УДК 215
Р. Н. Касимов
К ВОПРОСУ О СПЕЦИФИКЕ ИЗУЧЕНИЯ ОТДЕЛЬНЫХ АСПЕКТОВ ИСЛАМСКОЙ КУЛЬТУРЫ В КУРСЕ ОРКСЭ И ОДНКНР (НА ПРИМЕРЕ УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ)
Курс «Основы религиозных культур и светской этики», сокращенно ОРКСЭ - учебный предмет, включенный Минобрнауки России в школьную программу в качестве федерального компонента. Курс «Основы духовно-нравственной культуры народов России», сокращенно ОДНКНР, преподается, как правило, в 5-м классе и также предусмотрен федеральными образовательными стандартами. Специалисты Минобрнауки России поясняют, что они необходимы для формирования у школьника основных моральных норм и понятий, знаний о различных традициях и многообразной культуре народов России, в том числе, о мусульманской религии. В статье проводится анализ современного состояния разработки отдельных аспектов исламской культуры в курсе ОРКСЭ и ОДНКНР в школах Удмуртской Республики. В основе исследования лежат статистические данные, полученные при мониторинге изучения вышеназванных курсов в Удмуртии, материалы о деятельности отдельных образовательных организаций, результаты обработки данных экспертных интервью.
Ключевые слова: ислам в России, мусульмане в Удмуртии, религия и школа, этноконфессиональные особенности, этнокультурное образование.
Конфессиональный и национальный факторы, имеющие очевидное воздействие на специфику региональной системы образования, являются одними из элементов формирования этнокультурной компетентности детей и подростков в современной России. Отдельный исследовательский интерес представляет изучение мусульманской религиозной культуры в школе в контексте социальных процессов, происходящих в нашей стране и республике. Во многом это обусловлено тем, что сегодня в Удмуртии, как и в России, увеличивается численность мусульман. Как следствие, наблюдается повышенный общественный интерес к исламу. Мусульмане всего мира часто декларируют идею единства своей религиозной культуры. Но совершенно ясно, что, несмотря на такие заявления, люди, находящиеся в различных регионах мира или даже отдельной страны, не могут сохранить общее восприятие и единое толкование «книжного знания». Иначе, как объяснить множество течений
в самом исламе, так называемый «исламский фактор», экстремистскую деятельность фундаменталистов, борьбу за информационное пространство в «мусульманских» регионах мира или отдельной страны? Говоря о таких территориях в России, мы подразумеваем, прежде всего, Дагестан и Чечню, Татарстан и Башкортостан. Это те регионы России, где на конфессиональную идентичность граждан в большинстве случаев накладывается этническая идентичность и оформляется та самая «этноконфессиональная специфика», при которой становится возможным отождествление понятий «национальное» и «религиозное» на уровне обывательского восприятия. Все это ставит перед мусульманскими общинами задачи по выстраиванию конструктивного диалога с государственными и муниципальными органами власти, с образовательными организациями, представителями национально-культурных объединений и других конфессий с целью разъяснения различий между
национальными обычаями, обрядами и религиозными догматами.
Долевое соотношение русских, удмуртов и татар на территории современной Удмуртии сложилось к концу XIX в. и с некоторыми изменениями остается устойчивым до настоящего времени, что подтверждает сравнительный анализ переписей населения. Так, в 1897 г. в четырех «удмуртских» уездах Вятской губернии русских было 60 %, удмуртов - 28,5 %, татар - 8,2 %. Доля финно-угорского и тюркского компонентов будет даже несколько выше с учетом пермяков и черемисов (мари) для первого случая, башкир и тептярей - для второго. В период становления государственности Удмуртии в 1920-1930-е гг. и неоднократных территориальных экспериментов национальная структура претерпевает трансформацию в сторону «корениза-ции». Но уже с середины ХХ в. доля русских поступательно увеличивалась с 55 до 60 % (по переписи 2010 г. - 59,9 %), удмуртов - сокращалась с 39 % до 26 % (26,9 %), татар - увеличивалась с 3 % до 6 % (6,5 %). Следовательно, этнодемографическая картина региона также позволяет говорить если не о феноменальности, то, по меньшей мере, об уникальности Удмуртии в стабильном пропорциональном соотношении финно-угорской, славянской и тюркской компонент, заметном отличии в этом отношении от других субъектов России [Касимов, Черниенко, 2015, с. 199].
