КАТЕГОРИЯ «ПРАВОНАРУШЕНИЕ» В ТРУДАХ А.Н. РАДИЩЕВА
ЕГОРОВ Александр Александрович,
преподаватель кафедры теории государства и права
Московского государственного юридического университета им. О. Е. Кутафина (МГЮА). E-mail: Egorov.a90@mail.ru
Краткая аннотация: Статья посвящена воззрения на правонарушение выдающегося русского просветителя родоначальника революционных идей в отечественной философии Александра Николаевича Радищева. Исследуются осознанно-волевой характер деяния, вред, а также взаимосвязь деяния и вреда. В заключении приводятся обобщающие выводы.
Abstract: The article is devoted to views on the offense of the outstanding Russian enlightener, the founder of revolutionary ideas in Russian philosophy Alexander Radishchev. It's examined consciously volitional nature of the act, the harm and the relationship between act and harm. In conclusion General conclusion are given.
Ключевые слова: право, неправо (обида), личная вольность, личная сохранность, осознанно-волевой характер деяния, вина, вред.
Keywords: right, wrong (the offense), personal liberty, personal safety, consciously volitional nature of the act, fault, harm.
Общеизвестно, что жизнь общества представляет собой реализацию различных форм общественных отношений. Государство с момента своего возникновения стремится придать социальным связям и отношениям устойчивую форму. Наиболее совершенным регулятором существования социума во все времена выступало право. Тем не менее, в ряде случаев физические и юридические лица могут не соблюдать императивные требования законодателя, т. е. совершать правонарушения.
Правонарушение традиционно исследуется, по сути, всеми социальными науками. Однако особая роль по понятным причинам отводится юриспруденции. Современные представления о понятии, признаках, составе и видах этого социально - правового явления возникли отнюдь не сразу, а явились результатом накопления, осмысления и систематизации эмпирического материала. Вместе с тем любая эмпирика должна опираться на доктринальные взгляды исследователей, т. е. иметь теоретико-правовой базис. Это закономерность носит не только общеисторический, но и общемировой характер. В рамках отечественной мысли целесообразно обратиться к творчеству крупнейшего представителя русской юриспруденции XVIII
века Александра Николаевича Радищева (1749 - 1802)1.
По своим общественно-правовым взглядам он был близок к плеяде русских просветителей, занимая в их ряду особое место. Эта самобытность объясняется тем, что Александра Николаевича по праву считают родоначальником революционных идей в отечественной науке. «Бунт - не программа, а скорее прогноз Радищева, но он не относился к возможному бунту
2
отрицательно, признавая его законность» , -пишет о нем Н. М. Азаркин. Резко отрицательное отношение самого исследователя к алчности дворянства как основы существующего общественно - политического строя
можно проиллюстрировать следующей цитатой: «Не ведаете ли любезные наши сограждане, коликая нам предстоит гибель, в коликой мы вращаемся опасности. Загрубелые все чувства рабов, и благим свободы мановением в движение непреходящая, тем укрепят и усовершенствуют внутренне чувствование. Поток, загражденный в стремлении своем, тем сильнее становится, чем тверже находит проти-
1 Азаркин Н. М. История юридической мысли России: Курс лекций. М.: Юрид. лит. 1999. С. 187 - 188.
2 Там же. С. 188.
востояние. Прорвав оплот единожды, ни что уже в разлитии его противиться ему не возможет. <...> И ее пагуба зверства разливается быстротечно. Мы узрим окрест нас меч и отраву. Смерть и пожигание, нам будет посул за нашу суровость и бесчеловечие»1. Александр Николаевич, признавая пагубность для России самодержавия и крепостнического строя, писал: «Самодержавие есть наипротивнейшее человеческому естеству состояние. Мы не токмо не можем дать над собою неограниченной власти, но ниже закон извет общей воли, не имеет другого права наказывать преступников, опричь права собственной сохранности»2. Попрание закона правителем дает полное право народу его также не соблюдать и свергнуть действующую власть. Таким образом, соблюдение закона обязательно не только для населения, но и для правителя.
Несмотря на принципиальную важность революционных идей А. Н. Радищева, необходимо понимать, что это отнюдь не единственный его вклад в отечественную науку. Как справедливо отмечает Б. С. Ошерович: «Радищев является крупнейшим мыслителем XVIII столетия. Больше всего его знают как автора «Путешествия из Петербурга в Москву», как философа, политика, борца за освобождение крестьян, но его мало знают как юриста - криминалиста» . Вместе с тем в своих воззрения применительно к феномену правонарушения пошел значительно дальше С. Е. Десницкого. Прежде чем исследовать его воззрения на противоправное деяние необходимо хотя бы в самом общем виде отметить его взгляды на государство и право.
