УДК 659 ББК 76.0 ГРНТИ 19.01.11 КОД ВАК 10.01.10
Кривоносов А.Д.
Санкт-Петербург, Россия
Медиакоммуникации: на пути к институализации?
Аннотация. В статье рассматриваются проблемы институализации в России феномена медиакоммуникаций, ставшего предметом исследования авторов данного выпуска журнала. Несмотря на наличие профессиональной деятельности, образования и специальности, отсутствует в целом правовое и этическое регулирование этой сферы деятельности, цеховая саморегуляция. Не существует фундаментальных исследований по медиакоммуникациям. На основе анализа различных подходов к определению медиакоммуникаций формулируется авторское понимание этого феномена. В рамках появления научной специальности "5.9.9 - Медиакоммуникации и журналистика" декларируется императив формирования предметно-объектной сферы научного знания о медиакоммуникациях как одного из важнейших признаков социального института. Развитие медиакоммуникаций как социального института, по мнению автора, происходит по примерно тому же сценарию, что и институализация связей с общественностью.
Ключевые слова: медиакоммуникации, медиасистема, связи с общественностью, социальный институт.
A.D. Krivonosov St. Petersburg, Russia
Media communications: On the way to institutionalization?
Abstract. The article deals with the problems of institutionalization of the media communications phenomenon in Russia, which has become the subject of research by the authors of this issue of the journal. Despite the existence of professional activity, education and specialty, there is generally no legal and ethical regulation of this field of activity, shop self-regulation. There is no basic research on media communications. Based on the analysis of various approaches to the definition of media communications, the author's understanding of this phenomenon is formulated. Within the framework of the emergence of the scientific specialty "5.9.9-Media Communications and Journalism", the imperative of forming the subject-object sphere of scientific knowledge about media communications as one of the most important features of social institution is declared. According to the author, the development of media communications as a social institution follows approximately the same scenario as Public Relations institutionalization.
Keywords: media communications, media system, public relations, social institution.
Постановка проблемы
Редколлегия журнала в условиях появления новой научной специальности 5.9.9 «Журналистика и медиакоммуникации», развития образовательных программ по направлению «Медиакоммуникации» поставила целью в настоящем выпуске журнала дать определенное видение данному явлению, представив также и точки зрения на место медиакоммуникций в ряду других коммуникационных дисциплин, уделив внимание визуальной культуре и визуальным коммуникациям как одной из важнейших парадигм существования и проявления феномена медиакоммуникаций в современном публичном пространстве, равно как продемонстрировав и современное, востребованное рынком дидактическое наполнение образовательной программы по медиакоммуникациям.
Цель статьи - показать отсутствие единого понимания теоретической базы медиакоммуникаций, точнее говоря, ее отсутствие как таковой, что не может свидетельствовать о сформированности в совокупности дифференциальных признаков медиакоммуникаций как социального института.
История вопроса
Феномен медиакоммуникаций стал своеобразным откликом на изменения в системе массмедиа. «На рубеже веков меняется и объем понятия СМИ, постепенно расширяясь до медиасистемы, где СМИ продолжают оставаться отдельным сегментом с конвергированными каналами коммуникаций. В XXI в. медиасистема активно развивается за счет включения в нее не только традиционно рассматриваемых как компоненты средств массовой коммуникации конституентов, но собственно технологических каналов передачи информационно-коммуникационного контента [Профессиональные компетенции, 2021:18].
Медиакоммуникации в научном и образовательном дискусе сегодня не имеют единой трактовки (вспомним историю адаптации феномена и термина «паблик рилейшнз» в России); медиакоммуникации воспринимаются либо как синоним некоего гибрида журналистики, связей с общественностью, рекламы, либо обозначают коммуникации в медиасреде, являясь лапидарной трактовкой двух компонентов термина - медиа и коммуникации. Так, например, в 2017 году в МГУ защищается кандидатская диссертация «Медиакоммуникации в деятельности российских вузов» [Гуреева, 2017], где речь идет о медиатизации субъектов российского образования.
