DOI 10.37523/SUI.2021.80.76.011 УДК 343.85
Пушкарева Ирина Александровна
кандидат филологических наук, старший преподаватель кафедры гуманитарных, социально-экономических и естественно-научных дисциплин,
Кузбасский институт ФСИН России,
654066, Россия, г. Новокузнецк, пр. Октябрьский, 49,
e-mail: pushkareva-irina@mail.ru
Irina A. Pushkareva
Candidate of Philology,
Senior Lecturer of the Human, Social, Economic and Natural Sciences Department,
Kuzbass Institute of the Federal Peninentiary Service of Russia, Oktyabrsky Ave., 49, Novokuznetsk, Russia, 654066, e-mail: pushkareva-irina@mail.ru
Одинцова Любовь Николаевна
кандидат юридических наук, доцент,
доцент кафедры уголовно-исполнительного права
и криминологии,
Кузбасский институт ФСИН России,
654066, Россия, г. Новокузнецк, пр. Октябрьский, 49,
e-mail: lyizka77@mail.ru
Lyubov N. Odintsova
Candidate of Law, Associate Professor,
Assistant Professor of the Penal Law and Criminology
Department,
Kuzbass Institute of the Federal Peninentiary Service of Russia, Oktyabrsky Ave., 49, Novokuznetsk, Russia, 654066, e-mail: lyizka77@mail.ru
МЕТОДЫ ИЗУЧЕНИЯ ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА В США И РОССИИ
Аннотация. Уровень преступности в нашей стране и в мире остается по-прежнему высоким. Изменения личности преступников обусловливают возникновение новых способов совершения преступлений. В результате этого необходимость изучения причин, условий и мотивов совершения общественно опасных деяний и особенностей лиц, их совершивших, посредством зарекомендовавших себя и получающих широкое распространение методик научного познания является актуальным для криминологии и иных наук криминального цикла.
Авторы освещают понятие «криминальное профилирование», истоки его развития, особенности и условия применения данного метода в российской и американской криминологической практике. Кроме того, предпринята попытка обоснования его значения в отечественном правовом поле и определения перспектив дальнейшего развития.
Цель и задачи работы - освещение позитивной зарубежной практики применения криминального профайлинга, возможность заимствования положительного опыта в России.
Основными результатами настоящей статьи выступили апробированные рядом зарубежных стран способы изобличения преступников по характерному почерку совершения преступлений, причинам и условиям, им способствующим, криминальной мотивации.
На основе анализа зарубежных источников и литературы авторы обосновывают вывод о положительных аспектах вошедшей в практику методики криминального профайлинга за рубежом и расширении ее сферы в нашей стране. Материалы статьи будут интересны ученым и практикам, занимающимся борьбой с преступностью вообще и в условиях изоляции от общества за рубежом отдельных категорий осужденных в частности.
Ключевые слова: криминальная мотивация, личность преступника, метод, наблюдение, опрос, профайлинг.
METHODS OF CRIMINALS STUDYING IN THE UNITED STATES OF AMERICA AND RUSSIA
Summary. The crime rate remains high in our country and in the world. New ways of committing crimes are constantly emerging, and nature of criminal personality is also changing.The need to study the causes, conditions and motives for the committing of socially-dangerous acts and the characteristics of persons who committed them through proven and widely used methods of scientific knowledge does not lose relevance for criminology and other sciences of the criminal cycle.
The authors highlight the concept of «criminal profiling», the origins of its development, and the peculiarities of the use of this method in Russian and American criminological practice.Moreover, an attempt was made to substantiate its significance in the domestic legal field and determine the prospects for further development.
The goals and objectives of the research are to highlight the positive foreign practice of using criminal profiling, the possibility of borrowing positive experience in Russia.
© 2021 Пушкарева И. А., Одинцова Л. H.
The main results of this article were the ways to expose criminals by the distinctive pattern in crime, the reasons and conditions that contribute to them and the reasons for illegal activities tested by a number of foreign countries.
