Научная статья на тему 'Крестьянство, крестьянская община и духовенство в Поволжье во время столыпинской аграрной реформы'

Крестьянство, крестьянская община и духовенство в Поволжье во время столыпинской аграрной реформы Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
864
67
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
СТОЛЫПИНСКАЯ АГРАРНАЯ РЕФОРМА / КРЕСТЬЯНСКИЙ ПОЗЕМЕЛЬНЫЙ БАНК / ОБЩИНА / КРЕСТЬЯНСТВО / ЗЕМСКИЕ НАЧАЛЬНИКИ / ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ РЕПРЕССИИ / СОЮЗ РУССКОГО НАРОДА / ИСТОРИЯ САРАТОВСКОГО КРАЯ / THE STOLYPIN LAND REFORM / THE PEASANTS'' LAND BANK / THE PEASANT COMMUNE / PEASANTRY / ZEMSTVO BOSSES / STATE REPRESSION / THE UNION OF RUSSIAN PEOPLE / HISTORY OF THE SARATOV REGION

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Воронежцев А.В.

В статье на основе материалов государственного архива Саратовской области исследуется проведение столыпинской аграрной реформы в нерусских деревнях Саратовской губернии. Автором предпринята попытка выявить факторы, оказавшие влияние на отношение крестьянства к реформе.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

THE PEASANTRY, THE PEASANT COMMUNE AND THE CLERGY IN THE VOLGA REGION DURING THE STOLYPIN LAND REFORM

The article examines the implementation of the Stolypin land reform in the non-Russian villages of the Saratov Governorate based on the materials of the state archive of the Saratov region. The author made an attempt to identify factors that influenced the attitude of the peasantry towards reform.

Текст научной работы на тему «Крестьянство, крестьянская община и духовенство в Поволжье во время столыпинской аграрной реформы»

УДК 94(470.4) 11906/1917|

КРЕСТЬЯНСТВО, КРЕСТЬЯНСКАЯ ОБЩИНА И ДУХОВЕНСТВО В ПОВОЛЖЬЕ ВО ВРЕМЯ СТОЛЫПИНСКОЙ АГРАРНОЙ

РЕФОРМЫ

А.В. Воронежцев.

СГТУ имени Гагарина Ю.А. e-mail: voronezhtsev2007@mail.ru

В статье на основе материалов государственного архива Саратовской области исследуется проведение столыпинской аграрной реформы в нерусских деревнях Саратовской губернии. Автором предпринята попытка выявить факторы, оказавшие влияние на отношение крестьянства к реформе.

Ключевые слова: столыпинская аграрная реформа, Крестьянский поземельный банк, община, крестьянство, земские начальники, правительственные репрессии, Союз русского народа, история Саратовского края.

THE PEASANTRY, THE PEASANT COMMUNE AND THE CLERGY IN THE VOLGA REGION DURING THE STOLYPIN

LAND REFORM

A.V. Voronezhtsev

(Saratov, Russia)

e-mail: voronezhtsev2007@mail.ru

The article examines the implementation of the Stolypin land reform in the non-Russian villages of the Saratov Governorate based on the materials of the state archive of the Saratov region. The author made an attempt to identify factors that influenced the attitude of the peasantry towards reform.

Keywords:The Stolypin land reform, The Peasants' Land Bank, the peasant commune, peasantry, zemstvo bosses, State repression, The Union of Russian People, history of the Saratov region

Столыпинская аграрная реформа была наиболее последовательным и значительным по политическим и экономическим последствиям преобразованием после первой российской революции. Несомненно, что она проводилась на подготовленной почве и имела своих сторонников и противников. Реформе посвящено немало исследований, но, как правило, в них анализируется позиция всего российского крестьянства, без учета его национальной составляющей, в то время как крестьянство в ряде губерний, в том числе и Саратовской, было многонациональным.

По данным первой всеобщей переписи населения России 1897 г., наиболее значительными по численности национальными группами в Саратовской губернии, исключая русских, были немцы (6,9%), украинцы (6,2%), мордва (5,2%), татары (3,9%) и чуваши (0,6%). В губернии проживало 2 405 829 чел., в том числе немцев -166 528 чел., мордвы - 123 893 чел., татар - 94 693 чел. и чувашей -14 403 человек. Немцы проживали преимущественно в Камышин-ском (свыше 44%), а также в Аткарском (5,1%) и Саратовском (6,7%) уездах, мордва, татары и чуваши - преимущественно в Вольском, Кузнецком, Петровском и Хвалынском уездах, составляя в совокупности 38% населения Кузнецкого и 43,8% населения Хвалынского уездов331. Сельские поселения этих народов, в особенности немцев, носили по преимуществу моноэтнический характер.

К 1911 г. татары (107 000 чел.) проживали компактно в 59 селах 4 уездов, мордва (140 000 чел.) - в 82 селах 5 уездов, немцы (189 585 чел.) - в 58 колониях 4 уездов, чуваши (17 000 чел.) - в 15 селах 4 уездов. Имели смешанный национальный состав 11 сел, в том числе 6 -с русско-мордовским населением, по одному - с русско-татарским, мордово-чувашским, татаро-чувашским и т.д.332.

Интеграция не славянского населения оставалась слабой, особенно немцев. Этому препятствовала замкнутость сельских обществ, зачастую базирующаяся на традициях, конфессиональной и языковой общности. Немцы исповедовали протестантизм и католицизм, татары - ислам, мордва и чуваши - православие. Практически все, кроме украинцев, знали плохо русский язык333.

По данным первой всеобщей переписи населения России 1897 г. владели русским языком 11,6% немцев, 10,4% чувашей, 8,8% мордвы

331 Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897. Т. XXXVIII. Саратовская губерния. СПб., 1904. С. 78-81.

332 Список населенных мест Саратовской губернии. Саратов, 1911. (Подсчет мой - А.В.). О немецких колонистах см.: Воронежцев А.В. Поселяне-собственники Саратовской губернии и столыпинская аграрная реформа // Российские немцы. Проблемы истории, языка и современного положения. М., 1996. С. 220-231.

333 Минх А.Н. Саратовский уезд // Саратовский сборник: Материалы для изучения Саратовской губернии. Саратов, 1882. Т. 2. С. 239-240; Чекалин Ф.Ф. Племенной состав и история населения Кузнецкого уезда // Саратовский сборник: Материалы для изучения Саратовской губернии. Саратов, 1881. Т. 1. С. 350; Государственный архив Саратовской области (далее ГАСО). Ф. 865. Оп. 1. Д. 28. Л. 2-5; Ф. 135. Оп. 1. Д. 7049. Л. 48.

и 1,3% татар334. Ситуация со знанием русского языка в дальнейшем не улучшилась. Так, штаб Казанского военного округа в 1915 г. не раз получал сообщения из фронтовых частей, что многие нижние чины из татар не владеют русским языком, а понимают его не более 15% пополнения, что мобилизованные мордва и чуваши совершенно не понимают русский язык335. Забегая вперед, отметим, что в апреле 1911 г. Хвалынская уездная землеустроительная комиссия обратилась в губернскую комиссию с просьбой ходатайствовать перед Главным управлением земледелием и землеустройством об издании закона 14 июня 1910 г. о землеустройстве на татарском языке, «признавая весьма необходимым и полезным ознакомить татарское население» уезда с законом. По ее словам, Казанская губернская типография на просьбу о высылке брошюр с законом на татарском языке ответила отказом336.

На 1886 г. татарам принадлежало более 90 000 дес. земли. При поселении они были наделены четвертями, размер которых колебался от 0,54 до 4,5 дес. К концу XIX в. земельные отношения в татарской деревне были запутаны. Часть земли находилась в общинном владении, часть - в наследственном. Она распределялась по наличным мужским душам, как и в ряде мордовских и чувашских сел. Земля татарами преимущественно сдавалась в аренду. Современник указывал, что для татарских общин была характерна «полная хозяйственная несостоятельность»337. Другой исследователь отмечал, что татары мало занимаются земледелием: «для удовлетворения своих кочевых наклонностей избирают передвижную мелочную торговлю, так называемое тарханство»338. Часть татар занималась отхожими промыслами. К 1913 г. 243 человека из 4-х татарских сел Кунчеровской волости Кузнецкого уезда были на заработках свыше 10 лет339. Мордва Кузнецкого уезда была по преимуществу земледельцами и кустарями340. Необходимо отметить, что 9 татар-

334 Первая всеобщая перепись... С. 100-101.

335 Приказы по Казанскому военному округу за 1915 год. Казань, 1915. С. 1501, 1503.

336 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 496. Л. 17-17 об.

337 Сборник статистических сведений. С. 87.

338 Чекалин Ф.Ф. Указ. соч. С. 350.

339 Кротков А.А. Панисламизм и пантюркизм среди мусульманского населения Саратовской губернии // Народы Саратовского Поволжья: история, этнография и современность. Саратов, 2006. С. 123.

340 Чекалин Ф.Ф. Указ. соч. С. 350.

ских сел Кузнецкого уезда, 5 татарских и 1 мордовское село Хвалын-ского уезда были беспередельными 341.

