в порядке рассмотрения коллективных обращений граждан Российской Федерации и обращений субъектов общественного контроля (за исключением нормы об их незамедлительном рассмотрении в случаях, не терпящих отлагательства) не приходится.
Таким образом, несмотря на возможность участия в общественном контроле граждан, негосударственных некоммерческих организаций и специальных организационных структур, система общественного контроля замкнута на тех субъектах, которые названы в федеральном законе об общественном контроле: общественные палаты и общественные советы, так как только они являются субъектами общественного контроля.
Кроме того, предусматривая в качестве единственного инструмента осуществления общественного контроля наблюдение, данный общественный институт лишен значимого способа воздействия на органы государственного управления, а именно контроля как такового.
Литература и источники
1. Тепляшин И.В. Взаимодействие российской общественности и государства: историко-правовые аспекты // История государства и права. 2014. №9.
2. Федеральный закон от 21.07.2014 № 212-ФЗ «Об основах общественного контроля в Российской Федерации» (ред. от 27.12.2018)// СЗ РФ. 2014. №30 (Часть I). Ст. 4213.
3. Федеральный конституционный закон от 26.02.1997 № 1-ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» (ред. от 31.01.2016) // СЗ РФ. 1997. № 9. Ст. 1011.
4. Федеральный закон от 04.04.2005 № 32-ФЗ «Об Общественной палате Российской Федерации» (ред. от 17.05.2017) // СЗ РФ. 2005. № 15. Ст. 1277.
5. Федеральный закон от 10.06.2008 № 76-ФЗ «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания» (ред. от 27.12.2018) // СЗ РФ. 2008. № 24. Ст. 2789.
6. Федеральный закон от 09.02.2009 № 8-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления» (ред. от 28.12.2017) // СЗ РФ. 2009. №7. Ст. 776.
7. Указ Президента РФ от 04.03.2013 № 183 «О рассмотрении общественных инициатив, направленных гражданами Российской Федерации с использованием интернет-ресурса «Российская общественная инициатива» (вместе с «Правилами рассмотрения общественных инициатив, направленных гражданами Российской Федерации с использованием интернет-ресурса «Российская общественная инициатива») (ред. от 23.06.2014) // СЗ РФ. 2013. № 10. Ст. 1019.
8. Правовые основы общественного контроля в Российской Федерации: Постатейный научно-практический комментарий к Федеральному закону от 21 июля 2014 г. № 212-ФЗ «Об основах общественного контроля в Российской Федерации» / Е.А. Абросимова, В.В. Гриб, А.Г. Дейнеко и др.; под общ. ред. М.А. Федотова. М.: Статут, 2017.
References and Sources
1. Teplyashin I.V. Vzaimodeystviye rossiyskoy obshchestvennosti i gosudarstva: istoriko-pravovyye aspekty// Istoriya gosudarstva i prava. 2014. №9.
2. Federal'nyy zakon ot 21.07.2014 № 212-FZ «Ob osnovakh obshchestvennogo kontrolya v Rossiyskoy Federatsii» (red. ot 27.12.2018) // SZ RF. 2014. № 30 (Chast' I). St. 4213.
3. Federal'nyy konstitutsionnyy zakon ot 26.02.1997 № 1-FKZ «Ob Upolnomochennom po pravam cheloveka v Rossiyskoy Federatsii» (red. ot 31.01.2016) // SZ RF. 1997. № 9. St. 1011.
4. Federal'nyy zakon ot 04.04.2005 № 32-FZ «Ob Obshchestvennoy palate Rossiyskoy Federatsii» (red. ot 17.05.2017) // SZ RF. 2005. №15. St. 1277.
5. Federal'nyy zakon ot 10.06.2008 № 76-FZ «Ob obshchestvennom kontrole za obespecheniyem prav cheloveka v mestakh prinuditel'nogo soderzhaniya i o sodeystvii litsam, nakhodyashchimsya v mestakh prinuditel'nogo soderzhaniya» (red. ot 27.12.2018) // SZ RF. 2008. № 24. St. 2789.