В 2020 году в Издательском центре ЮУрГУ выходит монография «Медиакоммуникции и интернет-маркетинг в условиях цифровой цивилизации» [Медиакоммуникации, 2020], где авторы декларируют, что данный проект посвящен медиакоммуникациям и интернет-маркетингу. Однако читатель нигде в тексте не найдет ни толкования, ни упоминания интересующего нас термина. Медиакоммуникации понимаются как данность,
реалию, не требующую своего пояснения. Как указывает проф. В.П. Коломиец в своей статье 2019 года, «постепенно «медиакоммуникация» становится базовым концептом медиаисследований, презентирующим обобщенное представление о современных коммуникационных практиках и коммуникационном пространстве, пришедшим на смену «массовые коммуникации» и «средства массовой коммуникации» [Коломиец, 2019].
С другой стороны, достаточно показательным, на наш взгляд, является пример из сферы образования: в 2016 году на базе кафедры рекламы и связей с общественностью Восточно-Сибирского государственного университета технологий управления (Улан-Удэ) образуется (точнее, просто переименуется) кафедра «Медиакоммуникации», которая своей целью ставит «повышение квалификации и организация научных исследований в сфере медиакоммуникаций, коммуникационных технологий, управления коммуникационными процессами в регионе». Отметим, что кафедра реализует два направления: «Журналистика» и «Реклама и связи с общественностью»
Говоря о понимании феномена медиакоммуникции, обратимся к образовательной практике. Парадоксальным является тот факт, что в России открытие образовательной программы «Медиакоммуникации» базировалось на потребности изменяющейся медиасреды, между тем теоретическая база в виде сформировавшейся научной традиции, школы, отсутствовала. Подобный парадокс не первый в российской практике: таким же образом, на теоретическом «нуле» формировалось и образовательное направление «Связи с общественностью», к середине 1990-х имевшее перевод книжки «для чайников» С. Блэка и четыре российских книги - С. Невзлина, Е. Блажнова, Г. Тульчинского, И. Яковлева [Кривоносов, 2011].
В 2013 году относится исследование коммуникационного рынка и рынка новых медиа, проведенное специалистами НИИ ВШЭ, которое констатировало на основе экспертных данных основные тенденции, в частности, в области генерации контента (контент, создаваемый
искусственным интеллектом, любительский - UGC, owned media, Я-media, мультимедийность и кроссмедийность контента) [Медиакоммуникации России, 2013]. Анализ тенденций медиарынка позволил сформировать и сформулировать основные востребованные и форсайтные на тот период характеристики подготовки студентов в области медиакоммуникаций.
Высшая школа экономики в конце 2014 г. вводит свой образовательный стандарт по направлению «Медиакоммуникации» [Образовательный стандарт, 2014]. Изначально в разделе «Характеристика направления подготовки» авторы предполагали «освоение обучающимися компетенций в трех сферах профессиональной деятельности:
1) творческой (создание соответствующей продукции для СМИ, отраслей развлечения, искусств/культуры);
2) технико-технологической (дистрибуция данной продукции и доставки ее конечному потребителю);
3) управленческой (управление телевизионными и радио-мультиплексами».
«Для средств массовой информации, - указывают авторы образовательного стандарта, - осуществляется подготовка продюсеров кросс-медийных каналов информации и медиаменеджеров. Для отраслей развлечений и искусства - продюсеров, обладающих не только организационными навыками для руководства творческими коллективами, но и творческим мышлением» [Образовательный стандарт, 2014].
Приказом Минобрнауки от 25.03 2015 N 271 был утвержден Федеральный госстандарт по направлению 42.03.05 «Медиакоммуникации» (уровень бакалавриата). В нем был дан, в частности, и список областей профессиональной деятельности выпускников: традиционные медиа, культурные индустрии, индустрии интерактивного контента, отрасль телекоммуникаций, связанная с производством контента, книгоиздательский бизнес, смежные информационно-коммуникативные сферы (здесь подчеркнем: рекламные, коммуникационные агентства, агентства по связям с
общественностью»), информационные и развлекательные материалы медиа, адресованные различным аудиторным группам, продукты индустрии развлечений, распространяемые при помощи различных технических средств и по разным каналам, а также материалы, направленные на продвижение товаров, идей, рекламируемые в интерактивной форме с привлечением технических и программных средства, и некоторые другие [ФГОС, 2015]. Вполне понятно, что Госстандарт 3++ (введен по данному направлению подготовки 8 июня 2017 года) в своих формулировках обращенный прежде всего к требованиям - подчеркнем, как и для рекламы и связей с общественностью - непрофильных (!) профессиональных стандартов, в целом не давал прорисовки направления «Медиакоммуникации».
