Научная статья на тему 'К вопросу о содержании признака структурированности преступного сообщества (преступной организации)'

К вопросу о содержании признака структурированности преступного сообщества (преступной организации) Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

CC BY
1855
224
Поделиться
Ключевые слова
ПРЕСТУПНОЕ СООБЩЕСТВО / ПРЕСТУПНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ / СТРУКТУРИРОВАННОСТЬ ПРЕСТУПНОГО СООБЩЕСТВА / ФОРМА СОУЧАСТИЯ В ПРЕСТУПЛЕНИИ

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Григорьев Д. А., Морозов В. И.

В статье рассматриваются изменения уголовного законодательства в части установления уголовной ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) и/или участие в нем (ней). В частности, рассматриваются критерии введенного в Уголовный кодекс Российской Федерации признака структурированности преступного сообщества (преступной организации), дается их классификация и раскрывается содержание.

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Григорьев Д.А., Морозов В.И.,

To the question of the content of a sign of criminal association (criminal organization) structuring

The article deals with the changes in criminal law concerning the establishment of criminal liability for creation of criminal association (criminal organization) or participation in it. Particularly, the criteria of a sign of criminal association (criminal organization) structuring introduced to the Criminal Code of the Russian Federation are analyzed. The authors give their classification and reveal their content.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «К вопросу о содержании признака структурированности преступного сообщества (преступной организации)»

Раздел 5. Уголовное законодательство и криминологическая наука К ВОПРОСУ О СОДЕРЖАНИИ ПРИЗНАКА СТРУКТУРИРОВАННОСТИ ПРЕСТУПНОГО СООБЩЕСТВА (ПРЕСТУПНОй ОРГАНИЗАЦИИ) Д.А. Григорьев

(ведущий специалист Фонда имущества Тюменской области; dimas04.12.85@mail.ru)

В.И. Морозов

(заведующий кафедрой уголовно-правовых дисциплин Тюменского филиала Академии права и управления (институт), заслуженный юрист Российской Федерации, кандидат юридических наук, доцент; vik-mor@mail.ru)

В статье рассматриваются изменения уголовного законодательства в части установления уголовной ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) и/или участие в нем (ней). В частности, рассматриваются критерии введенного в Уголовный кодекс Российской Федерации признака структурированности преступного сообщества (преступной организации), дается их классификация и раскрывается содержание.

Ключевые слова: преступное сообщество, преступная организация, структурированность преступного сообщества, форма соучастия в преступлении.

Федеральным законом от 3 ноября

2009 г. № 245-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в статью 100 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» внесены изменения в статьи 35 и 210 УК РФ, предусматривающие уголовную ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации)* или участие в нем (ней).

В первую очередь необходимо отметить изменение самого понятия преступного сообщества, закрепленного в ч. 4 ст. 35 УК РФ, которое сейчас формулируется следующим образом: «Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды».

Соответственно, можно выделить две формы преступного сообщества: 1) струк-

* Далее также - преступное сообщество.

турированная организованная группа или

2) объединение организованных групп.

Вторая форма преступного сообщества - объединение организованных групп

- изначально структурирована, поскольку при такой форме соучастия имеет место объединение двух или более самостоятельных организованных групп под единым руководством. Поэтому новой, не всегда верно истолковываемой сотрудниками правоохранительных органов и судьями, является первая форма преступного сообщества, конструктивным признаком которой является признак «структурированность».

Признак «структурированность» пришел на смену признаку «сплоченность» организованной группы. Оценочный характер признака сплоченности не отрицал никто - ни научное сообщество [1, с. 23; 2, с. 128], ни судебная практика** [3], ни даже официальные лица. Так, выступая 23 марта 2005 г. на «правительственном часе» в

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

** Подтверждается разъяснениями признака «сплоченности» в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2008 г. № 8 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)».

Юридическая наука и правоохранительная практика Совете Федерации, министр внутренних дел России Р.Г. Нургалиев отметил, что «используемые в уголовном законе для характеристики организованной преступности такие признаки, как “сплоченность” и “устойчивость”, не являются надежными индикаторами. К сожалению, в нашем законодательстве они являются оценочными и носят зачастую субъективный характер. Это приводит к ошибкам как в квалификации самого преступления, так и действий соучастников» [4, с. 8].

