Научная статья на тему 'МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ ИТОГИ И ЗНАЧЕНИЕ НЮРНБЕРГСКОГО И ТОКИЙСКОГО ТРИБУНАЛОВ (К 70-ЛЕТИЮ ИХ УЧРЕЖДЕНИЯ)'

МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ ИТОГИ И ЗНАЧЕНИЕ НЮРНБЕРГСКОГО И ТОКИЙСКОГО ТРИБУНАЛОВ (К 70-ЛЕТИЮ ИХ УЧРЕЖДЕНИЯ) Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
3231
628
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
НЮРНБЕРГСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ ВОЕННЫЙ ТРИБУНАЛ / INTERNATIONAL MILITARY TRIBUNAL / ТОКИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ ВОЕННЫЙ ТРИБУНАЛ / TOKYO INTERNATIONAL MILITARY TRIBUNAL / АГРЕССИЯ / AGGRESSION / ГЕНОЦИД / GENOCIDE / ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ МИРА / CRIMES AGAINST PEACE / ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЧЕЛОВЕЧНОСТИ / CRIMES AGAINST HUMANITY / ВОЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ / WAR CRIMES / ГЛАВНЫЕ ВОЕННЫЕ ПРЕСТУПНИКИ / WAR CRIMINALS

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Соколов С.А.

Работа посвящена итогам деятельности Нюрнбергского и Токийского международных военных трибуналов. Прошедшие 70 лет после Победы над германским фашизмом и японским милитаризмом и учреждения международных военных трибуналов в Нюрнберге и Токио, показали, что судебные процессы над главными немецкими и японскими военными преступниками заложили основы международной уголовной юстицию. Современное международное право подтвердило принцип неотвратимости наказания и индивидуальной ответственности физических лиц за совершение международных преступлений и принцип международно-правовой ответственности государств за совершение особо социально опасных деяний в виде международный деяний.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

INTERNATIONAL LAW AND THE VALUE OF THE RESULTS NUREMBERG AND TOKYO TRIBUNALS (THE 70TH ANNIVERSARY OF THEIR ESTABLISHMENT)

The work is dedicated to the results of the Nuremberg and Tokyo International Military Tribunals. The past 70 years after the victory over German fascism and Japanese militarism and the establishment of the International Military Tribunals at Nuremberg and Tokyo, revealed that the trials of the major German and Japanese war criminals have laid the foundations of international criminal justice. Contemporary international law has confirmed the principle of inevitability of punishment and individual responsibility of individuals for international crimes and the principle of international law of State responsibility for particularly socially dangerous acts in the form of international acts.

Текст научной работы на тему «МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ ИТОГИ И ЗНАЧЕНИЕ НЮРНБЕРГСКОГО И ТОКИЙСКОГО ТРИБУНАЛОВ (К 70-ЛЕТИЮ ИХ УЧРЕЖДЕНИЯ)»

[7] Титова Е.С. Организация раскрытия и методика расследования хищений грузов на железнодорожном транспорте, совершаемых организованными преступными группами: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Москва: Московский институт МВД России, 2002. - 25 с.

[8] Шишов Е.Е. Использование специальных познаний при расследовании краж грузов из подвижного состава железнодорожного транспорта: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Волгоград: Волгоградский юридический институт МВД РФ, 1999. - 23 с.

[9] Эриашвили Н.Д. Присвоение и растрата чужого имущества как формы хищения. Уголовно-правовой анализ: монография / Н.Д. Эриашвили. - М.: ЮНИТИ-ДАНА; Закон и право, 2008.

[10] Голубятник И.М. Оперативно-розыскные меры по раскрытию хищений на железнодорожном транспорте: дис. ... канд. юрид. наук. М., 1974. - 190 с.

[11] Моденов А.К. Предупреждение и раскрытие хищений денежных средств на объектах железнодорожного транспорта: дис....канд. юрид. наук. М., 1994.

SOME OF THE FEATURES IN THE DETECTION AND INVESTIGATION OF CRIMES COMMITTED ON THE RAILWAY TRANSPORT

M. V. Kruchinin, N.N. Potapova, O.I. Dolgachevа

Keywords: disclosure, investigation, crimes, railway transport, interaction, efficiency, theft, methods, mechanism.

The process of organization of activity of law enforcement bodies aimed at the investigation of some crimes in the sphere of railway transport. Focuses on the algorithm of actions of law enforcement agencies to combat crime on transport.

УДК 341.4

аА. Соколов, к.ю.н., доцент ФГБОУ ВО «ВГУВТ» 603950, г. Нижний Новгород, ул. Нестерова, 5

МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ ИТОГИ И ЗНАЧЕНИЕ НЮРНБЕРГСКОГО И ТОКИЙСКОГО ТРИБУНАЛОВ (К 70-ЛЕТИЮ ИХ УЧРЕЖДЕНИЯ)

Ключевые слова: Нюрнбергский международный военный трибунал; Токийский международный военный трибунал; агрессия; геноцид; преступления против мира; преступления против человечности; военные преступления; главные военные преступники.

Работа посвящена итогам деятельности Нюрнбергского и Токийского международных военных трибуналов. Прошедшие 70 лет после Победы над германским фашизмом и японским милитаризмом и учреждения международных военных трибуналов в Нюрнберге и Токио, показали, что судебные процессы над главными немецкими и японскими военными преступниками заложили основы международной уголовной юстицию. Современное международное право подтвердило принцип неотвратимости наказания и индивидуальной ответственности физических лиц за совершение международных преступлений и принцип международно-правовой ответственности государств за совершение особо социально опасных деяний в виде международный деяний.

Генеральная Ассамблея предлагает государствам «продолжать поощрять публикацию книг и других материалов по тематике международного права».[1]

Judex ergo cum sedebit, quidquid latet, adparebit Nil inultum remanebit.

Когда воссядет высший судия, всё сокровенное откроется, и ничто не останется без возмездия.

И-В. Гёте «Фауст»[2]

И судимы были мёртвые по написанному в книгах сообразно с делами своими...

Булгаков М.А. «Белая гвардия»[3]

Международные военные трибуналы, созданные после Второй мировой войны, провели два процесса над главными военными преступниками. Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками проходил с 20 ноября 1945 г. по 1 октября 1946 г. Суду были преданы высшие государственные и военные руководители фашистской Германии, которым было предъявлено обвинение в совершении преступлений, указанных в ст. 6 Устава Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси от 8 августа 1945 г. [4].

Позитив правоприменительной практики государств антигитлеровской коалиции однозначно свидетельствует в пользу того, что на основе международного договора союзных держав военные действия Германии в 1939-1945 гг. были юридически квалифицированы как международные преступления, а судебные процессы над главными немецкими военными преступниками заложили основы международной уголовной юстиции [5].

