УДК 347.93
К ВОПРОСУ О СПОСОБАХ ЗАЩИТЫ ЧЕСТИ И ДОСТОИНСТВА КОНСТИТУЦИОННЫМ
СУДОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Пирбудагова Д.Ш. Дагестанский государственный университет, г. Махачкала, Российская Федерация,
kafedraconst@mail. ru
Гаджиалиева Н.Ш. Дагестанский государственный университет, г. Махачкала, Российская Федерация, naidka79@mail.ru
В статье исследуется правовой механизм защиты чести и достоинства органами конституционной юстиции. Основными методами достижения результатов являются формально-юридический, статистический, отдельные логические приемы. Статья имеет как теоретическое, так и практическое значение. В ней исследуются роль и значение органов конституционной юстиции в защите таких нематериальных благ как честь и достоинство. Особое место в статье уделяется анализу практики Конституционного Суда РФ по защите чести и достоинства, исследованию правовых позиций Конституционного Суда по вопросам реализации конституционного права на защиту чести и достоинства; рассматривается теоретическое понятие позитивно-отказных определений и выявляется их значение для правоприменительной практики.
В статье анализируются новые положения ФКЗ о Конституционном Суде РФ, в частности, положения ст. 47.1 ФКЗ о Конституционном Суде РФ, устанавливающие новую процедуру рассмотрения и разрешения дел без проведения слушания, отмечается их положительное значение для совершенствования конституционно-правового механизма защиты чести и достоинства.
В статье сделаны выводы о способах защиты чести и достоинства органами конституционной юстиции.
Ключевые слова: Конституционный Суд, конституционное судопроизводство, защита чести и достоинства, правовая позиция, способы защиты права.
UDK 347.93
TO THE QUESTION OF HOW TO PROTECT THE HONOR AND DIGNITY OF THE CONSTITUTIONAL COURT OF RUSSIAN FEDERATION
Pirbudagova D.Sh., Dagestan State University, Makhachkala, Russian Federation, kafedraconst@mail.ru Gadzhialieva N.Sh., Dagestan State University, Makhachkala, Russian Federation, naidka79@mail.ru
The legal mechanism of honor and dignity protection by bodies of the constitutional justice is examined in the article. The main methods of achievement of results are legalistic, statistical, separate logical receptions. The article has both theoretical, and practical value and deals with a role and value of bodies of the constitutional justice in protection of such non-material benefits as honor and dignity. It is analyzed the practice of the Constitutional Court of the Russian Federation on honor and dignity protection, research of legal positions of the Constitutional Court on realization of a constitutional right on honor and dignity protection; the theoretical concept of positive and negative definitions is considered and their value for law-enforcement practice is detected.
The article analyzes new regulations of the Federal constitutional law on the Constitutional Court of the Russian Federation, in particular the provisions of Art. 47.1 of this law about the Constitutional Court of the Russian Federation establishing new procedure of consideration and permission of affairs without carrying out hearing; positive value for improvement of a constitutional legal mechanism of honor and dignity protection is also noted.
Our conclusions are made about the way of protection honor and dignity by bodies of the constitutional
justice.
Key words: Constitutional court, constitutional legal proceedings, honor and dignity protection, legal position, ways of protection of the right.
Существенную роль в обеспечении прав и свобод человека и гражданина, включая его конституционные права и свободы, играют органы конституционной юстиции.
«За время своей деятельности Конституционный Суд РФ стал важнейшим институтом рос-
сийской государственности, стабилизирующим фактором в сложный переходный период российского общества. Он плодотворно и устойчиво функционирует, воспитывает уважение к конституционным ценностям, формирует конституцион-
но-правовое мировоззрение у должностных лиц и граждан» [1].
Защищая конституционные приоритеты, Конституционный Суд РФ неоднократно обращался к проблеме реализации конституционного права на защиту чести и достоинства. Планомерное реформирование института защиты чести и достоинства вовлекло в этот процесс и высший орган конституционного правосудия. Вызвано это, прежде всего, тем, что реализация конституционного права на свободу мысли и слова создавала и создает коллизию с конституционным правом на защиту чести и достоинства. В этой ситуации судьи Конституционного Суда РФ выступают в качестве своего рода «экспертов», которые решают сложнейшие вопросы баланса равноценных конституционных ценностей, поиска оптимальных конституционно-правовых решений возникающих коллизий и проблем.