Согласно п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12) [5] под структурированной организованной группой следует понимать группу лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений, состоящую из подразделений (подгрупп, звеньев и т.п.), характеризующихся стабильностью состава и согласованностью своих действий. Структурированной организованной группе, кроме единого руководства, присущи взаимодействие различных ее подразделений в целях реализации общих преступных намерений, распределение между ними функций, наличие возможной специализации в выполнении конкретных действий при совершении преступления и другие формы обеспечения деятельности преступного сообщества (преступной организации).

Учитывая содержание п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12, следует согласиться с мнением Л.В. Иногамовой-Хегай о том, что «...структурированность сообщества характеризует его иерархическое построение» [6].

Не менее убедительным является и мнение К.А. Чайки: «структурированность

- .признак преступного сообщества (преступной организации), который характеризует его (ее) строение, внутреннее устройство» [6].

Иерархическая составляющая признака структурированности проявляется и в альтернативном названии преступного сообщества - «преступная организация». «Организация определяется как внутренняя упорядоченность, согласованность, взаимодействие более или менее дифференцированных и автономных частей целого, обусловленная ее внутренним строением» [7].

Вместе с тем признак структурированности организованной группы невозможно рассматривать как какую-либо структуру только в объективном смысле, то есть в отрыве от его субъективного содержания.

Ю.А. Цветков, рассматривая признак сплоченности преступного сообщества, выделил объективную (организационное единство) и субъективную (психологическое единство) стороны, относя к объективной стороне иерархическую структуру управления, возглавляемую руководителем, а к субъективной - общность целей и задач, подкрепленную осознанием того, что их достижение может быть наиболее эффективно обеспечено совместными усилиями [8].

Предложенное Ю.А. Цветковым разделение признака сплоченности нам видится достаточно обоснованным исходя из того, что структура преступного сообщества отражается в сознании людей, представляя тем самым идеальную (идейную) конструкцию, отражающую объективную действительность.

Таким образом, считаем допустимым условно разделить признак «структурированность» на объективный и субъективный критерии.

Объективными критериями структурированности, на наш взгляд, являются следующие:

1) рассматриваемая преступная организация (преступное сообщество) должна состоять из двух или более обособленных структурных подразделений, численностью не менее двух человек каждое;

2) указанные структурные подразделения должны обладать необходимым признаком соучастия в преступлении - совмес-

тностью действий участников преступного сообщества;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3) наличие единого руководителя всех структурных подразделений, входящих в организацию.

Первым объективным критерием структурированности является наличие двух или более обособленных структурных подразделений, численностью не менее двух человек каждое. Структурные подразделения преступного сообщества должны обладать: а) стабильным составом и б) согласованностью действий своих участников (п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12). Наличие таких структурных подразделений и позволяет, с учетом других установленных законом признаков, относить группировку к преступной организации. Следует согласиться с мнением А. Мондо-хонова, который полагает, что, «по мнению законодателя, если в организованной группе не будет структурных подразделений, то данную группу нельзя рассматривать в качестве преступного сообщества (преступной организации)» [9, с. 51]. Данная позиция подтверждается и судебной практикой [10; 11; 12].

Таким образом, для правильного уяснения рассматриваемого объективного признака структурированности необходимо ответить на вопрос: что, в сущности, представляют собой структурные подразделения преступного сообщества и к какой ***

из форм соучастия***, предусмотренных законом, необходимо относить структурное подразделение преступной организации в каждом конкретном случае?

В соответствии с п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12 под структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации) следует понимать функционально и (или) территориально обособленную группу, состоящую из двух или более

*** Авторы настоящей статьи относят к формам соучастия в преступлении: группу лиц, группу лиц по предварительному сговору, организованную группу и преступное сообщество (ст. 35 УК РФ).

лиц (включая руководителя этой группы), которая в рамках и в соответствии с целями преступного сообщества (преступной организации) осуществляет преступную деятельность. Такие структурные подразделения, объединенные для решения общих задач преступного сообщества (преступной организации), могут не только совершать отдельные преступления (дачу взятки, подделку документов и т.п.), но и выполнять иные задачи, направленные на обеспечение функционирования преступного сообщества (преступной организации).

Несмотря на разъяснения Пленума, остается неясным вопрос о правовой природе структурного подразделения: о какой группе говорит Пленум - группе лиц, группе лиц по предварительному сговору, организованной группе, а может, в качестве структурного подразделения преступного сообщества можно рассматривать другое преступное сообщество, которое также определяется через термин «группа (организованная группа)»?

