КРИЗИС В РИМЕ В КОНЦЕ II В. ДО Н.Э. (АГРАРНЫЙ И ПРАВОВОЙ АСПЕКТЫ)
ГВОЗДЕВА Инна Андреевна,
кандидат исторических наук, доцент кафедры «История древнего мира»
ФГОБУ ВО «Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова» (МГУ).
E-mail: innagvozdeva@mail.ru;
НИКИШИН Владимир Олегович,
кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры «История древнего мира» ФГОБУ ВО «Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова» (МГУ). E-mail: cicero74@mail.ru
Краткая аннотация: Аграрная реформа Тиберия Гракха (133 г. до н.э.) имела своей первоочередной задачей укрепить римские вооружённые силы. Эта задача была связана с необходимостью решения аграрного вопроса, что привело к ревизии общественного земельного фонда и его перераспределению. Тиберий Гоакх использовал достижения римской агрименсуры для отделения новых крестьянских наделов от владений прежних собственников, что повлекло за собой обострение политической борьбы в Риме и страшную смерть реформатора.
Abstract: The agrarian reform of Tiberius Gracchus (133 B.C.) had its primary task to strengthen the Roman military forces. That task was connected with the necessity to solve the agrarian problem, which had led to the revision of ager publicus and its redistribution. Tiberius Gracchus used the achievements of the Roman agrimensura for the separation of new peasants' plots from veteres possessores' estates, which had caused the aggravation of political struggle in Rome and the terrible murder of the reformer.
Ключевые слова: Тиберий Гоакх, аграрная реформа, оккупация, лимитация, агрименсура.
Keywords: Tiberius Gracchus, the agrarian reform, occupatio, limitatio, agrimensura.
Первое сицилийское восстание рабов и позорные поражения римской армии в Нумантинской войне выявили глубокий внутренний кризис Римской республики, порождённый чрезмерным распространением крупного земле - и рабовладения со всеми присущими им злоупотреблениями и, как следствие, массовым разорением и обезземеливанием италийского крестьянства. К 133 г. до н.э. римское войско представляло собой полисное ополчение (militia), на боеспособности которого непосредственно сказывалось сложное социально-экономическое положение италийского крестьянства (как граждан, так и союзников), причём эта ситуация явно проявляла тенденцию к дальнейшему ухудшению. Воинские качества призывного контингента, за плечами которого оставались разорённые, пришедшие в упадок хозяйства и заложенные участки земли, оставляли желать лучшего. В результате во 2-й пол. II в. до н.э. мы наблюдаем явную деградацию римской военной машины: в частности, возникли серьёзные проблемы с воинским набором (Polyb. XXXV. 4; Appian. Iber. 84), что и проявилось, с одной стороны, в затяжной войне с испанскими племенами (154-133 гг. до н.э.), а с другой - в бесславных и зачастую неудачных военных операциях против восставших рабов на Сицилии (136-132 гг. до н.э.) [1].
На этом переломном этапе римской истории вопросы землеустроения и землепользования стояли как никогда остро. Правившая Римом сенатская олигархия упорно придерживалась прежнего политиче-
ского курса, не собираясь осуществлять никаких радикальных преобразований в аграрной сфере, что в перспективе должно было с неизбежностью привести Римскую республику к гибели [2]. Между тем необходимость реформ была очевидна для наиболее дальновидных представителей нобилитета (в частности, для Сципиона Эмилиана), однако далеко не каждый из них мог отважиться публично выступить с программой решительных и энергичных мер для исправления сложившейся ситуации. Так, консул 140 г. до н.э. Гай Ле-лий, верный друг и соратник Сципиона Эмилиана, намеревался, но так и не осмелился, выступить в сенате с аграрным законопроектом (Plut. Tib. Gr. 8. 3), предусматривавшим раздачу общественной земли малоземельным крестьянам [3].