В отчете Саратовского отделения Крестьянского поземельного банка за 1912 г. отмечалось, что при отмене крепостного права дарственники (15,7% всех крестьян) получили нищенские наделы, в среднем по 1,6 дес. на ревизскую душу, остальные бывшие помещичьи крестьяне - по 3,4 дес., государственные - по 7,9 дес. К 1905 г. в среднем по губернии на 1 мужскую душу приходилось 4 дес., что, по мнению банка, означало «кормовой участок», который не может обеспечить повинности крестьян. Для пропитания и уплаты повинностей его размер в Саратовской губернии должен был составлять 7-8 дес. земли на душу342. Хотя упомянутые национальные группы относились к государственным крестьянам, тем не менее, аграрное движение получило их поддержку. Население части мордовских и татарских сел приняло активное участие в массовом уничтожении помещичьих усадеб в 1905 году343.

Именно массовое крестьянское движение заставило правительство взять курс на уничтожение общины, на насаждение личной земельной собственности вместо общинного землевладения. Основная тяжесть по проведению реформы на местах легла на земских начальников. Они должны были разъяснять крестьянам основные положения аграрного закона, а также принимать решения о выделе желающих из общины, в том числе и вопреки мнению большинства. Между тем, в губернии давно существовали проблемы с подбором кандидатов на должности земских начальников. В 1910 г. губернатор сообщал в Министерство внутренних дел (далее МВД), что в 1906-1907 гг. сменилось до 60% земских начальников. По его словам, новые начальники, «большей частью молодые люди с малым служебным опытом, с трудом знакомились со сложным указом 9 ноября (1906 г. - А.В.)»344.

В 1912 г. в губернии насчитывалось 70 начальников, 9 из них имели высшее, 47 - среднее и 14 - ниже среднего образование. 35 начальников ранее служили в армии. 55 были потомственными дворянами, из них 21 не имел имущественного ценза в губернии, и 15

341 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 5797. Л. 19, 28, 31, 33, 42, 46.

342 ГАСО. Ф. 11. Оп. 1. Д. 2658. Л. 165-165 об.

343 ГАСО. Ф. 421. Оп. 1. Д. 2930. Л. 104, 114, 117, 120, 127, 137, 139, 145.

344 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 10531. Л. 1 об.

не принадлежали к дворянству, из них 14 без имущественного ценза в губернии345.

Действия земских начальников довольно слабо контролировались вышестоящими учреждениями и нередко носили произвольный характер. Например, земский начальник 4 участка Кузнецкого уезда Городецкий в споре двух сельских обществ чувашского села Неверкино из-за местонахождения базара в 1909 г. поддержал одну из сторон, арестовал и сместил сельского старосту, а уполномоченных другого общества отправил для наказания к становому приставу. Начальник Саратовского губернского жандармского управления (далее СГЖУ) сообщал губернатору, что Городецкий «человек чрезвычайно нервный и вследствие этого у него часто происходят столкновения с крестьянами»346. О начальнике 4 участка Камышин-ского уезда жандармы в феврале 1914 г. сообщали, что он оказывает «давление при выборах должностных лиц, за которых просил земского начальника кто-нибудь из находящихся с ним в хороших отношениях». Они же отмечали, что сбор им податей граничит «со злоупотреблениями»347. Начальник 6 участка Саратовского уезда, в который входили и немецкие колонии, установил в 1911 г. особый порядок сходов в летний период: два раза в месяц в предпраздничные дни. В остальное время сходы допускались только с его разрешения. В итоге непременный член Саратовской уездной землеустроительной комиссии (далее УЗК) с огромным трудом смог созвать сход в колонии Ягодная Поляна для решения вопроса о реформе348.

В отдельных случаях давали о себе знать и дворянские амбиции. Так, земский начальник 4 участка Кузнецкого уезда решил не выполнять распоряжение губернатора, которым предписывалось руководствоваться циркуляром Департамента окладных сборов Министерства финансов от 31 декабря 1910 года. Последний предлагал при необходимости выделять в помощь податным инспекторам волостных старшин для проверки торгово-промышленных предприятий в сельской местности, принадлежавших привилегированным лицам. Земский начальник заявил, что «как дворянин и гражданин своего отечества»349 он не может допустить оглашения циркуляра, которым предприятия дворян, «в числе коих есть лица

345 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8850. Л. 15 об.-16.

346 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8234. Л. 75-76.

347 ГАСО. Ф. 53. Оп. 1. 1914 г. Д. 10. Л. 243-244.

348 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 5434. Л. 63-65.

349 Так в тексте.

высокообразованные, титулованные, состоящие часто в придворных чинах», будут под контролем волостного старшины, «иногда бывшего крепостного, часто неграмотного и не всегда трезвого». По его мнению, такой циркуляр, как ошибочно принятый, могут отменить, так как он низводит права дворянства до уровня прав крестьянства и может посеять «смуту в умах»350.

Рассмотрение жалоб крестьян на сельских должностных лиц в случае покровительства им земских начальников, как правило, затягивалось и заканчивалось безрезультатно. Например, группа колонистов Сплавнухи пожаловалась в губернское присутствие на волокиту с расследованием проступков сельских старосты и писаря. Присутствие с 1 мая 1913 г. по 17 января 1914 г. 5 раз запрашивало земского начальника о ходе дела. Наконец, 6 февраля тот ответил, что староста ни в чем не виноват, что благодаря ему «усилилось укрепление, так что в этом отношении старостой я доволен». По поводу обвинений писаря в скупке и перепродаже земли начальник заметил, что «ничего предосудительного нет, ибо он никому ущерба не делает, а зарабатывает лишнюю копейку для своего многочисленного семейства; человек он трудящийся и также старающийся осуществить закон 14 июня 1910 г.». Жалоба была отклонена351.

Жалобы на земских начальников не всегда были безопасны, показывая тем самым лишний раз крестьянам их бесправие и зависимость от земских начальников. Так, в 1911 г. начальник 2 участка Кузнецкого уезда приказал крестьянам Старого Кряжима исправить мост на земле крестьянского товарищества. Приговор общества с отказом земский начальник разорвал, ударил кандидата в старосты (староста к тому времени находился под арестом). Исправник для подавления «бунта» выслал 12 стражников, которые арестовали уполномоченных общества352. В 1914 г. татары из Старой Кулатки Хвалынского уезда подали жалобу на начальника 6 участка Срыва-лина, обвинив его в защите волостного старшины, виновного в подлоге документов в 1913 году. Одновременно к губернатору попало анонимное письмо с обвинением Срывалина и его родственников во взяточничестве: «... не только срывает, а нещадно со всех дерет, ... а еще больше чрез брата и свою гражданскую жену. Срывает всем, начиная с яйца и кончая лошадью». Из расследования непременного члена губерского присутствия выяснилось, что жалоба та-

350 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 5430. Л. 385-387 об., 390-390 об.

351 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 7085. Л. 1-9.

352 ГАСО. Ф. 53. Оп. 1. 1911 г. Д. 10.

тар на старшину поступила Срывалину 30 мая 1913 г. Осмотр волостного правления он так и не произвел. Рассмотрение дела вначале назначил на 26 ноября, затем перенес на 31 марта 1914 г. Решение составил лишь 17 апреля, а для его объявления вызвал жалобщиков в село, находившееся в 20 верстах от Старой Кулатки. Расследование вел поверхностно, тем не менее, дело за недоказанностью прекратил. Слухи о взяточничестве брата и жены оказались «правдоподобны». В итоге жалоба была оставлена без последствий, а Сры-валину было указано «на допущенную неправильность в действиях». Позже Саратовская судебная палата обвинила 8 жалобщиков в возрасте от 51 до71 года в оскорблении земского начальника и приговорила к денежному штрафу в 2 руб. каждого с заменой, при отсутствии денег, арестом на один день353.

Не внушала доверия и полиция. Нарушения прав крестьян оставались нормой повседневной жизни. Так, в сентябре 1908 г. начальник СГЖУ сообщал губернатору, что пристав 6 стана напился с сыном хуторянина и, проезжая через село со стражником, избил нагайкой 4-х крестьян за то, что они не встали при его проезде. Войдя в дом одного из них, он избил больную жену хозяина дома и сломал ей два ребра354. Помощник начальника СГЖУ по Вольскому, Хва-лынскому и Кузнецкому уездам подполковник Козлов в своем донесении нелицеприятно отозвался об уездном исправнике Мироновиче: «Вольск и Вольский уезд отлично знают вольского уездного исправника Мироновича, человека неуравновешенного, который громко и везде хвалится тем, что он нагайкой вводит порядок и только на нее надеется»355. Таким образом, крестьянство продолжало оставаться во многом бесправным сословием.

Не менее серьезной оказалась проблема с подбором кандидатов на должности непременных членов уездных землеустроительных комиссий (далее УЗК). По данным 9 уездных предводителей дворянства, лишь 14 лиц дали свое согласие на занятие этой должности, в том числе 6 в Саратовском и 3 в Петровском уездах356.

Ход реформы регулировался циркулярами. Циркуляром от 7 марта 1907 г. МВД потребовало ежемесячно представлять сведения о ходе реформы357. 16 мая появился циркуляр, в котором говори-

353 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 8081. Л. 1-2, 9, 18-19.

354 ГАСО. Ф. 53. Оп. 1. 1908 г. Д. 10. Л. 50-50 об.

355 ГАСО. Ф. 53. Оп. 1. 1910 г. Д. 10. Л. 113.

356 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 222. Л. 3, 6, 9, 11, 13-16, 18-19, 22 об.-23, 33, 63.

