конструкции, в которых количество членов конструкции или их место незначительно варьируется. Например, они там и танцевали вот тогда/ тогда вот они там и танцевали//.
Лексические повторы оказались наиболее часто употреб- ^
ляемыми. Данный вид повтора можно представить следую- I
щими примерами: нет/ну нельзя не ходить в театр/нельзя// |
или я тебя тысячу лет не видела// - тысячу!//. Следует отме- ;
тить, что чисто семантические повторы, не сопровождаемые \
повтором формы, нами в данном случае не учитывались, так как здесь мы сталкиваемся с проблемой синонимии, у которой другой статус в лингвистике.
Вторым этапом представленности повтора стал анализ данного явления относительно частеречной принадлежности. Результаты количественной обработки данных представлены в таблице 1.
Таблица 1
Частеречная принадлежность повторов и частотность их употребления
Часть речи Количество повторов
глагол 72
существительное б7
прилагательное 3б
частица 25
наречие 18
местоимение 18
числительное 13
предлог 12
Выяснилось, что большинство повторов относится к знаменательным частям речи, наиболее употребительные из них - глагол, имя существительное и имя прилагательное. Наименее повторяемыми частями речи являются числительные и предлоги.
Одной из задач нашего исследования было определение протяженности повторяющихся элементов лексических повторов. Полученные результаты представлены на рисунке 2.
120
1 слог 2 слога 3 слога 4 слога боле* 4 слогов
протяженность повтора
Рисунок 2. Гистограмма. Протяженность повторов и частотность их употребления.
Анализ результатов показал, что протяженность повторов в русском языке может составлять 1-6 слогов. Наиболее употребительными из них являются двуслоговые (104 единицы) и трехслоговые (76 единиц) повторы, наименее употребительными - повторы, состоящие из одного (39 единиц), четырех (43 единицы) и пяти-шести (8 единиц) слогов.
Особый интерес представляет семантическая нагружен-ность повтора. Из 244 выбранных фрагментов разговорной речи носителей русского языка нами было выделено 192 случая повторов, когда повторяющийся элемент несет в себе дополнительную смысловую нагрузку. Например, крестьяне/и мелкие-мелкие (очень мелкие) буржуа// или я сейчас читаю какой-то итальянский роман/Пратолини (неуверенно')/Пратолини (с большей уверенностью)//. В 52 случаях повторов дополнительная семантика второго повторяющегося элемента выделена не была. Чаще всего это либо повтор предлогов, либо повтор части слова: Леночка поехала туда/в...в поликлинику//или это же со... современный//.
В результате исследования характеристик повтора в русском языке относительно частотности употребления того или иного вида повтора, его частеречной принадлежности, протяженности и семантической нагруженности, мы пришли к модели наиболее типичного повтора для спонтанной русской речи - это лексический повтор глагола протяженностью в два слога с перегруженной семантикой.
Подводя итог вышеизложенному, отметим, что появление повтора в спонтанной речи обусловлено рядом внешних и внутренних причин, в частности наличием внешних обстоятельств и условий, влияющих на процесс коммуникации, желанием восстановить логический ход коммуникации, трудностью словесного воплощения мысли, самокоррекцией, речевым воздействием на собеседника, темпераментом и эмоциональным состоянием говорящего. Наиболее типичной моделью проявления повтора в спонтанной речи является лексический повтор глагола протяженностью в два слога с перегруженной семантикой.
Библиографический список
1. Харченко, В. А. Современная речь: монография / В. А. Харченко. - М.: Изд-во Литературного института им. А.М. Горького, 2006.
2. Борисова, И.Н. Русский разговорный диалог: Структура и динамика / И.Н. Борисова; изд. 2-е. - М.: Издательство ЛКИ, 2007.
3. Иссерс, О.С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи / О. С. Иссерс; изд. 5-е. - М.: Издательство ЛКИ, 2008.
4. Ковальчук, И.Ю. Повтор и его функции в тексте / И.Ю. Ковальчук: дис ... канд. филологических наук: 10.02.05. - М.: РГБ, 2005.
5. Баринова, Г. А. Русская разговорная речь / Г. А. Баринова, Е.А. Земская. - М., 1978.