Гражданского мужества хватило у 29-летнего нобиля Тиберия Семпрония Гракха, который, став плебейским трибуном, выступил в комициях с проектом аграрной реформы (133 г. до н.э.) [4]. Он прекрасно осознавал, что в экономической политике государства необходимо осуществить радикальные изменения. Суть задуманных Тиберием преобразований сводилась к перераспределению фонда ager publicus [5]. Хотя de iure эта земля находилась в пользовании всего римского гражданского коллектива, de facto сложилась такая ситуация, что большую часть этого фонда со временем захватили влиятельные (изначально патрицианские) роды, практически закрыв для плебса доступ к общественным угодьям.
Ager publicus - общественный земельный фонд [6] - на протяжении всей республиканской эпохи оставался источником острых социальных конфликтов. Правовой статус этой древнейшей экономической категории был определен нормами ius Quiritium, распространявшимися на патрицианскую часть римской civitas. В сфере ius Civile - права всего populus Romanus - означенная категория оставалась неопределённой. В этой связи важно понять, что именно античные авторы думали о происхождении ager publicus.
Большинство писателей склонялось к мнению, что этот земельный фонд был создан и пополнялся за счёт завоеваний римского народа. Победители-римляне создали ager Romanus, большая часть которого предназначалась для общественного пользования (ager publicus) (Liv. IV. 51. 5-6; Plut. Rom. 17). Основоположник римского земельного права Фронтин рассматривал ager publicus как часть завоёванного римлянами ager Romanus; этой категории он присвоил особый вид границы по рельефу местности - arcifinius (CAR. S. 5). В современной литературе данную точку зрения развивает О. Берендс. Рассматривая весь ag-er publicus как результат завоевания, он выводит ager publicus из состава ager Romanus [7]. Другой римский землемер, Гигин Старший, считал основной правовой характеристикой участков ager Romanus их охрану от посягательств со стороны соседей (CAR. S. 78). Крупный итальянский историк и правовед А. Бурдезе полагал, что упоминание соседей (vicini) у агрименсоров непосредственно связано с правом occupatio, которое позволяло патрициям захватывать земли из фонда ager publicus [8]. Occupatio на практике демонстрировало право патрициев на подобный захват. Что же касается агрименсоров (специалистов по межеванию), то, по мнению Кл. Моатти, римские землемеры в I - II вв., по сути, уже не различали ager publicus и ager Romanus [9]. Между тем в архаический период occupatio общественной земли была публичной акцией, демонстрировавшей принадлежность осуществлявшего её физического лица к гражданскому коллективу. Землю из фонда ager publicus римская civitas предоставляла патрицианским родам как «уступле-ние» (concessus), поскольку они располагали ius colendi на общественной земле [10]. В результате оккупации создавалась основная экономическая категория римской архаики - квиритский поссессион (App. Bell. Civ. I. 7; Plut. Tib. Gr. 8. 1-2; Col. De re rust. I. 3. 11-13).
Судьба ager publicus изначально определялась безраздельным доминированием в римской
civitas патрицианской элиты. В общественном сознании республиканского Рима результаты оккупации, восходившие к архаическим временам, были неприкосновенны и пересмотру не подлежали. До Гракхов сам принцип распределения ager publicus опирался на «заветы предков» (mores majorum), и отойти от этой традиции было сложно. Выразителем данной (консервативной) точки зрения в I в. до н.э. был Цицерон, который в своём трактате «Брут» высказался об аграрном законе Тиберия Гракха, дерзнувшего ревизовать традиционную систему землепользования, как об «ошибочном и бесполезном» (vitiosa et unitili lege) (Cic. Brut. 136). Неудивительно, ведь Тиберий Гракх намеревался пересмотреть результаты древней оккупации, что само по себе могло серьёзно дестабилизировать социально-экономическую, политическую и правовую обстановку в Римской республике. Возникает вопрос: какова же была юридическая база реформаторской программы Тиберия?