357 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 3924. Л. 58.

лось, что если в течение месяца общество не составит приговор об укреплении земли либо откажет в таковом, земские начальники «обязаны, по ходатайству последних (выделенцев - А. В.), немедленно производить укрепление, не стесняясь никакими сроками»358. 14 июня 1908 г. МВД потребовало принять меры «к скорейшему и наиболее целесообразному удовлетворению заявлений к сведению чрезполостных участков к одному месту». В циркуляре подчеркивалось, что выдел к одному месту можно проводить «и в промежутках между переделами»359, если земля уже укреплена и выдел «не связан особыми неудобствами для остальных однообщественников». МВД довольно цинично заявило, что «осуществимость обязательных выделов помимо согласия обществ, несомненно, сделает последних более уступчивыми и увеличит число добровольных со-глашений»360.

18 февраля 1910 г. губернатор подкорректировал указ 9 ноября 1906 года. Его циркуляр предписывал «оказывать содействие к переходу крестьянских обществ от общинного к подворно-наследственному землепользованию только при условии одновременного разверстания на отрубные участки»361. В октябре 1910 г. губернатор потребовал от членов УЗК сделать упор на устройство хуторов, «действовать энергично» и только там, где есть вероятность их образования362.

Отсутствие опыта, необходимых знаний, с одной стороны, и постоянные требования сверху об ускорении реформы, с другой стороны, умноженные на весьма значительные властные полномочия земских начальников и слабый контроль над их деятельностью, привели к ряду нарушений. Так, земский начальник 8 участка Ат-карского участка отрапортовал, что хотя приговора не было, крестьяне одного из сел в полном составе укрепили землю. На вопрос изумленного губернского присутствия, как могло произойти укрепление земли без приговора, начальник ответил, что достаточно его разрешения363. Не установленный автор писал непременному члену губернской комиссии В.Д. Юматову в апреле 1909 г. из Кузнецкого уезда: «Ошибок и всяких курьезов в деле применения закона 9

358 Там же. Л. 61.

359 Так в тексте.

360 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 3924. Л. 100-100 об.

361 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4291. Л. 104-104 об.

362 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 2558. Л. 1-1 об.

363 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4779. Л. 22-22 об., 24.

ноября 1906 г. здесь немало, но есть и таковые, что только руками разводишь и не знаешь, что делать»364. Так, Жедринский, начальник 5 участка, в котором находились и мордовские села, в одном из селений не утвердил мирской приговор об очередном переделе земли на том основании, что якобы указ 9 ноября 1906 г. отменяет все приговоры подобного рода, а потому не представил этот приговор в уездный съезд. Временно замещавший его начальник укрепил крестьян по прежней разверстке, а вернувшийся затем Жедринский объявил разверстку без приговора по фактическому владению землей, что привело к самозахвату земли силой. С этой землей он и укреплял крестьян365.

В сентябре 1910 г. губернатор доносил в МВД, что уездные съезды утверждают ошибочные постановления земских начальников, которые губернскому присутствию приходиться отправлять на рассмотрение Сената366. В свою очередь, Вольский уездный съезд земских начальников среди причин, препятствующих реформе, назвал произвольные формы укрепительных актов земских начальников, с «отступлениями от закона», которые нередко приходилось отменять367.

В июне 1913 г. МВД обратило внимание губернатора, что в 1912 г. земские начальники не выполнили работы по выделу на 44,5% земли, по разверстке на 16,6%. По словам губернатора, 41% подготовленных ими проектов был отклонен368. Непременный член губернского присутствия привел пример, как в одном из сел земским начальником «была передана хуторами общественная земля» без предварительного укрепления. Решение было отменено Сена-том369.

Добиться лучшего качества проектов не удалось. Так, в декабре 1915 г. Саратовской губернской землеустроительной комиссии (далее ГЗК) направила в Петровскую УЗК 17 копий постановлений об утверждении проектов для их исправления370. Любопытная история произошла в Татарском Шмалаке Хвалынского уезда, где в 1914 г. был произведен выдел 103 домохозяев. ГЗК обнаружила расхожде-

364 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4779. Л. 76

365 Там же. Л. 76-79 об.

366 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 10531. Л. 4 об.

367 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 10298. Л. 2.

368 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9165. Л. 1, 22-24.

369 Там же. Л. 10 об.

370 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 2015. Л. 2.

ния между постановлением и планом выдела, а также «недопустимые ошибки в искажении татарских имен, отчеств и фамилий, с перепутанными отчествами фамилиями и пропусками таковых». Более года ушло у Саратовской ГЗК на то, чтобы уездная комиссия сделала необходимые изменения371. Взыскания, однако, наложены не были. Проведенная ревизия Хвалынской УЗК в июне 1915 г. выявила ряд нарушений. Ссуды выдавались без предварительного обследования земли, без обязательств заемщиков, зачастую владельцам участков свыше 30 десятин, не имевших права на ее получение. Повестки о вызове крестьян в съезд оформлялись неправильно, посылались накануне заседаний, хотя в журнал вносились записи о своевременности их вручения. И вновь все обошлось без наказания за нарушения372. Ревизия других комиссий выявила неудовлетворительное ведение протоколов, разночтения в датах, несвоевременность вручения повесток373. Между тем, непременный член ГЗК в мае 1915 г. в письме членам уездных комиссий прямо говорил о нарушениях в их деятельности: «Иногда землеустроители. намечая место выдела, совершенно не считаются со справедливыми требованиями, заявленными общиной, и в целях воздействия на последнюю создают совершенно недопустимое землевладение. вызывая своими действиями лишь враждебное отношение населения»374.

Имели место и фальсификации решений. Например, в 1908 г. начальник признал правильным приговор общества Татарского Шмалака о переделе земли на 12 лет, но не представил его в уездный съезд. На запрос он заявил в губернское присутствие, что в селе якобы решили выйти из общины 83 домохозяина, 35 из них затем отказались. Присутствие, несмотря на отсутствие доказательств, отклонило жалобу общества375. На самом деле, выход начался только в 1912 году. Губернское присутствие в конфликтах крестьян с сельской или волостной администрацией, земскими начальниками предпочитало поддерживать последних. Так, один из крестьян Ста-ро-Славкинской волости Петровского уезда пожаловался, что бывший волостной писарь написал без его согласия заявление на выдел, которое после протеста заявителя обещал уничтожить земский начальник. Тем не менее, неожиданно для себя крестьянин был вы-

371 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1952. Л. 2-10.

372 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 2015. Л. 3 об.-5, 8-11, 33 об.

373 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1825. Л. 35-35 об.

374 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1814. Л. 43-44.

375 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4603. Л. 1-13.

делен из общины. На его просьбу об отмене решения губернское присутствие ответило отказом, так как он «лично присутствовал (на сходе - А.В.) и никаких заявлений не делал»376.

Вероятно, господствующим критерием для вышестоящих инстанций стали данные о выходе из общины, поэтому они сквозь пальцы смотрели на произвольные действия своих подчиненных. Цель оправдывает средства. Более того, административные учреждения ставили себя выше Сената. В марте 1915 г. губернская комиссия приняла решение утвердить проект о выделе 252 домохозяев немецкой колонии Ягодная Поляна, хотя жалоба общины и части выделенцев на проект была отправлена в Сенат. По мнению комиссии, достаточные основания к удовлетворению жалобы отсутствуют, а промедление лишь ухудшит положение самих жалобщиков377.

Важным элементом новой аграрной политики стала своеобразная информационная блокада крестьянства. Теоретически крестьяне могли получить информацию о реформе из различных источников. Практически же главным источником для них стали устные разъяснения различных представителей официальной власти (земских начальников, полицейских чинов, землеустроителей и т. д.) и правительственные печатные издания. Посторонние лица не допускались на сходы, нежелательные приговоры, принятые в их присутствии, отменялись.

Легальные газеты, оппозиционно настроенные к правительству, МВД во главе с П.А. Столыпиным отнесло к «противоправительственным» и запретило волостным правлениям выписывать их. 22 января 1907 г. Главное управление почт и телеграфов МВД довело до сведения начальника Саратовского почтово-телеграфного округа, что «волостным правлениям в настоящее время воспрещено выписывать газеты противоправительственного направления». Столыпин заодно приказал и бесплатные экземпляры газет, рассылаемые в сельские и волостные правления по почте, изымать и передавать губернатору для уничтожения. В списке неблагонадежных насчитывалось 549 газет, в том числе 14 по Саратовской губернии. Губернатор своей властью периодически пополнял список378. Принцип пополнения списка был прост. Так, пензенская газета «Голос Черноземного края» стала конфисковаться после донесения Кузнецкого уездного предводителя дворянства о том, что в ней помещено

376 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 5750. Л. 2-4.

377 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1817. Л. 483-484.

378 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 7392. Л. 3, 5-8, 10, 12, 118.

«Письмо к избирателям» депутата II Государственной думы от Саратовской губернии В. Анисимова. По словам предводителя, крестьяне под влиянием Анисимова бойкотировали выборы в землеустроительные комиссии379. Список постоянно уточнялся. В августе 1912 г. в нем насчитывалось 230 наименований, в том числе 4 саратовские и 2 царицынские газеты380. С января по апрель включительно 1914 г. МВД включило в список 130 газет, в том числе 2 в Саратовской губернии381.