6. Federal'nyy zakon ot 09.02.2009 № 8-FZ «Ob obespechenii dostupa k informatsii o deyatel'nosti gosudarstvennykh organov i organov mestnogo samoupravleniya» (red. ot 28.12.2017) // SZ RF. 2009. № 7. St. 776.
7. Ukaz Prezidenta RF ot 04.03.2013 № 183 «O rassmotrenii obshchestvennykh initsiativ, napravlennykh grazhdanami Rossiyskoy Federatsii s ispol'zovaniyem internet-resursa «Rossiyskaya obshchestvennaya initsiativa» (vmeste s «Pravilami rassmotreniya obshchestvennykh initsiativ, napravlennykh grazhdanami Rossiyskoy Federatsii s ispol'zovaniyem internet-resursa «Rossiyskaya obshchestvennaya initsiativa») (red. ot 23.06.2014) // SZ RF. 2013. № 10. St. 1019.
8. Pravovyye osnovy obshchestvennogo kontrolya v Rossiyskoy Federatsii: Postateynyy nauchno-prakticheskiy kommentariy k Federal'nomu zakonu ot 21 iyulya 2014 g. № 212-FZ «Ob osnovakh obshchestvennogo kontrolya v Rossiyskoy Federatsii» / Ye.A. Abrosimova, V.V. Grib, A.G. Deyneko i dr.; pod obshch. red. M.A. Fedotova. M.: Statut, 2017.
ЧЕБОТАРЕВА ИРИНА ЮРЬЕВНА - кандидат юридических наук, доцент кафедры правовых дисциплин филиала Адыгейского государственного университета в г. Белореченске (vetal_01@list.ru)
СОЛОВЬЕВА СВЕТЛАНА ВЛАДИМИРОВНА - кандидат юридических наук, доцент кафедры административного и финансового права Российского государственного университета правосудия (solovjova-svetlana@yandex.ru) CHEBOTAREVA, IRINA Yu. - Ph.D. in Law, Associate Professor, Department of Legal Disciplines of the Branch of Adyghe State University in Belorechensk vetal_01@list.ru)
SOLOVEVA, SVETLANA V. - Ph.D. in Law, Associate Professor, Department of Administrative and Financial Law, North Caucasus Branch of the Russian State University of Justice (solovjova-svetlana@yandex.ru).
УДК 342.724:343.342.3
СОЛОВЬЕВА С.В.
МЕХАНИЗМ РЕАЛИЗАЦИИ АДМИНИСТРАТИВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ВОЗБУЖДЕНИЕ НЕНАВИСТИ ИЛИ ВРАЖДЫ
Ключевые слова: административная ответственность, правовое регулирование, административные процедуры, механизм реализации, возбуждение ненависти или вражды.
В соответствии с основными направлениями Стратегии противодействия экстремизму в Российской Федерации до 2025 года, возбуждение ненависти или вражды, совершаемое через информационно-телекоммуникационные сети, включая сеть Интернет, названо как наиболее опасный вид экстремизма. Законодательством предусматривается административная и уголовная ответственность за совершение данного противоправного деяния, разграничение этих видов ответственности осуществляется не только путем отграничения признаков составов, а также механизмов реализации ответственности. Причем применение уголовной правовой нормы зависит от применения административной правовой, данное обстоятельство определяет направление исследования механизма реализации административной ответственности за возбуждение ненависти или вражды.
SOLOVEVA, S.V.
THE MECHANISM OF IMPLEMENTATION OF ADMINISTRATIVE RESPONSIBILITY FOR INCITEMENT TO HATRED OR ENMITY
Keywords: administrative responsibility, legal regulation, administrative procedures, mechanism of implementation, incitement to hatred or enmity.
In accordance with the main directions of the Strategy for Countering Extremism in the Russian Federation until 2025, incitement to hatred or enmity committed through information-telecommunication networks, including the Internet, was named as the most dangerous type of extremism. The legislation provides for administrative and criminal liability for the commission of this unlawful act, the delineation of these types of responsibility is carried out not only by delimiting the characteristics of the compositions, but also by mechanisms for implementing responsibility. Moreover, the application of the criminal legal norm depends on the application of the administrative legal one, this circumstance determines the direction of the research of the mechanism for implementation of administrative responsibility for incitement to hatred or enmity.
