УДК - 347 ТРОЦЕНКО Оксана Сергеевна,
ББК — 67.404 кандидат юридических наук, доцент,
заведующая кафедрой предпринимательского права Уральского государственного экономического университета,
e-mail: trocenko.o@mail.ru
12.00.03 — гражданское право; предпринимательское право; семейное право;
международное частное право
МОДЕЛИ РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННО-ЧАСТНОГО ПАРТНЕРСТВА В РОССИИ И ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ
Аннотация. Научная статья посвящена вопросам, связанным с выявлением моделей государственно-частного партнерства, в рамках которых определяются функции и ответственность, передаваемые от государства частному партнеру. Актуальность рассмотрения данного вопроса заключается в том, что в настоящее время ни в теории, ни на практике не выработано единого мнения о том, что следует понимать под моделями государственно-частного партнерства. Зачастую происходит смешение таких понятий, как «модели государственно-частного партнерства», «формы государственно-частного партнерства», «виды государственно-частного партнерства» и «механизмы государственно-частного партнерства».
Ключевые слова: государственно-частное партнерство, публичный партнер, частный партнер, британская модель государственно-частного партнерства, контракт жизненного цикла, частная финансовая инициатива.
TROTSENKO Oksana Sergeevna,
Ural State University of Economics, Head of business law Department, associate professor, Candidate of Law, Ekaterinburg, Russia
MODELS OF THE IMPLEMENTATION OF PUBLIC-PRIVATE PARTNERSHIP IN RUSSIA AND FOREIGN COUNTRIES
Abstract. The scientific article is devoted to issues related to the identification of existing models of public-private partnership, within of which the functions and responsibilities transferred from the state to the private partner. The urgency of considering this issue is that at the present time, neither in theory nor in practice there has been a consensus on what should be understood as models of public-private partnership. As usual one could mix such concepts as «public-private partnership models», «forms of public-private partnership», «types of public-private partnerships» and «public-private partnership mechanisms».
Key words: public-private partnership, public partner, private partner, UK model of public-private partnership, life-cycle contract, private financial initiative.
Механизм государственно-частного партнерства (далее - ГЧП) предусматривает определенный способ взаимодействия государства и бизнеса, такая организация отношений строится в соответствии с так называемыми моделями ГЧП, в рамках которых определяются функции и ответственность, передаваемые от государства частному партнеру. Представляется необходимым первоначально рассмотреть эволюцию моделей ГЧП, а также провести анализ их видов. Вместе с тем, прежде чем перейти к такому анализу, следует обратить внимание на то, что в настоящее время ни в теории, ни на практике не выработано единого мнения по поводу того, что следует понимать под моделями ГЧП. Зачастую происходит смешение таких понятий, как «модели государ-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 6 • 2018
ственно-частного партнерства», «формы государственно-частного партнерства», «виды государственно-частного партнерства» и «механизмы государственно-частного партнерства». Например, М.А. Дерябина в качестве форм ГЧП рассматривает следующие модели, которые подразделяет в зависимости от характера решаемых задач: организационная модель - концессионные соглашения, модель финансирования -наем, аренда, лизинг, проектное финансирование, модель кооперации - различные формы и методы объединения усилий участников партнерских отношений, отвечающих за отдельные этапы воспроизводства и создания новой потребительской стоимости [3]. Иными словами, следуя логике М.А. Дерябиной, внутри форм ГЧП можем выделить его модели. Аналогичной точки
зрения придерживается Л. Шарингер, который предлагает модели ГЧП, определяющиеся особыми формами отношений собственности, финансирования и управления, а именно: модель оператора, включающую организацию и эксплуатацию объекта на условиях государственно-частного партнерства; модель, базирующуюся на заключении договоров аренды на долгосрочный срок; лизинг - модель, предусматривающую этапы выкупа объекта; модель концессии, которая предполагает взимание платы с пользователей инфраструктурой, после модернизации и введения в эксплуатацию объекта; модель владельца, включающую в себя стадии планирования, организации, строительства, финансирования, эксплуатации объектов на условиях ГЧП [15, с. 41-52]. Интересный подход содержится в работах Н.В. Резниченко, который через понятие «модель» дает определение ГЧП. Так, по мнению Н.В. Резниченко, ГЧП представляет собой набор моделей построения отношений между государством и частным сектором для совместной реализации проектов созданию инфраструктуры общественного сектора или оказания услуг на его основе, в рамках которых происходит разделение обязанностей, прав и рисков, а также степени финансовой вовлеченности сторон в проект [11, с. 79]. Аналогичного мнения придерживаются Г. Ходж и К. Грив [18, с. 39-41]. Между тем мы не разделяем такие подходы. Наиболее обоснованной нам представляется точка зрения В.Ф. Попондопуло и Н.А. Шевелевой, согласно которой под моделью публично-частного партнерства понимается апробированный и доказавший свою жизнеспособность в мировой практике способ структурирования публично-частного партнерства, представляющий собой не что иное, как устоявшуюся систему распределения функций и, следовательно, рисков между публичным и частным партнером [9, с. 53]. Иными словами, для анализа разнообразия моделей ГЧП необходимо обратиться к истории их формирования.