Не желая давать объективную картину состояния деревни, МВД в декабре 1910 г. распорядилось об изъятии «особых печатных программ с вопросами по исследованию крестьянского хозяйства и землевладения после закона 9 ноября 1906 года», рассылаемых Вольным экономическим обществом382. 10 мая 1912 г. оно приказало не допустить исследования деревни Комитетом по оказанию помощи голодающим при Императорском русском техническом об-

ществе383.

Приведенные факты позволяют утверждать, что крестьяне не получали достаточной информации о своих правах, что разъяснение аграрного закона давалось избирательно. Так, на обжалование решений отводился один месяц со дня их оглашения. Обжаловаться они должны были в первую очередь в уездном съезде. Показателен случай с мордовским селом Малый Чирклей Кузнецкого уезда. 26 мая 1915 г. было оглашено решение о выделе, 27 мая поверенный общины запросил копию решения. Она была отправлена 8 июня и вручена 13 июня. 27 июня жалоба на нее была получена ГЗК, хотя якобы при вручении копии уполномоченному разъяснили, что протест на решение надо направлять в УЗК. ГЗК переслал жалобу в УЗК, которая отклонила ее в связи с минованием сроков рассмотрения. Губернская комиссия поддержала уездную384.

Попытки пересмотра приговоров об укреплении земли, в отличие от передельных приговоров, не допускались. Так, крестьяне с. Багай Вольского уезда согласились, в конце концов, с земским начальником Спуве, который, по его признанию, в течение недели «убеждал» крестьян перейти к отрубам и хуторам. После его отъез-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

379 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9372. Л. 117.

380 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8976. Л. 138-143 об.

381 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9372. Л. 3-6, 15, 17.

382 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8490. Л. 101-102.

383 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8976. Л. 88-88 об.

384 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1871. Л. 3-4 об.

да они на новом сходе пришли к выводу, что выдел принесет «единственный вред и несомненное расстройство сельского хозяйства», так и не поняв из выступления Спуве преимуществ нового типа хозяйствования. Прежний приговор был отменен. И хотя Спу-ве отмененный приговор еще не представил в уездный съезд на утверждение, он отказался рассматривать новый приговор. Власти не обратили никакого внимания на жалобу крестьян. Более того, вице-губернатор отписал в МВД, что утверждение о принуждении крестьян к выделу не соответствует действительности385.

Очевидно, реагируя на жалобы, Сенат в своем разъяснении от 15 июня 1910 г. потребовал от уездных съездов приглашать на свои заседания при рассмотрении дел о выделе всех заинтересованных лиц, так как «могут обнаружиться неправильности и обстоятельства, требующие выяснения»386. Косвенным признанием справедливости утверждений крестьян о том, что землеустроительные комиссии не знакомили их с порядком обжалования решений комиссий, является указ Сената от 20 февраля 1915 года. Сенат обязал комиссии при объявлении постановлений подробно разъяснять, в течение какого срока и где именно может быть обжаловано их решение, зафиксировав это в протоколе заседания387.

Неизбежным спутником реформы стало давление на общину в виде угроз, ареста, административной высылки или, в лучшем случае, игнорирования или не утверждения нежелательных для администрации приговоров сельских сходов. Обращение в суды было редким явлением для администрации из-за отсутствия улик. Удалось выявить несколько процессов, закончившихся полным оправданием крестьян. В 1910 г. СГЖУ обвинило старосту Е.Е. Киммеля и писаря Я.П. Лефлера колонии Верхняя Грязнуха Камышинского уезда в противодействии реформе. Саратовская судебная палата оправдала их388. В 1913 г. А.И. Колосов, член Петровской УЗК по выборам от крестьян, за высказывание, что реформа «ведет к разорению крестьян», был отстранен от должности и отдан под суд. В конце 1914 г. Саратовский окружной суд оправдал его, так как он, будучи уполномоченным, сельского общества, отстаивал «вверенные его защите интересы общинников». Суд признал, что «оценка целесообразности того или иного закона в жизни нередко составля-

385 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 497. Л. 14-16, 20 об., 25.

386 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 5008. Л. 12.

387 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1814. Л. 60-60 об.

388 ГАСО. Ф. 51. Оп. 1. 1910 г. Д. 29. Л. 2-3, 22.

ет также право всякого гражданина; а, кроме того, и закон о землеустройстве 1911 г. никогда и не выдавался даже самими творцами его за нечто абсолютно совершенное и не подлежащее никакой критике». По мнению суда, крестьяне имеют право на обсуждение закона, так как он касается их. Несмотря на протесты прокуратуры, судебная палата утвердила приговор, а Сенат оставил его в силе389.

Как правило, достаточным основанием для применения репрессий становились голословные заявления должностных лиц (земских начальников, полицейских чинов) о «преступной» агитации против реформы тех или иных лиц390. При этом под агитацию подводились любые разногласия между общинниками и выделен-цами, любые критические замечания о реформе. Сложились и клише, наиболее часто используемое в обвинениях: «вредные элементы», «противодействие осуществлению законов о землеустройстве крестьянского населения», «вредные для общественной безопасности и порядка действия» и т.п.

Так, 17 июня 1908 г. земский начальник Штерн заявил, что «всякая агитация со стороны вредных элементов в обществе крайне вредно отзывается на ходе дела (землеустройства - А.В.), требующего особого внимания», и предложил подвергнуть аресту с последующей высылкой из уезда колониста Крестового Буерака Аткар-ского уезда И.А. Фаренбруха. Последний на сходе осмелился протестовать против выделения отрубов «по произвольному» распоряжению Штерна в интересах небольшой группы колонистов. Без проведения какого-либо расследования губернатор подверг Фарен-бруха месячному аресту, а затем в конце июля 1908 г. высылке из губернии на время действия положения усиленной охраны «как лицо, вредное для общественного порядка и спокойствия». В МВД губернатор сообщил, что Фаренбрух вел «антиправительственную агитацию». Колонисту удалось вернуться в родную колонию только в октябре 1909 г. после многочисленных прошений. Любопытно, что на саратовского губернатора не подействовали даже сообщения самарских жандармов и вице-губернатора о лояльности высланного. По словам Фаренбруха, высланному «приходится переносить не только разного рода унижения», но почти невозможно устроиться на работу391.

389 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1824. Л. 18-20, 34.

390 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8500. Л. 94; Д. 8506. Л. 13-13 об.; Д. 8533. Л. 1-12; Д. 8937. Л. 30-36, 40-40 об., 61-64 об.

391 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 7980. Л. 2-4, 12-16, 26 об., 29.

3 апреля 1909 г. Кузнецкий уездный исправник донес губернатору, что на сельском сходе в мордовском селе Нижняя Дубровка он «объяснял» закон 9 ноября 1906 г. о выходе из общины. После его выступления крестьянин С.И. Лекарев «стал открыто внушать однообщественникам, чтобы они отказывались от закрепления за собой участков надельной земли», и большинство его поддержало. Губернатор предписал предупредить Лекарева, что «если он в дальнейшем позволит себе агитировать среди населения против проведения в жизнь правительственной аграрной программы, то будет мной выслан»392.

Временами ситуация становилась абсурдной. Так, аткарский уездный исправник в феврале 1912 г. обвинил 140 из 1180 домохозяев Медведевки Даниловской волости в революционном настроении и сопротивлении реформе, предложив выслать 35 человек. Хотя, как выяснилось, в селе имела место вражда между высланными за участие в революции 1905 г. и их родственниками, с одной стороны, и давшими показания против них, с другой стороны, жандармы возбудили следствие о проведении революционной пропаганды393.

В июне 1910 г. в чувашское село Казанлу Вольского уезда приехал земский начальник, остановившись на квартире члена Вольской УЗК. Вызванным уполномоченным от общества он предложил закрепить за выделенцами запрошенную последними землю. Созванный с разрешения члена УЗК сход отклонил пожелание земского начальника. Староста утвердил этот приговор лишь после того, как крестьяне пришли к нему «толпой», и то по совету полицейского урядника. В итоге земский начальник обвинил их в самоуправстве и угрозах394.

Упомянутый подполковник Козлов в своих донесениях дал емкую характеристику проведению реформы в уездах. В январе 1910 г. он писал: «... земские начальники слишком горячо рекомендуют этот закон и иногда сурово проводят его в жизнь, не считаясь с интересами массы». Через месяц он расширил отзыв: «.так как земские начальники стремятся к тому, чтобы выделяющихся было больше, то в ущерб массе, т. е. общине, выделяют лучшие участки единицам, и естественно, что со стороны массы является глухое неудовольствие как по отношению органов, проводящих в жизнь закон о выделе, так и по отношению своих выделяющихся общинни-

392 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8234. Л. 44-44 об, 54.

393 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8937. Л. 12, 16, 19 об.-20.

394 ГАСО. Ф. 55. Оп. 1. Д. 365. Л. 49-59, 60-61.

ков, тем более, что малейший разговор среди крестьян о невыгодности выселяться или покупать землю при посредстве Крестьянского банка, считается за агитацию против закона 9 ноября и вызывает зачастую применение к виновнику обязательного постановления губернатора и его задержанию»395. Следует отметить, что это редкий пример оценки жандармами деятельности земских начальников. В дальнейшем Козлов в своих отчетах не позволял себе касаться аграрной реформы.