Некоторые ученые рассматривают структурные подразделения как входящие в сообщество различные организованные группы с четким распределением функциональных обязанностей [13, с. 193].

Другие полагают, что структурные подразделения, не будучи организованными группами, представляют собой входящую в сообщество группу из двух или более лиц (блок, бригаду, звено, группировку и т.п.), которая может выполнять различные функции в рамках и целях преступного сообщества [14, с. 21].

Третьи убеждены, что в качестве структурных подразделений могут выступать и мелкие подразделения (бригады, звенья, группы), и преступные организации [15, с. 27].

В настоящее время в литературе часто встречается мнение, согласно которому структурное подразделение преступного сообщества должно рассматриваться исключительно в рамках организованной группы как формы соучастия в преступлении.

Наиболее активным сторонником данной позиции является А. Мондохонов.

Так, в работе «Структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации)» он обосновывает необходимость отнесения структурного подразделения к организованной группе тем, что понятие «структурное подразделение», равно как и его признаки, не закреплены в Общей части УК РФ в качестве формы соучастия. Кроме

****

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

того, автор пишет: Пленум**** определяет структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации) через понятие «группы». Поэтому правоприменительный орган должен определиться, какой из предусмотренных уголовным законом видов групп следует рассматривать в качестве «структурного подразделения». Действующим УК предусмотрены три вида групп как форм соучастия в преступлении: группа лиц, группа лиц по предварительному сговору и организованная группа [16, с. 40]. Далее автор продолжает: «.на наш взгляд, указанную деятельность (преступную. - Д. Г., В. М.) могут осуществлять группы лиц (то есть структурные подразделения. - Д. Г., В. М.), которые в рамках сообщества обладают признаком устойчивости и заранее объединены для совершения одного или нескольких преступлений, то есть организованные группы» [16, с. 41].

В другой работе - «Вопросы уголовной ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации)» А. Мондохонов указывает: «различные “блоки”, “бригады”, “звенья” и т.п., будучи структурными подразделениями организованной формы соучастия

- преступного сообщества (преступной организации), должны иметь общий признак “организованность”. Другими словами, преступное сообщество (преступная

**** А. Мондохонов комментирует постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2008 № 8 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)», в то же время аналогичные положения содержит постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12.

организация) состоит из организованных “блоков”, организованных “бригад”, организованных “звеньев” и других организованных “структурных подразделений”. Поскольку и “блоки”, и “бригады”, и “звенья” носят организованный характер и представляют собой группы из двух или более лиц, которые действуют в интересах и в соответствии с целями преступного сообщества (преступной организации), а также учитывая, что в основу преступного сообщества (преступной организации) заложены понятия организованной группы (организации) и объединения организованных групп, полагаем, что для правоприменительной практики в качестве структурных подразделений логично рассматривать исключительно организованные формы соучастия, а именно организованные группы» [9, с. 53].

С учетом изложенного А. Мондохо-нов даже предлагает исключить термин «структурное подразделение» из ст. 210 УК РФ: «с учетом изложенного предлагается внести изменения в уголовный закон, заменив в ч. 1 ст. 210 УК понятие «структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации)» понятием «организованная группа», в связи с чем уголовная ответственность должна наступать, помимо изложенного в диспозиции статьи, за «руководство преступным сообществом (преступной организацией) или входящими в него организованными группами» [16, с. 40].

Предложения указанного автора нам представляются недостаточно аргументированными, поскольку их реализация необоснованно приведет к тому, что для правоприменителя будет исключена возможность признания группы преступной организацией, если не будет установлено наличие в этой организации как минимум двух структурных подразделений, обладающих признаком сплоченности.

Мы согласны с утверждением А. Мондохонова, согласно которому отсутствие в Общей части УК РФ признаков структурного подразделения указывает на «.отсутствие единых критериев его разграничения с другими формами соучастия

и логической взаимосвязи между положениями Общей и Особенной частей УК» [16, с. 39]. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12 признаки обособленного подразделения также не закреплены, в нем указывается только то, что это группа.

Отсутствие системности положений уголовного законодательства в части соотношения понятий «форма соучастия» и «структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации)» позволяет прийти к ошибочному выводу о возможности выведения понятия «структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации)» за рамки института соучастия в преступлении. Надо сказать, что в советской литературе не раз встречалось мнение о том, что термин «группа» необязательно должен пониматься исключительно в рамках соучастия в преступлении.