Этническая пестрота Удмуртии предполагает и конфессиональное многообразие. Большинство населения в республике называют себя верующими и соотносят с православной религиозной культурой; некоторая часть исповедует ислам. Преимущественно это татары и башкиры, исторически исповедующие ислам суннитского направления (ханафитский мазхаб). Не стоит забывать и о том, что в последнее время в регионе появились и нетрадиционные направления ислама. Это связано с активизацией миграционных потоков (Северный Кавказ, Азербайджан, Таджикистан) [Воронцов, Касимов, Поздеев, Черниенко, 2016]. Одновременно с формированием своеобразной этнической среды шел процесс складывания конфессионального пространства региона, которое «имело трехчастную структуру: язычество (народные религии) - христианство (православие, старообрядчество) - ислам. Развитие конфессиональных основ самосознания происходило в силу исторических, этнических, территориальных, социальных
факторов без значительного влияния непосредственно религиозных институтов, зачастую при их формальном присутствии» [Касимов, Черниенко, 2015, с. 199-200].
Говоря о мусульманах в Удмуртии, важно понимать, что в силу описанных выше факторов соблюдение мусульманской догматики ими осуществлялось достаточно демократично. Ханафит-ский мазхаб принято считать самым демократичным среди прочих школ в суннитском исламе. В свое время имам Абу-Ханифа разработал метод правового толкования «истихсан». По мнению татарских имамов, смысл его в том, чтобы выбирать лучшее. Надо и букве закона следовать, но в первую очередь надо понимать, для конкретной ситуации какое решение будет оптимальным. Он анализировал, входил вглубь ситуации, понимал, как нужно действовать в том или ином случае. Отсюда проистекает идея национальных обычаев, если народ что-то принял, поддерживал в течение веков, значит, это не просто так. Ориентация на национальные обычаи - это следствие вдумчивого подхода. Истина, когда входит в историческую плоскость, неизбежно приобретает некие исторические формы [Рустам хазрат Батров, 2012].
С одной стороны, ханафиты не отрицают влияния национальных обычаев на мусульманскую догматику в том или ином регионе. С другой стороны, такая позиция ведет к отождествлению этнического и конфессионального в умах наших сограждан по принципу «русский - православный, удмурт - язычник, татарин - мусульманин». В повседневной практике это позволяет некоторым людям, например, называющим себя мусульманами, игнорировать обязательные для правоверных ритуалы: пятикратная молитва, обязательный налог-взнос в общину, посещение мечети, пост. Несмотря на очевидное своеволие, они продолжают называть себя мусульманами. В этом случае, для большинства татар-мусульман в Удмуртии можно использовать термин «номинальный верующий». Поведение такого человека может отличаться проявлениями некоторой внешней религиозности, но в быту предполагает безразличие к религии (в смысле ее игнорирования при решении практических проблем повседневности). «Номинальные мусульмане» - люди, верующие в Аллаха не столько по убеждению, сколько по устоявшейся в семье традиции. К таким не относят-
ся собственно правоверные, активисты религиозных организаций, местные имамы. Однако их мало на фоне масс, отождествляющих свою этническую принадлежность с конфессиональной по принципу «татарин=мусульманин». Именно современные «номинальные мусульмане» (люди, называющие себя мусульманами, но не делающие ежедневных усилий в части поклонения Аллаху) являются носителями упрощенной формы религии, ошибочно идентифицируя его с исламом классическим.