Как уже было сказано, право оккупации земель из фонда ager publicus было основано на принципе concessus. Это означало, что в случае необходимости гражданская община в лице комиций могла вернуть оккупированные участки в общее пользование. Тем не менее, вплоть до 130-х гг. до н.э. участки ager publicus находились преимущественно во владении т.н. veteres possessores - хозяев квиритских поссес-сионов, границы которых оформлялись по рельефу местности (arcifinius). Это обстоятельство обусловило искусственную консервацию социально-экономических отношений, что в условиях нехватки земли неизбежно вело к обострению социальных конфликтов. Тем временем развивавшееся ius civile требовало внедрения индивидуального usus в пику безраздельному господству гентильной земельной собственности [11], которая, как и поссессионы, была оформлена исключительно естественной границей на местности. Было очевидно, что наделение землёй италийских крестьян необходимо провести по другому принципу, т.е. посредством adsignatio - передачи надела в собственность. Прецедентов в римской истории было немало (Liv. XXXII. 29. 3-4; XXXIV. 45. 1-5; Vell. XIV. 2 - XV. 5), однако на площадях ager publicus в таких масштабах adsignatio не применялась ни разу. Таким образом, гракханские преобразования имели вполне солидную правовую базу. При этом аграрная реформа Тиберия Гракха означала подлинную революцию в системе римского землевладения, равно как и «начало конца» общественной пашни в res publica Romana [12].
Тиберий Гракх, опираясь на юридическую категорию concessus, продемонстрировал право государства распоряжаться ager publicus и предоставлять земли из этого фонда в пользование любому гражданину. В чём же заключалась пресловутая «революционность» мероприятий Гракха? В 133 г. до н.э. он внёс в комиции аграрный законопроект, в соответствии с которым вводился земельный максимум: каждый из прежних владельцев общественной земли (veteres possessores) мог сохранить в своём распоряжении (т.е. получить в собственность, без уплаты ренты) 500 югеров и вдобавок по 250 югеров на каждого из сыновей (App. Bell. Civil. I. 9), но в общей сложности не более 1 тысячи югеров на семью (Liv. Per. 58; Ps.-Aurel. Vict. Vir. ill. 64. 3) [13]. Из вновь образованного земельного фонда предполагалось раздавать участки в 30 югеров (видимо, это был максимальный размер гракханского надела; участки могли быть и меньше) безземельным и малоземельным гражданам. Эти земли шли в раздачу (ассигнацию) бедным гражданам. Такая акция резко отличалась от occupatio, т.к. проводилась после расчёта divisi всей площади и каждого участка на modus. Границы такой ассигнации были чётко проведены и обозначались межевыми камнями, которые представляли собой каменные цилиндры (CAR. S. 130; SRF. I. S. 249-250; II. S. 325) [14]. Теперь на земле могла прослеживаться заметная разница этих участков, в отличие от поссессионов на ager publicus - индивидуальных владений, подтверждённых лишь fides (их границы «покоились» на auctoritas республиканской элиты) [15].
Гракханские участки не подлежали отчуждению (т.е. купле-продаже) (App. Bell. Civil. I. 10), а их владельцы должны были платить в казну налог -vectigal [16]. В ходе аграрной реформы Тиберий Гракх создавал «"крепких хозяев" с участками в 30 югеров, на которых можно было вести более усовершенствованное и независимое хозяйство» [17]; правда, «крепкие хозяева» не получили эти участки в полную и безусловную собственность (dominium, или proprietas). Тем не менее, то обстоятельство, что земельный участок находился в частном пользовании, означало его интенсивную обработку и тесную «привязку» к хозяину (последний, разумеется, стремился к приватизации надела).
В соответствии с lex Sempronia agraria грак-ханские наделы получили статус ager privatus vectigalisque; сделано это было для того, чтобы новые собственники смогли пройти ценз, поскольку при про-
ведении ценза учитывались только земли, имевшие статус ager privatus, и получили возможность служить в армии [18]. Запрещение покупать и продавать эти участки имело целью затормозить процесс разорения и обезземеливания мелких сельских производителей.
Сторонниками аграрной реформы Тиберия Гракха были безземельные и малоземельные крестьяне из числа римских граждан (App. Bell. Civil. I. 10) [19], противниками - veteres possessores, в массе своей наследники древних патрицианских родов, которые давно привыкли считать занятые ими участки типа ag-er occupatorius своей нераздельной собственностью (loc. cit. Ср.: Flor. II. 3. 13. 7). Как правило, собственные имущественные интересы, связанные с оккупированными участками ager publicus, они защищали через контроверсию de loco, по которой оспаривалось местоположение участка, а не его граница (CAR. S. 8-9; 33-34) [20]. Под разными предлогами прежние посессоры всячески затягивали судебные разбирательства, возникавшие в процессе работы аграрной комиссии (App. Bell. Civil. I. 21). И это при том, что по закону veteres possessores получали денежную компенсацию за понесённые ими издержки [21].
