Научная статья на тему 'Модель прототипической репрезентации адвербиального смысла английского предложения'

Модель прототипической репрезентации адвербиального смысла английского предложения Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
190
44
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
АДВЕРБИАЛ / ГЛАГОЛ / НАРЕЧИЕ / ВОСПРИЯТИЕ / КАТЕГОРИЗАЦИЯ / МЕНТАЛЬНАЯ СТРУКТУРА / КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ (ПОНЯТИЙНАЯ) КАТЕГОРИЯ / КОНЦЕПТ / КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ / КОГНИТИВНАЯ СХЕМА / МОДЕЛЬ / ПРОПОЗИЦИЯ / СЕМАНТИЧЕСКАЯ КАТЕГОРИЯ / СЕМАНТИЧЕСКАЯ ФУНКЦИЯ / ПРОТОТИПИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ / ADVERB / ADVERBIAL / VERB / PERCEPTION / CATEGORIZATION / KNOWLEDGE REPRESENTATION / PROTOTYPE REPRESENTATION OF THE ADVERBIAL SENSE / MENTAL STRUCTURE / COGNITIVE MODEL / CONCEPTUAL CATEGORY / CONCEPT / PROTOTYPE / PROPOSITION / MEANING / SEMANTIC CATEGORY / SEMANTIC FUNCTION

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Бидагаева Цыцыгма Димчиковна

Статья посвящена проблеме репрезентации адвербиального смысла предложения на языковом, семантическом и концептуальном уровнях (на материале английского языка). Рассматриваются проблемы категоризации, концептуализации, репрезентации и объективации адвербиального смысла предложения, на основе чего автор предлагает одну из вероятностных моделей прототипическую модель репрезентации темпорального адвербиального смысла.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Prototype representation model of adverbial sense of the sentence

The paper deals with the problem of the representation of knowledge verbalized by English adverbials on the language, semantic and mental levels and involves studying the problems of categorization, conceptualization, representation and verbalization of the adverbial sense of the sentence. Based on the results of the study the author takes up the process of cognitive modeling of language structures, one of the possible models representing the temporal adverbial sense.

Текст научной работы на тему «Модель прототипической репрезентации адвербиального смысла английского предложения»

- почти полное отсутствие сложных (восходяще-нисходящих и нисходяще-восходящих) тонов, что демонстрирует ограниченность мелодического репертуара данного произносительного типа;

- быстрый темп речи.

В целом следует отметить, что результаты исследований американских и британских лингвистов в области социальной вариативности английского произношения нашли свое подтверждение в ходе проведенного нами экспериментальнофонетического исследования. Оно охватывает основные особенности реализации мелодического и темпорального компонентов афроамериканской интонации, которые наряду с характерным произнесением сегментных единиц речи могут служить яркими диагностирующими признаками социально-этнической дифференциации речи.

Литература

1. Labov W. ‘Are Black and White vernaculars diverging?’ (Section VIII, except from panel discussion). American Speech 62 (1), 1987.

2. Laver J. Principles of phonetics. - Cambridge, Cambridge University Press, 1994.

3. Wolfram W. Black Children are Verbally Deprived//In L.Bauer and P.Trudgill (eds.) Language Myths.- New York: Penguin Books, 1998.- pp. 103-13.

4. Wolfram W. Black-white Speech Relationships.-Washington: Center for Applied Linguistics, 1971.

5. 2010 Census Demographic Profiles. http://2010. census .gov/2010census/data/.

Бабушкина Елена Алексеевна - кандидат филологических наук, доцент кафедры английского языка БГУ, 670000, г. Улан-Удэ, ул. Смолина, 24 а. E-mail: babelena@rambler.ru

Александров Александр Сергеевич - магистрант исторического факультета БГУ, 670000, г. Улан-Удэ, ул. Смолина, 24 а. E-mail: rymarev@mail.ru

Babushkina Yelena Alekseyevna, cand. of philology, assistant professor of English language department of BSU, 670000 Ulan-Ude, Smolin str. 24a. E-mail: babelena@ rambler.ru

Aleksandrov Aleksandr Sergeyevich, magistrand of the Department of History of BSU, 670000 Ulan-Ude, Smolin str. 24a. E-mail : rymarev@mail.ru

УДК 802.0

Ц.Д. Бидагаева

Модель прототипической репрезентации адвербиального смысла английского предложения

Статья посвящена проблеме репрезентации адвербиального смысла предложения на языковом, семантическом и концептуальном уровнях (на материале английского языка). Рассматриваются проблемы категоризации, концептуализации, репрезентации и объективации адвербиального смысла предложения, на основе чего автор предлагает одну из вероятностных моделей - прототипическую модель репрезентации темпорального адвербиального смысла.

Ключевые слова: адвербиал; глагол; наречие; восприятие; категоризация; ментальная структура; концептуальная (понятийная) категория; концепт; концептуализация; когнитивная схема /модель; пропозиция; семантическая категория; семантическая функция; прототипическое значение.

S.D. Bidagaeva

Prototype representation model of adverbial sense of the sentence

The paper deals with the problem of the representation of knowledge verbalized by English adverbials on the language, semantic and mental levels and involves studying the problems of categorization, conceptualization, representation and verbalization of the adverbial sense of the sentence. Based on the results of the study the author takes up the process of cognitive modeling of language structures, one of the possible models representing the temporal adverbial sense.

Keywords: adverb; adverbial; verb; perception; categorization; knowledge representation; prototype representation of the adverbial sense; mental structure; cognitive model; conceptual category; concept; prototype; proposition; meaning; semantic category; semantic function.