Появление ГЧП в Великобритании, а впоследствии распространение его в Европе, США, Австралии, Канаде и других странах связано с концепцией управления государственной собственностью посредством привлечения частного финансирования. Кризис государственного финансирования общественно значимых инфраструктурных проектов, стремление государств привлечь частные средства для инвестирования в такие проекты и разделить инвестиционные риски привело к использованию именно такой формы сотрудничества государства и бизнеса, позволяющей экономить значительные бюджетные средства, привлекать частные инвестиции, концентрировать усилия государства на организационных и контрольных функциях. В связи с возникновением ГЧП взаимоотношения между государством и бизнесом в разных государствах складываются по-разному. Например, в Германии и Франции больше внимания обращается на конституционно-правовые основы ГЧП, подчеркивается
ответственность государства за выполнение публичных задач, ГЧП анализируется с позиций бюджетного и финансового права. Французский опыт в сфере партнерства государства и бизнеса признается во всем мире, поскольку в течение последних десятилетий схема делегированного управления объектами инфраструктуры применяется для строительства автодорог, мостов, объектов социальной инфраструктуры. Особенностью французской модели делегированного управления является возможность принятия публичной стороной решений, способных влиять на тарифы, налогообложение, условия формирования цен, то есть ГЧП не обеспечивает равенства положения публичного и частного партнера, даже если между ними заключен контракт. В истории административного управления Германии частные лица также давно привлекаются к исполнению публичных задач. Германская модель «наделения полномочиями» именуется Beleihung [20], с 90-х годов прошлого столетия получила новое развитие. Причиной этого явилось расширение круга публичных задач и, как следствие этого, перегрузка государства. Выполнение задач должным образом, надежно, своевременно и компетентно выходит нередко за рамки организационных, финансовых и политических возможностей современного государственного аппарата. Поэтому используются частные ресурсы. Например, частные лица могут издавать формальные административные решения, что происходит при распределении государственных субсидий спортивными федерациями, при взимании платы за пользование автодорогой компаниями, построившими ее по договору концессии [10, с. 54].
Сказанное позволяет выделить франко-германскую модель ГЧП, основанную на административно-правовом акте и характеризующуюся как публично-правовая модель. В соответствии с такой моделью государство контролирует все этапы реализации инфраструктурного проекта.
В Великобритании делается акцент на передачу публичных полномочий частным субъектам, предпринимателям предоставляется право принимать решение о выборе места, времени и способа строительства объекта государственно-частного партнерства. В 90-х годах прошлого века британское правительство объявило о новой концепции управления государственной собственностью, именуемой Private Finance Initiative (далее - PFI), или частная финансовая инициатива. Суть инициативы заключается в привлечении частных инвестиций к строительству крупных государственных объектов. В соответствии с моделью PFI частный партнер осуществляет строительство государственного объекта за счет собственных средств, а компенсация его расходов производится впоследствии за счет доходов от эксплуатации либо за счет компенсаций из бюджета. Как правило, частный партнер привлекается для дальнейшей эксплуатации объекта и организации его функционирования. При этом британская модель орга-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 6 • 2018
низации ГЧП неоднородна: внутри нее можно выделить рыночную модель, в основу которой положен договор, государственную модель, основанную на публичном праве и необходимости частного партнера отчитываться перед публичным партнером, а также общественную модель, которая акцентирует внимание на удовлетворении интересов третьих лиц (получателей по договору о ГЧП). Каждая из этих моделей демонстрирует различную роль закона при регулировании отношений в рамках ГЧП, основанных на принципах автономии, солидарности и доверия.
Таким образом, согласно британской модели ГЧП, общая цель сотрудничества публичного и частного партнера - это забота о всеобщем благе, решение правовых задач, служащих коллективным интересам. В рамках данного правового регулирования можно выделить три основные модели, которые определяют соотношение методов координации государственных, частных и индивидуальных интересов: «рынок», «государство» и «сообщество».