Конституция Российской Федерации устанавливает запрет на пропаганду и агитацию, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, а также на пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства [1]. Во исполнение данного положения федеральными законами устанавливается административная и уголовная ответственность за совершение действий, направленных на возбуждение ненависти или вражды по признакам социальных, расовых, национальных, религиозных различий.
Противоправные проступки, направленные на возбуждение ненависти или вражды, «окрашенные» указанными признаками, характеризуются как проступки экстремистской направленности. Не вдаваясь в проблемные аспекты терминологического определения понятия экстремизм, которое в юридической литературе имеет дискуссионный характер [2], следует отметить, что данное понятие, в большей степени, определяет признаки некоторых составов преступлений, чем признаки составов административных правонарушений.
Федеральным законом от 27.12.2018 № 521-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» [3] в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) был введен состав статьи 20.3.1 «Возбуждение ненависти или вражды, а равно унижение человеческого достоинства» с признаками, которые характеризуют его как правонарушение экстремистской направленности. Данная норма является одной из немногих устанавливающей административную ответственность за проявления действий экстремистской направленности.
Одновременно в Уголовный кодекс Российской Федерации (далее -УК РФ) Федеральным законом от 27.12.2018 № 519-ФЗ «О внесении изменения в статью 282 Уголовного кодекса Российской Федерации» [4] в статью 282 «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства» [5] вносятся изменения, дополняющие состав преступления квалифицирующими признаками. В результате законодательных изменений, административная и уголовная правовые нормы (в части 1 статьи 282 УК РФ), имеют идентичные названия и содержат идентичные признаки составов, но механизм реализации уголовной правовой нормы «ставится в зависимость» от административной правовой, так как обязательным признаком ч.1 ст. 282 УК РФ является привлечение лица «...к административной ответственности за аналогичное деяние в течение одного года», при этом механизм реализации административной ответственности усложняется ввиду «громоздкости» признаков и конструкции введенного состава.
Состав статьи 20.3.1 КоАП РФ является административным правонарушением, по которому необходимо проведение административного расследования, по общему правилу статьи 28.7 КоАП РФ - в течение одного месяца, а постановление о рассмотрении административного дела должно быть вынесено в течение 3 месяцев.
К признакам состава административного правонарушения статьи 20.3.1 КоАП РФ, которые необходимо установить следует отнести:
- действия, должны быть направленны на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе;
- действия должны быть совершенны публично, в том числе с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть Интернет;
- действия не должны содержать уголовно наказуемого деяния.
Следует отметить, что судебная практика по рассмотрению административных дел по статье 20.3.1. КоАП РФ минимальна [6]. При проведении административного расследования и установлении признаков состава административного правонарушения, правоприменители опираются на Постановление Пленума Верховного Суда РФ, которое разъясняет признаки состава уголовного преступления, а не административного правонарушения.
Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2011 № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» в отношении идентичного состава преступления, предусмотренного статьей 282 УК РФ, где говориться, что «под действиями, направленными на возбуждение ненависти либо вражды, следует понимать, в частности, высказывания, обосновывающие и (или) утверждающие необходимость геноцида, массовых репрессий, депортаций, совершения иных противоправных действий, в том числе применения насилия, в отношении представителей какой-либо нации, расы, приверженцев той или иной религии» [7]. Указанные признаки образуют объективную сторону состава правонарушения, но данные признаки обусловлены наличием мотива, который выражается в возбуждении ненависти или вражды с признаками различий по полу, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе, либо мотивом, выраженным в желании унизить достоинство человека по тем же признакам.