Органы конституционной юстиции обеспечивают реализацию конституционного права на защиту чести и достоинства (доброго имени) посредством конституционного правосудия.
При этом Конституционный Суд может осуществлять защиту прав и свобод человека и гражданина путем использования абстрактного и конкретного контроля за соответствием конституции законов и иных нормативных актов. «Суть абстрактного контроля состоит в проверке конституционности нормативных актов при наличии обоснованного предположения уполномоченного лица о наличии противоречия между нормативным актом и Конституцией РФ безотносительно к конкретному делу (спору), в котором этот нормативный акт применен или подлежит применению» [2]. Конкретный контроль осуществляется в связи с какими-либо конкретными делами, для решения которых необходимо применение определенного нормативного акта [3]. С помощью конституционно-контрольной деятельности происходит своего рода приращение и актуализация нормативного содержания конституционных ценностей и принципов, а также установление их сбалансированного взаимодействия [4].
Как показывает практика Конституционного Суда РФ, значение института защиты чести и достоинства за последнее десятилетие возрастает.
За период с 2005 года по 2015 год Конституционный Суд РФ рассмотрел 18 дел, в которых предметом рассмотрения были вопросы защиты чести и достоинства человека. Из них в 2006 г. было рассмотрено 2 дела, в 2007 - 1, в 2008 г. - 1 дело, 2009 г. - 1 дело, в 2010 - 2 дела, 2011 - 3, в 2012 - 1 дело, в 2013 количество рассмотренных дел составило - 4, в 2014 - 2 дела, в 2015 - 1 дело [5].
Анализ практики обращений в Конституционный Суд РФ по поводу защиты чести и достоинства показывает, что они поступали от граждан и их объединений. Официальными запросами указанные дела не инициировались. Таким образом,
применительно к защите чести, достоинства и деловой репутации у нас сложилась модель конкретного конституционного нормоконтроля, осуществляемого в форме рассмотрения индивидуальной жалобы.
Содержательный анализ постановлений КС РФ, выносимых по результатам рассмотрения жалоб, позволяет говорить, что в середине девяностых годов весьма актуальным был вопрос: не ущемляет ли право на защиту чести и достоинства другие конституционные права, в частности, право на свободу слова? В определении от 27 сентября 1995 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.В. Козырева» Высший орган конституционного правосудия РФ высказал свою правовую позицию на этот счет.
Сущность дела состояла в следующем: «А.В. Козырев (в то время - министр иностранных дел РФ) обратился в Конституционный суд с просьбой признать не соответствующей Конституции РФ статью 7 ГК РФ РСФСР. Причиной обращения послужило начатое судом г. Москвы в мае 1994 г. судопроизводство по иску В.В. Жириновского к телекомпании НТВ и А.В. Козыреву о защите чести и достоинства на основании ч. 1 ст. 7 ГК РФ РСФСР, по смыслу которой гражданин или организация вправе требовать по суду опровержения порочащих их честь и достоинство сведений, если лицо распространившее их, не докажет, что они соответствуют действительности. По мнению заявителя, статья 7 ГК РФ РСФСР в редакции от 11 июня 1964 г. (как и статья 152 нового ГК РФ) не соответствует частям 1 и 3 статьи 29 Конституции РФ (никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений), гарантирующей каждому свободу мысли и слова и устанавливающей, что никто не может быть принужден к отказу от них, поскольку допускается возможность судебного опровержения любых сведений» [6].
Конституционный Суд в своем определении указал, что «в соответствии с частью второй статьи 36 и пунктом 1 статьи 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» основанием к рассмотрению дела по жалобам граждан в Конституционном Суде РФ является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ тот или иной закон, затрагивающий конституционные права и свободы граждан. Предписание части первой статьи 7 ГК РФ РСФСР о праве гражданина или организаций требовать по суду опровержения порочащих их честь и достоинство сведений не свидетельствует о такой неопределенности. Указанная статья, устанавливая гражданско-правовые способы защиты чести и достоинства, является важной гарантией конституционного права на защиту чести и доброго имени, предусмотренного статьей 23 (часть 1) Конституции РФ. Право на судебную защиту чести и достоинства и возложение на того, кто распространил порочащие
сведения, обязанности доказать их соответствие действительности, не нарушают гарантированную Конституцией РФ свободу мысли и слова. Связанные с обеспечением конституционных требований уважения достоинства личности допустимые ограничения при использовании свободы слова строго очерчены Конституцией РФ и вытекают из предписаний ее статей 17 (часть 3), 29 (часть 2) и 55 (часть 3)».