Модель «рынок» делает упор на автономию в смысле личных интересов, свободы и равенства субъектов ГЧП/ PFI. Конкуренция личных интересов определяет всеобщее благо. В духе «адаптивности» свобода действия государственных организаций регулируется смешанными методами регулирования. Роль закона сводится к обеспечению законодательной базы для рыночной деятельности или к формированию норм, порождаемых экономической деятельностью. Модель «государство» исходит из того, что всеобщее благо определяется публичной властью и институтами. Частная автономия нуждается в защите от неограниченной свободы действий государства, отсюда следует применение норм публичного права. В данной модели закон является способом обеспечения и управления свободой действия, а также способом привлечения ее к ответственности. Закон также обеспечивает стабильность, укрепляя доверие к системе.
Модель «сообщество» делает упор на кооперацию и автономию в смысле личной самореализации посредством принадлежности к группе. Данная модель основывается на паутине межличностных взаимоотношений, где доверие взращивается благодаря общим идеалам, смыслам и самоидентификации. Возникают вопросы относительно того, как формируется, развивается и оспаривается понятие «общие». Закон призван регулировать соблюдение баланса государственных и частных интересов.
Данные модели предлагают инструментарий для понимания различных закономерностей во взаимоотношениях между государственными институтами, законом и обществом, связанными с ГЧПСТ1, и того, как эти закономерности формируют свободу действия в данных схемах. В России процесс взаимодействия государства и бизнеса в части реализации инфраструктурных проектов прошел несколько этапов. До 1917 г. практиковалось заключение концессионных соглаше-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 6 • 2018
ний, имевших частноправовую природу [7]. Период новой экономической политики ознаменовался сотрудничеством государства и бизнеса, при котором положение концессионера и концедента вряд ли можно назвать равным, поскольку условия сотрудничества были продиктованы государством [1, с. 13, 14]. В советский период использовался лицензионный метод регулирования отношений государства и частных инвесторов. Такой публично-правовой метод был свойственен сфере недропользования. С переходом страны к рыночной экономике происходит постепенный отказ от такого метода и возврат к регулированию отношений бизнеса и государства на основе договора (концессионного соглашения), а также саморегулирования на основе предпринимательства [14, с. 26]. Иными словами, сегодня в России отношения в области ГЧП строятся по британской модели. Таким образом, сказанное позволяет выделить в зависимости от особенностей взаимоотношений частного и публичного партнеров франко-германскую и британскую модели ГЧП. Опыт Франции, Германии, Великобритании послужил основным толчком к быстрому развитию данных моделей ГЧП.
Успех британской модели ГЧП обеспечен следующими факторами:
1. Централизованным подходом к организации ГЧП в масштабах страны (стандартный подход к решению основных коммерческих вопросов при реализации проектов ГЧП).
2. Расстановкой проектов по секторам (здравоохранение, ЖКХ, социальные проекты), что позволило сосредоточить ресурсы государственного и частного секторов на небольшом количестве приоритетных проектов, которые имели реальные шансы на осуществление.
3. Реформой законодательства с точки зрения разрешения проблем частного сектора, возникающих в ходе адаптации проектов ГЧП.
Некоторые ученые-экономисты выделяют базовые модели ГЧП в зависимости от того, какую роль каждый партнер выполняет в отношении собственности, управления и финансирования. Так, Л. Шарингер выделяет такие модели ГЧП, как модель оператора, модель кооперации, договорную модель, модель лизинга [16, с. 13]. А.А. Власова указывает на эксплуатационную, концессионную и кооперационную модели ГЧП [2, с. 9]. В. Молчальников выделяет модели ГЧП в зависимости от сферы, в которой они эффективнее реализуются. Так, модель кооперации используется там, где конкретные услуги недостаточно четко выделены и определены, модель концессии действует в отраслях с длительным сроком реализации проекта, а также в тех случаях, когда передача прав собственности от государства частному партнеру исключается по политическим или правовым причинам, модель оператора - в сфере переработки отходов, договорная модель - в сфере энергетики [6]. В научных работах экономистов
предлагаются и более сложные классификации моделей ГЧП, например, в зависимости от принципов и целей создания ГЧП [5, с. 113]. Согласно второму подходу (в зависимости от целей создания) для функционирования проектов ГЧП С.Н. Кузмина и И.А. Бабкин указывают на три модели - организационную модель, модель финансирования и модель кооперации.