Введение

Задача постижения сущности адвербиальной семантики представляется разрешимой на основе выхода за рамки собственно лингвистики, привлечения в лингвистическое описание и объяснение информации о том, как человек воспринимает и

познает мир (восприятие), как происходит членение и осмысление окружающей его действительности (концептуализация), как он классифицирует свой опыт (категоризация) и представляет его ментальное содержание в языковой семантике (репрезентация). Последний этап в такой цепочке

представляет собой процесс актуализации содержания информации на поверхностном уровне в синтаксической структуре предложения (объективация или вербализация). Для изучения адвербиа-лов в когнитивном свете могут быть поставлены следующие задачи: в каком виде, в каких формах и в каких структурах репрезентированы знания, включаемые в когнитивную модель для прототипической репрезентации адвербиального смысла. В связи с поставленными задачами попытаемся представить процесс моделирования репрезентации знаний, объективированных адвербиалами, используемыми для выражения темпорального адвербиального смысла предложения. При этом избирается семантико-когнитивный подход, подчеркивающий предмет исследования - соотношение семантического и концептуального уровней языковых средств [18, с. 322]. Метод семантикокогнитивного анализа реализуется в направлении (вектор мысли) «от языка к концепту».

1. Адвербиалы как элементы семантической гиперкатегории

По мнению ряда ученых, истоки смысла ад-вербиальности следует эксплицировать из особенностей семантики глагола, образующей вербальный узел предложения, который отражает связи с участниками и обстоятельствами (актантами и сирконстантами) выражаемого процесса (А.А. Уфимцева, И.В. Сентенберг, Ч. Филлмор, Л. Теньер и др.). В семантике глагола, выражающего динамический, процессуальный «признак», отражается соотнесенность с предметным рядом (денотатом глагола). В состав глагольного денотата входит представление о субстанции (предметах, лицах с их признаками) и процессах с их характеристиками, что мотивирует многокомпо-нентность семантической структуры глагола и неоднородность компонентов, составляющих его значение [25, с. 97; 22, с. 37]. Первичное наименование действия «органически» включает информацию о предметном ряде и выражается во вкраплении в значение глагола сем семантического субъекта, семантического объекта и семантического адвербиала. В этом смысле адвербиал является наименованием одного из элементов семантической структуры глагола наряду с компонентами «процессуальности», «семантического субъекта» и «семантического объекта». Иными словами, понятие «адвербиал» является наименованием содержательной единицы языка, выделяемой по различительной адвербиальной семе.

Нами принято следующее определение для данного понятия. Адвербиал представляет собой «суперпризнак признака» (категориальный адвербиальный суперпризнак или архисему), под который подводятся адвербиальные признаки второго уровня (так называемые родосемы): локативность, темпоральность, образ действия, интенсивность и причинность. Следовательно, семантический адвербиал - это факультативная характеристика процессуального признака с точки зрения места, времени, качества, количества и причины. Признак адвербиального смысла отдельного разряда слов представлен в виде родосемы в семантической структуре значения всех адвербиалов этого разряда наряду с архисемой «суперпризнака признака» [3, с. 19].

Английские адвербиалы выполняют двойную функцию: семантическую для обозначения обстоятельственных отношений (признака признака) и синтаксическую, строевую, соединяя элементы высказывания в единое семантикосинтаксическое целое. Возможностью объединения всех адвербиальных средств с однотипной семантической функцией в прототипическую многомерную категорию служат идеи отечественных лингвистов И.И. Мещанинова, И.В. Орловской, Л.А. Козловой, И.К. Галаншиной и др. Прототипическим элементом категории адвербиальности является наречие, имеющее категориальное значение выражения «признака признака». Своим выделением в особый лексико-грамматический класс наречие обязано именно своим синтаксическим значением. Характеризуя действие или состояние, наречия служат носителями одного из обобщенных предикативных признаков, реализующегося в форме знаменательного слова: «В позиции обстоятельства вырабатывается наречие как определенная лексическая группировка. Тем самым наречия относятся к числу наиболее характерных представителей обстоятельств» [15, с. 168]. Все это свидетельствует о прототипичности употребления наречий в обстоятельственной функции.

Однако выражение обстоятельственной функции не является прерогативой только наречий. Член предложения, который дал основание для оформления наречий в отдельную лексикограмматическую категорию, в равной степени может быть представлен и другими языковыми средствами. Известно, что процесс адвербиализации не завершен ни в одном языке (В.В. Виноградов, И.И. Мещанинов, И.В. Орловская, Л.А.

Козлова) Во-первых, в английском языке имеются немногочисленные примарные наречия, такие как here, there, now, then, so, по образу и подобию (значению и форме) которых возникли другие производные и сложные наречия [8]. Более сложные по морфологическому строению наречия типа today, tomorrow, yesterday представляют собой результат исторического опрощения и переразложения предложных именных конструкций (ср. их соответствия в ранненовоанглийском периоде истории языка: to-d$ge, to-nihte, to-morgenne) [16]. Так, часть слов явно обособилась в словарном составе и заняла свое место среди наречий. Во-вторых, часть слов находится на пути к адвербиализации, приобретая в некоторых случаях более абстрагированный и обобщенный характер, присущий для наречий: in the summer ^ in summer, at night [11]. В-третьих, часть слов выступает с обстоятельством и не имеет тенденции перейти в наречия [7, с. 273-279, 294-303]. Иными словами, как по семантическому подобию примарных наречий в языке возникли производные наречия, так и по подобию последних на ранних этапах их становления в языке существуют и функционируют сложные образования - синтаксические конструкции и придаточные обстоятельственные предложения для выражения более конкретной обстоятельственной функции. Присущий наречиям обобщенный характер выражения предикативного признака обусловливает необходимость для более расчлененного и конкретного оформления обстоятельственных параметров ситуации. Поэтому на более высоком уровне представления пространственных, временных, условных и причинных отношений и характеристик в языке появляются более сложные синтаксические конструкции, образованные по функциональному подобию уже имеющихся в языке однословных наречий.