Можно ли, хотя бы по материалам Госсандарта 2015 года, говорить о специфике подготовки по направлению «Медиакоммуникации»? Несомненно, да, учитывая и то понимание феномена медиакоммуникаций, которое сложилось у «узких» специалистов и практиков.
Справедливым нам представляется мнение проф. В.П. Коломийца о том, что в 2010-е гг. «катализатором реализации исследовательского интереса стало открытие в ряде вузов страны профессионального обучения по направлению «Медиакоммуникации» [Коломиец, 2019]. В 2021 году еще одним таким катализатором становится и появление новой научной специальности - 5.9.9 - Медиакоммуникции и журналистика.
Феномен медиакоммуникаций стал в научном дискурсе предметом изучения десяток лет назад. Однако, по сути, сегодня можно обозначить менее десяти серьезных научных работ, посвященных этому феномену; в остальных случаях медиакоммуникации в научном и методическом, а также профессиональном дискурсе «принимаются как данное», не имея никакой трактовки (см. упоминавшиеся в начале статьи примеры).
В начале 2010-х гг., когда стало ясно, что цифровые каналы распространения коммуникации меняют традиционную схему коммуникаций социальных субъектов, трансформируется понятие «медиа», а вместе с этим
и весь понятийный аппарат, оперирующий концептом, термином «медиа» в профессиональном дискурсе.
Очевидно, что лексикографические источники, кодифицирующие понятия, не дают трактовки данному понятию, и это объяснимо здоровым консерватизмом в лексикографической практике толковых словарей современного языка. Электронные же источники (например, www.vocabulary.ru,www.pasyycology.academic.ru) трактуют
медиакоммуникации (лапидарно исходя из компонентов данной лексемы) как распространение с помощью технических средств различным группам и индивидуумам специально подготовленных сообщений, представляющую социальную и личную значимость.
Предпосылки появления феномена медиакоммуникаций (или, возможно, появления в профессиональном узусе данной лексемы, хотя очевидно, что новые лексемы, даже будучи калькированными, отражают определенные семантические сдвиги в национальном лексиконе) известны: это технологические и социальные трансформации [Кривоносов, 2016]. (Примечателен и тот факт, что профессиональный словарь, изданный коллективом исследователей факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова, фиксирует изменения медиасреды и самих медиа, впрочем, предлагая порядка двух десятков дериватов лексемы «медиа» [Кривоносов, 2020] ).
В научном дискурсе можно обозначить сегодня несколько основных подходов к трактовке феномена медиакоммуникаций: Г.Г. Почепцова и М.Г. Шилиной (назовем его парадигмальным); Е.А. Войтик (схоластическим); И.М. Дзялошинского (субъектный), Е.Н. Песковой лингвистический, или, точнее, социолингвистический) и, наконец, В.П. Коломийца (комплексный). Наша номинация «подходов» достаточна условна.
На рубеже первого и второго десятилетий возникает дискуссия о сути феномена медиакоммуникаций, в центре которой становятся проф. Г.Г. Почепцов, специалист по семиотике изначально, автор веера изданий, во
многих основанных на зарубежной практике, по коммуникациям и коммуникационным технологиям, с одной стороны, и ныне профессор М.Г. Шилина, автор первой крупной отечественной научной работы (докторской диссертации) по коммуникациям в Интернете. Подход этих ученых строился прежде всего на изменяющихся реалиях медиаисточниках и гипотезе наличия своей научной парадигмы для медиакоммуникации или замене прежней, журналистской.