Based on the analysis of foreign sources and literature, the authors justify the conclusion about the positive aspects of the practice of criminal profiling abroad and the expansion of its sphere in our country. The materials of the article will be interesting to scientists and practitioners involved in the fight against crime in general and in isolation from society abroad of certain categories of convicts in particular.
Keywords: criminal motivation, criminal personality, method, surveillance, interviewing, profiling.
В различных науках юридического и неюридического профиля и юридической практике традиционно используются ряд положительно зарекомендовавших себя методов, приемов, способов исследования, объединяющихся в своей совокупности в методику познания того или иного явления или процесса, представляющего научный и практический интерес. В настоящей работе авторы рассмотрят некоторые методы, достаточно широко применяемые в процессе изучения личности преступников, в первую очередь в США, выскажут перспективы применения их в России.
Прежде чем непосредственно анализировать методы познания личности правонарушителей, следует сказать, что личность преступника является многогранной, ее познание носит ярко выраженный междисциплинарный характер, так как изучается не только криминологией, но и другими юридическими науками. Среди них необходимо выделить науки из серии криминального цикла: уголовное, уголовно-процессуальное, уголовно-исполнительное право, криминологию, криминалистику и оперативно -розыскную деятельность, а также науки, имеющие двойную природу и происхождение: пенитенциарную педагогику, судебную психиатрию, судебную статистику и др. Кроме того, личность преступника исследуется не только юридическими, но и естественными гуманитарными науками, например, психология, социология. Однако в статье мы рассматриваем личность преступника, то есть личность человека, совершившего общественно опасное деяние, запрещенное законом под угрозой привлечения к уголовной ответственности, как юридическое понятие.
Анализ и разработка личности преступника с точки зрения неюридических наук выражает его социальную сущность, заключающуюся в сложном комплексе характеризующих его свойств, связей, отношений, его нравственный и духовный мир, взятые в развитии, во взаимодействии с социальными условиями и психологическими особенностями, в той или иной мере повлиявшими на совершение им преступления.
В связи с этим специалисты дают различные определения личности преступника. Авторам настоящей статьи близко юридическое понятие личности преступника, включающее в себя совокупность биологических, социально-психологических свойств и качеств индивида с присущими ему общественной опасностью и криминогенной мотивацией, совершившего запрещенное уголовным законом общественно опасное деяние, судимость за которое может быть снята/погашена, либо человек может быть освобожден от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям в установленном порядке, в которых отражены его связи и взаимодействие с социальной средой посредством практической деятельности [1, с. 21].
Термины «профилирование», «профайлинг» происходят от английского слова р rofiling, что означает составление «криминального профиля» преступника или его «психологического портрета». Иначе говоря, профайлинг отвечает на вопросы о личности и характере человека по внешнему виду, речи, поведению, жестикуляции и эмоциям. В настоящее время расширенная трактовка понятия «профайлинг» включает ряд прикладных социально-психологических методик, целью которых является оценка достоверности сообщаемой информации по вербальному и невербальному поведению человека, так называемая неинструментальная детекция лжи.
Возникновению данного метода способствовал неиссякаемый интерес с начала цивилизации к пониманию мотивов человеческого поведения, особенно противоправного или преступного. Поэтому на протяжении столетий вопрос о причинах нарушения закона и «типичном преступнике» не теряет актуальности и находит свое отражение в многочисленных теориях, начиная от примитивной модели демонологии до сложных, основывающихся на выявлении психологических процессов изучения противоправного поведения, получивших подтверждение экспериментальным путем в наше время.
Исследования, проведенные авторами, позволяют утверждать, что в основе объяснительной причины преступного поведения лежат две группы факторов, а именно социально-экономические (трудное детство, в результате воспитания в неполной или неблагополучной семье и бедность, ведущая к множеству лишений), и индивидуальные или психологические особенности личности.
Таким образом, умение по-настоящему понять образ мыслей преступников очень важно в изучении уголовного правосудия и осуществления правоохранительной деятельности, а проведение подобных исследований является столь актуальным, интересным и потенциально полезным.