В изучаемом языке не наблюдают коренного различия в синтаксической значимости наречия и именной формы, уточняющей сказуемое по разным параметрам ситуации. Являясь центральной лексико-грамматической категорией для выражения обстоятельственной функции в предложении (средство-значение-функция) вследствие возникновения в самые ранние периоды истории языка, наречие представляет собой самый типичный, идеальный, т.е. прототипичный элемент в группировке языковых средств с обстоятельственной функцией. В системе языка наречие репрезентирует переход внеязыкового содержания «признака признака» в языковую форму в наиболее абстракт-

ном значении. При переходе языковой системы в речь в процессе фразообразования (организация предложения-высказывания) обстоятельственная семантическая функция выражается более конкретными, уточняющими языковыми средствами - именными сочетаниями. Формы выражения внеязыкового содержания признака второго порядка на разных уровнях фразообразования развиваются от абстрактного (лексемы наречия) к конкретному (обстоятельственные словосочетания) и еще более конкретному (обстоятельственные придаточные предложения) в рамках текста/ дискурса. Данную группировку языковых средств рассматриваем как семантически многомерную категорию адвербиальности прототипического характера.

Аргументом в пользу выделения данной категории является также то, что логические понятия «субъект», «предикат», «объект», сирконстант» как понятийные категории (ПК) реализуются в семантической структуре предложения и объективируются в синтаксическом строе предложения, становясь грамматическими понятиями (языковыми категориями): подлежащее, сказуемое, дополнение, обстоятельство. ПК актуализируются в языке в лексике - соответствующей семантике слов - и морфологии, лишь выявляясь в формальной стороне синтаксиса и морфологии, становятся грамматическими понятиями (ГП) [15, с. 238].

Для различения понятий «понятийная категория» (ПК), «грамматическая категория» (ГК) и «языковая категория» (ЯК) ранее был введен термин для языковой категории широкой семантики с адвербиальным предназначением - «семантическая категория (СК) адвербиальности» [3]. На уровне доязыковом (пред вербальном) ад-вербиальность как признак процесса - это семантическая категория, реализующаяся на синтаксическом уровне языка в грамматическом понятии обстоятельства. Единое категориальное содержание, являясь инвариантом в семантическом плане, присуще для всех формальных средств его выражения на разных уровнях языка, которые формируют план выражения гиперкатегории. План выражения представлен языковыми средствами: наречиями, наречными выражениями и именными выражениями с обстоятельственной функцией, осуществляющими СФ, входящими в план содержания гиперкатегории.

В качестве прототипа категории (ядерная зона) служат примарные наречия here, there, now, then, so; около ядра располагаются производные на-

речия, затем наречные выражения, на периферии вблизи от ядра находятся беспредложные, затем предложные именные группы, и дальняя периферия представлена придаточными предложениями. Неядерные элементы группируются вокруг прототипа на основании их сходства с прототипом. Данное сходство основывается на нескольких или даже одной общей характеристике - однотипной СФ для обозначения локативных, темпоральных, количественных, качественных, причинных, следственных и других отношений в зависимости от разряда прототипичных наречий. Прототип категории выделяется на основании общепризнанных критериев: 1) частотность употребления при выражении определенного категориального значения; 2) максимальная функциональная нагрузка; 3) максимальная концентрация специфических для данной категории признаков; 4) наибольшая специализированность данного языкового средства для реализации определенной СФ [6, с. 115].

2. Особенности репрезентации адвербиального смысла на ментальном уровне

Многогранность ментального содержания обусловливает достаточно широкие выборы, которые проявляются в индивидуальной особенности языковой репрезентации общечеловеческого познавательного опыта. На семантическом уровне лексическое значение слова представляет собой продукт мыслительной деятельности человека, связанной с редукцией информации человеческим сознанием, с такими видами мыслительных операций, как сравнение, классификация, обобщение. В работах, появившихся в последнее время по когнитивной лингвистике, ценным является не столько выделенные категории, некоторые из которых иногда спорны с точки зрения языковой реальности, сколько формулировка принципов, определяющих характер представления ментального содержания в языковой семантике [14, с. 101]. Так, Л. Талми делает вывод о том, что язык всегда, в любой своей части и в любом проявлении, несет упрощенную по сравнению с ментальным содержанием - схематизированную

- информацию [31]. Анализируя описания пространственных отношений объектов именными группами с английскими предлогами, он приходит к заключению, что в языковом представлении ментального содержания - пространственной структуры - ведущую роль играют процессы идеализации, абстракции и топикализации [31, с. 91-112]. Идеализация предполагает учет толь-

ко одного из нескольких воспринимаемых и осознаваемых человеком пространственных характеристик объектов. Абстракция в представлении пространственных характеристик заключается в отвлечении от нерелевантных свойств с точки зрения воспринимающего объекта. Топикализа-ция предполагает абстрагирование от базовых внутренних свойств объектов. В формировании языковых значений происходит если не обеднение, то определенная схематизация ментального содержания - общечеловеческих когнитивных структур.