Начало XXI столетия демонстрирует наличие новых медиаисточников; начинает свое движение переход к системе «журналистика без журналиста»: 60-80% информации, которую получают СМИ в мире, исходит не по инициативе редакций, а от информационных агентств и пресс -и PR-структур. Существование электронных медийных систем («Медиалогия», «Интегрум» и др.) позволяет иметь не только готовый контент, но и готовые аналитические решения, возникает «безбумажный контент». Потребитель информационного продукта, по мнению Г.Г. Почепцова, «получает не первичную, а обработанную информацию, в которой вычленяются характеристики, значимые на данный момент... Более того, потребитель информации теперь должен оценивать не только саму информацию по степени ее достоверности, но и тех, кто поставляет ему эту информацию [Почепцов, 2008 : 61].
С точки зрения М.Г. Шилиной, медиакоммуникации считают базовым конструентом, «организатором» современной системы СМИ [Шилина, 2009], а с другой стороны, иной, противопоставленной журналистике, формой деятельности. Г.Г. Почепцов полагает, что медиакоммуникация приходит на смену современной журналистике, и это он называет «сменой парадигмы» [Почепцов, 2013а]. В другой статье он продолжает данную мысль: «Медиакоммуникации заменили журналистику, превратив ее в более «технологичную», чем «творческую» профессию. Возможно, это связано с тем, что в информационных потоках постепенно исчезла новизна смысла. Поток есть, а смыслов, по сути, нет» [Почепцов, 2013Ь]. Украинский
исследователь приводит и основные критерии, по которым журналистика и медиакоммуникации кардинально разводятся.
Важным для ракурса рассматриваемой проблемы является мнение М.Г. Шилиной, что в XXI веке веб-коммуникация, будучи для большинства медиакоммуникационных технологий и процессов основной, делает уникальными все характеристики такой коммуникационной модели: «участники — виртуальны, информация — мультимедийна, могут быть реализованы все форматы коммуникации (от одного-к-одному до от многих-до-многих) и т. д. М.Г. Шилина пишет об медиакоммуникациях как особой парадигме СМК, однако ныне традиционно обозначаемые как средства массовой коммуникации включают в себя кроме традиционных и новых СМИ наличие особых феноменов — художественной литературы и художественного кинематографа.
Томский исследователь Е.А. Войтик считает, что медиакоммуникации - это «информационное взаимодействие между социальными субъектами (личностями, группами, организациями и т.д.), основанное на производстве, распространении и потреблении массовой информации» [Войтик, 2013: 29]. Е.А. Войтик указывает, что феномен медиакоммуникаций характеризуется следующими факторами: 1. Передачей, получением, сохранением и актуализацией смысловой, оценочной информации, на основе которой происходит социальная адаптация и идентификация; 2. Влиянием на социальную установку и взаимоотношения между акторами; 3. Наличием технических средств, обеспечивающих функционирование и тиражирование продуктов массовой коммуникации [Войтик, 2013: 2]. Добавим, что на сегодняшний день это не просто Интернет, а вся совокупность цифровых-инструментов, которые обеспечивают тиражирование, передачу медиакоммуникационного продукта целевой аудитории и целевой общественности и возможную реакцию (и «сопроизводство»).
В 2014 г. И.М. Дзялошинский публикует статью «Субъекты и объекты медиакоммуникации: личностные и групповые характеристики», где, однако,
трактовки рассматриваемому нами феномену не дает, но представляет концепцию, «согласно которой «субъект медиакоммуникации» имеет смысл обозначать только конкретного социального индивида или консолидированную группу лиц, осознанно использующих медиа для организации коммуникативного взаимодействия с другими субъектами» [Дзялошинский, 2014 :49]. Вместе с тем автор подчеркивает, что субъектами в современном коммуникационном пространстве становятся не только институализированные группы и объединения, но и «конкретные индивиды, обладающие разными личностными и профессиональными особенностями» [Дзялошинский, 2014: 49].