Криминальный профайлинг или поведенческий портрет преступника, как правило, создаваемый после совершения преступления, завоевал особую популярность в Соединенных Штатах Америки в последние десятилетия. Согласно П. Клисмету, специалисту-криминалисту ФБР, «составление психологического портрета преступника - это искусство разработки поведенческого профиля преступника на основе доказательств с места преступления и многих других факторов, связанных с расследованием преступления с применением насилия» [2].
Анализ преступного поведения в США начал свое развитие еще с 1940-х гг. и первоначально рассматривался как аналитический метод выявления характеристик правонарушителя на основе тщательного изучения динамики преступности и места преступления. Продолжая развиваться на протяжении многих лет в качестве практического следственного инструмента, данный метод считается действенным в продвижении расследований и сужении круга подозреваемых лиц в совершении таких видов преступлений, как разбойное нападение на банки, захват заложников, изнасилование, поджог, серийное убийство на сексуальной почве, и иных тяжких и особо тяжких деяний.
Рост количества предлагаемых аналитических услуг в проведении расследований привел к необходимости обсуждения данного метода и соответствующей профессиональной подготовки сотрудников в этой области. Сфера функциональных возможностей аналитиков ФБР распространяется от консультирования, разработки тактик и методов расследования, стратегий допроса, выезда на место преступления и оказания помощи в получении постановления суда на обыск, до подготовки рекомендаций по отбору присяжных, разработки тактики представления дела или обвинения в судебном разбирательстве, если дело будет передано в суд.
Вопреки распространенному мнению, основная цель и помощь специалистов-профайлеров состоит в анализе уголовных расследований и создании характеристики неизвестного правонарушителя с предоставлением многочисленных поведенческих рекомендаций, а не в фактическом участии в следственном процессе.
Другими словами, криминальный профиль неизвестного правонарушителя, определяющий возрастные рамки, семейное положение, образование, вид занятости, темперамент, а также черты и особенности личности, позволяют определить основные тенденции его поведения в конкретных ситуациях.
При этом чаще всего психологический портрет преступника связывают с серийными убийцами, и он может стать бесценным инструментом в рамках уголовного расследования как заранее спланированных, так и внезапно совершенных убийств/неосторожного причинения смерти, в вик-тимологии и в стратегиях допроса правонарушителей и опроса свидетелей [2].
Для составления точного и полезного в расследовании профиля преступника чаще всего требуется выявление его модели поведения.
Выделяют два основных способа связи личности и преступности. Первый лежит в «психологии личностных признаков», где ключевые черты или «суперчерты» в структурированной модели личности связаны с антисоциальным поведением, проявляющимся в постоянном игнорировании и нарушении прав других членов общества [3, p. 74].
Широко используемыми в криминологических исследованиях и достаточными для объективного создания психологического портрета или модели личности считаются четыре структурированные модели. Первая модель - пятифакторный личностный опросник американских специалистов Р. МакКрае и П. Коста, созданный в 1983-1985 гг., вторая - PEN-модель Г. Айзенка, основанная на трех суперфакторах: невротизме, экстраверсии и психотизме, взаимосвязь и сочетаемость которых позволяют достоверно не только описать личность, но и предоставить реальные прогнозы на физиологическом, психологическом и социальном уровнях. Не менее популярна
трехфакторная модель профессора психологии Теллегена (1985), рассматривающая для описания личности в качестве основных факторов положительную эмоциональность, негативную эмоциональность и напряженность, и психобиологическая модель 1993 г. - опросник Клонингера для определения темперамента и характера личности.
Второй способ взаимосвязи личности с преступностью лежит в психологии типа личности, где постоянные правонарушители обладают определенными дисфункциональными межличностными качествами, что проявляется в психопатическом, социопатическом или асоциальном поведении [3, р. 74].
Изучением психологического портрета преступника занимаются судебная психология и пенитенциарная психология, уделяющие основное внимание преступнику и преступному поведению с целью выявления мотивов его преступления, наличию/отсутствию стойкой криминальной мотивации. В рамках юридического изучения особенностей личности современных преступников правоведы не могут обойтись без данных знаний.