Статья поступила в редакцию 17.06.09
УДК 81' 33
С.В. Мкртычян, докторант Тверского гос. университета, г. Тверь, E-mail: mkrtytchian@mail.ru
МЕЖЛИЧНОСТНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ В АСПЕКТЕ ДЕЛОВОГО ДИСКУРСА (НА МАТЕРИАЛЕ РУССКОГО ЯЗЫКА)
В статье критикуется объем понятия «деловое общение» с учетом российских особенностей через призму дискурсивной онтологии Л. С. Выготского: определен статус межличностного взаимодействия в деловом общении, выводы подтверждены материалами анкетирования; исчислены
критерии определения границ понятия «деловое общение», выделена универсальная для всех профессиональных сфер коммуникации основа обучения деловому общению в аспекте повышения его эффективности.
Ключевые слова: деловое общение, межличностное взаимодействие, этноспецифичность, дискурс.
В последнее время наблюдается повышенный интерес к вопросам речевой коммуникации в сфере делового общения как со стороны лингвистов (Т.Н. Астафуровой, В.Ю. Дорошенко, И. В. Драбкиной, В. И. Карасика, М. В. Колтуновой, А. В. Крыми-ной, Н.А. Купиной, Е.М. Лазуткиной, А.А. Романова, А.О. Стеб-лецовой, И.А. Стернина, В.Е. Чернявской и др.), так и со стороны специалистов других областей знания: философов (О.Н. Зименковой, Т.В. Науменко), психологов (И.Н. Аминова, А.Д. Барышевой, Э.Э. Линчевского, Л.А. Петровской, Е.Ф. Тарасова, С.В. Тимофеева), социологов (В.П. Конецкой, А.В. Соколова) и др.
Объектом лингвистических исследований в данном случае выступает так называемый «деловой дискурс». Под дискурсом понимается «продукт речевого общения в определенных коммуникативных условиях» [1, с. 17-18], или «связный текст в совокупности с экстралингвистическими (прагматическими, социокультурными, психологическими и др.) факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах)» [2, с. 13б-137]. Таким образом, как онтологическая категория дискурс включает в себя текст, участников коммуникации и прагматические параметры коммуникативной ситуации.
Деловой дискурс рассматривается как один из видов дискурса. Попутно отметим, что в современной лингвистике виды дискурса выделяются, исходя из различных критериев: коммуникативной сферы общения, вида деятельности, общественного (социального І политического) института, цели коммуникации и проч. При этом критерии выделения делового дискурса остаются неясными. Разброс подходов к разрешению этого вопроса можно свести к трем наиболее популярным позициям.
1. Деловой дискурс как дискурс официальный, институционально-административный. А.О. Стеблецова в качестве основной особенности делового дискурса называет его нормативность, типичность, стандартность [3]. Аналогично у С.В. Шиловой: «деловое общение - это один из видов официальной интеракции, который характеризуется своей спецификой в плане содержания общения, в плане целей общения, в плане взаимоотношений между коммуникантами» [4, с. 5].
2. Деловой дискурс как речевая практика людей той или иной специальности. При таком подходе внимание исследователей фокусируется на профессиональной (или специальной) речи, которая изучается в различных направлениях: в русле лингводидактики, именно, при обучении профессионально-ориентированному общению на иностранном языке (Т.Н. Астафурова, Л.В. Макар, И.В. Михалкина, М.Г. Удар-цева, И.И. Халеева и др.); как один из аспектов деонтологии -науки об этических проблемах профессии (А.А. Грандо, В.П. Котельников, Н.А. Магазаник, И.Я. Макшанов В.Ф. Матвеев, И.С. Сукидр.); как язык для специальных целей (В.В. Виноградов, Ф.П. Филин, О.Н. Трубачев, А.И. Моисеев, В.А. Татари-нов, В.М. Лейчик и многие другие); наконец, как межличностное общение (или межличностное взаимодействие) в профессиональной сфере.
На наш взгляд, в определении делового общения как узко профессионального происходит выхолащивание онтологической сущности самого дискурса: согласно этой логике нет делового дискурса, а есть конкретный профессиональный дискурс права, медицины, экономики, бизнеса, образования и т.д. В таком понимании делового дискурса его изучение зачастую сводится к наблюдениям над специальным языком (или языком специальности, языком профессии), который рассматривается в первую очередь в жаргонном аспекте.