Учитывая сопротивление прежних владельцев (veteres possessores), для выявления и выделения земельных излишков Тиберий Гракх применил новый способ межевания - лимитацию, или деление прямыми межами - лимитами. Лимит к тому времени уже вошёл в практику римского землеустроения. От предшествующего межевания лимитация отличалась тем, что её делители проводились прямыми линиями на большом расстоянии в точно определённом географическом направлении [22]. Лимиты-декуманы проводились с востока на запад, лимиты-карды - с севера на юг. Деление выявленных излишков земли могло проводиться или только декуманами, или только кардами (т.е. лимиты не пересекались друг с другом) [23]. Пересечение же лимитов, которое создавало новую единицу площади - квадратную центурию, могло осуществляться лишь на крупных массивах изъятых земель категории ager publicus [24]. Гракханская аграрная реформа ввела в практику римского землеустроения новый вид лимитов - limites Gracchani (по имени братьев Гракхов) [25]. Гракханские лимиты прослеживаются в разных районах Италии, а именно в Апулии, Калабрии, Лукании, Бруттии [26]. Тиберий Гракх применил лимиты, чтобы зафиксировать границы новых наделов, переходивших в собственность (хотя и без права отчуждения) безземельных крестьян (межевание здесь в
выгодную сторону отличалось от неразделённых agri occupatorii) [27]. Результаты гракханских ассигнаций зафиксированы в Тарквиниях, Свессе Аврунков, Ве-литрах (L. c. 219, 237, 238). Гракханские лимиты укрепили правовую базу нового межевания и расчёты его на modus для крестьян, наглядно продемонстрировав новый способ передачи земли в собственность.
С.Т. Розелар полагает, что до 133 г. до н.э. veteres possessores могли продавать свои участки общественной пашни (agri occupatorii); в 133 г. до н.э. они потеряли такую возможность и вновь обрели её после вступления в силу lex agraria 111 г. до н.э. В дальнейшем те veteres possessores, чьи участки не дотягивали до площади в 500 югеров, смогли покупать землю у других владельцев общественной земли [28]. Те посессоры, которые получали участки типа ager occupatorius на правах ager privatus взамен конфискованных у них земельных владений, считались pro vetere possessore [29]. Но все эти участки, по-видимому, стали безраздельной собственностью своих владельцев только в 111 г. до н.э. [30].
К концу II в. до н.э. римская наука землеуст-роения (agrimensura) чётко определила разницу между полями divisi и теми, которые не подверглись межеванию [31]. Землемеры неоднократно подчёркивали, что adsignatio - передача земли в собственность гражданам - проводилась только на полях divisi после расчёта их на modus. Предшествующая этой практике оккупация проводилась без межевания и являла собой прямой захват любого количества земли без применения modus. Кл. Моатти, безусловно, права, рассматривая occupatio как реализацию права собственности в архаический период, создавшую определённую базу для квиритских поссессионов [32]. Так же рассматривал создание архаических поссессионов и А. Бурдезе. Он считал, что главным содержанием борьбы плебеев с патрициями являлся их протест против бесконтрольной occupatio патрициями ager publicus [33]. О. Берендс оправдывал подобный способ создания квиритских поссессионов сакральной природой архаической римской civitas [34]. Действительно, поссессионы строились лишь на одной юридической гарантии - fides, оставляя плебеев вне этих экономических отношений [35].