За соблюдение догматов последнего (в нашем случае - ханафитский мазхаб) выступают имамы, представители мусульманской уммы, называя татар «мусульманским народом», а ислам определяя «исконной религией татар». Например, на сайте Духовного управления мусульман Республики Татарстан (ДУМ РТ) так описывается татарский ислам: «...практически уникальный случай сохранения Ислама в условиях жестокой многовековой христианской оккупации и насильственного крещения. Значит, есть в татарском Исламе что-то настоящее, базисное, что делает его настолько устойчивым и, несмотря на отдаленность от центров Исламской цивилизации, близким к пророческому идеалу. Отсутствие отступлений, сколько-нибудь значительных ересей, тяготение к умеренному наиболее адекватному Исламу...» [Якупов, 2011]. Другими словами, и правоверные мусульмане (среди татар) отождествляют свою этническую принадлежность с конфессиональной по принципу «татарин=мусульманин», несмотря на достаточно высокий уровень образованности,
по сравнению с обывателями. И имамы, говоря о татарах и их этноконфессиональных особенностях, оперируют неоправданно обобщенными понятиями «традиционный исламский этнос» или «мусульманский народ». Так, согласно распространенному среди татар мнению, понятия «татарин» и «мусульманин» связаны в сознании людей (в большей или меньшей степени), поскольку многие мусульманские традиции исторически уже давно интегрированы в татарскую культуру. Отмечается также этноинтегрирующая роль ислама как фактора, способствовавшего сохранению татар и отдельных фрагментов татарской культуры в определенных исторических условиях, а значительная часть религиозных традиций давно уже воспринимаются как народные [Хабенская, 2003].
В этом наблюдается противоречие, из которого следует сложность и неоднозначность этнокон-фессиональной идентификации татар-мусульман в Удмуртии. Неоднозначность подобной идентификации можно наблюдать не только среди мусульман, но и среди христиан; и не только у татар, но и у русских и удмуртов.
О различных традициях и многообразной культуре народов России призваны рассказать школьные курсы ОРКСЭ и ОДНКНР. В школах Удмуртии уже с 2010 г. ведется курс ОРКСЭ, где педагогам (как правило, учителям начальной школы) приходится знакомить детей не только с разнообразием религиозных культур, но и со спецификой этнокультурных особенностей того или иного народа (табл. 1).
Таблица 1
Динамика выбора модулей курса ОРКСЭ в школах Удмуртии по годам
^\Модули курса ОРКСЭ Годы Основы светской этики,% Основы мировых религиозных культур, % Основы православной культуры, % Основы исламской культуры, %
2010 53 28 16 3
2011 48 35 16,3 0,7
2012 47,3 38 14,3 0,4
2013 44,8 39 16 0,2
2014 47,9 39,4 12,6 0,1
2015 49,1 36,1 14,6 0,1
2016 46, 2 34,1 19,5 0,1
2017 43, 8 34 22 0,2
2018 42,94 34, 76 22,14 0,16
Очевидно, что педагогическому и экспертному сообществу (собственно педагогам, представителям министерств и ведомств, научным работникам) важно осуществлять тесное взаимодействие с активистами традиционных религиозных культур, в частности с мусульманами. Сейчас такое взаимодействие, мягко говоря, недостаточно. Тем не менее, курс преподается уже 10 лет. На общих встречах в различных форматах педагоги указывают на необходимость и важность подобной работы, а также заявляют о необходимости активизации работы в части методической поддержки и сопровождения педагогов, работающих в рамках предметных областей ОРКСЭ и ОДНКНР [АОУ ДПО УР ИРО, 2016].
По информации методиста Центра этнокультурного образования республиканского Института развития образования Н. В. Борлуковой, которая по заданию МОиН УР проводит ежегодный мониторинг этого направления, в 2018-2019 учебном году в Удмуртии 19010 обучающихся изучали ОРКСЭ в начальной школе. Из них:
• модуль «Основы светской этики» 8157 человек (42,9 %),
• модуль «Основы мировых религиозных культур» - 6608 (34,8 %),
• модуль «Основы православной культуры» -4209 (22,1 %),
• модуль «Основы исламской культуры» -31 (0,2 %).