3. Деловой дискурс как частный случай профессионального дискурса («business communication»). Г.Г. Буркит-баева предлагает следующую дефиницию «делового дис-
курса»: «деловой дискурс как понятие видовое является конкретным воплощением инвариантной модели дискурса, созданного применительно к конкретной коммуникативной бизнес-ситуации определенной группой людей, имеющих то или иное отношение к бизнесу» [5, с. 8]. Под бизнесом понимается «предпринимательская экономическая деятельность, приносящая доход, прибыль» [6, с. 45]. Рассмотрение делового дискурса под углом зрения экономических отношений мотивировано переходом к рыночному ведению хозяйственной деятельности, в том числе и на макроэкономическом уровне, что оживило интерес к иностранным языкам, в частности, к английскому языку как рабочему языку современных деловых контактов. По этой причине целый ряд отечественных исследователей посвятили свои работы изучению делового общения на материале английского, немецкого и французского языков (Е.Е. Анисимова, М.П. Брандес, Г.Г. Буркитбаева, П.П. Волошин, В.Ю. Дорошенко, И.В. Драбкина, А.А. Кручи-нина, В.Я. Ямшанова и др.).
Полагаем, что в рамках каждого из обозначенных подходов к определению делового общения проведены интересные и обстоятельные исследования, касающиеся той или иной его области: либо официальных строго регламентированных интеракций (изучение которых в силу обстоятельств, изложенных ниже, весьма косвенно относится к повышению эффективности делового общения в целом), либо узкой специальной сферы (включая терминосистемы), либо ставшей популярной в последнее время бизнес-коммуникации. Как отмечает И.А. Стернин, в настоящее время наука об эффективном деловом общении активно формируется, определяет свой объект, категории, структуру, приемы описания и обучения, поскольку «теория делового общения еще не разработана, а практика обучения не имеет теоретической и методической базы, хотя и довольно широко практикуются различные школы и курсы делового общения, представляющие конгломерат приемов, методов и тем» [7].
При наличии обширного количества разнонаправленных и разрозненных исследований существует настойчивая необходимость в выработке общей концепции делового общения в лингводидактических целях, направленной на оптимизацию коммуникации.
Здесь закономерно встает вопрос о необходимости поиска универсальной для всех профессиональных сфер основы делового общения, которая непосредственным образом была бы связана с повышением эффективности делового общения в целом. Размышляя в этом направлении, мы исходим из того, что дискурсивная научная парадигма ставит в центр исследовательского внимания не столько систему языка, сколько человека говорящего, не просто текст как «след», словесный субстрат дискурса, но и контекст со всеми прагматическими параметрами коммуникативной ситуации.
«Дискурсивная онтология» Л.С. Выготского создает предпосылки для того, чтобы объект нашего анализа - деловое общение - рассматривать также за пределами границ институциональной официальности, включая в сферу интересов всякую коммуникацию, связанную с непосредственной и косвенной реализацией субъектом речи его статусно-ролевой функции.
Предполагая, что сферу делового общения следует понимать шире, чем сугубо официально регламентированное, мы не можем обойти вниманием вопрос, касающийся его границ. На этот вопрос нам помогут ответить наблюдения в области межкультурной коммуникации, проясняющие некоторые особенности делового общения в условиях российского этноса.
Не вызывает сомнений, что «коммуникация неотделима от процессов формирования и передачи культурных смыслов - множества символов, транслируемых в социуме» [8, с. 38]. Ведь культура (культурная среда) формирует импликатуры общего знания, которые М.В. Китайгородская и Н.Н. Розанова
3б
называют «ментальными стереотипами», Ю.С. Степанов - «этническими стереотипами поведения», К. Касьянова - «социальными архетипами». Осознание того, что общение людей (в том числе речевое, деловое) во многом детерминировано национальной культурой, положено в основу целого ряда исследований, квалифицирующих русское коммуникативное поведение как «высококонтекстное и полихронное» [9], «диффузное»
[10], «другоцентричное» [11].
Размышляя об объеме понятия «деловое общение» с опорой на результаты исследований в области межкультурной коммуникации, мы приходим к выводу относительно необходимости включения в его сферу категорий межличностной коммуникации.