Однако законодательная формулировка «... действия направленные на возбуждение...» характеризуют не мотив, а цель, которую можно определить как стремление к появлению мотива ненависти или вражды у других лиц, наличие или отсутствие данного мотива у самого правонарушителя значения не имеет, как не имеет значения, появился мотив ненависти или вражды у других лиц. Как правило, негативное, неприязненное отношение проявляется через действия и высказывания правонарушителя, так как состав сконструирован как формальный, поэтому правонарушение считается оконченным с момента совершения правонарушителем действий, с признаками неприязненных, негативных, циничных проявлений, по половым, расовым, национальным, религиозным, социальным различиям.
Анализ судебной практики показывает, что суды при рассмотрении административных дел по ст. 20.3.1 КоАП РФ оценивают характер высказываний, как определяющих мотив правонарушителя.
Так, например, в Постановлении Октябрьского районного суда г. Саратова от 17.07.2020 № 5-439/2020 по делу об административном правонарушении [8] указывается, что в соответствии с актом экспертного исследования «.в представленных на исследование материалах имеются высказывания, в которых негативно оценивается группа лиц "полицейские", объединенных по признаку рода деятельности. Имеется высказывание побудительного характера, призывающее к враждебным (насильственным) действиям одной группы лиц, не относящихся к "полицейским", против другой группы лиц "полицейские", объединенных по признаку рода деятельности. Побуждение выражено в форме призыва. Имеется высказывание, в котором негативно оценивается группа лиц "жители Кавказа или Средней Азии", объединенных по признаку происхождения, национальности. ».
Далее, обязательным признаком административного правонарушения является то, что действия по возбуждению ненависти или вражды должны быть совершены публично, либо с использованием средств массовой информации, либо информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет.
Запрет на распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная
ответственность с использованием средств массовой информации, а также информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, устанавливается Федеральным законом от 27.07.2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» [9]. При этом данный закон не определяет содержание этой информации, чтобы ее можно было характеризовать как направленную на разжигание ненависти или вражды, установление данного критерия находиться в области правоприменителя.
Признак публичности раскрывается в уже названном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ, в котором говориться, что действия будут рассматриваться как публичные, если они совершались «.. .на собраниях, митингах, в том числе путем распространения листовок, плакатов, размещения соответствующей информации в журналах, брошюрах, книгах, на сайтах, форумах или в блогах, а также путем массовой рассылки электронных сообщений либо совершение иных подобных действий, рассчитанных на последующее ознакомление с информацией других лиц».
Так, например, в Постановлении Верховного Суда РФ от 20 декабря 2019 г. № 1-АД19-4 по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 20.3.1 КоАП РФ, в отношении Бармина А.Б. [10], суд, оценивая действия Бармина А.Б., как направленные на возбуждение ненависти или вражды с использованием сети «Интернет», характеризует их следующим образом: «.указывается, что Бармин А.Б., действуя с единым умыслом.», «.используя ноутбук, имеющий доступ к сети «Интернет», в социальной сети.», «со своей персональной страницы., с именем пользователя..» разместил: 11 октября 2016 г. изображение со словами: «Злой Сатана»; 10 января 2015 г. изображение со словами: «Православные активисты»; 11 сентября 2017 г.в группе «Жесть по Архангельски» под записью: «На Чумбаровке «раздели» иконную лавку» комментарий: «Правильно, хрюсы совсем обнаглели. Сжечь нафиг»;17 августа 2015 г. в группе «Ищу тебя, Архангельск» под записью: «Ночной чат» комментарий: «Андрей, из-за христианства войн было больше и не в чем не повинных людей убито было тоже», «Андрей, одна библия создана, чтобы лишить людей свободы...». Далее, суд указывает, что, согласно заключению специалиста, в представленных материалах «содержатся лингвистические признаки возбуждения ненависти и унижения человеческого достоинства по признаку принадлежности к религиозной группе «православные верующие».