Следует отметить и масштабы судебного процесса в Нюрнберге: трибунал провёл 403 судебных заседания, рассмотрел более 3000 документов, допросил около 200 свидетелей, принял 300 тыс. письменных показаний [6]. Международный военный трибунал приговорил: Геринга, Риббентропа, Кейтеля, Кальтенбруннера, Розенберга, Франка, Фрика, Штрейхера, Заукеля, Йодля, Зейсс-Инкварта, Бормана (заочно) к смертной казни через повешение; Гесса, Функа, Редера - к пожизненному заключению; Шираха, Шпеера - к 20, Нейрата - к 15, Деница - к 10 годам тюремного заключения. Фриче, Папен, Шахт были оправданы. Переданный суду Лей незадолго до начала процесса повесился в тюрьме, Крупп был признан неизлечимо больным, и дело по нему было прекращено. Трибунал признал преступными организации СС, СД, СА, гестапо и руководящий состав нацистской партии, но не вынес решения о признании преступным верховного командования, генштаба. Член трибунала от СССР заявил о своем несогласии с решением о непризнании преступными этих организаций и с оправданием Шахта, Папена, Фриче. Осужденные, кроме Кальтенбруннера, Ши-раха, Шпеера, подали ходатайство о помиловании. После отклонения ходатайств Контрольным советом приговоренные к смертной казни, за исключением Геринга, который незадолго до казни отравился, были в ночь на 16 октября 1946 г. повешены в здании Нюрнбергской тюрьмы.

Принципиальное решение о создании Международного военного трибунала для Дальнего Востока было принято на Потсдамской конференции руководителей СССР, США и Великобритании 1945 г. и закреплено в Заявлении, определяющем условия капитуляции Японии, от 26 июля 1945 г.

Юридически Международный военный трибунал для Дальнего Востока был создан особым документом - Специальной прокламацией, учреждающей Международный военный трибунал для Дальнего Востока, от 19 января 1946 г., изданной Главнокомандующим оккупационными войсками в Японии генералом Д. Макартуром, к которой прилагался его Устав [7].

Он во многом соответствовал Уставу Международного военного трибунала от 8 августа 1945 г. и, так же как последний, определял материально-правовые, организационно-правовые и процессуально-правовые основания его деятельности.

Заседания Международного военного трибунала для Дальнего Востока проходили

с 3 мая 1946 г. по 12 ноября 1948 г. в Токио, получив историческое название «Токийский процесс», или «Суд в Токио». Суду были преданы 28 человек, в том числе 4 бывших премьер-министра, 13 бывших министров, 9 представителей высшего военного командования, 2 посла. Приговор вынесен 25 подсудимым, 7 из них приговорены к смертной казни, остальные - к лишению свободы, причем 16 - к пожизненному [8].

С международно-правовой точки зрения значение деятельности Нюрнбергского трибунала традиционно рассматривается в двух аспектах.

Во-первых, заслуга Трибунала в том, что его создание и деятельность имели существенное значение для последующего развития органов международной уголовной юстиции.

Во-вторых, значение Устава и Приговора Нюрнбергского трибунала в том, что на международно-правовом уровне в рамках одного документа были квалифицированы в качестве преступных такие деяния, как агрессия, военные преступления, преступления против человечности: ст. 6 Устава Трибунала содержала подробный перечень данных преступлений [9].

Впервые вопрос о привлечении к ответственности и наказании лиц, виновных в совершении преступлений против мира и военных преступлений, был поставлен сразу после окончания Первой мировой войны, т.е. до учреждения Нюрнбергского военного трибунала. Специально созданная комиссия из представителей победивших государств, пришла к выводу о необходимости создания международного трибунала, полномочного рассматривать данные преступления. Положения стст. 228-230 Версальского мирного договора 1919 г. [10] впервые предусматривали возможность выдачи и привлечения к ответственности лиц, виновных в развязывании войны, нарушении законов и обычаев войны. Однако международный трибунал создан не был; немецкие военные преступники были судимы в Германии, а затем оправданы. Судебный процесс над германским кайзером Вильгельмом II не состоялся по причине отказа Нидерландов в его выдаче.

Нюрнбергский процесс, явившийся первым прецедентом привлечения к ответственности лиц, виновных в совершении международных преступлений, стал одним из важнейших этапов развития международной уголовной юстиции.

Принятию Соглашения об учреждении Нюрнбергского трибунала предшествовали Московская декларация об ответственности гитлеровцев за совершаемые зверства, принятая странами антигитлеровской коалиции, от 30 октября 1943 г.; Заявление от имени всех Объединенных Наций об ответственности военных преступников, принятое правительствами СССР, США, Великобритании; постановления Ялтинской конференции (февраль 1945 г.), а также Потсдамской конференции (июнь 1945 г.), где главы союзных государств заявили, что «военные преступники и те, кто участвовал в планировании или осуществлении нацистских мероприятий, влекущих за собой или имеющих своим результатом зверства или военные преступления, должны быть арестованы и переданы суду» [11].

Организацию и деятельность Нюрнбергского трибунала определяли следующие три документа:

1) Соглашение об учреждении Трибунала, подписанное в Лондоне 8 августа 1945 г. представителями СССР, США, Великобритании и Франции. К нему впоследствии присоединились ещё 19 государств;

2) Устав Международного военного трибунала, являющийся частью этого Соглашения;

3) Регламент Трибунала, разработанный самим Трибуналом и содержащий правила внутреннего распорядка [12].

Важным этапом в становлении и развитии понятия «международные преступления» явилась классификация, принятая Уставом Нюрнбергского трибунала в 1945 г. Согласно ст. 6 Устава юрисдикции Трибунала подлежали следующие деяния физических лиц, действовавших в интересах стран «оси» индивидуально или в качестве чле-

нов организации: преступления против мира, военные преступления и преступления против человечности.

Преступления против мира включали: планирование, подготовку, развязывание или ведение агрессивной войны или войны в нарушение международных договоров, соглашений и заверений; участие лица в общем плане или заговоре, направленных к осуществлению любого из вышеизложенных действий.

К военным преступлениям были отнесены: нарушения законов и обычаев войны -убийства, истязания или увод в рабство или для иных целей гражданского населения оккупированной территории; убийства либо истязания военнопленных или лиц, находящихся в море; убийства заложников; ограбление общественной или частной собственности; бессмысленное разрушение городов или деревень; разорение, не оправданное необходимостью, и др.

Преступления против человечности составляли следующие действия: убийства, истребление, порабощение, ссылка и другие жестокости, совершенные в отношении гражданского населения до или во время войны; преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам в целях осуществления либо в связи с любым преступлением, подлежащим юрисдикции Трибунала независимо от того, являлись эти действия нарушением внутреннего права страны, где они были совершены, или нет.

В соответствии со ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала ответственности подлежали руководители, организаторы, подстрекатели и пособники, участвовавшие в составлении или осуществлении общего плана или заговора, направленного к совершению любого из вышеупомянутых преступлений. Должностное положение подсудимых, их положение в качестве глав государства или ответственных чиновников различных правительственных ведомств, как и то обстоятельство, что подсудимый действовал по распоряжению правительства или по приказу начальника, не является основанием для освобождения от ответственности (ст. 7 и 8 Устава Трибунала).