«Государство есть великая махина, коя цель есть блаженство граждан»4, - считает исследователь. Нравы и законы выступают в роли пружин, приводящих в движение государство. Цель закона заключается в обеспечении не-
1 Радищев А. Н. Путешествие из Петербурга в Москву // Полное собрание сочинений. Т. 1. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1938. С. 320.
2 Сухомлинов М. И. Исследования и статьи по русской литературе и просвещению. Т. 1. СПб. 1889. С. 565 - 566.
3 Ошерович Б. С. Очерки по истории русской уголовно - правовой мысли (вторая половина XVIII века - первая четверть XIX века). М.: Юрид. изд - во Министерства юстиции СССР. 1946. С. 149.
4 Радищев А. Н. Опыт о законодавстве // Полное собрание сочи-
нений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. С. 5.
порочности нравов. Признавая существование естественного и положительного законов, Александр Николаевич справедливо полагает, что второй не истребляет первого. В качестве примера стоит процитировать следующую мысль ученого: «Закон есть только подтверждение того, что человеку даровала природа» . Предметом всех положительных законов ученый считал право и неправо.
«Право, или должное, есть то, что закон предписует к исполнению или что дозволяет. Неправо, или обида, есть то, что закон делать запрещает»6, - убежден ученый. Таким образом, исследователь намечает прообраз современных форм правомерного и неправомерного поведения, сводя первое к обязываниям и дозволениям, а второе - к запретам. Осознание человеком правомерности и противоправности своего поведения, по мнению Александра Николаевича, существует уже на подсознательном уровне. «.уже в естественном состоянии человеку «вследствие его чувственного состава» свойственно внутренне ощущение правого и неправого», - пишет Н. М. Азаркин. Однако признавая этот факт исследователь не питал по этому поводу иллюзий и признавал, что закон может нарушаться.
«.человек есть существо самолюбящее и все свои деяния по своей пользе размеряющее, и нужно деяния его наклонять к общему»7, - убежден Александр Николаевич. Таким образом, первая причина возможности попрания закона коренится в природе самого человека, который может его не соблюдать ввиду личных выгод. Вторая причина состоит в неспособности самого закона соответствовать потребностям времени. «Сколь законы ни мудры, сколь они не ясны в показании прав общих и прав личных, <...> но время, перемена в обычаях и нравах, в образе мыслей, проистекающая от просвещения или загрубелости, а паче всего человеческие страсти делают мудрость их напрасною; умствование и ябеда затмевают их истинный смысл, наглость и ухищрение претят их дейст-
5 Радищев А. Н. Опыт о законодавстве // Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. С. 11.
6 Азаркин Н. М. Указ. соч. С. 190.
7 Радищев А. Н. О добродетелях и награждениях // Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. С. 28.
вительности, <...> и так законы становятся обветшалыми, деятельность их мертвеет, права и обязанности становятся ненадежными»1, - констатирует исследователь.
Александр Николаевич приходит к выводу, что верховная власть правомочна направлять в стезю закона посредством употребления воспретительных, побуждающих или предупреждающих средств . Первая группа средств находит свое олицетворение в виде наказаний, вторая представляет собой награждения и, наконец, третья состоит в охранительных мерах. Важно отметить, что признавая возможность несоблюдения человеком закона, т. е. возводя его в ранг потенциального субъекта правонарушения, исследователь формулирует ряд положений, защищающих естественные права индивида.
«Человек, происходя на свет, есть равен во всем другому», - убежден просветитель. Александр Николаевич не просто формулирует общефилософскую категорию равенства, а наполняет ее собственно юридическим содержанием. Равенство граждан состоит в равной зависимости от закона и неизбежности наказания за совершенное преступление . На основании этих тезисов ученый формирует четкий прообраз правового статуса человека: «Вольность личная состоит: 1 - е в равенстве всех граждан. 2 - е никто без суда да не накажется. 3 - е взятый под караул и три дни не допрашиван берется в совестном суде, по требованию его»4. Принципиальное значение исследователь придавал охране личности в качестве объекта правонарушения.