Сейчас с достаточной мерой уверенности можно утверждать, что для всех форм пространственно-временного представления

на семантическом уровне характерна упомянутая схематизация (Л. Талми, Т.Н. Маляр), что пока непонятно относительно репрезентации количественно-качественных признаков события. Семантические особенности, например, разных типов темпоральных адвербиалов (ТА) мотивированы концептуальным представлением идеи времени в широком смысле как временного интервала, который определяется в математическом исчислении либо как точка в рамках некой величины, либо отрезок, (не)ограниченный с одной или обеих сторон. Ранее нами было показано, что отличие разных содержательных типов ТА обусловлено различной комбинацией основных концептов времени, представляющих отражение идеи времени на концептуальном уровне [3].

Интерес представляют также вопросы взаимосвязи и перехода категорий: пространство и время, количество и качество. Известны многочисленные случаи употребления пространственных адвербиалов с временным значением (перед домом - перед каникулами), а качественных наречий - с количественным значением (интенсивности): напр.: I am awfully / terribly sorry ^ I am very sorry.

Очевидно, что причины вышесказанного следует также искать в особенностях репрезентации адвербиального смысла на концептуальном уровне, которые можно выявить, проследив прохождение информации через этапы восприятия, категоризации и концептуализации.

Мир предстает перед человеком как огромное множество предметов, явлений, событий и состояний. Для представления фрагментов мира достаточно различать два типа элементов - предметы и признаки. То или иное положение дел, наблюдаемая или воображаемая ситуация - это

ансамбль взаимосвязанных предметов и признаков. Допускают, что в качестве соответствия конкретной ситуации внешнего мира на концептуальном уровне можно поставить обобщенную в результате нескольких уровней абстрагирования ментальную схему-образ, в которую в виде концептов <признак>, <субъект>, <объект>, подводятся элементы этой ситуации [21, с. 88]. Концепты ментального уровня схватываются языковыми знаками и становятся основой для формирования соответствующих языковых значений. На этапе вербализации сочетание концептов получает соответствие в сочетании семантем. На семантическом уровне признаковая семантема трактуется как семантический предикат, а предметные семантемы - как семантические актанты. Такую структуру называют семантической конфигурацией (И.П. Сусов), а в логике и следующей за ней синтаксической семантике ей соответствует понятие «пропозиция». Таким образом, на ментальном уровне нерасчлененный недискретный образ или представление о ситуации в результате процесса категоризации и концептуализации приобретает присущую именно данной ситуации определенную прототипическую ментальную репрезентацию в форме пропозиции.

В различных моделях порождения речи важной составляющей частью также является пропозиция, которая помещается на предречевой уровень и представляет собой прообраз будущей предикативной связи на ментальном уровне. Под пропозицией понимают семантическое ядро единиц разного уровня, некое концептуальное объединение, содержательное целое, причем целое «амодальное», те. прообраз будущей предикативной связи [1]. Пропозиция формирует каркас будущего предложения и требует учета как грамматической, так и лексической семантики термов и предиката пропозиции (аргументно-предикатной структуры). Вслед за Е.В. Падучевой мы также отводим пропозиции место на концептуальном уровне. В коммуникации информация передается и распределяется не предложениями, а тем содержательным ядром, имеющим логическую схему сообщения [17, с. 167].

Предназначение пропозиции состоит в номинации определенной ситуации, включающей схематичное представление о совокупности сведений об участниках события и амодального набора отношений между ними. И.Б. Шатуновский также полагает, что в состав пропозиции входит не сам мир, являющийся референтом предложения,

а концепт, мысленная концептуальная «картина мира». Следовательно, пропозиция есть осмысленная связь концептов: ее обязательным концептом является «идея» комбинации образующих ее концептов, в литературе называемая «связкой» [23, с. 41-42]. Будучи единицей концептуального уровня, пропозиция представляет собой смысловую структуру иерархически соединенных концептов, в которой базовая пропозициональная функция f состоит в соединении концептов путем указания вневременного набора отношений между участниками события. Соответственно в реляционную структуру пропозиции входят две основные составляющие: термы, обозначающие обязательных участников ситуации (прообразы имен, называемые актантами), и предикаты.

Проблема включения адвербиалов в состав пропозиции остается до сих пор дискуссионной. По мнению некоторых ученых, какая-то информация для временной локализации события заложена уже на уровне пропозиции (В. Кинч, Н.Д. Арутюнова, И.М. Кобозева, И.М. Богуславский). В. Кинч предполагает, что грамматические времена появляются в высказывании на основе какой-то информации, представленной либо эксплицитными темпоральными выражениями, имеющимися уже в базе текста (здесь под базой текста мы понимаем когнитивную модель высказывания в виде пропозиции), либо контекстуальной информацией. Например, эксплицитные выражения типа now, yesterday, tomorrow ассоциируются в лексиконе с грамматическими временами, с которыми они употребляются. У. Чейф называет это законом семантических ограничений, объясняющим довольно просто употребление разных видо-временных форм в одном контексте. Темпоральные выражения он называет «терминаторами» или «инициаторами новой семантической зависимости» [25, с. 451]. Соответствующее референциальное время темпоральных адвербиалов действует до тех пор, пока в речи не появится другой адвербиал - «терминатор» предыдущей или «инициатор» новой семантической зависимости, включающий новый временной план. Н.Д. Арутюнова считает, что обстоятельства места и времени входят в состав простой пропозиции и соотносятся с событийной номинализацией [2, с. 451]. По мнению И.М. Богуславского, временные обстоятельства ситуации, представленные темпоральными адвербиалами, подводятся под общее понятие актанта и входят в состав пропозиции [5]. Согласно И.М. Кобозевой, кроме

актантов в структуру пропозиции могут входить факультативно термы, обозначающие разные дополнительные адвербиальные признаки ситуации и традиционно называемые сирконстантами (адъюнктами) [10, с. 220]. По нашему мнению, все обстоятельства ситуации, представляющие собой «дополнительный признак» «основного признака» с точки зрения места, времени, количества, качества, причины и следствия, входят в состав пропозиции, что и попытаемся доказать.

