусловно, я чувствую связь только с русской культурой. Мое сердце резонирует с русской литературой, с русской музыкой. Я знаю точно свою нишу в русском обществе», «Остаюсь и планирую остаться русской», «Я остаюсь и останусь русским, конечно, у меня русский подход к работе и к творчеству и это в том числе позволяет мне добиваться здесь успеха», «Я носитель русской культуры и не планирую это как-то менять», «Я носитель русской культуры. Это заключается в первую очередь в языке, а затем уже в воспитании: отношении к работе, семье, окружающим людям, деньгам и богатству, счастью и т.д.».

На момент опроса половина респондентов состояли в браке, в основном со своими соотечественниками. На вопрос, с кем лучше вступать в брак (с русскими или представителями страны нынешнего проживания), абсолютное большинство респондентов ответили, что это не имеет значения, поскольку главное — любовь, но каждый пятый (в основном мужчины) полагает, что лучше вступать в брак со своими, поскольку общий менталитет имеет важное значение. Были и ответы, тоже мужские, что в другой стране вообще сложнее найти себе пару, создать семью. При этом они хотят, чтобы их дети (имеющиеся или будущие) знали русский язык, были знакомы с русской культурой. Многим кажется, что иначе произойдет социокультурный разрыв: «Безусловно, хотел, чтобы дети знали русский язык и культуру. Чтобы я мог с ними полноценно общаться, чтобы они лучше понимали меня», «Да, хочу. И не представляю себе родителей, которые хотели, чтобы их дети не были на них похожи», «Яхотел, чтобы мои дети знали языки и культуру страны родителей (и это в каком-то смысле обязанность родителей)». Были даже такие ответы: «Если дети появятся, то хотелось, чтобы они стали русскими людьми», то есть не только хочется сохранить свою базо-

вую идентичность, но и передать ее детям, даже если они никогда не будут жить в России.

Другим кажется, что русская культура так ценна, что, не восприняв ее, дети много потеряют: «Однозначно хотел, чтобы они имели представление о русской культуре, так как считаю ее бесценным вкладом в мировую культуру», «Я буду прилагать все усилия, чтобы в будущем мои дети говорили на русском языке и ценили великую русскую культуру» и пр. Некоторые дают более прагматичное объяснение, полагая, что принадлежность к двум культурам создаст детям дополнительные преимущества. Другое дело, что практически все понимают, что дети неизбежно ассимилируются, живя вне России, хотят они этого или не хотят.

Одна из респонденток написала, что только в новой стране она почувствовала себя русской, носительницей русской культуры, осознала свою идентичность. Для молодых, высокообразованных экспатов это понимание, в отличие от самоназвания (эмигрант, экспат и пр.), очень важно. Оно позволяет им при переезде в любую страну не терять идентичности и чувствовать себя уверенно. Выше отмечалось, что эту уверенность им придает полученное в России хорошее образование. Вторым фактором для них является принадлежность к русской культуре, которую они ценят очень высоко, это тоже важный якорь. Для абсолютного большинства такие якоря играют важную роль. И это не только чувство принадлежности к культуре, но и общение с русскоязычными друзьями в стране проживания, с родными и (в меньшей степени) друзьями в России. На это обращают внимание и авторы доклада «Путинский исход»: опрошенные ими эмигранты «демонстрируют интенсивные связи со страной исхода. Использование современных средств коммуникации помогает эмигрантам оставаться на связи с семьей и друзьями»1. О тесных связях с представителями оставшейся в России семьи и русскоязычной диаспоры в США сообщается и в монографии Ш. Пуффер и соавторов, и эти связи сохраняются десятилетиями2.

Связи с русскими и связи с Россией

Преимущественно русская идентичность предполагает общение с соотечественниками как личное, так и с помощью интернет-технологий. И действительно, многие участники опроса (62%) сообщили, что они активно общаются с соотечественниками в стране своего

1 «Путинский исход». С. 11.

2 Пуффер Ш. и соавт. Указ соч.. С. 368.