И если судебно-медицинские психологи работают в рамках системы уголовного правосудия и нечасто привлекаются к уголовным расследованиям и поискам преступника, то психологи по уголовным делам проводят оценку правонарушителей с целью выявления риска рецидива, предоставления экспертных показаний в суде и составляют криминальный портрет преступника на основе моделей его поведения, несущих ценную информацию об особенностях его личности.
Криминологией и пенитенциарной психологией выявлены и доказаны следующие характерные черты личности преступников: высокая тревожность, сильная эмоциональная возбудимость, отсутствие сопереживания (эмпатии), неустойчивость социальных связей и отношений, склонность к конфликтам с окружающими [4, с. 123]. В то время как взаимосвязь между наличием у преступника психических заболеваний и его склонностью к насилию сильно преувеличена. Анализ научных работ и публикаций показал, что на самом деле в США очень мало привлеченных к уголовной ответственности серийных убийц, которые были признаны невменяемыми: такие преступники составляют около 1 % населения [5, р. 349-353].
Однако ученые выделяют понятие «психологического» диагноза, когда у человека нет признаков ярко выраженного психоза как основания для помещения его в психиатрическую больницу, но тем не менее он «глубоко поврежден», то есть имеет глубокие расстройства личности.
Американские специалисты выделяют организованных и неорганизованных убийц (применительно к отечественному уголовному праву - действующих по заранее тщательно обдуманному плану и спонтанных, действующих со внезапно возникшим умыслом соответственно), основываясь на анализе с места их преступления. Лица первой категории прекрасно отдают себе отчет в незаконности своих деяний, выбирают своих жертв, орудия преступлений и практически не оставляют на месте происшествия доказательств, их изобличающих, в результате следования тщательно продуманному плану.
Неорганизованные убийцы зачастую подвержены каким-либо психическим расстройствам или воздействиям психотропных веществ (при этом они не лишены разума и воли, то есть вменяемы), что обусловливает эмоциональность и спонтанность их поведения, в результате которого они оставляют много улик на месте преступления.
Криминальное профилирование наиболее результативно при расследовании серийных преступлений, тщательно спланированных и совершенных по определенному сценарию, когда можно говорить о характерном почерке преступника, указывающем на его определенное мышление, стоящее за организацией этих преступлений, что позволяет обеспечить некоторый контроль над событиями.
Так, изучение характерного почерка серийных убийц показал, что эта категория людей может обладать довольно высоким интеллектом, позволяющим им окончить высшее учебное заведение, организовать свой быт, обзавестись семьей, проявлять активный интерес к проблемам общества. Такие преступники, как правило, тщательно планирует свои преступления, чтобы снизить риск быть изобличенными. Во время допроса они демонстрируют сосредоточенность, рациональность и благоразумие и часто имеют готовые ответы на вопросы следователя. Типичный пример рассмотренного типа маньяков - А. Сливко, заслуженный учитель РСФСР, имевший семью и двоих детей, ударник коммунистического труда, мастер спорта по горному туризму, организовавший молодежный туристический клуб. Опаснейший серийный убийца и педофил в прошлом.
Традиционно выделяют два метода, лежащих в основе разработки психологического портрета преступника: индуктивный и дедуктивный. Суть индуктивного метода - в сопоставлении вновь совершенного преступления с аналогичными преступлениями прошлого. В основе этого метода лежит принцип наличия общих черт характера у разных преступников, совершивших похожие преступления.
Дедуктивный метод криминального профилирования основан на получении информации о преступнике, исходя непосредственно из анализа места преступления. Виктимология как отдельное криминологическое учение также очень важна, когда профайлер выясняет всю возможную информацию о жертвах преступления, руководствуясь идеей, что чем больше информации известно о жертве, тем больше информации можно получить о преступнике.