Наиболее полное исследование основных подходов к феномену медиакоммуникации провел в своей статье 2019 г. проф. В.П. Коломиец. Исследователь понимает под медиакоммуникациями «набор практик, связанных с использованием смыслов в процессе получения/распространения информации с помощью технических средств коммуникации — медиа, связанных с созданием и итоговым потреблением медиапродукта... С другой стороны, это и «контент (смыслопорождающие сообщения), который создается, распространяется и потребляется с использованием технических средств коммуникации для выстраивания отношений» [Коломиец, 2019]. Ученый выделяет три вида медиакоммуникаций - по типу сообщения, по типу доставки и по типу медиапотребления, рассматривая данный феномен в сочетании трех компонентов: создание, распространение и потребление контента.
Отсюда автор делает заключение, что медиакоммуникации суть «выстраивание отношений путем передачи смыслов с помощью специальным способом организованных посредников».
Полученные в ходе анализа результаты
Приведем наше определение рассматриваемого феномена. Под медиакоммуникациями мы понимаем «процесс создания, обработки и трансляции, а также обмена информацией в индивидуальном, групповом,
массовом формате по различным каналам массовых коммуникаций с помощью различных коммуникативных средств — вербальных / невербальных; аудиальных, аудиовизуальных, визуальных, средствами web-коммуникаций» [Профессиональные компетенции, 2021: 18].
Если рассматривать медиакоммуникации в дифференциальных признаках социального института (что применимо к рекламе, связям с общественностью, журналистике), то можно сделать следующие заключения.
Следует констатировать наличие особого вида деятельности, вызванного изменением медиасреды. Правовое и этическое регулирование медиакоммуникаций осуществляется за счет законодательных актов и этических кодексов смежных коммуникационных профессий. Существует профессия (в совокупности ее специфических разновидностей), образовательные структуры, осуществляющие подготовку по двухуровневой системе. Если говорить о цеховой самоорганизации, то, в силу того что медиакоммуникациями занимаются представители собственно медийных профессий, креативных индустрий, специалисты по web-коммуникациям и проч., то в целом этот признак социального института, оказывается «заполненным». Единственная «болевая» точка - отсутствие собственной научной базы. Но вполне очевидно, что медиакоммуникации как наука станут развиваться по пути интегрированного междисциплинарного научного знания, как это уже было с паблик рилейшнз.
Перспективы дальнейшей исследовательской работы по теме и выводы
Проблема определения самого феномена медиакоммуникаций, его дифференциальных признаков и, шире, признаков и соответственно статуса социального института (наравне с журналистикой, рекламой и связями с общественностью) проблема актуальная, а для профессионального сообщества методически и методологически этическая: чему и как учить новой специальности; для научной специальности? Важнейшей становится и проблема формирования своей (новой? специфической?) области
исследования. Несомненно, перед нами очередной российский парадокс: поспешное формирование новой образовательной и научной специальности без строгой научной базы, но в угоду реалиям образования как бизнеса, но, с другой стороны, и в ответ на потребности новых реалий медиасреды и медиабизнеса. Налицо и определенный компромисс интересов представителей коммуникационных наук (а также менеджеров и клерков от науки), выразившийся, кстати, и в наименовании научной специальности, где нет понятий коммуникаций - социальных, публичных, но главенствуют медиакоммуникации с широко трактуемым понятием медиа.
Продолжая мысль В.П. Коломийца о том, что «концептуализация медиакоммуникации имеет смысл хотя бы для того, чтобы понять, какие интеллектуальные оптики лежат в основе закладывающихся фреймов образовательных практик» [Коломиец, 2019], подчеркнем, что процедура концептуализации медиакоммуникаций сегодня важна и в осознании научным сообществом предметного поля научной специальности, обозначенной как «Медиакоммуникации и журналистика». Важно также понимать, что и современный коммуникационный рынок выставляет особые требования к выпускнику по коммуникационным направлениям подготовки, где специалист по рекламе и связям с общественностью должен владеть навыками работы в медиакоммуникациях и наоборот.
И как это было в связях с общественностью, когда специалисты по PR (в Европе в 1960-70-х) провели демаркацию между рекламой и связями с общественностью, сегодня, несмотря на заявленную «общность» научной специальности 5.9.9, необходимо, по всей видимости, начать фундировать общие научные основы и разобраться в различиях предметно-объектной области наук о рекламе, связях с общественностью и формирующего, пусть пока неактивно, научного знания о медиакоммуникациях.