Роль жандармов была двоякой: в одних случаях они уточняли информацию полицейских чинов и земских начальников об отношении крестьян к реформе, в ряде случаев объективно, в других -возбуждали преследование крестьян, основанное на ложном понимании законов. Так, комментируя сообщение камышинского исправника о выступлении крестьян одного из сел уезда против реформы, начальник СГЖУ заметил, что земля в селе по качеству неравноценна, а потому выдел ухудшит положение одних крестьян, а других улучшит396. В феврале 1912 г. начальник СГЖУ отметил обострение отношений между общинниками и выделенцами. По его словам, «добровольного соглашения о получении земли между ними никогда не бывает», так как выделенцы стремятся получить лучшую землю, а общество отдает худшую397. Об этом же доносили жандармы из уездов: «В селениях Хвалынского уезда. крестьяне Государственной думой недовольны в тех отношениях, что она для них ничего не сделала. Бывшие помещичьи крестьяне ожидали прирезки земли, помещиков и землевладельцев ненавидят, а равно ненавидят земских начальников и полицию. В селениях бывших государственных крестьян крестьяне враждуют и ссорятся между собой - остающиеся в общине с выделенцами на отруба. земские начальники и чиновники землеустроительной комиссии поддерживают выделенцев. при ссоре (крестьяне - А.В.)> ругают и правительство»398.

В январе 1912 г. Департамент полиции МВД направил губернатору выписку из частного письма, автор которого негативно отзывался о том, как проводиться реформа в губернии, следствием чего стал неуклонный рост недовольства. Основную причину он видел в действиях правительственных чиновников, земских начальников и

395 ГАСО. Ф. 53. Оп. 1. 1910 г. Д. 10. Л. 5 об., 8 об.-9.

396 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9191. Л. 88, 92, 86-86 об.

397 ГАСО. Ф. 51. Оп. 1. 1912 г. Д. 55. Л. 19 об.

398 ГАСО. Ф. 55. Оп. 1. Д. 405. Л. 10 об.

полиции. Губернатор признал рост недовольства крестьян, ухудшение состава земских начальников и возможность осложнений в деревне в будущем399.

Практика преследования крестьян претерпела некоторую корректировку. 21 февраля 1910 г. губернатор был вынужден признать, что большинство дознаний о противодействии крестьян реформе не основательны. Под преступную агитацию «подводят всякое проявление недовольства или протеста, всякие разногласия и недоразумения между крестьянами на почве осуществления означенного закона». Губернатор запретил уездным исправникам преследование крестьян за подачу жалоб и ходатайств в законном порядке. Полиция должна была заводить дела только в случаях угроз и насилий, участия в агитации крестьянских должностных лиц или посторонних лиц400. Не смотря на корректировку, продолжалась практика давления401. Так, в апреле 1910 г. Камышинская УЗК голословно обвинила колониста Вейхеля из Иосифталя в противодействии реформе, губернатор приказал предупредить колониста о применении к нему «суровых мер до высылки из пределов Саратовской губернии» в случае выступлений против реформы402.

МВД откорректировало практику высылки. 27 ноября 1910 г. губернаторам и начальникам губернским жандармским управлениям был разослан циркуляр с приказом применять административную высылку «только в самых крайних случаях при допущении виновными насильственных действий при проведении в жизнь» законов о землеустройстве и при тщательном расследовании конкретных обстоятельств403. По неполным данным, в 1910 г. были высланы 23 крестьянина из 13 сел 7 уездов на срок до 4 октября 1911 г. за политическую неблагонадежность и «вредные действия для общественной безопасности и порядка»404.

Технология давления совершенствовалась. Когда в одном из сел Хвалынского уезда община предложила приостановить работы по выделу 700 душ, в том числе 300 «мертвых», из 2000 состоявших в общине до рассмотрения ее жалобы царем, так как продолжение

399 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9130. Л. 28, 35-36.

400 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8494. Л. 38.

401 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9198. Л. 33-34, 88-89 об.; Д. 9162. Л. 3-3 об., 5-5 об., 7, 11-15, 16 об.-17, 34, 45-46, 54-55 об.; Д. 8500. Л. 94.

402 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8533. Л. 33-35, 36 об.

403 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8490. Л. 100.

404 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8494. Л. 64.

работ может привести к «кровопролитию», губернатор приказал арестовать уполномоченных общества на месяц за «возбуждение в населении враждебного отношения к землеустроительным органам». По словам исправника, это позволило ускорить выдел405.

Есть основание полагать, что часть крестьян укрепляла землю в личную собственность, стремясь не допустить уменьшения размера надела при будущих общинных переделах и полагаясь при этом на какие-то разъяснения земских начальников406. Поэтому требования последних или общины об их выходе на отруба, с принудительным выделом в случае отказа, были для них полной неожиданностью и влекли за собой просьбы к властям разрешить вернуться в общину. Количество принудительно выделяемых в отдельных случаях было значительным. Так, в немецкой колонии Ягодная Поляна Саратовского уезда в 1914 г. вышли добровольно на отруб 142 домохозяина и в принудительном порядке 110. В Лесном Карамыше Камышин-ского уезда принудительно вывели на отруба 129 домохозяев407. Один из заявителей отмечал, что «при малоземелье выбытие из общины, как показал пример соседних селений, служит к разорению, ибо полоской пахотной земли лишь на две души причитается только 51/4 десятин и вести на таковой отрубное хозяйство положительно невозможно»408. Как правило, такие просьбы отклонялись, хотя, казалось бы, собственник имел право распорядиться своей личной собственностью409. Земским начальникам поручалось «объяснить заявителям неправильность понимания ими смысла закона»410. В других случаях губернское присутствие мотивировала свой отказ тем, что земля укреплена в личную собственность411.

Для уменьшения противодействия реформе использовался и «пряник». Так, 8 апреля 1910 г. саратовский губернатор распорядился временно, на время полевых работ, освободить из-под ареста крестьян, отбывавших наказание за нарушение его обязательных постановлений. Освобождению не подлежали арестованные за про-

405 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9162. Л. 3-3 об., 5-5 об., 7, 11-15, 16 об.-17, 34, 45-46, 54-55 об.

406 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8500. Л. 87, 94; Ф. 23. Оп. 1. Д. 4427. Л. 1-5 об., 8-13; Д. 10298. Л. 35; Ф. 400. Оп. 1. Д. 1515. Л. 272-285 об.

407 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1515. Л. 272-285 об., 485-485 об.

408 Там же. Л. 1-2.

409 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8500. Л. 94.

410 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4427. Л. 14-14 об.

411 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4421. Л. 1-3; Д. 4422. л. 1-2 об.

тиводействие реформе, а также лица, «известные своим революционным направлением», и те, кто под арестом «отличается неудовлетворительным поведением»412.

Итоги реформы приукрашивались. Так, в 1912 г. Столыпин, возвращаясь из Сибири, посетил Саратовскую губернию. Белецкий, возглавлявший Департамент полиции МВД, предложил саратовскому губернатору подготовить маршрут по местам с завершенным землеустройством, находившимся недалеко от пристаней или железной дороги. При отсутствии обустроенных хуторов на крестьянской земле он рекомендовал включить в маршрут отруба или хутора на землях Крестьянского банка. В итоге Столыпин посетил банковское имение Орловское в Балашовском уезде413.

Любопытно, что реформа встретила настороженное отношение, и даже частичное сопротивление земских деятелей. В марте 1907 г. состоялось заседание комиссии губернского земства по вопросу уничтожения общинного землепользования. Консервативно настроенные земцы, признавая положительные стороны хуторского хозяйства, выступили против обязательного насаждения хуторов на банковских землях414. 25 марта 1907 г. на чрезвычайном Камышин-ском уездном земском собрании были заслушаны доклады управы о землеустроительных комиссиях и особый доклад гласного И.А. Зуб-ковского с осуждением «полицейского характера» аграрной реформы. Было принято решение обратиться к волостным сходам с целью «помочь населению разобраться в указанном вопросе и тем добиться более или менее правдивого и ясного освещения самим населением этого вопроса». Земские начальники приостановили рассылку земского обращения, а Главное управление по делам местного хозяйства МВД объявило замечание за тенденциозность председателю управы Т.К. Зиньковскому и члену управы Е.Х. Брандту415.

Крестьяне отнеслись к реформе прохладно и даже враждебно. Сильное влияние на них оказала революция 1905-1907 гг. Хвалын-ский уездный исправник в январе 1912 г. отметил серьезные изменения в сознании крестьян: «На правительственных чиновников (население - А.В.) смотрит подозрительно и с недоверием. Больше верит посторонним и газетным сведениям левого направления.

412 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8494. Л. 34.

413 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8527. Л. 4-6 об., 9-9 об., 55-55 об.

414 ГАСО. Ф. 5. Оп. 1. Д. 2427. Л. 28-31 об.

415 ГАСО. Ф. 25. Оп. 1. Д. 2448. Л. 4-15 об., 33-33 об., 43-44 об., 65 об.-72, 79, 87-89.