Так, РР Галиакбаров писал: «.в теории уголовного права практически не обращается внимание на то, что понятие «группа» используется в уголовном законодательстве не только как проявление соучастия в преступлении, но и в других качествах. Так, “группа” учитывается как способ, характеризующий особенности исполнения объективной стороны преступления, она употребляется при описании внешней обстановки совершения посягательства и т.п.» [17, с. 35-36].

А.Н. Трайнин указывал: «.в других случаях (кроме преступного объединения.

- Д. Г., В. М.) закон пользуется термином “группа” не для обозначения объединения, а лишь для указания, что речь идет не об одном, а о нескольких лицах» [18, с. 281], приводя в пример ч. 2 ст. 133 УК РСФСР 1926 г., которая предусматривала нарушение законов о труде в отношении «группы» рабочих.

Мы согласны, что термин «группа» может встречаться в уголовном законодательстве в других качествах, отличных от соучастия в преступлении. Так, например, ст. 357 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за геноцид, то есть действия, направленные на полное или частич-

ное уничтожение национальной, этнической, расовой или религиозной группы указанными в названной статье способами.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Однако если речь идет о структурном подразделении преступного сообщества, то выводить это понятие за рамки соучастия нельзя. Следует уточнить правильное, на наш взгляд, утверждение А.А. Арутюнова о том, что «преступное сообщество является формой соучастия, следовательно, все родовые признаки соучастия должны быть установлены и в преступном сообществе. В противном случае преступное сообщество необходимо выводить за рамки соучастия» [19, с. 255]. По нашему мнению, все родовые признаки соучастия должны быть установлены и в структурном подразделении преступного сообщества; иное противоречило бы основополагающим категориям материалистической диалектики, таким как часть и целое [20].

Следующим аргументом А. Мондо-хонова является то, что структурному подразделению присущи такие признаки, как «устойчивость» и «организованность». Этот аргумент мы считаем частично обоснованным, поскольку в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12 говорится о том, что структурное подразделение характеризуется стабильностью состава и согласованностью действий его членов. Напомним, что стабильность состава и согласованность действий являются неотъемлемыми характеристиками признака устойчивости [21].

Организованность означает внутреннюю упорядоченность, согласованность и взаимодействие составных частей системы [6]. Поэтому, на наш взгляд, признак организованности, как более широкий по смысловому значению, включает в себя и признак устойчивости, а потому частично может быть отнесен к структурному подразделению*****.

Таким образом, полагаем, что признаки «устойчивость» и «организованность» могут быть в определенной степени присущи структурному подразделению пре-

***** О характеристиках признака организованности см. также [22, с. 21].

Юридическая наука и правоохранительная практика ступного сообщества. Вместе с тем признак «устойчивость» не ограничивается «стабильностью состава и согласованностью действий членов группы». В судебной практике для характеристики устойчивости применяется и ряд других признаков. Так, Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 9 февраля 2012 г. № 1 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности» вновь указал на характеристики устойчивости применительно к организованной группе, правда, несколько отличающиеся от «фундаментального» понятия устойчивости, зафиксированного в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм». В частности, в п. 6 постановления от 9 февраля 2012 г. № 1 указывается: «об устойчивости организованной группы могут свидетельствовать большой временной промежуток ее существования, неоднократность совершения преступлений членами группы, их техническая оснащенность и распределение ролей между ними, длительность подготовки даже одного преступления, а также иные обстоятельства (например, специальная подготовка участников организованной группы)» [23].

Исходя из изложенного видится правильным утверждение Ю.А. Цветкова о том, что «структурное подразделение не всегда обладает признаком устойчивости членства: состав участников такого подразделения может изменяться руководством организации без ущерба для выполняемой этим подразделением функции» [8].

Таким образом, структурное подразделение преступного сообщества не всегда может рассматриваться в качестве организованной группы.

Вместе с тем, рассматривая структурное подразделение преступного сообщества в качестве организованной группы, необходимо иметь в виду еще один очень важный момент. В соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ «преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц,

заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений». Следовательно, если рассматривать структурное подразделение как организованную группу, то ее целью в соответствии с законом должно быть совершение «одного или нескольких преступлений». Как известно, и в п. 8 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2008 г. № 8 и в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12 предусмотрено, что структурные подразделения могут «выполнять иные задачи, направленные на обеспечение функционирования преступного сообщества», не совершая конкретных преступлений.