Библиография
Войтик Е.А. К вопросу об определении медиакоммуникации как понятия //
Открытое и дистанционное образование. 2013. N 1. С. 26-31.
Гуреева А.Н. Медиакоммуникации: деятельность российских вузов в Интернет-пространстве 2014-2016 гг.: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. М. : МГУ, 2017.
Дзялошинский И.М. Субъекты медиакоммуникации: личностные и групповые характеристики // Вопросы теории и практики журналистики. 2014. N 4. C. 49-72.
Коломиец В.П. Концептуализация медиакоммуникации // Медиаскоп. 2019. Вып. 4. URL: http://www.mediascope.ru/2575 DOI: 10.30547/mediascope.4.2019.2.
Кривоносов А.Д. Очерки истории науки и дидактики связей с общественностью. Владимир, ВИБ, 2011. -164 с.
Кривоносов А.Д. Новостной менеджмент в медиакоммуникациях // Вестник ЧелГУ. 2016. N 7 (389). Филологические науки. Вып. 104. C. 81-88.
Кривоносов А. Д. Московская школа коммуникативистики: новый справочник по медиа // Российская школа связей с общественностью. 2020. N 16. С. 158-164.
Медиакоммуникции и интернет-маркетинг в условиях цифровой цивилизации: монография / под ред. Л.П. Шестеркиной, Л.К. Лободенко. Челябинск: Изд. центр ЮУрГУ, 2020, 432 с.
Медиакоммуникации России будут развиваться с помощью «новых медиа» // СОЮЗ: онлайн журнал отечественной журналистики. 05.09.2013 [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://mag-union.ru
Образовательный стандарт ФГАОУ ВПО «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики». М., 2014. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.hse.ru/media/passport
Пескова Е.Н. Медиакоммуникация и медиадискурс: подходы к определению понятий, структура и функции // Знак: проблемное поле медиаобразования. 2015. Т. 2 (16). С. 26-31.
Почепцов Г.Г. Медиакоммуникация или журналистика: смена парадигмы // Пси-фактор. 2013 (а) [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://psyfactor.org/lib/media-communication-5.htm.
Почепцов Г.Г. Медиакоммуникация как базовая составляющая социосистем // Пси-фактор. 2013 (b) [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://psyfactor.org/lib/media-communicati on-4.htm.
Почепцов Г.Г. Стратегические коммуникации в политике, бизнесе и государственном управлении. Киев, 2008.
Приказ Министерства образования и науки РФ от 25.03.2015 N 271 «Об утверждении федерального государственного образовательного стандарта высшего
образования по направлению 42.03.05 «Медиакоммуникации»» [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.consultant.ru.
Профессиональные компетенции специалиста по коммуникациям XXI века : коллективная монография / под ред. проф. А.Д. Кривоносова. - СПб. : Изд-во СПбГЭУ, 2021. - 227 с.
Шилина М.Г. Медиакоммуникация: тенденции трансформации. Новые парадигмы массовой коммуникации [Электронный ресурс] // Медиаскоп : электр. журнал. Вып. 3. М., 2009.
References
Voytik E.A. (2013) K voprosu opredeleniya mediakommunikatsii kak ponyatiya [The question of definition of media communication as a concept]. In: Otkrytoe i ditantsionnoe obrazovanie. N 1, pp.62-31.
Gureeva A.N. (2017) Mediakommunikatsii: deyatelnost rossijskih vuzov v Inernet-prostranstve 2014-2016. [Mediacommunications: the activity of Russian universities in the Internet space 2014-2016.] Author's abstract... Candidate of Philology, Moscow: MSU.
Dzyaloshinsky I.M. (2014) Sub'ekty mediakommunikatsii: lichnostnye I gruppovye harakteristiki [Subjects of media communication: personal and group characteristics ] . In: Voprosy teorii Ipraktiki zhurnaslistiki. N 4. pp. 49-72.
Kolomiets V.P. (2019) Kontseptualizatsiya mediakommunikatsii [Conceptualization of media communication] // Mediascope. Issue 4. URL: http://www.mediascope.ru/2575 DOI: 10.30547/mediascope.4.2019.2. Date of access: 03.05.2021.