Позднее данная классификация была воспринята Уставом Токийского трибунала, учрежденным для рассмотрения преступлений, совершенных во Второй мировой войны японскими милитаристами. В соответствии с Уставом к юрисдикции данного Трибунала также были отнесены:

a) преступления против мира, а именно: планирование, подготовка, развязывание или ведение объявленной или необъявленной агрессивной войны или войны, нарушающей международное право, договоры, соглашения или заверения, или же участие в совместном плане или заговоре в целях осуществления любого из вышеупомянутых действий;

b) военные преступления, предусмотренные конвенциями, а именно: преступления против законов и обычаев войны;

c) преступления против человечности, а именно: убийство, истребление, порабощение, ссылка (deportation), а также другие бесчеловечные акты, совершенные в отношении гражданского населения до или во время войны, или преследования по политическим или расовым мотивам, которые были произведены при совершении любого преступления или в связи с любым преступлением, подсудным Трибуналу, независимо от того, нарушало или нет такое действие внутренние законы той страны, где оно совершалось.

Руководители, организаторы, подстрекатели и пособники, принимавшие участие в разработке или осуществлении совместного плана или заговора, предусматривавших совершение какого-либо из вышеупомянутых преступлений, несут ответственность за все действия, совершенные любым лицом при выполнении подобных планов.

Международный трибунал в Нюрнберге осуществлял судебное преследование в отношении главных немецких военных преступников - лиц, несущих основную ответственность за преступления, совершенные в ходе Второй мировой войны.

В тексте принятой в Москве в ноябре 1943 г. Декларации об ответственности гит-

леровцев за совершаемые зверства обозначено четкое разделение преступников на две основные группы:

1) офицеры, солдаты и члены нацистской партии;

2) главные военные преступники.

Преступники первой группы должны были быть отосланы и судимы в тех странах, в которых совершали преступные деяния [13]. Главные военные преступники подлежали Международному военному трибуналу.

Учитывая, что защитники подсудимых предпринимали многочисленные попытки оспорить юрисдикцию Трибунала, в Приговоре давалось «правовое обоснование, вытекающее из Устава». Как указывалось в тексте Приговора, «создание Устава являлось осуществлением суверенных законодательных прав тех стран, перед которыми безоговорочно капитулировала Германская империя, и несомненное право этих стран осуществлять законодательные функции для оккупированных территорий признано всем цивилизованным миром. Устав не является произвольным осуществлением власти со стороны победивших народов, но... является выражением международного права, которое уже существовало ко времени его создания, и в этом смысле является сам вкладом в международное право» [14]. Главный обвинитель от СССР Р.А. Руден-ко, опровергая попытки защиты оспорить компетенцию Международного военного трибунала, в своей вступительной речи указывал: «...как в сфере национальной принятый законодательными палатами и надлежаще опубликованный закон есть безусловное и достаточное легальное основание деятельности органов национальной юстиции, так в сфере интернациональной заключенный между государствами договор есть безусловное и достаточное законное основание для осуществления и деятельности созданных этими государствами органов интернациональной юстиции. Устав Трибунала существует и действует, и все его предписания имеют безусловную и обязательную силу» [15].

Отвергая доводы защиты о том, что Трибунал нарушил основополагающий правовой принцип «nullum poena sine lege» («нет наказания без закона»), и ex post facto, т.е. применял правовые нормы, созданные после совершения преступлений, Приговор Трибунала дал правовое обоснование тому, что каждое из преступлений, входящих в юрисдикцию Трибунала, было запрещено международно-правовыми нормами к моменту начала Второй мировой войны и, по сути, являлся результатом кодификации конвенционных и обычных норм международного права, сложившихся в этой области в конце XIX - начале XX в. [16]. Это мнение воспроизводится и в настоящее время. В частности, утверждается, что «объективное вменение довольно широко применялось в Нюрнбергском и Токийском процессах, отразивших скорее торжество справедливого возмездия, нежели торжество и справедливость международного права». Впервые война была объявлена величайшим преступлением против человечества во внутригосударственном законе - Декрете о мире, принятом на II Всероссийском съезде Советов 8 ноября 1917 г. Хорошо также известно, что Статут Лиги Наций установил определённые ограничения на право государств прибегать к войне. Лига приняла ряд документов, запрещающих и осуждающих агрессивные войны, в том числе Женевский протокол о мирном разрешении международных споров 1924 г., Декларацию об агрессивных войнах 1927 г. и др.

Первым много сторонним договором, стал Договор об отказе от войны как орудия национальной политики от 27 августа 1928 г., вступивший в силу 24 июля 1929 г. (известен как Пакт Бриана-Келлога, или Парижский пакт). В ст. 1 Договора предусматривалось, что участники Договора «осуждают обращение к войне для урегулирования международных споров и отказываются от таковой в своих взаимных отношениях в качестве орудия национальной политики» [17]. Относительно данного пакта в приговоре Нюрнбергского трибунала было указано, что «та точка зрения, которой придерживается Трибунал в отношении правильного толкования Пакта, подкрепляется историей международных отношений, предшествовавших этому Пакту». Проект договора

Лиги наций о взаимной помощи 1923 г., Женевский протокол 1924 г., резолюция Лиги наций 1927 г. и др. «усиливают то значение, которое Трибунал придает Парижскому пакту» [18].

Деяния, квалифицированные Уставом и Приговором Нюрнбергского трибунала в качестве военных преступлений, к моменту их совершения были также запрещены положениями ранее заключенных международных договоров, в частности нормами Положения о законах и обычаях сухопутной войны IV Гаагской конвенции от 18 октября 1907 г. [19].

В соответствии со ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала преступления против мира включали: планирование, подготовку, развязывание или ведение агрессивной войны или войны в нарушение международных договоров, соглашений и заверений, или участие лица в общем плане или заговоре, направленных к осуществлению любого из вышеизложенных действий.

Основная сложность возникла с квалификацией Трибуналом именно действий в качестве «ведения агрессивной войны» как одной из стадий преступлений против мира. Ряд западных авторов, критикуя положения Приговора Нюрнбергского трибунала в части признания подсудимых виновными в ведении агрессивной войны, заявляли: «Если простое ведение войны должно рассматриваться Трибуналом как преступление, то совершенно очевидно, что половина германского мужского населения является преступной» [20]. Речь в данном случае, как указал Трибунал, идет о различных формах участия в ведении войны. Следовательно, виновными в ведении войны являются не только лица, находящиеся в составе вооруженных сил государства-агрессора и непосредственно принимающие участие в военных действиях, но и чиновники, лица из состава оккупационных властей, руководители военной промышленности, которые способствовали ведению войны.