Для технического осуществления реформы была учреждена аграрная комиссия с империем и судебными полномочиями (видимо, сроком на 5 лет) [36] в составе самого Тиберия, его брата Гая и прин-цепса сената Аппия Клавдия Пульхра, тестя Тиберия
(triumviri agris iudicandis adsignandis). Вскоре Тиберий провёл в комициях постановление о передаче для нужд аграрной комиссии доставленной в Рим казны умершего пергамского царя Аттала III (Liv. Per. 58; Oros. Hist. V. 8. 4; Flor. II. 3. 15. 2; Ps.-Aurel. Vict. Vir. ill. 64. 5). Эта мера усугубила конфликт между гракхан-цами и нобилитетом: противники Тиберия открыто называли его «царём», имея в виду стремление инициативного трибуна к единоличной власти (Cic. Amicit. 41). К тому же деятельность аграрной комиссии (размежевание, конфискация и передел государственных земель) породила множество конфликтов [37]; прежде всего, у триумвиров возникали немалые трудности с определением статуса земель, поступавших в раздачу (App. Bell. Civil. I. 10; 18). Противодействие гракхан-ским мероприятиям особенно сильно проявилось во время попытки Тиберия выставить свою кандидатуру на должность плебейского трибуна на второй срок. Селяне, главная опора Гракха, не смогли поддержать его на форуме в разгар полевых работ (App. Bell. Civil. I. 14; Plut. Tib. Gr. 16. 2). В результате вступивший в смертельную схватку с правящей элитой, нарушивший традицию и целый ряд неписаных норм, ставший тем самым «возмутителем спокойствия» Тиберий Гракх был убит своими врагами. Но гибель инициатора реформы не прервала работу аграрной комиссии (App. Bell. Civil. I. 18; Val. Max. VII. 2. 6 b; Liv. Per. 59; Dio Cass. XXIV. 84. 2). Она продолжала заниматься распределением ранее отмежёванных земель [38].
Итак, Тиберий Гракх, стремясь поднять уровень боеспособности римской армии, предоставил безземельным и малоземельным крестьянам возможность получить наделы земли из фонда ager publicus, к тому времени по большей части оккупированного наследниками тех патрицианских родов, которые с незапамятных времён имели приоритетное право доступа к этой земле (veteres possessores). Опираясь на законное право государства вернуть в общественное пользование земли, в своё время уступленные патрициям архаической римской civitas, реформатор установил земельный максимум и вместе с коллегами по аграрной комиссии начал перераспределять освободившийся земельный массив. Для проведения этой реформы Тиберий использовал такое достижение римской агрименсуры, как лимитация. Делители-лимиты, снабженные межевыми камнями, чётко отделяли землю, передаваемую крестьянам в ассигнацию, от архаической оккупации, существовавшей в виде arcifinius. Тем самым реформатор на практике проде-
монстрировал не только новый способ деления, но и ввёл лимитацию в римское земельное право. Действуя от лица государства, Гракх продемонстрировал намерение на законном основании передать общественные земли в собственность граждан, имевших на них полное право. Однако при этом он ограничил процесс оформления частной собственности на вновь
создаваемые участки запретом их отчуждать. Таким образом, аграрная реформа Тиберия Гракха, с одной стороны, показала на деле всю сложность ситуации, сложившейся в римском правовом поле к концу республики, а с другой - дала мощный импульс дальнейшему развитию как агрименсуры, так и земельного права в Древнем Риме.
Библиография:
1. Badian E. Tiberius Gracchus and the Beginning of the Roman Revolution // Aufstieg und Niedergang der römischen Welt. I. 1. 1972. P. 681 sqq.
2. Badian E. Tiberius Gracchus and the Beginning of the Roman Revolution // Aufstieg und Niedergang der römischen Welt. I. 1. 1972. P. 687.
3. Инициатива Лелия могла относиться и к 145 г. до н.э., когда тот был претором (Briscoe J. Supporters and Opponents of Tiberius Gracchus // The Journal of Roman Studies. 64. 1974. P. 127; Заборовский Я.Ю. Очерки по истории аграрных отношений в Римской республике. Львов, 1985. С. 97).