проживания, не очень много — 13%, мало — 20% и только для 5% это не имеет значения. Такая высокая доля тех, у кого есть возможность общаться в новой стране с соотечественниками на русском языке, связана с особенностью группы. Они преимущественно либо учатся в университетах, либо работают в крупных компаниях. В обоих случаях это места, где присутствуют представители разных стран, в том числе выходцы из России.

Среди тех, кто общается не очень много или мало, значительную часть составляют молодые люди, оказавшиеся вне русскоязычной диаспоры: «Не общаюсь почти по-русски, не с кем», «Не очень много в силу отсутствия русского окружения. Но всегда очень рада познакомиться с интересным русскоязычным человеком. Все равно на английском не получится разговаривать с такой глубиной оттенков, как на русском. Этого очень не хватает». Они бы хотели общаться с соотечественниками, но не имеют такой возможности. Среди них есть женщины, которые вышли замуж за иностранцев, живущие в небольших европейских городах.

Принципиально стремящихся избегать тесного общения с соотечественниками немного: «Мало общаюсь и не ищу общения с русскими. Это не имеет значения. Напротив, часто, общаясь с русскими, я сталкиваюсь с тем, от чего, в конце концов, я уезжал. Я не понимаю, зачем люди уезжают, если они начинают строить Россию вокруг себя заново». Это маргинальная позиция, она характерна для части уехавших или вынужденных уехать из России по политическим мотивам, считающих себя эмигрантами, изначально не желавших вернуться в Россию и ориентированных на смену идентичности.

С другой стороны, есть и те, кто вне университета или работы общаются преимущественно и даже только с русскими, выстраивают вокруг себя ту самую «маленькую Россию»: «Я в основном общаюсь с русскоговорящими вне работы», «Эмоционально насыщенное общение практически полностью с русскоязычными», «Я почти с ними только и общаюсь». Такое общение для них психологически комфортно, но в этом чувствуются явные элементы эскапизма, нежелания принять и интериоризировать новую культуру, новый образ жизни, то есть получить бонусы от жизни в другой стране и дополнительные возможности, но не меняться самим. Об этом открыто свидетельствуют некоторые ответы респондентов: «Я полностью адаптирован к жизни в другой стране, но не ощущаю принадлежности к ее судьбе и к ее обществу», «Я точно адапти-

ровался, но не могу сказать, что я чувствую принадлежность к жизни тут. Меня до сих пор больше волнуют новости из России, чем новости из США, я чувствую и понимаю российские проблемы острее, чем американские».

Здесь мы видим стремление разделить жизнь частную (пусть она остается привычной, такой, как в России) и жизнь профессиональную. Проявляется это и на уровне языка: бытовой русский сочетается с профессиональным английским или другим языком страны проживания. В той или иной степени бытовое общение на русском языке характерно для большинства участников опроса. Это один из якорей, позволяющих сохранять изначальную идентичность.

Что касается общения с русскими в России и других странах с помощью интернет-технологий, то у большинства оно идет весьма активно. О частом и регулярном общении с родными и близкими, оставшимися в России, сообщили 3/4 респондентов. Для этого используют социальные сети, Skype, WhatsApp и другие мессен-джеры. При этом с годами родственные связи не слабеют, активность общения практически не меняется. Общаются и с друзьями из России, но многие пишут, что с годами это происходит реже. Постепенно в новой стране проживания складываются новые дружеские связи, появляются новые друзья. Но связи с самыми близкими друзьями нередко сохраняются, особенно если экспаты время от времени приезжают на родину. Тогда личные встречи несколько активизируют дружеские отношения. Родственные связи сохраняются и на расстоянии, даже если не подкрепляются эпизодическим личным общением. Если связи с родными изначально, еще в России, были близкими и тесными, молодые экспаты стремятся при возможности совершать визиты в Россию. Особенно сильно скучают по родным девушки. Можно предположить, что связи с родителями, бабушками и дедушками более устойчивы, чем связи дружеские, поскольку не предполагают возможности их замены.