Согласно ст. 6 Устава Трибунала руководители, организаторы, подстрекатели и пособники, участвовавшие в составлении или в осуществлении общего плана или заговора, направленного к совершению преступлений, подсудных Трибуналу, несут ответственность за все действия, совершенные любыми лицами в целях осуществления такого плана. В противном случае возникала бы проблема непосредственного совершения преступления. Таким образом, Приговор Нюрнбергского трибунала «впервые ввел в практику международной уголовной юстиции оригинальные, отражающие специфику борьбы с преступлениями против человечества, принципы ответственности за преступления против человечества по соучастию» [21].

Несмотря на то, что военные преступления и преступления против человечности зафиксированы в разных пунктах ст. 6 Устава Трибунала, Приговор их связал воедино: «...с самого начала войны в 1939 г. военные преступления, которые также являлись преступлениями против человечности, совершались в широких масштабах...» [22].

Статья 6 Устава Трибунала к военным преступлениям отнесла нарушения законов и обычаев войны, а именно: убийство, истязание или увод в рабство или для других целей гражданского населения оккупированной территории; убийство или истязание военнопленных или лиц, находящихся в море; убийство заложников; ограбление общественной или частной собственности; бессмысленное разрушение городов или деревень; разорение, не оправданное необходимостью, и др.

Преступления против человечности включали: убийство, истребление, порабощение, ссылку и другие жестокости, совершенные в отношении гражданского населения до или во время войны, или преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам в целях осуществления или в связи с любым преступлением, подлежащим юрисдикции Трибунала, независимо от того, являлись эти действия нарушением внутреннего права страны, где они были совершены, или нет.

Рассмотрение Трибуналом военных преступлений, совершенных подсудимыми, вызвало многочисленные возражения защиты. Прежде всего, как и в случае с преступлениями против мира, защитники подсудимых утверждали, что нарушения зако-

нов и обычаев войны не являются международными преступлениями, не подлежат судебному преследованию. Утверждение обратного, по мнению защиты, поднимает в таком случае вопрос и об ответственности союзников за те же нарушения законов и обычаев войны, совершавшиеся ими в ходе военных действий (принцип «tu quoque»). В качестве примеров приводились факты бомбардировок Великобританией и США Дрездена, Гамбурга, Кельна и других городов, унесших жизни тысяч мирных жителей, а также действия США в отношении японских городов Хиросима и Нагасаки, когда исход войны был уже предрешён.

В свою очередь Обвинение утверждало, что п. «Ь» ст. 6 Устава Международного военного трибунала, перечисляющий военные преступления, «уточнил и обобщил принципы и нормы, содержащиеся в ранее заключенных международных конвенциях» [23].

Трибунал согласился с доводами Обвинения и в Приговоре сослался на стст. 46, 50, 52, 56 Гаагской конвенции 1907 г. [24] и стст. 2-4, 46, 51 Женевской конвенции 1929 г., отметив: «Тот факт, что нарушение этих норм являлось преступлением, за которые отдельные лица подлежали наказанию, слишком хорошо известен для того, чтобы допустить хоть тень сомнения» [25].

Особенность таких преступлений, как убийства гражданского населения и жестокое обращение с ним, заключается в том, что по ст. 6 Устава Трибунала они могли быть квалифицированы Трибуналом и как военные преступления, и как преступления против человечности [26]. По мнению Главного обвинителя от Великобритании Х. Шоукросса, «...убийства миллионов мирных жителей являются военными преступлениями. В такой же мере эти преступления можно считать преступлениями против человечности» [27]. В отличие от положений Устава Трибунала в Приговоре различий между военными преступлениями и преступлениями против человечности не проводится. Их более глубокая дифференциация началась позднее. Основными особенностями данных преступлений являются их государственно-организованный характер и системность.

Последним пунктом в Приговоре Нюрнбергского трибунала стояли преступления в отношении евреев. Указанные преступные деяния были квалифицированы Трибуналом по ст. 6 Устава в качестве преступлений против человечности (п. «с» ст. 6 Устава Трибунала предусматривал «преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам»).

Ранее квалификацию «преступлений против человечества и цивилизации» получили в совместной Декларации, принятой 24 мая 1915 г. Россией, Великобританией и Францией, преступления турок в отношении армян. На Нюрнбергском процессе было отмечено, что международно-правовой основой для установления ответственности Германии за геноцид евреев и других народов в ходе Второй мировой войны являются те же самые обычные нормы международного права, которые действовали при совершении геноцида армян и установлении ответственности Турции [28].

Несмотря на то, что Приговор Международного военного трибунала не содержит термина «геноцид» (Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него была принята позже, в 1948 г.), на Нюрнбергском процессе факты организованного, систематического преследования и истребления целых народов были полностью доказаны. Позднее, в ходе разработки текста Конвенции 1948 г. указывалось, что «геноцид - это новое название давно известного преступления» [29].

Таким образом, изначально преступление геноцида квалифицировалось в качестве преступления против человечности; из данной категории оно выделилось после принятия соответствующей Конвенции.

Закрепление преступления геноцида в качестве самостоятельного состава нашло отражение в положениях уставов международных трибуналов ad hoc, созданных в конце XX в., а также в Римском статуте Международного уголовного суда. [30]

Впоследствии основные итоги деятельности Нюрнбергского трибунала нашли за-

крепление в Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН. [31]. Комиссия международного права ООН в 1950 г. подтвердила «принципы международного права, признанные Статутом Нюрнбергского трибунала и нашедшие выражение в решении этого Трибунала» [32]. Согласно Принципу I «всякое лицо, совершившее какое-либо действие, признаваемое согласно международному праву преступлением, несет за него ответственность и подлежит наказанию». В соответствии с Принципом II «то обстоятельство, что по внутреннему праву не установлено наказания за какое-либо действие, признаваемое согласно международному праву преступлением, не освобождает лицо, совершившее это действие, от ответственности по международному праву». Принцип III устанавливает: «...обстоятельство, что какое-либо лицо, совершившее действие, признаваемое согласно международному праву преступлением, действовало в качестве главы государства или ответственного должностного лица правительства, не освобождает это лицо от ответственности по международному праву». Согласно Принципу IV «то обстоятельство, что какое-либо лицо действовало во исполнение приказа своего правительства или начальника, не освобождает это лицо от ответственности по международному праву, если сознательный выбор был фактически для него возможен». Принцип V предоставляет каждому лицу, обвиняемому в международном преступлении, «право на справедливое рассмотрение дела на основе фактов и права». Принцип VI имеет особое, центральное значение - в нем перечислены три категории преступлений, установленные ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала. Принцип VII квалифицирует в качестве международного преступления соучастие в совершении преступления против мира, военных преступлений и преступлений против человечности.