Таким образом, можно утверждать, что комплексное использование всех вышеперечисленных методов дает возможность получения наиболее достоверной информации о преступнике. Однако продолжительность процесса составления криминального профиля (от нескольких недель до нескольких месяцев) так или иначе сказывается на его объективности.
Анализ зарубежных источников позволяет выделить еще одну функцию специалистов -профайлеров, а именно: их несомненная помощь в проведении допросов потерпевших/свидетелей и преступников с целью выбора наиболее эффективных методов, позволяющих экономить время и получить признательные показания последнего в совершении преступления.
Несмотря на то что криминальное профилирование успешно функционирует в США уже несколько десятилетий, как наука оно не является общепризнанным. Мы согласны с тем, что используемые профайлерами методы не имеют твердой теоретической базы или доказательств для их применения и все еще не выработано однозначное понятие «криминальное профилирование», не обозначено основ его методологии и методики. Ранее также высказывалась определенная критика в адрес основателей профайлинга, сотрудников подразделения ФБР, по поводу отсутствия у них профессионального психологического образования, однако нельзя отрицать, что проведенная работа имела огромное влияние в развитии данной сферы.
Следует отметить, что профилирование/составление психологического портрета не является широко используемым инструментом в российской криминологии и как отдельные узкие дисциплины преподается лишь в некоторых юридических вузах. В основном данные спецкурсы согласно учебным рабочим планам являются факультативными и отводятся на самостоятельное изучение обучающимся.
Авторы статьи убеждены, что сегодня назрела необходимость исследования данного метода в зарубежной уголовно-правовой и криминолого-криминалистической науках с целью выявления особенностей его применения, поиска доказательств его результативного использования и доктринального обоснования, а также освещения перспектив его развития в России.
Анализ отечественных научных работ и публикаций показал применение криминального профилирования в России в двух сферах - бытовой и правоохранительной. Выделяют техническое профилирование, используемое, например, в службах безопасности авиакомпаний для выявления преступников, террористов или угонщиков из числа пассажиров путем определения у них реакций в виде стресса, страха или психического напряжения с целью обеспечения безопасности и предотвращения противоправного поведения. Также широко используется поведенческий анализ техники невербальной детекции лжи, инструментарий прогнозирования поведения, приемы корпоративной разведки, приемы противодействия манипулятивному поведению и промышленному шпионажу [6].
В правоохранительной области одним из наиболее известных и успешных примеров использования криминального профилирования в России при расследовании серийных преступлений является создание профиля маньяка А. Чикатило. Не менее познавательно дело расследования убийства протоиерея А. Меня в 1990 г., в процессе которого был впервые официально использован полиграф.
Известно, что методы эффективной работы по раскрытию преступлений и поиску преступников взаимосвязаны и не используются автономно. Так, криминальное профилирование неразрывно связано с такими теоретико-прикладными методами, как наблюдение, визуальный профайлинг, опрос/допрос, широко используемыми в отечественной криминологии, криминалистике и пенитенциарной педагогике.
Можно предположить, что зарубежный положительный опыт исследования личности преступников, осужденных к лишению свободы и к наказаниям, не связанным с изоляцией от общества, может эффективно осуществляться в уголовно-исполнительной системе нашего государства. Этой важной задаче способствует изучение личных дел осужденных, индивидуальные воспитательные беседы начальников отрядов, социальных работников, инспекторов уголовно -исполнительных инспекций, а также проведение тестов психологами исправительных учреждений. Такие мероприятия, по нашим данным, укрепляют дисциплину в 37 % и 24 % случаях у осужденных в исправительных колониях общего и строгого видов режима соответственно, у 15 % лиц, состоящих на учете в уголовно-исполнительных инспекциях и их филиалах.
Применение современных методов изучения личности осужденных к альтернативным наказаниям неразрывно связано с установлением психолого-педагогических контактов с подучет-ными и их близкими родственниками. Кроме того, привлечение профессорско -преподавательского состава высших образовательных учреждений в рассматриваемой деятельности тоже поможет совершенствовать процесс исполнения наказания, способствовать достижению цели уголовно -исполнительного законодательства - исправлению преступников.