В.Е. Сазонов классифицирует укрупненные модели ГЧП по основанию степени полноты сотрудничества: операторская модель, концессионная модель, модель контракта жизненного цикла, модель сотрудничества. При этом автор допускает существование более укрупненных моделей, таких, как контрактное ГЧП и институциональное ГЧП [13, с. 235-240]. В целом соглашаясь с такой позицией, мы, рассуждая далее о характеристике отдельных моделей ГЧП, наиболее приемлемой с правовых позиций считаем следующую классификацию.
1. В зависимости от формы собственности на объект ГЧП:
1) модели, основанные на государственной собственности на объект государственно-частного партнерства;
2) модели, основанные на частной собственности на объект государственно-частного партнерства.
Подобная классификация приведена в работах А.А. Родина [12].
2. В зависимости от распределения рисков на субъектов ГЧП:
1) концессионная модель;
2) контракт жизненного цикла (life cycle contracts), соглашение о ГЧП;
3) смешанные модели.
К первым, основанным на государственной собственности (Government-Owned) можно отнести те виды моделей, где частный партнер осуществляет только обслуживание и эксплуатацию объекта ГЧП, все риски в данном случае лежат на публичном партнере, что сближает данную модель с публичными закупками (модель O and M). Еще одним примером модели ГЧП данного вида является модель, где частный партнер либо передает право собственности на объект сразу после его возведения или реконструкции, либо вообще его не получает: право собственности на вновь построенный или реконструированный объект возникает сразу у публичного партнера - BTO (строительство - передача - эксплуатация). При данной модели частный партнер ведет строительство либо реконструкцию объекта, передает его публичному партнеру, от которого получает право владения и пользования для эксплуатации и обслуживания. В российской практике такая модель реализована в Федеральном законе «О концессионных соглашениях». В соответствии с п. 1 ст. 3 указанного Федерального закона по концессионному соглашению одна сторона (концессионер) обязуется за свой счет создать или реконструировать определенное этим соглашением имущество:
недвижимое имущество или недвижимое и движимое имущество, технологически связанные между собой, предназначенные для осуществления деятельности, предусмотренной концессионным соглашением, право собственности на которое принадлежит или будет принадлежать другой стороне (концеденту), осуществлять деятельность с использованием и эксплуатацией объекта концессионного соглашения, а концедент обязуется предоставить концессионеру на срок, установленный этим соглашением права владения и пользования объектом концессионного соглашения для осуществления указанной деятельности. Такой механизм, скорее всего, предназначен для инфраструктурных объектов, которые целесообразнее оставлять в собственности государства (например, объекты обороны, безопасности, социальной сферы).
Говоря о классификации, в основу которой положено распределение рисков, в первую очередь отметим концессионную модель ГЧП. Так, если риск в большей степени или полностью ложится на частного партнера, то речь идет о концессионной модели, при которой проект способен генерировать прибыль без участия государства и частному партнеру предоставляется право получать плату за оказываемые услуги непосредственно с потребителей. Иными словами, концессии характеризуются наличием прямой связи между частным партнером и конечным потребителем [17, с. 9]. Следует отметить, что длительное время в Российской Федерации концессионная модель была выбрана в качестве основной модели структурирования публично частного партнерства [8]. При этом практика применения концессий в различных странах различна. Так, во франко-германской модели ГЧП исключена приватизация концессионером передаваемого ему государственного или муниципального имущества. Кроме того, концессии во Франции комплексные: концессионеру поручается одновременно и разработка, и реализация мероприятий, необходимых для создания инфраструктурного объекта, и его эксплуатации. В британской модели ГЧП могут проводиться три отдельных тендера: на проектирование, на строительство и на содержание или управление объектом инфраструктуры [4, с. 12-24].
Если риски при реализации проекта ГЧП ложатся на государство (публичного партнера), то мы имеем дело с соглашением о ГЧП, которое также именуется контрактом жизненного цикла (КЖЦ). Соглашения о ГЧП чаще всего применяются для создания инфраструктурных объектов в социальной сфере. В мировой практике примером контракта жизненного цикла являются британские программы PFI и PF 2 (private finance initiative - частная финансовая инициатива). Вместе с тем следует отметить, что такая модель не всегда оправданна (как вышло с британской PFI) [19], поскольку может повлечь за собой угрозу финансовой стабильности государства.