По вопросу о международно-правовом значении данной Резолюции высказывается мнение, что возможно, решающим фактором, определившим Приговор Нюрнбергского трибунала в качестве отправной точки развития современного международного уголовного права, стал тот факт, что одним из первых шагов, предпринятых ООН, стало подтверждение Генеральной Ассамблеей принципов международного права, признанных Статутом Нюрнбергского трибунала и нашедших выражение в решении этого Трибунала.

Таким образом, можно сделать следующие выводы:

1. Учреждение Международного военного трибунала в Нюрнберге и Токийского Международного военного трибунала - одно из наиболее значительных событий в 70-летней истории современного международного права.

2. Значение уставов и приговоров Международных военных трибуналов Нюрнберге и Токио состоит в том, что они закрепили принцип индивидуальной уголовной ответственности и сформулировали составы преступлений, за совершение которых такая ответственность наступает. Нюрнбергский приговор провозгласил следующее: «преступления против международного права совершаются людьми, а не абстрактными категориями, и только путём наказания отдельных лиц, совершающих такие преступления, могут быть соблюдены установления международного права» [33].

3. Международные военные трибуналы в Нюрнберге и Токио стали первыми международными уголовными судами для преследования индивидов за совершенные ими преступления против мира, серьезные военные преступления, преступления против человечности. Именно они заложили основы юрисдикционного механизма в зарождавшемся 70 лет назад праве международного уголовного правосудия. [34].

Вместе с тем деятельность Международных военных трибуналов в Нюрнберге и Токио явилась первым и самым важным вкладом в создание международного уголовного процесса, или судопроизводства. [35]. Именно тогда были заложены основы современного международного уголовного судоустройства. На наш взгляд, данный аспект редко привлекает внимание исследователей. [36]. Поэтому мы считаем, что современная система международного уголовного правосудия, находящаяся в стадии

формирования, [37] требует пристального изучения эффективности современного международного уголовного судопроизводства в условия его кризиса. [38].

4. В Нюрнбергском уставе Международного военного трибунала от 8 августа 1945 г. впервые была закреплена уникальная судопроизводственная модель, которая соединила достижения несхожих и разнородных правовых систем. Нормы и принципы, сформулированные государствами антигитлеровской коалиции, стали процедурной основой функционирования Нюренбергского и Токийского Международных военных трибуналов.

5. В целом уставы Нюренбергского и Токийского Международных военных трибуналов следует причислить к источникам международного права, которые наряду с основным предметом правового регулирования закрепляют элементы, относящиеся к взаимной правовой помощи, а принципы, изложенные в уставах и приговорах, стали общепризнанными принципами международного права. Они в дальнейшем оказали влияние на уставы Международного трибунала для судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории бывшей Югославии, от 25 мая 1993 г. [39], Международного уголовного трибунала по Руанде от 8 ноября 1994 г. [40], международных трибуналов смешанного типа - интернационализированных (смешанных) органов уголовной юстиции [41] и особенно на Римский статут Международного уголовного суда 1998 г.

6. Важно также заметить, что Устав Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси (Лондон, 8 августа 1945 г.) и Устав Международного военного трибунала над главными японскими преступниками (1946 г.) не содержат конкретных статей, предусматривающих оказание взаимной правовой помощи, хотя закрепляют принцип солидарности и взаимопонимания. Об этом свидетельствует ст. 15 Устава Нюрнбергского Международного военного трибунала, согласно которой главные обвинители, действуя индивидуально, и в сотрудничестве друг с другом, выполняют обязанности, которые предусматривают взаимопомощь в исполнении их функций. При этом важно иметь в виду и то, что Устав Нюрнбергского Международного военного трибунала, регулирующий, в частности, порядок расследования и судебного разбирательства, вынесения и исполнения приговора, основывался на положениях национального уголовно-процессуального законодательства стран антигитлеровской коалиции, в то время как Токийский процесс отличался преобладанием элементов, характерных для английского и американского уголовного судопроизводства. [42].

Следует также отметить также и тот факт, что Нюрнбергский и Токийский процессы были существенно политизированы, и это в какой-то степени отразилось на тесном взаимодействии государств - участников процесса. [42].

7. Вместе с тем огромная заслуга этих трибуналов заключается в том, что они впервые в истории человечества реально осуществили международное правосудие и заложили фундамент для создания международного уголовного права и, что особенно важно, на наш взгляд, современного международного уголовно-процессуального права. [44].

В заключение, можно констатировать, 70 лет, прошедшие после победы над фашизмом и японским милитаризмом и учреждения Нюрнбергского и Токийского международных военных трибуналов, показали, что судебные процессы над главными немецкими и японскими военными преступниками заложили основы международной уголовной юстиции.

Современное международное право подтвердило принцип неотвратимости наказания и индивидуальной ответственности физических лиц по всему параметру международных преступных деяний и принцип международно-правовой ответственности государств за совершение особо социально опасных деяний в виде международных преступлений.

Решения Нюренбергского и Токийского Международных военных трибуналов не теряют своей актуальности и сегодня. Любые попытки их пересмотра, отрицания или искажения должны рассматриваться как нарушение общепризнанных принципов и норм международного права, как очевидное противодействие воле Организации Объединенных Наций. В этой связи особую значимость приобретают слова, произнесённые Президентом Российской Федерации В.В. Путиным с трибуны ООН: «... мы предлагаем руководствоваться не общими амбициями, а общими ценностями и общими интересами на основе международного права, объединить усилия для решения стоящих перед нами новых проблем и создать широкую международную антитеррористическую коалицию. Как и антигитлеровская коалиция, она могла бы сплотить в своих рядах самые разные силы, готовые решительно противостоять тем, кто, как и нацисты, сеет зло и человеконенавистничество» [45].

Список литературы:

[1] Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 54/28 от 17 ноября 1999 г. // Справочная правовая система «Консультант Плюс»: http://www.consultant.ru/

[2] Гёте И-В. Фауст. Пер. с немец. Н. Холодковского. - М.: Дет. лит., 1956. - С. 204.

[3] Булгаков М.А. Романы: Белая гвардия. Театральный роман. Мастер и Маргарита. - М.: Современник, 1987. - С. 6, 243.

[4] Устав Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси от 8 августа 1945 г. Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключённых СССР с иностранными государствами (далее - СДД СССР). - 1956. - Вып. XI. - С. 165-172.

[5] См.: напр.: Берлявский Л.Г. 65-летие Нюрнбергского процесса над главными нацистскими военными преступниками: уроки истории // Российская юстиция. - 2011. - № 10. - С. 57-60; Волеводз А.Г., Волеводз В.А. К 10-летию учреждения Международного уголовного суда. Исторические и международно-правовые предпосылки формирования современной системы международной уголовной юстиции // Международное уголовное право и международная юстиция. -2008. - № 2; Кожевников Ф.И. Великая Отечественная война Советского Союза и некоторые вопросы международного права. М., 1954; Трайнин А.Н. Защита мира и уголовный закон (Избранные произведения). М., 1969; Лукашук И.И. 60-летие Победы и международное право. Материалы международной конференции «60 лет Победы, создания ООН и международное право». М., 27-30 июня 2005г. (Неопубликованный доклад); Николаев А.В. , Юрьева А.С. Против искажения юридических итогов Великой Победы над фашистской Германией // Гос. и право. - 2006. - № 9. - С. 56.