Сельские власти и суды в народе не имеют никакого авторитета; нет никакого сравнения перед годом до революционной вспышки, когда жители селений слушались не только сельских должностных лиц, но и десятских. В сельском населении произошел огромный переворот»416. По данным жандармов, весной 1911 г. в ряде сел губернии, в связи с заметками в газетах о возможной войне России с Китаем, крестьяне, особенно малоземельные, заявляли, что на войну они не пойдут: «Из-за чего нам воевать? Земли у нас мало, вся земля в руках помещиков и господ, а крестьянам ее не дают». Некоторые крестьяне готовы воспользоваться войной, «чтобы отобрать у помещиков и купцов даром землю; и вообще, что если началась бы внешняя война, то неизбежно произошла бы внутренняя война, а некоторые будто бы советовали запасным идти на мобилизацию, получить казенное оружие и с оружием в руках добиться земли»417. Доминирующей в крестьянстве стала мысль о безвозмездном переходе к ним частновладельческой и других категорий земли. То ослабевая, то усиливаясь, она уже не оставляла их. Другой вариант решения аграрного вопроса неизбежно вызывал отторжение.

Выборы в уездные землеустроительные комиссии в 1906 г. бойкотировали 27,5% волостей губернии, в том числе 7 из 13 волостей Кузнецкого уезда (в них находились все чувашские села уезда, подавляющее большинство татарских и мордовских сел), 5 из 30 волостей Петровского уезда, 4 из 28 волостей Хвалынского уезда (среди них волости с татарским и смешанным в национальном отношении населением)418.

Община, как правило, отказывалась дать разрешение на выход из нее, после чего часть желавших выйти отзывала свои заявления, составляла жалобы на имя царя419. Вышедших из общины не допускали на сходы420, не включали в списки нуждающихся в семенных ссудах, не допускали к общественным работам, финансируемым земством421. Межевые знаки уничтожались неизвестными лицами422.

Поводами к выступлениям крестьян нередко становились административный нажим и явная поддержка выделенцев. Так, при-

416 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8708. Л. 40-40 об.

417 ТАСО. Ф. 53. Оп. 8. 1911 г. Д. 10. Л. 33-33 об.

418 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 7. Л. 5 об-7.

419 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8944. Л. 17-25; Ф. 23. Оп. 1. Д. 4298. Л. 3-46.

420 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8506. Л. 11, 13-13 об.

421 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8942. Л. 57-57 об.; Ф. 400. Оп. 1. Д. 495. Л. 3-3 об.

422 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9193. Л. 36; Ф. 55. Оп. 1. Д. 365. Л. 65.

чиной конфликта в Старой Лопатке Савкинской волости Петровского уезда летом 1910 г., по признанию земского начальника, стало «неумелое поведение» землемера: «Своим обращением он подчеркивает свое расположение к выделенцам и нерасположение к общине»423.

Часть немецких колонистов голосовала ногами. По утверждению камышинского уездного исправника, закон 9 ноября 1906 г. усилил их эмиграцию424.

В дальнейшем для противодействия реформе крестьяне использовали любые возможности. Одним из таких средств стало массовое вступление в Союз русского народа (далее СРН) в Вольском уезде. Председателем Вольского отдела был некий А. С. Мещеряков, состоявший, по некоторым сведениям, в одной из крестьянских общин уезда425. Мещеряков в своих газетных публикациях неоднократно подвергал критике земских начальников и землеустроителей за их деятельность. По данным вольского уездного исправника, к маю 1912 г. в уезде насчитывалось 7 подотделов СРН, в которых состояло 2302 члена, из них в чувашском селе Казанле - 1129. Крестьяне нередко вступали в союз целыми семьями426.

В апреле 1910 г. вольский уездный исправник донес губернатору, что в Казанле открыт подотдел СРН, члены которого выступают против выхода из общины, угрожают выделенцам и называют их «паразитами», а закон о выделе - «жидовским». Начальник СГЖУ подтвердил эту информацию, добавив, что, по словам членов СРН, «закон издан правительством, а не царем»427. Мещеряков обвинил земского начальника Спуве в давлении на общину, аресте крестьян, отказе рассматривать их жалобу. Мещеряков в частности утверждал, что якобы Спуве заявил о необходимости уничтожения общины, «как хорошая кухарка уничтожает тараканов». Спуве в оправдание писал, что с тараканами он сравнил выделенцев, которые, как тараканы, своими прошениями о выделе заполонили землеустроительную комиссию (Sic!). Что же касается прошения, то его «наглый тон... побудил съезд вернуть прошение подателям». В итоге

423 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8533. Л. 59.

424 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8473. Л. 11 об.

425 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8277. Л. 39 об.

426 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8965. Л. 2-34.

427 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8499. Л. 62-62 об, 88-88 об.

Саратовская ГЗК сообщила в МВД, что приведенные Мещеряковым факты не подтвердились428.

В мае 1910 г. саратовский губернатор был вынужден сообщить в министерство внутренних дел: «Существующие в Вольском уезде отделы Союза русского народа за последнее время принимают характер, противоположный одноименным организациям в других местностях: в то время как в селениях других уездов под флагом Союза русского народа объединялись крестьяне-выходцы из общины, сторонники закона 9 ноября 1906 года, в Вольском уезде отделы состоят почти из одних противников этого закона. Как только в каком-либо обществе начинается выдел из общины, там организуется Вольским отделом союза новый отдел, который и агитирует против выдела. Таким образом, Союз русского народа в Вольском уез-де.является в этом отношении организацией оппозиционной»429. Против реформы выступил и отдел СРН с. Байки Сердобского уезда. Его члены постановили не выходить из общины, а председатель отдела предложил принять и направить на имя председателя СРН Дубровина прошение волостного схода об отмене закона о выходе

из общины430.

Любопытно отметить позицию духовенства. О взглядах мусульманского, католического и протестантского духовенства ничего не известно, в силу преимущественно моноэтнического характера немецких и татарских селений и, соответственно, плохого знания языка этносов представителями администрации. Политически неблагонадежное православное духовенство к началу аграрной реформы активно преследовалось епархиальным руководством во главе с епископом Саратовским и Царицынским Гермогеном. В дальнейшем все попытки отдельных священнослужителей критиковать реформу, выступать за безвозмездное наделение крестьян землей жестко пресекались: им запрещали богослужение, исключали их духовного сана, иногда было достаточно угрозы431. Как правило, это относится к священникам в приходах с русским населением.

Иной была ситуация в мордовских и чувашских селах в силу плохого знания русского языка прихожанами432. Связь их с церко-

428 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 497. Л. 94, 98 об.

429 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8499. Л. 132-132 об.

430 ГАСО. Ф. 53. Оп. 8. 1908 г. Д. 48. Л. 3-3 об.

431 ГАСО. Ф. 135. Оп. 1. Д. 5973. Л. 10-12, 55-64, 66 об.; Д. 5974. Л. 4-4 об., 8, 12 об.; Д. 5975. Л. 9, 17; Д. 6153. л. 1-1 об.

432 ГАСО. Ф. 135. Оп. 1. Д. 6663. Л. 48.

вью носила скорее формальный характер. Так, по свидетельству одного из благочинных, свыше 500 прихожан из трех сел с мордовским и чувашским населением Хвалынского уезда не были на исповеди более 3 лет433. Кроме того, в начале XX в. среди мордвы получил распространение раскол434. Проведение реформы в ряде случаев привело к обострению отношений паствы и духовенства из-за нежелания крестьян при разграничении земли выделять ее церкви. Тем не менее, в феврале 1912 г. священник церкви в мордовском селе Старом Демкине Петровского уезда по окончании службы заявил прихожанам, что выделение из общины «посильно будет... для богатых, а для бедных будет непосильно»435.

Более того, интересную метаморфозу претерпел Православный всероссийский братский союз русского народа (далее ПВБСРН), созданный епископом Гермогеном в 1907 г. и действовавший исключительно в Саратовской губернии. Он отличался от СРН доминированием священнослужителей в руководящих структурах и категорическим отказом принимать в свои ряды православных евреев. Были также ужесточены требования к приему единоверцев и старообрядцев436. Члены нового союза были названы в печати «братчиками», в отличие от членов СРН, которых называли «союзниками». На 20 апреля 1909 г. он имел 16 отделений при церквах Саратова, 7 отделений при церквах уездных городов (в том числе по одному отделению в Вольске, Кузнецке, Хвалынске и два - в Петровске), 24 отделения при сельских церквах (в том числе по одному - в Петровском и Кузнецком уездах и два - в мордовских селах Хвалынского уезда)437.

По всей видимости, ПВБСРН оказался под мощным прессом своих членов из крестьян, так как 29-31 декабря в Саратовском губернском совете ПВБСРН и 1 января 1911 г. в общем собрании состоялось обсуждение земельных нужд крестьянства с участием представителей и уполномоченных сельских отделов. По итогам заседаний губернский совет решил принять и направить прошение на имя председателя Совета министров Столыпина. Прошение примечательно тем, что исходило от организации, отстаивающей идеи православия, самодержавия и народности, организацией, лидером которой был епископ Гермоген, ярый противник революции. Факти-

433 ГАСО. Ф. 135. Оп. 1. Д. 7049. Л. 112-119 об., 128-131.

434 ГАСО. Ф. 865. Оп. 1. Д. 28. Л. 1 об.

435 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8942. Л. 10.

436 ГАСО. Ф. 176. Оп. 1. Д. 112. Л. 1-15.

437 Там же. Л. 48-49.