Деятельность всегда связана со сложными психическими процессами, их высшим проявлением - сознанием. С точки зрения обыденного понимания, деятельность субъектно-объектна и является процессом, предваряемым сознание, и непосредственно наблюдаема [7, с. 262].
Таким образом, наблюдение как визуальный процесс восприятия обстановки (объекта/явления) представляет криминологический интерес. Посредством визуального профайлин-га/наблюдения можно выявить готовящееся преступное поведение того или иного лица (в частности, приискание орудий и средств совершения будущего преступления, соучастников преступной деятельности, способов, времени и места совершения преступления). Кроме того, наблюдение за ходом вербального и невербального общения позволяет специалисту по жестам и мимике, тембру голоса, позе, отличить, правду говорит лицо или лжет.
Выделяют следующие виды наблюдения: непосредственное, когда исследователь ограничивает свою роль пассивным наблюдением конкретной ситуации, и включенное наблюдение, при осуществлении которого исследователь становится активным участником изучаемого процесса (деятельности) в коллективе, где о его роли чаще всего никому неизвестно, хотя этот аспект зависит от вида, целей и характера наблюдения.
Использование метода наблюдения в США является достаточно распространенным среди сотрудников правоохранительных органов и частных детективов для расследования преступлений. Вариативность этих методов достаточно широка. Выделяют физическое наблюдение, электронный мониторинг, стационарное техническое наблюдение, операции под прикрытием и т. д.
Сегодня новые технологии расширяют границы возможных наблюдений и могут раздвинуть границы конфиденциальности, например, электронный мониторинг с привлечением дронов, считыватели номерных знаков, перехватчики сигнала мобильной связи, компьютерная криминалистика и т. д.
Среди преимуществ данных видов наблюдения необходимо выделить возможность записи фото- и видеоизображений круглосуточно, контроля ситуации, использования минимального числа сотрудников и снижения риска их обнаружения.
Тем не менее, несмотря на очевидные преимущества данного метода борьбы с преступностью, наблюдение также сопряжено с серьезными рисками. Так, обнаружение присутствия наблюдателя ставит под угрозу его будущую деятельность в том или ином районе, а для сотрудников под прикрытием любое разглашение их личности и цели может привести к ранению или смерти [8].
Способствующий созданию криминального профиля преступника метод опроса осуществляется посредством анкетирования и интервью, где анкетирование представляет собой способ исследования криминологических проблем путем опроса репрезентативного числа лиц или обобщения сведений, содержащихся, например, в уголовных делах, по специально разработанной письменной анкете, а интервью - ответы в устной форме. Так, процесс составления криминального профиля, требующий продолжительного времени, значительно сокращается при использовании метода интервью, применяемого для углубленного изучения личности преступников и потерпевших, а также общественного мнения и позволяющего получать необходимую информацию быстрее и нередко полнее.
Одним из наиболее распространенных методов является когнитивное интервью, преимуществом которого является возможность получить достоверные сведения, основываясь на способности подозреваемого рассказывать последовательную историю.
Следует отметить, что структура когнитивного интервью схожа с общепринятой методической схемой допроса, применяемой в российской криминалистике. Имеющиеся различия касаются содержательной стороны отдельных этапов опроса и допроса, поэтому когнитивное интервью, применяемое в США, имеет более высокую прикладную значимость.
Не менее популярен и метод анкетирования, который с последующим обобщающим анализом и оценкой собранных данных способствует:
- выявлению и изучению причин преступлений и условий, способствующих их совершению, распространенности отдельных видов преступлений, основных характеристик;
- определению степени распространенности факторов, отрицательно воздействующих на поведение (пьянство/алкоголизм, наркомания/токсикомания, проституция, бродяжничество, безработица, уклонение от общественно полезного труда и т. п.);
- изучению насильственной преступности, эффективности мер наказания, преступности несовершеннолетних и др.
