Проблемы экономики и юридической практики
4'2018
13.4. КОРРУПЦИЯ В ПЕРИОД СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ
Аксенова Анна Владимировна, научный сотрудник НИЦ-3
Место работы: Научно-исследовательский институт ФСИН России
sharonova-anna@mail.ru
Дроздова Елена Анатольевна, кандидат юридических наук, научный сотрудник НИЦ-3 Место работы: Научно-исследовательский институт ФСИН России
gorbunovala@yandex.ru
Аннотация: авторы, рассматривая перечень критериев систематизации коррупционной преступности, выделяют наиболее часто встречающиеся в период социально-экономической неопределенности разновидности. Авторы делают вывод о том, что для предупреждения и пресечения коррупции в системе управления необходимо различать их по способам проявления и принимать соответствующие законодательные и организационные меры. Ключевые слова: коррупция, неопределенность, экономика, управление, общество.
CORRUPTION IN THE PERIOD OF SOCIO-ECONOMIC UNCERTAINTY
Aksenova Anna V., scientific employee of SIC-3
Work place: National Research Institute of the Penal system of the Russian Federation
sharonova-anna@mail.ru
Drozdova Elena A., PhD in law, scientific employee of SIC-3
Work place: National Research Institute of the Penal system of the Russian Federation
gorbunovala@yandex.ru
Annotation: the authors considering the list of criteria for systematization of corruption crime identify the most common during the period of socio-economic uncertainty varieties. The authors conclude that in order to prevent and combat corruption in the system of governance it is necessary to distinguish them by means of manifestation and to take appropriate legislative and organizational measures.
Keywords: corruption, uncertainty, economy, governance, society.
Российское сообщество находится в процессе сложного качественного роста, когда совершенствуются механизмы его социального и политического устройства. Усложнение структурно-функциональной направленности общественного воспроизводства в условиях глобального кризиса порождает многочисленные нестабильные состояния, актуализирует имеющиеся и создает новые социальные и политические проблемы. Связанные с этим кризисные ситуации требуют социальной консолидации и мобилизации, перераспределения управленческой воли и ответственности в рамках антикризисных стратегий государственного управления социальными процессами.
Сложившаяся ситуация обуславливает как проблемы правового регулирования, реализации и применения права, так и проблемы формирования коррупциогенных факторов и коррупционных отношений.
Социально-экономическая неопределенность - плодородная почва для произрастания коррупции. Традиционно, право запаздывает за развитием реальной жизни и требует временных затрат для осмысления жизненных обстоятельств, их регламентации через категории дозволений и запретов и, тем больше времени требуется для формирования единообразной практики правоприменения.
Для этого, необходимо уяснить понимание термина «коррупция» и выявить её признаки, предпринять попытку исследовать систему коррупционных правонарушений и в завершении изучить социально-экономические и иные факторы возникновения современной коррупции.
В Федеральном законе от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» [1] не содержится определения коррупции, а лишь дается перечисление коррупционных правонарушений при этом полностью не раскрываются содержания перечисленных правонарушений [2, с. 112].
Безусловно, в науке встречается огромное количество определений коррупции, однако исчерпывающего либо единообразного просто не существует.
В этой связи, исходя из анализа имеющихся точек зрения и официального определения коррупции, к ней можно отнести деяние совершенное любым «чиновником», государственным или муниципальным, который воспользовавшись своими должностными возможностями в целях достижения личных интересов, проигнорировав либо намеренно реализовав свои возможности вопреки общественным и государственным интересам. При этом необходимо признать, что использование «чиновником» своих должностных полномочий и в личных интересах, и в интересах государства и общества, когда оба эти процесса совпадают, не является коррупцией.
Это первая пограничная точка определения совпадение и расхождение личных и государственно-общественных интересов. Если с этической точки зрения, философской граница вполне явна, то с юридической точки зрения возникает ряд проблем. Другая проблема это степень реализации личного интереса и государственно-общественного. К примеру, донос на сослуживца или интрига «в интересах дела» дает доносчику или интригану определенные карьерные и денежные преференции. Можно ли считать интригу и донос коррупцией? Вре-
Аксенова А. В., Дроздова Е. А.
КОРРУПЦИЯ В ПЕРИОД СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ
дит ли степень личной заинтересованности делу? Как определить коррупционный вред от личной заинтересованности в поле государственно-общественного?
Необходимо признать, что, с юридической точки зрения, здесь вообще невозможно идентифицировать коррупционную составляющую.
Проблема вторая это любое действие при исполнении должности, выходящее за рамки государственно-общественных интересов, нужно считать коррупцией. В этом случае разговоры в служебном помещении, не относящиеся к профессиональной деятельности или прием пищи все это можно отнести к коррупции. В данном случае возможна нормативная регулировка, например, установка рабочего регламента с четким равенством всех чиновников пред установленными нормами регламента. Но и здесь не все так просто.