Еще один фактор поддержания связи с родиной и сохранения идентичности — интерес к информации о событиях, происходящих в России. Абсолютное большинство респондентов (3/4) продолжают активно следить за новостями из России, каждый шестой следит, но не так регулярно. Для некоторых события в России в течение многих лет остаются более важными, чем новости в стране проживания. Отчасти слабый интерес к новостям в новой стране связан с

тем, что они не уверены, что не переедут в другую страну. Но в большей мере это определяется все-таки преобладанием российской идентичности, блокирующей новый интерес. Не случайно часть респондентов публикуют в социальных сетях свои оценки и анализ событий, происходящих в России. Адресатами при этом являются как их друзья из России, так и русскоязычные знакомые из других стран, своего рода виртуальная диаспора. Иногда это касается даже разбора матчей российской футбольной лиги. Понятно, что информацию о российской жизни они получают из интернет-СМИ. Поскольку среди участников исследования много молодых людей с либеральными взглядами, наиболее популярными ресурсами оказались социальные сети, где в друзьях преимущественно единомышленники, YouTube (в том числе YouTube-канал Навального) и «Медуза», некоторые смотрят телеканал «Дождь», читают новостные ленты, определенные газеты: «Внимательно слежу. В основном через социальные сети. Также читаю "Медузу", Медиазону и "Репаблик"», «".Медуза", "Ведомости", "Коммерсантъ"», «Открываю meduz'у раз в пару дней. Смотрю YouTube», «Читаю "Медузу", смотрю "Дождь"».

В ответе за Россию?

Почти все наши молодые респонденты живут в США и европейских странах в ситуации ухудшающихся отношений между Россией и этими странами. При этом большинство, с одной стороны, российскую политику не поддерживают, с другой — любят Россию и российскую культуру, чувствуют свою принадлежность к ней. Это сложная ситуация: если ты из России, не отвергаешь своей к ней принадлежности, то как быть с чувством вины и ответственности за политику твоего государства? Переносить ли вину на себя? Как показало исследование, этого чаще всего не происходит: участники опроса принципиально разделяют отношение к России и ее людям и отношение к российскому государству, его политике, в том числе внешней. Поэтому, хотя многих возмущает политическая ситуация в стране, они не чувствуют и не хотят чувствовать за нее ответственности. Они считают, что представляют за рубежом страну, общество, но не российское государство. Некоторые в ответах сделали на этом акцент.

Именно поэтому почти 70% участников опроса ответили, что им не бывает стыдно из-за того, что они приехали из России: «Нет, я

не испытываю личной ответственности за грехи моего государства» (характерно, что, хотя человек не живет в России, государство называет «моим»), «Стыдиться своей страны — идиотизм», «Нет, действия политического руководства не являются действиями всех граждан», «Нет. Ни разу. Я не отождествляю себя с государством», «Нет. Я очень люблю свою страну» и пр. Еще одна причина, по которой они не испытывают ответственности за политику государства, не чувствуют вины и стыда из-за того, что приехали из России, лишь немногие сталкивались с негативным к себе отношением из-за принадлежности к России. 82% указали, что никогда не встречали негативного к себе отношения из-за того, что они русские, с 12% это случалось, но редко, лишь 6% сообщили, что это происходит часто: «А про русофобию не слышали?» (респонденты из Великобритании и Нидерландов).

По-видимому, во многом это обусловлено особым положением большинства участников опроса, основная часть которых — аспиранты и студенты ведущих мировых университетов и сотрудники известных международных фирм. Поскольку рядом с ними учатся и работают люди из разных стран мира, давно сложились правила взаимодействия, не предполагающие дискриминации представителей каких-либо стран: «Нет, вокруг сплошной мультикульту-рализм», «Нет, я не вращаюсь в тех кругах, где это допустимо», «Не сталкивался. Думаю, что многие образованные люди стараются жить без предрассудков и судить людей по их поступкам, а не по полу, национальности и другим признакам», «Ни разу. Плохие отношения остаются в большой политике. На личностном уровне в моем окружении нет никакого негатива. Только шутки про русских шпионов и мафию», «Ни разу. Все очень четко разделяют людей и политику», «Нет, думаю, что есть люди, которые относятся негативно, но при общении это никогда не показывают. Здесь это считается неприличным».