Конституционный Суд РФ отказал в принятии жалобы к рассмотрению, но в то же время отметил, что в «обращении А. В. Козырева поставлен важный и актуальный вопрос: как добиться в каждом конкретном случае, чтобы требования защиты чести и достоинства не противоречили интересам свободной дискуссии по политическим проблемам в демократическом государстве. Решение указанного вопроса относится к компетенции судов общей юрисдикции. При рассмотрении в судах общей юрисдикции дел о защите чести и достоинства подлежит установлению и оценке не только достоверность, но и характер распространенных сведений, исходя из чего суд должен решать: наносит ли вред распространение сведений, защищаемым Конституцией РФ ценностям, укладывается ли это в рамки политической дискуссии, как отграничить распространение недостоверной фактической информации от политических оценок и возможно ли их опровержение по суду. Суды общей юрисдикции вправе и обязаны обеспечивать должное равновесие при использовании конституционных прав на защиту чести и достоинства, с одной стороны, и свободу слова - с другой».
В дальнейшем эта правовая позиция Конституционного Суда РФ получила отражение в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».
В постановлении разъясняется, «что суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией РФ правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой» [7].
Определение КС РФ, вынесенное в связи с жалобой гражданина А.В. Козырева, явилось ярким примером вынесения позитивно-отказных определений. «Суть такого рода определений состояла в том, что несмотря на формальный отказ Суда в принятии обращения к рассмотрению, Суд, тем не
менее, разрешал содержащийся в обращении конституционно-правовой вопрос по существу и, соответственно, придавал ему необходимую силу, что влекло правовые последствия» [8; 9]. В данном случае правовая позиция КС РФ, по сути, выявляет конституционно правовой смысл оспариваемой нормы.
Развитие сети Интернет, повсеместное использование иных технологических способов производства и передачи информации породили противоречия и в подходах и в точках зрения по поводу регулирования отношений в данной сфере [10]. В результате механизм защиты чести и достоинства, предусмотренный ст. 152 ГК РФ, перестал отвечать современным реалиям, что спровоцировало новую волну обращений в Конституционный Суд РФ. В своих обращениях граждане отмечали, что действующее законодательство не позволяет в некоторых случаях реализовать конституционное право на защиту чести и достоинства.
В результате вынесения КС РФ Постановления от 9 июля 2013 г. № 18-П [11] по делу о проверке конституционности положений п.1, п. 5 и 6 ст. 152 ГК РФ в связи с жалобой Е.В. Крылова сложился следующий прецедент.
Суть дела: гражданин Крылов обратился в КС РФ с просьбой признать несоответствующими Конституции РФ п.1, 5 и 6 ст. 152 ГК РФ. Поводом для обращения послужили следующие обстоятельства. Сургутский городской суд рассмотрел в особом производстве заявление гражданина Крылова о защите его чести и достоинства в связи с распространением в отношении него неизвестными лицами на сайте в сети Интернет порочащих сведений. По результатам рассмотрения дела Суд принял решение, которым признал часть распространенных на сайте "Сургутский форум" сведений порочащими его честь и достоинство (доброе имя) и не соответствующими действительности, а часть сведений - негативными оценочными мнениями и суждениями, совершенными в унизительной и оскорбительной формах. На основании этого решения Е.В. Крылов обратился с иском к ОАО "Уралсвя-зьинформ" - администратору (владельцу) сайта isurgut.ru о защите чести и достоинства, взыскании компенсации морального вреда за распространение сведений, признанных вступившим в законную силу решением суда не соответствующими действительности, об обязании ответчика удалить из комментариев на сайте "Сургутский форум" эти сведения, а также личное изображение истца, размещенное без его согласия. Суд отказал в удовлетворении исковых требований гражданину Крылову, мотивировав свой отказ тем, что авторство и распространение порочащих сведений именно ответчиком не доказаны, обязанность же дать опровержение сведений по правилам статьи 152 ГК Российской Федерации возложена на лицо, их распространившее; указанный сайт не зарегистрирован как средство массовой информации, вследствие чего ответ-
чик не обязан удалять или опровергать размещенную на этом сайте информацию, если он не является ее автором либо распространителем; модель интернет-форума, позволяющая пользователям размещать на таком сайте свои комментарии без предварительной проверки, закону не противоречит, а его создание и поддержание нельзя признать распространением порочащей истца информации. Это решение было оставлено в силе вышестоящими инстанциями.