4. Тиберий пользовался поддержкой некоторых влиятельных сенаторов (Briscoe J. Supporters and Opponents of Tiberius Gracchus // The Journal of Roman Studies. 64. 1974. P. 127 sqq.). Этой группировке противостояло большинство сената во главе со Сципионом Эмилианом (ibid. P. 132), несмотря на их родственные отношения (Cic. Har. resp. 43. См.: Briscoe J. Supporters and Opponents of Tiberius Gracchus // The Journal of Roman Studies. 64. 1974. P. 125, n. 4; Lintott A. Political History, 146-95 B.C. // The Cambridge Ancient History. 2nd ed. Vol. IX. The Last Age of the Roman Republic, 146-43 B.C. / Ed. J.A. Crook, A. Lintott, E. Rawson. Cambridge, 1994. P. 61 ; Syme R. The Roman Revolution. Oxford, 1939. P. 12).
5. В этой статье мы рассмотрим только деятельность Тиберия Гракха, т.е. самое начало гракханских реформ. Их продолжение при Гае Грак-хе будет предметом нашего дальнейшего исследования.
6. Ager publicus сосуществовал с другими категориями земель, в частности с гентильными и частными землями.
7. Behrends O. Les conditions des terres dans L'Empire Romain // De la terre au ciel. Paysages et cadastres antiques. V. II. Univ. Franche-Conte. 2004. P. 8-9.
8. Burdese A. Studi sull' ager publicus. Torino, 1974. P. 18-19.
9. Moatti C. Étude sur l'occupation des terres publiques à la fin de la République Romaine // Cahiers du Centre Gustave Glotz. 3. 1992. P. 66-68.
10. Moatti C. Étude sur l'occupation des terres publiques à la fin de la République Romaine // Cahiers du Centre Gustave Glotz. 3. 1992. P. 50, 60, 65.
11. Behrends O. Bodenhoheit und Bodeneigentum im Grenzwesen Roms // O. Behrends & L. Capogrossi Colognesi (eds.) Die Römische Feldmeßkunst. Interdisziplinäre Beiträge zu ihrer Bedeutung für die Zivilisationsgeschichte Roms. Göttingen, 1992. S. 252.
12. Roselaar S.T. Public Land in the Roman Republic. A Social and Economic History of Ager Publicus in Italy, 396 - 89 BC. N.Y., 2010. P. 222; Syme R. The Roman Revolution. Oxford, 1939. P. 16.
13. Есть версия, что аграрных законов было два: первый, lex Sempronia de modo agrorum, устанавливал земельный максимум и создавал аграрную комиссию, второй же наделял эту комиссию империем и судебными полномочиями (summum imperium iudiciumque), первый закон - lex agraria, второй - lex iudiciaria (Liv. Per. 58. Ср.: Vell. II. 2. 2-3; Cic. Acad. II. 13. Макробий пишет об одном аграрном законе: Macr. Sat. III. 14. 6). См.: Лапырёнок Р.В. Наследие аграрного закона Тиберия Гракха: земельный вопрос и политическая борьба в Риме 20-х гг. II в. до н.э. М., 2016. С. 40-41.
14. Гвоздева Т.Б., Гвоздева И.А. Ветеранские ассигнации в римском земельном праве // Современный юрист. № 1 (14). М., 2016. С. 79-86.
15. Behrends O. Bodenhoheit und Bodeneigentum im Grenzwesen Roms // O. Behrends & L. Capogrossi Colognesi (eds.) Die Römische Feldmeßkunst. Interdisziplinäre Beiträge zu ihrer Bedeutung für die Zivilisationsgeschichte Roms. Göttingen, 1992. S. 249, 252.
16. По сообщению Плутарха, плебеи, получившие земельные наделы при Гае Гракхе, вносили в казну vectigal (Plut. C. Gr. 9. 2). Логично предположить, что эта мера действовала и при Тиберии.
17. Штаерман Е.М. История крестьянства в древнем Риме. М., 1996. С. 73.
18. Roselaar S.T. Public Land in the Roman Republic. A Social and Economic History of Ager Publicus in Italy, 396 - 89 BC. N.Y., 2010. P. 233 sqq. Ср.: Лапырёнок Р.В. Наследие аграрного закона Тиберия Гракха: земельный вопрос и политическая борьба в Риме 20-х гг. II в. до н.э. М., 2016. С. 74, прим. 140.