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 6 • 2018
Существуют и смешанные модели, представляющие собой нечто среднее между концессиями и контрактами жизненного цикла. Некоторые подобные модели, с одной стороны, предполагают выплату вознаграждения публичным партнером, а с другой стороны, характер данных платежей указывает на их сходство с платежами в рамках концессионных соглашений.
Подводя итог, отметим, что единообразного понимания моделей ГЧП не выявлено. Принятие Федерального закона о ГЧП также не внесло ясности в решение данного вопроса, так как не содержит ни определения, ни классификации моделей ГЧП и не позволяет обозначить границы применения используемых в современной практике моделей ГЧП. Следует отметить, что выбор модели зависит от различных факторов, связанных с особенностями рыночного сектора и типа реализуемого проекта. Модель выбирается с точки зрения обеспечения эффективного, качественного оказания услуг и оптимизации затрат. Основными факторами, различающими модели ГЧП, являются степень включения частного партнера в партнерство и уровень риска, который приходится на частного партнера. Нам представляется, что наиболее оптимальной моделью ГЧП является смешанная модель, в соответствии с которой частный и публичный партнеры договариваются о распределении между собой рисков и прибыли от конкретного проекта ГЧП, например, создание совместной компании с частным партнером, которая на конкурсной основе включается в реализацию проекта на начальной стадии работы. Последующие стадии проекта управляются публичным партнером, но осуществляются частным партнером. Такое пошаговое партнерство позволяет публичному партнеру продолжить или прекратить сотрудничество с различными партнерами в зависимости от качества их работы. Кроме того, публичный и частный партнеры могут сформировать модель сотрудничества, при котором они договариваются о совместном строительстве, проектировании, финансировании, управлении и содержании объекта.
Список литературы:
[1] Бернштейн И.Н. Очерки концессионного права СССР. М. - Л., 1930.
[2] Власова А.А. Реализация национальных проектов на основе моделей государственно-частного партнерства в России: Автореф. дисс. ... канд. экон. наук. СПб., 2008.
[3] Дерябина М.А. Теоретические и практические проблемы государственно-частного партнерства. Доклад подготовлен при финансовой поддержке РГНФ, проекты № 06-02-001892 и № 04-02-00131а // http://www.imepi-eurasia.ru/baner/docladD.doc.
[4] Захаров М.Н., Овакимян М.С. Использование зарубежного опыта государственно-частного партнерства в решении экономических задач России (на при-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 6 • 2018
мере Франции) // Российский внешнеэкономический вестник. 2012. № 6.
[5] Кузьмина С.Н., Бабкин И.А. Принципы и модели государственно-частного партнерства в промышленности и научно-инновационной сфере // Вестник ЗабГУ 2015. № 12 (127).
[6] Мочальников В. Государственно-частное партнерство в стратегии социально-экономического развития России // [Электронный ресурс] http:// www. inecon.ru/tmp/Stat_2_Mochalnikov.doc.
[7] Носов Н.К. К кризису понятия концессионного соглашения // Советское право. 1926. № 3.
[8] Попондопуло В.Ф. концессионное соглашение - правовая форма государственно-частного партнерства // Правоведение. 2008. № 4.
[9] Публично-частное партнерство в России и зарубежных странах: правовые аспекты / Под ред. В.Ф. Попондопуло, Н.А. Шевелевой. М.: Инфотропик Медиа, 2015.
[10] Публично-частное партнерство в муниципальной сфере: германский и российский опыт: Коллективная моногр. / Под ред. Е. Гриценко, Г. Манссена, А. Химмельрайх. М.: Инфотропик Медиа, 2014.
[11] Резниченко Н.В. Модели государственно-частного партнерства // Вестник С.-Петерб. Ун-та. Сер. Менеджмент. 2010. Вып. 4.
[12] Родин А.А. Практические возможности реализации проектов государственно-частного партнерства российскому законодательству // Право и экономика. 2011. № 5.
[13] Созонов В.Е. Государственно-частное партнерство в России и за рубежом: административно-правовое исследование: Дисс. ...докт. юрид. наук. М., 2013.
[14] Сосна С.А. Концессионные соглашения. Теория и практика. М., 2002.
[15] Шарингер Л. Новая модель инвестиционного партнерства государства и частного сектора // Российский экономический журнал. 2004. № 9/10.
[16] Шарингер Л. Новая модель инвестиционного партнерства и частного сектора // Мир перемен. 2004. № 2.
[17] Green Paper on public Private Partnership and Community Law on Public Contracts and Concessions. Commission of European Communities. Brussels. 30 April 2004 327 final.