[6] См.: Полторак А.И. Нюрнбергский эпилог / Под ред. А.А. Беркова, В.Д. Ежова. - 3- изд. -М.: Юрид. лит. , 1983. - С. 7, 16; Николаев А.В. , Юрьева А.С. Указ. соч. - С. 57.

[7] См.: Устава Международного военного трибунала для Дальнего Востока от 19 января 1946 г. Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XII. М., 1956. С. 79 - 86; Правила процедуры Международного военного трибунала для Дальнего Востока 1946 г. // Документы и материалы по вопросам борьбы с военными преступникам и поджигателями войны / Сост. П.С. Ромашкин; Под ред. А.Н. Трайнина. М., 1949. - С. 304-312.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

[8] Подробнее о работе Международного военного трибунала по Дальнему Востоку см.: Горбунов Д.И. Вопрос об агрессивной войне на Токийском процессе главных военных преступников. М., 1950; Васильев А.Н. О скором суде и наказании виновников агрессии (К итогам Токийского процесса) // Советское государство и право. - 1950. - № 3. - С. 40-49; Васильев А. Международный суд над главными японскими военными преступниками: К 30-летию Токийского процесса // Социалистическая законность. - 1975. - № 12. - С. 53-56; Васильев А.Н., Рагинский М.Ю. Урок агрессорам (К 30-летию вынесения приговора Международным военным трибуналом в Токио главным японским военными преступникам) // Советское государство и право. -1978. - № 11. - С. 40-45; Васильев А.Н. Уроки истории (Японские агрессоры перед Токийским трибуналом) // Вестн. МГУ. - Сер. 11. - Право. - 1985. - № 5; Николаев А.Н. Токио: суд народов. - М.: Юридическая литература, 1990; Рагинский М.Ю. Основные процессуальные вопросы организации и деятельности международных военных трибуналов в Нюрнберге и Токио: Авто-реф. дис. ... канд. юрид. наук / ВИЮН МЮ СССР. М., 1950. - 16с.; Рагинский М.Ю., Розенблит С.Я. Международный процесс главных японских военных преступников. - М.-Л., 1950. - 264с.;

Рагинский М.Ю. Милитаристы на скамье подсудимых: По материалам Токийского и Хабаровского процессов. - М.: Юридическая литература, 1985. - 360с.; Рагинский М.Ю. Кого и за что судили в Токио и Хабаровске // Новое время. - 1986. - № 13. - С. 18-20; Рагинский М.Ю. Милитаризм на скамье подсудимых: К 40-летию Токийского процесса // США. Экономика, политика, идеология. - 1986. - № 6. - С. 46-55; Смирнов Л., Зайцев Е. Суд в Токио. М.: Воениздат, 1978. -544с.

[9] См.: Волчков А.Ф., Полторак А.И. Принципы Нюрнбергского приговора и международное право // Советское государство и право. - 1957. - № 1. - С. 27-38; Полторак А.И. Нюрнбергский процесс: Основные правовые проблемы. - М.: Наука, 1966. - 351с.; Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками: Сб. материалов: В 3 т. / Под общ. ред. Р.А. Руденко. - М.: Юридическая литература, 1965-1966. - Т. 1. Нацистский заговор против мира и человечества. Преступления германских монополий. 1965. - 799с.; - Т. 2. Военные преступления. Преступления против человечности. 1966. - 799с.; Т. 3. Преступления против человечности. 1966. - 799с.; Алексеев Н.С. Ответственность нацистских преступников. - М.: Международные отношения, 1968. - 127с.; Ледях И.А. Нюрнбергский приговор и практика процессов над нацистскими преступниками в ФРГ // Советское государство и право. - 1971. - № 3. -С. 133-137; Полторак А.И. Нюрнбергский процесс и развитие международного права // Проблемы государства и права / ИГПАН. - 1975. - Вып. 11. - С. 101-115; Ледях И.А. Об ответственности нацистских судей: Нюрнбергский процесс и современность // Советское государство и право. - 1976. - № 10. - С. 104-108; Решетов Ю.А. Борьба с международными преступлениями против мира и безопасности. - М.: Международные отношения, 1983. - 223с.; Полторак А.И. Нюрнбергский эпилог / Предисл. Л.Н. Смирнова. 3-е изд. - М.: Юридическая литература, 1983. - 416с.; Нюрнбергский процесс и современность / Отв. ред. В.В. Пустогаров. М.: ИГПАН, 1986. - 174 с.; Гинзбургс Д., Кудрявцев В.Н., Кларк Р.С. и др. Нюрнбергский процесс: право против войны и фашизма / Под ред. И.А. Ледях, И.И. Лукашука. М.: ИГП РАН, 1995. -262с.

[10] Мирный договор между Союзными и Объединившимися державами и Германией (Версальский договор). Вместе со Статутом Лиги Наций, Уставом Международной организации труда, «Протоколом». Подписан в г. Версале 28.06.1919 г. Документ вступил в силу 10 января 1920 г. Россия не участвует // Версальский мирный договор. - М.: Литиздат НКИД, 1925.

[11] Советский Союз на международных конференциях периода Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. М., 1980. - Т. 4. - С. 463.

[12] См.: Документы и материалы по вопросам борьбы с военными преступникам и поджигателями войны / Сост. П.С. Ромашкин; Под ред. А.Н. Трайнина. М., 1949. - С. 200-214.

[13] Так, судебные процессы над военными преступниками за совершенные ими злодеяния на территории СССР в годы Великой Отечественной войны были проведены советскими судами в Харькове, Краснодаре, Киеве, Минске, Ленинграде, Хабаровске и других городах. С 25 по 30 декабря 1949 г. в г. Хабаровске проходил судебный процесс в отношении 12 бывших военнослужащих японской армии, обвиненных в подготовке и применении бактериологического оружия. Преступники были приговорены к различным срокам наказания от 3 до 25 лет. См. подробнее: Материалы судебного процесса по делу бывших военнослужащих японской армии, обвиненных в подготовке и применении бактериологического оружия. - М.: Госполитиздат, 1950. - С. 3-4; Рагинский М.Ю., Розенблит С.Я. Хабаровский процесс над японскими военными преступниками // Советское государство и право. - 1950. - № 3. - С. 8-25.

[14] Нюрнбергский процесс: Сборник материалов / Под ред. К.П. Горшенина, Р.А. Руденко, И.Т. Никитченко. - М., 1954. - Т. I. - С. 9884.

[15] Там же. Т. II. Военные преступления. Преступления против человечности. - С. 252.

[16] См.: Международное право / Отв. ред. В.И. Кузнецов. М., 2001. - С. 658.