Модули по буддийской и иудейской религиозной культуре в Удмуртии не выбирали.
Популярность модуля «Основы светской этики» обусловлена общими знаниями педагога о морали и нравственности, о гражданской этике, сформированными у него за время учебы и работы в системе образования светского демократического государства. Этот курс не предполагает углубленных знаний о специфике религиозных культур.
Модуль «Основы мировых религиозных культур» лишен некоторой односторонности подачи материала, которая присутствует в «узких модулях», таких как «Основы православной культуры» или «Основы исламской культуры». При этом модуль «Основы мировых религиозных культур» знакомит детей и их родителей с многообразными формами религиозных культур.
Значительная часть детей и их родителей выбирают курс «Основы православной культуры». Это объясняется тем, что большинство русских и
удмуртов в республике традиционно отождествляют себя с православной культурой.
Модуль по «Основам исламской культуры», несмотря на то, что татары находятся на третьем месте по численности проживающих в Удмуртии народов, выбирается неохотно. Так, в 2016-2017 учебном году занятия проводились только для обучающихся в Балезинском (2 чел.), Игринском (1 чел.), Увинском (1 чел.) районах и г. Ижевске (16 чел.) На сегодняшний день ситуация принципиально не изменилась. При этом речь не идет о программах курса ОРКСЭ. По информации Н. В. Борлуковой, «мусульманские темы», как правило, преподаются на занятиях по изучению татарского языка, в курсе ОДНКНР (5 класс), а также на внеклассных занятиях, в кружковой работе при школьных музеях или при мечетях. Такой опыт знакомства с мусульманской культурой на занятиях по татарскому языку имеется в татарской гимназии N° 6 г. Ижевска, в школе № 12 г. Воткин-ска. Проводятся самостоятельные учебные курсы по «Основам ислама», например, в школе № 97 г. Ижевска; в школе д. Кестым Балезинского района Удмуртии. Отдельные занятия по арабскому языку и основам исламского вероучения, наряду с изучением татарского языка, проходят при «воскресных школах» в мечетях и татарских общественных организациях в городах и районах республики.
При изучении отдельных «исламских тем» у педагогического сообщества возникают определенные трудности:
1. Материал федеральных учебников не отражает специфику традиционной культуры народов региона. Другими словами, материал в федеральных учебниках дается обобщенный, не предполагающий учета национальных особенностей, например, тех же татар, исповедующих ислам.
2. Большинство (более 70 %) учебников, используемых в Удмуртии, изданы еще в 2010-2013 гг. Ощущается нехватка современных книг. В учебном процессе в основном используются учебники издательства «Просвещение». Есть и незначительная часть (8 %) не включенных в Федеральный перечень учебников. Учебники, изданные после 2014 г., составляют примерно 30 %. Часть из них -3 % - не входит в федеральный перечень.
3. Наблюдается дефицит региональной учебной литературы и пособий и нехватка квалифицированных специалистов среди педагогов. Нельзя
сказать, что таких книг нет совсем, однако тиражи их весьма ограничены и не удовлетворяют необходимой в них потребности. В том же Институте развития образования в последнее время увидели свет пособия по курсам ОРКСЭ, в том числе, раскрывающие особенности мусульманской культуры при изучении ее в школе:
• Основы светской этики: книга для учителя / Л. П. Совина, А. В. Ковальчукова. Ижевск: АОУ ДПО ИП и ПРО УР, 2013. 132 с.
• Основы мировых религиозных культур: книга для учителя / Р. Н. Касимов, А. В. Ковальчукова, Л. П. Совина. Ижевск: АОУ ДПО ИПК и ПРО УР, 2014.144 с.