чески оно осуждало правительственную аграрную политику. В нем в частности говорилось: «В заседании все крестьяне единогласно заявили: кому вверено предлагать крестьянам выделять землю из общинного владения в личную собственность, выходить на хуторскую жизнь, не говорили и не говорят, что крестьяне имеют [право] добровольно соглашаться на принятие предлагаемого ими, а не по принуждению, но почему-то применялись в деле принуждения. Говорили крестьянам: если кто заговорит о земельном законе, что он не во всем подходит крестьянам, тот будет заключен в тюрьму на три месяца. Если некоторые крестьяне заявят желание выделить себе землю от общества в личную собственность и пожелают при этом непременно выйти на хуторскую жизнь, то им выделяют землю самую лучшую, обижают этим крестьян и лишают их права распоряжения своей собственностью. Многие же из выделившихся попродали свои владения инообщественникам и сами, как и были, остались пролета-риями»438. В прошении отмечалось, что в совет «от многих крестьянских общин . поступали и поступают, даже не от отделов союза, письменные недовольства на отношение к ним распорядителей и служащих по земельному благоустройству крестьян». Авторы прошения просили Столыпина помочь «законом предоставить крестьянам полную свободу в жизни, чтобы: не делать ни малейшего над ними насилия по выделению земли из общиной в личную собственность». По их словам, «только богачи крестьяне, во власти которых всегда и было бедное крестьянство, скупили землю в личную собственность и поселились на хуторскую жизнь»439. Вместе с тем, прошение в завуалированной форме отразило недовольство духовенства, по крайней мере, части его аграрной реформой, вследствие которой возникала угроза отрыва хуторян и отрубников от церкви. В дальнейшем эта проблема была решена посредством организации походных церквей, что означало проведение священниками богослужения во вновь образованных населенных местах в определенные дни.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Прошение было решено отпечатать в Саратове в одной из типографий. Естественно, что губернатор не мог допустить его появления, так как оно косвенно обвиняло и его в том, что он не противодействовал принудительному проведению в жизнь реформы. 23 марта 1910 г. прошение во время печатания было конфисковано по распоряжению губернатора. Последний заявил, что оно «содержит

438 ГАСО. Ф. 176. Оп. 1. Д. 112. Л. 55.

439 Там же. Л. 55 об.

в себе огульные обвинения правительственных мер и лиц в насильственных действиях по отношению к крестьянскому населению, якобы принуждаемому путем угроз и насилий переходить к новым, гибельным для бедных и выгодным лишь для богатых, формам землевладения... может лишь разжечь страсти в сельском населении, вызвать смуту в его среде на аграрной почве, угрожает общественному порядку и безопасности и затормозит дело землеустройства крестьян»440. ПВБСРН было вынесено второе и последнее предупреждение441. Очевидно, отрицательное отношение к реформе стало причиной для полицейских преследований и «союзников» и «брат-чиков», которые неоднократно жаловались на произвол полиции и сельской администрации в виде угроз, арестов и избиений442.

Другим средством стали слухи. Так, в 1911-1912 гг. распространялись слухи о повторении в 1912 г. «восстания 1906 г.» или «крупного переворота», после которого крестьяне будут наделены землей безвозмездно443 в апреле 1913 г. сердобский уездный исправник доносил о распространении слухов о грядущем переселении владельцев отрубов в Сибирь, хвалынский исправник - о ложных слухах о «неправильных действиях» землеустроительной комиссии по отводу земли выделенцам444.

Говоря о настроении крестьян, балашовский уездный исправник в декабре 1911 г. откровенно сообщал, что «те крестьяне, которые по своему материальному положению живут бедно, т. е. владеют малыми наделами земли и не вышедшие поэтому на отруба, имеют озлобление против помещиков, крупных землевладельцев и зажиточных крестьян». Спокойствие в уезде, по его словам, держалось исключительно «на существующей усиленной охране» и обязательных постановлениях губернатора, что позволяло в случае необходимости производить аресты445. Об этом он писал и в апреле 1913 г.: «Каждый малоземельный крестьянин, безусловно, таит в себе злобу на то, что ему дают мало земли, отчего с каждым годом все более и более расстраивается его благосостояние. Вопрос о земле есть самый острый и излюбленный вопрос крестьян. Некоторые предались отчаянному пьянству, пропивая свое последнее имуще-

440 ГАСО. Ф. 176. Оп. 1. Д. 112. Л. 56-56 об.

441 Там же. Л. 57.

442 ГАСО. Ф. 176. Оп. 1. Д. 933. Л. 1-3, 12-12 об., 14-17, .

443 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8708. Л. 33; Д. 8937. Л. 30

444 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9130. Л. 56-56 об., 103.

445 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8708. Л. 21.

ство. Своеволие со стороны сознательных крестьян. удерживает усиленная охрана и обязательные постановления, дающие нам возможность своеволие пресекать в начале»446. Ему вторил в январе 1912 г. хвалынский уездный исправник, что «быть убежденным в совершенном успокоении преждевременно и ошибочно»447. В феврале он сообщал: «Мысли и предположения скоро или долго получить землю даром не оставляют и до сих пор, что несется в говоре и молве, причем как на источники ссылаются на газеты и народный голос со ссылкой на Государственную думу»448.

Соглашаясь с ним, губернатор в октябре 1913 г. писал в МВД: «По моему наблюдению, в местностях губернии, где крестьянство малоземельно, при толчке извне всегда возможны попытки к грабежам и погромам»449.

Начавшаяся первая мировая война активизировала сопротивление реформе. В июле-августе 1914 г. произошел всплеск столкновений общинников с выделенцами в Вольском, Кузнецком, Камы-шинском, Петровском и Саратовском уездах в виде угроз, избиений, нанесения ущерба постройкам выделившихся. Даже до того спокойные немцы-колонисты, мобилизованные в армию, выплеснули свое недовольство и разгромили в Лесном Карамыше чертежную землемера, вероятно, полагая, что война все спишет. В мордовском селе Новый Мечим Кузнецкого уезда крестьяне сорвали работы по отводу земли, часть отказалась от выдела450. Продолжение войны лишь усилило напряженность в деревне. По данным уездных землеустроительных комиссий на 1 января 1915 г., в Вольском, Кузнецком, Саратовском, Сердобском, Петровском и Хвалынском уездах крестьяне потребовали прекращения реформы до конца войны. Выделенные в обязательном порядке на отруба в Петровском уезде стали рассчитывать на изменение закона, что позволило бы им вернуться в общину451. В апреле 1915 г. губернатор сообщал озабоченно в ДП МВД, что во многих районах, намеченных к землеустройству, жены мобилизованных «противодействуют работам, требуя приостановления их до возвращения мужей». В июле 1915 г. он же доносил о продолжавшемся сопротивлении реформе пре-

446 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9130. Л. 49 об.

447 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8708. Л. 42.

448 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8900. Л. 2 об.

449 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9130. Л. 251.

450 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9447. Л. 15-17, 24, 32, 40, 43, 65 и т.д.

451 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 150. Л. 54, 55 об., 60, 73, 79, 83, 104.

имущественно солдаток «путем открытых выступлений против чинов землеустройства и выделенцев»452. Одновременно он отметил рост недовольства немцами-колонистами, что нашло выражение в слухах о намеченном якобы на осень их выселении и переходе их земли местным крестьянам453.

Каковы же итоги реформы?

По неполным данным Саратовской ГЗК на 1 января 1915 г., в 1907-1914 гг. было подано 97 323 ходатайств о единоличном землеустройстве и 100 561 ходатайств о групповом землеустройстве, было принято 44 989 проектов о единоличном землеустройстве и 31 729 проектов о групповом землеустройстве454. По данным М.Я. Косенко, в целом 131 777 домохозяев решили выйти из общины, из них укрепили землю 99 229, что составило 27,9% всех крестьянских хо-

зяйств455.

В общине были как противники, так и сторонники реформы. По свидетельству жандармского подполковника Козлова, из общины выделялись «те, кому это выгодно, а именно: имеющие землю на большее число членов семьи, чем есть их в настоящее время, и те, которые, укрепив наделы, мечтают тотчас же продать их»456. Среди вышедших из общины были многосемейные, старики, одиночные домохозяева, вдовы, проживавшие на стороне. Как отмечал один земский начальник, «крепкие» крестьяне выходят редко457. В качестве основных причин продажи укрепленной земли назывались переселение в Сибирь, нужда, нежелание вести хозяйство, старость. Среди продавцов преобладали «не имеющие средств к жизни», вдовы старики, переселенцы, порвавшие с деревней крестьяне. Продавцы земли, оставшись без таковой, быстро разорялись458.

Земля приобреталась зажиточными крестьянами, а также с целью улучшения или расширения хозяйства459. Среди покупателей, по данным земских начальников, были как малоземельные крестьяне, так и кулаки. В Вольском уезде до августа 1908 г. местный адво-

452 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9585. Л. 26 об.-27, 129.

453 Там же. Л. 129 об.

454 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1510. Л. 38 об.-83. См.: Приложение.

455 Косенко М.Я. Из истории проведения столыпинской аграрной реформы в Саратовской губернии // Учен. зап. Сарат. пед. ин-та. 1956. Вып. 22. С. 181, 180, 179.

456 ГАСО. Ф. 53. Оп. 8. 1910 г. Д. 10. Л. 8 об.

457 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 10298. Л. 1-17.