Те 30% респондентов, которые все-таки иногда испытывают стыд за свою принадлежность к России, разделились на две группы. Представители первой (малочисленной) сообщили, что им бывает стыдно, когда они видят, как некрасиво себя ведут русские туристы за рубежом, то есть им стыдно не за государство, а за людей: «Не все соотечественники ведут себя прилично. Неприятно видеть наших пьяными на улицах», «Часто стыдно и неприятно, когда вижу неадекватных соотечественников». Это

вполне традиционные ламентации, и на себя как представителя страны они, как правило, не переносятся.

Представители второй группы «стыдящихся» (более многочисленной) испытывают стыд за политику России, принимают на себя ответственность за действия государства: «Скорее не стыдно, что приехал из страны, а стыдно за действия руководства страны», «Да, это касается агрессивной политики России», «Да, стыдно за допинг на Олимпиаде, за Крым и Восточную Украину, за поддержку Асада», «Да, когда отравили Скрипаля и потом умерла случайная жертва ОВ "Новичок"». Характерно высказывание одного из респондентов, который объясняет, что сначала ему было стыдно за принадлежность к России, а потом стало легче, когда он понял, что его не винят окружающие: «Стыд сначала был, но потом прошел, когда стало понятно, что никто меня не осуждает из-за того, что я из России. Стыд был в основном из-за политических решений в стране». Иными словами, существенную роль в этом вопросе может играть внешняя реакция: если тебя не винят в политике России, ты имеешь право сам этого не делать.

Большинство респондентов отмечали, что им задают вопросы о стране, из которой они уехали. Эти вопросы преимущественно касаются политической проблематики, иногда о русской культуре, кухне, климате, и 2/3 вопросов касались президента страны, тема Путина является ведущей: « Что я думаю о Путине, что в России думают о Путине», «Хотят знать, что я, гражданин России, думаю о Путине», «Популярен ли Путин», «Хотят знать, что у Путина в голове и как я к нему отношусь», «Хотят знать, что я думаю о Путине, действительно ли он тиран и убивает людей, правда ли, что Путин — самый богатый человек в мире», «Мог ли Путин повлиять на выборы?», «Иногда люди (не русские) заявляют, что им нравится Путин, что вызывает несколько неудобный разговор, потому что я не разделяю этих чувств» и пр. Иногда у респондентов возникает ощущение, что за рубежом о России знают очень мало, страна ассоциируется с Путиным, а потому одних это действительно волнует (вмешательство России в американские выборы, отравление Скрипа-ля), а иногда «это как разговор о погоде» — раз русский, о чем еще говорить? И это многим не нравится, потому что сами они хотели бы дистанцироваться от государства и его политики. Гораздо большую ценность для них представляет русская культура, но о ней их обычно не спрашивают.

Русская культура или западные институты: что важнее?

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Старая и новая страны по-своему привлекательны для молодых образованных экспатов, принявших участие в исследовании, однако достоинства, которые они видят, принципиально разные, взаимодополняющие (табл. 1).

В новой стране высокообразованные респонденты больше всего ценят факторы социально-политические и социально-экономические, а также собственные возможности и перспективы, высокое качество жизни и комфорт. Среди социально-политических факторов чаще всего называют свободу, демократию, хорошо работающие институты, соблюдение законов. По частоте упоминаний с большим отрывом лидирует «свобода», далее следуют «демократия» и соблюдение государством «правил» («Здесь достойное отношение к людям во всем — будь то чистые дороги или честный суд»). В результате появляется чувство уверенности и безопасности: «Здесь у меня нет ощущения бесправности и ощущения, что государственный каток может переехать меня в любую минуту», «Чувствую себя здесь увереннее и спокойнее». Молодые респонденты видят для себя большие возможности как в карьере, достойно оплачиваемой работе, так и в комфортных условиях жизни. Реже упоминают людей, иногда в общих выражениях — тогда отмечают их вежливость и приветливость, иногда новых друзей, в том числе русских. Правда, вежливость и приветливость — это скорее про спокойствие и безопасность, чем про общение. Отвечая на вопрос, что больше всего не нравится в новой стране, самым популярным был как раз ответ «люди», которых называли холодными и эгоистичными, а в одном из ответов молодого человека из Англии написано: «Здесь мне нравится все, кроме людей». В группу «другое» попали разные упо-

минания: от хорошей кухни и красивой природы до мультикультурализма и отсутствия притеснения геев.