[18] Hodge G., Greve C. Public-Private Partnerships: An International Performance Review // Public Administration Rewiew. 2007. June.
[19] Yseult Marique. Public private partnership and the law: regulation, institutions and community. Edward Elgar Cheltenham, UK. Northampton, MA. USA. 2014.
[20] Wolff/Bachof/Stober, VerwR, Bd. 3,5. Aufl. 2004, § 90 Rn. 6 ff.
Spisok literatury:
[1] Bernshtejn I.N. Ocherki koncessionnogo prava SSSR. M. - L., 1930.
[2] Vlasova A.A. Realizaciya nacional'ny'x proektov na osnove modelej gosudarstven-no-chastnogo partnerstva v Rossii: Avtoref. diss. ... kand. e'kon. nauk. SPb., 2008.
[3] Deryabina M.A. Teoreticheskie i prakticheskie problemy' gosudarstvenno-chastnogo partnerstva. Doklad podgotovlen pri finansovoj podderzhke RGNF, proekty' № 06-02-001892 i № 04-02-00131a // http://www.imepi-eurasia.ru/baner/docladD.doc.
[4] Zaxarov M.N., Ovakimyan M.S. Ispol'zovanie zarubezhnogo opy'ta gosudarstvenno-chastnogo partnerstva v reshenii e'konomicheskix zadach Rossii (na primere Francii) // Rossijskij vneshnee'konomicheskij vestnik. 2012. № 6.
[5] Kuz'mina S.N., Babkin I.A. Principy' i modeli gosudarstvenno-chastnogo part-nerstva v promy'shlennosti i nauchno-innovacionnoj sfere // Vestnik ZabGU. 2015. № 12 (127).
[6] Mochal'nikov V Gosudarstvenno-chastnoe partnerstvo v strategii social'no-e'konomicheskogo razvitiya Rossii // [E'lektronny'j resurs] http:// www. inecon.ru/tmp/Stat_2_Mochalnikov.doc.
[7] Nosov N.K. K krizisu ponyatiya koncessionnogo soglasheniya // Sovetskoe pravo. 1926. № 3.
[8] Popondopulo V.F. koncessionnoe soglashenie -pravovaya forma gosudarstvenno-chastnogo partnerstva // Pravovedenie. 2008. № 4.
[9] Publichno-chastnoe partnerstvo v Rossii i zarubezhny'x stranax: pravovy'e aspekty' / Pod red. V.F. Popondopulo, N.A. Shevelevoj. M.: Infotropik Media, 2015.
[10] Publichno-chastnoe partnerstvo v munici-pal'noj sfere: germanskij i rossijskij opy't: Kollektivnaya monogr. / Pod red. E. Gricenko, G. Manssena, A. Xim-mel'rajx. M.: Infotropik Media, 2014.
[11] Reznichenko N.V. Modeli gosudarstvenno-chastnogo partnerstva // Vestnik S.-Peterb. Un-ta. Ser. Menedzhment. 2010. Vy'p. 4.
[12] Rodin A.A. Prakticheskie vozmozhnosti real-izacii proektov gosudarstvenno-chastnogo partnerstva rossijskomu zakonodatel'stvu // Pravo i e'konomika. 2011. № 5.
[13] Sozonov V.E. Gosudarstvenno-chastnoe part-nerstvo v Rossii i za rubezhom: admini-strativno-pravovoe issledovanie: Diss. ...dokt. yurid. nauk. M., 2013.
[14] Sosna S.A. Koncessionny'e soglasheniya. Teoriya i praktika. M., 2002.
[15] Sharinger L. Novaya model' investicionnogo partnerstva gosudarstva i chastnogo sektora // Rossijskij e'konomicheskij zhurnal. 2004. № 9/10.
[16] Sharinger L. Novaya model' investicionnogo partnerstva i chastnogo sektora // Mir peremen. 2004. № 2.
[17] Green Paper on public Private Partnership and Community Law on Public Contracts and Concessions. Commission of European Communities. Brussels. 30 April 2004 327 final.
[18] Hodge G., Greve C. Public-Private Partnerships: An International Performance Review // Public Administration Rewiew. 2007. June.
[19] Yseult Marique. Public private partnership and the law: regulation, institutions and community. Edward Elgar Cheltenham, UK. Northampton, MA. USA. 2014.
[20] Wolff/Bachof/Stober, VerwR, Bd. 3,5. Aufl. 2004, § 90 Rn. 6 ff
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 6 • 2018