19. При подготовке аграрной реформы интересы италийских союзников Рима никак не были учтены (Badian E. Tiberius Gracchus and the Beginning of the Roman Revolution // Aufstieg und Niedergang der römischen Welt. I. 1. 1972. P. 701; Лапырёнок Р.В. Наследие аграрного закона Тиберия Гракха: земельный вопрос и политическая борьба в Риме 20-х гг. II в. до н.э. М., 2016. С. 52).
20. Behrends O. Bodenhoheit und Bodeneigentum im Grenzwesen Roms // O. Behrends & L. Capogrossi Colognesi (eds.) Die Römische Feldmeßkunst. Interdisziplinäre Beiträge zu ihrer Bedeutung für die Zivilisationsgeschichte Roms. Göttingen, 1992. S. 269.
21. Компенсация полагалась за конфискованную усадебную недвижимость (Plut. Tib. Gr. 9. 2).
22. Гвоздева Т.Б., Гвоздева ИА. Strigatio-scamnatio - этап развития римского земельного права // Современный юрист. № 4 (13). М., 2015. С. 98-108.
23. Гвоздева Т.Б., Гвоздева И.А. Limites quintarii - категория римской агрименсуры и земельного права // Современный юрист. № 3 (16). М., 2016. С. 75-84.
24. Гвоздева И.А. Центурия - тип меры площади в римском землеустроении // Вестник Львовского государственного университета. Сер. История. Вып. 24. Львов, 1988. С. 19-26.
25. Hinrichs F.T. Die geschichte der gromatischen Institutionen. Wiesbaden, 1974. S. 58-59.
26. Hinrichs F.T. Die geschichte der gromatischen Institutionen. Wiesbaden, 1974. S. 60.
27. Гвоздева И.А. «Finis» и «rigor» в аграрном праве древнего Рима // Древний Восток и античный мир. Сборник научных трудов кафедры истории древнего мира Исторического ф-та МГУ. Вып. 2. М., 1999. С. 72-79.
28. Roselaar S.T. Public Land in the Roman Republic. A Social and Economic History of Ager Publicus in Italy, 396 - 89 BC. N.Y., 2010. P. 259.
29. Лапырёнок Р.В. Наследие аграрного закона Тиберия Гракха: земельный вопрос и политическая борьба в Риме 20-х гг. II в. до н.э. М., 2016. С. 77.
30. Roselaar S.T. Public Land in the Roman Republic. A Social and Economic History of Ager Publicus in Italy, 396 - 89 BC. N.Y., 2010. P. 274. Текст аграрного закона 111 г. до н.э. см.: CIL. I. 200.
31. Гвоздева И.А. Agrimensura - наука римского землеустроения периода Республики // Вестник Российского Университета Дружбы Народов. Серия: Всеобщая история. Том 9. № 1. М., 2017. С. 7-17.
32. Moatti C. Étude sur l'occupation des terres publiques à la fin de la République Romaine // Cahiers du Centre Gustave Glotz. 3. 1992. P. 59-60.
33. Burdese A. Studi sull' ager publicus. Torino, 1974. P. 27.
34. Behrends O. Les conditions des terres dans L'Empire Romain // De la terre au ciel. Paysages et cadastres antiques. V. II. Univ. Franche-Conte. 2004. P. 6-10.
35. Hinrichs F.T. Die geschichte der gromatischen Institutionen. Wiesbaden, 1974. S. 178-179.
36. Лапырёнок Р.В. Наследие аграрного закона Тиберия Гракха: земельный вопрос и политическая борьба в Риме 20-х гг. II в. до н.э. М., 2016. С. 229.
37. Ситуация усугублялась тем обстоятельством, что к 133 г. до н.э. значительный массив ager publicus был незаконно захвачен владельцами крупных стад, нуждавшимися в летних и зимних пастбищах; ни штрафы, ни интердикты не останавливали нарушителей (Штаерман Е.М. История крестьянства в древнем Риме. М., 1996. С. 68).
38. Лапырёнок Р.В. Наследие аграрного закона Тиберия Гракха: земельный вопрос и политическая борьба в Риме 20-х гг. II в. до н.э. М., 2016. С. 46.