Человек воспринимает в первую очередь объекты в пространстве, поэтому ученые полагают, что первичны наименования объектов. Именно поэтому считают, что пространство является первичной категорией при осмыслении мира. Человек воспринимает предмет через его статические и динамические признаки. Статические признаки предмета получают наименование в языке в прилагательном, а динамические - в глаголе. В связи с этим Е.С. Кубрякова предполагает, что первые имена, нерасчлененные, диффузные по своему значению, еще не были ни именами, ни глаголами в том виде, в каком они известны нам из современных языков. В первых диффузных наименованиях преобладали предметные значения, поэтому считают, что в процессе коммуникации глаголы «вышли из имен» [13, с. 29-30].

Если семантика адвербиала эксплицируется из семантики глагола, то по аналогии наречие и все адвербиалы «вышли из глагола». За глаголом, выражающим признак движения, то есть «перемещение объектом положения в пространстве», и наречием, выражающим «признак второго порядка», как двум частям речи, противопоставленным по количеству признаков на разных этапах абстрагирования, стоят в принципе две взаимозависимые перцептуальные и концептуальные сущности. Сущность, представляющая собой адвербиал, является результатом дальнейшего вычленения дополнительных признаков движения на последующих ступенях познания.

Воспринимая ситуацию в мире, человек получает ощущения в виде образов и их представлений. Предположительно, первично сформированное представление о фрагменте действительности на глубинном уровне сознания носит единый, нерасчлененный, недискретный характер (некий «чувственный конкрет» [19]). Возникнув в пространстве сознания (= «со + знание»: совокупность усвоенного в предыдущем опыте общего фонового знания о мире), единый образ подвергается расчленению (диссекции) благодаря функ-

ции сознания осмысливать, те. мыслительных операций мышления. С.Д. Кацнельсон допускает, что в отличие от первичного этапа восприятия информации вторичная фаза семантической ступени речемыслительного процесса характеризуется четкой осмысленностью и рациональностью соотнесения особенностей этого единого образа или представления с уже имеющимися в сознании человека блоками знания [9, с. 123]. В результате этого происходит процесс категоризации - соотнесение особенностей и признаков сформированного образа с концептами <субъект>, <признак>, <объект> и т.д.

Моделирование процесса категоризации на глубинном этапе мыслительного процесса можно представить следующим образом. Известно, что любое движение происходит в Пространстве-Времени. Каждое событие дифференцируется от других четырьмя координатами: тремя пространственными и одной временной, те. «множество всех событий четырехмерно» [20, с. 125]. Человек наблюдает за пространством, фиксируя первоначально «движение для места», на основе которого осмысляются результаты наблюдения за изменениями во времени. Поэтому возникли мысли о том, что временные понятия появились в ходе переосмысления первоначальных концептов, что отразилось в построении языковой модели временных отношений по подобию пространственных схем.

Интересующий нас динамический признак предмета концептуализируется как <признак>, в котором отражается базовый дифференциальный признак изменения объектом положения в пространстве. Вся информация о фрагменте мира сегментируется расчлененно в форме простой (матричной) пропозиции как осмысленной связи концептов: <субъект> + <признак>. На следующем этапе вычленяется, во-первых, <пространственный признак признаках Затем после Пространственного признака признака> вычленяется <темпоральный признак признаках Информация сегментируется расчлененно в формах простой и включенной пропозиций: (<субъект> + <признак>) + (<темпоральный признак признака>).

Однако базовый динамический признак предмета может характеризоваться дополнительными признаками второго порядка, относящимися к внутренне присущим для действия или события свойствам, таким как «способ / манера протекания действия», «частотность» и др., представляющим собой образное знание. Для их представле-

ния на глубинном ментальном уровне речемыслительной деятельности возможны две формы репрезентации информации: единый концепт

<предикат>, отражающий ядерные признаки события, в структуре которого может быть вкраплен прообраз «признака второго порядка» (актуализация на поверхностном уровне в форме адвербиального глагола). В случае необходимости более расчлененного представления признака и признака признака ситуации выделяются два или более признаковых концепта - базовый концепт <признак>, являющийся прообразом предиката, и дополнительный концепт <признак признаках представляющий собой прообраз адвербиала (ср. ad + verb - после глаголие).

Далее информация сегментируется по пути усложнения простой пропозиции. Ряд дополнительных объективных признаков второго порядка, характеризующих внешние обстоятельства ситуации - пространственная и временная локация события - и субъективные признаки признаков, представляющие собой результат оценочного осмысления и отношения говорящего к событию с точки зрения способа и манеры его протекания, его интенсивности и скорости относительно общепринятой нормы, могут быть представлены факультативно в форме отдельных концептов -сирконстантов.