Согласно мнению Ю.А. Цветкова, «.не каждое структурное подразделение создается для совершения преступлений; отдельные подразделения специализируются на выполнении функций, которые сами по себе состава преступления не образуют» [8]. В.Н. Скотинина также полагает, что «.структурное подразделение не всегда создается для совершения именно преступных деяний, но может выполнять и обеспечительную функцию (обеспечение транспортом, конфиденциальной связью и т.д.)» [24, с. 56].

Вместе с тем существует мнение, согласно которому «.в ст. 210 УК законодатель криминализировал сам факт существования преступного сообщества (преступной организации), то есть предполагается, что все умышленные действия, направленные на обеспечение функционирования сообщества, признаются преступными» [16, с. 41]. К данному мнению можно было бы прибавить то, что участники структурного подразделения являются участниками преступного сообщества, ответственность за участие в котором криминализирована ч. 2 ст. 210 УК РФ, а значит, такие участники уже совершают одно преступление.

Однако, во-первых, данное мнение не согласуется со ст. 8 УК РФ, в соответствии с которой основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом, поэтому «предполагаться пре-

ступными» никакие действия не могут, пока они в точности не совпадают с признаками того или иного состава преступления, закрепленного в УК РФ. Во-вторых, в ч. 3 ст. 35 УК РФ сделан упор на то, что участники устойчивой группы лиц должны заранее объединиться для совершения одного или нескольких преступлений. На наш взгляд, вряд ли можно представить структурное подразделение преступного сообщества, члены которого заранее объединились лишь для участия в преступном сообществе (ч. 2 ст. 210 УК РФ), например, «с целью использования в своей преступной деятельности его больших возможностей» [25, с. 95].

Исходя из изложенного полагаем, что структурное подразделение преступного сообщества не всегда имеет все признаки организованной группы как формы соучастия.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Возникает вопрос: с какой формой соучастия в преступлении можно отождествлять структурное подразделение преступного сообщества?

На наш взгляд, невозможно представить структурное подразделение преступного сообщества, между членами которого отсутствует предварительный сговор на совершение тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды. Следовательно, структурное подразделение в зависимости от структуры преступного сообщества в целом может быть представлено либо в качестве группы лиц по предварительному сговору либо в качестве организованной группы.

Вторым объективным критерием структурированности является совместность действий членов структурных подразделений и преступного сообщества в целом.

Ф.Г. Бурчак писал: «.совместность действий нескольких лиц в совершении одного преступления предполагает. стремление достигнуть определенного результата путем объединения усилий» [26].

П.И. Гришаев и Г.А. Кригер указывали: «.о совместности (общности) действий можно говорить лишь в том случае,

если преступный результат находится в причинной связи с действиями каждого из соучастников» [27, с. 20].

Таким образом, полагаем, что совместность применительно к признаку структурированности может включать следующее:

а) стремление всех участников преступного сообщества к достижению единого результата;

б) наличие причинной связи между деятельностью структурного подразделения и преступного сообщества в целом, то есть каждый из членов преступного сообщества (структурного подразделения) должен внести свой вклад в достижение единого для всех членов преступного сообщества результата.

Третьим объективным критерием «структурированности» преступного сообщества, по нашему мнению, является наличие у структурных подразделений единого руководителя.

Необходимость выделения данного признака структурированности обусловлена п. 3 постановления Пленума № 12, в котором указывается: «структурированной организованной группе, кроме единого руководства, присущи.». Такая формулировка, на наш взгляд, не вызывает сомнений в необходимости наличия единого руководителя или группы руководителей для структурных подразделений преступного сообщества.

Таким образом, объективный критерий признака структурированности характеризуется тем, что:

1) преступная организация (преступное сообщество) должна состоять из двух или более обособленных структурных подразделений, численностью не менее двух человек каждое;

2) каждое структурное подразделение должно обладать необходимым признаком соучастия в преступлении - совместностью действий участников преступной организации (преступного сообщества);

3) все структурные подразделения должны иметь единого руководителя или единый коллективный орган управления.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Однако кроме объективного критерия, структурированности присущ и субъективный критерий.