Из представленного судебного акта следует ряд положений, которые не имеют отражения в административной правовой норме. Суд, при оценке действий, которые направленны на возбуждение ненависти или вражды, учитывает их неоднократность и длительность совершения во времени, также он оценивает и характер высказываний, которые, если рассматривать как однократные, то они не несут того смыслового содержания, которое может характеризовать действия как возбуждающие ненависть либо вражду. В юридической литературе некоторыми авторами также отмечается, что действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды, может быть как однократным, так и длящимся и данное обстоятельство необходимо отражать в постановлении прокурора о возбуждении дела об административном правонарушении, и в постановлении судьи по делу об административном правонарушении [11].
В целом, механизм реализации административной ответственности осуществляется как в судебном, так и внесудебном порядке. Внесудебный порядок реализуется в соответствии с названым федеральным законом о защите информации, в котором предусматривается ограничение доступа граждан к информационным ресурсам, распространяющим информацию, выраженную в неприличной форме либо неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам. Органом исполнительной власти, уполномоченным принимать меры по ограничению доступа к информационным ресурсам в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в пределах компетенции, установленной Федеральным законом «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», является Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (далее - Роскомнадзор) [12], также данным органом принимаются меры по снятию ограничения доступа к сайтам после удаления запрещенной информации. Требование об удалении информации в Роскомнадзор направляют органы прокуратуры, одновременно возбуждается дело об административном правонарушении по статье 20.3.1 КоАП РФ.
Роскомнадзор определяет провайдера хостинга или иное лицо, обеспечивающее размещение информационного ресурса на котором содержится обнаруженная информация, и направляет ему предписание о выявлении запрещенной информации с требованием удалить ее.
Провайдер хостинга информирует о поступившем требовании владельца информационного ресурса, на котором размещена информация, и владелец информационного ресурса обязан удалить противоправную информацию в течение суток с момента получения уведомления от провайдера хостинга, невыполнение требований влечет блокировку сайта. После удаления противоправной информации владелец информационного ресурса уведомляет Роскомнадзор, который, после проверки удаления информации, направляет оператору связи уведомление о прекращении блокировки сайта [13, с.176].
В том случае, если невозможно определить владельца информационного ресурса, а размещенная на нем информация направлена на возбуждение ненависти или вражды по признакам различий пола, расы, национальности, вероисповедания, принадлежности к социальной группе, то доступ к информационному ресурсу блокируется и, как правило, такая информация признается информацией экстремистской направленности, подлежащей запрету. С требованием о запрете информации и признании ее экстремистской направленности, прокурор обращается в суд с административным иском и административное дело рассматривается в соответствии с процессуальными нормами Кодекса административного судопроизводства РФ, а не КоАП РФ.
Из изложенного следует, что блокировка информации осуществляется в досудебном порядке до того, как суд признает ее направленной на возбуждение ненависти или вражды.
Последний признак состава ст. 20.3.1. КоАП РФ на который следует обратить внимание -это отграничение состава административного правонарушения от уголовного преступления. В административной правовой норме содержится признак, указывающий на него, - если действия, направленные на возбуждение ненависти или вражды, не содержат признаков уголовно наказуемого деяния. Ранее указывалось, что состав административного правонарушения ст. 20.3.1. КоАП РФ и состав ч. 1 ст. 282 УК РФ являются идентичными, но условием применения уголовной правовой нормы является привлечение лица два раза в течение 1 года (срок давности административного правонарушения) к административной ответственности, без этого признака уголовная правовая норма ч. 1 ст. 282 УК РФ не работает. Поэтому состав административного правонарушения необходимо отграничивать от иных квалифицирующих признаков уголовной правовой нормы ч. 2 статьи 282 УК РФ, которыми являются действия направленные на возбуждение ненависти или вражды совершенные с применением насилия, лицом с использованием своего служебного положения либо организованной группой. Данные признаки не охватываются административной правовой нормой.
В целом проведенное исследование позволяет утверждать, что законодатель, продублировав в административной правовой норме признаки уголовной правовой нормы ч.1 ст. 282 УК РФ, тем самым сохранил признаки, которые имеют оценочный характер и взаимно обуславливают друг друга, что определяет сложность практического применения, не только административной правовой нормы, но уголовной правовой нормы.
