Научная статья на тему 'Медиаобразование - мифы и реальность'

Медиаобразование - мифы и реальность Текст научной статьи по специальности «Культура. Культурология»

CC BY
152
40
Поделиться
Журнал
Медиаобразование
ВАК
ESCI
Ключевые слова
МЕДИАОБРАЗОВАНИЕ / МЕДИАГРАМОТНОСТЬ / МЕДИАКУЛЬТУРА / ПОЛЕМИКА

Аннотация научной статьи по культуре и культурологии, автор научной работы — Разлогов К. Э.

В 2005 году на страницах журнала «Медиаобразование» (см. Медиаобразование. №№ 2, 5, 2005) развернулась дискуссия о целях, задачах и необходимости медиаобразования, начало которой было положено полемически заостренной статьей директора Российского института культурологии, постоянного ведущего программы «Культ кино» на телеканале «Культура» К.Э.Разлогова [см. Разлогов К.Э. Что такое медиаобразование?//Медиаобразование. 2005. № 2. С.68-75]. В дискуссии приняли участие доктор культурологии, профессор Н.Б.Кириллова, доктор филологических наук, профессор А.П.Короченский, кандидат искусствоведения, доцент С.Н.Пензин, кандидат педагогических наук, профессор А.В.Шариков, и др. Думается, редакционный взгляд на проблему был наиболее четко выражен в статьях А.В.Шарикова и А.П.Короченского. В этом номере журнала мы публикуем заключительную статью К.Э.Разлогова, отражающую его точку зрения на итоги полемики.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Медиаобразование - мифы и реальность»

Полемический взгляд

От редакции: В 2005 году на страницах журнала «Медиаобразование» (см. Медиаобразование. №№ 2, 5, 2005) развернулась дискуссия о целях, задачах и необходимости медиаобразования, начало которой было положено полемически заостренной статьей директора Российского института культурологии, постоянного ведущего программы «Культ кино» на телеканале «Культура» К.Э.Разлогова [см. Разлогов К.Э. Что такое медиаобразование?//Медиаобразование. 2005. № 2. С.68-75]. В дискуссии приняли участие доктор культурологии, профессор Н.Б.Кириллова, доктор филологических наук, профессор А.П.Короченский, кандидат искусствоведения, доцент С.Н.Пензин, кандидат педагогических наук, профессор А.В.Шариков, и др. Думается, редакционный взгляд на проблему был наиболее четко выражен в статьях А.В.Шарикова и А.П.Короченского. В этом номере журнала мы публикуем заключительную статью К.Э.Разлогова, отражающую его точку зрения на итоги полемики.

МЕДИАОБРАЗОВАНИЕ - МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ

К.Э.Разлогов доктор искусствоведения, профессор

Я с большим удовольствием прочел отклики на мою статью по поводу медиаобразования. Свои публичные выступления и лекции я обычно заканчиваю обращением к аудитории: «Ну а теперь можно перейти к вопросам, возражениям и возмущенным выкрикам». К сожалению, последних добиться бывает все сложнее - вседозволенность современной (искусствоведы бы сказали - актуальной) культуры тормозит и давит остроту полемики, в которой, порой, рождается истина. А порой и тонет...

Провокация удалась, страсти накалились, и раздражение, как источник творчества, не пропало, а обострилось. Так продолжим полемику в теоретическом аспекте.

Практически все участники дискуссии исходят из концепции «культурной вертикали», по которой все люди делятся на более или менее культурных. Преподаватель по определению считается носителем более высокой культуры, чем ученик или студент, не говоря уже о необразованных соотечественниках и тем более «неразвитых» туземцах. Его мнение, его вкусы - правильные, он должен привить их другим, их окультурить (теолог бы сказал - обратить в свою веру). В педагогике - это, возможно, единственно действенная концепция.

Иное дело - культурология. Здесь давно уже нет единой евроцентристской вертикали, а есть множество принципиально равноправных культурных сообществ со своими нравами, обычаями, традициями и - о ужас! - эстетическими предпочтениями. Крушение колониальных империй, где последней по времени была наша

многострадальная родина, привело к официальному отказу от единой вертикали в пользу культур во множественном числе.

Место деятелей культуры в теоретических построениях заняли носители разных культур (как говорят «носители языка»). И точно так же, как «носители языка» по определению знают свой родной язык лучше лингвистов, этот язык изучающих, источником знаний о той или иной культуре для нас являются ее носители, независимо от уровня их образования.

Эпоха просветительства породила иллюзию, что европейская «культура для образованных» («читающей и пишущей публики» в российской традиции) является (или явится в результате осуществления просветительского проекта) объединяющим началом для всех граждан планеты. Эта иллюзия была развенчана в ХХ веке, к середине которого стало очевидно, что таким объединителем всех и вся становится глобальная развлекательная массовая культура, по отношению к которой все прочие становятся субкультурами, определяемыми по самым разным основаниям. Именно они равны между собой и в их числе оказывается субкультура творческой интеллигенции, так называемая высокая или элитарная культура. Ей действительно надо обучать так же, как европейца (даже самого образованного) надо обучать японской культуре, пенсионера - культуре подростковой, натурала - культуре сексуальных меньшинств, и т.д.