Krivonosov A.D. (2011) Ocherki istorii nauki i didaktiki sv'azej s obschestvennost'u [Essays on the history of science and didactics of public relations]. Vladimir, VIB. -164 p.
Krivonosov A.D. (2016) Novostnoy menedzhment v mediakommunikatsiyah [News management in media communications] // Vestnik ChelSU. N 7 (389). Philological sciences. Issue 104. pp. 81-88.
Krivonosov A.D. (2020) Moskovskaya shkola kommunikativistiki: novy spravochnik po media [Moscow School of Communication Studies: a new Guide to Media] In: Rossijskaya shkola sv'azej s obschestvennost'u. N 16. pp. 158-164.
Mediakommunikatsii I Internet-marketing v uslovijah tsifrovoj tsiviliozatsii [Media communications and Internet marketing in the conditions of digital civilization] / ed. by L.P. Shesterkina, L.K. Lobodenko. Chelyabinsk: SUSU Publishing Center, 2020, 432 p.
Mediakommunikatsii v Rossii budut razvivats'a s pomosvh'u "novyh media" [Media communications of Russia will develop with the help of "new media"] // SOYUZ: online journal of Domestic journalism. 05.09.2013 [Electronic resource]. Access mode: http://mag-union.ru
Obrazovatel'nyj standart (2014) [Educational Standard ] National Research University Higher School of Economics, Moscow. [Electronic resource]. Access mode:www.hse.ru/media/passport.
Peskova E.N. (2015) Mediakommunikatsii I media diskurs: podhody k opredeleniju ponyatij, struktura I funktsii [Mediacommunication and media discourse: approaches to the definition of concepts, structure and functions] // Znak: problemnoye pole mediaobrazovanija. Vol. 2 (16). pp. 26-31.
Pocheptsov G.G. (2013a) Mediakommunikatsii ilil zhurnalistika: smena paradogmy [Mediacommunication or journalism: changing the paradigm] // Psi-factor. [Electronic resource]. Access mode: http://psyfactor.org/lib/media-communication-5.htm.
Pocheptsov G.G. (2013b) Mediakommunikatsii kak bazovaya sostavl'ajuschaya sotsiosistem [Media communication as a basic component of sociosystems] // Psi-factor. 2013 (a) [Electronic resource]. Access mode: http://psyfactor.org/lib/media-communication-4.htm.
Pocheptsov G.G. (2008) Strategicheskiye kommunikatsii v politike, biznese I gosudarstvennom upravlenii [Strategic communications in Politics, Business and Public administration]. Kiev.
Prikaz Ministerstva obrazovaniya i nauki "Ob unverzhdenii federalnogo gosudarstvennogo obrazovate'nogo standarta vysshego professional'nogo obrazovaniya po napravleniju 42/03/05 "Mediakommunikatsii" " [Order of the Ministry of Education and Science of the Russian Federation of 25.03.2015 N 271 "On approval of the federal State educational standard of higher education in the direction 42.03.05 "Media Communications"] [Electronic resource]. Access mode: http://www.consultant.ru.
Professional'nye kompetentsii spetsialista po kommunikatsiyam XXI veka (2021) [Professional competencies of a specialist in communications of the XXI century: a collective monograph] / ed. by prof. A.D. Krivonosov. - St. Petersburg: SPbGEU Publishing House, 2021. - 227 p.
Shilina M.Gr. (2009) Mediakommunikatsiya: tendentsii transformatsii. Novyie paradigmay issledovanij massovyh kommunikatsiy [Media communication: tendencies and transformations. New paradigm in mass communication study]. In: Mediaskop. N 3, pp.6-22.
Сведения об авторе
Кривоносов Алексей Дмитриевич - доктор филологических наук, профессор, зав. кафедрой, кафедра коммуникационных технологий и связей с общественностью, Санкт-Петербургский государственный экономический университет; krivonosov.a@unecon.ru
Krivonosov Aleksey Dmitrievich - Doctor of philology, professor, head of Department of communications technologies and Public Relations, Saint Petersburg State University of Economics; krivonosov.a@unecon.ru