«Сохранность личная состоит в невозбранном употреблении своей жизни, здравия, членов и доброго своего имени»5, - очерчивает круг аспектов неприкосновенности личности ученый. «Никто да не убиет гражданина. Для общей токмо пользы может высшая власть отъяти у него живот (жизнь. - А. Е.)»6. Таким образом, правомерно причинить человеку на-
1 Радищев А. Н. О законоположении // Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. С. 150.
2 Радищев А. Н. Опыт о законодавстве // Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. С. 10.
3 Там же. С. 13.
4 Там же.
5 Там же.
6 Там же.
смерть может лишь публичная власть для обеспечения общей пользы. «Никто да не причинит болезни гражданину (скорее всего речь идет о болезненных наказаниях. - А. Е.), никто да не лишит его члена (в XVIII веке действовали нормы Соборного Уложения 1649 года, в ряде случаев предусматривающего членовредительские наказания. - А. Е.); ибо он нужен быть может обществу и себе»7. «Никто да не дерзнет безвозмездно бранить, поносить или бесчестить гражданина. Закон налагает за то пеню»8. Таким образом, закон охраняет не только жизнь и здоровье, но и честь человека.
Необходимо отметить, что Александр Николаевич не просто употребляет термины «преступление» или «обида», но и намечает градацию противоправного поведения на виды. «Законы уголовные определяют, что есть преступление, проступок или погрешность, то есть
9
в чем состоит противозаконное деяние» , - полагает исследователь. Все преступления ученый делит на следующие виды: против жизни и здоровья; против чести и доброго имени; против свободы; против имения; против спокойст-
10
вия; против мысли или мнения» . Ученый рассматривал не только видовой состав непосредственных объектов, но сформулировал доктри-нальный общетеоретический взгляд по этому вопросу.
Т. Г. Понятовская пишет: «Так, по мнению Радищева, всякое преступление оскорбляет: 1) саму природу (т. е. необходимые, естественные условия существования человека), или 2) общество (т. е. закон политической общности, общественного блаженства, определяющий достаточную совокупность свобод): или 3) закон и постановление (т. е. необходимые для обеспечения первых двух условий институты госу-дарства)»11. Соглашаясь с этой позицией, стоит все же уточнить, что любое правонарушение посягает на все эти аспекты сразу, а не на какой - то в отдельности. В структуре непосредствен-
7 Там же.
8 Там же.
9 Радищев А. Н. Проект для разделения Уложения Российского // Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. С. 166.
10 Там же.
11 Понятовская Т. Г. Концептуальные основы уголовного права России: история и современность. Дис. ... докт. юрид. наук. Казань. 1996. С. 21.
ных объектов противоправных деяний нет указаний на государственные и религиозные преступления.
Александр Николаевич совершенно справедливо непременным признаком деяния считал его осознанно - волевой характер. «Деянию всякому предидет всегда в человеке воля, намерение. Где нет воли, где нет намерения, там нет в законе деяния. Где нет свобо-
1
ды в деянии, о том закон не судит» , - категоричен ученый. «Действия, совершенные свободно, без всякого принуждения извне, могут порождать права и обязанности. Если же свобода воли была нарушена вследствие внешних обстоятельств или же вследствие болезни субъекта, то его действия не порождают прав и обязанностей»2, - отмечает Б. С. Ошерович. Эта догадка исследователя подводит к анализу его взглядов на формы вины правонарушителя.
Умышленное деяние должно караться наиболее сурово. Деления умысла на прямой и косвенный А. Н. Радищев не проводил. Вместе с тем достаточно интересно отметить его позицию по вопросу неумышленной формы вины. «Хотя случайное следствие деяний не может причтено быть никому, но поскольку во всяком предполагается рассудок, свободное воли определение, сведение о законах, доколе противное не доказано; то всяк, в обществе живущий, обязан употреблять рассудок свой в делах гражданских и прилагать внимание, дабы деяния его законам соответствовали»3, - убежден исследователь. Таким образом, неосторожные деяния подлежат меньшему наказанию, чем умышленные.
Александр Николаевич сформулировал представление о формах неосторожности. «Если бы, чтобы избежать или не сделать проступка, не нужно было (при обыкновенных разума способностях действующего) великое напряжение внимания, то проступок таковой или вина,
1 Радищев А. Н. Проект Гражданского уложения // Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. С. 172.
2 Ошерович Б. С. Очерки по истории русской уголовно - правовой мысли (вторая половина XVIII века - первая четверть XIX века). М.: Юрид. изд - во Министерства юстиции СССР. 1946. С. 183.