Литература и источники
1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: http://www.pravo.gov.ru (дата обращения 04.08.20)
2. Михайлов С.В. Юридический анализ дефиниции экстремизма // Судья. 2019. № 4. С. 50-63.
3. Федеральный закон от 27.12.2018 № 521 -ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» // СЗ РФ. 31.12.2018. № 53 (часть I). Ст. 8447
4. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ // СЗ РФ. 07.01.2002. № 1 (ч. 1). Ст. 1
5. Федеральный закон от 27.12.2018 № 519-ФЗ «О внесении изменения в статью 282 Уголовного кодекса Российской Федерации»// СЗ РФ. 31.12.2018. №53 (часть I). Ст. 8445.
6. Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13.06.1996 № 63-ФЗ // СЗ РФ. 17.06. 1996. №25. Ст. 2954.
7. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации. Официальный сайт Департамента // URL: www.cdep.ru (дата обращения 28.07.2020).
8. Постановление Октябрьского районного суда г. Саратова от 17.07.2020 № 5-439/2020 по делу об административном правонарушении 64RS0047-01-2020-002255-74 // СПС «Консультант плюс»
9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2011 № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2011. № 8. Август.
10. Постановление Верховного Суда РФ от 20 декабря 2019 г. № 1-АД19-4 по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 20.3.1 КоАП РФ, в отношении Бармина А.Б. // СПС «Консультант плюс»
11. Стуканов А.П., Соловьева А.К. Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства: проблемы привлечения к административной ответственности // Законность. 2019. № 8. С. 28-33.
12. Постановление Правительства РФ от 16.03.2009 № 228 «О Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций» // СЗ РФ. 23.03.2009. № 12. Ст. 1431.
13. Тарасенкова А.Н. Информационное право: возрастная маркировка, цифровая безопасность и другие вопросы. М.: Редакция «Российской газеты», 2019. Вып.
References and Sources
1. Konstitutsiya Rossiyskoy Federatsii (prinyata vsenarodnym golosovaniyem 12.12.1993 s izmeneniyami, odobrennymi v khode obshcherossiyskogo golosovaniya 01.07.2020) // Ofitsial'nyy internet-portal pravovoy informatsii. URL: http://www.pravo.gov.ru (data obrashcheniya 04.08.20)
2. Mikhaylov S.V. Yuridicheskiy analiz definitsii ekstremizma // Sud'ya. 2019. № 4. S. 50-63.
3. Federal'nyy zakon ot 27.12.2018 № 521-FZ «O vnesenii izmeneniy v Kodeks Rossiyskoy Federatsii ob administrativnykh pravonarusheniyakh» // SZ RF. 31.12.2018. № 53 (chast' I). St. 8447
4. Kodeks Rossiyskoy Federatsii ob administrativnykh pravonarusheniyakh ot 30.12.2001 № 195-FZ // SZ RF. 07.01.2002. № 1 (ch. 1). St.1.
5. Federal'nyy zakon ot 27.12.2018 № 519-FZ «O vnesenii izmeneniya v stat'yu 282 Ugolovnogo kodeksa Rossiyskoy Federatsii»// SZ RF. 31.12.2018.№ 53 (chast' I).St. 8445
6. Ugolovnyy kodeks Rossiyskoy Federatsii» ot 13.06.1996 № 63-FZ // SZ RF. 17.06. 1996.№ 25. St. 2954 Ugolovnyy kodeks Rossiyskoy Federatsii» ot 13.06.1996 № 63-FZ // SZ RF. 17.06.1996.№ 25. St. 2954.
7. Obzor sudebnoy praktiki Verkhovnogo Suda Rossiyskoy Federatsii. Ofitsial'nyy sayt Departamenta // URL: www.cdep.ru (data obrashcheniya 28.07.2020).