[17] Цит. по: Международное право: Учебник. Отв. ред. Ю.М. Колосов, Э.С. Кривчикова. - М.: Междунар. отношения, 2000. - С. 49.

[18] Нюренбергский процесс над главными немецкими военными преступниками: Сборник материалов в семи томах / Под. общ. ред. Р.А. Руденко. М.: Госюриздат, 1957. -Т. 7. - С. 366367.

[19] Международное право. Ведение военных действий: Сборник Гаагских конвенций и иных международных договоров. - 3-е изд., испр. - М.: международный Комитет Красного Креста, 2001. - С. 18-34.

[20] Цит. по: Полторак А.И. Указ. соч. - С. 135.

[21] Трайнин А.Н. Указ. соч. - С. 319.

[22] Нюрнбергский процесс. Сборник материалов / Под ред. К.П. Горшенина, Р.А. Руденко, И.Т. Никитченко. - М., 1954. - Т. II. - С. 1021. Однако в ряде случаев Приговор Трибунала разъединял эти преступления: подсудимые Ю. Штрейхер и Б. Ширах были осуждены Трибуналом только за преступления против человечности, но не за военные преступления.

[23] Нюрнбергский процесс. Сборник материалов / Под ред. К.П. Горшенина, Р.А. Руденко, И.Т. Никитченко. - М., 1954. - Т. I. - С. 253-254.

[24] IV Гаагская конвенция о законах и обычаях сухопутной войны. Вместе с «Положением о законах и обычаях сухопутной войны». Заключена в г. Гааге 18 октября 1907 г. Конвенция вступила в силу 26 января 1910 г. СССР признал Конвенцию имеющей силу для СССР (Нота МИД СССР от 07 марта 1955 г.) // Действующее международное право. - Т. 2. - М.: Московский независимый институт международного права, 1997. - С. 575-587.

[25] Нюрнбергский процесс. Сборник материалов / Под ред. К.П. Горшенина, Р.А. Руденко, И.Т. Никитченко. - М., 1954. - Т. I. - С. 253-254. - Т. II. - С. 1020.

[26] См.: Кларк Р. Преступления против человечности на Нюрнбергском судебном процессе // Нюрнбергский процесс: право против войны и фашизма: Сборник / Под ред. И.А. Ледях, И.И. Лукашука. М., 1995. - С. 160-169.

[27] Нюрнбергский процесс. Сборник материалов / Под ред. К.П. Горшенина, Р.А. Руденко, И.Т. Никитченко. - М., 1954. - Т. I. - С. 534-535.

[28] См.: Барсегов Ю.Г. Геноцид армян. Ответственность Турции и обязательства международного сообщества: Сборник документов и комментарии: в 3 т. М., 2002-2005. Рецензию на данный сборник см.: Московский журнал международного права. - 2008. - № 1. - С. 287-293.

[29] Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него. Нью-Йорк, 1991. // Справочная правовая система «Консультант Плюс»: http://www.consultant.ru/

[30] Римский статут Международного уголовного суда. Вместе с «Пособием для ратификации и имплементации...». Принят в г. Риме 17. 07. 1998 г. Дипломатической конференцией полномочных представителей под эгидой ООН по учреждению Международного уголовного суда. Документ вступил в силу 1 июля 2002 г. Россия подписала данный документ, но не ратифицировала. (Распоряжение Президента РФ от 08. 09. 2000 г. № 394-рп) // Документ опубликован не был. Справочная правовая система «Консультант Плюс»: http://www.consultant.ru/

[31] Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 95 (I) «Подтверждение принципов международного права, признанных Статутом Нюрнбергского трибунала» от 11 декабря 1946 г. // Справочная правовая система «Консультант Плюс»: http://www.consultant.ru/

[32] Док. ООН А/1316. Принципы международного права, признанные Уставом Нюрнбергского трибунала и нашедшие выражение в решении этого органа. Приняты в 1950 г. на II сессии Комиссии международного права ООН // Международное публичное право. Сборник документов / Сос. К.А. Бекяшев, А.Г. Холодков. М., 1996. - Т. 2. - С. 101-102.

[33] Цит. по: Ответственность за военные преступления и преступления против человечества. Сборник статей. М., 1969. - С. 42; Саркисян М.А. Квалифицирующие признаки международного преступления // Гос. и прово. - 2005. - № 8. - С. 83.

[34] Под правом международного уголовного правосудия мы понимаем систему норм и принципов, регулирующую деятельность международных уголовных трибуналов и судов.

[35] Данные термины мы используем как синонимы.

[36] Из отечественных работ см., например: Лебедева Н.С. Подготовка Нюрнбергского процесса. М., 1976; Международное право. М., 2001. - С. 664; Полтарак А.И. Нюрнбергский процесс: (основные правовые проблемы). - М.: Наука, 1966. - 351с.

[37] Доклад Международного уголовного суда 61-й сессии Генеральной Ассамблеи, подготовленный 3 августа 2006 г. Документ ООН А/61/217. // Официальный сайт Международного уголовного суда. URL: www.icc-cpi.int.

[38] О кризисе в международном праве и международной юстиции см.: Власенко Н.А. Кризис права: проблемы и подходы к решению // Журнал российского права. - 2013. - № 8. - С. 43-54; Зорькин В.Д. Верховенство права и императив безопасности // Российская газета. - 2012. - 16 мая; Он же. Цивилизация права // Рос. газ. - 2014. - 13 марта. - № 57(6329). - С. 1,8; Толстых В.Л. Пролиферация международных судов и её последствия // Российское правосудие. - 2010. -№ 10. - С. 55-56.

[39] Устав Международного трибунала по Югославии. Принят 25.05.1993 г. Резолюцией 827 (1993) на 3217-ом заседании Совета Безопасности ООН // Совет безопасности. Официальные отчеты. Сорок восьмой год. Дополнение за апрель, май и июнь 1993 года. - Нью-Йорк: Организация Объединенных Наций, 1996. - С. 148-151; Действующее международное право. - Т. 1. -М.: Московский независимый институт международного права, 1996. - С. 748-759; Междуна-

родное публичное право. Сборник документов. - Т. 2. - М.: БЕК, 1996. - С. 102-109; Московский журнал международного права. -1996. - № 1. - С. 215- 227.

[40] Устав Международного трибунала по Руанде. Принят 08.11.1994 г. Резолюцией 955 (1994) на 3453-ем заседании Совета Безопасности ООН // Резолюции и решения Совета безопасности за 1994 год. Совет безопасности. Официальные отчеты: Сорок девятый год. - Нью-Йорк: Организация Объединенных Наций, 1996. - С. 20-24; Международное публичное право. Сборник документов. - Т. 2. - М.: БЕК, 1996. - С. 109-117; Действующее международное право. - Т. 1. -М.: Московский независимый институт международного права, 1996. - С. 759-772.