В разговоре о России они ценят другое, здесь преобладают факторы эмоциональные и социокультурные. Лидирует, конечно, русская культура, которую ценят, причем в самых разных ее проявления. При этом о культуре практически нет развернутых ответов, респонденты не рассказывают о любимых писателях или художниках, ответы односложные или с коротким жанровым перечислением: «Культуру, выдающихся людей, историю», «Культуру, литературу, живопись, кинематограф», «Нашу литературу и науку, историю и русский язык», «Русский язык и культуру», «Архитектуру и культуру», «Культуру, в особенности литературу», «Культуру — язык, музыку, поэзию, литературу, церковную культуру, любимый Петербург». Лапидарность ответов свидетельствует, что «все понимают», о чем речь, ценности не требуют специальной расшифровки. И, что характерно для литерату-роцентричной культуры, чаще всего называют русскую литературу, но также музыку, театры, музеи, архитектуру и пр.

Более трети респондентов указали на то важное, что можно назвать ностальгическими чувствами, иногда им было очень сложно их сформулировать: «Это единственная страна, которую я могу считать родной», «Снег зимой. Не знаю, сложно сказать», «Память о моем прошлом», «Неуловимое чувство родины, которое я обнаружил только после того, как уехал и прожил несколько лет за границей», «Абсурдность и сумасшествие, непредсказуемость и полноту жизни», «Это мой дом».

В большом числе ответов (суммарно более половины) указывалось, что самое ценное для участников опроса в России — это люди («просто люди», народ и, конечно, родные и друзья).

Таблица 1

ЧТО РЕСПОНДЕНТЫ ЛЮБЯТ И ЦЕНЯТ В РОССИИ И СТРАНЕ НОВОГО ПРОЖИВАНИЯ (человек, в порядке убывания числа ответов)?

Россия

Чел.

Страна проживания в настоящее время

Чел.

Русская культура 45

Память о прошлом, чувство ностальгии 42

Семья, друзья 32

Люди 29

Социальные институты, свобода, безопасность 42

Деньги, качество жизни, комфорт 30

Другое 23

Возможности и перспективы 22

Люди 19

1 Поскольку некоторые респонденты давали более одного ответа, сумма больше числа ответивших. Всего 115 ответивших.

В «людях вообще» ценят «душевность», «открытость», «искренность», «теплоту», «ударостойкость», «Стойкость духа. Тонкость чувства», «Быстрота и способ мышления людей», в качестве ценности упоминается и интеллигентность. Про родных и друзей вспоминают с очень сильным чувством. Характерно, что экспаты называют самые клишированные характеристики русского человека. Скорее всего, если бы они жили в России, характеристики были бы иными, не столь ностальгически тепло окрашенными и менее клишированными. Упоминаний людей как особой ценности, вероятно, было бы меньше. Как мы видим, про русского человека и иностранца транслируют вполне привычные и банальные представления: одни хороши при коротком контакте (вежливые), другие — при тесном, близком (душевные и искренние).

Достоинства России и страны нового проживания в сознании респондентов дополняют и уравновешивают друг друга. Закон, порядок, демократия и свобода есть в новой стране, в отличие от прежней. Культура — в России, упоминаний о культуре новых стран нет. Это, очевидно связано со стремлением сохранить идентичность, а потому неготовностью или нежеланием понять, почувствовать и принять культуру новой страны. О России говорят с большой теплотой, о новой стране — рационально и рассудительно, о России с любовью, о новой стране — с уважением.

В ситуации открытых границ такое сочетание позволяет молодым эмигрантам существовать гармонично. Возможность жить в благоприятных социально-политических и социально-экономических условиях, быть свободными, уважать государство, делать карьеру, иметь комфортные бытовые условия, сохраняя принадлежность к базовой культуре и постоянные связи с родными и близкими в России, для большинства из них делает предпочтительной жизнь в других странах.