Итак, в соответствии с восприятием онтологии процессов, действий и событий в глубинной содержательной структуре предиката уже заложено основание для представления информации о дополнительных признаках второго порядка. Эта информация концептуализируется в форме сирконстантов, которые в поверхностной структуре разворачиваются в отдельном слове (наречии) или эксплицируются в синтагматическом распространении в виде предложного словосочетания с обстоятельственной функцией. Например:

1. Yesterday, also, Mr Blake had the lawyer’s answer (Collins, 407) w YESTERDAY (MR BLAKE HAVE LAWYER’S ANSWER).

2. In the spring of 1985, Dr. Tracey was a surgeon in training at New York Hospital, ... (RD, 2007: 121) w SPRING, 1985 (DR TRACEY BE SURGEON (AT NEW YORK HOSPITAL)).

3. When Jury walked in, Wiggins rose and the others looked at Jury with simple delight, ... (Grimes, 290) w PAST (WHEN JURY WALK IN) (WIGGINS RISE AND THE OTHERS LOOK AT JURY (WITH DELIGHT)).

Так называемое «внутреннее время» как характеристика внутренне присущих ситуации временных признаков, не всегда эксплицированных в номинации события, относится к факультативному элементу пропозиционального содержания предложения. Это означает то, что помимо типа события как денотативной ситуации, подведенной под определенный концепт <Event Notion)>, в структуру пропозиции могут входить факультативно другие содержательные элементы, характеризующие внутренние временные параметры ситуации и обозначенные прообразами ТА-модификаторов действия. Темпоральная характеристика, введенная аспектуальным классом глагола-предиката (номинацией глагольного действия) и ТА-модификаторами действия, нами определяется как пропозициональная темпораль-ность, ср.:

I rode slowly home (RD, 1985, 103) w PAST (I, RIDE, SLOWLY, HOME).

В процессе осмысления типа ситуации также может включаться оценочное отношение говорящего к событию, которое также репрезентируется в отдельной дискретной форме <признак признаках Приведем примеры:

1. She drank the coffee hastily (,..)(Ashton, 113) W PAST (SHE, DRINK, HASTILY, COFFEE).

2. All of a sudden I remember that I’m supposed to clean the staff room (Kesey, 2004, 130) w PRESENT (SUDDENLY (I, REMEMBER (I, DUTY, CLEAN, STAFF-ROOM))).

В примере (1) внутренне присущий для процесса питья кофе признак поспешности, ускоренной интенсивности квантов действия (глотков кофе) сопряжен с оценочным отношением говорящего к ситуации. Информация об этом дополнительном признаке не находит ментального воплощения в структуре предиката DRINK, что вызывает необходимость его концептуализации в дополнительном элементе пропозиции <оценочный признак признака с точки зрения скорости протекания процессах Информация о неожиданности факта припоминания о необходимости уборки помещений для персонала в примере (2) концептуализируется отдельным концептом <признак признаках характеризующим ситуацию с модальной точки зрения неожиданности, мгновенности.

Многогранность и расчлененность воспринятых признаков единого образа фрагмента действительности на этапе категоризации может концептуализироваться в виде сложной пропозиции из трех и более элементов или набора вложенных

пропозиций, ментальных прообразов простых распространенных или сложных предложений. Орудием эксплицирования этого содержания на вторичной фазе являются предикативные понятия и присущие им валентности.

Как видно, на вторичном этапе глубинной семантической ступени речемыслительного процесса результаты первичного этапа восприятия ситуации подвергаются дальнейшему осмыслению - категоризации, семантизации, предикации. С этим этапом также соотносится операция предикации, предназначение которой состоит в конструктивной трансформации в процессе фиксации информации в виде определенной семантической предикатно-аргументной структуры пропозиции. По-другому, этот этап можно назвать, вслед за Т.В. Ахутиной (1975), этапом внутреннего (смыслового) программирования, во время которого происходит выбор семантических единиц, комбинирующихся в соответствии с правилами смыслового синтаксиса.

3. Модель прототипической репрезентации адвербиального смысла предложения

Для решения вопросов объективации адвербиалов в предложении мы исходим из методологического положения, отвечающего также задачам синтаксической семантики, а именно из представления о смысловой структуре всякого предложения как системы вложенных друг в друга пропозиций [4]. Эти системы соотносятся с аналогичными представлениями содержательной структуры предложения в виде сложной пропо-зиционной схемы (complex prepositional schema), образованной из особым образом связанных (coordinated) или вложенных (embedded) «атомарных пропозиций» (atomic propositions) или «совокупности пропозиций, выводимых из данного предложения» [28, с. 167; 27, с. 14]. Следовательно смысловое устройство предложения можно представить при помощи иерархически устроенных уровней: нижний уровень, соответствующий глубинной структуре, представлен предметными термами; средний уровень - обычными предикатами, представляющими исходную пропозицию как фазово-структурированный концепт события; дальнейшие уровни - включенными предикатами, введенными адвербиалами, заполняющими свои валентности целостными пропозициями. Иными словами, множество пропозиций, логически выводимых из некоторого предложения, имеют явно неоднородный характер, хотя вывод составляю-

щих пропозиций (подчиненных пропозиций из производящей) осуществляется по некоторому единому принципу. Реально отношения между предложением и выводимыми из него пропозициями носят разнородный характер, поскольку факторами, обусловливающими механизм вывода, могут служить как значения отдельных лексических единиц в составе предложения и/или его синтаксическая структура, так и особенности ситуации общения и речевого контекста.