Любая иерархическая система предполагает дифференциацию должностей, а с ними различие и ответственности и преференций должностных лиц в зависимости от их статуса. А значит невозможно установление единого нормативного регламента.
Это только две исходные проблемы регулирования деятельности «чиновников», можно перечислить и другие, но проблема в том, что любой «чиновник» это биологическое существо со своими пороками и личными интересами.
Полагаем, что именно личный интерес является предпосылкой возможности коррупции, но именно личный интерес и лежит в основе реализации государственно-общественных интересов. Поэтому успешная государственно-муниципальная система - та, в которой урегулированы личные и общественные интересы чиновника. Важнейшими регуляторами личных и общественных интересов являются институты социального контроля.
Категория «коррупционное правонарушение» имеет межотраслевой характер и включает коррупционное административное правонарушение, коррупционное дисциплинарное нарушение, коррупционное гражданское правонарушение, коррупционное этическое нарушение, влекущее дисциплинарную ответственность, и коррупционное преступление [3, с. 107].
Критериями классификации в системе коррупционных правонарушений могут выступать механизмы реализации: опосредованные и непосредственные, внутренние или внешние его формы по отношению к совершаемому действию.
В первом случае выстраивается непосредственное (внутреннее) взаимодействие между объектом и предметом коррупционных отношений. Это хорошо иллюстрируется на примере коррупции в избирательном процессе.
Избирательное законодательство, обеспечивает общие «правила игры» для субъектов избирательного процесса, системы избирательных комиссий, осуществляющих организацию выборов и передачу власти вновь избранным представителям, использование административных рычагов давления на избирателей. Выстраивается непосредственное (внутреннее) взаимодействие между объектом и предметом коррупционных отношений. Например, кандидату на выборную должность и его команде в рамках электорального маркетинга добиться оптимального воздействия на избирателей для достижения целей избирательной кампании с помощью специальных коррупционных средств и методов (подкуп избирателя, «карусель» и т. д.).
Важно, что избирательные комиссии в большинстве своем находятся под контролем местных властей и весьма «избирательно» относятся к кандидатам, в зависимости от того, поддерживают их власти или нет. По экспертным оценкам, сегодня минимум 3-5 % голосов добавляется нужному кандидату только за счет махинаций в избирательных и счетных комиссиях.
Выделяют «защищенные» и «коалиционные» формы коррупционных взаимосвязей. Защищенные взаимосвязи в коррупции это действия, когда посредником необязательно является одно лицо. Это может быть цепочка нескольких заинтересованных лиц, которые осведомлены лишь только о своих целях и функциях. Например, государство имеет пакет акций успешного предприятия, предприниматель получает его в управление с одновременным контролем реализации продукции и денежных потоков. Если продукция экспортная, то часть денег оседает за пределами государства, якобы для закупки сырья. На самом же деле используется для приобретения недвижимости или обучения детей в престижных европейских вузах и т.д. Естественно, что чиновники, стоящие у истоков этой коррупционной схемы, вознаграждаются
«Защищенная» форма коррупции характерна для начальных периодов возникновения отношений такого рода. По мере их развития и проникновения в государственные структуры строятся и формируются новые схемы, основу которых составляют глубоко латентные связи. Современная схема такой технологии появилась достаточно недавно. Суть ее состоит в том, что коррупционер связан только с одним посредником, который в свою очередь контролирует весь механизм коррупционного контракта. Опасность таких «операций» очевидна: выпадение (по разным стечениям обстоятельств) из структуры посредника приводит к тому, что вся коррупционная преступная группа редко становится досягаемой для правоохранительных органов. Чаще всего такая группа соучастников по своему составу неоднородна: внутри ее образуется ядро, представленное наиболее заинтересованными лицами, которые осуществляют постановку целей, контролируют деятельность членов сообщества и распределяют сверхплату. Они решают вопрос о привлечении к коррупционным контрактам чиновников из числа постоянного состава, а непосредственно к сделкам — «временщиков» (для решения отдельных задач).
Одна из самых грязных коррупционных преступных схем рассматриваемой разновидности состоит в том, что «чиновник» использует свой статус для имитации нарушения со стороны юридического лица или другого чиновника в целях получить сверхплату за реализацию интересов третьих лиц. Например, государственное предприятие стоит в шаге от процедуры банкротства. Шансы у кредиторов предприятия получить свои долги практически отсутствуют. Поэтому они распродают долговые обязательства за 10-15 % от номинала. Эти обязательства скупают структуры, которые связаны с чиновником, отвечающим за вывод предприятия из кризиса. Вдруг «неожиданно» предприятие получает от государства кредит на санацию, а антикризисный управляющий полностью погашает задолженность перед кредиторами. 90 % долговых обязательств идут в «карман» дальновидному чиновнику и его соучастникам.