В пользу расширения границ делового общения путем включения в его состав межличностного взаимодействия свидетельствуют результаты анкетирования, проведенного среди военнослужащих, представителей бюджетной и коммерческой сфер (всего 156 человек, из каждой сферы примерно равное количество). Респондентам было предложено ответить на два вопроса (в формулировке вопроса умышленно отсутствует конкретизирующая информация):
1. Какого начальника вы считаете хорошим?
2. Какого подчиненного вы считаете хорошим?
Все полученные ответы можно условно поделить на две группы: ответы, в которых присутствует компонент межличностных отношений и ответы, описывающие только функционально- ролевые отношения, индифферентные к межличностному взаимодействию.
В обобщенном виде представим ответы на первый вопрос (Какого начальника вы считаете хорошим?).
1. Ответы с учетом компонента межличностных отношений: который заботится о подчиненных(7); справедливый (4); тактичный (2); кто любит людей и дело; умеет заразить своей идеей коллектив и повести за собой; проявляющий заботу о подчиненных; принимающий решения, не противоречащие моральным принципам; понимающий личный состав; открытый; хороший человек; следит за материальным обеспечением подчиненных; вникает в нужды и потребности подчиненных; которого любят подчиненные; умеет понять и «войти в положение»; который не тупит; не сволочь, так как по уставу он должен быть таким; уважает людей; толерантный; в меру строгий; с чувством юмора; который не изголяется над подчиненным; способный воодушевить других и повести за собой; с которым можно найти общий язык; должен разбираться в людях; авторитетный; хороший психолог; не забывает про подчиненных; который умеет убедить людей в идее; сдержанный; умеющий сплотить коллектив.
2. Ответы с учетом социально-ролевых отношений: опытный (5); кто может правильно организовать работу(2); оценивающий подчиненных по их способностям; ставящий реальные задачи; проявляющий организаторские способности; умеющий доказывать и обосновывать свою точку зрения; который умеет организовать порядок; объективный; умеет рационально планировать работу подчиненных; профессионализм; видит перспективу; который хорошо знает методологию, процесс, структуру и технику управления; грамотно подходит к постановке задач; объективно судит об исполнении задач; кто обеспечивает подчиненных всем необходимым для решения задач; который знает состояние дел; дисциплинированный; который не вредит делу.
Также на две группы разобьем ответы на второй вопрос (Какого подчиненного вы считаете хорошим?).
1. Ответы с учетом компонента межличностных отношений: надежный (5); на которого можно положиться (3); кто оправдывает надежды; кем можно гордиться; отзывчивый; послушный; открытый;, который может выручить в сложной ситуации; принимает активное участие в жизни коллектива; всегда выручит и поможет; который не забивает на коллектив; инициативный в разумных пределах; всегда поможет; не урод; покладистый; сочувствующий; адекватный; тактичный; свой человек.
2. Ответы с учетом социально-ролевых отношений: исполнительный (6); активный; с разумной инициативой; карьерист; целеустремленный; выполняет быстро и качественно поставленную задачу; умный; который помнит о своих обязанностях; с высокой квалификацией; компетентный; организованный;, четко и в срок выполняющий все поручения; пунктуальный.
На основе результатов проведенного анкетирования можно сделать следующие выводы.
1. В 24% ответов присутствует только компонент межличностных отношений, в 73% содержатся характеристики обоих типов, что со всей очевидностью доказывает син-кретичность функционально-ролевых и межличностных отношений, позволяя толковать понятие деловое общение весьма широко. Очевидно, что на долю ответов, содержащих только функционально-ролевые характеристики, приходится 3%.
2. В целом требований к руководителям арифметически почти в 2 раза больше (хотя только 18% респондентов являются руководителями, у которых в подчинении больше 10 человек). Этот факт весьма показателен в русле размышлений Р. Ратмайр об «общинной психологии» русских. «Однако в русской культуре, в отличие от американской, не придается такого большого значения тому, что человек должен сам заботиться о своем благосостоянии и нести за него ответственность, не отвлекая других людей, т. е. смириться с тем, что окружающие могут быть заняты и к ним не всегда можно обратиться. Напротив, обычно люди считают других ответственными за свое счастье; в конечном счете эту привычку можно объяснить, возводя ее к «общинной психологии», снижающей ответственность отдельной личности» [12, с. 220].