458 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4779. Л. 20.

459 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4440. Л. 150-154, 176-177.

кат, «крайне дурного поведения», скупил 24 душевых надела (96 дес.), а «самый богатый крестьянин» в одном из обществ - 20 наделов (80 дес.)460. По данным старшего нотариуса Саратовского окружного суда, за 1908-1911 гг. были зарегистрированы в губернии 4 822 лица, продавших 26 441 дес. земли, и 3 570 ее покупателей. При этом 19 человек купили 1 955 дес. земли у 273 лиц по 8 уездам. До 300 дес. земли приобрели общины у однообщественников461.

Насаждение хуторов оказалось сопряжено с большими трудностями. Поэтому, когда в 1912 г. в Кузнецком уезде изъявили желание выйти на хутор 8 жителей мордовского села Армиева Шемы-шейской волости, УЗК решила расщедриться и выдать ссуду в 150 руб. каждому из них, «принимая во внимание, что выделяющиеся крестьяне являются первыми пионерами по устройству хуторского хозяйства на надельных землях в Кузнецком уезде, и что хозяйства их будут иметь показное значение для окрестного населения». Другим просителям ссуда выдавалась частями в 100 и 50 руб.462 По сведениям Саратовской ГЗУК на 1 октября 1913 г., было образовано хуторов на надельной земле 2 376 и на землях Крестьянского банка 8 609463. Всего на надельной земле было создано 2 520 хуторов464. Успехи достаточно скромные.

Помощник начальника СГЖУ по Вольскому, Хвалынскому и Кузнецкому уездам объяснял вялую покупку крестьянами банковской земли ее высокой стоимостью. По его словам, крестьян удивила разница в цене земли при ее приобретении банком и при последующей продаже. Кроме того, банк продал около 200 десятин лучшей земли рядом с Вольском сыну богатого местного мукомола, которому вместе с братом принадлежало свыше 1 000 дес. земли за Волгой. Жандарм согласился с недоумением крестьян, заметив: «. действительно, кажется странным, что банк, имеющий задачей наделять нуждающихся крестьян и не более известного предела, увеличивает земельное богатство богача»465.

Банк проводил жесткую линию в отношении своих должников. Непременным требованием была уплата долга или аренды до 1 сентября текущего года, то есть до реализации нового урожая. В

460 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 4440. Л. 13 об.-175.

461 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 6149. Л. 29-31.

462 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 921. Л. 8, 36 об., 38.

463 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1510. Л. 152 об.

464 Косенко М.Я. Аграрная реформа. С. 164.

465 ГАСО. Ф. 53. Оп. 8. 1909 г. Д. 66. Л. 34-35.

противном случае урожай подвергался аресту. Подобная практика, по данным жандармов, привела в ряде случаев к гибели урожая от дождей и возмущению крестьян. Управляющий местным отделением банка всю ответственность переложил на должников466. Деятельность банка встретила осуждение со стороны газет. В ответ на соответствующий запрос МВД губернатор вначале было написал, что «результатом подобных запрещений (на уборку урожая - А.В.) банка, конечно, является, разорение крестьян», но передумал и ответил, что у всех в губернии хлеб пострадал от дождей467.

За 5 лет своей деятельности банк продал 284,3 тыс. дес. своей земли, из них единоличникам 273,5 тыс. дес. (96,2%), в том числе 14,8 тыс. дес. под 585 хуторов и 258,7 тыс. дес. под 12,1 тыс. отрубов. 52,8% земли продано без условия переселения на нее, в том числе 187 хуторов. Количество владельцев земельных участков свыше 15 дес. среди покупателей банковской земли после завершения сделки выросло с 3,6% до 94,6%468.

За 5 лет продано с торгов или осталось за банком свыше 87 тыс. дес. земли469. Хозяйства клиентов банка были неустойчивы. В 1912 г., в связи с объявлением на осенние торги 490 отрубов, было проведено обследование отрубных участков на банковских землях. Оно выявило хищническое использование земли в первый год с дальнейшим применением трехполья, отсутствие улучшений в полеводстве. Причину ликвидаторы банка видели в деятельности землеустроительных комиссий, которые передавали землю беднякам, а не «в твердые хозяйственные руки»470. На весну 1914 г. были назначены на торги 2 911 имений должников банка общей площадью 104 112 дес. земли, на осень - 3 085 имений. По разным причинам на торги было выставлено 46 имений, из них 3 - проданы и 43 -перешли к банку471.

С трудом шло и переселение. На февраль 1909 г. из губернии в Сибирь готовы были переселиться 4 737 семей (16 599 душ). Губернская землеустроительная комиссия готова была оплатить переселение 3 388 семей (11 139 душ). В этом же году по возвращении ходоков отказались от переселения в Сибирь и Амурскую область 300

466 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9164. Л. 4-12.

467 ГАСО. Ф. 23. Оп. 1. Д. 6149. Л. 155-156 об.

468 ГАСО. Ф. 11. Оп. 1. Д. 2658. Л. 204, 210 об, 212.

469 ГАСО. Ф. 11. Оп. 1. Д. 2658. Л. 240 об.

470 ГАСО. Ф. 11. Оп. 1. Д. 209. Л. 1-2, 14-15, 36-44.

471 ГАСО. Ф. 11. Оп. 1. Д. 2697. Л. 202-203; Д. 2698. Л. 152.

семей из 332 из мордовских, чувашских и татарских сел Хвалынско-го уезда в связи с отсутствием в местах заселения леса и воды472. Более мобильны оказались немецкие колонисты. Только из 4-х колоний (Севастьяновка, Обердорф, Розенберг, Эрленбах) решили переехать 539 семей (2 076 душ). Комиссия решила выдать пособия в Севастьяновке лишь 160 семьям (700 чел.) из 355 (1 448 чел.). Из Ро-зенберга переселились в 1908-1909 гг. 68 семей (248 чел.)473. По некоторым данным, всего переселилось 12 934 чел, из них вернулась обратно почти одна треть474.

Применительно к национальным группам следует отметить, что из немецкой общины вышли около 71% домохозяев, причем большой размах приобрело разверстание селений на отруба475. В качестве одной из причин, вероятно, можно указать на изменение российского законодательства о колонистах, что психологически способствовало ослаблению связей части немцев с новой исторической Родиной и усилению их эмиграции. Иначе отреагировали на реформу другие национальные по своему составу общины. Анализируя в 1915 г. итоги аграрной реформы, Саратовская ГЗК обратила особое внимание на негативное отношение к ней инородческого населения «с его отсталым укладом жизни», в частности татар и мордвы. Татары практически не приняли участия в ней. Традиции оказались сильнее. По мнению членов губернской комиссии, «по своим наклонностям татары полукочевники, торгаши и отдают очень <мало> внимания земле». Поэтому частичный выход из общины имел место лишь в 3 татарских селах Хвалынского уезда в 1912-1913 гг476. Среди причин, объясняющих реакцию мордовского населения этого уезда на реформу, комиссия выделила традиционный образ жизни и многоземелье, позволяющее «жить сообразно его скромным запросам»477. Неудачу реформы в Кузнецком уезде уездная комиссия, а вслед за ней и губернская, объяснили «темнотой, косностью» всего населения уезда, в том числе и русского478.

472 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 170. Л. 496, 557-557 об.

473 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 165. Л. 98-98 об., 248.

474 Косенко М.Я. Аграрная реформа Столыпина в Саратовской губернии. Диссертация. канд. ист. наук. Саратов, 1950. С. 189-190.

475 Воронежцев А.В. Указ. соч. С. 227.

476 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 165. Л. 122.

477 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 165. Л. 122 об.

478 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1510. Л. 66.

Выделы в мордовских селах имели место преимущественно при переселении в Сибирь.

На отрицательном восприятии реформы сказались не только традиции. На ее ход повлияло множество факторов: размеры надела, его местонахождение, качество почвы, наличие пастбищ, водоемов и лесных угодий, наличие и близость к транспортным путям, населенным пунктам и, следовательно, к рынку, церкви, больнице, школе и т.п., административное давление, психологически вызывавшее отторжение реформы, сопротивление и угрозы общинников. Следствием стало дальнейшее отчуждение крестьянского мира от правительственной администрации и его радикализация.

Приложение

Сведения о землеустройстве крестьян Саратовской губернии в 1907-1914 гг.1

Уезды Количество ходатайств Количество принятых

проектов

о едино- о группо- о едино- о группо-

личном вом земле- личном вом земле-

землеуст- устройстве землеуст- устройстве

ройстве ройстве

Аткарский 10527 8047 2942 2850

Балашов-

ский 13726 2815 11524 2815

Вольский 7683 38041 1214 13517

Камы-

шинский 21828 9808 13244 не было

Кузнец-

кий 3380 12448 нет сведе- нет сведе-

Петров- ний ний

ский 13121 15583 5644 9646

Саратов- нет сведе- нет сведе- нет сведе- нет сведе-

ский ний ний ний ний

Сердоб-

ский 20189 3464 8061 2439

Хвалын-

ский 6869 10355 2360 462

Царицын- нет сведе- нет сведе- нет сведе- нет сведе-

ский ний ний ний ний

По губер-

нии 97323 100561 44989 31729

1 ГАСО. Ф. 400. Оп. 1. Д. 1510. Л. 38 об.-83.

177

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.