[41] Специальный суд по Сьерра-Леоне, Специальный трибунал по Ливану, чрезвычайные палаты в судах Камбоджи, Специальные коллегии с исключительной юрисдикцией в отношении серьезных преступлений в Тиморе-Лешти и др. Подробнее о начальной практике Специального суда по Сьерра-Леоне см.: Белый И.Ю., Ложников И.С. Создание специального Суда по Сьер-ре-Леоне в концепции урегулирования вооруженного конфликта // Международное публичное и международное частное право. - 2002. - № 5 (9). - С. 45-52; Белый И.Ю., Ложников И.С. Международные органы уголовной юстиции: правовые новации (Специальный суд по Сьерра-Леоне) // Актуальные проблемы экономики, политики и права: Сб. науч. ст. М.: МГИ им. Е.Р. Дашковой, 2003. - С. 139-147; Белый И.Ю., Ложников И.С. Тенденции развития международной уголовной юстиции: Специальный суд по Сьерра-Леоне // Московский журнал международного права. - 2003. - № 1 (49). - С. 31-39; Белый И.Ю. Международное преследование за военные преступления: правовые и процессуальные аспекты. М.: ЮРКНИГА, 2004. - С. 25; Марусин И.С. Специальный Суд по Сьерра-Леоне - новый орган международной уголовной юстиции // Правоведение. - 2003. - № 2(247). - С. 155, 156; Скуратова А.Ю. Специальный суд по Сьерра-Леоне: правовая модель и практика // Юрист-международник. - 2006. - № 4. - С. 4248. Информация по данным делам доступна на официальном сайте Суда по Сьерра-Леоне. URL: http://www.sc-sl.org; Подробнее о начальной практике Специального трибунала по Ливану см.: Док. ООН: S/2006/176, S/2006/893; Док. ООН: S/Res/1595 (2005), S/Res/1636 (2005), S/Res/1644 (2005); Док. ООН: S/Res/1757 (2007). См.: URL: http://www.un.org/russian/news/ un_lebanon_agreement.pdf; Подробнее о начальной практике чрезвычайных палат в судах Камбоджи см.: Каюмова А.Р. Чрезвычайные судебные палаты Камбоджи в качестве трибунала с гибридной юрисдикцией // Современное право. - 2009. - № 2. - С. 113-116; Ложников И.С. О проекте соглашения между ООН и Правительством Камбоджи о преследовании за преступления, совершенные в период Демократической Кампучии // Международное публичное и частное право. - 2004. - № 5(20); Он же. Международное содействие национальному правосудию в отношении преступлений, совершенных в период Демократической Кампучии // Московский журнал международного права. - 2005. - № - 2; Скуратова А.Ю. Проблемы международно-правовой квалификации преступлений, совершенных в Демократической Кампучии // Современное право. - 2006. - № 5. Информация по данным делам доступна на официальном сайте чрезвычайных палат в судах Камбоджи: URL: http://www.eccc.gov.kh; См.: так же. Егоров С.А. Гибридные (смешанные) трибуналы и суды // Международное право и международные организации. - 2014. - № 3. - С. 470-481.

[42] Подробнее см.: Николаев А.Н. Токио: суд народов. По воспоминаниям участника процесса. М., 1990. - С. 29-39.

[43] Нюрнбергский процесс: право против войны и фашизма / Отв. ред. И.А. Ледях, И.И. Лука-шук. М., 1995. - С. 258.

[44] Постановление ГД ФС РФ от 23.11.2010 № 4463-5 ГД «О Заявлении Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации «В связи с 65-летием со дня начала Нюрнбергского судебного процесса над главными нацистскими военными преступниками» // Парламентская газета. - № 61-62, 26.11.2010 (Заявление); Собрание законодательства РФ. - 2010. -№48. - Ст. 6338; Постановление СФ ФС РФ от 20.05.2015 г. № 186-СФ «Об итогах парламентских слушаний «Политико-правовые аспекты противодействия реабилитации нацизма, героизации нацистских преступников и их пособников: сравнительный анализ и уроки на будущее» // Собрание законодательства РФ. - 2015. - № 21. - Ст. 3001.

[45] Мир без экспорта революций: Выступление В. В Путина на юбилейной 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН // Рос. газ. - 2015. - 30 сент. - № 219 (6790). - С. 2.

INTERNATIONAL LAW AND THE VALUE OF THE RESULTS NUREMBERG AND TOKYO TRIBUNALS (THE 70TH ANNIVERSARY OF THEIR ESTABLISHMENT)

S.A. Sokolov

Keywords: International Military Tribunal; Tokyo International Military Tribunal; aggression; genocide; crimes against peace; crimes against humanity; war crimes; A war criminals.

The work is dedicated to the results of the Nuremberg and Tokyo International Military Tribunals. The past 70 years after the victory over German fascism and Japanese militarism and the establishment of the International Military Tribunals at Nuremberg and Tokyo, revealed that the trials of the major German and Japanese war criminals have laid the foundations of international criminal justice. Contemporary international law has confirmed the principle of inevitability ofpunishment and individual responsibility of individuals for international crimes and the principle of international law of State responsibility for particularly socially dangerous acts in the form of international acts.

УДК 34

Ф.С. Сосенков, заведующий кафедрой, к.ю.н, доцент, ФГБОУВО «ВГУВТ» 603950, г. Нижний Новгород, ул. Нестерова, 5

ВОПРОСЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО ЕДИНСТВА В ИДЕОЛОГИИ КПРФ И ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫХ ВОЗЗРЕНИЯХ Г.А. ЗЮГАНОВА

Ключевые слова: Коммунистическая партия Российской Федерации, Г.А. Зюганов, государственное единство, территориальная целостность, центробежные силы, сепаратизм, централизация власти.

Рассмотрены вопросы государственного единства в идеологии Коммунистической партии Российской Федерации и политико-правовых воззрениях ее лидера Г.А. Зюганова. На основании анализа Программы и иных документов КПРФ, статей, выступлений, интервью Г.А. Зюганов автор приходит к выводу, что государственное единство, территориальная целостность являются центральными категориями в идеологии современной КПРФ. С учетом средств и условий обеспечения государственного единства можно утверждать, что КПРФ и Г.А. Зюганов активно внедряют в отечественную коммунистическую доктрину консервативные ценности.

Для многих стран современного мира со всей актуальностью встает вопрос сохранения государственного единства. Данная проблема возникает в государствах независимо от их принадлежности к тому или иному континенту, главенствующего экономического уклада или политического режима. В юридической литературе государственное единство понимается как отказ от каких-либо проявлений сепаратизма, то есть такой политики в отдельных частях государства, которая не учитывает интересов всего государства, противопоставляя им местные интересы 1. Также отмечается, что государственное единство предполагает весьма значительный объем и высокий уро-

1 См.: Конституционное право. Энциклопедический словарь / Отв. ред. С. А. Авакьян. М.: Изд-во НОРМА. 2001. С. 144.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.