Таким образом, нарушение своих прав, гарантированных ст. 21 и 23 Конституции РФ пунктами 1, 5 и 6 ст. 152 ГК РФ гражданин Крылов усматривал в том, что эти положения в случае невозможности установления лица, распространившего в сети Интернет порочащие гражданина сведения, позволяют лишь признать такие сведения не соответствующими действительности и не допуская применение ст. 12, 150, 151 и 152 ГК РФ лишают, тем самым, гражданина требовать по суду удаления с сайта своего личного изображения, ели оно размещено без его согласия, а также порочащих его честь и достоинство сведений.
По результатам рассмотрения жалобы Конституционный Суд РФ вынес постановление, которым признал положения пунктов 1, 5 и 6 статьи 152 ГК РФ не соответствующими Конституции РФ, в той мере, в какой эти положения - по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, в системе действующего правового регулирования -не обязывают владельца сайта в сети Интернет, не зарегистрированного в качестве средства массовой информации, удалить по требованию гражданина недостоверную информацию, порочащую его честь, достоинство или деловую репутацию.
В результате такой практики Федеральным законом № 142-ФЗ «О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [12] в ст. 152 ГК РФ была включена норма, предусматривающая право гражданина требовать удаления в сети Интернет информации, порочащей его честь, достоинство или деловую репутацию, а также требовать опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети Интернет.
Таким образом, законодатель предусмотрел новый способ защиты чести, достоинства и деловой репутации «Удаление информации в сети Интернет» и, тем самым, снял все препятствия для удаления порочащей информации с сайта в сети Интернет, не зарегистрированного в качестве СМИ.
На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что Конституционный Суд
РФ играет важную роль в реализации конституционного права на защиту чести и достоинства, поскольку только он рассматривает публично-правовые споры в данной сфере, по которым дает официальное толкование норм права, а его решения имеют важное значение для развития института защиты чести и достоинства, поскольку защита права конкретного лица влечет за собой публично-правовые последствия.
При этом защита чести и достоинства посредством конституционного правосудия может осуществляться прямым или косвенным способом.
В случаях непосредственного нарушения права на защиту чести и достоинства нормативно-правовым актом или его отдельными положениями либо актом или его отдельными положениями с учетом смысла, который им придан сложившейся правоприменительной практикой, Конституционный Суд РФ признает такие положения неконституционными и они утрачивают силу. В правовой позиции Конституционного Суда, выраженной в вынесенном Постановлении, формулируются «критерии, определяются параметры нового законодательного регулирования, по существу конструируются "модели" новых правовых норм» [13] (прямой способ).
В случае если нормативный акт или его отдельные положения прямо не нарушают, а косвенно затрагивают право на защиту чести и достоинства, Конституционный Суд РФ в порядке ст. 47.1 ФКЗ О Конституционном Суде РФ выносит постановление, которое ориентирует правоприменителя на реальный смысл соответствующих положений в соответствии с ранее данным конституционно-правовым истолкованием последних (косвенный способ).
Если ранее косвенная форма защиты чести и достоинства Конституционным Судом осуществлялась посредством вынесения так называемых отказных определений (юридическая сила которых не носила императивного характера), то теперь с введением процедуры рассмотрения и разрешения дела без проведения слушания, отказные определения с позитивным содержанием вытесняются новой категорией решений Конституционного Суда РФ -постановлениями, выносимыми без проведения слушания по делу, имеющими императивный характер. Думается, что такие изменения должны положительно отразиться на правоприменительной практике, поскольку теперь не будет напряженности в вопросе о признании юридической силы таких постановлений, как это было с позитивно-отказными определениями.
Литература
1. Витркук Н.В. Актуальные проблемы модернизации конституционного правосудия в России // Журнал российского права. 2011. № 10.
2. Комментарий к Федеральному конституционному закону «О конституционном Суде Российской Федерации» / под ред. Г.А. Гаджиева. М.: Норма: Инфра-М, 2012.
3. Никитин С.В. Косвенный судебный нормоконтроль: понятие и проблемы реализации // Журнал российского права. 2014. № 1.
4. Бондарь Н. С. Судебный конституционализм в России в свете конституционного правосудия. М., 2011. С. 122.