• Сборник программ «Уроки нравственности» по курсу «Основы духовно-нравственной культуры народов России» (5-9 классы) / О. В. Поморцева; научн. ред. Р. Н. Касимов. Ижевск: АОУ ДПО УР ИРО, 2018. 45 с.
• Касимов Р. Н. История и особенности исламской культуры в Удмуртии: научно-методическое пособие / Р. Н. Касимов, Н. В. Пислегин. Ижевск: Издательство ИПК и ПРО УР, 2012. 80 с.
• Касимов Р. Н. На пути в сады праведных (изучение исламской культуры в курсе ОРКСЭ и ОДНКНР): учебно-методическое пособие / Р. Н. Касимов, В. С. Воронцов. Ижевск: АОУ ДПО УР ИРО, 2018. 145 с.
4. Есть и трудности с адекватным принятием и передачей информации на уровне образовательной организации. Под адекватным (для сегодняшних реалий) преподаванием ОРКСЭ в начальной школе подразумеваются варианты поурочных разработок и внеклассных занятий, где наглядно иллюстрируются практики взаимодействия с многообразием
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА
Воронцов, Касимов, Поздеев, Черниенко, 2016 -Воронцов В. С., Касимов Р. Н., Поздеев И. Л., Черниенко Д. А. Тюркские народы в этнокультурном пространстве Удмуртии // Вестник экономики, права и социологии. 2016. № 3. С. 222-227.
АОУ ДПО УР ИРО, 2016 - О работе семинара «Реализация предметных областей ОРКСЭ и ОДНКНР в образовательных организациях УР // Официальный сайт АОУ ДПО УР ИРО. Раздел Новости и события [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://old.iш18.ru/mstitute/news/news_detail.php?ELE-МЕЖ_ГО=2183 (дата обращения 20.10.2019).
этнических и конфессиональных культур единой страны, отдельных регионов.
Похожие проблемы и трудности преподавания есть и у модулей по «узким темам». Возьмем, например, ситуацию с изучением основ исламской культуры в курсе ОРКСЭ и ОДНКНР:
- материал федеральных учебников не отражает специфику традиционной мусульманской культуры региона, не выявляет взаимовлияния традиционного ханафитского ислама и народных традиций татар, башкир;
- наблюдается недостаток квалифицированных специалистов. Большинство педагогов начальной школы не владеют специальными знаниями по мусульманской религиозной культуре в необходимом объеме;
- при очевидном дефиците региональной учебной литературы и пособий по специфической теме, можно наблюдать расширение информационного поля (появление многообразной исламской литературы, ресурсов этнически окрашенного Интернета).
На фоне этих проблем педагогам, работающим с изучением особенностей исламской религиозной культуры, важно помнить, что в условиях формирования общероссийской идентичности многонационального российского государства защита и развитие этнокультурных особенностей и традиций народов страны являются одним из принципов государственной политики в сфере национальной политики, культуры и образования. Другими словами, педагогу важно осознавать, прежде всего, необходимость формирования научного мировоззрения и научных знаний по истории и духовной культуре народов республики (региона), а уже потом осуществлять погружение в «узкие религиозные темы».
REFERENCES
Voroncov, Kasimov, Pozdeev, Chernienko, 2016 -Voroncov V. S., Kasimov R. N., Pozdeev I. L., Chernienko D. A. Tyurkskie narody v etnokul'turnom prostranstve Udmurtii // Vestnik ekonomiki, prava i sociologii. 2016. № 3. S. 222-227. (in Russian)
AOU DPO UR IRO, 2016 - O rabote seminara «Realizaciya predmetnyh oblastej ORKSE i ODNKNR v obrazovatel'nyh organizaciyah UR» // Oficial'nyj sajt AOU DPO UR IRO. Razdel Novosti i sobytiya [Elek-tronnyj resurs]. URL: http://old.iro18.ru/institute/news/ news_detail.php?ELEMENT_ID=2183 (data obrash-cheniya 20.10.2019). (in Russian)
Касимов, Черниенко, 2015 - Касимов Р. Н. Черниенко Д. А. Историко-культурные основания этноконфессиональной толерантности в Удмуртии // Теория и практика общественного развития. 2015. № 21. C. 198-201.