Считаем необходимым подчеркнуть возможность с помощью наблюдения получать данные по таким показателям, которые невозможно установить в статистических материалах и, что важно, проводить неоднократную проверку этих данных как одно из значительных преимуществ данного метода.
Недостатком указанного метода является неизбежная субъективность информации (известен применяемый довольно редко метод анонимного анкетирования, получивший за рубежом наименование self-report, используемый для изучения латентной преступности и криминогенных особенностей (свойств) личностей [9, с. 50]).
Рассмотрение вышеперечисленных методов еще раз подчеркивает необходимость их комплексного использования для эффективного составления криминального профиля преступника, обеспечивая тем самым полноту, объективность и достоверность всего исследования и его результатов.
Учитывая изложенное, резюмируем следующее. Сегодня анализом преступного поведения занимаются специалисты, имеющие многолетний опыт правоохранительной деятельности и профильное образование. Тем не менее до сих пор продолжается полемика среди ученых и практиков по поводу предпосылок, навыков и уровня подготовки, необходимых для проведения данного анализа.
Отсутствие единого мнения в отношении определения анализа преступного поведения лежит в основе многих разногласий. И хотя отдельные лица могут демонстрировать предупреждающие признаки и иметь особенности личности или поведения, которые свидетельствуют о том, что они способны совершать преступления, это ни в коем случае не является гарантией того, что они действительно сделают это. Поэтому установление мотивов, движущих сил и особенностей поведения в рамках создания криминального профиля преступника происходит уже после совершенного преступления.
На основе проведенного анализа сделаем следующие выводы.
Полезность использования криминального профилирования в рамках уголовных расследований в России и США нельзя отрицать, что было доказано и наглядно подтверждено в данной статье.
Основными целями создания криминального профиля является помощь следствию сузить поиски исполнителя преступления, дать представление о его поведении на месте преступления, очертить и сосредоточить деятельность следствия в нужном направлении. Кроме того, элементы криминального профилирования помогают пенитенциаристам в исправлении осужденных различных категорий.
Кроме криминального профайлинга в непосредственной взаимосвязи друг с другом действуют такие теоретико-прикладные методы изучения личности преступника, как: наблюдение, опрос, анкетирование и интервью. Они способствуют эффективной борьбе с преступностью вообще и отдельными ее видами в частности. Данные методы могут эффективно применяться в выявлении существующих или возможных угроз и использоваться, в частности, в борьбе с терроризмом/экстремизмом.
Несмотря на отсутствие широкого применения криминального профилирования в России, использование непосредственно связанных с ним методов, техник, анализа и психологического инструментария является необходимым как в расследованиях уголовных правонарушений, так и в профилактической работе правоохранительных органов.
Хотя криминальное профилирование все еще не имеет объективной и научно доказанной основы и апробированных методик, тем не менее, криминальные профили могут быть приобщены к делу и учитываться российским судом как психолого-физиологическая экспертиза.
После пробации в практике расследования преступлений криминального профайлинга в нашей стране возможно внесение соответствующих дополнений в уголовно-процессуальное законодательство в качестве доказательств его результатов в уголовном деле.
Библиографический список
1. Одинцова Л. Н. Личность преступника: понятие и криминологическая характеристика: монография (§ 4.3 в соавт. с канд. фил. наук И.А. Пушкаревой). 2-е изд., исправ. и доп. Новокузнецк: Кузбасский институт ФСИН России, 2021. 220 с.
2. Crime Traveller / Researching crime and the criminal mind. The Criminal Profile // Crime Psychology by Fiona Guy. 7 July. 2018, in Psychology of Murder [Электронный ресурс]. URL: https://www.crime traveller.org/2015/09/criminal-profile/ (дата обращения: 12.02.2021).
3. Akers R. L., Sellers C. S. Criminological theories: Introduction, evaluation, and application. New York: Oxford University Press, 2009. P. 74.
4. Марченко В. Ю., Колясева А. Е. Особенности личности и преступной деятельности серийных убийц (маньяков) // Фундаментальные и прикладные научные исследования: актуальные вопросы, достижения и инновации: сб. статей ХХ Международной научно -практической конференции 15 января 2019 г. Пенза: Наука и Просвещение (ИП Гуляев Г.Ю.), 2019. С. 122-124.