Исходя из иерархичности преступного сообщества, можно выделить следующие признаки субъективного критерия структурированности:

1. Участники структурного подразделения преступного сообщества должны иметь единый умысел на совершение одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений преступным сообществом в целом для получения им прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

2. Желание каждого из участников преступного сообщества для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды от совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений внести свой вклад как в деятельность сообщества в целом, так и в деятельность своего структурного подразделения.

3. Каждый из участников преступного сообщества должен осознавать, что деятельность преступного сообщества координируется единым руководством - руководителем или коллективным органом управления.

4. Осознание членом структурного подразделения преступного сообщества того факта, что структурное подразделение, в состав которого он входит, действует совместно с другим (другими) структурным подразделением (структурными подразделениями).

Таким образом, учет объективного и субъективного критериев признака структурированности преступного сообщества (преступной организации), их закрепление в соответствующем Постановлении Пленума Верховного Суда РФ позволит повысить эффективность использования уголовноправовых средств в борьбе с организованной преступностью.

1. Агапов П.В. Критерии разграничения организованной группы и преступного сообщества // Законность. 2007. № 5. С. 23-25.

2. Черепанова Е.В. Оценочные понятия в УК РФ и их влияние на эффективность применения уголовного законодательства // Журнал российского права. 2009. № 2. С. 128-134.

3. О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации): постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2008 г. № 8 // Рос. газ. 2008. 18 июня.

4. Агапов П.В. Конкретизация признаков преступного сообщества // Рос. юстиция. 2005. № 12. С. 7-9.

5. О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней): постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня

2010 г. № 12 // Рос. газ. 2010. 17 июня.

6. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). 2-е изд., испр., перераб. и доп. / под ред. А.И. Чучаева. КОНТРАКТ; ИНФРА-М [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

7. Гулягин А.Ю. Организация деятельности как комплексное явление // Рос. юстиция. 2011. № 5

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

8. Цветков Ю.А. Преступное сообщество (преступная организация): уголовно-правовой анализ [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «Кон-сультантПлюс».

9. Мондохонов А. Вопросы уголовной ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) // Уголовное право. 2010. № 2.

С. 51-56.

10. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 13 июня 2006 г. Дело № 5-о06-23 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «Консультант-Плюс».

11. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 23 дек. 2005 г. № 82-о05-31 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «Консультант-Плюс».

12. Определение Верховного Суда РФ от 14 сент. 2010 г. № 46-О10-54 [Электрон-

ный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

13. Уголовное право РФ. Общая часть / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай. М.: ИНФРА-М, 2002. 392 с.

14. Быков В.М. Уголовная ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации) // Рос. следователь. 2000. № 6. С. 21-23.

15. Жовнир С. К вопросу об определении понятия преступного сообщества в уголовном законе // Уголовное право. 2005. № 1. С. 25-27.

16. Мондохонов А. Структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации) // Уголовное право. 2009. № 1. С. 39-41.

17. Галиакбаров Р.Р. Квалификация групповых преступлений. М.: Юрид. лит., 1980. 80 с.

18. Трайнин А.Н. Избранные труды / сост., вступ. ст. Н.Ф. Кузнецовой. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004. 898 с.

19. Арутюнов А.А. Соучастие в преступлении по уголовному праву Российской Федерации: дис. . д-ра юрид. наук. М., 2006. 364 с.

20. Уголовное право России. Общая часть: учебник. 2-е изд., испр. и доп. / под ред. В.П. Ревина. Юстицинформ, 2009 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

21. О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 янв. 1997 г. № 1 // Рос. газ. 1997. 30 янв.

22. Водько Н.П. Уголовно-правовая борьба с организованной преступностью. М., 2000. 75 с.

23. О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности [Электронный ресурс]: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 9 февр. 2012 г. № 1 // КонсультантПлюс. http://www.base.consultant.ru. (дата обращения: 20 марта 2012 г.).

24. Скотинина В.Н. Компаративистское исследование состава организации преступного сообщества (преступной организации): внутригосударственный, международный и зарубежный аспекты: дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2008. 207 с.

25. Гришко Е.А. Организация преступного сообщества (преступной организации): уголовно-правовой и криминологический аспекты: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000. 160 с.

26. Бурчак Ф.Г. Соучастие: социальные, криминологические и правовые проблемы. Киев: Вища школа, 1986. 208 с.

27. Гришаев П.И., Кригер Г.А. Соучастие по советскому уголовному праву. М.: Госюриздат, 1959. 255 с.