3. Показательно, из 24% ответов, содержащих исключительно компонент межличностных отношений, 17% (т.е. большинство) принадлежит мужчинам. Это объясняется, на наш взгляд, тем, что, во-первых, мужчин в целом больше на 30% (все военнослужащие - мужчины), во-вторых, тем, что мужчины традиционно более социально активны. Попутно заметим, что в Российском союзе промышленников и предпринимателей процент женщин относительно невысок.
4. Сравнивая ответы представителей различных сфер делового общения, можно констатировать, что у представителей коммерческих структур больше ответов, связанных с межличностным взаимодействием (99%), у представителей бюджетной сферы - 87% , а у военнослужащих - 92%. Эти данные наводят на мысль о том, что бюджетная сфера является менее «очеловеченной» из всех трех сфер делового общения, что мы склонны объяснять тем, что в бюджетной сфере практически отсутствуют ценностные ориентиры позитивной корпоративной культуры, которая активно развивается и формируется в коммерческой сфере и в силу консервативности до сих присутствует в сфере общения военнослужащих.
Интересно, что 2% ответов (отмечены у военнослужащих) связаны с избеганием негатива, что свидетельствует, во-первых, об остром дефиците межличностного общения, во-вторых, о его значимости.
Данные Русского ассоциативного словаря свидетельствуют, что в общении для русского мироощущения важным является в первую очередь собеседник. Так, стимульными реакциями к лексеме «общение» являются следующие слова: разговор 13; с людьми 11; с другом 4; приятное, радость, с друзьями 3; дружба, друзья, люди, с иностранцем, тесное 2; близкое, близость, болтовня, вдвоем, взаимно, всех, в тягость, в школе, девушка, долгое, допрос, друг, живой, здорово, интерес, интересное, кровать, личный, между людьми, межличностное, мнение, народ, нету, нудность, общество, открытость;
о, это да; плодотворное, полезное, по-русски, рыбалка, с Богом, свободное, с девушкой, сигарета, с кем?, с миром, с ней, со сверстником, спор, с сыном, с тобой, с товарищами, стол, студентов, с хорошим человеком, театр, трудно, ценность, человека, человеческое, школа, это радость [13, с. 2, 55, 66, 104, 394].
Приведенные стимульные реакции свидетельствуют о том, что для русских приоритетное значение имеет тот факт, с кем общаться, нежели как и о чем.
Данные проведенного анкетирования свидетельствуют о справедливости выводов, сделанных на основе анализа теоретического материал относительно специфики делового общения и критериев его выделения.
Итак, резюмируя, определим критерии, которые, на наш взгляд, являются релевантными для определения объема делового общения:
1) характер отношений коммуникантов (отношения деловые в противоположность, например, семейно-родственным);
2) направленность общения (непосредственная или косвенная) на обеспечение профессиональной деятельности. При этом критерий обеспечение профессиональной деятельности понимается нами в полной мере широко.
Таким образом, наши размышления относительно статуса межличностного взаимодействия в деловом дискурсе можно завершить следующими выводами:
1. Феномен делового общения понимается различными исследователями по-разному. При наличии обширного количества исследований в обозначенной сфере до настоящего времени отсутствует единая концепция обучения эффективному деловому общению в условиях российского делового дискурса. Это обстоятельство обусловливает поиск универсальной для всех профессиональных сфер основы делового общения в теоретическом плане (и одновременно лингводидактической основы обучения деловому общению).
2. В рамках «дискурсивной онтологии» Л.С. Выготского
[14], в частности, интеракционной модели коммуникации, под деловым общением мы предлагаем понимать всякую коммуникацию, связанную с непосредственной и косвенной реализацией субъектом речи его статусно-ролевой функции, поскольку деловой дискурс - это не только текст как словесный субстрат, но и контекст, включающий в себя коммуникативную ситуацию (в том числе и участников коммуникации).
3. В целях учета границ общения в непосредственной и косвенной реализации субъектом его статусно-ролевой функции, мы обратились к исследованиям в области межкультурной коммуникации, что дало основания охарактеризовать российское деловое общение как высококонтекстное, диффузное, по-лиактивное и другоцентричное. Перечисленные специфические особенности делового общения позволили предположить, что в качестве той самой основы, на которой может быть выстроена концепция эффективного делового общения, целесообразно рассматривать межличностное общение. Исходя из этого тезиса, сформулированы критерии определения объема понятия «деловое общение»: характер отношений коммуникантов и направленность общения.