5. Текущий архив Конституционного Суда Российской Федерации.
6. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Козырева Андрея Владимировича: определение Конституционного Суда РФ от 27 сент. 1995 г. № 69-О // Рос. газ. 22 ноября. 1995. № 226.
7. О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2005. № 4.
8. Саликов М.С. Новеллы конституционного судебного процесса //Российский юридический журнал. 2011. №4.
9. Витушкин В. A. Определения как вид решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал российского права. 2005. №3.
10. Пирбудагова Д.Ш., Садикова И.С. Проблемы защиты персональных данных в условиях глобализации // Юридический вестник ДГУ. 2012. №3. С. 69-72.
11. По делу о проверке конституционности положений пунктов 1, 5 и 6 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Е.В. Крылова: постановление Конституционного Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 18-П // Вестник Конституционного Суда Рос. Федерации. 2013. № 6.
12. О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации: федер. закон Рос. Федерации от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ // Собр.законодательства Рос. Федерации. 2013. № 27, ст. 3434.
13. Витрук Н.В. Конституционное правосудие в России (1991-2001 гг.): Очерки теории и практики. М.: "Городец-издат", 2001. С. 222.
References
1. Vitrkuk N.V. Aktual'nye problemy modernizatsii konstitutsionnogo pravosudiya v Rossii // Zhurnal rossiiskogo prava. 2011. № 10.
2. Kommentarii k Federal'nomu konstitutsionnomu zakonu «O konstitutsionnom Sude Rossiiskoi Fed-eratsii» / pod red. G.A. Gadzhieva. M.: Norma: Infra-M, 2012.
3. Nikitin S.V. Kosvennyi sudebnyi normokontrol': ponyatie i problemy realizatsii // Zhurnal rossiiskogo prava. 2014. № 1.
4. Bondar'N.S. Sudebnyi konstitutsionalizm v Rossii v svete konstitutsionnogo pravosudiya. M., 2011.
S. 122.
5. Tekushchii arkhiv Konstitutsionnogo Suda Rossiiskoi Federatsii.
6. Ob otkaze v prinyatii k rassmotreniyu zhaloby grazhdanina Kozyreva Andreya Vladimirovicha: opredelenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 27 sent. 1995 g. № 69-O // Ros. gaz. 22 noyabrya. 1995. № 226.
7. O sudebnoi praktike po delam o zashchite chesti i dostoinstva grazhdan, a takzhe delovoi reputatsii grazhdan i yuridicheskikh lits: postanovlenie Plenuma Verkhovnogo Suda RF ot 24 fevralya 2005 g. № 3 // Byulleten' Verkhovnogo Suda Rossiiskoi Federatsii. 2005. № 4.
8. SalikovM.S. Novelly konstitutsionnogo sudebnogo protsessa //Rossiiskii yuridicheskii zhurnal. 2011.
№4.
9. Vitushkin V.A. Opredeleniya kak vid reshenii Konstitutsionnogo Suda Rossiiskoi Federatsii // Zhurnal rossiiskogo prava. 2005. №3.
10. Pirbudagova D.Sh., Sadikova I.S. Problemy zashchity personal'nykh dannykh v usloviyakh globali-zatsii // Yuridicheskii vestnik DGU. 2012. №3. S. 69-72.
11. Po delu o proverke konstitutsionnosti polozhenii punktov 1, 5 i 6 stat'i 152 Grazhdanskogo kodeksa Rossiiskoi Federatsii v svyazi s zhaloboi grazhdanina E.V. Krylova: postanovlenie Konstitutsi-onnogo Suda RF ot 9 iyulya 2013 g. № 18-P // Vestnik Konstitutsionnogo Suda Ros. Federatsii. 2013. № 6.
12. O vnesenii izmenenii v podrazdel 3 razdela I chasti pervoi Grazhdanskogo kodeksa Rossiiskoi Federatsii: feder. zakon Ros. Federatsii ot 2 iyulya 2013 g. № 142-FZ // Sobr.zakonodatel'stva Ros. Federatsii. 2013. № 27, st. 3434.
13. Vitruk N.V. Konstitutsionnoe pravosudie v Rossii (1991-2001 gg.): Ocherki teorii i praktiki. M.: "Gorodets-izdat", 2001. S. 222.
Поступила в редакцию 20 октября 2015 г.
Received 20 October, 2015