Список литературы

1. Грунт Е.В, Журавлева-Леенаф О. Культурная идентичность русскоязычных эмигрантов в современной Франции / Известия Уральского федерального университета. Сер. 3. Социальные науки. 2015. Т. 10. № 4. С. 145-153. URL: file:///C:/Users/lubov/Downloads/1793-3815-1-SM.pdf

2. Денисенко М.Б. Эмиграция из бывшего СССР за последнюю четверть века. Доклад на научном семинаре в НИУ-ВШЭ 24 апреля 2019 г. URL: http://www.liberal. ru/articles/7357

3. Зборовский Г.Е., Широкова Е.А. Ностальгия российских эмигрантов: пробный опрос в Финляндии // Социологические исследования. 2003. № 8. С. 75-79. URL: http://ecsocman.hse.ru/ data/782/909/1216/OlO.ZBOROVSKI.pdf

4. Климович Л.В., Лукичева Л.Ю. Специфика социокультурной идентичности современных выпускников российских вузов, эмигрировавших за рубеж (по материалам Ульяновского региона) // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион (University procttdings. Volga region. Social sciences. Sociology). 2017. № 3 (43). С. 98-106. URL: https://cyberleninka. ru/article/v/spetsifika-sotsiokulturnoy-identichnosti-sovremennyh-vypusknikov-rossiyskih-vuzov-emigrirovavshih-za-rubezh-po-materialam

5. Латова Н.В. Утечка мозгов в системе институтов воспроизводства человеческого капитала современной России // Journal of Institutional Studies (Журнал институциональных исследований). 2011. T. 3. № 3. С. 82-93. URL: https://cyberleninka. ru/article/v/utechka-umov-v-sisteme-institutov-vosproizvodstva-chelovecheskogo-kapitala-sovremennoy-rossii

6. Рязанцев С.В. Эмигранты из России: русская диаспора или русскоговорящие сообщества // Социологические исследования. 2016. № 12. С. 84-94.

7. Рязанцев С., Письменная Е., Лукьянец А. и др. Современная эмиграция из России и формирование русскоязычных сообществ за рубежом // Мировая экономика и международные отношения. 2018. Т. 62. № 6. С. 93-107.

8. Хёрст Дж., Ерофеев С. Путинский исход: новая утечка мозгов. / Атлантический совет Соединенных Штатов. 2019. URL: http://publications.atlanticcouncil. org/putinskiy-iskhod/putinskiy-iskhod. pdf?fbclid=IwAR1ejwmkh52Vy-66bWHaR_ ixDN6uQwgHbhpfiVv7L4GcuPmLKLEtPy bibhE (дата обращения 09.05. 2019).

9. Puffer Sh.M., MacCarthy D.J., Satinsky D.M. Hammer&Silicon:TheSoviet Diaspora in the US Innovation Economy // Cambrudge University Press, 2018.

Интернет-источники

1. https://www.levada.ru/2019/02/04/ emigratsюnnye-nastroeшya-3 (последняя дата обращения 09.05.2019).

2. https://news.gallup.com/poll/248249/ record-russians-say-leave-russia.aspx?utm_ source=alert&utm_medium=email&utm_ content=morelink&utm_campaign=syndic ation&fbclid=IwAR1zD1AACtwEpS31-eu LE5ZCoFulIcCTe9JlqVIcS76uqzmZJYz oZn49inw (последняя дата обращения 10.05.2019).

3. https://travel.state.gov/content/dam/ visas/Diversity-Visa/DVStatistics/ DVApplicantEntrantsbyCountry%202010-

2012.pdf ; https://travel.state.gov/content/ dam/visas/Diversity-Visa/DVStatistics/ DVApplicantEntrantsbyCountry%202013-2015.pdf; , https://travel.state.gov/content/ dam/visas/Diversity-Visa/DVStatistics/ DV%20AES%20statistics%20by%20 FSC%202016-2018.pdf (последняя дата обращения 05.04.2019).

4. https://www.proekt.media/research/ statistika-emigration/ (последняя дата обращения 03.04.2019).

5. https://www.interfax.ru/russia/531362 (последняя дата обращения 03.04.2019).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.