Рустам хазрат Батров, 2012 - Рустам хазрат Ба-тров. Интервью [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://dumrt.ru/ru/help-info/theology/analytics_1092. html?curPos=12 (дата обращения 20.10.2019).
Хабенская, 2003 - Хабенская Е. Должен ли татарин быть мусульманином? // Татарский мир. 2003. № 7. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http:// www.tatworld.ru/article.shtml?article=53§ion=0& heading=0 (дата обращения 20.10.2019).
Якупов, 2011 - В. Якупов. Типологические особенности татарского Ислама [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://dumrt.ru/ru/articles/mm-islam/ mm-islam_1379.html (дата обращения 20.10.2019).
Kasimov, Chernienko, 2015 - Kasimov R. N. Chemienko D. A. Istoriko-kul'turnye osnovaniya et-nokonfessional'noj tolerantnosti v Udmurtii // Teoriya i praktika obshchestvennogo razvitiya. 2015. № 21. S. 198-201. (in Russian)
Rustam hazrat Batrov, 2012 - Rustam hazrat Batrov. Interv'yu [Elektronnyj resurs]. URL: http://dumrt.ru/ru/ help-info/theology/analytics_1092.html?curPos=12 (data obrashcheniya 20.10.2019). (in Russian)
Habenskaya, 2003 - Habenskaya E. Dolzhen li tatarin byt' musul'maninom? // Tatarskij mir. 2003. № 7. [Elektronnyj resurs]. URL: http://www.tatworld.ru/article. shtml?article=53§ion=0&heading=0 (data obrashcheniya 20.10.2019). (in Russian)
Yakupov, 2011 - V. Yakupov. Tipologicheskie oso-bennosti tatarskogo Islama [Elektronnyj resurs]. URL: http://dumrt.ru/ru/articles/mm-islam/mm-islam_1379. html (data obrashcheniya 20.10.2019). (in Russian)
R. N. Kasimov
TO THE ISSUE OF STUDYING CERTAIN ASPECTS OF ISLAMIC CULTURE IN THE COURSE OF «THE BASES OF RELIGIOUS CULTURES AND SECULAR ETHICS» AND «THE BASES OF SPIRITUAL AND MORAL CULTURE OF THE RUSSIAN PEOPLES » (ON THE EXAMPLE OF THE UDMURT REPUBLIC)
The course «The bases of religious cultures and secular ethics» (BRCSE) is a subject in the school curriculum included as a federal component of teaching by the Ministry of Education and Science of the Russian Federation. The course «The bases of spiritual and moral culture of the Russian people» (BSMCRP) is taught in 5th grade and is provided by federal educational standards. Experts of the Ministry of Education and Science of the Russian Federation explain that these courses are necessary for the children because they form of basic moral norms and concepts, knowledge about various traditions and diverse culture of the Russian peoples, including Muslim religion. The paper analyses the current situation in study of certain aspects of Islamic religious culture in schools of the Udmurt Republic. The research is based on statistical data obtained during the monitoring of how the above-mentioned courses are taught in Udmurtia also, materials about the activities of individual educational organizations were studied, results of processing of data of expert interviews were also used.
Keywords: Islam in Russia, muslims in Udmurtia, religion and school, ethnic and religious specificities, ethno-cultural education.
Касимов Рустам Нуруллович,
кандидат исторических наук, старший научный сотрудник,
Удмуртский институт истории, языка и литературы УдмФИЦ УрО РАН (Ижевск, Россия) kasdan@yandex.ru
Kasimov Rustam Nurullovich,
Ph.D. in History, Senior Researcher,
Udmurt Institute of History, Language and Literature
UdmFRC UB RAS
(Izhevsk, Russia)
kasdan@yandex.ru