До актуализации конкретного смысла такая логическая схема сообщения, вероятно, уже хранится в памяти и может представлять собой нечто вроде когнитивной модели будущего высказывания в виде пропозиции. Модель - это абстрактный конструкт, позволяющий воспроизвести трудно поддающееся описанию явление; искусственно созданное лингвистом реальное или мысленное устройство, воспроизводящее своим поведением (обычно в упрощенном виде) поведение к.-л. другого (...) устройства (...) в лингвистических целях [24, с. 304]. Под когнитивной моделью, вслед за Т. ван Дейком, понимаем в целом некое мысленное устройство, ментальное соответствие пережитой бытийной ситуации, которое возникает в уме человека, когда он слышит или читает о ней [27]. В связи с этим можно говорить о вероятностной прототипической модели репрезентации адвербиального смысла предложения. Специфика актуализации пропозиции связана с разными возможностями и способами выражения ее компонентов, а разные формы объективации одного и того же смыслового содержания обусловлены прагматикой и потенциальными возможностями самих единиц, т.е. теми отношениями, в которые вступают семантические компоненты языковых структур в процессе передачи смыслового содержания.

При таком понимании пропозиции для актуализации, в частности, временного адвербиального смысла предложения темпорально релевантными являются следующие компоненты семантической структуры высказывания: 1) грамматическое значение временных форм; 2) аспектуальный класс глагола; 3) лексико-грамматическое значение ТА; 4) лексико-грамматическое значение временных союзов и предлогов; 5) прагматический компонент модели; 6) точка отсчета. Это позволяет предположить, что когнитивным основанием темпорального смысла предложения является матричная пропозиция, представленная аспекту-альным классом глагола на основе соотнесения с

базисной структурой типа ситуации, развернутая (сложная) пропозиция, темпорализация и последующая их актуализация. На процесс актуализации влияет соотношение согласования между семантикой темпорально релевантных членов пропозиции, прагматика коммуникативного акта, интенция говорящего и его языковые и неязыковые знания. На основе выделенных темпорально релевантных компонентов пропозиции выведена когнитивно-функциональная модель прототипической репрезентации темпорального смысла простого предложения (формула прообраза лингвистического времени Tense в языке):

RT

КФМ = Prag: t {RM [(TA/ TPrp) + (Av)]},

где Av - аспектуальный класс глагола;

TA - темпоральный адвербиал (наречия времени и непредикативные временные выражения, либо способные формировать пропозиции, либо составляющие часть пропозиции);

TPrp - лексико-грамматическое значение временного предлога обстоятельственного выражения;

RM - способ референции (темпоральной локализации действия);

t - грамматическая временная форма;

Prag - прагматический компонент модели;

RT - точка отсчета, позволяющая соотнести выраженное предикатом событие с определенным положением на временной оси.

В круглых скобках представлена простая пропозиция (когнитивное основание - прообраз будущей временной вербальной объективации), в квадратных скобках - развернутая (сложная) пропозиция. Соответствующий аспектуальный класс глагольного предиката, соотнесенный с базисной структурой типа ситуации, рассматривается нами в качестве одного из референторов, семантическая (референциальная) функция которого состоит в соотнесении значения предиката с временными признаками, внутренне присущими обозначаемой ситуации. В зависимости от ракурса видения ситуации наблюдателем, те. от фокусирования им отдельной фазы ситуации (начало, основная стадия явления или процесса и конец) или ситуации целиком, происходит соответствующая концептуализация ситуации, отражающаяся при помощи одного из разных типов аспектуальных классов глаголов. Базовая роль типа ситуации (= типа предикат) в актуализации референции состоит в том,

что он онтологически предопределяет привлечение при необходимости дополнительных средств временного соотнесения в виде или импликации, или экспликации дополнительного адвербиального смысла. В лингвистической литературе высказывается мнение, что грамматическая форма времени попадает в поверхностную структуру при включении пропозиции в речь, в результате чего пропозиция локализируется относительно времени сообщения и отношения говорящего [29, с. 1]. «Внешнее время», выраженное грамматической формой глагола ^ попадает в предложение при актуализации пропозиции в речи на основе учета данных соотнесения с типом ситуации и временными обстоятельствами ситуации и выражения говорящим отношения действия к временному ориентиру - точке отсчета. Очевидно, что грамматическое время глагола полностью паразитирует на информации, поставляемой временными обстоятельственными выражениями - истинными «менеджерами» времени.

Таким образом, предложенная модель прототипической репрезентации адвербиального смысла предложения является одним из обоснований для использования принципа композициональ-ности при изучении актуализации адвербиального смысла предложения, что открывает широкие возможности в перспективном плане.

Литература

1. Арутюнова Н.Д. Понятие пропозиции в логике и лингвистике // Изв. АН СССР. - Сер. лит. и языка. -1976. - С. 46-54.

2. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. - М.: Языки русской культуры, 1999. - С. 451.

3. Бидагаева Ц.Д. Темпоральные адвербиалы в английском предложении: языковой процесс выражения смысла. - Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2004. - 188 с.

4. Бергельсон М.Б., Кибрик А.Е. Прагматический принцип приоритета и его отражение в грамматике языка // Известия АН СССР. Сер. лит. и яз. - 1981. -Т. 40, № 4. - С. 343-355.

5. Богуславский И.М. Сфера действия лексических единиц. - М.: Языки русской культуры, 1996.- 464 с.

6. Болдырев Н.Н. О функциональной категоризации языковых единиц // Категоризация мира: Пространство и время: материалы науч. конф./ ред. Е.С. Кубрякова и О.В. Александрова. - М.: Диалог-МГУ 1997. - С.114-116.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

7. Виноградов В.В. Русский язык (Грамматическое учение о слове). - М.; Л.: Учпедгиз, 1947. - 784 с.