Таким образом, специфика рассмотренной разновидности группы способов совершения коррупционных преступлений состоит в постоянном непосредственном соотнесении субъекта коррупционных отношений с конъюнктурой рынка — инте-
Проблемы экономики и юридической практики
4'2018
ресами, потребностями, ценностными ориентациями, поведением и типом культуры общества и государства.
Вторую группу составляют те способы и формы проявления коррупции, которые обеспечивают организацию и проведение того или иного коррупционного действия, направленные на создание предметной инфраструктуры (а именно: организационно-правового каркаса, социальных, технических и экономических параметров действия предмета и объекта). Например, использование государственного и муниципального бюджета, нормативных актов, бюрократических услуг, системы госзакупок, процессов лоббирования по принятию нужных коррупционеру нормативных тактов, рейдерства, оборота земель и т. д.
Например, как отмечалось на координационном совещании правоохранительных органов ДФО (декабрь 2017 г.), в Приморском крае одним из подходящих поводов для совершения преступлений стало перераспределение земельного фонда в рамках строительства объектов саммита АТЭС. Основным способом совершения преступлений является незаконное выведение из собственности муниципальных образований земельных участков при осуществлении строительной деятельности. Противоправная деятельность позволяет приобретать государственные и муниципальные земли по ценам в десятки раз ниже рыночной стоимости. Наносится колоссальный ущерб государству и муниципальным образованиям. Такие преступления могут совершаться только организованными группами, располагающими значительными финансовыми средствами, коррупционными связями в органах власти и контролирующих органах. Например, продолжается расследование по уголовным делам, возбужденным в отношении членов организованной преступной группы по фактам мошеннических действий с земельными участками, выделенными под строительство сооружений и инженерных коммуникаций города Владивостока (ч. 4 ст. 159, ч. 2 ст. 327, ч. 2 ст. 187 УК РФ). Члены ОПГ путем подделки официальных документов совершили хищение земельных участков, являющихся государственной и муниципальной собственностью Администрации Владивостока, с причинением ущерба на сумму свыше 100 млн. рублей. Всего по данным уголовным делам выявлено более 15 эпизодов хищений путем мошенничества, 18 эпизодов подделки документов, 5 эпизодов изготовления и сбыта платежных документов [4, с. 11].
Приведенный перечень критериев систематизации коррупционной преступности позволяет выделить наиболее часто встречающимися в современный период её разновидности. В связи с этим для предупреждения и пресечения коррупции в системе управления необходимо различать их по способам проявления и принимать соответствующие законодательные и организационные меры.
Статья проверена программой «Антиплагиат». Оригинальность 80,69%.
Список литературы:
1. «Собрание законодательства РФ», 29.12.2008, № 52 (ч. 1), ст. 6228.
2. Едкова Т.А., Иванюк О.А., Сороко А.В. и др. Участие институтов гражданского общества в борьбе с коррупцией: научно-практическое пособие / отв. ред. Ю.А. Тихомиров. М.: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, ПОЛИГРАФ-ПЛЮС, 2013. 230 с.
3. Максимов С. Коррупционная преступность в России: правовая оценка, источники развития, меры борьбы // Уголовное право. 1999. № 2. С. 107-108.
4. Антикоррупционная политика России и ее субъектов: состояние и перспективы развития. Материалы научно-практического семинара (г. Владивосток, 26 февраля 2010 г.). Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та. 2010. 120 с.
5. Комов С.А. К вопросу о влиянии коррупции на экономику. // Проблемы экономики и юридической практики. 2017. № 2. С. 191-194.
6. Комов С.А. О некоторых мерах государственной политики по противодействию коррупции. // Проблемы экономики и юридической практики. 2017. № 1. С. 154-158.
РЕЦЕНЗИЯ
на статью научного сотрудника НИЦ-3 ФКУ НИИ ФСИН России, кандидата юридических наук Дроздовой Е.А. и научного сотрудника НИЦ-3 ФКУ НИИ ФСИН России Аксеновой А.В. «Коррупция в период социально-экономической неопределенности» Тема рецензируемой статьи «Коррупция в период социально-экономической неопределенности» является актуальной в вопросах перечня критериев систематизации коррупционной преступности.
Авторы статьи рассматривая коррупцию в период социально-экономической неопределенности делают вывод о том, что для предупреждения и пресечения коррупции в системе управления необходимо различать их по способам проявления и принимать соответствующие законодательные и организационные меры.
Статья «Коррупция в период социально-экономической неопределенности» написана грамотно, изложена доступным для восприятия стилем, выдержана структурно.
Оригинальность текста, по результатам проверки в системе «Антиплагиат» составляет 80,69%.
Вывод: статья Дроздовой Е.А., Аксеновой А.В. может быть рекомендована к опубликованию в журнале «Проблемы экономики и юридической практики».
Главный научный сотрудник НИЦ-1
ФКУ НИИ ФСИН России
доктор юридических наук, профессор
С.Х. Шамсунов