5. Feeney A. Dangerous severe personality disorder // Advances in psychiatric treatment. 2003. № 9. P.349-353.
6. История профайлинга. Статьи НИЦКБ [Электронный ресурс]. URL: https://srccs.su/istoriya-profajlinga/ (дата обращения: 12.02.2021).
7. Посельская Л. Н. Криминалистические и иные методы изучения личности преступника и мотивации его деятельности // Вестник РГГУ. Серия «Экономика. Управление. Право». 2009. №11. С. 260-268.
8. Heibutzki R. Types of Surveillance in Criminal Investigations / Work, Careers, Personal Care & Service Jobs, 2018 [Электронный ресурс]. URL: https://work.chron.com/types-surveillance-criminal-investigations-9434.html (дата обращения: 12.02.2021).
9. Кан У. Преступность и криминология в современной Японии / пер. с япон. О. А. Белявской; под общ. ред. и с вступ. ст. Н. Ф. Кузнецовой и В. Н. Еремина. М.: Прогресс, 1989. 253 с.
References
1. Odintsova L. N. Lichnost' prestupnika: ponyatiye i kriminologicheskaya kharakteristika: monografiya (§ 4.3 v soavt. s kand. fil. nauk I. A. Pushkarevoy). 2-ye izd., isprav. i dop. [The identity of the offender: concept and criminological characteristics: monograph (§ 4.3 in co -authorship with Candidate of Philology I.A.Pushkareva)]. Novokuznetsk, 2021, 220 p. [in Russian].
2. Crime Traveller / Researching crime and the criminal mind. The Criminal Profile. Crime Psychology by Fiona Guy. 7 July. 2018, in Psychology of Murder. URL: https://www.crime travel-ler.org/2015/09/criminal-profile/ (Accessed: 02.04.2021) [in English].
3. Akers R. L., Sellers C. S. Criminological theories: Introduction, evaluation, and application. New York: Oxford University Press, 2009, р. 74 [in English].
4. Marchenko V. Yu., Kolyaseva A. E. Osobennosti lichnosti i prestupnoj deyatefnosti serijny'x ubijcz (manyakov) [Features of the personality and criminal activity of serial killers (maniacs)]. Fundamental'ny'e i prikladny'e nauchny'e issledovaniya: Aktual'ny'e voprosy', dostizheniya i innovacii : sb. statej XXMezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii 15 yanvarya 2019 g. [Fundamental and applied scientific research: Actual questions, achievements and innovations: collection of articles. articles of the XX International Scientific and Practical Conference January 15, 2019]. Penza, 2019, рр. 122-124 [in Russian].
5. Feeney A. Dangerous severe personality disorder. Advances in psychiatric treatment, 2003, no. 9, pp. 349-353 [in English].
6. Istoriya profaylinga. Stat'i NITSKB [History of profiling. NITSKB Articles]. URL: https://srccs.su/istoriya-profajlinga/(Accessed: 02.04.2021) [in Russian].
7. Poselskaya L. N. Kriminalisticheskie i iny'e metody' izucheniya lichnosti prestupnika i moti-vacii ego deyatel'nosti [Forensic and other methods of studying the personality of a criminal and the motivation of his activities]. Vestnik RGGU. Seriya «EBkonomika. Upravlenie. Pravo» [Vestnik RGGU. Series «Economy. Control. Right»], 2009, no. 11, pp. 260-268 [in Russian].
8. Heibutzki R. Types of Surveillance in Criminal Investigations. Work, Careers, Personal Care & Service Jobs, 2018. URL: https://work.chron.com/types-surveillance-criminal-investigations-9434.html (Accessed: 02.04.2021) [in English].
9. Kan U. Prestupnost' i kriminologiya v sovremennoj Yaponii [Crime and criminology in modern Japan]. Moscow, 1989, 253 p. [in Russian].