8. Галаншина И.К. Функциональный статус наречий в системе частей речи: дис. ... канд. филол. наук / МГПИИЯ им. М.Тореза. - М.,1989.- 215 с.

9. Кацнельсон С.Д. Типология языка и речевое мышление / АН СССР. Ин-т языкознания. - Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1972. - 216 с.

10. Кобозева И.М. Лингвистическая семантика. -М.: Эдиториал УУРС, 2000. - С. 220.

11. Козлова Л.А. Адвербиальные существительные в современном английском языке: автореф. дис. ... канд. филол. наук / МГПИ им. В.И. Ленина. - М.. 1976. - 20 с.

12. Колосова О.Н. Когнитивные основания языковых категорий (на материале современного английского языка): дис. ... д-ра филол. наук. - М.: Изд-во МГУ 1996. - 325 с.

13. Кубрякова Е.С. Части речи в ономасиологическом освещении. Изд. 2-е. - М.: Изд-во ЛКИ, 2008.

- С. 29-30.

14. Маляр Т.Н. О схематизации ментального содержания в языковой семантике // Актуальные проблемы современной английской лексикологии. - М.: Рема. 2008. - С. 100-112.

15. Мещанинов И.И. Члены предложения и части речи. - Л.: Наука; Ленингр. отд-ние, 1978. - 388 с.

16. Орловская И.В. Образование наречий от именных слов: автореф. дис. ... канд. филол. наук / МГПИИЯ.

- М., 1971. - 21 с.

17. Падучева Е.В. Семантические исследования (Семантика времени и вида в русском языке; Семантика нарратива). - М.: Языки русской культуры, 1996.

- С. 167.

18. Попова З.Д., Стернин И.А. Моделирование содержания концепта (когнитивная интерпретация результатов лингвистического исследования) // Проблемы представления (препрезентации) в языке. Типы и форматы знаний: сб. науч. трудов. - М.; Калуга: Эйдес,

2007. - С. 322- 329.

19. Сеченов И.М. Избранные произведения. - М.: Учпедгиз, 1953.-355 с.

20. Степанов Ю.С. В трехмерном пространстве языка. Семиотические проблемы лингвистики, философии, искусства. - М.: Наука, 1985. - 336 с.

21. Сусов И.П. Введение в языкознание. - М.: АСТ,

2008. - С. 46.

22. Уфимцева А.А. Семантика слова // Аспекты семантических исследований. - М.: Наука, 1980. - С. 37.

23. Шатуновский И.Б. Семантика предложения и нереферентные слова (значение, коммуникативная перспектива, прагматика). - М.: Языки русской культуры, 1996. - С. 41-42.

24. Языкознание. Большой энциклопедический

словарь. 2-е (репринтное) изд. - М.: Большая российская энциклопедия, 1998. - 685 с.

25. Chafe W.L. Discourse Structure and Human Knowledge // Language Comprehension and the Acquisition of Knowledge / Ed. by R.O. Freedle and J.B. Carrol. - Washington, D.C., 1972. - P. 41-69.

26. Чейф УЛ. Значение и структура языка / пер. с англ. Г.С. Щура. - М.: Прогресс, 1975. - С. 97.

27. Dijk, T A. van, Kintsch, W. Strategies of Discourse Comprehension. - N. Y.: Academic Press, 1983. - 418 p.

28. Дейк ван Т.А. Стратегии понимания связного текста // Новое в зарубежной лингвистике. - М.: Прогресс, 1988. - Вып. 23. - С. 153-211.

29. Филлмор Ч. Дело о падеже: пер. с англ. // Новое в зарубежной лингвистике. - М.: Прогресс, 1981.

- Вып. 10. - С. 369 - 495.

30. Talmy L. How Language Structures Space // Spatial Orientation. Theory, Research and Application. -N.Y., 1983. - P. 226-281.

31. Талми Л. Отношение грамматики к познанию // Вестник МГУ Сер. 9. - 1999. - № 1. - С. 91-112.

Список источников примеров

1. Ashton E. Dangerous to Know. - London WIA IDR, Mills & Boon Limited, 1974. - 202 p.

2. Collins W. The Moonstone. - London: Penguin Books by Cox & Wyman Ltd., 19994. - 464 p.

3. Grimes M. The Blue Last. - NY: Penguin Putnam Inc., 2002. - P. 290.

4. Kesey K. One Flew Over the Cuckoo’s Nest. -СПб.: Антология, 2004. - 288 с.

5. Reader’s Digets. - 1991. - July. - 206 p.

6. Reader’s Digets. - 2007. - March. - P. 121.

Бидагаева Цыцыгма Димчиковна - кандидат филологических наук, доцент, заведующая кафедрой английского языка и межкультурной коммуникации Восточно-Сибирского государственного университета технологий и управления. Рабочий адрес: 760013, г. Улан-Удэ, ул. Ключевская 40А, Восточно-Сибирский государственный технологический университет, т. 83012413169 внутр. [9175, 9176]. E-mail: dfl_2000@mail.ru, e-mail: sdbidagayeva@mail.ru

Bidagayeva Tsitsigma Dimchikovna - Candidate of Philology, Associate Professor, Head of English and Intercultural Communication Chair of Eastern Siberia State University of Technology, Ulan-Ude. Address: 40v Kluchevskaya, Ulan-Ude, Russian Federation, E-mail: dfl_2000@mail.ru, e-mail: sdbidagayeva@mail.ru

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.