3 Радищев А. Н. Проект Гражданского уложения // Полное соб-
рание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР.
1952. С. 176.
которой можно было бы избегнуть без дальнего внимания, назвать можно проступком грубым или первой степени», - полагал ученый. Эта форма неосторожной вины ассоциируется с понимание косвенного умысла, который Александр Николаевич еще не выделял. «Если же для избежания проступка нужно было обыкновенное только внимание, то вина, проистекшая от недостатка такого обыкновенного внимания, есть вина второй степени или вина посредственная», - считал просветитель. В данном случае речь идет о небрежности, т. е. ситуации, когда виновный ввиду недостаточной осмотрительности не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий.
Александр Николаевич выделял еще одну форму неосторожной вины: «Но если для избежания проступка нужны были или необыкновенное внимание или великие способности, или особые знания, или о вещах сведения отменные; то вина, проистекшая от недостатка всего вышесказанного, велика быть не может и будет вина третьей степени, вина малая»4. Эта конструкция не вписывается в современные представления о легкомыслии или небрежности. Вероятно, имеется ввиду прообраз непреодолимой силы, освобождающей от ответственности.
Исследователь разработал прообраз отдельных элементов объективной стороны правонарушения. В его трудах можно встретить представления о вреде: «Вред, ущерб или убыток произойдет тогда, когда состояние человека придет в худшее положение соотносительно его тела, его свободы, его чести или доброго имени, его безопасности или его имения»5. Таким образом, определяя правовую природу признака вреда, Александр Николаевич намечает прообраз его видов - материального и нематериального. Лицо, причинившее вред может выступать его виною в большей или меньшей степени, т. е. в зависимости от того, находится ли этот вред в связи с совершенным деянием. Таким образом, ученый намечает прообраз классической структуры объективной стороны правонарушения, состоящей в деянии, вреде и юридически значимой причинно - следственной связи.
4 Там же.
5 Там же. С. 188.
Если вред не явился результатом совершенного деяния, то потенциальный правонарушитель освобождается от ответственности. Это умозаключение можно проиллюстрировать позицией самого просветителя: «Но если вред, причиненный, не был непосредственным следствием оскорбления, а оскорбленный сам в отвращение вреда имел явное небрежение, то удовлетворения за вред таковой требовать не можно, а еще меньше удовлетворять за прибыль, которая бы быть могла, если бы не было оскорбления...» (Радищев А. Н. Проект Гражданского уложения // Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд-во Академии Наук СССР. 1952. С. 189). Признавая необходимость компенсации причиненного ущерба, Александр Николаевич совершенно справедливо допускал оговорку, согласно которой в некоторых случаях возможен невосполнимый вред.
«Цены убиенному человеку, умышленно или неумышленно, определить не можно, ибо, сверх общих чувствований человечества, потеря таковая есть всегда неоценимая» (Радищев
Библиография:
А. Н. О ценах за людей убиенных // Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. С. 189), - отмечал исследователь. Таким образом, ученый выделял вос-полнимый и невосполнимый вред. Рассмотрев воззрения Александра Николаевича Радищева на правонарушение, необходимо сформулировать ряд обобщающих выводов.
Во-первых, закладывает идея общенародного государства, назначение которого состоит в обеспечении благоденствия граждан.
Во-вторых, исследователь различает естественный и положительный законы, которые не подменяют друг друга. Закладывается прообраз неотчуждаемых прав человека на жизнь, телесную неприкосновенность и достоинство.
В-третьих, появляется доктринальная классификация правонарушений на виды, как по отраслевому критерию, так и в зависимости от непосредственного объекта противоправного деяния. Подчеркивается осознанно - волевой характер противоправного поведения и формы вины правонарушителя.
1. Азаркин Н. М. История юридической мысли России: Курс лекций. М.: Юрид. лит. 1999. - 528 с.
2. Ошерович Б. С. Очерки по истории русской уголовно - правовой мысли (вторая половина XVIII века - первая четверть XIX века). М.: Юрид. изд - во Министерства юстиции СССР. 1946. - 312 с.
3. Понятовская Т. Г. Концептуальные основы уголовного права России: история и современность. Дис. ... докт. юрид. наук. Казань. 1996. - 345 с.
4. Радищев А. Н. Путешествие из Петербурга в Москву // Полное собрание сочинений. Т. 1. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1938. - 600 с.
5. Радищев А. Н. Полное собрание сочинений. Т. 3. М. - Л.: Изд - во Академии Наук СССР. 1952. - 673 с.