Взаимодействие культур осуществляется в пространстве медиа. Медиа являются основными носителями тенденции глобализации. Они составляют плавильный котел массовой культуры. Последняя же, даже по мнению моих оппонентов, не предполагает специального обучения.

Это в равной степени касается и преимущественно информационных и преимущественно художественных текстов, и игр, и развлекательных программ - стремление охватить максимальную аудиторию приводит к минимизации препятствий для адекватного восприятия. Более того (я об этом пишу подробнее в других своих работах), эстетическое воспитание является препятствием для адекватной оценки произведений массовой культуры (заметьте, практически все участники дискуссии избрали именно ее в качестве основного врага). Дело в том, что классическая и модернистская культурные традиции исходят из кантианского постулата об эстетической дистанции - именно ее освоению и обучают в специальных искусствоведческих учебных заведениях.

Массовая же культура основывается на «схлопывании» этой дистанции, на непосредственном переживании. Поэтому ее шедевры (Чаплина или ансамбль «Битлз») значительно быстрее оценивают «некультурные» подростки, нежели читающая и пишущая публика, которой для этого нужно лет двадцать - временная дистанция как бы заменяет эстетическую и ранее презиравшееся произведение становится культурно приемлемым.

Единственная иерархия, имманентная массовой культуре, иерархия арифметическая, будь то сумма доходов или число посетителей, рейтинг

телевизионных программ, и т.п. Качественные иерархии при этом никуда не деваются, просто они продолжают функционировать в пределах отдельных субкультур, где преобладают экспертные оценки и мнения специалистов.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Трагедия творческой интеллигенции при этом состоит не в том, что высокая культура исчезает, - она никуда не денется, пока живы ее носители и они способны к духовному воспроизводству. Трагедия в том, что власть творцов (в традиционном понимании этого слова) теперь распространяется не на культуру вообще (где властвуют дельцы), а только на субкультуру творческой интеллигенции. Последняя же, по свидетельствам социологов, охватывает в любом обществе от 4 до 7 процентов населения, то есть аудиторию канала «Культура» (для справки, что бы ни говорил мой уважаемый оппонент А.П.Короченский, аудитория франко-германского канала «Арте» всего 2-4 процента), и не больше.

Еще меньше круг людей, получающих профессиональное образование в сфере экранной культуры и других медиа. Их субкультура по определению не может и не должна распространяться за пределы профессиональной среды.

Таковы исходные пункты моей позиции как исследователя культуры, которые и определяют отношение к медиаобразованию.

Всеобщее медиаобразование и превращение всего населения земного шара в специалистов - прекраснодушная утопия. Столь же утопично внедрение в массовую аудиторию вкусов и предпочтений творческой интеллигенции.

Поэтому и вопрос о всеобщем медиаобразовании остается для меня открытым.

Специальное медиаобразование (точнее профессиональное обучение владению конкретным medium'ом - здесь я согласен с одним из моих оппонентов), безусловно, необходимо. Необходимо и воспитание воспитателей - медиаобразование для педагогов, что бы они ни преподавали: массовая культура является общим контекстом жизни учеников и учителей, и в ней надо уметь ориентироваться людям, сделавшим обучение своей профессией.

Нужна, на мой взгляд, и работа по расширению круга людей, всерьез интересующихся классическим и актуальным искусством (от 4 до указанных выше 7 процентов населения), чем я по мере возможностей и занимаюсь, как носитель профессиональной кинематографической культуры и культурологической мысли. В этом я полностью солидарен с энтузиастами медиаобразования, которые меня критикуют.

Аналогичной деятельностью занимаются и носители других культур: национальной, территориальной, этнической, литературной, франкоязычной, детской, и т.д., для каждой из которых существует свой порог насыщения. Такого предела виртуально нет лишь для глобальной массовой культуры, тяготеющей к всеобщности и использующей для расширения числа своих приверженцев ненавистные механизмы рекламы и пиара - наиболее действенные средства медиаобразования.

И одно последнее замечание по поводу приведенной в одном из текстов цитаты из книги В.Асмуса об отсутствии желания трудиться у тех миллиардов людей, которые не ценят «трудные произведения». Вообще-то трудиться человек должен на работе. Поэтому профессионал-искусствовед и трудится над художественными текстами, получая не только от этого удовольствие, но и зарплату. Стремление заставить аудиторию искусства не столько получать «витамины для души» (далеко не всегда чисто эстетические), сколько бесплатно трудиться на выставках и в концертных залах чревато серьезными социально-экономическими последствиями -идеальный зритель «трудного фильма» будет все силы тратить в кинозале, а не на рабочем месте, как это нередко бывало с технической интеллигенцией в советское время.

А ведь массовая культура стала глобальной именно как средство гармонизации психики и восстановления способности к труду в постиндустриальную эпоху, когда затраты нервной энергии стали значительно выше затрат энергии физической.