8. Postanovleniye Oktyabr'skogo rayonnogo suda g. Saratova ot 17.07.2020 № 5-439/2020 po delu ob administrativnom pravonarushenii 64RS0047-01-2020-002255-74 // SPS «Konsul'tant plyus»
9. Postanovleniye Plenuma Verkhovnogo Suda RF ot 28.06.2011 № 11 «O sudebnoy praktike po ugolovnym delam o prestupleniyakh ekstremistskoy napravlennosti» // Byulleten' Verkhovnogo Suda RF. № 8. Avgust. 2011
10. Postanovleniye Verkhovnogo Suda RF ot 20 dekabrya 2019 g. № 1-AD19-4 po delu ob administrativnom pravonarushenii, predusmotrennom stat'yey 20.3.1 KoAP RF, v otnoshenii Barmina A.B. // SPS «Konsul'tant plyus»
11. Stukanov A.P., Solov'yeva A.K. Vozbuzhdeniye nenavisti libo vrazhdy, a ravno unizheniye chelovecheskogo dostoinstva: problemy privlecheniya k administrativnoy otvetstvennosti // Zakonnost'. 2019. № 8. S. 28 - 33
12. Postanovleniye Pravitel'stva RF ot 16.03.2009 № 228 «O Federal'noy sluzhbe po nadzoru v sfere svyazi, informatsionnykh tekhnologiy i massovykh kommunikatsiy» // SZ RF. 23.03.2009. №2 12. St. 1431
13. Tarasenkova A.N. Informatsionnoye pravo: vozrastnaya markirovka, tsifrovaya bezopasnost' i drugiye voprosy. M.: Redaktsiya «Rossiyskoy gazety», 2019. Vyp. 20.
СОЛОВЬЕВА СВЕТЛАНА ВЛАДИМИРОВНА - кандидат юридических наук, доцент кафедры административного и финансового права Северо-Кавказского филиала Российского государственного университета правосудия. SOLOVEVA, SVETLANA V. - Ph.D. in Law, Associate Professor, Department of Administrative and Financial Law, North Caucasus Branch of Russian State University of Justice (solovjova-svetlana@yandex.ru).
УДК 343.2
ГОЛИКОВА А.В.
ОБОСНОВАНИЕ ФОРМИРОВАНИЯ ПЕРЕЧНЯ УГОЛОВНЫХ ПРОСТУПКОВ ПОСРЕДСТВОМ ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЯ ДЕЯНИЙ В КОАП РФ И УК РФ1
Ключевые слова: разновидности правонарушений, уголовные проступок, общественная опасность, дифференциация публичной ответственности.
Статья посвящена актуальной для российского права проблеме создания института уголовного проступка. Автор объясняет необходимость выделения группы уголовных проступков для снижения уровня конкуренции между нормами, зафиксированными в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях и Уголовном кодексе Российской Федерации. Современное законодательство не дает возможности выявить однозначный правотворческий подход в вопросе распределения публичной ответственности за девиантное поведение, что создает трудности для применения норм права. Предложенные автором статьи подходы к определению социальной значимости деяний позволяют снять большую часть обозначенных выше вопросов и сформировать аргументированный перечень уголовных проступков путем перемещения ряда административно-наказуемых деяний в Уголовный кодекс.
GOLIKOVA, A.V.
THE SUBSTANTIATION OF THE FORMATION OF CRIMINAL MISDEMEANORS LIST THROUGH REALLOCATION OF THE ACTIONS IN THE CODE OF ADMINISTRATIVE OFFENCES AND CRIMINAL CODE
Keywords: types of offenses, criminal misdemeanor, public danger, differentiation of public responsibility
The article is devoted to the problem of creating the institution of criminal misdemeanors, which is relevant for Russian law. The author explains the necessity to identify a group of criminal misdemeanors in order to reduce the level of competition between the norms set out in the Code of Administrative Offences of the Russian Federation and the Criminal Code of the Russian Federation. Modern legislation does not allow us to identify an unambiguous law-making approach to the distribution of public responsibility for deviant behavior, which creates difficulties for the application of legal norms. The approaches to determining the social significance of acts proposed by the author makes it
1 Материал подготовлен в рамках гранта РФФИ «Межотраслевая дифференциация уголовной и иных видов юридической ответственности: разработка теоретической модели и перспектив ее внедрения в законотворческую практику Российской Федерации» № 18-011-00665