4. С целью проверки данного предположения было проведено анкетирование представителей трех различных сфер коммуникации (бюджетной гражданской, коммерческой и военной). В 97% случаев межличностный компонент в ответах на вопросы относительно качеств начальника и подчиненного был зафиксирован, что позволяет с достаточной степенью достоверности утверждать, что межличностное общение может рассматриваться не только как составляющая делового общения, но и как составляющая, ядерная в аспекте оценки эффективности.
Библиографический список
1. Романов, А.А. Грамматика деловых бесед / А.А. Романов. - Тверь: Сфера, 2005.
2. Арутюнова, Н.Д. Дискурс / Н.Д. Арутюнова // Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В.Н. Ярцевой. - М.: Советская энциклопедия, 1990.
3. Стеблецова, А.О. Национально-культурная специфика делового текста (на материале английского и русского языков) / А.О. Стеблецова. Дис. канд. ... филол. наук. - Воронеж, 2001.
4. Шилова, С.В. Соблюдение и нарушение принципов речевого речевого общения в деловой коммуникации: автореф. дис. ... канд. филол. наук. - СПб, 1998.
5. Буркитбаева, Г.Г. Деловой дикурс. Онтология и жанры / Г.Г. Буркитбаева. - Алматы: НИЦ «Гылым», 2005.
6. Ожегов, С.И. Толковый словарь русского языка / С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. - М.: Азъ Ltd, 1992.
7. Стернин, И.А. Практическая риторика / И.А. Стернин. - М.: Издательский цетр «Академия», 2005.
8. Макаров, М.Л. Интерпретативный анализ дискурса в малой группе / М.Л. Макаров. - Тверь: ТвГУ, 1998.
9. Льюис, Р.Д. Деловые культуры в международном бизнесе. От столкновения к взаимопониманию / Р.Д. Льюис, П.Н. Шихирев, Т. А. Нестика. - М.: Дело, 1999.
10. Парсонс, Т. Система современных обществ / Т. Парсонс, Л. А. Седова, А.Д. Ковалева, - М.: Аспект Пресс, 1997.
11. Уфимцева, Н.В. Языковое сознание и образ мира славян / Н.В. Уфимцева // Языковое сознание и образ мира . сборник статей / отв. ред. Н.В. Уфимцева. - М.: ИЯ РАН, 2000.
12. Ратмайр, Р. Прагматика извинения: Сравнительное исследование на материале русского языка и русской культуры / Р. Ратмайр. - М.: Языки славянской культуры, 2003.
13. Караулов, Ю.Н. Русский ассоциативный словарь / Ю.Н. Караулов, Ю.А. Сорокин, Е.Ф. Тарасов, Н.В. Уфимцева, Г.А. Черкасова. - М.: ИЯ РАН, 1998.
14. Выготский, Л.С. Мышление и речь / Л.С. Выготский, И.В. Пешков. М.: Лабиринт, 1999.
Статья поступила в редакцию 8.10.08
УДК 803.3
С.С. Тронько, ст. преп., ЛИИНАлтГПА, г. Барнаул, E-mail: svetusik_t@mail.ru ПОСТРОЕНИЕ ПОЛЯ РЕПРЕЗЕНТАНТОВ КОНЦЕПТА TOD В СОВРЕМЕННОМ НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ
Статья посвящена построению поля репрезентантов немецкоязычного концепта TOD на основе анализа семного состава репрезентантов данного концепта. Выявление семного состава элементов концепта осуществляется в работе с помощью метода компонентного анализа. Данный подход позволяет представить концепт TOD как некоторый ряд парадигматически связанных слов, имеющих в своем составе как общие семантические, так и дифференциальные признаки.
Ключевые слова: концепт TOD, лексико-фразеологическое поле, семный анализ.
На рубеже XX - XXI веков предметом поисков в когнитивной лингвистике являются наиболее существенные концепты, необходимые для построения всей концептуальной системы и дающие представление о понимании сущности мира, человека и языка. К таким концептам относятся время,
пространство, число, жизнь, смерть, свобода, воля, истина, знания и другие [1, с. 39].
Под концептом в настоящей работе понимается некое представление о фрагменте мира, отмеченное лингвокультурной спецификой, имеющее сложную структуру и реализуемое различными языковыми средствами. Концепт есть некая идея,